После развода. Я (не) стану твоей истинной

– Элайна, демоны тебя разорви! Живо сюда!

Входная дверь ударила в стену с такой силой, что жалобный звон колокольчика утонул в оглушительном грохоте. Увесистый флакон из изумрудного стекла выскользнул из пальцев и вдребезги разбился о каменный пол.

– Проклятье! – я зашипела сквозь зубы и едва не разрыдалась, глядя, как шедевр ручной работы, стоивший мне почти целое состояние превратился в осколки, переливающиеся при свете лампы.

Какого чёрта Дэмиан припёрся в мою лавку? Генерал Райх обещал прийти завтра за парфюмерным маслом для жены и без возражений внёс полную предоплату!

Где теперь найти другой такой же?

Это штучный экземпляр!

Однако неприятности лишь начинались. Звон разбитого стекла в торговом зале заставил меня вздрогнуть всем телом и внутренности скрутило колючим спазмом. Я рванулась вперед, осколки жалобно захрустели под подошвой.

Вбежала в небольшой торговый зал и застыла, не веря своим глазам.

Мой муж – бывший королевский дознаватель Миствэлла, а ныне разжалованный пьяница, промотавший почти всё наше семейное состояние, обернул кулак тканью потрёпанного камзола и бессовестно громил витрину.

Изящные пузырьки с готовыми духами и маслами – мой единственный смысл жизни, летели на пол один за другим. Смешанный аромат ударил в ноздри, наполняя помещение удушающей сладостью.

Такой приторной и неправильной!

Ваниль смешалась с перцем, лилия с вишней, мускусом и шалфеем, создавая отвратительную какофонию запахов.

Горло перехватило от шока и непонимания. Несмотря на то, что мы с Дэмианом давно уже стали даже не соседями, а вынужденными сожителями, он никогда не приходил ко мне в лавку.

Даже когда ему требовались деньги.

Это было моё детище! Моё спасение и наш последний источник дохода. Единственный способ получить хоть каплю радости в моей тоскливой жизни и не забыть, кто я такая.

– Совсем рехнулся, а?! – я бросилась к нему, пытаясь оттолкнуть от витрины. Впилась ногтями в его запястья, раздирая грубую кожу в клочья! – Пошёл вон отсюда! Слышишь? Прочь, я сказала!

Дэмиан грубо оттолкнул меня с такой силой, что я потеряла равновесие. Неловко хватая руками воздух, я рухнула на пол.

Затылок обожгло болью, а висок чудом не задел острый край прилавка. Во рту расцвел металлический привкус – кажется, я прикусила язык до крови.

Помотав головой и пытаясь прийти в себя, я пропустила тот момент, когда Дэмиан оказался надо мной, заслоняя свет. Глаза, когда-то бывшие ярко-серыми, а теперь мутными как талый островок снега на многолюдном тротуаре, налились кровью.

Он был не просто пьян – он находился в каком-то безумном исступлении.

– Сколько стоит вся твоя дрянь? – хрипло прорычал он, пнув ногой осколки моих творений.

Я судорожно хватала воздух пересохшими губами, ощущая, как каждый вдох отдаётся болью в рёбрах. Дрожащими пальцами вцепилась в лакированную древесину прилавка, пытаясь подняться, но пальцы нервно скользили по гладкой поверхности, не позволяя за неё ухватиться.

Дэмиан наклонился. Зловонное дыхание обожгло мою щеку за мгновение до того, как его пальцы вцепились в мои волосы и что есть силы дернули вверх.

– Ай! – кожу на голове ошпарило невыносимой болью, будто с меня заживо сдирали скальп, а перед глазами заплясали чёрные точки. – Мне больно!

– Больно? – осклабился он, брызгая каплями слюны мне на щёку.

Взгляд в панике метался по разгромленному залу, пытаясь найти что-то потяжелее, чтобы огреть этого подонка.

– Наверное, потому что эта чёртова дыра не стоит ни гроша? Больно от того, что никому не нужны твои вонючие притирки? Такие же бесполезные как и ты.

Слова били наотмашь. Потому что я уже раньше слышала их, но только от того, кто вырвал заживо моё сердце и растоптал его в кровавые ошмётки.

От того, кого я любила так сильно, что после предательства внутри умерли все чувства и эмоции, превратив меня в статую изо льда.

А Дэмиан без труда прочёл мои мысли.

– Понятно, почему тот дракон использовал тебя и выбросил, как изгаженную подстилку. Да если бы не я...

Эту черту он перешёл впервые.

Моя рука взлетела сама, отвешивая ему пощечину с такой яростью, что я отбила ладонь! На заросшей щеке расцвела красная пятерня.

Дэмиан замер. Глаза расширились от удивления, а затем зрачки сузились, как у дракона. Даром, что он всю жизнь им завидовал.

Грязно выругавшись, он размахнулся и ударил меня в ответ с такой силой, что перед глазами полыхнула огненная вспышка, а затем всё заволокло мутной пеленой.

Сквозь алый туман я увидела, как в помещение вошли пятеро громил, заполнив пространство. Дэмиан шумно сглотнул и, сделав шаг, встал за спину, заслоняясь мной от них как живым щитом.

Тот, что шел впереди – высокий мужчина с переломанным носом и лицом, испещрённым рытвинами, внимательно осмотрел меня с ног до головы.

– И почему я не удивлён? – произнес он, скривив губы в пародии на улыбку, обнажив ряд желтоватых зубов. – Остынь, Дэми, и не порть жёнушке товарный вид.

Я судорожно дёрнулась, пытаясь вырваться из цепкой хватки мужа, но его пальцы клещами впились в мою руку. Кожа горела от боли, но ему этого было мало. Выругавшись сквозь зубы, он с силой толкнул меня вперёд, прямо на бандитов!

Я лишь чудом удержалась на ногах, едва не упав на колени прямо к ногам главаря. В ноздри ударил запах дешёвого дёгтя от порядком изношенных сапог с кислой примесью свалявшегося табака.

От отвращения по спине пробежала колючая волна из сотни острых ледяных иголок. Взгляд лихорадочно метался по комнате, пока не зацепился за разбитое стекло витрины.

– Иди ко мне, – осклабился гад, и я, будто очнувшись, резко бросилась вправо, хватая пальцами наиболее крупный из осколков.

Кажется, он порезал пальцы, но я не чувствовала боли. Только шум в висках и сердце, стучавшее от всплеска адреналина.

– Только подойдите! – просипела, выставив его перед собой, как оружие.

– Ты в своём уме! – Дэмиан вытаращил глаза и маленькими шажочками попятился назад. – Элайна, не дури! Делай то, что тебе говорят!

Я окинула его взглядом, полным брезгливости пополам с презрением. Стало стыдно перед собой же – ну как могла я прожить с этим человеком пятнадцать лет? На что я надеялась?

Главарь тем временем сделал шаг вперёд, но я сильнее сжала осколок, не обращая внимания на капли крови, стекающие по пальцам.

– Элайна, не веди себя как истеричка, – от фальшиво-ласкового тона мой желудок сжался, а рёбра болезненно кольнуло. – Ну поцарапаешь моих парней стекляшкой, а потом придётся с каждым по очереди расплачиваться. Оно тебе надо?

Наивный.

Я горько хмыкнула, и медленно, не отрывая взгляда от колючих глаз главаря, поднесла осколок к своей груди.

Молча и без колебаний.

Дэмиан резко побледнел, а тон главаря мгновенно изменился.

– Эй-эй, полегче, – наигранная ласковость исчезла, уступив место холодному расчёту. – Смотри, отчаянная, расклад следующий. Этот идиот, – он кивнул на моего мужа, – пошёл ва-банк. Проигрался по-полной. А перед этим написал расписку, где всё, что принадлежит Дэмиану Эшвуду, становится моим. Включая тебя и этот вонючий сарай. Перестанешь дурить, и я дам тебе работу. Да, тяжёлую, без выходных, зато получишь крышу над головой и миску супа на ужин. Не в борделе, не пугайся. Тебе уже за тридцать, и никто на тебя не польстится, им нужно молодое тело. Выгодная сделка, согласись?

Из горла вырвался нервный смешок. Перед глазами всё плыло, когда я повернулась к Дэмиану.

– Ты ещё хуже Соррэна, чудовище, – слова вырвались прежде, чем я успела их обдумать. От одного упоминания его фамилии меня буквально перекосило.

Как же я его ненавидела!

И за пятнадцать лет ничего не изменилось.

Дэмиан открыл было рот, но, поймав тяжёлый взгляд главаря, сжал губы и отступил к стене.

В голове вспыхнул образ из прошлой жизни. Смутное воспоминание о телевизионной передаче из родного мира, которую я смотрела ещё ребёнком.

План родился в одно мгновение. Безумный.

Но это был единственный способ спастись.

Я демонстративно медленно опустила осколок и разжала пальцы. Звон раздался в напряжённой тишине.

– Дайте мне надеть плащ, – произнесла я, старательно звучать как можно безразличнее. – Он в подсобке.

Мышцы одеревенели, затылок ныл, но я заставила себя стоять, расправив плечи и с высоко поднятой головой.

Главарь смерил меня оценивающим взглядом и медленно кивнул, не забывая продемонстрировать мне победную ухмылку

– У тебя есть минута, Элайна. И не надейся меня обмануть, я знаю, что из этого сарая только один выход.

Каждый шаг давался с трудом, колени так и норовили подогнуться. Сердце колотилось о рёбра так, что казалось вот-вот выскочит из груди. В висках стучала одна и та же мысль: “Как такое со мной случилось? Чем я заслужила? Я ведь даже не принадлежу этому миру.”

Пальцы дрожали, когда я сняла с вешалки потрёпанный серый плащ. Сквозь шум крови в ушах я уловила нетерпеливое покашливание главаря из торгового зала. Рука нырнула в карман и нащупала гладкий пузырёк. Эссенция удушающего перца – аналог земного перцового баллончика.

Несмотря на то, что власть теперь принадлежит драконам, и они вроде как стараются держать всё под контролем, на тёмных улицах бывает небезопасно.

И сейчас она была моим единственным шансом.

Сжав флакон в ладони, я медленно сдвинула крышку. Чуткий нос уловил едва заметный запах жгучего перца. Задержав дыхание, я ускорила шаг, покидая подсобку.

Главарь нетерпеливо постукивал носком сапога по полу. Чёрные, колючие глаза следили за каждым моим движением.

“Боги, я никогда вас ни о чём не просила, ведь вы благоволите в первую очередь драконам и их близким. Но сейчас я умоляю вас, помогите!”

Я не сбавила шаг и не дрогнула, когда приблизилась к пятёрке гадов на расстояние вытянутой руки.

Главарь протянул ко мне руку, намереваясь схватить за запястье.

“Действуй, Элайна!”

Услышав свой голос будто со стороны, я резким движением выплеснула содержимое пузырька.

Прямо в его глаза.

Дорогие читатели! Добро пожаловать в историю Элайны Эшвуд и Брайдена Соррэна из цикла "Разводы Миствэлла". Буду рада вашим комментариям и не забудьте добавить книгу в библиотеку, чтобы не потерять! А на следующей страничке вы увидите визуалы наших героев

Дорогие читатели, предлагаю поближе познакомиться с нашими героями поближе.
Начнём с Элайны Эшвуд.
 В восемнадцать лет Элайна попала из земного мира в Миствэлл. Девушку приютила у себя владелица парфюмерной лавки и принялась обучать своему мастерству. Год спустя она встретила молодого, но перспективного лорда Брайдена Соррэна, представителя влиятельного драконьего рода. Элайна влюбилась до безумия, но между ними случилось что-то, что сломило Элайну, забрав у неё все радости жизни. 
Но что будет, когда Элайна и Брайден встретятся вновь, пятнадцать лет спустя?

Дэмиан Эшвуд, муж Элайны
Бывший королевский дознаватель Миствэлла, который с падением королевской династии лишился должности и пошёл по наклонной. Кажется, он вовсе не пылает любовью к Элайне, но его выходка в её лавке выходит за грани понимания. Зачем он женился на ней, если в её сердце нет любви и как будут развиваться события?
Узнаем на страницах истории. 

А далее мы переходим к самому Брайдену Соррэну)

Всегда считала, что меткость – не моё, но, кажется, боги услышали мои молитвы. Оранжево-красная эссенция попала точно в цель.  

Маслянистые капли растеклись по лицу главаря, заструились по носу и лбу, проникли в глаза и попали между приоткрытых губ. Подонок вцепился обеими руками в лицо, царапая кожу ногтями, и взревел как раненый зверь.

Счёт шёл на доли секунд. Не теряя драгоценных мгновений, я нырнула под его рукой и с нечеловеческой силой растолкала его подельников. 

Пульс стучал в висках отбойным молотком, кровь вскипала и шумела в ушах, приглушая яростную истерику. Прохладный влажный воздух наотмашь ударил по раскрасневшимся щекам, тут же забрался под ворот плаща, будто того и ждал, продирая меня до костей! 

– Не упустите эту дрянь! –  истошно завопил главарь позади. – Схватить, живо! 

Но я уже бежала со всех ног, не разбирая дороги. Лёгкие работали как заведённые – вдох-вдох и длинный выдох, чтобы не кололо в боку. К счастью, мощный прилив адреналина не вогнал меня в ступор, а наоборот – гнал со всей силы.

– Элайна, вернись! Они же тебя убьют! – голос Дэмиана был пронизан паникой, но я понимала, что он волнуется не за мою жизнь. Знает, что если я сбегу, ростовщики сдерут с него три шкуры. 

В буквальном смысле.

Редкие припозднившиеся прохожие шарахались в стороны, но никто не вызвался помочь. А за спиной нарастал топот тяжёлых сапог вперемешку с грязной руганью и обещаниями, от которых внутренности сворачивались в узел.

– Пощады не жди! – хрипел один.

– Только попадись! – вторил другой.

Проклятые каблуки предательски цокали по мостовой, выдавая каждый мой шаг, и не позволяя набрать скорость. Тротуарные камни, отполированные недавним дождём, блестели в тусклом свете фонарей, превратившись в коварную ловушку. Достаточно одного неверного движения – и я рухну, поскользнувшись.

“Боги, прошу, помогите ещё раз”, – мысленно повторяла про себя, хватая ртом морось, висевшую в воздухе. 

Я же не просила судьбу забросить меня в другой мир! Это была не моя прихоть, но оказавшись в Миствэлле, я жила тихо и мирно, соблюдая приличия и не нарушая местных законов.

И снова мне повезло!

Впереди из-за угла показались три стражника преклонных лет в потертых мундирах городской стражи. Вряд ли они могли сражаться с гадами на равных, но сейчас законники казались мне ангелами-спасителями.

– Помогите, умоляю! — вырвалось из груди сиплым хрипом. – Они хотят меня похитить!

Стражники встрепенулись, как охотничьи псы, почуявшие добычу. Заскорузлые пальцы с грязными ногтями схватились за потёртые рукояти мечей, и лезвия с шелестом покинули перемотанные ножны, слабо блеснув в полумраке.

Не замедляя бега, я свернула за угол и лишь тогда позволила себе остановиться. Ноги подкосились, и я согнулась пополам, упираясь ладонями в трясущиеся колени. Лёгкие полыхали огнём, в левом боку кололо так, словно в нём засел осколок стекла.  Я тяжело сглотнула, но горло сжалось, не пропуская вязкую слюну.

Кое-как распрямившись, я дрожащими пальцами дотянулась до шеи, затем проверила мочки ушей, нащупывая тонкую золотую цепочку и миниатюрные камни гарнитура – первого, что я купила себе на собственную выручку. Денег с собой не было, кошелёк с мелочёвкой остался в подсобке – я как раз отдала большую часть накоплений, чтобы получить партию качественного сырья из соседнего королевства Гринлэнд.

Сердце болезненно сжалось при мысли, что с украшениями придётся расстаться, но собственная жизнь была важнее. Потом куплю новый. Если мне удастся спастись.

Пока я думала, как добраться до вокзала и примут ли у меня золото вместо наличных, в уши ворвался лязг металла и долгий, протяжный стон. Мгновение тишины – и я снова услышала голоса бандитов из банды ростовщика.

– Разберись с этими стариками! –  прохрипел кто-то. –  Я найду беглянку и приволоку её к хозяину!

Внутренности покрылись тонкой коркой льда. 

Нужно бежать, но куда? 

Взгляд зацепился за проезжающий мимо чёрный экипаж с наглухо занавешенными окнами. Вороные лошади гремели копытами по мостовой, и я, не раздумывая, выбежала из ненадёжного укрытия.

–  Я вижу её! 

– Вот она! 

“Элайна, Эля, держись!” – не выдержав, я назвала себя родным, почти забытым именем из прошлой жизни. Отчаяние придало мне последние крохи сил. 

Выскочив на дорогу перед самыми лошадьми, я взмахнула руками, привлекая внимание возницы. Животные вскинулись на дыбы и заржали, обдавая меня терпким запахом пота и кожаной упряжи.

–  Чтоб тебя демоны забрали! –  выругался кучер, натягивая вожжи, а я, бормоча извинения, подлетела к дверце и забарабанила ладонями по тёмному дереву.

–  Пожалуйста, откройте! 

Если не помогут – мне конец.

Дверь распахнулась так внезапно, будто тот, кто был внутри, только и ждал моей мольбы. Я запрыгнула на подножку и мешком упала на сиденье тёмного салона без капли искусственного света. 

Дверца захлопнулась с глухим стуком, отрезая меня от мира и преследователей. Кое-как приняв сидячее положение, я едва различала силуэт сидящего напротив человека. А затем я увидела, как вспыхивают два серебристых вертикальных зрачка. 

Вот засада!

Ну как я могла угодить в карету к дракону?

Я едва не зарыдала от отчаяния, и от побега останавливали лишь голоса преследователей, что с пеной у рта требовали остановиться. Экипаж стремительно набирал скорость, и низкий голос с пугающей мягкой хрипотцой произнёс:

– А ты отчаянная… Элайна Эшвуд.

Услышав своё имя я вздрогнула.

Да кто он такой? Этот голос я точно слышала впервые!

Пальцы невольно вцепились в плащ, с тихим шелестом сминая плотную ткань. По спине пробежала крупная дрожь, но усилием воли я заставила себя выпрямиться.

– Мы с вами знакомы? – осторожно поинтересовалась, стараясь, чтобы голос не дрожал так явно.

Секунда тишины. 

– Не лично, госпожа Эшвуд, – наконец ответил незнакомец. – Но как мы видим, я оказался в нужное время в нужном месте. И прошу, не беспокойтесь. Здесь вы в полной безопасности.

Ага, как же. 

За то время, что я живу в этом мире, я убедилась в том, что драконы – последние существа, которым когда-либо поверю. Они ничего не делают без своей личной выгоды. Люди для них – лишь средство для удобной жизни и обогащения.

–  Я не настолько известная персона, чтобы обо мне знали драконы, – с вызовом произнесла, подняв подбородок. Пускай видит, что я не из пугливых.

Мужчина тихо, но беззлобно рассмеялся и звонко щёлкнул пальцами. Под потолком кареты вспыхнула россыпь искр, осветив лицо – тёмные волосы до плеч, янтарные глаза, похожие на звериные, пронзающие насквозь. Тонкие губы и волевой подбородок, тронутый лёгкой щетиной. 

Да и одет он был слишком просто и неброско для сильнейшего мира сего – простая чёрная рубашка, расстёгнутая на одну пуговицу и чёрные брюки. Ни богато украшенного камзола, ни вычурной пряжки ремня, ни перстней и цепочек-амулетов.

Признаться честно, я не почувствовала прямой угрозы, но в голове промелькнула мысль – все драконы держатся сообща, и не удивлюсь, если лорд Соррэн, узнав о случившемся, расхохочется в голос и скажет, что я это всё заслужила.

При мысли о нём внутри будто лопнула натянутая струна, вскрывая старые раны и наполняя кровь жгучей кислотой обиды. Я закусила губу, ощутив металлический привкус крови на кончике языка. 

Не надо, Элайна, не думай о нём.

Только не сейчас. 

– Не могли бы вы довезти меня до вокзала? – попросила я, механически расправляя подол платья. Вновь и вновь, лишь бы перестать накручивать себя и отвлечься от случившегося. – Дальше я сама.

В янтарных глазах вспыхнули алые искры, а губы тронула ироничная улыбка.

– Я бы не советовал, госпожа Эшвуд. Судя по всему, те люди настроены серьёзно, и им не составит труда пойти по следу.

Я горько усмехнулась. Почему-то не ожидала от него иного ответа, но с другой стороны я не чувствую себя словно в западне. Экипаж сейчас напоминал мне клетку, но с открытой дверцей. Мол, хочешь – останься, а если страшно – что ж… беги.

– И что прикажете мне делать? 

– Сперва предлагаю вам остановиться в моём доме. Выпьем чаю и вместе продумаем план действий?

Вместе? 

А ему какая выгода?

Слишком уж это всё подозрительно.

– Я не хожу по домам незнакомцев, – парировала в ответ, машинально выпрямляя спину.

Дракон с улыбкой протянул мне раскрытую ладонь:

– Виноват, госпожа Эшвуд. Я – Ноам Рэйд. Вот уже девять лет как главный дознаватель Миствэлла, – он слегка наклонил голову. – И спешу вас заверить, я не из тех, кто приглашает к себе с недобрыми намерениями.

Несколько мгновений я смотрела на его протянутую руку – крепкую, с чистыми, аккурано подстриженными ногтями, твёрдыми мозолями от оружия, и странной татуировкой на запястье. Осторожно коснулась своей ладонью, скрепив знакомство бережным рукопожатием.

– Значит ли это, что вы неслучайно пришли мне на помощь? 

– Возможно, – Ноам неожиданно улыбнулся, и его лицо вдруг преобразилось, став почти человечным и даже милым. – Видите ли, эта банда у меня в работе, но взять её сейчас – значит отсечь одну из голов гидры, ведь через месяц найдутся те, кто займут их место. Мне нужен их главарь. Но это не единственная причина. Моя сестра – талантливый лекарь, сохранившая много жизней. Она мне все уши прожужжала о чудесной лавке Эшвуд. Вы её знаете – Геллина Арден. 

– Что? – ахнула я, ушам своим не веря.

Геллина...

Гела!

Энергичная, яркая женщина лет сорока, счастливая мать четырёх подростков и частая гостья моей лавки. И да, сейчас я припоминала, что она действительно жаловалась на брата, который себя не бережёт, но никогда не упоминала, что он – дракон, да ещё и главный дознаватель Миствэлла. 

Так уж получилось, что драконы в этом мире были исключительно мужского пола, и девочки всегда оставались людьми. В прямом и переносном смысле.

Карета тем временем подпрыгнула на выбоине, и я судорожно вцепилась в край сиденья. Адреналин схлынул, убедившись, что господин Рэйд не представляет для меня опасности, и усталость навалилась на плечи, отчего глаза начали слипаться.

За окном проносились размытые огни города. Каждый удар копыт, каждый скрип колёс отдавался в висках гулким эхом. Я разжала пальцы, рассматривая тонкий порез от осколка стекла.

– Да, спасибо, – решилась я после долгой паузы. – Я буду рада принять ваше предложение, Ноам Рэйд. Но злоупотреблять гостеприимством не буду. Чем скорее уеду, тем лучше.

– Я даже знаю город, где вас точно никто не станет искать. Гарантирую вам полную безопасность, – он внимательно посмотрел на меня, неотрывно наблюдая за моей реакцией. – Но у него есть один существенный для вас недостаток. И вы его прекрасно знаете.

А разве у меня был выбор? Коротко усмехнувшись, я развела руками, чувствуя как начинают пощипывать порезы от стекла.

– Что может быть хуже ситуации, в которой я оказалась? Разве что, если бы эти подонки меня поймали.

Ноам с сомнением качнул головой и складка между его бровями слегка углубилась. Свет от уличных фонарей на мгновение выхватил из темноты резковатые, мужественные черты лица.

– Единственным местом, где вас не будут искать – это окрестности Антримского округа на границе с Гринлэндом. А именно – город Ларни.

Ну конечно.

Как же я сразу не догадалась?

Перед глазами против воли вспыхнули карие глаза лорда Соррэна - облюбовавшего для жизни эти отдалённые места. Насмешливые, смотрящие на меня с брезгливостью и пренебрежением.

Хотя, как ещё он мог смотреть на молодую, наивную иномирянку, которая поверила в сладкие речи и подарила себя, купившись на обещание помолвки и скорой свадьбы?

Эхо его последних слов зазвенело в памяти так отчетливо, словно это он, а не Ноам сидел напротив, в движущемся экипаже.

“Элайна, детка, это жизнь. Несправедливая и жестокая, понимаю. Но разве ты можешь меня винить за то, что мне захотелось попробовать смазливую, наивную иномиряночку?”

Сердце кольнуло так, что я едва не согнулась пополам, желая вырвать его из груди и выкинуть в окошко. А его голос всё звучал, не останавливаясь.

“Честно говоря, я разочаровался. Думал, получу нечто особенное, а ты оказалась так себе… “

Я их запомнила.

Каждое чёртово слово, сказанное этим подонком. Растоптавшим и унизившим меня.

Он смеялся, глядя мне в глаза.

“Надеюсь, ты не настолько глупа, чтобы пытаться меня искать? Не делай ерунды, солнышко, и не наживай в моём лице врага.”

Я закусила нижнюю губу и вонзала в неё зубы до тех пор, пока не вернулась в холодную реальность. Глубокий, порывистый вдох отозвался понимающим взглядом Рэйда.

– Он вас забыл, – добавил Ноам после многозначительной паузы и нахмурился, словно вёл диалог сам с собой в собственных мыслях. – Я и сам узнал о вашей мимолётной интрижке с лордом только когда начал копать под вашего супруга и проверять его связи.

Мимолётной интрижке?

Вот оно значит как...

Естественно, он не помнит. Я же Элайночка “так себе в постели” иномиряночка. Не то, что местные красавицы, известные своим свободным нравом.

– У лорда Соррэна давно своя жизнь, Элайна, более того, я уверен – он пройдёт мимо вас и не узнает, поэтому расслабьтесь и ни о чём не переживайте. Со своей стороны я не поставлю его в известность о вашем приезде в Ларни. Вы сильно изменились и...

– Постарела?

– Я этого не говорил, – мягко рассмеялся Рэйд.

– С чего вдруг такая забота? – меньше всего я ожидала, что вместо облегчения мне станет ещё больнее. – И почему именно Ларни? В Миствэлле полно мелких городов.

– Во-первых, с того, что у меня есть сестра, и если бы муж её обидел – он бы тут же пропал без следа. И никто бы никогда не смог его найти, – невозмутимо ответил Рэйд, но что-то в его глазах заставило сомневаться в сказанном им. Он явно темнит. – Во-вторых, ни один бандит добровольно не сунется ни в Антрим, ни в Ларни. Там семейные гнёздышки сразу нескольких драконов. А они любят на своей территории порядок.

– Вы не находите это странным? – голос мой звучал хриплее обычного. Это всё стресс. Если б не он и не выходка Дэмиана, я бы и не вспомнила о Брайдене.

– Что именно, госпожа Эшвуд?

– Что мелкий городишко на границе с бывшим врагом гарантирует безопасность в отличие от столицы, где находится Совет и живут остальные драконы?

Ноам лишь развел руками и коротко ответил:

– На то она и столица.

Карета остановилась у двухэтажного дома, утопающего в тени высоких деревьев. Ноги, уставшие от быстрого бега, а затем онемевшие от долгого сидения, неохотно коснулись мокрой от вечерней росы дороги. Аромат увядающей листвы смешивался с запахом моросящего дождя.

– Следуйте за мной.

За порогом нас тут же встретил звон посуды и беззлобная перепалка двух мальчишек.

– Да ты жульничал! – обиженно воскликнул один.

– Неправда! Это ты всегда проигрывать не умеешь! – парировал другой.

Из гостиной комнаты донесся женский голос, в котором строгость удивительным образом сочеталась с нежностью:

– Угомонитесь! Вырастила бездельников на свою голову!

Я нерешительно застыла на пороге, испытывая жуткую неловкость из-за того, что так бесцеремонно вторглась в чью-то жизнь. Увидев меня, Геллина застыла с шёлковым платком в руках, широко распахнув глаза.

– Ноам? Элайна? Что-то случилось? – Геллина шагнула вперед, изучая меня встревоженным взглядом. – Ты просто так не приводишь гостей.

– Гела, позаботься об Элайне и покажи ей комнату. Сегодня она переночует у нас, – распорядился Ноам и направился к вглубь по коридору. – Располагайтесь, госпожа Эшвуд, и как будете готовы, спускайтесь на чай, а я пока займусь делами.

– Идем, – мягко произнесла Геллина, увлекая меня к лестнице.

Пока мы поднимались, я рассказала ей о том, что случилось в лавке. Слова вылетали изо рта бурным потоком, и я торопливо глотала окончания. Но вот мы вошли в небольшую комнату с узкой кроватью у окна.

– Ужас, какой! – ахнула госпожа Арден и машинально похлопала себя по карманам. – Так, помимо чая принесу парочку настоек. Тебе надо успокоить нервы и уснуть без дурных мыслей.

Оглядевшись по сторонам, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Надеясь, что Ноам каким-то образом меня не услышит, он ведь дракон, а у них острый слух, я прошептала:

– Гела, вся надежда только на тебя, – мои глаза умоляли, а пульс строчил как ненормальный. – У меня есть идея, но мне не справиться без тебя и твоего дара.

К чести Геллины, женщина слушала меня внимательно, не перебивая. Лишь изредка качала головой и округляла глаза в обрамлении тонкой сеточки лучиков-морщин. 

Взяла слово лишь после того, как я замолчала.

– Элайна, дорогая, мой брат, конечно, не без греха, и сам по дурости совершал такое, из-за чего до сих пор раскаивается. Но дав слово, он никогда не возьмёт его обратно. Если он говорит, что лорд тебя не узнает – значит, так оно и есть.

Она присела на край кровати и успокаивающе коснулась моей руки тёплыми, согревающими пальцами.

– Как женщина, я полностью на твоей стороне. Такое средство существует, и я к утру могу его сварить. Но как лекарь и зельевар со стажем, могу с уверенностью сказать, что чем чаще ты будешь прибегать к его помощи, тем слабее будет твой неординарный дар. Станешь злоупотреблять – перестанешь тонко слышать ароматы. А ведь это твоя главная отдушина и радость!

Подбородок предательски дрогнул, а в груди разлилась свинцовая тяжесть. В словах Геллины был смысл, но я угроза Соррэна спустя пятнадцать лет до сих пор звучала в моих ушах.

“Ты не настолько глупа, чтобы меня искать. Не наживай в моём лице врага.”

– Прошу, свари зелье, Гела, – голос прозвучал тихо, но решительно. – Я буду осторожна и аккуратна. Мне главное пересидеть несколько месяцев в Ларни, не привлекая к себе лишнего внимания. А как только твой брат поймает их главаря – я тут же вернусь обратно.

Геллина покачала головой, но не стала меня разубеждать. Достала из шкафа опрятное светло-серое домашнее платье с воротником-стойкой и длинным рукавом, прикрывающим запястья, и показала небольшую ванную комнату. 

Оставшись одна, я медленно погрузилась в воду, едва умещаясь в сидячей купели. Горячие струи обнимали моё измученное тело, размягчая напряжённые мышцы. А после я долго стояла под железной лейкой – местным аналогом душа и наслаждалась тем, как вода смывает липкий кошмар сегодняшнего дня.

Каждую крупицу унижения, каждую каплю страха! Уносит в сток на полу не только грязь, но и часть моей истерзанной души. Пятнадцать лет жизни с нелюбимым мужем, который глазом не моргнув, продал меня и мою лавку подонкам-ростовщикам!

Едва я застегнула последнюю пуговицу на воротничке, как в дверь осторожно постучали. Я приоткрыла дверь и увидела на пороге симпатичного мальчишку лет двенадцати, копию своего дяди – такой же черноволосый, только глаза цветом как у матери.

– Госпожа Эшвуд, – важно проговорил он без тени улыбки, – если вы готовы, дядя просит вас зайти к нему в кабинет. Как спуститесь с лестницы налево, вторая дверь.

– Спасибо, – я поблагодарила мальчишку и, вернувшись к небольшому зеркалу над комодом, собрала ещё  влажные волосы в низкий хвост. 

Через минуту уже постучала костяшками в указанную дверь и услышала мягкое:

–  Входите, господа Эшвуд.

“Вот поэтому надо сделать всё, чтобы не попадаться на глаза Брайдену, – подумала я, переступая порог. – У драконов острый нюх и чуткий слух. Почует меня за версту, и кто знает, что придёт ему на ум? Вдруг решит, что я, потерпев неудачу в браке, нарочно приехала в Ларни, чтобы его отыскать? И дело не в том, что я боюсь, что он посмеётся надо мной и сочтёт меня неудачницей. Соррэн действительно непредсказуем и опасен. И судя по его последней выходке, от этого белобрысого мерзавца можно ожидать всякое.”

Кабинет оказался под стать хозяину – таинственный и мрачный. Строгая мебель из черного дерева, тяжелые бархатные шторы графитового оттенка, каменный камин с тлеющими углями. Никаких лишних деталей – только книжные полки до потолка да пара загадочных артефактов на письменном столе.

Ноам Рэйд стоял спиной к окну, держа в ладонях белоснежную чашку. Вторая дожидалась меня на журнальном столике в углу, рядом с двумя удобными на вид креслами.

– Сестра заварила свой знаменитый успокоительный сбор, – с лёгкой улыбкой пояснил дракон, указывая на свободное кресло.

Я села ближе к краю, держа спину прямо, и осторожно обхватила ладонями горячую, но не обжигающую чашку. Ноздри защекота душистый пар с ароматом мёда и ромашки. Порвый глоток растёкся по горлу теплом, согревая и притупляя обострённое чувство тревоги. 

– Благодарю вас за помощь, господин Рэйд, – обратилась к дракону после того, как сделала маленький глоток. – Могу ли я спросить у вас совета, как мне добраться до Ларни?

Ноам кивнул и опустился во второе кресло. Для человека таких мощных габаритов он двигался на удивление плавно, как большая кошка.

Впрочем, он и не был человеком. Драконы всегда подчёркивали, что людям они не ровня. Разница лишь в том, что кто-то делал это открыто, а кто-то лишь намёками.

– Могу предоставить вам экипаж до соседнего Астена, – произнес он, задумчиво разглядывая меня сквозь пар от чашки. Янтарные глаза поблёскивали, оттеняя тонкие иголочки зрачков. – А оттуда отправитесь на общественном дилижансе. Три дня пути, ночёвка в гостинных дворах.

Он сделал паузу, и его зрачки на мгновение расширились так, что заполонили собой радужку. Чашка опустилась на стол с лёгким, едва различимым стуком.

– Либо, – тут он хитро прищурился, сведя тёмные брови к переносице. Ладони на столе сцепились в замок, когда он подался в мою сторону, – могу добросить вас на своей спине прямиком в Ларни. Получил приглашение от давнего друга – у его истинной, Елизаветы, через неделю юбилей. Так что я всё равно направляюсь в ту сторону.

Ну ничего себе!

Я не сдержалась от удивлённого смешка. Драконы почти никогда не вызывались составить конкуренцию общественному транспорту. Полёт на спине их звериной ипостаси был почти интимным действом, за очень редкими исключениями.

Подобной привилегии были удостоены лишь истинные пары и их дети. 

А тут…

Неужто господин Рэйд со мной флиртует?

Нет!

Я аж помотала головой, удивляясь абсурдности подобных мыслей. Раз он знает про меня и Соррэна, значит в его глазах я “порченная”. К такой как я можно испытывать лишь сочувствие и жалость.

Да и сама мысль о том, что придётся лететь на чешуйчатой спине почти весь день, держась за костяной нарост – весьма рискованное мероприятие. Стоит только задремать, и ты уже летишь вниз, а зверь, чертыхаясь и ворча, пытается тебя поймать.

Сама не испытывала, но одна из клиенток рассказывала.

– Простите, но я не могу злоупотреблять вашей помощью, – решительно покачала головой, отставив в сторону чашку. – Экипажа до Астена будет более чем достаточно.

– Я знал, что вы так ответите, госпожа Эшвуд, – нисколько не расстроившись усмехнулся дракон. – Будьте готовы выезжать на рассвете.

Разговор был окончен, и я покинула кабинет, не забыв ещё раз поблагодарить Рэйда за помощь и участие. Но, добравшись до лестницы, замерла. 

Общественный экипаж на несколько дней предполагает под собой не разовую оплату. Гостиницы оплачиваются отдельно плюс еда и вода.

Кошелька с собой не было, а впереди три дня пути. Прикусив губу, я решилась предложить Ноаму обменять мой гарнитур на небольшую сумму. Если удастся сэкономить, хватит и на первые несколько дней пребывания в Ларни, а там устроюсь на работу, чтобы не остаться без гроша.

Вернувшись к двери кабинета, я уже коснулась прохладной круглой ручки, но застыла, услышав приглушенное:

–  ...не дури и лучше позаботься о ней. Как подобает.

Пролежав ночь без сна, я вновь и вновь расправляла складки на плаще, ощущая как слипаются веки и подрагивают пальцы от усталости.

В голове снова и снова крутилась подслушанная мною фраза:

“Позаботься о ней, как подобает". 

– Вряд ли это относится ко мне, –  бормотала вслух, лишь бы успокоить измученный и уставший разум. – А если даже и обо мне, то вряд ли Ноам просил его об одолжении.

Пальцы невольно впились в материю, натягивая недорогую ткань почти до треска. И  чего я беспокоюсь? 

– Бьюсь об заклад, скажи он Соррэну позаботиться о той, с кем он жестоко обошёлся много лет назад, тот бы рассмеялся Ноаму в лицо.

Точнее в ухо, если Рэйд использовал переговорный артефакт – новинку этого мира, слишком уж похожую на земные телефоны. К тому же, привилегия владеть подобными артефактами была лишь у входящий в Совет драконов и их ближайших подчинённых. 

От тихого стука в дверь я вздрогнула, но тут же выдохнула с облегчением, стоило Геле появиться на пороге. В руках госпожа Арден держала большую холщовую сумку с широкими лямками через плечо.

– Так, дорогая, я собрала тебе несколько платьев на смену, –  она перешла сразу к делу, опуская с тихим шелестом сумку на кровать. И как мне показалось, украдкой выдохнула с облегчением.

Наверное, тяжёлая.

– Геллина, вы очень добры, но… – начала было я, но сестра Ноама уже вошла во вкус.

–  Новое исподнее, запасная смена обуви и ещё по мелочи. В Ларни наведайся в одну школу, адрес я записала и вложила с необходимой суммой на первое время. Там преподаёт Елизавета Грэй, скажешь что от меня – она поможет и с работой, и с жильём. У неё полно учеников, а их родители либо сами сдают, либо знают, где можно снять добротную и при этом недорогую квартирку, а может и целый дом.

Я не могла поверить, что всё это происходит на самом деле. С момента побега из лавки, я боялась задуматься о том,  что буду делать, когда, собственно, уеду из столицы. Где буду жить? Куда устроюсь на работу? 

Думала решать проблемы по мере их поступления и не надеялась на чью-то помощь!

–  Гела, ты слишком добра, –  пробормотала я, опуская глаза и чувствуя, как от волнения сжимается горло. 

Я ведь простой человек, попаданка! Без влияния в этом мире, единственной собственностью которой была парфюмерная лавка. 

Госпожа Арден красноречиво цокнула языком и с благожелательной улыбкой пояснила:

–  Считай это не благотворительностью, а авансом. Как обустроишься на новом месте –  пришлёшь мне из Ларни ароматную воду с сиренью и мои любимые духи. Тех, что у меня, осталось недели на две-три. Да и в каком кармане ты спрячешь это?

Хитро прищурившись, женщина достала из сумки свёрнутое платье цвета ночного неба с серебристым кружевом на скромном воротничке. А внутри свёртка оказался увесистый флакончик из рубинового стекла и длинной, почти до самого донышка пипеткой.

– Это оно? – охнула я, чувствуя как поджимаются пальцы на ногах, а ладони становятся влажными. В уголках глаз предательски защипало. – Геллина, я... 

–  Одну каплю на запястья и разотрёшь, – она быстро ввела меня в курс дела, сворачивая платье и уладывая в сумку посередине. – Вторую за уши, и ни один дракон не учует твой истинный аромат. При ежедневном использовании этого хватит на месяц-полтора. 

Внезапно её взгляд стал серьёзным, как никогда, отчего лицо стало выглядеть старше.

–  Здесь безопасное количество для твоего дара, но если будет мало – сделаю ещё. Только помни – чем дальше, тем слабее будет твой дар. Поэтому, дорогая, используй его с умом.

Уже в гостиной, распрощавшись с Геллиной и пообещав написать ей сразу же, как только приеду в Ларни, я вышла на улицу следом за Рэйдом. 

Рассветное небо расцветили размытые мазки нежно-розовых и лиловых оттенков. Свежий воздух пах утренней росой с терпкими нотками сырой земли и прелых листьев. Лёгкий ветерок касался лица и норовил забраться за воротник плаща.

У дороги стоял неприметный старенький экипаж без опознавательных знаков, с потускневшей краской и потрёпанными шторками на окнах. Колёса покрыты засохшей грязью, будто его специально не стали приводить в порядок.

–  Он довезёт до станции в Астене, –  пояснил Рэйд, распахивая передо мной дверцу. – Возничий мой человек. Он проследит, чтобы вы были в безопасности.

–  Благодарю вас за помощь, – выдохнула я, чувствуя, как начинают полыхать кончики ушей.

Дракон кивнул и ободряюще коснулся моего плеча длинными пальцами.

–  Не переживайте, госпожа Эшвуд. Всё будет хорошо. Надеюсь, встретимся через неделю уже в Ларни, и вы расскажете, как идут ваши дела. А я сообщу вам новости о муже и о том, есть ли подвижки в деле банды.

–  Могу ли я подать на развод, находясь в Ларни? –  вопрос сорвался с губ прежде, чем я успела его обдумать, и от собственной дерзости я прикусила кончик языка. 

Рэйд задумчиво потёр подбородок, на котором прошелестела тёмная щетина.

– Вы знаете, как Совет относится к таким просьбам, – задумчиво произнёс, глядя куда-то поверх моей головы. – Понимаю, что вы пришли из другого мира, где царят другие порядки.

– Я здесь уже пятнадцать лет, господин Рэйд, – осторожно напомнила ему. 

– Значит, вам известно, что для женщин нужен весомый повод, чтобы суд прислушался к их словам. Но как только я вскрою пару тёмных дел вашего мужа – повод у вас появится, обещаю. И я лично замолвлю за вас слово.

Забравшись в экипаж, я опустилась на холодное сиденье из потрескавшейся кожи, из которой островками торчала свалявшаяся вата. Запах табака и пыли защекотал ноздри, вызывая непреодолимое желание с чувством прочихаться.

Закрыв глаза, я прислушивалась к мерному стуку колёс и сама не заметила, как задремала.

А потом я резко проснулась от того, что экипаж рванул вперёд. Желудок подскочил к горлу, а сердце болезненно ударило в рёбра. Торопливо перебравшись на соседнее сиденье, я сдвинула в сторону перегородку, оцарапав палец о зазубрину на деревянной раме, и встревоженно спросила:

– Что случилось?

Возничий – молодой и крепкий мужчина бросил через плечо одно-единственное слово, от которого кровь застыла в жилах:

– Погоня.

От услышанного по телу волной пробежала лихорадочная дрожь. Перед глазами резко вспыхнуло и потемнело, окутывая реальность тёмной пеленой. 

В голове закружились жуткие образы: мерзко хохочущий главарь со своей бандой и Дэмианом на привязи окружает наш экипаж, вынуждая остановиться. Распахивает дверцу и с мерзким лицом, искаженным победной ухмылкой, вытаскивает меня наружу, намотав на кулак мои волосы.

– Теперь ты и до смерти не отработаешь, дрянь! – подкрепляет слова хлёсткой пощёчиной, а избитый до полусмерти муж тихо скулит, умоляя не спорить и подчиниться.

Во рту разлился кислый привкус страха. Нижняя губа непроизвольно дрогнула, я прикусила ее до боли, чтобы сдержать подступающую истерику. 

Мне давно не двадцать, и я уже не та наивная, доверчивая девушка. Надо взять себя в руки и мыслить трезво.

К счастью, тревожное наваждение рассеялось, когда резкий окрик возничего вернул меня в реальность:

– Прорвёмся, госпожа Эшвуд. Держитесь крепче!

Пальцы судорожно нащупали прорехи в кожаной обвивке, и я вцепилась в их края так, что кончики едва не онемели. Тряхнула головой, возвращая себе трезвость мыслей и поморщилась от ноющей боли в затылке – последствие бессонной ночи и сильного стресса.

Кое-как придвинувшись к окошку, я осторожно выглянула наружу. Нас медленно, но верно догонял экипаж, но двигался он неестественно плавно, без рывков. Будто не касался земли, а парил над неровной поверхностью дороги. По бокам и впереди мелькали силуэты всадников – прищурившись, я насчитала пятерых.

Возничий что-то крикнул, карета накренилась на повороте, и меня швырнуло к противоположной стенке. Плечо пронзила тупая боль, и растекаясь шеи и запястья, и я, рвано выдохнув, зашипела. 

Ноздри наполнил сложный букет запахов – терпкий лошадиный пот, лёгкий, едва уловимый аромат лимона со стороны возничего, сырой осенний воздух и мокрая древесина кареты. А ещё было что-то странное – щиплющее слизистую носа, как перец чили.

Сознание тут же подбросило воспоминания последних дней: Дэмиан возвращается домой за полночь и, пошатываясь, идёт в свою спальню – да, мы с первых дней нашего брака ночевали раздельно. Согласно брачному документу.

Я выхожу прикрыть дверь и вдыхаю перечный запах – такой же, какой чувствую сейчас. Уже несколько месяцев, как его куртка пахла выпивкой и этим перцем.

Вот только теперь я понимала, что это был не перец… 

– Они используют магию! –  крикнула я, перекрывая грохот колес. – У нас есть шанс оторваться?

Возничий забористо выругался и натянул поводья. Лошади встали на дыбы, заржав от неожиданности. Карета резко свернула и колеса заскрежетали по гравию, поднимая фонтаны мелких камешков.

– Я их отвлеку, – быстро проговорил он, спрыгивая с козел. Лицо мужчины было бледным, челюсти сжаты, но глаза горели предвкушением и азартом. – А вы бегите! Не по дороге – держитесь пролеска, там, где деревья гуще. Отсидитесь поблизости, я вас найду. Если через полчаса не приду, идите по ней до конца и упрётесь в небольшую деревушку, оттуда можете попросить отвезти вас в Астен на телеге.

Спорить не было времени, да и сил тоже. Как только дверца распахнулась, я с сумкой на плече выпрыгнула наружу. Одной рукой придерживала лямки, другой подол и бросилась к зарослям, стараясь не обращать внимания как колючие ветки цепляются за ткань и больно царапают кожу.

Трава была мокрой от росы,  вода вмиг пропитала туфли и чулки. Ноги скользили по влажной земле, а в боку от бега начало колоть так сильно, будто кто-то вонзил нож  и медленно проворачивал по кругу лезвие. 

Позади раздавался лязг металла о металл, выкрики команд, треск заклинаний. Воздух наполнился запахом озона, перечный дух забивал ноздри и вынуждал глаза слезиться.

А потом прогремел оглушительный хлопок, от которого едва не лопнули барабанные перепонки!

Земля под ногами вздрогнула, и я потеряла равновесие, упав на колени. После взрыва наступила мертвая тишина, нарушаемая только звоном в моих ушах.

Я замерла, вжавшись в сырую землю в небольшом овражке, закрытом кустами боярышника. Травинки кололи лицо, но я боялась пошевелиться. Мелкие камешки впивались в локти и колени. 

Приложила испачканную ладонь ко рту и затаилась, вслушиваясь в тишину. Но с каждым ударом сердца таяла надежда услышать голос человека Рэйда.

Вместо этого до меня донеслись тяжелые шаги. Кажется, их было двое и один, судя по шелесту, волочил ногу. А затем раздался злой рев, от которого внутри всё заледенело:

– Элайна Эшвуд! Выходи, не прячься! Пора отрабатывать долги!

Вот же гадство!

И что мне делать?

Даже если их двое и один из них ранен – мне одной с бандитами не справиться!

Я что есть мочи вжалась в землистый склон овражка, моля богов помочь мне ещё раз. Впервые в жизни даже решила сходить в драконий храм и возложить дары, если удастся выбраться живой. На пару секунд в воздухе повисла густая, наэлектризованная тишина, а когда ко мне вернулась возможность слышать звуки, я услышала шорох по другую сторону овражка. 

Ветки боярышника дрогнули, осыпая траву скопившейся в листьях водой, и между них показалась маленькая мохнатая мордочка с блестящими бусинками-глазами.

Медвежонок!

– Элайна! Хватит играть в прятки!

Голоса и шаги приближашись, а я застыла, понимая, к чему всё идёт.

Медвежонок неуверенно переступил лапами по рыхлой земле. Влажный нос забавно дёрнулся, учуяв незнакомый запах.

Вот только у меня не было времени умиляться.

А в следующий миг малыш оступился и, издав жалобный писк, кубарем скатился вниз, приземлившись в метре от меня!

– Эй, там кто-то шевелится! — крикнул один из них. Хриплый, пропитанный злостью голос ударил по нервам, как натянутой струне. – Точно наша беглянка там затаилась! Я вижу примятую траву!

– И какого хрена ты ещё здесь торчишь? – выругался его напарник и, судя по звуку, толкнул его в спину. – Тащи её сюда, тупица! Живо!

Я сидела застыв, ни жива ни мертва. Что есть силы прижимала сумку к груди, будто она была моим спасением. 

Медвежонок поднялся на лапы и с детским любопытством уставился на меня. Внутренности свернулись тугим комком, а пульс зашкаливал как ненормальый. 

Я ведь знала ещё с детства – если найдёшь в лесу детёныша, значит поблизости находится и мать. А встреча со зверем, защищающим своё дитя, не обещает счастливого финала. 

Пальцы, одеревеневшие от ужаса, кое-как нашарили в сумке зелье, сваренное Гелой. Но сработает ли оно?

Гарантий не было. Впрочем, как и выбора.

Торопливо развернув платье, я вытащила зубами пробку и размазала две маслянисто-золотистые капли по запястьям и за ушами. Жидкость не имела запаха, но кожа под ней тут же побелела и зачесалась, как от укуса комара.

Едва я сунула флакон обратно в сумку, как над головой раздался торжествующий возглас:

– Попалась, тварь!

Сердце ёкнуло. Я медленно подняла голову и увидела над собой одного из вчерашних бандитов, ворвавшихся в мою лавку. Кажется, этот стоял слева от их главного. 

Не успела.

Не убежала…

– И что в тебе такого особенного, раз за тобой устроили такую охоту? – гнилые зубы обнажились в ухмылке, а от дыхания разило кислым пивом и прогорклым чесноком. – Может, мне обыскать тебя хорошенько, а? Посмотрим, что ты там прячешь...

Грубые пальцы вцепились в мои волосы с такой силой, что из глаз брызнули слёзы, а с губ сорвался истошный крик! Я замахнулась сумкой, целясь в голову бандита, но промахнулась и попала по его плечу, лишь раззадоривая гада. 

Тот, выругавшись, потянул ещё раз, но вдруг воздух разрезал утробный рёв, от которого зашевелились нетронутые волосы на затылке. Хруст веток и тяжелый топот заставили нас обоих застыть, как изваяния.

На краю овражка стояла огромная бурая медведица. Размером с платяной шкаф! С налитыми кровью глазами и открытой пастью, обнажающей крупные желтоватые клыки.

– М-ма-ма, – сипло прошептала я, понимая, что влипла окончательно. 

Бандит застыл, а его рука, тянущая волосы, слегка ослабила хватку. 

– Какого… – он снова разразился грязной бранью, а я поняла, что вот мой единственный шанс.

Собрав все силы, я обхватила его запястье двумя руками и что есть силы дёрнула на себя. Бандит, не ожидавший от меня атаки, потерял равновесие и с проклятиями рухнул в овраг, задев ногой при падении медвежонка.

Детёныш испуганно заверещал. Я торопливо поползла вбок, а медведица ринулась вниз, прямиком к обидчику своего малыша.

Ногти ломались о твёрдую землю и корни, гортань саднило от частого дыхания. Кое-как выкарабкавшись наверх, я бросилась бежать, стараясь не вслушиваться в разъярённый звериный рёв и перешедшие в предсмертный визг крики позади.

Волосы, мокрые от испарины, липли к вискам и щекам, забивались в рот при каждом судорожном вдохе. Пряди лезли в глаза, превращая мир в размытое пятно. Ветки хватали платье и плащ, словно были в сговоре с бандитами и своими силами пытались меня задержать.

К счастью, через некоторое время я вышла на просёлочную дорогу. Ноги подкашивались, колени дрожали, как в лихорадке. Через силу заставляя себя двигаться вперёд, я брела ещё около часа, вновь и вновь прокручивая в голове слова погибшего бандита:

“И что в тебе такого особенного, раз за тобой устроили охоту?”

Неужели у них был такой недостаток в рабской силе, раз ради меня организовали такую погоню и покусились на жизнь подчинённого Рэйда?

За размышлениями я не сразу заметила несколько избушек, показавшихся вдалеке. Из труб поднимался лёгкий дымок, и в груди затеплился крошечный огонёк надежды. С открывшимся вторым дыханием я доковыляла до первой избы и забарабанила по двери исцарапанной рукой.

– Извините за беспокойство, – кое-как проговорила, когда мне открыл сурового вида мужчина со шрамом на левой стороне лица. Суровые, холодные глаза не хуже рентгена продирали меня насквозь. 

В любой другой ситуации я бы обошла его стороной, но сейчас другого выбора у меня не было.

– Вы не могли бы мне помочь добраться до Астена? Мне надо попасть на общественный дилижанс до Антрима или Ларни.

Взгляд мужчины полыхнул откровенной ненавистью. Скривившись, он неприязненно проворчал:

– Шла бы ты отсюда. В чужие дела не лезу.

И с оглушительным грохотом захлопнул дверь.

Прямо перед моим носом.

Я остолбенела, растерянно хлопая глазами. Вот так приём. А если бы за мной мчались бандиты, и дом грубияна стал бы последней надеждой на спасение?

Б-р-р-р… аж рту пересохло, будто пыли наглоталась. В голове не укладывалось произошедшее.

– Ничего себе деревенское гостеприимство! – с обидой выпалила я, глядя на дверное полотно с островками облупившейся жёлтой краски. – Вам самому-то не стыдно? Взрослый мужчина, а хамит безобидной женщине!

За дверью воцарилась тишина. И тут до меня дошло.

Кажется, я неправильно начала общение.

Снова забарабанила в дверь, на этот раз сильнее. Костяшки саднило, и я принялась стучать двумя ладонями.

– Вы, наверное, меня не поняли! У меня есть деньги! Я ж не бесплатно, а заплачу хорошую цену!

Бесполезно.

За дверью стояла гробовая тишина, зато позади раздалось укоризненное цоканье.

– Не старайся, голубушка, – произнёс усталый женский голос с лёгкой хрипотцой. – У него дочка один раз уже впустила так заблудшую путницу. Пожалела, пока Дорн уехал на ярмарку в столицу. А путница, когда дочка уснула, связала её и дом обчистила. Вынесла даже ложки, хорошо хоть не отправила эту доверчивую дурёху к предкам.

Я резко обернулась. У распахнутой калитки стояла женщина лет пятидесяти с обветренным лицом и тёмными волосами с проседью, собранными в тугой пучок. На плечах лежал немного выцветший платок, а в жилистых руках она держала плетёную корзинку, источающую аромат свежевыпеченного хлеба.

Желудок предательски заурчал. Поджав губы, я спустилась с крыльца, чувствуя, как каждая мышца отзывается ноющей болью. Исцарапанные руки саднило, а спина была влажная от пота.

– На съезде на нас напали грабители, но мне удалось спастись, – тихо проговорила я, не раскрывая всю правду. – Не поверите – спасла медведица. Бросилась на гада, а я сбежала и вот…

Виновато вздохнув, я показала на порванный плащ, из которого торчали нитки, и подол в затяжках.

– Я поэтому в таком виде, клянусь, не бродяжка и не замышляю ничего плохого. Мне очень надо в Астен, а оттуда в Ларни. Чем скорее, тем лучше.

Женщина окинула меня любопытным взглядом. Карие глаза скользнули сверху вниз и обратно, красноречиво замерев на серёжках в моих ушах.

– А знаешь, – протянула она со странной полуулыбкой, – я же шла к Дорну за упряжью, у него лучшая в деревне. Вон, даже хлеб испекла. Мой остолоп-старший как раз собирался в Астен. Пополнить запасы на зиму, да подумать о приданом для дочки, замуж пора выдавать.

Она многозначительно прищурилась.

– А где за раз столько денег найти? Свадебка-то нынче дорогая, надо гостей уважить, да чтобы соседи слова дурного не сказали. Всё должно быть как у людей. Серьги у тебя красивые.

Может, я и наивная, но дурой точно не была. Мигом поняла, куда дует ветер.

Пальцы уверенно коснулись прохладного металла, расстёгивая крохотные замочки.

– Вы сначала тогда с Дорном договоритесь, – сказала ей, демонстрируя украшение на ладони. – Как будем выезжать из деревни – оставлю вам одну, а вторую дам вашему старшему, когда довезёт до Астена.

Женщина довольно хмыкнула.

– По рукам. Только дуй отсюда, не мозоль глаза. Иди по улочке, остановишься у дома с голубыми воротами. Там и жди.

К счастью, меня не обманули. После обеда, когда солнце начало свой путь к линии горизонта, мы с её сыном – долговязым парнем лет двадцати подъехали к дорожной станции, у ворот которой стоял с десяток общественных дилижансов.

Парень молча кивнул, взяв у меня серёжку и, даже не попрощавшись, развернул телегу.

Билет до Ларни обошёлся мне в половину суммы, оставленной Гелой. Несколько дней пути, остановки с десяти вечера до шести утра в придорожных гостиничных дворах. Прижимая к себе сумку, я забралась в дилижанс и заняла место в последнем ряду у окна.

Вот только не успела я выдохнуть от облегчения и настроиться на дальнюю поездку, как сквозь запылённое окошко увидела троих мужчин.

И кажется, один из них был похож на Дэмиана.

Брайден Соррэн

– Вам понравились шарики, милорд? –  секретарша склонилась над столом, демонстрируя щедрый бюст, стиснутый кремовой блузкой с лёгким, соблазнительным кружевом. – Красивая форма, правда? Фотокарточки получились весьма удачные.

Белокурые локоны скользнули по плечам, обрамляя овал лица и острый подбородок. Розовые, слегка припухшие губы, соблазнительно приоткрылись и лёгкий аромат сладких духов окутал меня мягким коконом. В утреннем свете, льющемся из высоких окон моего кабинета, её кожа казалась фарфоровой, с лёгким румянцем на скулах.

Я не торопился с ответом, наслаждаясь действительно прекрасным видом. Глаза скользили по ложбинке и упругим полушариям под тонкой тканью. Разум с готовностью напомнил, как ещё полчаса назад эта блузка была смята и отброшена в дальний угол, а сейчас на ней ни складочки.

Удивительно полезная штука – бытовая магия. 

– Согласен. Шарики прекрасны, – кивнул ей, чувствуя, как уголки губ сами собой приподнимаются в улыбке. Впрочем, мы оба осознавали, что улыбаюсь вовсе не карточкам с праздничными украшениями.

Дейзи широко улыбнулась в ответ, обнажив ряд жемчужно-белых зубов. Тонкие пальцы с аккуратным маникюром сделали пометку в блокноте, а затем, наконец, отодвинули от меня каталог с гирляндами и шарами. 

– Вы восхитительны, милорд, – выдохнула она с неподдельным восхищением в голубых глазах. 

Мой любимый типаж – блондинка, светлая кожа и глаза. 

Покладистая и исполнительная. 

Не задающая лишних вопросов. 

Не старше двадцати пяти.

Полная противоположной той, которой я, не дрогнув, испортил жизнь. Впрочем, это было давно.

Ладно, не будем об этом. 

– Ты только сейчас это заметила, Дейзи? –  я иронично изогнул бровь и румянец окрасил молочную кожу.

Кончик языка быстро скользнул по нижней губе, оставив влажный след. 

Моя любимая игра.

– Вы не упустили ни одной мелочи, а ведь это юбилей леди Грэй! Большинство мужчин даже не вникали бы в такие тонкости.

Моё внимание снова привлекла пуговица на её блузке, отчаянно сражавшаяся с напряжением ткани. Ещё один глубокий вдох – и она, вероятно, сдастся, отправившись в свободный полёт по моему кабинету. 

И эта мысль вызвала приятное покалывание в кончиках пальцев.

– Лиза – мой друг, – произнёс, не колеблясь, лаская взглядом изгибы её фигуры. – А ради друзей я способен на удивительные вещи. Удивительно скучные, – добавил я с усмешкой, – даже если это выбор шаров к празднику. Тем более праздник будет проходить в холле городской управы Ларни.

В кармане резко нагрелся переговорный артефакт. Зверь внутри, демонстративно игнорирующий мой привычный флирт с секретаршей, тут же встрепенулся и царапнул меня когтями, мол, давай уже, ответь! 

– Свободна, – кивнул я Дейзи, уже держа на ладони овальный артефакт, испускающий слабое золотистое свечение.

Коротко поклонившись, Дейзи направилась к двери. Шёлк юбки при каждом шаге обрисовывал изгибы её бёдер, и я не отказал себе в удовольствии проводить её взглядом.

Как только дверь за ней закрылась, я махну рукой над поверхностью, активируя артефакт. И услышал голос Рэйда, не утруждающего себя приветствиями.

– Он пришёл в сознание и подтвердил, что та парфюмерша сумела сбежать. Мои люди прочесали лес и вышли на деревеньку, где выяснили, что она обратилась к ним за помощью. Послезавтра приедет в Ларни.

Положив артефакт на стол я поморщился, разминая ладонями шею. Зверь завертелся внутри, будто случившееся в столице имело к нему прямое отношение.

–  И всё, что от тебя потребуется, Соррэн –  не чинить ей препятствий и не мешать моему расследованию. Пока я не проверю свои догадки. 

– То есть, ты настаиваешь на том, что за всем стоит бастард? – я поинтересовался лишь из вежливости. Уже полгода, как Рэйд помешался на поимке банды ростовщиков, и был уверен, что долги – лишь прикрытие для чего-то по-настоящему плохого.

Впрочем, пусть развлекается, пока холостой. Когда драконы женятся, взять тех же Грэя или Райха, они  становятся до ужаса занудными и скучными. Примерные, мать его, семьянины, дрожащие над своими истинными.

– Сейчас я ни в чём уже не уверен, – неожиданно устало вздохнул Рэйд. – Оркид – один из лучших моих людей, правая рука, а они едва не отправили его на тот свет. 

– Тогда почему я так должен переживать из-за какой-то парфюмерши? — вздохнул я, растягивая слова. – Она хоть симпатичная? Молодая? Хотя нет, наверное, какая-нибудь дряхлая старушка, насквозь пропахшая розой и гвоздикой.

Рэйд ответил не сразу.

– Недурна. И ей тридцать пять, Соррэн.

Ску-у-учно. 

– Не переживай, не мой интерес. Я люблю помоложе.

– Дай слово, что не тронешь её и не станешь мешать моей работе, – в голосе Рэйда появились стальные нотки. – Я вытащил твоего племянника из проблем, так что ты мой должник.

Туше.

Тиммен едва не влип по молодости и глупости в серьёзные долги. И кажется, без тех ростовщиков, про которых говорит Рэйд, там не обошлось. 

– Ладно-ладно, – процедил сквозь зубы, ощущая как в груди вспыхивает непонятная злость, похожая на на раскалённый уголёк. 

Зверь замер, грея уши. Неужто заинтересовался возрастной парфюмершей? 

Смешной.

– Пускай живёт сколько надо, помещение под лавку выделю. Пускай думает, что Ларни – волшебное место и ей всё достанется на блюдечке с голубой каёмочкой. Только скажи, как её зовут, и я оставлю распоряжение помощнице.

Элайна Эшвуд

Три дня спустя

– Задаток получите при выезде, – отчеканила пожилая женщина с колючим взглядом, протягивая мне увесистый ключ. – Если, конечно, ничего не попортите. Оплата первого числа каждого месяца, без отсрочек. Гостей не водить, соседям не мешать.

Я согласно кивнула, убрав его в карман, а затем аккуратно сложила договор аренды, поместившийся на одну страницу.

– Не беспокойтесь, госпожа Велья. Буду вести себя примерно, – заверила суровую домовладелицу. – Вся моя жизнь – это работа. В квартире я буду лишь ночевать и проводить выходные.

Лёд в её взгляде пошёл сеточкой трещин, обнажив усталую женщину, явно прожившую жизнь по своему собственному своду правил.

– Вот оно, новое поколение, – проворчала мисс Велья, качая головой с аккуратно собранными в пучок серо-лиловыми волосами. – Вместо того чтобы деточек растить да за мужем ухаживать, жизнь работе отдаёт. А в старости кто подаст стакан воды?

Непрошеные слова пребольно царапнули меня изнутри. Я уже смирилась с тем, что семья для меня – нечто далёкое.

Неосуществимое.

Мол, не заслужила счастья, так нечего и мечтать. Ошибки молодости непростительны, особенно в этом мире.

Идти на конфликт не хотелось, к тому же я сильно устала после долгого и нервного пути. Вместо того, чтобы сходу обозначить границы, я опустила ресницы, пряча раздражение, и легонько покачала головой.

– Как только встречу подходящего мужчину – обязательно вспомню ваши слова, – мягким голосом произнесла, и, не удержавшись, добавила. – А пока найду способ разорвать брак с моим нынешним мужем – игроком и пьяницей.

Лицо женщины красноречиво вытянулось, а я развернулась и направилась к лестнице из светлого камня, чистой до блеска.

Характер у госпожи Вельи, конечно, не сахар, но здание чистое и уютное. Пахнет свежестью и всюду цветы.

Просто загляденье!

– У хороших жён мужики не пьют, – прилетело мне в спину.

“Много вы знаете”, – мысленно парировала я, стискивая ключ в кармане с такой силой, что металлические зазубрины впились в кожу сквозь ткань плаща.

Несмотря на трудный характер домовладелицы, дом на четыре квартиры выглядел безупречно. В коридорах ковровые дорожки без единой пылинки, окна сияли прозрачностью, белые занавески в мелкий розовый цветочек колыхались от легкого сквозняка. На подоконниках зеленели ухоженные растения, а двери блестели свежей тёмно-коричневой краской.

Ну, Эля, с новосельем!

И новой главой в твоей жизни.

Я вставила ключ в замочную скважину двери с латунной табличкой, на которой красовалась пузатенькая четвёрка. Замок поддался с мягким щелчком, без скрипа, сразу же впуская меня в небольшую гостиную с бледно-жёлтыми стенами.

Хозяйка позволила осмотреть её лишь с порога, а теперь я могла пройтись по тёплому полу и распахнуть форточки.

Минимум мебели: светло-зелёный диванчик у стены, перед ним стол, сбоку кресло с такой же обивкой, у противоположной стены – комод, а над ним пустая полка

Я провела пальцами по гладкой поверхности стола — ни пылинки, а воздух пах лимоном с пронзительной ноткой озона, характерной для бытовой магии.

Сразу видно – в Ларни ценится рациональный подход и грамотное использование ресурсов. А в столице некоторые богачи всё ещё предпочитали исключительно человеческий труд, по старинке.

Мол, магия – слишком просто. Гораздо приятнее, когда нанятые работники тратят собственные силы и работают до изнеможения.

Кухня оказалась крохотной, но уютной. Спальня вместила лишь кровать под бежевым покрывалом и шкаф, а в ванной притаились только душ в уголке, умывальник и уборная за перегородкой.

Всё простое, функциональное, чистое.

Мне очень нравится!

Удивительно, как повезло – только сошла с дилижанса, и тут же подскочил мальчишка, вручив мне бесплатную газету. Объявление о сдаче этой квартиры выделялось среди остальных, обведённое аккуратной рамочкой. Домовладелица явно не пожалела монету, чтобы привлечь внимание. И согласилась на сделку сразу же, как только я назвала ей своё имя.

Я закрыла дверь изнутри, поставила сумку на пол и опустилась на диван. Веки отяжелели, по телу разлилась свинцовая усталость, шепчущая забраться на него с ногами и как следует выспаться.

Последние три дня слились в одно размытое, тревожное пятно.

Был ли на станции действительно Дэмиан?

Или просто показалось?

Дилижанс набрал скорость, и лица мужчин расплылись в неясные пятна.

В последующие дни всё было спокойно, хотя приходилось выбирать самые дешёвые одиночные комнаты. Но я не жаловалась. В груди трепетало предвкушение, как птичка, что готовится расправить крылья. Как после долгих лет в клетке, куда я сама себя загнала. И теперь я решила её покинуть.

Раз и навсегда.

Подсознание твердило вновь и вновь, что только здесь, в Ларни, я сумею найти спокойствие и покой.

Что здесь будет мой новый дом. И новая счастливая жизнь.

Даже мысли о том, что здесь живёт Брайден Соррэн, отступили на задний план.

“Ну живёт и живёт, – махнула рукой, направляясь в ванную. – Он уже забыл, как я выгляжу. Возможно, даже не помнит о моём существовании. Зато я себя на нервах накрутила на десять лет вперёд. А если и узнает, то что? Не выгонит же он меня из города?”

Холодная вода смыла усталость, возвращая коже свежесть, а телу бодрость.

– Зря я так распереживалась, – подмигнула себе, глядя в круглое зеркало над раковиной. – Может, даже зелье не понадобится.

Дождавшись, пока волосы высохнут, я собрала их в низкий хвост, надела чистое платье из тех, что дала мне Геллина, и решила выйти, чтобы осмотреться, пока светло. Заодно купить еды.

А уже завтра начну поиски работы.

В идеале можно пойти помощником в действующую парфюмерную лавку, если здесь такие имеются. А уже потом, скопив денег и наработав связи, открыть собственное дело.

Но едва спустилась в небольшой холл, как в уши ворвался возбуждённый мальчишеский гомон.

– Бежим быстрее! Там на улице драконы!

Сердце споткнулось, пропустив удар.

– Сами герцог Грэй и лорд Соррэн!

Сердце ёкнуло, пропустив удар. Прямо как в тех самых любовных романах, что я читала пачками у бабушки на даче. 

Рассердившись на свою предательскую реакцию, я  тут же мысленно одёрнула себя.

“Уймись, Элайна, – прошипела, давая себе мысленную затрещину. – Тебе уже не восемнадцать и не двадцать. Мысли трезво, а не гормонами. Какая тебе разница? Или ты будешь каждый раз прятаться, когда этот дракон ходит по Ларни? Город ведь небольшой, нравится не нравится, но вы будете с ним сталкиваться.”

И правда, чего это я?

Медленно закрыла глаза и сделала глубокий вдох, заставляя онемевшие пальцы разжаться. Краем уха улавливала восторженную мальчишескую болтовню:

– Вон они! Такие! Такие огромные! – восторженно кричал один. – Я хочу быть как герцог Грэй! 

– А я таким, как лорд Соррэн! – вторил ему другой.

– Это вы зря, – проворчала я вслух, хотя мальчишки вряд ли бы услышали. – Лучше взрослейте и становитесь хорошими людьми. А не как эти двое. Один променял жену на другую, а потом одумался и долго вымаливал прощение. Второй… второй и вовсе не дракон, а особь мелкого рогатого скота. 

– Иди давай, хватит изображать памятник. Прошлое – в прошлом.

Я решительно шагнула к дверям, но в последний момент застыла, решив подстраховаться. Быстро вернулась в комнату и достала из сумки заветный флакон. Руки действовали на автомате – капнула за уши, растёрла по запястьям. 

Так-то лучше. 

С гордо поднятой головой я вышла из здания и выбрала направление наугад, лишь бы подальше от предполагаемого места, где могли находиться драконы. 

Мальчишки уже умчались, улица опустела. Брусчатка под ногами поблескивала в прохладных солнечных лучах. 

Благодаря переезду лорда Грэя из столицы, из сонной деревеньки за десять лет вырос уютный городок. Всюду виднелись свежие пристройки, новенькие вывески, на улицах появились изящные фонарные столбы. Каменные дома иногда перемежались старыми деревянными постройками, окна обрамляли резные наличники, а на подоконниках пестрели цветы в горшках. 

Тут и там по улицам прогуливались ухоженные кошки, а во внутренних двориках звонко лаяли собаки.

Мой взгляд зацепился за искусно вырезанную вывеску с надписью “Бакалея госпожи Хейзел”. Желудок напомнил о себе тихим урчанием. Не раздумывая, я обхватила пальцами прохладную ручку и потянула её на себя.

Колокольчик мелодично звякнул, а меня окутал многослойный аромат – душистый перец смешивался с корицей, ваниль перебивалась бодрящим кофе, а где-то на заднем плане витала тонкая нота бергамота. 

Взгляд разбегался от обилия товаров: на деревянных полках теснились мешочки со специями, стеклянные баночки с мёдом, заваркой и и вареньем. У дальней стены высились холщовые мешки с крупами, мукой и сахаром, а над прилавком свисали пучки сушёных трав.

Из подсобки торопливо вышла приятная рыжеволосая женщина, вытирая ладони о чистую тряпицу. Чуть старше меня, с россыпью веснушек на носу и в простом, но опрятном платье с белым передником. 

– Чего желаете, уважаемая? – с улыбкой полюбопытствовала она.

– Мне нужно немного круп, муки и сахара, – задумчиво ответила ей, разглядывая ассортимент. – И чай... А ещё кофе, если хороший.

– Конечно! А кофе у меня не просто хороший – отменный! И по приятной цене, – кивнула хозяйка. – Я  вас раньше не видела в Ларни. Приехали в гости?

– Не совсем, приехала сегодня и поселилась в доме госпожи Вельи, – подтвердила я, наблюдая, как ловко женщина отмеряет пшёнку. – Планирую обосноваться здесь, по крайней мере на ближайшие полгода-год.

– О, замечательно! – всплеснула руками хозяйка. – Меня зовут Эстер Хейзел. 

– Элайна Эшвуд, – вырвалось прежде, чем я задумалась, стоит ли называться своим именем. 

С другой стороны, я ведь записана у Вельи как Элайна, а мало ли они знакомы? Некрасиво выйдет.

Слово за слово мы разговорились, и пока рассказывала о своих планах насчёт парфюмерной лавки, Хейзел отмеряла муку и раскладывала товар. 

Я настолько увлеклась разговором, что не сразу услышала мелодичный звон дверного колокольчика. Но следующий звук заставил всё внутри замереть – низкий, бархатистый, с едва различимой хрипотцой голос.

Я узнала бы его из тысячи.

– Эстер, радость моя, уделишь минутку, как освободишься?