Попаданка (не) против развода

– Госпожа! Госпожа! Откройте, – слышится из-за двери заунывный вой старой служанки, то ли Марты, то ли Мирты – я до сих пор не запомнила.

Сижу возле камина и лихорадочно листаю пухлую тетрадь с желтоватыми страницами, украшенными узорами в виде замысловатых вензелей.

Не верю! Я просто в это не верю!

– Госпожа, господин уже здесь и требует, чтобы вы к нему вышли.

– Да пошёл он, – нервно огрызаюсь в ответ, роняю тетрадь на пол и хватаюсь за голову.

Алисия, что же ты наделала, сестрёнка…

Сестрёнка, о которой я узнала два дня назад, когда оказалась в другом мире, в чужом доме, ладно хоть в своём теле.

– Госпожа! – голос служанки звучит подозрительно испуганно, а следом на дверь обрушивается град мощных ударов.

– Алисия, открывай!

Вздрагиваю. Мужской голос мне не знаком. Неужели, тот самый муж, что, по словам настоящей Алисии, объелся груш? Его только не хватало. Я два дня из комнаты не выхожу в надежде, что новообретённой сестре-двойняшке быстро разонравится в моём мире, и она вернёт всё как было.

Раздаётся треск вырванной с мясом щеколды, и на пороге возникает мужчина. Высокий. Волосы цвета расплавленного золота, тёмно-синие глаза, острые, изящные черты лица с упрямой линией подбородка и бледные, идеально прорисованные губы. Почему Лисса не предупредила, что он настолько хорош? Впрочем, это ничего не меняет. Верните меня туда, откуда взяли! Хочу домой! В свою уютную однушку! В свою одинокую жизнь! Даже измена жениха больше не кажется такой уж великой трагедией, как прежде. Бывает. Мелочи жизни. А вот перенос в иной мир, в условное средневековье – настоящий удар судьбы.

– Почему ты здесь прячешься? – холодно спрашивает чужой муж. – Разве я не предупредил, что у нас будут важные гости? Во что ты одета?

Он брезгливо осматривает моё платье – самое удобное, что я нашла в гардеробе Алисии, а потому очень простое, тёмного цвета, почти как у прислуги, что целыми днями мешается под ногами.

– Переодевайся и спускайся. Её высочество не любит ждать.

Смутно припоминаю данные Лиссой инструкции о предстоящем банкете по случаю завершения успешной дипломатической миссии, которой руководил её златовласый супруг. Плевать! Дом полон народу, без лишней указиловки знающего, что делать.

– Госпожа, вам надо переодеться, – ко мне подходит то ли Марта, то ли Мирта и осторожно тянет в сторону гардеробной.

Поддаюсь на её уговоры, но напоследок бросаю взгляд через плечо. Блондин смотрит вслед задумчиво. Неужели догадался, что я не та, за кого себя выдаю?..
 
От автора: Дорогие, как и обещала в последнем блоге, решила разбавить фантастику фэнтези. Эта книга своего рода эксперимент. Она будет выкладываться без поддержки литмобами, блогами и решками. Посмотрим, как зайдёт 😊

Через полчаса спускаюсь в просторный холл.

Ну вот, я так и думала. Слуги прекрасно справляются без меня. Стол накрыт, оркестр играет приятный «лаунж», гости общаются между собой, звенят бокалы. На середине лестницы у меня возникает желание развернуться и уйти обратно в спальню, однако острый взгляд «мужа» пришпиливает к месту как энтомологическая булавка бабочку. Замечаю рядом с ним женщину в красном платье, брюнетку. Она оглядывается и оказывается очень молодой, не старше двадцати. У неё большой рот и тонкие губы, однако это нисколько её не портит. Красивая. Особенно зелёные глаза в окружении длинных, густых, угольно-чёрных ресниц. Никакой туши не надо. Девушка видит меня и тут же собственнически берёт Ларсена (запоздало вспоминаю имя блондина) под руку.

Кстати, Алисия писала про измену и грядущий развод. Видимо, вот в ком дело…

Пальцы впиваются в холодное, отполированное до зеркального блеска дерево перил. В доме вообще довольно прохладно, хотя на улице, судя по виду из окна, конец весны или начало лета – всё цветёт и благоухает.     

Вынужденно продолжаю спуск. Брюнетка что-то шепчет Ларсену, ласково треплет по плечу, косит глазами в мою сторону. Жутко хочется проверить, всё ли в порядке с платьем и макияжем, но я беру себя в руки, принимаю невозмутимый вид и шагаю навстречу сладкой парочке. В том, что она именно «сладкая», я больше не сомневаюсь. Девица постаралась убедить меня в этом всеми доступными способами. Осталось выяснить, кто она такая?

Жаль я не смогла взять с собой записную книжку, при помощи которой общаюсь с Алисией. Мне попросту некуда было спрятать эту довольно пухлую тетрадку с подробными инструкциями. Придётся действовать по наитию.

И всё-таки Лисса – дура! Ведь я даже элементарных правил местного этикета не знаю. Стою столбом, а эти двое явно чего-то от меня ждут.

Брюнетка капризно морщит носик. Глаза Ларсена опасно сужаются.

– Ваша светлость, наконец-то вы почтили нас своим присутствием, – насмешливо щебечет девица. – Мы успели потерять всякую надежду.

Герцог делает шаг вперёд, хватает меня за локоть, больно сжимает и шепчет на ухо:

– Поклонись Её Высочеству.

Я удивлённо округляю глаза – брюнетка снисходительно улыбается.

Делаю корявый реверанс – Высочество благосклонно кивает и снова липнет к моему – тьфу! – Лисскиному мужу. То есть её вызывающее поведение приемлемо, а моё, видите ли, нет?

Выдыхаю и перевожу взгляд на гостей. Они с явным удовольствием наблюдают за разыгрывающейся у них на глазах драмой. Все такие напомаженные, нарядные, с фальшивыми улыбками на лицах. Впрочем, фальшь для меня дело привычное. Там, где я работаю, а именно в ресторанном комплексе «Империя», её тоже хватает.

Выжидательно смотрю на мужа, который, вроде бы, должен проводить супругу к столу. Или в присутствии столь важной особы меня задвинут на второй план? Так и выходит. Ларс любезно предлагает руку принцессе, а я плетусь за ними как третья лишняя. Ловлю на себе сочувствующий взгляд одной из дам – приятной пышечки с миловидным личиком и ямочками на щеках.

– Ах, Лисса! – шепчет мне на ухо дама, когда я сажусь рядом с ней, безропотно уступая своё место подле мужа Её высочеству. – Неужели это правда? Все кругом только и говорят, что о вашем с Ларсеном разводе.

– Говорят? – глупо переспрашиваю. – А что именно говорят?

– Что через неделю закончится обозначенный в брачном договоре срок, в течение которого ты должна была родить герцогу Вилю наследника. И о том, что принцесса Мариса – его будущая невеста. Как только вы разведётесь, они объявят о своей помолвке.

– О… – я машинально складываю тканевую салфетку, что лежит возле моей тарелки, в цветок лотоса.

– Как красиво, – ахает пышечка, невольно привлекая к нам внимание Ларсена и принцессы.

Муж хмурится, поймав мой растерянный взгляд, что-то тихо говорит Её высочеству, поднимается из-за стола и громко объявляет:

– Прошу прощения, но Её светлости до сих пор нездоровиться. С вашего позволения я провожу её в личные покои.

Само собой никто не возражает. Во взглядах вместо сочувствия – снисходительность и даже брезгливость к чужой слабости.

Опираюсь на руку Ларсена и осознаю свою беззащитность перед всеми этими людьми. Два дня, что нахожусь в чужом мире, ничуть не способствовали адаптации. Они скорее привели к нервному и физическому истощению. Я изо всех сил сопротивлялась и не желала принимать новую действительность как данность, как что-то реальное, продолжая считать сном, затянувшимся кошмаром…

Корсет немилосердно впивается в рёбра. Подъём по лестнице во взвинченном состоянии даётся мне нелегко.

– В чём дело? – недовольно хмурится Ларс, когда я останавливаюсь.

На меня накатывает дурнота, руки мелко дрожат, в глазах темнеет. Когда я ела в последний раз? Не помню…

– Подожди, – тихо прошу и тщетно пытаюсь сделать вдох поглубже.

– Тебе плохо? – проницательно догадывается Ларсен. Его правая рука перемещается ко мне на талию, но делает только хуже. Вместо поддержки ощущаю немилосердные тиски. Синие глаза напротив полны льда. Чем Алисия заслужила подобное к себе отношение? – Или ты притворяешься?

Приплыли…

Сознание действительно уплывает. Я из последних сил цепляюсь за него. Всегда считала обморок унизительным, а вовсе не романтичным моментом.

На лице герцога наконец-то появляется беспокойство. Объятие становится нежнее.

– Можешь идти самостоятельно?

– Да, – отвечаю торопливо, поскольку совершенно не желаю вдруг оказаться у Ларсена на руках. – Возвращайся к гостям.

– Нам надо поговорить.

– Разговор можно отложить до более удобного времени. – Я наконец-то обретаю обычно присущее мне самообладание, выкованное тремя годами в должности управляющего ресторанным комплексом.

Во взгляде Ларсена сквозит удивление. Кажется, сегодняшнее поведение жены отличается от привычного. Но я не собираюсь ломать себя в угоду Лисске-эгоистке, если и задержусь в этом мире, то только оставаясь сама собой.

– Прошу, вернись к гостям.

Мужчина наконец-то меня отпускает, и я цепляюсь одной рукой за перила, чтобы не упасть. Провожаю герцога взглядом, не двигаясь с места. Внизу он всё-таки оборачивается. Синие глаза кажутся чёрными. Улыбаюсь через силу, давая понять, что всё в порядке. Но это не так, и, как только Ларсен скрывается из виду, со стоном опускаюсь на ступени, прижимаюсь лбом к деревянной, резной балясине. Хорошо, что место, где я сижу, из зала не видно.

– Госпожа, что с вами? – раздаётся над ухом знакомый голос, и я всё-таки вспоминаю имя женщины: Мирта, её зовут Мирта.

– Помоги мне дойти до комнаты, а потом принеси что-нибудь поесть.