Попаданка в дораму. Второй шанс

– Держи воровку! Лови ее! – надрываясь, кричал торговец булочками, указывая на меня пальцем.

Я бросилась прочь, не разбирая дороги. И ведь не докажешь ему, что ничего не брала. Поверьте, я пыталась. Булочку украл рядом стоящий мальчишка, но его не заметили и подумали на меня. И теперь я бегу, сбивая все на своем пути, боясь попасться стражникам. Потому что, если меня схватят, то пощады не будет. Либо сделают рабыней, либо казнят, а моя жизнь и без того не сахар…

Два дня назад я очнулась на обочине дороги, не помня своего имени, к какому принадлежу сословию и как, вообще, оказалась в таком положении. Абсолютно одна в этом мире - без семьи, без прошлого, словно раньше меня и вовсе не существовало как личности.

– Вот она! Хватай! – за спиной снова раздался крик торговца.

Да что ж такое! Вот, неугомонный! А я-то думала, что сумела оторваться от погони, но нет. Стражники дышат мне в спину, а я уже на пределе своих возможностей. Того и гляди - ноги откажут и легкие из грудной клетки выпрыгнут.

Снова свернув в переулок, я вдруг оказалась в тупике и замерла, не зная, что делать. Через крыши домов мне не перепрыгнуть, а назад уже не повернуть.

– Ага, попалась! – первым в переулок забежал торговец и довольно оскалился. – Теперь не уйдешь.

Да он прям настоящий Капитан Очевидность. А-то я это без него еще не поняла…

В тот же миг ко мне бросились стражники. Схватив за руки, они бесцеремонно поволокли меня в темницу. Сопротивляться смысла не было. За этих два дня я уже успела понять, что магией не обладаю и в боевых искусствах не разбираюсь. Оставалось надеяться, что прежде чем мне вынесут приговор, будет суд. Возможно, мне все-таки удастся себя оправдать? Ну, или по крайней мере, попытаться…

Идя под стражей по улочкам города, я замечала на себе презрительные взгляды прохожих. Они даже не знали, в чем именно я провинилась, но все равно считали меня преступницей.

От досады поджала губы. Нда уж, несправедливости в этом мире хватало. И обиднее всего, что я прочувствовала ее на себе.

Наконец, мое позорное шествие закончилось. Передав меня тюремным надзирателям, стражники ушли. Теперь оставалось дождаться, когда придет торговец булочками и выдвинет обвинение…

Прошли сутки. Все это время я провела за решеткой. Радовало одно - меня здесь хотя бы кормили, да крыша над головой имелась. А вот дальнейшие перспективы совсем не обнадеживали…

Сказать, что н было страшно, значит ничего не сказать. Я вздрагивала от каждого шороха, а когда лязгал замок, сердце и вовсе пускалось вскачь. Хотелось, чтобы все это поскорее закончилось…

– Выходи, – дверь открыл тюремщик и осветил фонарем камеру. – Сегодня состоится суд.

Ну вот, как говорится: бойтесь своих желаний. Хотела, чтобы все поскорее закончилось? Получите и распишитесь. Вот только спокойнее мне не стало. Внутри нарастала паника, и я не знала, как ее сдерживать.

С трудом взяв себя в руки, я поднялась с тростниковой подстилки и вышла из камеры. Что ж, судьбу не изменить, хотя верить, что сегодня меня могут приговорить к смерти, не хотелось.

Тем временем меня вместе с заключенными конвоировали в Зал Правосудия. Стоя со связанными руками, я смотрела на судебную комиссию. И, судя по суровым лицам мужчин, мягкого приговора ждать не приходилось.

Наконец, настала моя очередь. Оказавшись в центре зала, я увидела своего обвинителя. Торговец булочками стоял чуть в стороне и с презрением смотрел в мою сторону. И не лень же ему было сюда прийти из-за какой-то украденной булки, которую я, к тому же, не брала. Это же надо было быть таким мелочным и ненавистным.

– Обвиняемая, назовите свое имя, – выдернул меня из неприятных мыслей судья.

– У меня нет имени, – четко ответила я. – Вернее, я ее не помню.

– Что это значит? – последовал очередной вопрос.

– Несколько дней назад я очнулась на обочине дороги, не зная, кто я и откуда, – сказала чистую правду. – при мне не было ни денег, ни документов.

– Ладно, это к делу не относится, – холодно произнес судья. – Итак, вы обвиняетесь в краже. Признаете свою вину?

– Нет, – покачала головой. – Я ничего не брала у этого мужчины, – взглянула на торговца.

– Тогда зачем ошивалась возле моего товара, раз не было денег? – возразил тот, смешно выпятив нижнюю губу. – Господин судья, она не только воровка, но и лгунья!

– Сейчас мы это выясним, – отчеканил чиновник, грозно взглянув на обвинителя. – А если вы снова будете выкрикивать без разрешения, то я обвиню вас в неуважении к суду, и тогда вы тоже окажетесь среди обвиняемых.

В глазах торговца мелькнул страх. Он явно не ожидал, что ему закроют рот.

– Приглашаются свидетели! – провозгласил секретарь.

В зал вошли двое мужчин. Приглядевшись, я узнала в них тех самых стражников, которые меня поймали.

– При поимке у подсудимой была обнаружена украденная булочка? – обратился к ним судья.

– Нет, – ответил один из них. – Но она пыталась от нас убежать. Разве это не подтверждает ее вину?

– Да я просто испугалась, – попыталась оправдаться и взглянула на судью, но тот был непреклонен…

– Это вас не оправдывает, – отчеканил судья. – Если бы вы были не виноваты, но не скрылись бы с места преступления. При обыске у вас не нашли бы украденного и тогда вас отпустили бы. Но вы попытались сбежать, а значит могли избавиться от украденного по дороге.

Ну что ж, стоит признать, что здесь он прав. Проблема в том, что время вспять не повернешь и своей ошибки исправить уже не получится…

– Сорок ударов, – вынес свой приговор судья.

Меня тут же схватили и потащили к деревянной доске. Я пыталась сопротивляться, но все было без толку. В этот миг я проклинала всех, кто был в этот момент в Зале Правосудия. Чиновников, стражников, обвинителя и зевак, которые пришли насладиться зрелищами. Но прежде, чем исполнители взялись за палки, снаружи послышался цокот копыт, ржание лошадей и голос, привыкший отдавать приказы.

Все присутствующие мгновенно затихли и уставились в проем главных дверей. Не понимая, что происходит, последовала их примеру и увидела в меру упитанного мужчину, облаченного в роскошный наряд. Его сопровождали облаченные в доспехи воины.

Поднявшись по ступеням, он вошел в зал, не спуская взгляда с судьи. В этот миг по залу пронеслись шепотки, а все присутствующие опустили взгляды, словно боясь привлечь его внимание. Судья же и вовсе побледнел и лишь огромным усилием воли сдерживался, чтобы не попятиться, пытаясь выглядеть достойно.

– Императорский евнух Е Бин, – все-таки набравшись мужества, обратился он к незваному визитеру. – Что вас привело в Зал Правосудия?

– Императорский указ! – провозгласил тот, и все мгновенно рухнули на колени. Даже исполнители приговора уронили палки и пали ниц, услышав слова императорского евнуха. – За недобросовестное исполнение своих обязанностей лишить чиновника Лю Гуамина должности, заковать в колодки и отправить на каторгу.

– Пощадите! – взмолился судья, вдруг оказавшись на моем месте. – Это ложные обвинения. я всегда был добросовестен к своим обязанностям…

– Хочешь сказать, что наш император лжец? – вдруг побагровел евнух.

– Нет! Конечно же, нет, – попытался оправдаться Лю Гуамин.

– Увести его! – не став слушать, отчеканил обвинитель и вдруг посмотрел в мою сторону.

От его взгляда мне стало не по себе. Я только сейчас осознала, что не стою на коленях, как все присутствующие. Наверное, мне тоже стоило пасть ниц, чтобы не привлекать к себе внимания. А теперь уже поздно…

– Принцесса Ли Лан! – евнух вдруг сам рухнул на колени и почтительно сложил руки. – Наконец-то, вы вернулись!