Попаданка (не) для принца

— Два дракона по цене одного! — выскочил передо мной двухметровый зеленый монстр, как только двери магазина разъехались в стороны.

— Спасибо, — я не глядя схватила у ростовой куклы флаер, сунула в карман пуховика и засеменила к пешеходному переходу.

Новые сапоги на каблуке превратили и эту короткую трассу в самую настоящую полосу препятствий, пройти которую могли помочь только своевременные взмахи руками, дабы удержать равновесие.

Все как всегда. Планируешь новый год, ждешь его, а потом он наступает так неожиданно, что в последний день, в последние часы перед самым важным, в холодильнике не оказывается майонеза нужного цвета.

Усмехнувшись в шарф, я оглянулась по сторонам, поправила на плече сумку, которая по всем законам физики не должна была вместить в себя столько банок консервов, сколько я туда затолкала, и ступила на тротуар.

Неизвестно откуда выскочивший грузовик засигналил, вспыхнули яркие фары, и я успела только отскочить в сторону, потеряла равновесие и растянулась в грязной куче на обочине.

Время на секунду остановилось, в ушах зашумело, а сердце провалилось куда-то вниз. 

Пошевелив руками и ногами, и поняв, что все на месте, я выдохнула. 

В кармане завибрировал мобильник, не дав погрузиться в размышления о вечном.

— Алло? — поправив съехавшую на глаза шапку, ответила на звонок.

— Ань, ну ты где там застряла? Уже приехала или еще на работе? Мы стоим у подъезда ждем и мерзнем, а согревающее уже заканчивается! — Слова из Лили посыпались как из рога изобилия. 

— Я в сугробе, буду скоро.

— Как ты там оказалась? Все в порядке? Ты все купила? У тебя ведь дома наверняка шаром покати, — влезла в разговор Оксана. — А то доставку сегодня не дождаться будет!

— Все-все, — смеясь, ответила подруге и сбросила звонок.

Они слишком хорошо меня знали, но чего еще было ожидать после восемнадцати лет на соседних кроватях в доме для отказников?

Неловко поднявшись, я отряхнула пуховик, понимая, что меня ждет внеочередная стирка, и пошла уже осторожнее.

Холод кусал за щеки и колени, а от любого порыва ветра меня начинало колотить как чихуахуа на выгуле. 

Можно было переодеться после работы, но я решила, что лучше успею на автобус и короткими перебежками от магазина к магазину, доберусь до дома, чем буду тратить время на смену наряда Снегурочки на наряд «Аня купила штаны с начесом». 

Наш марафон елок в доме культуры подошел к концу, и можно было выдохнуть хотя бы на пару дней, прежде чем готовиться к следующим массовым гуляниям. Работа была выматывающей и тяжелой, несмотря на окружающую атмосферу вечного праздника, но я бы не променяла ее ни на какую другую.

Впереди замаячили окна моей пятиэтажки, около которой ждали подруги. Я свернула с освещенного тротуара во двор, где передвигаться можно было исключительно на ощупь. Но увидев впереди приплясывающих возле двери подруг, помахала им, забыв об осторожности.

Земля ушла из-под ног, и покачнувшись, я потеряла равновесие и начала падать. Но вместо того, чтобы мгновенно шлепнуться на обледенелый тротуар, я словно провалилась в вязкое желе. Воздух стал густым. Все вокруг замедлилось. Порхающие снежинки повисли в невесомости, а подруги, кинувшиеся ко мне на выручку, застыли в движении восковыми фигурами. Звуки города исчезли.

Я продолжила падать, наблюдая за происходящим словно со стороны, и не в силах что-либо изменить или хотя бы пошевелиться. Тротуар неизбежно приближался, но вместо него меня в вязкие объятья приняла темнота, похожая на густую смолу. Боли от падения не появилось, только воздух выбило из легких, а затем вдруг стало невероятно жарко. Я бы даже сказала горячо.

Жадно глотнув воздуха, я тут же закашлялась. Вода попала в нос, залила глаза. Одежда стала тяжелой, будто у меня в карманах не конфеты и мандарины после праздника, а груда камней. И я бы точно не удержалась на поверхности, не окажись под ногами твердое дно.

Отплевываясь и стоя по плечи в горячей воде, я осмотрелась. 

Сквозь густой пар проглядывалась светлая мозаика на стенах, а под потолком, почему-то покачиваясь в воздухе, висело несколько шарообразных плафонов.

— Приехали, — пробормотала, стянув шапку, которая стала похожа на измученного зверька. — Бросили в воду ни с того, ни с сего, даже верхнюю одежду не сняли.

Поняв, что новые сапоги тоже пострадали, я не сдержала разочарованного возгласа.

Где я оказалась, как сюда попала, на эти вопросы никто не торопился отвечать. Вообще, было бы довольно чудно́, но не менее приятно, встретить кого-то осведомленного и готового рассказать, что да как.

Нет, то, что я в сауне, было совершенно понятно, но от этого не менее странно. 

Ущипнув себя за руку, и убедившись, что это не сон, я осторожно пошла вперед, на ходу расплетая промокшую косу. Хорошо еще, что она у меня своя, а не как в сказке, и не отвалилась при падении. 

Пройдя с десяток шагов, я добралась до середины внушительного бассейна и смогла увидеть его начало. 

На крупных мраморных ступеньках, уходящих в воду и служивших скамьей для посетителей, сидел полуобнаженный мужчина. Нет, не так. МУЖЧИНА.

По его гладкой, загорелой коже стекали капельки пота, обрисовывая рельефные мускулы. 

Мужчина сидел, опираясь руками на ступеньки и откинув голову назад. Судя по виду, мешать его отдыху не следовало, но выбраться из воды в обход него у меня не получилось бы. И когда я уже поборола в себе вспыхнувшую робость и открыла рот, он заговорил сам.

— Насмотрелась? — низкий бархатисый голос прокатился эхом под потолком.

Он поднял голову и меня обдало такой волной жара, что захотелось обмахнуться своей испорченной шапкой. И это несмотря на то, что я буквально находилась в парилке. 

— Простите! — я принялась рассматривать плитку на стенах, только сейчас заметив, что она изображает весьма интересные сюжеты. — Я сюда случайно попала, не могли бы вы показать, где выход?

Он не ответил, и мне пришлось скосить глаза на мужчину.

Облокотившись на колено, и потирая будто из камня высеченный подбородок, теперь он рассматривал меня и явно не торопился отвечать. 

— Я случайно сюда свалилась, — повторила я, попытавшись объясниться, хоть и сама не могла свести воедино произошедшее.

Мне бы сесть в спокойном тихом месте и подумать, как может декабрьский вечер вдруг переместиться в сауну. 

В памяти всплыл небезызвестный фильм, где есть и вечер и сауна и попадание в чужую квартиру. Но я-то в отличие от героя не употребляла ничего крепче ромашкового чая.

— Девицы мадам Сильвии теперь приходят в мешках? — четко очерченные губы тронула едва заметная усмешка.

Мужчина щелкнул пальцами и мой мокрый танкер исчез. Просто растворился в воздухе! Осталось только платье Снегурочки ниже колена с пришитой к нему мишурой, и сапоги.

От такой неожиданности и наглости я не нашлась, что сказать. Просто стояла с открытым ртом и хватала воздух, как выброшенная на берег рыба.

Видимо, мое поведение и внешний вид сильно отличалось от того, что ожидал увидеть этот красивый, но беспардонный мужчина. Он поднялся со ступеней и в пару шагов приблизился ко мне. К счастью, ткань на его бедрах держалось куда крепче, чем моя исчезнувшая одежда.

Подойдя вплотную, он остановился, и подцепив пальцами мой подбородок, осмотрел лицо, а затем наклонился и глубоко втянул воздух рядом с моей шеей.  

Я к такому близкому контакту оказалась не готова, и уже собиралась ему об этом заявить, когда вторая ладонь легла на мою талию, не позволив отстраниться. 

— Меши мергол, — шепнул он, пустив вниз по спине волну мурашек.

Глаза заволокло пеленой, и передо мной полетели как сцены из диафильма воспоминания. Мои воспоминания! 

Подруги у подъезда всего пару минут назад. 

Сегодняшняя елка с хороводом у пятиклашек.  

Прием на работу после окончания колледжа. 

Я словно снова оказалась на ковре в холодном кабинете Екатерины Андреевны, которая зачитывала вслух мое резюме, и время от времени останавливалась, чтобы глянуть на меня поверх очков в роговой оправе и отпустить какой-нибудь комментарий. 

К счастью, зачитывание длилось не долго, потому что резюме было коротким, там и опыт-то был указан исключительно студенческий: промоутер и официантка. Но все же колледж я закончила с красным дипломом, и только рекомендация от преподавателя дала мне возможность претендовать на работу без опыта. Да и где брать этот опыт, если без него никуда не принимают?

— Ой не знаю, Гончарова, — растянув губы в довольной улыбке и облокотившись на стол, когда чтение было закончено, проговорила Екатерина Андреевна. — С чего это мне тебя брать, когда у меня еще вот, целая стопка желающих.

Она хлопнула ладонью по внушительной папке, и посмотрела на меня, ожидая реакции.

Я и не думала, что меня возьмут с распростертыми объятиями, сразу выделят свой стол и будут по головке гладить, предлагая выпить горячего чая. Хотя, стоило признаться, в мечтах все так и происходило бы.

— Потому что я хочу здесь работать! — выпалила первое, что пришло на ум из заготовленных заранее аргументов. — И у меня хорошо получается, и с детьми я лажу прекрасно.

— Ха! — скорее каркнула, чем засмеялась, моя потенциальная начальница. — У нас их надо строить, а не нюни распускать. Если я тебя закину на мероприятие к сорока третьеклассникам, ты там что будешь делать? Сказки читать? Ты посмотри на себя, мелкая, худая, фитюлька, одним словом. Они ж сожрут тебя и не подавятся. 

Помню, как в тот момент мне стало обидно. Это сейчас я знала, что она проверяла меня, и на деле оказалась мировой женщиной, но в тот момент я была очень близка к непрошенным слезам. 

Можно было развернуться и уйти, найти себе более спокойную работу и никому ничего не доказывать. Но все же я выдержала ее испытующий взгляд, и вскинув подбородок, улыбнулась.

— Пока не возьмете, не узнаете.

— Ты посмотри на нее, какая! — довольно усмехнулась женщина, поправив на плечах палантин. — Ладно, образование подходящее, да и рекомендация есть. Иди в отдел кадров, пусть оформляют. Посмотрим, что из тебя получится.

Я вынырнула из воспоминания, также неожиданно, как и оказалась в нем. В ушах зашумело, к горлу подступила тошнота, будто я не на месте стояла, а злоупотребила катанием на карусели. 

Ноги подкосились, и я приготовилась снова оказаться под водой, но сильные руки, подхватившие меня, не дали это сделать.

— Поставьте меня на ноги, — заплетающимся языком, пробормотала я, безуспешно попытавшись выскользнуть из крепких объятий. — И верните танкер! 

— Танкер-р? — переспросил мужчина, растянув окончание, будто услышал слово впервые. 

Я повернула голову, воспользовавшись ситуацией, чтобы поближе рассмотреть то ли своего спасителя, то ли мучителя, учитывая, какую головомойку он мне только что устроил. 

Прямой, чуть резковатый профиль, мужественный подбородок с небольшой ямочкой, которой нестерпимо захотелось коснуться, высокие скулы, и невероятно синие глаза. 

“Породистый”, — почему-то со вздохом пробормотал внутренний голос, с которым я была абсолютно согласна. Такой, поди, и не знает, что такое танкер, потому что шьет себе теплое пальто в ателье, а не скачет на картонке посреди рынка, примеряя что-нибудь.  

Я почувствовала под собой твердую прохладную поверхность, не успев как следует развить фантазию, в которой этот красавец торговался бы на рынке за цену на носки.

Мужчина уложил меня на пол рядом с бассейном, и под голову подложил что-то мягкое. Будь у меня побольше сил после того как в моих мозгах покопались, то я бы предположила, что он больше ничем не прикрыт. Но в данный момент меня волновало не это.

— Так называется куртка, — я усилием заставила себя изобразить щелчок пальцами, чтобы он понял, чего меня лишил одним простым жестом. Получилось неважно, и мне показалось, что от моих пальцев отлетела парочка искр. — Знаете, у меня сотрясение и очень интересные галлюцинации или я умерла.

— Вы живы, можете мне поверить.

— Понятно, — я поерзала, укладываясь поудобнее. — Вы сейчас читали мои мысли?

Вопрос был из разряда или ответит, или позовет добрых дяденек в белых халатах, но почему-то мне показалось важным его задать. Я и так не понимала, где нахожусь и что происходит, так что было терять?

— Не совсем. Просто проверил кое-что, — неопределенно ответил он. — Можете не бояться. Если бы вы оказались той, которую я ищу, то мы бы оба поняли это. А пока просто будете немного вялой, но через несколько минут это пройдет.

Этот Адонис, которого нисколько не смущала нагота, как-то странно блеснул глазами, а потом провел рукой над моим телом. В воздухе замерцала синяя дымка с непонятными мне светящимися символами.

— Хотите сказать, что видели то же, что и я?

Мне показалось, что его даже развеселила моя болтливость. Мужчина дернул уголком губ, а затем покачал головой, снова проведя надо мной рукой и рассеяв дымку.

— Я не могу читать чужие мысли, это было заклинание для выявления намерений. 

Я прикусила губу, чтобы не разулыбаться, как полная дурочка. Заклинание? Похоже, кое-кто здесь уже начал отмечать Новый Год.

— Все показатели в норме, — он помолчал, чуть нахмурившись. — Вы прибыли с делегацией из Хайдега? Как оказались здесь? — Несмотря на вежливый тон, я уловила изменения в интонации. — Я лично устанавливал барьер, бреши для перемещения быть не может. 

Я пару раз моргнула, но потом поняла, что ответ от меня все равно ждут, несмотря на то, что я разлеглась на полу, плохо соображаю, и надо мной склонился этот образец мужественности.

— Ваша светлость?

От необходимости отвечать меня спасло появление в арочном проеме девушки.

Длинные смоляные волосы струились вдоль тела, которое прикрыто было очень откровенным бикини, соединенным легкой прозрачной тканью, с браслетами на лодыжках и запястьях. Эдакая восточная принцесса ночи. 

Застав меня рядом с обнаженным его светлостью, к которому она пришла, девушка и глазом не моргнула, вот что значит профессионализм. 

Теперь мне стало ясно, кого он ждал и за кого меня принял сначала. 

— Уйди, — коротко приказал он, добавив в голос столько холода, что я невольно вздрогнула. 

— Иду-иду, я же сразу собиралась, — не то, чтобы мне стало неприятно, но что-то царапнуло внутри.

И зачем, спрашивается, было держаться так близко, еще и полотенце мне свое отдавать. Мог бы сразу махнуть рукой в сторону выхода и я бы сама ушла и не мешала чужому свиданию. 

Но как только мне удалось подняться на ноги, тяжелая ладонь опустилась на мое плечо, припечатав к месту.

— Не вы, — проговорил мужчина.

То, что мы не перешли на «ты», меня, конечно, радовало. Но его тон не понравился. 

— Вы меня простите, — я изобразила на лице самую обаятельную улыбку, на которую была способна в сложившейся ситуации. — Но я очень опаздываю. Меня ждут. Я просто оказалась здесь случайно. Шла, знаете ли, шла, поскользнулась и упала.

Мои объяснения, которые должны были вызвать как минимум понимание или усмешку, никак не отразились на его лице. 

— Перемещаться во дворец не может никто из гостей, не имея особого разрешения, — отчеканил он. — А ваше появление говорит о бреши в системе безопасности.

До меня долетел смысл только одного — каким-то волшебным, не иначе, образом, я попала во дворец и прямиком в руки того, кто заведует здесь безопасностью! Будто закон подлости кто-то включил на максимум.

Всерьез воспринимать ситуацию все равно не получалось. И еще раз ущипнув себя за руку, я решила не сопротивляться. Вдруг ему удастся отправить меня обратно?

— Вы пройдете со мной, — слова прозвучали так, будто мужчина произносил их по десять раз на дню. И передо мной стоял уже не тот, кто придерживал, чтобы я не упала, а страж порядка. — Расскажете, как попали сюда или кто вас отправил.

Он снова щелкнул пальцами, но на этот раз вместо исчезновения одежды, она появилась. Великолепное тело скрылось за начищенными до блеска сапогами, темными бриджами, сидящими как вторая кожа, и свободной рубашкой под старину того же угольного оттенка.

Сидеть, закованной в наручники и давать показания, когда я ни в чем не виновата?

Я уже пожалела, что вообще открыла рот. Надо было сразу бежать, прикинувшись жрицей ночи, у которой прихватило живот. Но теперь было поздно давать заднюю, и я решила, что несмотря на странные ощущения при взгляде на этого мужчину, я постараюсь держаться от него подальше, а еще лучше вернусь к себе и буду надеяться, что все забудется, как страшный сон.

— Идемте, мисс? — темная бровь вопросительно изогнулась.

— Анна…бель, — облизнув губы, вспомнила последний ужастик, который смотрела. — Аннабель. А вы?

— Дарио Маттео Примин третий, герцог Лонли, — ответил мужчина, не сводя с меня пристального взгляда, будто я должна была что-то понять из этого имени.

Мои предположения о том, что сам он не покупает себе одежду, подтвердились. И сразу стало понятно, что мне не стоило бы даже стоять рядом с ним. И тем лучше притвориться какой-нибудь заблудившейся служанкой, которая прибыла с какой-нибудь старенькой глуховатой дамой, из той делегации, о которой он сказал. Надеюсь, у них тут такие имеются, а не все молодые и прекрасные, как он, или та девушка в бикини, которая как-то незаметно для меня все же исчезла с горизонта.

Осталось только вспомнить название делегации и полдела сделано. 

— Длинное имя, — улыбнулась я. — А как к вам можно еще обращаться?

— Ваша светлость.

Сказал, как отрезал. На долгое знакомство я в любом случае не рассчитывала, поэтому отказалась от каких-либо комментариев, изобразив покорность судьбе.

— Прошу, мисс Аннабель, — герцог Как-Его-Там сделал приглашающий жест рукой и пространство перед нами пошло легкой рябью.

— Что это?! — вскрикнула, отскочив подальше и спрятавшись за широкой спиной. — Опять? Я не пойду!

— Вижу, к порталам вы не привычны. Так будет быстрее, чем идти через весь дворец, — пояснил Дарио.

— А вы уверены, что это не опасно для меня? В голове еще шумит и ноги подкашиваются, вдруг меня стошнит прямиком на вас?

Для убедительности, я зажала рот рукой, и это сработало. Видимо, мужчины здесь не привыкли к дурным манерам, поскольку Дарио посмотрел на меня как-то странно, нечитаемо, будто не хотел показывать настоящие эмоции, а затем кивнул.

— Раз уж вы нарушили мои планы на ближайшие пару часов, — вкрадчиво произнес он, чуть наклонившись. — То я плотно займусь вами, мисс Аннабель. И каждую ступеньку до самой высокой башни мы пройдем вместе.

На этот раз коленки у меня и правда дрогнули, только не от страха или недомогания. 

Вот как можно было угрожать и вроде как соблазнять одновременно? Я почувствовала, как начинаю краснеть, а с моей кожей это было не милое порозовение щек, а равномерное покраснение от кончиков пальцев до корней волос.

Я зажмурилась в надежде не увидеть собственное отражение в хищных, потемневших как море перед штормом, глазах. И сразу вслед за этим услышала тихий смешок.

— Можете не бояться меня, я не буду вас кусать, просто помогу вернуться на ваше место.

— Тогда так и говорите, — откинув назад все еще сырые и начавшие завиваться волосы, проворчала я. — Моя госпожа может потерять меня. А мне не хочется получать нагоняй за то, в чем я не виновата.

Блеф. Кажется, я даже дышать забыла, пока с непринужденным видом выдавала эту чушь. Но как любила повторять наша преподавательница по сценическому мастерству: “Девочки, если врете, то врите до конца!”. И я всегда держала это в голове, когда от волнения была готова вот-вот хлопнуться в обморок, но не могла себе этого позволить.

— Позволите высушить вашу сорочку?

— Да, было бы неплохо.

Из того, что я успела понять, одевались тут примерно как и в моем мире, с отставанием лет на триста. Но вот почему мы прекрасно общались, не испытывая никакого языкового барьера? Задавать этот вопрос его светлости явно не стоило.

— Стойте смирно.

Дарио шепнул неразборчивую пару слов и вокруг меня поднялся маленький ураган. Юбка взметнулась вверх и только вовремя среагировав, я не позволила мужчине рассмотреть во всей красе мои праздничные колготки. 

— Спасибо, — когда через пару секунд ураган рассеялся, поблагодарила я. Не от души, честно признаться. Потому что пусть теперь мне и было тепло и сухо, и даже в сапогах, но вот волосы от этих манипуляций превратились в огненное облако вокруг головы. 

Дарио молча извлек из кармана черную шелковую ленту и протянул мне. 

— Спасибо, — уже теплее отозвалась я. 

Может, все окажется не так плохо? 

Я наскоро заплела пышную косу и завязала ее черным бантиком, не вписывающимся в мой новогодний костюм. Интересно, если бы я сюда свалилась в теплых штанах и свитере, то за кого бы меня приняли?

— Готовы идти?

— Да, — кивнула, не имея ни малейшего представления, чего ожидать дальше.

Но во второй раз предлагать мне пройти через пространство Дарио не стал, вместо этого герцог Как-Его-Там зашагал вперед и мне не осталось ничего другого, кроме как засеменить вслед за ним.

Каждый шаг по мраморным плитам гулким эхом отражался от высоких стен. 

Мы с Дарио миновали светлый коридор, где через каждый метр на стенах висели канделябры с зажженными свечами, создававшими мерцающий теплый свет, и поднялись по винтовой лестнице наверх, оказавшись в более просторном и широком коридоре, больше напоминавшем галерею. Одна стена была сплошь увешана портретами в золоченых рамах, а противоположная зеркалами.

Дарио, не сбавляя шага, направился по белоснежной ковровой дорожке наискосок к одной из дверей, в окружении портретов, не обращая ни малейшего внимания на роскошь. А вот мне совесть не позволила ступить сапогами на эту красоту. Сразу захотелось шепотом спросить, где тут можно разуться и надеть тапочки. Поэтому аккуратно, стараясь не оставить следов, я на носочках перепрыгнула дорожку, и совсем немного поскользнувшись, едва не растянулась на блестящем паркете.

— Что вы делаете? — остановился герцог.

— Иду, — выпрямившись, ответила я.

— Да, это я вижу. Но почему вы делаете это так странно?

— Просто, здесь так чисто. Я боюсь что-нибудь испачкать, — выдавив из себя виноватую улыбку, призналась я.

Возможно, чистота здешнего пола должна была волновать в последнюю очередь, но на простых и знакомых вещах фокусироваться было проще. Особенно когда рядом стоял мужчина, натворивший за последние десять минут уже достаточно чудес.

И уж лучше я буду думать о следах на ковре, чем рвать на себе волосы от ужаса и осознания, что я в другом мире, совсем одна без проводника или друга. 

Я тут же горько усмехнулась, поняв, что уже проходила подобный путь, когда была совсем маленькой. Только у себя дома. Мои родители, кем бы они ни были, даже не потрудились заполнить необходимые документы и сдать ребенка по правилам в приют. Просто бросили на скамейке в парке и все. 

— Хотите сказать, в доме вашей хозяйки нет прислуги или бытового мага? — вырвал из невеселых мыслей низкий голос Дарио.

— Бытовой?

Ну вот и закончился мой спектакль. Бытовой маг. А какой еще есть? Боевой? И с какой стати он задает такие вопросы? Будто ненавязчиво хочет вывести на чистую воду.

— Да, один бытовик может справиться с гораздо большей работой, чем целый штат прислуги. Но все же когда они работают вместе, все функционирует гораздо лучше, — проговорил Дарио, при этом пристально следя за моим лицом.

— Ах, вы об этом. Конечно, это каждому известно! Но мне просто не хочется добавлять лишней работы всем этим добрым людям, — тут я задумалась, люди ли населяют этот мир. Вдруг здесь гномы, эльфы, орки, все вперемешку разгуливают по улицам.

— Ну кое-кому вы уже нашли дело для изучения. Об остальных можете не волноваться. Прошу.

Дарио сделал шаг назад, пропуская меня.

Задумавшись над его словами, я не ожидала подвоха. Ведь ясно, что он говорил о себе, и намекнул уже не в первый раз, что не отпустит просто так. 

— А я и не волнуюсь, — похлопала ресницами, прикидывая, осталось ли на них хоть немного туши, и поставив ногу на первую ступеньку, задохнулась от подхватившего меня вихря.

— Все, можете выдыхать, мисс Аннабель, — я почувствовала под ногами твердую опору, но еще не открыла глаза. Уже знакомые, твердые руки придержали меня за плечи, не дав свалиться на пол.

Вот ведь… обманщик! Усыпил мою бдительность и заставил пройти в его портал! И как мне не ожидать после этого выкрутаса чего-то похлеще? А вдруг, он сейчас все быстренько поймет и отправит на костер? Я же рыжая, и не из этого мира! Можно сказать, всего лишь вопрос времени, когда все сведется к одному определенному финалу.

— Мне нехорошо, — пролепетала, подгибая колени, и надеясь, что Дарио настоящий джентльмен и это выиграет мне немного времени.

— Мисс Аннабель? — только и услышала, прежде чем с губ его светлости сорвалось еще одно короткое слово, которое на любом языке, и даже в другом мире, было вполне понятно и переводимо.

Он снова подхватил меня на руки, и пришлось приложить усилия, чтобы не взвизгнуть и не улыбнуться. К такому, как оказалось, очень приятно и быстро привыкаешь, когда высокий привлекательный мужчина то и дело подхватывает тебя на руки без единого усилия.

— Неужели не соврала, — раздалось рядом с ухом, когда он  уложил меня на что-то мягкое.

Вслед за этим лба коснулась горячая ладонь и тут же исчезла.

— Синк, отправь ко мне в кабинет целителя. И мистера Бернса со списком гостей и их сопровождением.

— Да, ваша светлость, — ответил тонкий писклявый голос так громко, будто его источник стоял не дальше, чем в двух шагах от меня. — Передам как можно быстрее.

— Это не срочно. Пусть не торопятся.

Наступила тишина, а затем раздался звук удаляющихся шагов, и такой желанный хлопок закрывшейся двери.

Судя по всему, я осталась одна. Но чтобы не попасться на детскую уловку, я приподняла веки, чтобы удостовериться, что его светлость действительно ушел, и осмотрелась. 

Темная комната, пусть и просторная. Один большой подсвечник на большом столе с резными ножками, и пара плавающих под потолком световых шаров. Такие я уже видела в сауне, и приняла за плафоны, сейчас же сомнений в их магическом происхождении не было никаких.

Дарио назвал это место своим кабинетом, и будь у меня побольше времени, возможно, я бы захотела ознакомиться с сотнями книг, что занимали две стены от пола до потолка. Но, увы, бежать от этого мужчины побыстрее и подальше было для меня наилучшим решением.

Поднявшись с низкой кушетки, на которую меня уложил его светлость, я быстренько шмыгнула за тяжелую портьеру к окну. 

Снаружи оказался довольно большой балкон, выбравшись на который, я для начала глубоко вдохнула. 

Воздух оказался чудесный. Теплый, совсем летний, наполненный легкой ночной свежестью. Мне несказанно повезло, что здесь не оказалось сугробов и холода, из которых меня выдернуло.

Но что оказалось действительно впечатляющим, так это две огромные, почти полные луны на усыпанном звездами небе. 

Перегнувшись через перила, я заметила рядом с водосточной трубой еще один балкончик на этаж ниже. Куда меньший по размеру, чем этот, но с открытой балконной дверью, и, я надеялась, без мужчины, который бы принялся выяснять, кто я такая.

— Кому рассказать, не поверят, — пробормотала, прикидывая путь, по которому буду спускаться. 

Мои новые и уже пострадавшие сапожки, увы, были непригодны для лазанья по стенам. И не тратя больше времени на то, чтобы попасться, я расстегнула молнию на них и засунула в огромные снегурочьи карманы. 

Перегнувшись через перила у самой стены, я вцепилась кончиками пальцев в грубые камни, и шажок за шажком, поползла к водосточной трубе, надеясь, что смогу остаться незамеченной.

Волосы лезли в глаза, пока я как маленький краб боком ползла вдоль стены, и надеялась, что никому не придет в голову прогуливаться в саду и тем более рассматривать дворец в свете луны.

Дарио не обманул, и не приуменьшил, это на самом деле оказалось огромное строение, с широкими, к моей удаче, выступами. Мне хотелось бы взглянуть на него издалека, желательно, в повозке, которая увезла бы меня подальше. Но пока приходилось довольствоваться кладкой,  к которой я практически прижималась носом, подбираясь к водосточной трубе.

Еще пара минут пыхтения, и мои труды увенчались первым успехом. 

Вцепившись онемевшими от напряжения пальцами в трубу, я зажмурилась и попробовала ее потрясти, проверяя на надежность. Кто бы ни обслуживал замок, работал он на совесть. Ничего не заскрипело и не отвалилось, и потому, попросив поддержки у высших сил, я осторожно начала спускаться.

— Ох, Эрик, — раздался неподалеку смешливый женский голос. — Не говори так! Откуда тебе знать до ритуала, что я твоя пара.

— Брианна, — воркующе ответил молодой мужской голос. — Разве ты не чувствуешь того же, что и я?

“Приплыли”, — пронеслось в голове. 

Я сдержала желание закатить глаза, пока перебиралась от трубы к балкону, откуда и доносился игривый разговор. Пожалуй, эта ситуация с влюбленной парочкой была бы для меня немногим лучше столкновения с Дарио Марио…. Я тряхнула головой, не давая себе отвлечься. Не то было место и время, чтобы вспоминать все имена герцога, с которым мы и знакомы-то были минут пять от силы.

Дотянувшись до перил, я наконец-то оказалась на твердой поверхности. И пока меня все еще скрывала тень, я быстренько надела сапоги и приготовилась и дальше подслушивать, в надежде, что парочка переберется в более укромный уголок, дав мне возможность сбежать. 

За дверью балкона оказалась небольшая гостиная, как можно было судить по очень милому диванчику с обивкой нежно-лимонного цвета и низкому столику, на котором расположился пухлый чайник и две чайные пары рядом. Блестящий паркетный пол отражал теплый свет свечей, а вдоль стен были расставлены декоративные пальмы. Ну чем не укромный уголок для влюбленной парочки. 

Кстати говоря о парочке. Выйдя на свет, я к своему облегчению заметила, что они предусмотрительно решили не оставаться в центре комнаты, а укрылись за одной из пальм, что-то шепча и мило воркуя. И пока они были полностью сосредоточены друг на друге, не замечая ничего вокруг, я на цыпочках подкралась к столику и прихватив круглый серебряный поднос, направилась к выходу. Что там говорят о маскировке? Лучше прятаться у всех на виду? Заметит ли кто-то женщину с подносом, если она к тому же будет просить о незнакомом сорте чая для своей госпожи у каждого, кто решится заговорить с ней?

— Бри? Что ты делаешь? Куда ты?

— Мы уже не одни, ваше высочество, — ответила девушка достаточно громко, чтобы я ее расслышала, и как мне показалось, излишне жестко.

Я приготовилась лепетать придуманную байку о служанке, и натянула на лицо улыбку, повернувшись к ним, но не успела рта открыть, когда молодой парень, вышедший из-за пальмы, заговорил первым, окинув меня весьма красноречивым взглядом.

— Что это тут у нас? Хорошенькая девица. Неужели Дар отправил ко мне подарок перед предстоящей церемонией?

— Я искала чай улун! — я указала на поднос, в надежде, что после этого от меня отстанут. Уж слишком наглыми показались голубые глаза блондина, от которого почти физически веяло изрядной долей нахальства. — Прошу прощения, я уже ухожу.

— Не убегай, — попросила девушка, выйдя вперед. 

Изящная, белокожая, она больше напоминала дорогую фарфоровую куклу, нежели живого человека. Вот только глаза немного пугали. Желтые радужки с вертикальными зрачками.

Куколка перевела взгляд с меня на блондина, а потом внезапно усмехнулась, прижав палец к губам.

— Что-ж, это даже упрощ-щает мне задачу. Свидетельница станет палачом.

Не я одна уловила эту интонацию. Блондин повернулся к своей подруге, забыв обо мне.

— Бри?

— О, Брианны здесь и не было, ваше высочество, — девушка провела ладонью перед лицом и ее кожа, весь облик вместе с роскошным бальным платьем, упал бесформенной кучей к ногам и растворился, оставив после себя лишь безликую тень, будто тот, кто ее отбрасывал, находился здесь, но оставался невидимым. — Вы так заняты собой, что не поняли бы, подсунь вам кто-то огородное пугало, лишь бы у нее были накрашены губы и туго затянут корсет.

Я невольно прыснула от этих слов, но тут же зажала рот ладонью. Угодила в самый эпицентр любовной ссоры. Ведь надо постараться, чтобы так метко попадать не в то место и не то время. Где тут выдают медали за неловкость? Я кандидат номер один!

— Эг самзар! — выкрикнул блондин, которого происходившее, похоже, ничуть не развеселило, в отличие от меня. Между его ладоней вспыхнул и разросся светящийся шар, которым он запустил в сторону  тени. 

Та даже не шелохнулась, но портьерами за ней досталось куда больше. Языки пламени тут же вцепились в ткань и поползли по ней вверх к потолку.

— Глупый мальчишка! — разразилась громогласным смехом неясная фигура в огружении языков пламени. — Считай это подарком от той, чье сердце ты разбил! Сможешь разгадать ее имя в веренице всех остальных до наступления ритуала?

В воздухе мелькнул стальной блеск, и я зажала рот руками, чтобы не вскрикнуть. На моих глазах произошло убийство!

Прошла секунда, другая. Но блондин, вместо того, чтобы рухнуть бездыханным на пол, тряхнул головой и на ковер, разлетевшись на отдельные волоски, упала всего лишь светлая прядь его волос.

— Смерть для такого как ты была бы слишком проста. Младший из рода драконов, ты лишишься своей силы, своего облика, своего голоса, и жизни, которую знаешь! Почувствуешь себя ничтожным созданием, топчущим грязь и никому не сможешь поведать о себе!

По мановению призрачной теневой руки в воздухе закружились отрезанные волосы принца. Они засияли яркими золотыми огнями, вспыхнули маленькими фейерверками под потолком и осыпались на голову его величества.

Тень рассеялась в тот же миг, оставив меня наедине с недоуменным парнем и разгорающимся пожаром.

— Ох уж эти магички, — фыркнул блондин, вернув своему лицу самодовольное выражение. — Даже проклясть как следует не могут.

— Ой, — я зажала рот руками, сдержав смешок.

Вполне обычные уши блондина превратились в розовые лопухи. Через секунду на месте прямого носа появился самый настоящия пятачок, и вслед за этим его высочество грохнулось на пол круглой задницей с хвостом закорючкой.

У меня ушла пара секунд на то, чтобы прийти в себя и осознать, что высокий молодой блондин теперь приобрел совершенно иной вид. Сходство выдавали те же голубые нагловатые глаза и копна светлых кудрей на макушке, которых у обычных свиней быть не могло.

Если бы не ситуация, я бы даже умилилпсь его виду и пожалела, что рядом нет телефона с камерой. Но ситуация не располагала.

— Что это?! Как это?! — взвизгнул принц, придя в себя первым. Он по очереди поднял передние копыта, разглядывая их, а потом уставился на меня, причем так не добро, будто это я его прокляла. — Стража!

— Нет-нет-нет! — я подлетела к поросенку размером с упитанного мопса и плюхнувшись рядом с ним на колени, зажала пятачок. — Что ты делаешь?

— Офусти! — возмущенно промычал в руку свин, и мазнул сырым пятачком по руке. По телу пронеслась волна отвращения от соприкосновения с прохладным скользким носом. 

Я отдернула руку и вытерла ее об ковер.

— Не смей прикасаться ко мне, ведьма! — Прищурившись, выдал принц. — Стража-а!

Сначала приняли за женщину с пониженной социальной ответственностью, а теперь в ведьмы записали. Я уже боялась столкнуться с кем-то еще из местных. 

— Да я жизнь тебе спасаю, неблагодарный, — шикнула я на него. — Кто тебя узнает в таком виде!

Я тут его спасаю, а этот окорок обвинениями раскидывается. По-хорошему, будь он человеком, я бы как минимум надрала ему уши или залепила хорошую пощечину. Но на розовую свинку рука никак не поднималась, пусть у него изо рта и вылетала отборная чушь.

— Я это я, и такое простое заклятие, даже не на крови, ничего мне не сможет сделать, — топнул копытцем принц. — А вот твое участие во всем этом мне кажется очень даже странным. Откуда ты появилась? Кто такая? На тебе же какая-то драная сорочка, даже не полноценное платье.

Вот уж правда, встречают по одежке. И какие бы ни были благие намерения, без надлежащего внешнего вида хоть лбом об пол бейся, никто не прислушается.

— Я здесь оказалась случайно, — уже в который раз повторила, но сейчас скорее для себя. 

Случайно ли? Девушка с хищными глазами сказала, что я стану палачом. Значит, она и без того задумывала недоброе, а на меня, влезшую сюда, сбежавшую от герцога, без сомнений повесят превращение принца в свинью.

Холод пробежал по телу. Вот и костер замаячил впереди, и гораздо раньше, чем я могла рассчитывать.

Бах! 

Мы с поросенком вздрогнули разом и уставились на дверь. 

Бах! Бах ! Бах!

С третьего удара она слетела с петель и внутрь вбежали пять человек в золотых ливреях с саблями наголо, а следом за ними вошел тот самый Дарио, от которого, как я надеялась, мне удалось удрать.

Слова застряли в горле, когда я посмотрела ему в лицо.

— Дар! — радостно пискнул принц и подбежал к герцогу, оказавшись у его ног, но тот и взглядом его не удостоил. 

Вместо этого, Дарио не отрываясь смотрел на меня, и ничего хорошего потемневшие глаза и сжатые в жесткую линию губы для меня не предвещали. Одним движением руки он заставил огонь на портьере погаснуть.

— Где мой брат? — коротко спросил герцог. 

— Я здесь! — топчась на месте от нетерпения заявил принц. — Ты чего. Дар, это она во всем виновата. Арестуй ее.

— Заставь своего фамильяра заткнуться, иначе это сделаю я, — отчеканил Дарио, шагнув в мою сторону.

— Это не фамильяр, — на выдохе ответила, отступая. — Это и есть принц.

Герцог остановился, и я практически кожей ощутила, как давление с его стороны спало, и смогла глубоко вдохнуть прохладный, все еще немного отдающий гарью воздух.

— Здесь была женщина, которая его прокляла, — добавила в надежде, что к моим словам прислушаются.

Дарио и правда повернулся к принцу, посмотрел на него пристально, а затем перевел взгляд на одежду, разбросанную по полу. Светлый камзол с золотыми эполетами, бриджи, сапоги, и даже шейный платок. Все, что было на принце в момент превращения, осталось здесь.

Дарио взмахнул рукой, шепнул заклинание и из вороха одежды в воздух поднялся кулон. Черный камень в золотой оправе послушно лег в ладонь герцога. 

Свин, увидев его, громко икнул и тут же упал на бок, будто чувств лишился.

— Свинью на кухню, а ее в темницу, — приказал герцог, и в этот момент я позавидовала свинье, которая отключилась и не услышала этих слов.

— Нет-нет, — я уперлась каблуками в пол, как только пара молодцев спрятали сабли и взяли меня под руки. — Это все большая ошибка. Дайте мне объяснить. У принца отрезали волосы и превратили в свинью. Это он, посмотрите на глаза! А ну просыпайся и помоги мне, сала кусок!

Я хотела пнуть принца, разлегшегося на полу, но не дотянулась до него. Да и польза от этого вряд ли получилась бы. Дар больше не обращал на меня внимания. В его руках загорелась сфера, в которую герцог отдавал приказания.

— … перекрыть все двери, проверить барьер на наличие бреши и никого больше не впускать и не выпускать. Главного смотрящего немедленно ко мне, и не сообщать об этом никому. Почему эти двое еще здесь? — Дарио так глянул на молодцев в ливреях, что те посерели.

Я торопливо облизнула пересохшие губы. Надо было сидеть на месте и никуда не убегать. Благосклонность, с которой ко мне обращался Дарио, улетучилась, будто ее и не было. В его глазах я теперь являлась преступницей, убившей его брата, и я вряд ли могла рассчитывать на честное разбирательство дела.

И почему тот из братьев, что выглядел старше и как минимум серьезнее, не назывался принцем и наследником? В этом мире что-то все же было устроено не так, как у нас.

— Пс, — не дал мне погрузиться в размышления о иерархии наследования престола подозрительно знакомый голос. 

— Идите ногами, мисс, а не то вас потащат, — проворчал один из ребят, державших меня под руку.

— Пс, ведьма, — снова раздалось рядом.

Никак, его высочество перестало прикидываться спящим принцем. 

Я скосила глаза на одного из ливрейных, который тащил свинью на руках, в то время как двое других конвоировали меня.

Мы покинули место преступления, и теперь шли по коридору, и сдавалось мне, наше совместное путешествие с принцем продлится недолго. Его сейчас унесут на кухню и подадут в одном из блюд его же родным. При мысли об этом к горлу подкатила тошнота. Каким бы противным не был этот окорок, такой судьбы я ему не желала, как и его близким.

— Да хватит глазами хлопать. Очевидно, что меня понимаешь только ты, — громким шепотом снова заговорил свин. — Видишь у того, что справа на поясе мешок.

— Мхм, — не выдавая того, что говорю с принцем, промычала я.

— Хватай меня и его. Внутри кристаллы для перемещения. Заряд у них не сильный, перекинет только за пределы дворца. Но этого должно хватить, чтобы сбежать.

Отвечать я не стала, дабы не выдать себя. Похоже, принц все же умел соображать, когда это было необходимо. Может, и прикинулся потерявшим сознание, только чтобы выиграть время.

— Нет времени сомневаться, — нервно прихрюкнул в конце принц. — Еще один поворот, лестничный пролет, и нас разведут в разные стороны. Давай! Иначе я буду преследовать тебя в загробной жизни!

Мамочки!

Свин оказался прав, как только мы повернули за угол, впереди показалась довольно узкая лестница, явно не для благородных обитателей дворца, а для прислуги. Не дав себе времени засомневаться или задуматься над правильностью того, что я собираюсь сделать, я со всей силы наступила каблуком на ногу парню в ливрее. Не ожидавший такой подлости, он вскрикнул от боли, и не среагировал, когда я сдернула с его пояса мешок.

— Высыпай кристаллы! — взвизгнул принц, вывернувшись из рук другого стражника и прыгнул в мою сторону. — Репенте! Репенте!

— Не делайте глупостей, мисс, — второй страж, чьи ноги не пострадали, вытащил из ножен саблю и направил в мою сторону. — Вы не сможете отсюда сбежать.

Свин вцепился в мою ногу всеми четырьмя, как маленькая обезьянка. 

— Репенте! — пропищал он.

— Простите, — я посмотрела на стражников, которые будто сами меня побаивались, и не решились нападать. — Надеюсь, вам за меня не влетит. 

Я запустила руку в мешочек и сжав один из кристаллов, зажмурилась, и чувствуя себя полной идиоткой, повторила слово, которое верещал принц. 

Перед глазами полыхнул белый свет и меня снова засосало в знакомое ощущение водоворота.

Приземление оказалось неприятным. Я плашмя грохнулась на довольно твердую поверхность, а сверху на меня приземлился шарообразный спутник, чьи копыта оказались до боли острыми, когда он вскочил и оттолкнувшись от моего распластанного тела, спрыгнул на землю.

— Земля, — пошарив рукой рядом с собой, я даже смогла радостно хохотнуть.

Никогда бы не подумала, что лежать на сырой земле, а не где-нибудь на полу во дворце, когда над над головой у меня раскинулось ночное небо с двумя лунами, может оказаться таким приятным занятием.

— У нас получилось, — поднявшись на ноги и отряхнув платье, подытожила я. — Куда нас занесло?

Дорога со следами копыт и колеей, появившейся от регулярного движения повозок, выглядела вполне цивилизованно. Мы приземлились аккурат в центре небольшой поляны, где деревья стояли реже друг к другу, но в целом, все вокруг, насколько хватало взгляда, заполнял лес.

Принц все это время бегал рядом, подняв нос кверху и принюхиваясь, ну точно собака, почуявшая, что где-то поблизости есть лакомство.

— Дальше, чем я думал, — констатировал принц. — Прячься!