Последнее зелье Её Светлости

- Зариель! Зариель! Ну хватит прятаться, ты уже давно не ребенок!

Брат с сестрой переглянулись. Что-что, а выходить к злой тётке не было ни малейшего желания.

- Кариель! Девчонка, ну попадитесь вы мне!

Миледи совсем не подобающе громко протопала мимо убежища, даже не додумавшись заглянуть за широкую штору, которую повесили тут совсем недавно в преддверии праздника – совершеннолетия близнецов.

- И чего она так кричит? – высокий молодой человек, совершенно не похожий на потенциального нарушителя покоя, осторожно отодвинул тяжелую ткань, осмотрел коридор.

- Думаю, суп из жаб не пришелся по нраву нашей достопочтимой миледи Ригеле, - девушка, вышедшая следом, скривилась, а потом усмехнулась, вспоминая, как верещала тётушка, когда обнаружила в своей тарелке вместо морепродуктов прудопродукт в лице жабы.

- А я так старался, выбирал самую жирную! – показательно сокрушался Зариель. – Ничего для неё не жалею, а она!

Парочка возмущенно переглянулась и громко рассмеялась. Это противная тетка попортила им столько крови! Матушка пригласила всех родственников на праздник и, вполне ожидаемо, первой явилась её светлость Ригела ар Жадор, родная мамина сестра и весьма заносчивая женщина, с говорящей фамилией, которая, не смотря на свои уже довольно большие года по-прежнему мнила себя самой прекрасной, самой великолепной и прочее, прочее, прочее. А ещё тётушка была до ужаса завистлива. Она завидовала удачному браку сестры, поступлению племянника в Первую Королевскую Академию, местной оранжереи, которая цвела круглый год и вообще всему, что у семьи её сестры складывалось хоть немногим лучше, чем у неё. Собственно, за свою зависть тётушка и поплатилась.

- Фи, какие же вы невоспитанные! Матушка права – вы не способны вести себя достойно.

И, кстати, у тётушки есть дочь. Как иногда говорила Кариель: знакомиться можно, но любить не обязательно – Лейгера ар Жадор, доченька и двоюродная сестра близнецов, что обоим всегда казалось какой-то шуткой богов, не иначе.

Молодой человек, который стоял спиной к гостье и лицом к сестре, хитро подмигнул и повернулся к девице, чей писклявый голос раздражал даже её собственную мать. Кариеоь встала с правой стороны от брата.

- Лизера…

- Я Лейгера! – вполне предсказуемо взвилась девица. Даже став взрослой, та по-прежнему велась на их детские подначки, чем парочка всегда пользовалась.

- Ах да, Лейжера, - Зариель скривил губы в вежливой улыбке, с удовольствием наблюдая, как пухнет от злости девчонка. – Вас разве не учили, что отзываться плохо о хозяевах дома – дурной тон? Или вы забыли свою шпаргалку с манерами дома?

Девица стояла с открытым ртом и хватала воздух, не в силах что-то сказать. Близнецы улыбались, а Кариель и вовсе в душе откровенно злорадствовала. Год назад, на одном из приемов в доме ар Жадор, она нашла тонкую книжечку, которая вся оказалась исписана правилами этикета для леди. Находка тут же была продемонстрированная брату, в последствии чего оба посмеялись над неизвестной девицей, оставили книжку на одном из столиков и ушли танцевать, стараясь не выпускать из вида тетрадь. Обоим было интересно, кому принадлежит такая вещица. Такие книжечки были и у них, но в далеком дестве. После все правила были зазубрены так, что выполнялись совершенно без усилий. Не передать их удивления, когда любопытная парочка увидела, как Лейгера, накануне попрекнувшая их самих в отсутствии манер, - что было наглой ложью, - хмуро осмотревшись по сторонам, спрятала книжку в потайные карманы платья и, облегченно вздохнув, вернулась к гостьям.

- Как вы… - наконец-то очнулась сестрица.

- Нужно быть внимательнее к своим вещам, - пренебрежительно бросил парень подхватив под локоть близняшку и подмигнув девице. – Иди, ар Жадор, успокой свою матушку. Как бы не распухла окончательно от злости и зависти.

Кариель мило улыбнулась красной от стыда и злости девице и пошла вслед за братом.

- Уже что-то придумал?

- Ты сомневаешься во мне? – Зариель потянул сестру в один из коридоров и вытащил из карманов камзола книжку, внешне полностью идентичную той, что была у сестрицы.

- Никогда, брат.

***

- Ты уверен, что она взяла её с собой?

- Конечно. А если и нет, так даже интересней, - Зариель усмехнулся. – Представь только, как она изменится в лице, когда увидит здесь ту книгу, которую, как думала, оставила дома или убрала в карманы платья. Расшатаем нервы сестричке? – брат подмигнул.

- Я бы предпочла сначала избавиться от любимой тётушки, - девушка скривилась. День только начался, а эта, с позволения сказать, миледи, уже успела обвинить их с братом в том, что те всю ночь караулили под её дверьми и мешали тёте спать. Откровенная ложь, если честно, они ведь не караулили, а намечали будущее поле действия. И потратили на это всего лишь час, а не всю ночь, как живописно вещала тётка матушке. Да и чтобы попасть в спальню, нужно было пройти через гостиную, они же установили пост в коридоре. Матушка пока терпела, кивала, но с мольбой смотрела на детей. Чего она хотела больше, - что бы те сестричку, которая и ей нервы потрепала, все-таки довели или перестали ей досаждать, - парочка так и не поняла, а потому планов менять не стала. И первым пунктом в этом плане была их любимая сестрица.

- Она не поверит, что я воспылала к ней внезапной сестринской любовью и позвала прогуляться по оранжерее, - Кариель задумчиво крутила в руках баночку с соком дрига, который сама недавно и приготовила. Прекрасное растение, сок которого проявляется красными пятнами на коже через пару часов после контакта с ним.

- Скажи, что её там ждет тётка, - брат пожал плечами, забрал из нежных рук баночку и начал аккуратно наносить прозрачный сок на обложку книги, предусмотрительно надев перчатки.

Кариель буквально на минуту задумалась, а потом подхватила лист бумаги и баночку с чернилами.

- Сделаем проще.

Брат с непониманием посмотрел на сестру, а потом усмехнулся. Затею он понял без слов. Помнится, в прошлый свой визит их сестрица слишком много внимая уделяла его светлости, милорду Гастору ар Пимаж, который был их с братом ровесником и не то чтобы хорошим, но другом. Он как раз должен был прибыть завтра с утра вместе со своей семьей.

Девушка села за письмо, стараясь соченить всё как можно правдоподобней, однако мыслим её всё равно иногда уходили совершенно к другой теме. Она украдкой посматривала на брата и не понимала, как сумеет расстаться с ним на целый год. Из-за того, что его приняли в Первую Королевскую Академию, где обучают будущих главнокомандующих и советников, они ещё долго не увидятся. Привкшая к постоянному присутствию брата, она не понимала, как будет жить тут без своего близнеца. По сути, их совершеннолетие – последний праздник перед его отбытием, ведь Зариель покинет дом с рассветом следующего дня, а девушке предстоит остаться. А ведь она даже подумывала поступить туда же, благо магия имелась и происхождение позволяло, но увы, не прошла вступительные испытания – не хватило лишь пары баллов. Не передать словами, как она была расстроена за себя и в тоже время невообразимо рада за брата, который свое место определенно заслужил.

Зариель, видимо, уловив ещё один огорченный вздох со стороны, не выдержал.

- Кари, сестричка, ну не переживай ты так. Я навещу вас на праздник Солайран, - брат нежно улыбнулся, полностью разделяя тревогу сестры, отложил книгу и кисточку, однако перчатки предусмотрительно снимать не стал.

- У меня тоже есть дар, я хочу с тобой, - девушка несколько капризно надула губы, ставя в письме к сестрице последнюю точку и откладывая перо. – Может, я тоже хочу учиться?

- Неужели я слышу слова об учебе от нашей милой Кариель?

Близнецы резко обернулись, а потом расплылись в приветливых и искренних улыбках.

- Бабуля!

- Любимые мои, - её светлость, миледи Оралия ар Наром внимательно посмотрела на внуков, прищурилась. – Опять пакость затеваете? – женщина кивнула на перчатки, которые Зар так и не снял.

- Что ты, просто проверяем новое зелье Кари, - с самым честным видом произнес парень, мимоходом стягивая перчатки. Кариель тем временем легким дуновением ветра задвинула баночку за вазу с цветами, стоящую на столике.

- Смотрите мне, а то ваша тётушка и так уже глотает успокоительные настойки литрами, - бабуля шутливо погрозила им пальчиком и присела в одно из кресел. – Кари, так что ты говорила про учебу?

- Меня не взяли в Первую Королевскую Академию, а Зар уезжает сразу после праздника, - девушка села рядом с любимой бабулей, тут же ощутив, как её окутывает привычный с детства запах миндаля и шафрана. Так пахли любимые бабушкины духи, которые она делала сама и патент на которые приносил ей немалые доходы.

- Завидуешь брату?

- Нет, что ты! Просто не хочу, чтобы он уезжал так далеко.

- Столица едва ли в дне пути, - по-доброму усмехнулась женщина, а Зар важно кивнул, соглашаясь.

- Но я тоже хочу учиться!

Бабушка задумалась, а сестра с братом заметно оживились. Её светлость имела достаточно власти, чтобы решить многие проблемы, в чем она всегда помогала семье сына. Особенно это правило было действенно в отношении внков. Миледи их искренне любила, пусть иногда и действительно считала, что тем стоит перестать дурачиться и повзрослеть. На каждого у неё были свои планы, но это не мешало баловать близнецов. Чем те, стоит признаться, иногда беззастенчиво пользовались. Впрочем, бабуля получала от них любви не меньше. Шутила как-то, что даже её сын, отец близнецов, не так рад приездам матушки, как мы.

- А ты бы хотела учиться на зельевара? – спросила она после недолгих раздумий, немного пристальнее обычного рассматривая внучку. - В северной части Кренвиля, нашей замечательной столицы, есть небольшая академия для людей с даром. Её открыли совсем недавно, и она ещё не так популярна. Там всего две специальности, а в этом году открыли набор на третью. Специальность зельевара, - миледи хитро подмигнула. – И к брату ближе, и учиться будешь, а то не пристало знатной девушке из высшей аристократии, оставаться без образования, тем более магичке.

Кариель задумалась. В чем-то бабушка была права. Вряд ли расстояние между академиями будет больше получаса езды на экипаже. К том уже, миледи была права - ей, как девушке из знатной семьи имеющей дар стоит всё-таки обучаться. Не взяли к брату, что ж, пойти в другую академию не такая уж и плохая идея.

- Но разве набор в учебные заведения уже не окончен? – взволнованно спросила девушка, надеясь, что ответ будет отрицательный, а если и нет, то родственница всё решит. Вряд ли бы она стала предлагать ей какую-то малоизвестную академию, если бы знала, что поступить туда уже нельзя.

- Окончен, но, насколько я знаю, там недобор. Два места осталось. Если ты и впрямь хочешь учиться, то я поговорю с директором. Тебя возьмут на одно из этих мест.

- Бабуля, ты чудо! – девушка легко чмокнула пожилую женщину в щеку, всей душой радуясь, что решение нашлось. В том, что женщина сможет договориться с директором она не сомневалась. Миледи Оралия является одним из самых лучших зельеваров королевства. Да что королевства – она сильнейшая среди всех зельеваров Тельского полуострова. Едва ли кто-то сможет отказать ей в просьбе, особенно если это обучение её внучки.

- Только ты должна будешь мне пообещать, что будешь учиться. Честно и как все.

- Клянусь, ваша светлость. Обещаю, что вам не будет за меня стыдно, - Кариель, поднявшись на ноги, присела в реверансе. Бабушка одобрительно улыбнулась.

- Тогда, думаю тебе стоит начать собирать вещи. Я поговорю с вашими родителями, и ты покинешь дом вместе с братом.

Столица встретила дождем и сырость. Что неудивительно, ведь на Тельском полуострове материка Тельмар скоро должен был начинаться триместр дождей и листопадов. Обычные люди называли его просто – мокрень, хотя классически это была осень. Именно с наступлением этого триместра и начинались занятия у студентов, настроение которых зачастую полностью соответствовало погоде. Все студиозы, как правило, дико завидовали младшим ребятам в пансионах, у которых осень являлся порой домашних занятий.

Близнецы ехали в карете, отстраненно рассматривая город за окном. Ранее они уже бывали в Кронвиле, а потому для них его красоты были не новы. Впрочем, стоит отдать им должное, ведь когда те в первый раз прибыли сюда год назад, то были поражены красотой столицы. Широкие мостовые и извилистые улочки, с затененными участками парков, в которых, благодаря стараниям стихийников, росли деревья и цветы.

Белокаменные дома и светло-красные черепичные крыши сливались в одно сплошное покрывало. Их матушка, прекрасный воздушный маг в совершенстве владеющая левитацией, как-то говорила, что если посмотреть на столицу сверху, то будет казаться, что кто-то раскидал капли крови по белому снегу, который припорошил зеленые травы. Кариель не понимала этого сравнения, пока сама не увидела столицу.

Сейчас мало что можно было рассмотреть из-за стены дождя, но она помнила, какими могут быть эти улицы при свете солнца, которое было посвящено богу Солайрану. Помнится, с ним была связана легенда, но ни брат, ни сестра её бы не вспомнили, так как постыдно мало уделяли внимания религии. Впрочем, религия как таковая и не имела особой силы, как было написано в самых ранних записях. Остались только сказания и магия, а об остальном люди предпочти забыть.

- Кстати, что мы будем делать с балом?

Девушка задвинула штору, удивленно посмотрев на брата.

- Мы? Ты же у нас вроде парень. Или решил поддержать меня на Снежном балу и пойти как юная леди?

- Семья не переживет такого позора, - брат картинно схватился за сердце, лукаво посмотрев на девушку. – Тебе же ведь в любом случае придется туда идти?

- Да. Учеба не отменяет представление ко двору, - Кариель скривилась. Она любила приёмы, которые устраивала дома матушка, представляла, как, став совершеннолетней, будет посещать балы во дворце, однако одно упоминание Снежного бала заставляло её кривиться. Жаль, без этого мероприятия обойтись нельзя.

Представление ко двору молодых девиц, только переступивших порог совершеннолетия, всегда состоялось в первый день зимы, следующего триместра после осени. В этот день, с помощью магов, или без нее, всегда выпадал снег. В этот же вечер проводился Снежный бал. Считалось, что выпавший снег символизирует чистоту тех, кого представляли ко двору в этот день. Дебютанток, в числе которых в этом году будет и она, представляли правящей чете и показывали высшему свету. С этого момента дебютанткам могли делать предложения. Впрочем, случалось так, что нескольких миледи и леди отбирали во фрейлины к королеве, и на следующие пять лет они были недоступны для брачных конвертов. Для неё это был бы идеальный вариант, но учеба не позволит быть фрейлиной королевы, а значит с наступлением зимы ей предстоит осада. Долга и нудная, ибо девушка уже прекрасно знала, кто первым пришлет мне брачное письмо. Её бы воля, в бокале этого человека давно плескался бы яд.

- Кари, не переживай, - родные руки брата сжали её ладони. – Отец не отдаст тебя первому встречному. Тем более – у тебя есть дар. Без твоего добровольного согласия тебя никто не посмеет обручить.

- Я знаю, но быть призом в брачной гонке всё равно нет никакого желания. Вообще ничьим призом не хочу быть. – она с тревогой посмотрела на брата, - Зар, ты меня ведь никому не отдашь?

- Никому, кого я посчитаю тебя недостойным или кого ты не одобришь, - брат серьезно кивнул и нежно улыбнулся, обняв сестру. Он не хотел её тревожить этим вопросом, но спросить был обязан.

- Что ж, до бала ещё несколько месяцев. Да и что я, трусиха что ли? Переживу один бал, тем более, никто не посмеет прервать моё обучение. Это закон королевства, - Кариель вздохнула, расслабленно улыбаясь.

- Вот теперь я узнаю свою сестричку.

Карета дернулась и остановилась. Девушка выглянула в окно. Перед ними возвышалось величественное здание Первой Королевской Академии. Такие же белокаменные, как и во всем городе, стены, находились за кованными воротами. Отсюда она видела, что у академии брата три крыла по три этажа каждое. Судя по огромному размеру здания и прилежащих к нему строений, здесь учится много студентов.

- Мне пора, Кари, - брат последний раз крепко обнял девушкуня и, шутливо подмигнув, добавил: - Не разнеси к богам свою академию.

Она рассмеялась, хлопнув брата по плечу.

- Это стоит говорить тебе. И заранее говорю, что травить никого не собираюсь.

- Ну да. Но из рук у тебя еду я всё же не брал бы. Во избежание.

Рыжеволосая лишь фыркнула, когда за братиком закрылась дверца кареты, заглушая смех нахала, сестрой-близнецом которого она являлась.

Менее чем через час карета снова остановилась. Теперь уже для неё. Кучер, знакомый ей с детства дядя Него, распахнул дверцу кареты и помог выйти. Пара чемоданов уже стояла рядом на сырой земле, благо сразу после покупки девушка пропитала их зельями против промокания и загрязнения, из-за чего некогда желтые они стали коричневыми, но это её не сильно расстроило. Поступилась цветом ради сохранности собственных вещей

От сторожки возле калитки никто встречать их не вышел, из чего девушка сделала закономерный вывод, что слуг тут нет. Видимо, придется справляться самой. Ей было привычно больше общество слуг, однако даже тех в их поместье было немного из-за матушки, что не любила лишних людей вокруг себя, а потому что-то они с братом умели и сами. Да и бабушка их не всегда была известной и статусной. Дочь ювелира, что удачно вышла за муж, а потом окунулась в зельеварение. Злые языки поговаривали, что она опоила мужа, но никто в семье в это не верил.

Девушка отпустила кучера, а сама наложила на сумки заклинание левитации и поспешила к калитке. Доставать зонтик из сумок не было желания, а поддерживать долго воздушный щит от водяных капель она не могла. К воротам девушка подошла уже слегка промокшая.

- Прошу назвать ваше имя и цель визита? – встретили её у ворот. Невысокий старичок небрежно поправил очки на переносице и взял в руки список. Одет мужчина был весьма нарядно, словно не в сторожке на улице сидел, а работал дворецким у аристократов. Впрочем, его манеры и речь говорили о том, что когда-то оно, возможно, так и было.

- Её светлость Кариель ар Наром, поступила на отделение зельеварения, прибыла для заселения в общежитие, - ответила девушка, с неудовольствием отмечая, что сумки опустились немного ниже. Заклинание левитации слабело и ей нужно было поскорее зайти в помещение. Занести чемоданы своими силами она точно не сможет. В такие моменты она жалела, что в отличии от собственной матери практически не развилась свой дар, полностью утонув в зельеварстве.

- Да, вы есть в списках. Вот ваш пропуск, миледи, и вот направление. Сейчас вам необходимо зайти к управляющему, он выдаст вам ключи от комнаты и проводит.

- А где…

- Как войдете в здание, первая дверь по правой стороне в левом коридоре.

Она пару раз удивленно моргнула, не совсем понимая, куда её только что отправили, но сумки просели ещё ниже, а потому она решила, что в принципе найти нужную дверь сможет и сама. Кариель поспешила поблагодарить охранника, взять направление и пропуск и пройти внутрь.

Вообще со стороны её будущее место учебы, носящее простое название Академия немагических и полумагических искусств, выглядела скорее, как роскошный особняк, чем место учебы студентов. Большая подъездная аллея, в которой совершенно не было смысла, белокаменные стены, местами увитые цветущими лозами с красными, как свежая кровь, цветами, наверняка искусственного происхождения. По правой стороне от входа виднелся ухоженный парк, а слева стояли небольшие хозяйственные постройки. Честно, девушка не представляла, как здесь могут учиться студиозы. Здесь же элементарно мало места!

Заклинание левитации иссякло как раз в тот момент, когда она переступила порог здания. В полной тишине сумки с глухим хлопком упали на пол, чудом не завалившись. Холл, на удивление девушки, оказался абсолютно пуст. Это было странно, но она ведь и так приехала несколько заранее, возможно, тут это просто не принято. Она осмотрелась, пытаясь вспомнить, о чём говорил охранник. Правый коридор, первая левая… Нет. Решив, что на дверях хотя бы должны быть таблички, она оставила сумки и подошла к ближайшей, однако табличек не было. Кариель нахмурилась. Ей что теперь в каждую стучаться? Или идти под дождь к охраннику и расписываться в собственной глупости?

- Потерялась?

На центральной лестнице послышались шаги, а затем и голос. Девушка обернулась. Лениво облокотившись на перила, на последней снизу ступеньке замер парень. Мимолетом осмотрев его, та сразу отметила, что он явно простолюдин. Одно его обращение к незнакомке на «ты», говорило о многом. Впрочем, Кариель не сердилась, да и отметила данный факт скорее машинально, чем специально.

Её в ответ так же с улыбкой рассмотрели. Парень практически сразу понял свою ошибку, тут же выпрямился и немного криво поклонился.

- Простите мою вольность, ваша светлость.

- Я не в обиде на вас, мистер…

Девушка выразительно выгнула бровь. Всё-таки первым должен представиться он.

- Мистер Оливер Самди.

- Кариель ар Наром, рада знакомству, - она слегка кивнула, выказывая почтение. Парень немного расслабился и улыбнулся.

- Вы ищите управляющего, верно?

- Как вы догадались?

- Когда я заселялся, сам долго не мог понять, куда конкретно меня послали.

- Понимаю, - девушка вздохнула, сняла перчатки, покорив себя за то, что не сделала этого раньше. Неприлично всё-таки. – Вы не могли бы помочь мне.

- Буду рад. Вам вот сюда.

Парень спустился с последней ступеньки, повернул в левый, относительно девушки, коридор, и указал на первую справа дверь.

- Спасибо, - Кариель попыталась поднять сумки, чтобы перенести их хотя бы немного ближе к двери, однако чемоданы были слишком тяжелы для неё. Мистер Самди, глядя на тщетные старания, решил рискнуть и подойти ближе. Он не то чтобы относился к аристократии предвзято, но был наслышан о многих, а потому не представлял реакцию девушки на себя и свою помощь.

- Я воздушный маг, если позволите, могу помочь.

Кариель с сомнением посмотрела на молодого человека. Она не имела никаких предрассудков относительно простолюдиной, однако обычно те относились к аристократам настороженно, что, стоило признать, было обосновано. Пусть она и провела большую часть жизни в поместье, всё равно слышала от немногочисленных служанок и учителей, какие бывали ситуации за пределами её защищенного дома. С аристократией были вежливы, но не из большого желания, скорее по нужде. Да и мало кто вообще подойдет к благородным с предложением о помощи, видя того в затруднительном положении. Разве что в обмен на материальную благодарность.
Кариель ещё раз посмотрела на парня. Что ж, почему бы не позволить. Даже если тот попросит плату, деньги с собой у неё есть, отблагодарит парой золотых.

- Я тоже, но у меня некие проблемы с левитацией, - с легким стыдом призналась она. Парень улыбнулся, не снисходительно, не обидно, просто понимающе, словно и сам когда-то испытывал такие трудности.

- Это заклинание облегчит вес груза на пару часов. Думаю, вы успеете решить все вопросы и добраться до комнаты.

Парень потратил едва ли пару секунд, чтобы наложить заклинание. Кариель поблагодарила и уже действительно хотела достать кошель, когда парень просто поклонился, пожелал хорошо устроиться на новом месте и ушел, оставив одну в коридоре. Некоторое время она удивленно смотрела ему вслед, а потом улыбнулась. Что ж, неплохое первое знакомство. Кариель подумала, что было бы неплохо узнать, на каком факультете тот учится и, если увидится с ним снова, попросить обращаться к ней по имени. Ей нужно заводить друзей здесь, в новом для себя месте. Благо она никогда не была конфликтной. По крайней мере с теми, кто того не заслужил.

С управляющим всё решилось довольно-таки быстро. Немолодой уже мужчина, из низшей аристократии быстро оформил все необходимые бумаги и выдал девушке ключи от седьмой комнаты в третьем секторе. Она не совсем понимала, где это находится и вообще до сих пор слабо себе представляла, где можно было всё и всех разместить. Со слов бабули, здесь обучали студентов на трех направлениях. По её представлениям, пространства, что она видела с улицы, явно не достаточно для размещения всего необходимого.
В очередной раз получив весьма странные объяснения, она направилась искать свою комнату.

Нужно было подняться на второй этаж, повернуть налево и пройти через картинную галерею, где висели портреты преподавателей академии. Собственно, здесь она и застряла, неожиданно для себя обнаружив среди преподавателей собственную бабушку.

Видеть родственницу среди фотографий преподавательского состава было странно. Особенно странным девушка посчитала, что миледи Оралия ей ничего об этом не сказала. Под портретами были таблички, Кариель с интересом подошла ближе.

- Оралия ар Наром, декан факультета зельеварения?

- Ваша родственница?

Кариель излишне резко обернулась, материализуя в руке слабый воздушный кнут. То немногое из собственной магии, что она могла сделать с первого раза. Она не сразу узнала голос, да и мыслями была не тут. Голос рядом прозвучал слишком неожиднно, пусть обернувшись она и узнала того самого Оливера Самди. Парень отступил на шаг.

- Простите, видимо, я вас напугал.

- Удивили, - не стала она признаваться в, если честно, очевидном испуге. – Это моя бабушка. – ответила на озвученный ранее вопрос, дематериализовав кнут. – И зовите меня просто Кариель.

- Тогда и я для тебя просто Оливер. Ты поступила на её факультет? Я не видел тебя на встуупительных экзаменах.

- Ты тоже зельевар? – Кариель посмотрела на потенциального однокурсника. Честно говоря, мужчины редко занимаются такими делом. Как правило, они предпочитают развивать боевые искусства или артефакторику.

- Да.

- Оставалось два места. Меня взяли на одно из них благодаря рекомендациям бабушки, - ответила девушка, не видя причины скрывать такое. Да и так ясно, что будут думать про неё студенты. Большинство из них. И самому глупому понятно будет, что она поступила из-за связей, раз её не было на вступительных. Впрочем, едва ли её это волнвоало. Да и врать смысла нет, только отношения портить.

- Понятно. – парень посмотрел на портрет декана, потом на девушку перед ним. – Вы похожи. Ты ищешь наш сектор?

- Наш сектор?

- Для каждого факультета свой сектор. В первом живут артефакторы, во втором – знахари и целители и в третьем мы, зельевары.

- Я никак не могу понять, как здесь всё умещается. – Кариель только покачала головой и уже наклонилась к сумкам, чтобы их поднять, но Оливер её опередил. Сумки по-прежнему были облегчены заклинанием, и девушка сама вполне могла справиться с их переносом, но если джентльмен хочет помочь, то почему бы не позволить ему это?

Кариель лишь благодарно улыбнулась парню, и они пошли к концу галереи, где находились большие двустворчатые двери из дуба.

- Прошу, - несмотря на наличие сумок в руках, Оливер немного по-простецки ногой слегка подтолкнул дверь, которая открывалась вовнутрь.

Кариель шагнула за порог, а потом удивленно замерда. За дверью, начинался ещё один холл, с уходящей вверх лестницей. По правой стороне, совсем как в галерее, были огромные окна, а по левой стояли диванчики и низкие столики. Под лестницей была неприметная дверь, из-за которой доносился звон посуды. Скорее всего, там располагалась кухня или столовая. В нескольких метрах от этой была ещё одна дверь, в этот раз из стекла. За ней виднелись клумбы с различными травами. Рыжеволосая не смогла сдержать восхищения.

- Комнаты наверху. Сейчас обед, так что все в столовой. Располагайся и спускайся, представлю тебя всем. Справишься же дальше сама?

Она кивнула, мало понимая, что говорит Оливер. В голове не укладывалось. Оранжерея, своя кухня и наверняка немаленькие комнаты наверху. Галерея с портретами располагалась на втором этаже, здесь же была лестница ещё и на третий. На ум приходило одно единственное объяснение. Но оно было мало возможно, поэтому девушка решила уточнить.

- Оливер, это ведь пространственная магия?

- Да, скорее всего.

Оливер безразлично пожал плечами, хотя удивляться всё-таки было из-за чего. Пространственная магия была достаточно редкой в их краях. Насколько она знала от бабули, та в своей жизни встречала только двоих магов, обладающих способностью расширять пространство. Один из них приезжал в королевство с делигацией имперцев незадолго до смерти их последнего императора – Шайго Кровавого. Он подчинил большую часть материка и уже нацелился на королевство, но внезапно умер. Как болтали слуги и родительские гости, которые редко держали язык за зубами перед близнецами, покинуть этот мир Шайго помог его собственный сын.

Магов-пространственников в королевство пускали редко, только по чей-то протекции. Кариель всегда восхищалась этим даром гораздо больше собственного воздушного. Жаль, дар нельзя было выбрать.
Ещё раз окинув холл восхищенным взглядом, она направилась наверх. Нужно было найти комнаты, а потом спуститься к одногруппникам. Пора знакомиться.

Поднявшись по витой лестнице на жилой этаж, девушка с неким удивлением обнаружила личные комнаты для кажлого. Откровенно говоря, она была готова к тому, что жить будут как минимум по двое. Она уже морально настроила себя на наличие соседки, а тут такой всё же приятный сюрприз. Светлый коридор заканчивался дверью, а с каждой его стороны было по семь дверей. Всего пятнадцать комнат, последняя из которых, та самая в конце, имела табличку с надписью "Лаборатория".

Комната девушки оказалась как раз рядом с ней. Деревянная дверь с искусной резьбой имела пустую табличку, однако стоило вставить ключ в замок, как табличка замерцала и на ней появилось её имя. Почему-то только имя – Кариель. Это было странно, хотя, возможно, это одно из правил академии - оставить титулы. Было непривычно, но Кариель решила, что узнает всё позже.

Комната оказалась больше той, которую она ожидала, но, естественно, меньше её комнат в поместье. В дальнем правом углу, прикрытая шторой, стояла кровать, прямо напротив двери – окно и стол под ним. Ближе, по левую сторону разместилась парочка кресел и низкий столик для газет и писем. Чуть дальше, на другой от кровати стороне, стоял женский столик и шкаф. По правую сторону оказалась ещё одна дверь, за которой спряталась умывальня и душ - модное нововведение. Девушка с сомнением посмотрела на свои чемоданы, потом на шкаф. Хоть бы всё влезло.
Решив разобраться с сумками всё-таки позже, она отставила их в сторону. До начала учебы у неё ещё есть один день. Сейчас было важнее спуститься и познакомиться с одногруппниками. Она закрыла дверь и направилась вниз. Раз на двери только имя, то и она попросит так к ней обращаться.

– Аристократка!? О, готовьтесь! – кто-то глумливо начал парадировать, – Мне душно, мне пресно, поклонись, эй ты…

Компания в столовой рассмеялась, а девушка тяжело вздохнула, по-прежнему не решаясь входить. Она услышала разговоры ещё на подходе и, не сдержав любопытсва, решила послушать.

– Не уверен. Она не похожа на неженку, – возразил Оливер, голос которого на этот раз она сразу узнала.

– Аристократы не принесут ничего хорошего. Особенно избалованная девица. Ар Наром? Её бабушка – наш декан, старшая аристократия, обращение «ваша светлость» или «миледи». Вот увидите, она ничего не будет делать и нами помыкать ещё вздумает, - уверенно заявил визгливый женский голос. Кариель уже тояно поняла, что с этой девицей подружками им не быть.

– Здесь все равны. Это основное правило академии, – тихо, но достаточно уверено, произнес другой женский голос. Кариель осторожным жестом разгладила несуществующие складки на платье и вошла.

Небольшой каблук глухо ударил о паркет, одиннадцать пар глаз уставились на девушку. И почти все разом попытались подняться, забыв, что в этой школе, как упоминала девица и о чем забыли предупредить саму Кариель, все равны. Из увиденного можно было сделать только один вывод – аристократов, даже младших, среди присутствующих не было.

Однако, все ребята быстро опомнились и вернулись на места. Рыжеволосая едва слышно хмыкнула. Долго им, однако, придется перекраивать собственную манеру поведения. Оливер поймал её взгляд и ободряюще улыбнулся.

– Добрый день, меня зовут Кариель, – девушка лишь немного наклонила голову, выражая почтение. Ни полное имя, ни реверанс тут были не нужны. Да и не хотелось ей подтверждать слова той девчонки, что так «лестно» отзывалась о предполагаемой одногруппнице. – Буду рада обучаться с вами!

Ребята смотрели оценивающе, Кариель смотрела в ответ. Всего за столом сидело трое парней и восемь девушек. Ожидаемо, обладательница того визгливого голоса не выдержала первой.

– Просто Кариель?

– Мона, ты же слышала. – ответила девушке светловолосая обладательница того тихого голоса. Она смотрела на новенькую с холодным интересом, впрочем, без неприязни. Она была склонна верить оценке Оливера. Да и не похожа была эта девушка на того истеричного, которого они дружно терпели уже несколько дней. Тот сразу никому не понравился, а к этой Кариель у девушки неприязни не было. В отличии от темноволосой Моны. Её карие глаза буквально прожигали вошедную.

– Оливер, а она точно аристократка? – игнорируя девушку, спросила нахалка у парня.

– Уж точно манеры знает лучше тебя, – Оливер поднялся, отодвинул стул рядом с собой. Кариель тут же воспользовалась приглашением, оказавшись между Оливером и светловолосой девушкой.

– Меня зовут Зела, – представилась девушка, решив поддержать какой-никакой диалог. Она думала примерно теми же категориями, что и Кариель - им предстоит учиться вместе. – Не видела тебя на экзаменах.

– Понятное дело, что она по рекомендациям! Вы же знаете, кто её бабушка. – с улыбкой произнес один из сидящих. Темноволосый и темнокожий парень. Он одарил девушку белозубой улыбкой, – Моё имя Джет. И да, не обращай внимания на Мону. Она всегда такая.

– Джет!

– Да хватит вам собачиться, – вмешалась другая, обладающая таким же ярким рыжим цветом волос, как и сама Кариель. Она оказалась немного полной, что, впрочем, делало её довольно милой. – Я Лави, рада знакомству.

– Я тоже, – наконец-то смогла что-то ответить рыжеволосая. Оставшиеся ребята тоже по очереди представились.

Третий парень назвался Грегором. Его имя сильно удивило, так как подходило больше аристократу, нежели простолюдину. Ещё две девушки, близняшки, представились Арей и Асой. Они особо не обращали внимания на разговоры, передавая друг другу какие-то корешки. Рядом с ними сидела ещё одна девушка, которая что-то читала. Обложка была до того затерта, что было не разобрать. Зела сказала, что её зовут Софи и застать её без книги равносильно затмению Солайрана. Ещё две девушки, сидевшие рядом с Моной и бывшие её подружками (в чем Кариель была почти уверена) представились сквозь зубы Норой, с ударение на первое О, и Гитой.

Всех сразу запомнить было не просто, но натренированная геральдикой память, кажется, справлялась. Кариель общалась вежливо, старалась чаще обращаться по имени, чтобы запомнить. Особенно сложно было с близняшками, но какие-то отличительные черты всё же были. Благо в разговорах они почти не участвовали. Им вообще не было до окружающих особого дела, так как они заранее знали, кого и что ждет из присутствующих.
Мона с подружками столовую покинули практически сразу после знакомства, оставляя "аристократку пудрить всем мозги". Оливер и Джет на удивление синхронно скривились на их заявление.
Постепенно все знакомились с девушкой, пытались узнать друг друга получше и в принципе были настроены весьма положительно. В разговоре иногда мелькал ещё один студент, противный и мерзкий, как отзывались ребята, но Кариель так и не поняла, о ком речь. Впрочем, быстро догадалась, услышав из коридора приближающийся высокомерный мужской голос. Ребята тут же растеряли весь позитивный настрой, как и сама девушка. В бокал конкретно этому человеку яд бы попал вряд ли, но слабительным она бы его от души накормила.

– Фу, ваша свора снова тут. Нажираете бока, дорвавшись до нормальной еды, – заявил эффектный блондин, входя в столовую.

– Ну так и вали отсюда, - не удержался Оливер. Он редко был груб с кем-то и в принципе доволньо положительно относился ко всем, но конкретно этот молодой щеголь выводил его из себя в секунды. Оливер даже не пытался сдержаться.

– На твое горе, отброс, я проголодался. И ты сидишь на моем месте.

Кариель, пусть и понимала, что такое невозможно, надеялась на ошибку. Но нет, это и правда оказался Джозеф, аристократ из младшей ветви в пятом поколении и просто редкостная… Нельзя такое ей говорить, но иногда так хотелось. Её, слава богам, несостоявшийся жених, пытался отпихнуть Оливера, который, видимо решив избежать неприятностей и ссоры, начал медленно подниматься. Кариель вздохнула. Кажется, аристократик не усвоил их прошлый с братом урок.
Девушка положила руку на плечо парня, не давая тому подняться, а потом повернулась к блондину. Его лицо по-прежнему покрывали ужасные прыщи - результат прошлого общения с близнецами и весьма неуважительного поведения. Всё-таки девушка хороший зельевар, вон как долго работа держится. Сколько прошло уже? Месяц, два?

– Джо, а ты разве не в курсе, что здесь нет разделения на аристократов и простолюдинов?

– Да как ты, девка, смеешь… – начал повышать голос парень, но стоило ему вглядеться в лицо заговорившей с ним так девушки и узнать, как наступила закономерная реакция. Аристократ поперхнулся своими же словами и отступил на шаг. Он, пусть и действительно бывал невыносимым, отлично понимал, что новая встреча с Кариель не сулит ему ничего хорошего. Особенно в таком тоне. Впрочем, чаще всего его благоразумие его подводило.
Все за столом тут же замолчали, наблюдая совершенно непривычное поведение Джозефа. Они уже поняли, что Кариель знакома с их головной болью и судя по оттенку опасения на лице последнего, знаком не с очень приятной стороны. Зела и Лави с улыбками переглянулись. Было приятно видеть, как этого щеголя сейчас поставят на место. В том, что так и будет, никто из присутствующих не сомневался.
Кариель медленно поднялась из-за стола, Джозеф поклонился. Он был ниже девушки по положению, аристократ, да, но младшей ветви, что, впрочем, не помешало нахалу просить её руки в том году ещё и в не самой хорошой форме. Манеры с тех пор никуда не делись, а если точнее - не появились. Кариель хмыкнула. Что ж, не признает равенства, значит будет кланяться.

– Ваша светлость, Кариель ар Наром… Не ожидал вас здесь увидеть, дорогая невеста.

Джозеф не мог отказать себе в том, чтобы побесить девчонку. Понимал, что чревато, в каком-то плане даже глупо, но не сдержался. Он уже отложил надежду на замужество с ней, но из-за позора на его лице, что организовали они с братом, он просто обязан её хотя бы уколоть. Задетая гордость, что б её. Хотя Джозеф понимал, что стоило бы подружиться.
За спиной девушки раздались удивленные вздохи, Кариель покраснела, однако холодного тона не сменила.

– Помнится, мой папенька выкинул вас за порог нашего дома. А мой брат весьма продуктивно побеседовал с вами по поводу невозможности нашей свадьбы.

– И всё же…

– Я знаю зелье не только для прыщей, – заметила она как бы, между прочим.
Джо, как называли молодого человека между собой близнецы, поддразнивая, пошел пятнами. Он столько перепробовал в попытках отменить действие зелья, однако так и не добился успеха. Он никогда в жизни не признает, что тогда, делая предложение, и правда повел себя не самым красивым образом, рассчитывая, что не выезжающая из поместья девушка сразу бросится ему на шею. Парень сделал шаг вперед, попытавшись схватить за руку, но Кариель лишь ударила веером, до этого незаметно закрепленном на поясе, по его конечности.

– Ты… Как тебя вообще сюда взяли? Ты девушка, дочь аристократа, и не должна учиться.

– Я делаю то, что считаю нужным. И следите за манерами. Не признаете равенства в стенах учреждения – подчиняйтесь этикету. А теперь, прошу оставить меня и моих однокурсников. – Кариель отвернулась от лорда, встав лицом к шокированным ребятам и подмигнула, глядя на их удивленные лица. Постаравшись сделать голос максимально строгим и холодным, добавила, не обернувшись, - Подучите манеры, вам их явно плохо преподавали.

С идеально прямой спиной девушка спокойно села назад за стол. Джозеф явно недовольно заскрипел зубами, однако был бессилен в этом случае. Признавать равенство не хотелось, а Кариель в рамках правил выше него по положению. Загнал себя в ловушку.

– Как будет угодно вашей светлости, - процедил он весьма пренебрежительно.

– Мне угодно, можешь идти.

Дверь хлопнула так, что всем показалось, потолок обвалится. В столовой было так же тихо. Прошло немногим меньше минуты, прежде чем раздались хлопки. От удивления Кариель вздрогнула. Хлопал Джет.

– Моё восхищение. Мы от этого урода не можем отвязаться с самого его приезда, а ты…вы вот так просто…

– Можно на «ты», – не сдержала улыбки девушка. – Он просто уже знаком со мной и ниже по положению. Мы с братом в прошлый его визит всё объяснили ему касательно его желаний. Видимо, не до конца. – Кариель нахмурилась.

– Аристократы… Я думала, меж собой вы мирно живете, – Зела посмотрела на дверь. Она впервые видела такие баталии.

– Не всегда. Я бы даже сказала никогда. Есть ведь старшая и младшая аристократия. Вторая должна подчиняться первым. И это не всех из них устраивает.

– Ты и твой брат… Дуэли разве не запрещены? – Оливер изучающе смотрел на меня.

– Дуэли? Что ты, никаких дуэлей! Зельеварению меня бабушка учила с детства. Брат у меня тоже маг и… в общем мы немного…

– Поиздевались? – усмехнулась Лави. Кажется, эта рыжая аристократка нравилась ей всё больше и больше.

– Можно и так сказать, -- щеки девушки покраснели. Не то чтобы оан жалела об этом поступке, но всё равно было неловко.

– А ты своя оказывается, – Джет хлопнул её по плечу в свойской манере, так, что девушка чуть не улетела в стол носом. Парень тут же извинился, но она только покачала головой. Посмотрела на улыбающихся ребят и подумала, что может и не так плохо будет тут учиться, среди одних простолюдинов? По крайней мере они были ей куда милее, чем один аристократ, который злой и униженный сейчас наверняка заперся в своей комнате.

– Кстати, я заметила, что одного не хватает.

– Ты про кого? – Лави, словно и не стесняясь своих пышных форм, потянулась за очередной булочкой. Кариель была бы и рада последовать её примеру, но решила воздержаться. Обновлять гардероб не хотелось, да и Снежный бал, как бы не был противен, диктовал свои условия.

– Четырнадцатый ученик. Когда меня брали, оставалось два свободных места.

Ребята переглянулись.

– Лео. Мы только знаем, что его так зовут.

– Откуда, Оливер?

– Табличка на двери комнаты. Там никто не живет, но указано имя «Лео». Значит, он туда заходил. – ответила вместо парня Зела, пожимая плечами.

– А ты там что делала? – удивленно спросил Оливер.

– Его дверь напротив моей.

Аса и Ара вдруг оторвались от книг, посмотрели на Оливера и Зелу, переглянулись и так друг другу улыбнулись, словно поняли что-то важное. Они немного пугали не только Кариель, но и в принципе всех присутствующих. Особенно тревогу наводили их неестественно белоснежные волосы. Кариель бы не поверила, расскажи ей кто, что такие бывают. Девочки и на неё иногда поглядывали, но словно пока ещё со слабым интересом. Кариель малодушно пожелала, чтобы так и оставалось. Пугали и все тут.

– Ого, и никто его не видел? – Джет тоже был удивлен.

Грегор снял очки, протер платочком, надел назад. Всё было проделано настолько изящно, что Кариель в очередной раз усомнилась в простом происхождении парня. Но это по-прежнему не её дело. Мало ли, чего он скрывается.

– Возможно, он просто опаздывает на учебу. Может какие проблемы появились. Не наше дело, в любом случае.

Все лишь молча согласились. Большенство из них думало, что это очередной аристократ, какой-нибудь Леопольд, например. Сидит сейчас где-нибудь дома и сокрушается, как это он будет жить без прислуги.

– Кстати, прошу простить, что вопрос немного не к месту, но всё же… Я видела лаборатории и оранжерею. Ими можно пользоваться в любое время?

– Не знаю, как вы, а я долго буду привыкать к тому, как она говорит, -- хмыкнул Джет, откидываясь на стуле. Он изначально не очень хотел поступать сюда, но родители настояли, видя в этом шанс для сына пробиться в люди. Смотря на компанию вокруг, парень отметил, что скучно не будет. Может, ему даже понравится, потому что пока что зельевар из него не самый лучший, средненький.

– Лаборатории закрыты, -- покачала головой Зела. – Я пытаюсь открыть ту комнату с того самого момента, как приехала сюда, а это без малого почти неделя. Она заперта.

– А оранжерея? – не сдавалась девушка. То, что лаборатории были закрыты, можно сказать было предсказуемо, но на оранжерею ещё была надежда.

– Если ты хочешь что-то там сорвать – не получится, – огорчил её Джет, – Ты можешь зайти и посмотреть, но коснуться растений не сможешь. Там защита.

Кариель была несколько удивлена словам парня. К чему защита на растениях? Без аппаратуры из лаборатории все равно не получится сделать ничего опаснее чеесоточного порошка. Хотя, возможно, там есть что-то ядовитое.

– Мы тоже были удивлены, – правильно распознал её выражение лица Грегор. – Я хотел получить доступ в первые дни, но в академии нет никого, кроме нас, других студентов, редко покидающих свои сектора, охранника и коменданта.

-- Как это – нет? А преподаватели?

– Никого. Пусто, -- подтвердил Оливер.

Аса и Ара опять на мгновение оторвались друг от друга и своих корешков. Переглянулись, а потом вдруг обратились к другим.

– Если хотите познакомиться с Лео, то можете зайти к нему. Он уже в комнате. – произнесли девочки одновременно. Аса, с едва заметной родинкой на носу, фыркнула. - Правда, он вряд ли вам откроет.
– С чего вы взяли? – Джет, кажется, тоже опасался белоснежных девушек.

Аса прикрыла рот ладошкой, звонко рассмеявшись, а Ара вдруг посмотрела прямо в глаза Кариель, словно только увидела.

– Глаза красивые, медовые. Они так много увидят. Ты интересная, - девушка наклонила голову на бок, рассматривая рыжеволосую, как диковинную зверушку. По спине девушки пробежал холодок.

Зела оценила бледное лицо новой одногруппницы и решила вмешаться. Ей самой девчонки ещё в первый день наговорили странностей потом пару ночей кошмарами мучалась. Знала, как те влияют на людей.

– Не пугайте её. Вечно несете какой-то бред, -- покачала головой девушка, – Тем более Лео не может быть в комнатах. Я почти весь день провела в холе, а сейчас дверь хлопнула только, когда пришла Кариель. Никто, кроме неё, не приезжал.

– Он приехал. Видела рано утром. – вдруг вмешалась Софи, тут же притянув к себе все взгляды. Девушка говорила, не отрываясь от книги. – Я читала про Скорбящий аконит, а он как раз проходил мимо.

– Как он выглядит-то? Нам ведь, дело ясное, интересно, – Лави оценивающе смотрела на пару последних пирожков на тарелке, однако рук не протянула, заинтересованно посмотрев на любительницу книг. – Так что? Каков наш неуловимый? Тоже аристократ?

– Я не смотрела на него. Только увидела ноги и чемодан.

– Софи, и ты молчала? – Джет аж подпрыгнул от нетерпения.

– А чего говорить-то? Ну приехал и приехал, – пожала плечами девушка, – Хотел бы – вышел бы знакомиться.

Заключение было вполне себе справедливым, а потом остальные лишь молча согласились. Разговор дальше потек как-то сам собой и о странностях близняшек и неуловимом Лео все быстро забыли.
Чуть больше часа все провели за веселыми и неспешными беседами, однако всем нужно было заняться подготовить всё к занятиям, а Кариель ещё разобраться сумки. И пусть у неё был день в запасе, не хотелось оставлять всё на потом. Мало ли что будет завтра. Старший кузен, сын папиной сестры, рассказывал ей, что обычно в день до занятий преподаватели всегда собирают студентов и обсуждают с ними рабочие моменты, объясняют правила и прочее. Никакого объявления не было, однако нужно быть готовой, в случае чего. Она ведь обещала бабушке, что ей не придется за неё краснеть. К тому же, хотелось посмотреть оранжерею.

На следующий день Кариель решила, что позволит последний раз поспать себе до обеда. Она не видела ещё своего расписания, однако подозревала, что все занятия будут с утра и хорошо, если не с рассвета. Помнится, бабуля как-то рассказывала ей, что есть травы, работать с которыми можно только при первых лучах солнца. Сама девушка такие травы никогда не собирала, однако помнила, что они есть. Использовали их для сложных и даже опасных зелий. Сильнейшие привороты, горючие эликсиры и одно из самых страшных зелий, «Последний поцелуй», готовились именно на рассвете, именно из тех самых трав. Ей, как знатной аристократке, обучение которой в такой академии не предполагалось, не стоило такое знать, однако бабуля была непреклонна. Она вложила в неё очень много знаний о зельеварении, обучала своим разработкам и всегда поощеряла эксперименты, но обязательно после её совета и одобрения. Отец не мог ничего сделать, а мама и не пыталась. Бабушка поклялась ей, что её дочь не пострадает в ходе занятий и мама отступила в сторону.

Собственно, в академию без скандала девушку всё же не отпустили. Точнее без двух. Шутка с дневником довела сестрицу до нервного срыва, как и её матушку, а папенька был ужасно недоволен решением своей матери отправить внучку учиться в новую, никому неизвестную академию. Впрочем, одного короткого разговора в кабинете отца, её светлости Оралии ар Наром хватило, чтобы тот, стиснув зубы, позволил учиться дочери. Не так отец представлял жизни единственной дочери, однако ему не повезло, потому что она родилась с даром.

Дар позволял многое. Для девушки, не важно, какого сословия, это был подарок судьбы. Магов нельзя было обручить против их воли, союз просто не состоялся бы – брачная татуировка сползла бы с запястья прямо в храме. Маги любого сословия могли поступить в академию для обучения. Не все хотели, это правда, но могли. Девушки, имевшие дар, были наделены привилегией самовольного выбора мужа.
Дар - это хорошо. Особенно Кариель радовалась ему из-за того, что после дебюта, если бы она была не магом, её бы очень быстро выдали замуж. Отец бы настоял, а матушка вряд ли бы стала спорить. Несомненно, партию нашли бы самую лучшую из возможных, однако девушка хотела не этого и дар позволял ей вольности.
Кариель вздохнула, поднимаясь с кровати. О дебюте думать не хотелось, куда полезнее было привести себя в порядок и заняться делами.

Вещи ещё вчера были разложены в шкафу. Места там едва хватило, потому пришлось оставить прямо в чемоданах пару несколько явно ненужных ей здесь сейчас нарядов. Однако, открыв шкаф утром, девушка с удивлением обнаружила, что в нем появилась ещё одна вещь – форменное платье. Оно было темно-зеленое, приталенное и простое. Ни украшений, ни оборок. Лишь плотно обтягивающие рукава, очень приличный вырез лодочкой и струящаяся колокольчиком юбка. С некоторой грустью она посмотрела на свои светлые, легкие и изящные платья с корсетами, перевела взгляд на форменное и со вздохом надела последнее. Нужно привыкать. Тем более неизвестно ещё, может уже сегодня им предстоит встретиться с преподавателями в общем зале.

По привычке разгладив невидимые складки на платье, девушка чуть крутанулась перед зеркалом, которое было на дверце шкафа и улыбнулась отражению. Недурно. Платье, конечно, не сравнится с её нарядами, но и не тряпье. Вполне себе можно носить.
Рыжие локоны девушка убрала в пару кос от челки и скрепила сзади на манер крыльев бабочки небольшой заколкой. Косметика осталась в чемоданах, так как рыжеволосой было принято рещение, что здесь она ей пока что совершенно ни к чему. Впорхнув в низкие туфли-лодочки, она поспешила на выход, резко открывая дверь.

Глухой звук удара, а за ним ругать, от которой у девушки ощутимо заалели уши. Появилось желание тут же закрыть дверь, но любопытсво оказалось сильнее, к тому же, Кариель узнала голос. Джет. На полу рядом с её комнатой сидел именно он. Парень усиленно тер плечо, по которому, видимо, дверь и попала.

– Прости, я не специально, - извинилась тут же девушка, подойдя ближе. – И доброе утро.

– День уже, Кари…прости, Кариель, - поправился парень. – И да, я принимаю твои извинения.

Джет поднялся на ноги, всё так же потирая ушиб. Вообще, он даже как-то не задумывался, что может попасть в такую ситуацию. А ведь он все лишь пытался открыть лабораторию.

– Ты чего в форме то? Занятия только завтра начинаются. - Удивленно спросил парень, заметив, в чем вышла девушка.

– Мои платья… Не подходят для ношения здесь. – призналась она, неожиданно ощущая некий стыд. У ей семьи был достаток, да что там – они богаты. И её платья, даже поведневные, смотрели здесь совершенно не к месту. Кариель не подумала об этом сразу, но обратила внимание вчера за столом, когда рассматривала других девушек. Выделяться сильно не хотелось, да и к форменному платью нужно привыкать.

– А, что, слишком блестит? – усмехнулся парень, впрочем, абсолютно беззлобно. – Не парься, это тебе тоже идет. – Джет подмигнул, на что Кариель несмело улыбнулась. Потом нахмурилась, посмотрела на руки парня, который он тут же убрал за спину.

– А что ты делал в этом конце коридора?

– Снова пытался открыть лабораторию, – невинно рассмеялся парень, неловко почесав голову. Он быстро убрал отмычки в карман. Взломщик из него никакой, но лабораторию хотелось увидеть.

– Ты, кстати, чего так поздно встала?

– Решила побаловать себя последний денек. А что, я что-то пропустила?

– О даааа, - парень усмехнулся, осмотрелся, а потом вдруг подставил девушке локоток, – Собственно, ты и сама можешь увидеть. Позволите сопроводить вас, миледи?

Абсолютно заинтригованная девушка положила свою ладошку на локоть парня, и оба неспешно пошли вниз. Выглядело это несколько картинно, однако любопытно было до ужаса, что же произошло пока девушка спала и она решила подыграть веселящемуся парню.

Внизу было тихо, однако из оранжереи доносились смешки в перемешку с бранью. В холе сидела Софи, как и вчера – с книгой. Мона с компанией заняла отдельный диванчик и листала какие-то журналы. При появлении Кариель под руку с Джетом, девушки презрительно хмыкнули. Мона с превосходством посмотрела на подруг.

– Как я и говорила – уже командует. Даже спуститься сама не может, фи.

– Мона, помолчала бы ты. Знаешь такую поговорку? Завидуешь, завидуй молча, – Джет усмехнулся. Мона закусила губу, думая, как бы отыграться. Тут взгляд её упал на форменное платье. Она широко улыбнулась.

– Что, решила быть по ближе к нам, простым людям? Зря стараешься, ты никогда одной из нас не станешь, - девушка говорила сладко, спокойно. Подружки её тихо посмеивались, однако не долго. Из-за дивана вдруг выпрыгнули Аря и Аса, громко крикнув:

– Бу!

Троица взвизгнула, подпрыгнув на месте, а Кариель с Джетом и близняшки, громко рассмеялись. Мона с подругами, усиленно пытающаяся строить из себя манерную аристократку, что-то фыркнула и вылетела из холла злющей фурией. Впрочем, никого это не волновало. По мере спуска, всё громче были слышны нарастающие споры из оранжереи и Кариель уже сама потянула Джета туда. Парень улыбнулся.

– Ты бы видела, как он орал, когда только туда попал.

Сначала девушка не поняла, о чем он говорит. Войдя в оранжерею, она увидела Оливера, Зелю и Грегора. Троица стояла у одного из барьеров, что-то громко обсуждая.

– Да оставим его там и всё. Заслужил. – Зела смотрела куда-то за защитный барьер с презрением. Оливер же пыхтел от злости.

– Зела, его нужно вытаскивать, ты понимаешь? Там растения, некоторые – ядовитые. Вдруг он их сожрет? Ты хочешь потом отвечать за смерть аристократа?

– А мне кажется, стоит сходить к коменданту, – протирая очки спокойно произнес Грегор. – Он позовет кого-то из преподавателей, если они приехали, и его вытащат.

Однако из относительн спокойные пререкания прерывали вопли и возмущения, которые раздавались из-за барьера.

– Вытащите меня уже, чертовы отбросы!

Джет и Карель подошли к ребятам, которым девушка приветливо кивнула и сразу перевела взгляд на огороженное барьером пространство с растениями. Девушка только тяжело вздохнула. Флора пополнилась её одним экземпляром. Не растением, конечно, но явно не самым умным представителем человечества.

– Джозеф?!

Парень на мгновение подавился очередной нецензурной тирадой, побагровел, затем побледнел, а потом вдруг замолчал. Окончательно.

– Надо было раньше тебя позвать, до этого он орал два часа, не затыкаясь и мешая нам думать, – устало произнес Оливер. Он, откровенно говоря, понимал желание Зелы оставить парня там, но в тоже время действительно не был уверен, на сколько тот разбирается в растениях и не навредит ли себе. Кого во всем потом обвинят и ежу было бы понятно. Хотя, как-то же тот смог растворить барьер, значит, не совсем безнадежен.

– Он просто боится, что на ближайшем приеме я поделюсь этой историей. Что вообще случилось?! – спросила девушка, подойдя к барьеру. Как и говорили ребята вчера, он был прочным и не проницаемым. И абсолютно цельным.

– Он какую-то пакость на барьер разлил, я видела, – в оранжерею вошла Лави, в руках девушка держала небольшое пирожное. – Барьер пропал, однако, когда он залез внутрь, тут же восстановился.

– А зачем ему туда вообще?

– Да он вроде к поллунику тянулся. – Пожала плечами девушка, откусывая сладость. Кариель не сдежала смешка.

– Так ты прыщи мои свести хотел…

Присутствующие тут же посмотрели на Кариель несколько недоуменно. Они помнили о том, что она с близнецом как-то проучили парня, но не были уверены, что последствия именно прыщи. Кариель покачала головой, на вопросительные взгляды давая небольшие пояснения. Остальные тоже начали улыбаться. Все, кроме Джозефа, разумеется. Тому сейчас вовсе не до смеха было. Парень корил себя за то, что не додумался взять второй флакон с приготовленным растворителем, чтобы выбрать, и что вообще попал в такое унизительно положение. Он перепробовал по меньшей мере уже с десяток рецептов, но ничего не помогало. А тут ещё эти...

– Студентам факультета зельеварения просьба явиться в общий зал. Вниз по главной лестнице, большие двери сразу за ней, - прозвучал строги голос. Одногруппники переглянулись.

– С этим что делать будем? – пренебрежительно махнул в сторону блондина Оливер.

Зела только фыркнула и молча удалилась, прихватив с собой и Лави. Слышно было, что и остальные ребята уже идут вниз. Грегор пожал плечами.

– Вот сейчас всё и скажем её светлости. – Грегор бросил последний взгляд на невольного пленника и тоже вышел.

Остались Кариель, Джет и Оливер.

– Кариель, ты же не оставишь меня тут, – подал голос Джозеф. – Мы, аристократы, должны держаться вместе. А то всякие тут….ходят.

– Зела права, сиди тут, – не выдержал Оливер, и никто не мог его винить. Парень быстрым шагом покинул оранжерею. Джет посмотрел на жалкого на данный момент заложника барьера, на выход и тоже молча вышел. Остановился уже у дверей.

– Кариель, ты идешь?

Девушка молча кивнула. Она решила, что посидеть за барьером Джозефу и правда будет полезно. Тем более, рыжеволосая действительно не знала, как его достать. А секрет своего зелья он бы не рассказал. Почему-то Кариель была уверена, что ребята уже спрашивали. И раз Джо по-прежнему там, делиться составом явно не пожелал.

Общий зал был очень большим и совершенно пустым. Здесь не было ни помостов, ни возвышения, ничего. Сиротливо стояло около двадцати стульев, висели на окнах тонкие тюли нежного, персикового цвета. Пол, выложенный паркетом, блистал своей чистотой, а светло-зеленые стены казались свежеокрашенными. По дороге в зал ребята заметили некоторых студентов с других факультетов. Их тоже было немного, кажется, у них было собрание до них. Едва ли пара групп. Компании обменялись взглядами и улыбками и мирно разошлись. Кариель понимала, что вряд ли они будут пересекаться где-то, помимо общих лекций и, возможно, занятий. Хотя учитывая малое количество групп и там вряд ли. Но стоило быть вежливыми. Девушка не увидела ни одного знакомого лица, что не удивительно. Вчера кто-то из ребят обмолвился, что из-за того, что академия новая и тут много простолюдинов, аристократы байкотируют учреждение и не позволяют своим детям поступать сюда. Едва ли тут был кто-то из старшей аристократии, как девушка, и вряд ли больше двух-трех студентов из младшей на всю академию.

Первые ряды стульев уже были заняты компанией Моны, Грегом и Софией, которая все-таки отложила книгу. Кариель села во второй ряд, рядом с улыбчивой Лави. Девушка с интересом рассматривала комнату.

– Как думаешь, почему тут пусто?

Не то чтобы у Кариель был ответ. Да и в принципе это было не важнно. Больше её сейчас волновало, что скажет родственница, ведь скорее всего именно она будет вести собрание.

– Добрый день, уважаемые студенты. – в комнату, через другую, незаметную ранее и выкрашенную в тон стен дверь вошла взрослая женщина. Миледи Оралия ар Наром была в строгом синем платье, полностью закрывающим горло и руки, однако позволила себе надеть полный комплект украшений и жемчуга – подарок дедушки на их прошлую годовщину.

– Добрый день, ваша светлость ар Наром, - все поднялись и поздоровались. Правила поведения с преподавателями знали все и они тут совершенно не отличались от общепринятых.

– Прежде чем мы приступим, обозначим пару моментов, – спокойно начала миледи, – Ко мне обращаться «мадам декан». Родовые имена остались за порогом этой академии. Форма обязательна к ношению, и завтра я не желаю видеть, что леди одеты, как сороки, а молодые люди носятся в больших штанах и с выпущенными рубахами. – Послышался шорох поправляемых одежд.– Ваше расписание ждет вас в комнатах. Столовая, как вы уже поняли, у вас своя, с другими факультетами вы пересекаться не будете. Готовить зелья в лаборатории на вашем этаже можно. Завтра она уже будет открыта, однако если я узнаю, что кто-то из вас испытывал зелья на однокурсниках – вы будете отчислены в тот же день без права восстановления. – Женщина обвела всех прохладным, спокойным взглядом и вдруг спросила:

– А где ещё один студент?

– Двое. – Встряла Мона, желая выделиться, однако тут же наткнулась на вмиг заледеневший взгляд бабушки Кариель и сконфужено замолчала.

– Я в состоянии считать, девушка. И на данный момент мне неизвестно местонахождение лишь одного студента. Где мистер Джозеф?

Все переглянулись. Никому не хотелось брать на себя ответственность и объяснять мадам декану, где находится один их студентов.

– Мисс Лави, встаньте, – строго произнесла бабуля и девушка испугано подскочила. – Вы знаете, где находится мистер Джозеф? Он посчитал невозможным присутствовать на обязательной встрече?

– Мадам декан, я могу рассказать лишь то, что видела… – девушке явно было не по себе, но она продолжила, – с утра лорд испытывал какое-то зелье на барьере в оранжерее. Как я поняла, ему было нужно какое-то определенное растение. Он сумел пройти внутрь, однако барьер восстановился быстрее, чем он ожидал, и он, в общем… Он сейчас там, не может выбраться.

Лави протараторила всё на одном дыхании. Бабушка нахмурилась.

– Садитесь, мисс Лави. По поводу оранжереи. Вы сможете пользоваться ей так же с завтрашнего дня. Что-то будет доступно сразу, что-то по-прежнему будет под барьером. Мистеру Джозефу по возвращении передайте, что у него минус балл на моем экзамене. Помогать ему покинуть территорию оранжереи не советую, этим я займусь позже сама.

Лави села, остальные понятливо кивнули. Никому не хотелось нарваться на наказание едва поступив. Да и минус балл на экзамене для Джозефа ясно дал всем понять, что никого тут жалеть не будут.

– Итак, вы свободны. Однако, попрошу завтра на моей паре назвать имя человека, которого вы выберет старостой. Он будет руководителем вашей группы. Можете идти.

Все тут же поднялись и потянулись к выходу, не желая задержиться здесь надолго. Кариель чуть притормозила, и, оставшись одна, вернулась к бабушке, которая так же и стояла в центре комнаты, ожидая, когда последний студент покинет зал.

– Кариель, ты что-то хотела? – спокойно спросила миледи, впрочем, без прежнего холода. Кариель остановилась в паре шагов и улыбнулась.

– Почему ты не сказала мне, что будешь тут деканом?

– Хотела сделать тебе сюрприз, – бабуля как-то странно вздохнула. – Не могла же я тебе отказать, Кари.

Девушка позволила себе быстро обнять любимую родственницу.

– Я не подведу! – она коротко поцеловала женщину в щеку и покинула зал. Ей хотелось побыстрее увидеть расписание и заняться чем-нибудь, чтобы остаток дня пролетел незаметно.

Когда нужно было выходить на занятия, девушка была уже готова. Кариель поправила форменное платье, собрала волосы в две объемных косы, украсив их цепочками с полудрагоценными камнями, самым недорогим, что было среди её многочисленных украшений. Первый день обучения обещал быть интересным. Накануне вечером она подробно изучила расписание. Всего оказалось не так много предметов. Что-то ей даже было уже знакомо. Например, этикет и бальные танцы. Так же была дипломатия и страноведение. Эти четыре предмета скорее были атрибутами академического образования, нежели важной информацией для зельеваров.

В первый день их группе предстояло посетить три занятия по два часа. Травология, практическое зельеварение, которое, как все предполагали, будет преподавать мадам декан, и, собственно, этикет. Кариель подхватила приготовленную заранее сумку с принадлежностями и поспешила вниз. Она спешила в столовую. Судя по часам в общем зале, она вполне себе успевала перекусить.

– Доброе утро, – поздоровалась девушка, проходя в столовую. Ребята, тоже в форменных костюмах и платьях, приветственно кивнули. Мона с компанией как обычно не обратили на вошдшую внимания, а София ела омлет, по-прежнему не отрываясь от книги. Среди ребят не хватало только Джозефа и по-прежнему неизвестного нам Лео. Именно он был вчера тем самым вторым студентом, которого не было на собрании.
Девушка взяла с раздачи тарелку с кашей, стакан молока и небольшое пироженое, а после села рядом с Джетом. Парень скривился, гляда на её тарелку и Кариель даже не поняла сначала, почему.

– Кариель, ты правда собралась это есть?

Девушка несколько критично посмотрела на достаточно аппетитную кашу и прохладное молоко, затем недоуменно кивнула. Хотя, кажется, она поняла в чем дело, когда перевела взгляд на тарелку парня, полную бекона и яиц.

– Я обычно так завтракаю.

– Жаль мне тебя. Ветром сдует ведь, – Джет покачал головой, а девушка только пожала плечами и приступила к завтраку.

Помимо вкуса еды она оценила ещё и удобство организации той же столовой. Поваров не было, утром просто приносили еду, которая хранилась под стеклом на специальных подносах, сохранявших все свежим. Каждый мог подойти и в любое время взять перекусить то, что захочет или даже полноценно поесть. Еда оказалась выше всяких похвал.

– Почему никто меня не разбудил?!

Грубый возмущенно-визгливый голос раздался от порога. Кто-то вздрогнул, так ещё и не привыкнув к манере появления этого парня, а Кариель невольно повернулась к двери. И, кажется, в этот момент впервые в жизни закатила глаза. Её поведение Джозефа всегда вводило в недоумение. Она ведь видела, как он ведет себя среди аристократии, на приемах, он ведь не дурак. Неужели кто-то настолько привил ему нелюбовь к простому классу, что он позолял себе вести себя так?
Джозеф влетел в помещение, понося всех бранными словами. Некоторые обороты были слишком уж грубы, а потому Кариель решила за благо побыстрее покинуть столову. Не хотелось начинать утро с ругани с несостоявшимся ухажёром.

– Я с тобой, – тут же поднялся хмурый Оливер. За ним потянулась Зела, а Джет уже был в дверях и с отвращением смотрел на то, как лорд придирчиво выбирает себе завтрак, ругая ленивых поваров, которые не смогли приготовить ничего стоящего. Джету хотелось вмазать по холеному личику, но он не мог себе этого позволить. Видел бы этот парень, как живут обычные люди... Хотя Джет сильно сомневался, что что-то поменялось бы.

Компания спешно покинула столовую, направляясь на занятия. Вел всех, как ни странно, Оливер. Только он, приехавший один из первых, уже успел изучить расположение основных аудиторий и кабинетов.

– Я приехал первым, почти две недели назад. Было время всё изучить, – пожал парень плечами, когда Джет спросил того о его излишней осведомленности.

По дороге, как и вчера перед собранием, ребятами попадались студенты других направлений. Первокурсники смотрели не смело, как и вчера, но улыбались. Более уверенные старшие курсы ходили своими компаниями, иногда что-то подсказывая окликающим их первашам.
Артефакторы, по предположению ребят, носили желтую форму. Их выдавали буквальн грозди цепочек и браслетов, а также огромные сумки, в которых наверняка находились материалы для создания артефактов. Студенты этого факультета выглядели больше, как не очень хорошо разбирающиеся в украшениях дамочки. Однако, Кариель могла признать, что это имело свой шарм. На каждом были уникальные изделия, которые отражали стиль владельца.
Целители, традицонно обнаряженные в светло-голубую форму, как и действующие лекари, выглядели слегка отстраненно. Они были одеты более строго, волосы были убраны и пока что ребята не заметили среди светло-голубых одежд ни одного парня.

Кабинет они нашли на удивление быстро, что, в принципе, было полностью заслугой Оливера. Почти всю аудиторию для занятий по травологии занимали столы и стулья, стоящие в три ряда по пять штук в каждом. Предполагалось, что у каждого будет личное место. Первый три стола первого ряда оказались заняты Моной с подружками, Кариель молча прошла к третьему, занимая первый стол. Джет сел сразу за ней, а Оливер с Зелой за соседний ряд. Подоспевшие позже них ученики расселись в самом конце.

– Джозеф решил отчислиться? – усмехнулась Мона, с интересом осматривая кабинет. – Думаю, это был бы его самый умный поступок.

Пожалуй, это был первый и послежний раз, когда невольно все присутствующие мысленно согласились с девушкой.

Тут дверь открылась и в комнату вошел неизвестный парень. Он оказался высок, немного выше того же Оливера, который на полголовы опережал девушек, отчаянно темноволос и слегка худоват. Глаза рассмотреть не представилось возможным, однако вместо них Кариель отметила мелькнувшую седую прядь в волосах. Она не смогла сдержать удивление, ведь молодой человек был очень молод.Хотя, возможно, просто присоеденился к моде, по которой аристократы последние несколько лет с помощью настоев меняют свой цвет волос. Кариель сама испытала сие чудо в начале лета. Неделю удивляла всю семью блондом, а потом приехала бабушка и отправила исправляться форменное недоразумение, как она тогда выразилась. Впрочем, девушка не злилась, а была больше благодарна. Такая настойка испортила ей все волосы и пришлось потратить не мало зелий и времени, чтобы привести их в прежный шикарный вид.

– А ты кто такой? – довольно невежливо спросил Джет, позади которого и сел парень.

– Лео, – равнодушно произнес темноволосый, даже не посмотрев на парня. Оскорбленный таким пренебрежением самый улыбчивый парень хмыкнул и отвернулся. Кариель тоже повернулась к своему столу. Видно было, что Лео, все-таки показавшийся им на глаза, не настроен на разговоры. Это заметили все, кроме Моны. Девушка сделала вывод, что перед ней довольно перспективный молодой человек и его срочно нужно одарить своим вниманием.

Девушка подошла к столу Лео, облокотилась на его край и что-то тихо произнесла, то ли представляясь, то ли подавая себя. Кариель и Зела лишь скривились при виде этой сцены. Все давно поняли, что девушка пришла не учиться, но чтобы так откровенно подавать себя незнакомому парню, это было ужасно. И Кариель хотела бы скинуть всё на отсутствие манер у рабочего класса, но понимала, что тут дело не в этом. Да и сама не раз видела, как аристократки ведут себя примерно также, набиваясь в любовницы к её отцу в их собственном доме. Стоило ли говорить, что после эти семьи никогда приглашены более не были?

– Добрый день, уважаемые студенты.

В комнату вошла низенькая пожилая женщина. Впрочем, вошла довольно бодро. Видимо, не растеряла ещё всех сил. Одного её взгляда хватило, чтобы Мона тут же вернулась к своему столу, а все встали, приветствуя преподавателя. Кариель едва успела одернуть себя и заменить привычный реверанс на стандартный поклон.

– Садитесь. – все молча подчинились, а женщина прошла за свой, преподавательский стол, – Моё имя Ньесса Тёрн. Я ваш преподаватель травологии. Обращаться ко мне мадам Тёрн. В противном случае я сделаю вид, что не услышала вас.

Дождвашись отвердительного ответа, мадам продолжила:

– Сегодня у нас с вами будет вводное занятие, на котором вашей задачей будет узнать как можно больше трав и показать мне уровень ваших знаний. Сейчас мы с вами…

Дверь с громким стуком открылась, в аудиторию вошел Джозеф. Он поклонился мадам, а потом подошел к Оливеру, посмотрел на него сверху вниз и приказал убраться. Оливер усмехнулся и молча покачал головой. Не смолчала мадам.

– Мистер, минус балл на моём экзамене. Попрошу вас представиться, для этого советую повернуться ко мне лицом. И если ещё раз опоздаете на моё занятие и войдете таким образом, я буду вынуждена принять меры.

Мадам говорила абсолютно спокойно и даже не уточнила, какие меры она собирается предпринять, однако, ни у кого не возникло сомнений – Джозефу не понравится. Впрочем, сам парень всё ещё не до конца понял, куда его отправили родители. Не то чтобы добровольно.

– Прошу прощения. Моё имя Джозеф ис Ларт, – он повернулся, снова поклонился. – Я займу свое место, как только мне его предоставят, – Джо высокомерно посмотрел на Оливера.

– Моё имя узнаете у одногруппников, я не буду повторять персонально для вас. Ваш стол в конце, мистер.

– Прошу прощения, но я лорд…

– Ещё слово и станете поросенком. Впрочем, я не далека от истины.

Джозеф вдруг громко хрюкнул, потом взвизгнул и тут же занял последнюю во втором ряду парту, стараясь более не открывать рта. Взгляд его метал молнии, руки дрожали от гнева, но видимо у него хватило мозгов не броситься заклинанием в преподавателя. Молодой человек обладал небольшим даром к магии огня, но, так же, как и Кариель, редко им пользовался. Драка с преподавателем в любом случае не входила в его планы. Ему бы убраться из этого места. Он сомневался, что ему понравится заниматься тем, что обычно он использовал как глупое хобби.

– Прекрасно. Итак, на будущее. На мои занятия не опаздывать. Я маг трансмутаций, а потому советую думать, прежде чем говорить. – В свете новой информации некоторые даже бросили на парня сочувствующие взгляды. Чары магов трансмутации спадают от нескольких часов до суток. Если, конечно, маг сам не отменить превращение или наоборот, не продлит его. Было очень сомнительно, что мадам Тёрн решит помиловать его. – А сейчас, как я уже пыталась сказать, вы отправитесь вот туда, – преподавательница указала на неприметную дверь за совей спиной, – Там находится наш склад с сушенными травами. Вы сможете подходить только к столу в центре, на котором разложено сорок самых известных и незаменимых трав. Ваша задача – написать на листочке все растения, которые вы узнали. Соответственно, по номерам. Заходить будете по одному. Девушка, вы первая, – указала на Мону мадам и присела за свой стол, беря в руки список из имен студентов, – Представьтесь.

– Мона Лавес.

– Проходите. У вас десять минут.

Девушка заметно волновалась, однако прошла в комнату.

По итогу занятия, через два часа, почти все удостоились недовольного взгляда мадам и обзавелись толстыми книгами.

– Здесь все травы, которые вы должны будете знать к концу изучения моего предмета. Надеюсь, вы не опозоритесь вновь. Свободны.

Как раз одновременно с её последним словом прозвучал колокольный звон, обозначающий окончание занятия, и ребята покинули аудиторию, прихватив с собой толстые книги.

– Здесь больше тысячи страниц… – тяжело вздохнула Зела, сумевшая определить всего лишь половину трав. Впрочем, это был хороший результат. Лео, Оливер и Грегор порадовали преподавательницу, узнав по тридцать пять растений. Кариель, к собственному стыду, опознала всего лишь тридцать. Джет, Лави и Софи сумели правильно определить по двадцать пять. Остальные едва опознали десять. Джозеф получил дополнительный вопрос на экзамене, так как не смог назвать правильно и семи растений.

– Некоторую часть мы наверняка знаем. Да и на занятиях будем с ними встречаться. Запомним, не переживай, – Оливер улыбнулся Зеле, которая сразу заметно повеселела, и повел нас в следующий кабинет.

Как и ожидалось, тут нас уже ждала бабуля. Перерыв между парами оказался на удивление короток, и все едва успели разложить письменные принадлежности на столе, как снова раздался звон. Наученный горьким опытом, Джозеф уже занял место, и, на всеобщую радость, молчал. Поросячий хрюк никуда не делся, о чем все имели возможность узнать, когда в коридоре на парня налетел какой-то целитель и тот попытался высказать тому про его никчемность. Коридор взорвался хохотом, а Джозеф поспешил в аудиторию, сжимая трясущиеся от ярости кулаки.

– Добрый день, студенты. Мы с вами уже знакомы, поэтому оставим эту пустую лирику. Вы сами выбрали себе столы, за ними до конца обучения и будете работать. – все тут же обратили внимание на собственные места. Стулья были задвинут, а на высоких столах было множество колб, пробирок, горелка. В общем всё необходимое для основных зелий. – На первом занятии я хотела бы проверить ваши базовые знания, – бабуля пошла меж столов, раздавая листы с ингредиентами и названиями зелий. – Здесь то, что вы должны приготовить мне в следующие два часа. Вон там, – бабуля махнула на шкафы в конце аудитории, – вы сможете найти все необходимые ингредиенты. Приступайте.

Декан последний раз окинула всех взглядом и заняла место за своим столом. Кариель с неким опасением посмотрела на свой листок, однако тут же расслабилась. Ей досталась Рассветная нежность, у которой был достаточно небольшой список ингредиентов. Девушка уверенно направилась к шкафчику, доставая нужное. Ранее она уже готовила его, это было несложно. Все по-разному реагировали на задание. Оливер и Лави уже приступили к делу, Зела и Джет крутились у шкафчика, явно не разобравшись в чем-то, кто-то ещё и вовсе не отошел от столов. Кариель справедливо решила, что помощи бабушка рада не будет и направилась к своему месту готовить нужное.

Вообще Рассветная нежность – слабое приворотное зелье. Даже не то чтобы приворотное. Благодаря этому зелью можно было вызвать искусственную благосклонность. То есть, если дать выпить пару капель Рассветной нежности, например, Моне, то на сутки она позабудет о всей своей неприязни к Кариель, как к автору зелья, и если не станет подругой, то точно перейдет в нейтралитет. Хорошая вещь — это зелье. Особенно его любят дипломаты и торговцы, когда попадается очень упертый человек, не желающий идти на уступки.

Кариель неспешно смешивала те семь ингредиентов, которые были ей необходимы. У Норы за столом что-то громко хлопнуло. Бабуля посмотрела на девушку поверх бумаг, оценила её фиолетовые от паров волосы и молча вернулась к чтению. Мона с Гитой не сдержали смеха, а остальные предпочли вернуться к делу. Мимолетом Кариель бросила взгляд и на стол Джозефа и едва сумела удержать порыв подбежать и остановить парня. На столе его лежала больше десять ингредиентов, среди которых были и опасные. Она была удивлена, как его взяли в зельевары, да и как вообще его зелья работали, однако могла только покачать головой. Догадывалась, что он тут не по своей воле, но это было не её дело.

Первым, к общему удивлению, закончил замкнутый Лео.

– Мадам декан, я закончил. – парень поднял руку, привлекая внимание преподавателя.

Джет недоверчиво обернулся к парню, однако заметив, что бабуля направилась в сторону Лео, тут же отвернулся. Его зелье уже бурно кипело и скоро его нужно будет снимать с огня. Проворонит и нужно будет начать заново, к чему у него не было ни малейшего желания.

Бабуля молча оценила зелье Лео, благосклонно кивнула и парень, попрощавшись, вышел. Кариель, да и не только она, проводила его удивленным взглядом. Однако долго отвелкаться не вышло, её зелье начало закипать и ему нужно было уделить внимание. Девушке совершенно не хотелось опозориться.

– Мадам декан, я закончила.

Мона с подругами скривились, Оливер, остужавший свое зелье, подмигнул подруге. Зела уже подняла руку, готовая сдавать свою работу сразу после рыжеволосой.

Бабушка так же молча посмотрела на зелье внучки, понюхала, посмотрела на свет.

– Чистая работа. Можешь быть свободна. К следующему занятию повтори базовые и лечебные зелья.

Кариель кивнула с улыбкой, и, убрав рабочее место, поспешила покинуть аудиторию, чтобы за дверью дождаться друзей. На её удивление напротив двери в аудиторию стоял Лео, лениво облокотившись на стену спиной. Кариель обернулась на дверь, потом посмотрела на парня, который что-то рассматривал в окне, повернув голову. Девушка понимала, что на общение тот не настроен, но стоило хотя бы познакомиться.

– Добрый день. Ты не против… – парень перевел взгляд на девушку, и та на мгновение забыла все слова. Глаза Лео были светло-серые, красивые, но холодные. Кариель невольно отвела взгляд, кое-как договорив, – …я хотела представиться. Моё имя…

– Впервые вижу, чтобы аристократы старшей ветви сами представлялись. – хмыкнул парень сухо и даже несколько обидно. Девушка разом покраснела. Почему-то, ей вспомнилась выходка Джозефа на первом уроке и стало нестерпимо стыдно. Вот из-за таких людей их, аристократов, многие терпеть и не могут.

Кариель отступила на шаг, кляня себя за глупость. Не стоило лезть. Ну не хочет он общаться и ладно, проблем от него, наверное, в таком случае тоже не будет.

– Прости, что навязываюсь. Хорошего дня, – взяв себя в руки, она развернулась, отошла на пару шагов к другому окну. Прикрыла глаза, возвращая себе душевное равновесие.

– Кариель! – Зела вылетела из аудитории словно птица. Она улыбалась, глаза сияли от сдерживаемого смеха. Кариель удивленно посмотрела на обычно спокойную девушку. Что такого произошла за пару минут в аудитории, что она так развеселилась. Наткнувшись на пустой взгляд Лео, Зела тут же пришла в себя. Быстро подошла к подруге, с которой ей не терпелось поделиться историей. – Ты не представляешь, что было, когда ты вышла!

– Как твоё зелье?

– О, с ним всё хорошо, мадам декан его приняла. – махнула рукой девушка, словно это была не такая уж и важная вещь, а потом вдруг заговорила тише, – Когда ты вышла, Нора попыталась испортить зелье Грегора. Она что-то кинула в котелок, пока он не видел. Но близняшки, о боги, я не знаю как, но они что-то сделали, а потом тот лишний ингредиент, что попал в чашу Грегора, вдруг оказался в котелке Норы. Она даже пискнуть не успела! Вода взлетела вверх и окатила её с ног до головы.

Девушка не могла перестать тихо смеяться, не в силах рассказывать дальше. Тут дверь открылась повторно и вышел Оливер. Он тоже едва сдерживал смех. Посмотрев на широкую улыбку Кариель и веселящуюся Зелу, он прыснул.

– Рассказала уже? О боги, теперь как минимум три дня, если не больше, Нора будет радовать нас зеленой кожей и тинистым запахом. О! И как я мог забыть – волосы по-прежнему фиолетовые!

– Справедливо, она же сама хотела напакостить Грегору, – Кариель и не думала сочувствовать девушке.

Тут прозвучал колокол, и остальные ребята тоже начали выходить из аудитории. Первой, ожидаемо, вылетела Нора. За ней спешили подружки, тихо хихикая. Горе подруги их волновало мало. Грегор, жертва несостоявшейся пакости, был хмур и молчалив. К ребятам подошли Джет с Лави.

– Ну твоя бабушка и дотошная, – пожаловался парень, – Она моё зелье разве что не попробовала.

– Приняла хоть? – поинтересовался Оливер.

– А то!

– И моё, – скромно добавила Лави, – А вот у Джозефа и Гиты с Норой нет. У нашего аристократика там вообще что-то страшное. Мадам декан попыталась спросить у него, что именно он добавил, но сами понимаете…

Кариель кивнула. Из того, что лежало у него на столе, намешать можно было всё, что угодно. Хорошо хоть ничего не случилось, ситуация была бы явно хуже, чем у Норы.

– Ну что, пошли на этикет? – Оливер закинул сумку на плечо, а потом заметил Лео. Парень смотрел на их компанию не скрываясь, однако молчал. Джет нахмурился и хотел уже что-то сказать, - что-то явно не лестное, - однако Зела только покачала головой и потянула обоих парней за руки в сторону.

– Этикет. Нам нужно идти.

Парни покосились на Лео, однако все же пошли. Оливеру снова выпала роль провожатого. Кариель же пристроилась в конце компании, думая о своём. Ей было интересно, как устроился брат и как прошли его первые занятия сегодня. Пожалел ли он о том, что отправился учиться, или, как и она сейчас, радуется, что может расширить свои знания и круг общения? Вообще девушка с удивлением обнаружила, что в кругу друзей почти не скучает по брату. Точнее тоска её становится тише и не так сильно напоминает о себе.

– Добрый день, моё имя Лукас ис Гасер. Можете обращаться ко мне «лорд Лукас». Это единственная аудитория во всей академии, где действуют правила разделения на классы, – произнес довольно высокий, стройный мужчина среднего возраста в элегантном сюртуке вишневого цвета, когда все вошли в абсолютно пустую аудиторию. – Сегодня вам предстоит изучить поклоны и обращения, принятые в нашем королевстве. К следующему занятию приготовьте тетради, будем изучать столовый этикет. Заранее отвечу на невысказанный вопрос – для чего вам знание этикета. Во-первых, это должен знать любой образованный человек. Во-вторых, многие из вас будут работать на аристократов, кому посчастливится – сам станет знатным человеком, а потому знание этикета – обязательно. – высокопарно и несколько даже высокомерно, произнес преподаватель.

Взгляд его скользил по нашему ряду, вдруг остановился на Кариель. Преподаватель очень четко выделял для себя тех, кто с этикетом явно был знаком с детства.

– Миледи, прошу вас выйти ко мне и представиться.

В обычное время Кариель могла бы проигнорировать просьбу младшего аристократа, однако преподаватели имели больше привилегий. Тело сразу вспомнило все уроки, все правила, вбитые с детства. Она сделала плавный шаг вперед, подбородок нужно держать параллельно полу, смотреть прямо на собеседника, пальцами слегка прихватить бока платья, сделать реверанс, ровным голосом представиться:

– Её светлость, миледи Кариель ар Наром, дочь его светлости, милорда Вольгарда ар Нарома и её светлости, миледи Лиании ар Наром, – элегантный легкий поклон.

Кариель могла поспорить на свое лучше платье, что рассылашала скрип зубов Моны с подружками, что стояли достаточно далеко от неё. Джет и Оливер наоборот смотрели с восторгом, а вот остальные девушки с сомнением смотрели на свои ноги, пытаясь понять, как нужно встать для такого плавного поклона.

Преподаватель поклонился в ответ.

– Прекрасно. Смею предположить, что вам мои занятия ни к чему, однако вы нужны мне в качестве примера. К тому же позвольте мне узнать – преподавали ли вам этикет соседних государств?

– Нет, такие знания не входили в программу моего обучения, лорд Лукас, потому я буду рада посещать ваши занятия весь полный и необходимый курс, – натренированная перед зеркалом вежливая улыбка появилась на лице девушки. Мама и преподаватель по этикету ей бы сейчас явно гордились. Всё было безукоризненно. Идеально.

– Что ж, рад слышать, что вы не ставите себя слишком высоко и осознаете необходимость дополнительных знаний. Благодарю, можете вернуться на место. Лорд, теперь прошу вас.

– Хрююю, – с самодовольной улыбкой попытался сказать Джо, однако тут же закрыл себе рот ладонью. У одногруппников даже не было сил смеяться, парни только едва слышно фыркнули.

– Вот как. Чем-то не угодили мадам Тёрн? Что ж, тогда это отложим. Есть ещё кто-то, знакомый с этикетом? – все промолчали. – Что ж, тогда давайте познакомимся с ним ближе, уверен, вам понравится...

– Он изверг, – тяжело дыша, произнесла Лави, когда все покинули аудиторию и лорда Лукаса. Бедной девушке в силу наличия явного избыточного веса слишком тяжело было бесконечно повторять поклоны и реверансы. Даже легкой и миниатюрной Зеле это давалось с трудом. К концу занятия девушка едва могла удержать реверанс больше секунды.

Мальчики тоже были не в лучшем состоянии. Самыми бодрыми из аудитории ожидаемо вышли Кариель и Джо. Впрочем, ни от кого не укрылось, что и Лео с Грегором не сильно устали. У них явно был опыт и знания. Однако почему-то оба старались это не афишировать и сильно не выделяться.

– Не знаю, как вы, а я хочу в душ и есть. Нет, сначала есть, а потом в душ, фух, – хмуро пробурчала девушка и её подругии не сдержали тихого смеха. Хотя Кариель тут же извинилась, потому что побоялась, что девушка обидится.

– Не переживай, Кари, все хорошо. Можно же называть тебя Кари?

– Вам можно.

Наверное, именно в этот момент Кариель осознала, что эти две веселящихся девушки и хмурые сейчас Джет с Оливером могут стать ей друзьями. И ей хватит их вполне. Почему бы и нет.

– Благодарю вас за оказанную честь, ваша светлость, – Джет поклонился, стрельнув глазами. Кариель автоматически благосклонно кивнула. – Скажи, что я выполнил этот чертов поклон правильно и фраза та.

– Всё правильно, – подтвердила она, посмотрев в сторону и тут же натыкаясь на взгляд Лео. Парень опять смотрел на их компанию, снова пустыми глазами и просто прошел мимо. Зела тоже заметила нашего однокурсника, нахмурилась.

– Он странный какой-то…

– Может, блаженный? – Джету парень явно не нравился.

– Таких не берут. Ему просто очень больно, – прозвучало из-за наших спин.

– И грустно.

– И он зол. Я бы даже сказала – в ярости.

Все пятеро тут же обескураженно обернулись. Аря и Аса стояли за их спинами, крепко держась за руки. Не первый раз у всех пятерых промелькнула мысль о не самых безопасных способностях девочек. Они были явно младше и обладали каким-то даром. Это пугало.

– С чего вы взяли?

На вопрос Лави близняшки ожидаемо не ответили. Они лишь быстренько скрылись в коридорах. Ребята переглянулись и, более не обращая внимания на Лео и остальных, пошли в свое крыло. Многим и правда требовалось принять душ и просто отдохнуть. Кариель же планировала засесть за выданный мадам Тёрн травник. Первый день прошел неплохо, но она была недовольна своими результатами.

– Я никогда не смогу это выучить, – Зела накрыла голову книгой по этикету и завыла на высокой ноте. Кариель посмотрела на девушку с сочувствием и толикой понимания. Помнится, столовый этикет и ей давался так же тяжело.

За прошедшую неделю девушки сдружились. К ним также окончательно присоеденились Джет и Оливер. И без того небольшой коллектив разделился на несколько групп: их пятерка, Мона с подружками, одиночка Лео, Грегор и близняшки с Софи, которую одну они, видимо, не пугали. Джозеф тоже оказался один. Он не разговаривал ни с кем, никто не спешил разговаривать с ним. Соответственно, отсутствие взаимных оскорблений и скандалов. Гармония. За неделю лорд успел похрюкать, покукарекать и даже поквакать. Собственно, всё из-за собственной невежливости.

Кариель с друзьями общалась легко и непринужденно, они помогали друг другу по учебе. Вот и сейчас Зела с Лави сидели в комнате подруги и пытались выучить столовый этикет. Кариель в это время рассеяно листала книгу, повторяя. Не сказать, чтобы она в этом нуждалась, однако не хотелось оставлять девчонок одних, да и элементарная поддержка была им кстати. На последнем занятии по этикету (оно стояло в расписании дважды в неделю, в первый и последний день) лорд Лукас дал полный список приборов, их назначение и правила применения. И заставил прямо на занятии попытаться запомнить их. Увы, как и с поклонами, вышло только у Кариель, Джо, Грегора и Лео. На последних ребята стали посматривать с сомнением и подозрением. Но с вопросами к ним лезть никто не спешил. Грегор был молчалив, а Лео одним взглядом давал всем понять, что к нему лучше не подходить с глупыми вопросами, да и вообще с любыми вопросами. Кариель для себя решила, что те скорее всего внебрачные дети кого-то из аристократов, о достойном воспитании которых, не смотря на происхождение, всё-таки позаботились и на этом размышления оставила.

– Согласна. Это невозможно запомнить. – Лави отложила книгу, с сожалением посмотрела на пирожные в тарелке на столике. Вздохнула. – Мне дико хочется есть. И отдохнуть. Кари, признавайся – аристократов так же мучают?

– Да. Только с самого детства. Мы с братом изучали правила поведения в обществе и этикет примерно с пяти лет. – подтвердила девушка.

– И сколько ты потратила времени, чтобы всё запомнить? – Зела одним глазком выглянула из-под своей импровизированной шапки. Вообще, она не была склонна к таким вывертам, но этикет подточил даже её спокойствие. И пусть она была уверена, что сможет все выучить, сеййчас у девушки просто опускались руки. Это оказалось сложнее, чем она думала.

Кариель задумалась.

– Основы запомнила за несколько месяцев, но оттачивала всё очень долго. Не помню точно, простите.

– И мы должны выучить всё к следующему занятию!? Я умру.

– Давайте проводить аналогию, – предложила подруга девушкам.

– Ана…что?

– Она про сравнение, Лави, – Зела, как компания недавно узнала, дочь главного городского кузнеца, села ровнее, сняла с головы книгу. Ей, в отличии от Лави, что выросла в захудалой деревеньке, было совсем немного, но проще. – И какую именно?

– Ну например, бокалы и стаканы. Сколько их должно быть?

– Эм… – девушки переглянулись, – Шесть?

– Чаще ставят пять. Потому что пять напитков: вода, шампанское, два вида вина и ликер, либо что-то ещё крепче. То есть бокалы должны стоять по мере увеличения крепости напитка.

– И что тут стало проще? – застонала Лави, откидываясь на подушку.

– Подожди. Еще пример? – Зела взяла тетрадь с зарисовками приборов.

– Ну вот смотри, вот эта ложечка, например, – Кариель показала на изображение самой маленькой из четырех изображенных у девушки ложек. – Она для кофе. Этот бодрящий напиток девушки пьют редко, но всё же. Так вот – она здесь самая маленькая, ты заметила? И чашечка для кофе очень маленькая, потому что в больших количествах этот напиток не пьют. Ложечка чуть больше – для чая. Потому что и чашечка для чая немного больше.

Зела внимательно слушала, пока девушка объясняла, потом, поборов мгновение слабости, присоединилась и Лави. Дело пошло быстрее и веселее. Кариель старалась приводить как можно более понятные сравнения, вспоминая, как они с братом пытались привязать приборы даже к собственным игрушкам, чтобы выучить. С новой методикой они закончили к вечеру, что всех троих очень радовало.

– Хорошо иметь под рукой ручного аристократа, – Лави улыбнулась рыжеволосой, потом поспешно замотала головой. – Прости, сказала не подумав. Кариель, не обижайся только, хорошо?

Девушка лишь заверила, что не в обиде. Она ведь сама согласилаьс помочь, тем более, они подруги, да и Лави явно не пыталась таким образом оскорбить её. Что-то, а такео она различать умела просто отлично.

В комнату постучали.

– Ну вот, а я думал у вас вечеринка… А вы тут скучные книги учите, – Джет смело вошел в комнату после разрешения. За его спиной стоял Оливер, снова хмурый и о чем-то думающий.

– Вам бы тоже не помешало, а то ведь потом на этикете краснеть будете.

– И танцы подучить нужно тоже. У меня ноги до сих пор болят, – пожаловалась Зела, кинув колючий взгляд на Оливера, который слегка покраснел. Именно с ним танцевала девушка на занятиях, и именно он отдавливал ей ноги с незавидным постоянством, за что постоянно извинялся. Джету выпала участь вальсировать с Моной, и совесть за оттоптанные ноги партнерши едва ли его мучала, не смотря на возмущенные крики девушки.

– Снова мучаете Кари? – кивнув на учебники, спросил Ольвер.

– Мне не сложно.

– Неправильная ты аристократка. А где же «Эй ты!»? Или: «Сгинь, плебей»?

Джет парадировал Джо очень умело. Кариель невольно подумала, что парню бы подошло лицедейство.

– Могу конечно, ну а зачем?

– Её пожалеть надо. Она с Джо вальсирует, – Лави, обрадованная своими успехами по этикету, всё-таки потянулась к пирожному.

Кариель только покачала головой с улыбкой. На танцах её и Джозефа, как и до этого на этикете, поставили как пример и заставили провальсировать полный танец. И пусть двигался парень неплохо, танцевать именно с ним у девушки не было особого желания. Однако, Джозеф (на тот момент квакающий из-за того, что преподавательница по травологии услышала, как он грубо выражался на неё, бубня под нос) вел себя на удивление прилично.

– Он, кстати, как? Уже перестал квакать? – Джет выхватил из-под носа у Лави её любимое пирожное и тут же положил в рот. В отместку девушка пнула его ногой.

– Ага. Я даже удивился с утра, снова услышав его нормальный голос, даже менее высокомерный, чем обычно. Отвык уже. Обычно хрю, ква, кря, а тут вполне ясные слова, – ехидно усмехнулся Оливер, а потом вдруг хлопнул себя по лбу. – Джет, мы же зашли не воровать у дам пирожные, а сделать им предложение!

Зела подавилась. Собственно, как и Джет.

– Оль, выражайся точнее, – попросила Кариель с улыбкой, слегка похлопав подругу по спине. Та была вся красная и, что-то всем подсказывало, что не только из-за того, что подавилась.

– В общем завтра и послезавтра у нас выходной. Но послезавтра, я уверен, все будут готовиться к занятиям, а потому предлагаю завтра выбраться в город и отметить начало учебы.

Зела и Лави тут же согласились. Ребятам хотелось отдохнуть и немного расслабиться. К тому же, такие посиделки в начале года были традицией многих студентов. Однако Кариель промолчала, что девушки тут же заметили.

– Кариель? Ты с нами?

– Простите, но… Я бы с радостью, правда! – Было неловко подводить друзей. – Но я уже договорилась с братом о встрече.

– Кари, не переживай! Ничего страшного, раз не сможешь, – Лави обняла подругу за плечи, а Оливер задумался.

– Мы вечером будем собираться. Время возвращения в академию не ограничено, так что ты просто можешь присоединиться позже. Если что, отправь кому-нибудь из нас воздушное послание, мы встретим тебя после прогулки с твоим братом.

Кариель задумалась и всё же согласилась. Ей так хотелось увидеть брата! Зариель вчера прислал письмо через посыльного паренька, спрашивал, как она и смогут ли они увидеться завтра. Кариель была так рада весточке. К собственному стыду она едва ли написала брату пару строчек. Новизна ощущений и событий в её жизни так поглотили, что она даже смогла отбросить тоску о брате. А ведь именно из-за брата она и поступила в академию.

Следующее утро выдалось дождливым, что было не то чтобы удивительным. К обеду дождь прекратил и Кариель, надев удобное и красивое, но теплое платье, и накинув плащ, поспешила покинуть академию, чтобы встретиться с братом у Фонтана Роз. Это удивительное сооружение стояло на главной площади столицы и было столь прекрасно, что каждый, кто впервые его увидел, не мог отвести взгляд. Да и те, кто видят его каждый день не остаются равнодушными. Весь фонтан, все камни в нем, были выполнены в виде роз. Распустившихся, ещё бутонов или уже старых и осыпающихся. И каждый раз цветы менялись. Они словно и правда жили. Сегодня ты видел бутон, а вернувшись к фонтану через неделю обнаружишь на том же месте раскрытый цветок.

Кариель быстро миновала холл, не обращая внимания на шипение завистливой Моны, которая при виде чужой одежды заскрипела зубами. Пару раз Джет даже шутил, как бы девица в порошок их не стерла. Кариель только смеялась. Да и к тому же, не пойдет же она в город в форменном платье?! Для прогулки она выбрала синее теплое платье и рыжее болеро на меху с длинными рукавами. Синяя шляпка была очень к месту, а небольшая сумочка в цвет балеро вместила всё необходимое. Волосы были убраны в высокую прическу. Одну из немногих, которую девушка могла сделать без помощи служанки.

На выходе девушка столкнулась с Лео, который о чем-то разговаривал с миледи Оралией.

– Добрый день, мадам декан, – Кариель улыбнулась бабуле и уже поспешила на выход, когда её окликнули.

– Кариель, куда ты так спешишь?

Девушка повернулась, поймала взгляд Лео, отстраненно рассматривающего её, немного смутилась и посмотрела на бабулю.

– Я спешу повидаться с братом, мадам декан.

– Поздравь от меня Зариеля с окончанием первой учебной недели, – улыбнулась женщина и снова вернулась к тихому разговору с Лео.

До площади с фонтаном Кариель добралась на экипаже уже через минут двадцать. Зариель уже был на месте и ждал её. Он стоял у бортика фонтана, о чем-то разговаривая с незнакомым девушке молодым человеком. То, что это был милорд, – может и лорд, – она не сомневалась. В академию, где учится её брат, даже младшей аристократии попасть сложно, не то что простолюдину.

– Зариель, рада видеть тебя, – девушка подошла к брату, радостно улыбаясь.

– Кариель! Боги, а как я рад! – брат сначала коротко поцеловал женские пальчики, а потом не сдержался и крепко обнял. Обернулся к незнакомцу, – Генрих, позволь представить тебе мою сестру, её светлость, миледи Кариель ар Наром, воздушный маг и прекрасный зельевар, – девушка поклонилась, молодой человек взял в свою ладонь её пальчики в перчатках и коротко поцеловал.

– Сестра, позволь представить тебе, его светлость, милорд Генрих ар Иглас. Мой друг и одногруппник, прекрасный водный маг.

– Рад быть представленным вам. Ваш брат много рассказывал о своей сестре, но никогда не говорил, что она столь прекрасна.

– Благодарю за комплимент. Надеюсь, брат рассказывал вам обо мне исключительно хорошее.

Закончив обмен дежурными вежливыми фразами, молодой человек улыбнулся. Голубые глаза смотрели с теплом, блондинистые волосы были аккуратно уложены.

– Исключительно, – Генрих тонко улыбнулся, потом обратился к другу: – Мне ещё нужно прогуляться в пару мест. Вечером встретимся, Зар. Сейчас я вынужден откланяться. Миледи, – милорд поклонился и ушел.

– Боги, Кари, ну расскажи мне, как ты? Я думал, ты каждый день будешь писать мне, но за всю неделю едва ли пара строчек, – Зар предложил сестре локоть, и та тут же положила на него свою ладонь. Брат смотрел тепло, но с укором. Девушка пристыжено вздохнула. – Я волновался, Кари.

– Так получилось. Сначала была слишком удивлена, а потом захватила учеба. Кстати, ты знал, что бабуля является деканом моего факультета? – глаза брата увеличились от удивления. – Вот и я была удивлена. Кстати, она просила поздравить тебя с окончанием первой учебной недели.

– Захватила учеба, – брат лукаво прищурился, – Кто ты и куда дела мою сестричку?

– Зар, я сама не ожидала, что так будет. Оказалось, я многого не знала, не смотря на уроки бабули. И, знаешь, у нас в академии нет разделения на сословия.

Близнецы дошли до парка и свернули на дорожку.

– Занятно… И что же, много там простолюдинов?

– В моей группе почти все. Кроме меня и Джозефа.

– Джозефа? Прыща Джо? – Зар рассмеялся, – Вот не повезло ему снова попасться тебе на пути. Сестра, успокой меня, скажи, что он ещё жив.

– Жив. С его воспитанием справляются преподаватели. – Девушка, смеясь, пересказала брату всё то, что случилось с неудачливым и кичливым лордом за неделю. Зар неприлично громко рассмеялся.

– Да, твои шутки его бы окончательно добили.

– Зариель, ты лучше расскажи, как ты? И где это вы сегодня с милордом ар Игласом должны увидеться?

Кариель с братом присели на скамью. Здесь, в этом закутке парка было тихо и практически отсутствовали гуляющие.

– Традиция студентов – отмечать окончание первой недели обучения. Ты, наверное, и не пойдешь к своим. Или позвали? – брат хитро прищурился.

– Позвали. Они уже должны были собраться. Я подружилась с некоторыми, поэтому среди приглашенных, – девушка сделала лукавый взгляд, брат хмыкнул.

– Правильно, без друзей тебе было бы там тяжело. Наверняка, когда услышали твою фамилию, подумали, что тебя притащила бабуля, а ты глупая и ничего не умеешь.

– Следующее письмо обсыплю чесоточным порошком, – пообещала она брату за глупую. – Подумали конечно. Однако не все.

– Это хорошо. Кстати, ты не представляешь, что было в первый день у меня…

Заариель пустился в рассказ, в красках расписывая свои приключения и шалости. Кариель смеялась, не переставая, и с неким сожалением понимала, что, как оказалось, без брата она и не такая уже шалунья. Только неделя прошла, а он уже успел поставить на место одного лорда из младшей аристократии, попасть с Генрихом в неприятность, детали которой он отказался рассказывать, и подраться с тем самым лордом из младшей аристократии. Кариель было немного грустно от этого. Она понимала, что их близость с братом была такой сильной дома именно из-за того, что у обоих не было особо близких друзей, а теперь, когда каждый из них постепенно начинает заниматься своим делом, появляются их отличия. Однако, она бы не сказала, что это её сильно огорчало. Кариель знала, что Зар по-прежнему часть ещё души и любимый брат. Ну а напакостить.... У неё конечно были, конечно, мысли проучить Мону с подругами, однако они ей пока ничего особо страшного не сделали, а терпеть их колкие словечки ей не составляет никакого труда. Это они ещё не общались с некоторыми дамами из старшей аристократии. Те могли уничтожить просто взглядом, слова для этого им были не нужны.

Близнецы прогуливались почти до самого вечера. Небо уже окрасили первые лучи заката, когда Зар сказал, что ему пора идти к друзьям.

– Тебя проводить? Или нанять экипаж?

– Минуту.

Девушка на минуту прикрыла глаза, воскрешая в голове образ Оливера. Вчера вечером она специально тренировала это заклинание, так что сейчас все получилось отлично.

«Где вы, Оль? Я сейчас подойду»

Ветерок сорвался с ладоней и понесся по улице, огибая прохожих. Ответ пришел буквально через минуту.

«Товарные ряды. Рядом с магазином готового платья мадам Тюдо. Ждем»

К прибывшему назад вестнику Оливер добавил заклинание поиска, и теперь Кариель четко знала, куда нужно идти.

– Зар, проводишь? Это недалеко, судя по следу вестника.

– Конечно. Только думаю стоит зайти и купить тебе что-нибудь менее приметное, – оценив её яркий наряд, произнес брат.

Сменив дорогое платье на более простую юбку и блузу с утепленной кофтой, близнецы направились в указанное место. Прежний наряд был отправлен в академию с посыльным. Друзья, как и сказали, ждали их возле магазина. Парни были одеты в свои обычные штаны и рубашки, которые Кариель видела на них в первый день, а подруги решили обойтись длинными широкими юбками и теплыми блузами, которые выглядели более нарядно, нежели те их не учебные вещи, в которых они вечерами ходили в академии.

– Это твои друзья? – произнес Зариель, наклоняясь к сестре, когда они почти подошли к заметившим их ребятам.

– Да. И они меня не обижают, – произнесла девушка нарочито тоненьким голосом, совсем так, как в детстве. Брат рассмеялся.

Когда они подошли, ребята поклонились.

– Добрый вечер. Не нужно этого, друзья Кари и мои друзья тоже, – брат улыбнулся. Реакция подруг для девушки была вполне ожидаемой – они покраснели. Кариель, без ложной скромности могла отметить, что была красива, но брат. Брат был великолепен, особенно, когда улыбался и был мил. Парни только хмыкнули, смотря на Зариеля с легким налетом соперничества.

– Ребята, это мой брат-близнец Зариель. Зар, это Лави, Зела, Оливер и Джет.

Ребята по очереди кивнули, Зар ответил легким наклоном головы.

– Рад знакомству. И прошу вас приглядеть за моей сестрой. – угадав в Оливере лидера небольшой компании, Зар обратился именно к нему. Друг серьёзно кивнул. – Тогда я могу спокойно откланяться. Кари, веди себя прилично, – брат обнял сестру, а потом картинно поцеловал пальчики. Лави и Зелу он так же не оставил без внимания, а потом ушел.

– Спасибо, что подождали, – поблагодарила девушка ребят, с легкой улыбкой рассматривая восхищенные лица подруг.

– Кари, твой брат это…

– Он о-о-о-очень красивый, – прижав ладони к щекам, смущенно произнесла Лави. Рыжеволосая только понимающе усмехнулась.

Зар, как и сестра, имел огненно-рыжие волосы и медово-янтарные глаза. Высокие скулы, доставшиеся им обоим от мамы, тонкое, крепкое, словно высеченное из мрамора тело. Девушка отличалась более плавными изгибами и стройностью. Пухлые губы, которые даже в спокойном состоянии всегда складывались в легкую полуулыбку. Они были отражением друг друга, только брат более мужественным, идеальным. Визуально совершенно недосягаемым.

– Девчонки, – закатив глаза, произнес Джет, подхватывая Кариель и Лави в красной юбке и персиковой блузе под локотки. – Нам пора, между прочим. Оль, хватай её, а то они ещё не скоро отойдут. Кари, предупреждать же надо, что твой брат доводит девиц до сердечного приступа.

Девушка рассмеялась на такое замечание, Оль подхватил под локоток Зелу, которая уже пришла в себя и невероятно мило смотрелась в бело-зеленой комбинации из юбки и блузки, и они дружной компанией поспешили в ближайшую таверну в конце улицы. Торговые ряды удачно перетекали в кабаки, постоялые дворы и рестораны.

Кабачок «У Дони» оказался милым и гостеприимным местом, пусть для аристократки совершенно непривычным. Пол был грязноват, однако стулья и столы радовали относительной чистотой. Компания выбрала столик в стороне, чтобы спокойно посидеть. Людей было немного и то большей частью это были такие же молодые люди, как и они. Кариель мысленно поблагодарила брата за дельное предложение о смене платья. В своем прежнем виде она едва ли смогла бы хоть немного сойти за свою в данной обстановке.

Пока девушка с интересом рассматривала стены, окружающих и в принципе всё заведение, – все-таки в таком месте она была впервые, – друзья уже сделали заказ подоспевшей подавальщице. Девушка была одета в форменное платье, несколько замусоленное, но все-таки приличное, насколько это возможно. Она сначала стреляла глазками в парней, однако наткнувшись на хмурый взгляд Зелы, понятливо хмыкнула и присмирела.

– Что вы заказали? – наконец-то отмерла Кариель, обращая внимание на друзей.

– Закуску и выпивку, – усмехнулся Джет. – Как тебе тут? Небось не была раньше в таких местах.

– Тут интересно. И да, в таком месте я нахожусь впервые. Это неплохой…опыт.

– Не переживай, если что – мы с Оливером обязательно всех вас защитим.

– Как бы вас самих защищать не пришлось, – усмехнулась Зела скорее из упрямства. Кариель, например, не могла представить ситуации, в которой им с подругами пришлось бы защищать парней. Да и… они же мужчины в конце концов.

– Кариель, а твой брат тоже учится?

– Да, в Первой Королевской Академии, на отделении дипломатии, – девушка по привычке, даже не задумываясь, поправила складки на юбке, положила руки на колени и посмотрела на замолчавших ребят. – Что?

– Чувствую себя необразованным чудовищем, – Лави поставила локоть на стол и положила голову на ладошку. – Кариель, расслабься. Мы же отдыхать пришли.

– А что не так? – спросила девушка недоуменно, Джет вдруг рассмеялся.

– Это уже на уровне рефлексов, да?

Парень кивнул на её ладони, разглаженные складки юбки, ровно поставленные ноги и идеально ровную спину. Кариель наконец-то поняла, о чем речь. Стало неловко. И правда, словно на приеме сидит, а не с друзьями. Кажется, одной одежды мало, чтобы сойти за свою.

– Простите…

– Да всё нормально, не переживай. – Оль подмигнул девушке, но тут пришла подавальщица и ребята помогли ей расставить на столе многочисленные тарелки, графины и высокие деревянные кружки. Таких Кариель раньше тоже не видела и совершенно не представляла, что в них могут подавать.

Джет поставил перед подругой наполненную чем-то терпким даже по запаху кружку и улыбнулся, поднимая свою.

– Первый тост – за то, что мы встретились и поступили на один факультет!

– Да! – отозвались ребята, стукаясь о кружки друг друга. Кариель повторила. Было немного непривычно и странно, но она решила попробовать расслабиться. Ребята правы, здесь нужно, а главное можно, вести себя проще.

Кариель отпила совсеем немного напитка и почувствовала, как вспыхнуло горло. Закашлялась. Джет добродушно рассмеялся и поставил передо девушкой графин с водой. Она тут же отпила прямо из него, спеша погасить огонь в горле.

– Боги, что это…

– Самый вкусный самогон в столице! – громко поставив кружку на стол, произнес парень. Посмотрел на девушку с каким-то братским умилением и пододвинул тарелку с мясной нарезкой, – Ты хоть закусывай, твоя светлость.

– Кари…

– Да я помню, ты кушай, кушай.

Следующие глотки, равно как и следующие кружки, – право, она точно не вспомнит, сколько их было, – пились проще. Кариель наконец-то расслабилась, повеселела. Помещение и спутники заиграли какими-то новыми красками. В какой-то момент обнаружила, что Зела крепко обнимает Оливера, а они с Лави глупо хихикают над очередной шуткой Джета.

– Клянусь, она была вот такая! – парень широко развел руки в сторону, показывая, на какой именно рыбине он переплыл реку в пять лет.

Естественно, они с ребятами понимали, что рассказанная история – исключительный бред, однако замутненное сознание такой факт абсолютно не интересовал. Всем было весело и картинка темнокожего мальчика, зацепившегося за плавник большой рыбины и плывущего по реке, вызывала безудержный смех.

– Аккуратнее можно, да, – прошипел кто-то недовольно со стороны, ударив Джета по руке.

Смех разом стих. Оливер отодвинул от себя Зелу, встал из-за стола, как и Джет, уже подскочивший к говорившему.

– Какие-то проблемы?

– Да. У тебя. Будут, – усмехнулся полноватый, низкий незнакомец. – Ты бы не нарывался, пожалеешь ведь.

– Ты прав. Со свиньями я не дерусь, испачкаюсь ещё, – безразлично произнес Джет. Оливер прошептал что-то вроде «дурак», а потом случилось сразу несколько вещей: Оль перепрыгнул через стол (до сих пор Кариель не могла понять, как ему это удалось), задвинул девушек за спину, а Джет уже дрался с тремя парнями. Видимо, этот полненький был не один.

Оливер кинулся помогать другу, люди в зале заулюлюкали, отошли, освобождая пространство. Джет ударил одного из парней и тот больше не поднялся, отчаянно стоная, лёжа на полу. Напарник толстого сцепился с Оливером, а Джет разбирался с обидчиком. В какой-то момент Кариель заметила, как на кончиках пальцев затеявшего драку мелькнули языки пламени. Маг!

– Джет! Он маг! – выкрикнула она, делая шаг назад и призывая воздушный кнут, для которого нужно было какое-никакое пространство. Зела с Лави рядом охнули и отступили ещё на пару шагов, прижавшись к стене. Насколько Кари знала, дар их был не активен и его не хватало для стихийных проявлений, только для бытовых мелочей и закрепления зелий. Сейчас подруги были беспомощны.

Девушка махнула кнутом, прерывая готовое сорваться с пальцев толстяка заклинание.

– Ты-то куда лезешь! – обернулся к ней на мгновение Джет. Глаза его, что удивительно не соответствовало ситуации, лучились смехом и весельем. Парень улыбался. Драка его явно радовала.

Оливер с противником давно уже перешли с рукопашного боя на магический. Против него оказался водник. Довольно слабый, но все же. Оль тоже орудовал воздушным кнутом и, спутав своего противника, отбросил того прямо в двери, которые зеваки услужливо распахнули. Шатен с ухмылкой поблагодарил и ринулся на помощь Джету, который тоже призвал огонь, – боги, Кариель даже не знала, что он огневик, – и кружил с противником по небольшому кругу.

– Чего ты там говорил? Будут проблемы? – Джет громко рассмеялся растрепанному и изрядно помятому противнику в лицо. Парень скрипнул зубами.

– Вы, куча отребья…

– Слышь, свинка, отребьем нас может называть только одна прекрасная дама, но никак не ты, – Оливер медленно подошел к заметно сдавшему противнику и с одного удара в нос отправил того наземь. Парень упал, глухо застонал, а невольные свидетели драки громко зааплодировали. Друзья картинно раскланялись, ударили по рукам и вернулись к девушкам.

– Как мы его! Видели, не? – Джет крепко обнял Кариель и Лави одновременно.

– Думаю, нам пора. – произнесла рыжеволосаая, оценивая ущерб и вид поднимающегося и скулящего противника. Он попытался всё-таки атаковать Джета со спины, однако его огненный шар был настолько слаб, что девушка смогла сбить его практически сразу, не дав долететь до спины обнимающего их с подругой парня.

В раз нахмурившиеся парни согласились. Джет похлопал её по плечу.

– А ты ничего. Я бы, конечно, не поджарился, но спасибо.

Кариель смущенно кивнула. Маг воздуха из неё по-прежнему не самый сильный, но помочь хотя бы немного она всё же в состоянии.

Радушное заведение компания покинула уже через пару минут. Парни расплатились, девушки попытались поделить сумму на всех, но над ними только посмеялись. Джету так же пришлось возместить убытки за один разбитый стол – противник у парня оказался очень тяжелый и при падении сумел-таки испортить мебель.

На улицах уже царила ночь. Домики и мастерские в этом районе были небольшие, в один этаж, деревянные, частью заметно ветхие. Но почти в каждом окне горел свет, почти из каждого дома слышались музыка и веселье. Кариель завороженно смотрела, впитывая в себя атмосферу. Ребята неспешно шли назад, в академию, а она могла спокойно рассмотреть всё, что ранее никогда не видела. Но рядом проехал экипаж. И всё бы ничего, но он вдруг резко остановился, дверца открылась, и Кариель услышала самый ненавистный голос из всех. Если у Джозефа был шанс отделаться слабительным, то тут кроме самого мощного яда на ум ей ничего не приходило.

– Кариель ар Наром?!

Кариель вздрогнула. Подняла глаза и отчаянно пожелала оказаться как можно дальше от этого места. Друзья не могли не заметить её реакцию. Оливер с Джетом тут же оказались рядом, снова задвинув девушек за спины.

Милорд, покинувший экипаж, был одет в белоснежный костюм, а потому в ночи больше напоминал призрака, чем наследника одного из богатейших родов королевства. Да и на этих улицах в этом виде был явно не к месту. Серые, невзрачные редкие волосинки были зачесаны назад и надежно держались серьезными стараниями, – и молитвами, не иначе, – стилистов и гувернеров. На животе ткань натянулась, намекая, что пуговицы могут и не выдержать. Когда парень подошел ближе, ребятам пришлось склонить головы. Лишь Кариель осталась стоять ровно.

– Кариель, и правда вы. Какая встреча, миледи, – Уэнс ар Ельц завладел рукой девушки, целуя пальцы. Её едва заметно передернуло от отвращения. Руку по прибытии в академию нужно будет хорошо вымыть с мылом. Жаль, что перчатки пришлось отправить вместе с платьем в академию. Хотя, после этого поцелуя, Кариель пришлось бы их выкинуть.

– Уэнс, я тоже удивлена нашей встречи, – она несколько поспешно выхватила свою обслюнявленную руку из его лапы. – Мы с друзьями спешим, прошу нас простить.

– Друзьями? – парень огляделся, потом посмотрел на все так же стоявших в поклоне ребят, усмехнулся. – Я думал, это слуги. Бросьте, Кариель, они не достойны вашего общества. К слову, что вы так поздно делаете в столице, в таком виде и без охраны? К тому же в таком районе, – пятак вместо носа презрительно скривился. У девушки появилось желание поинтересоваться, а что в этих районах делает он, но это бы означало какой-никакой интерес, а это сейчас да и вообще последнее, что ей было нужно. – Моя будущая жена должна быть примером поведения.

Ребята покосились на неё, но благоразумно промолчали. Они помнили, как примерно такие же громкие слова не так давно произносил Джо и прекрасно помнили, чем они закончились.

– Друзья, можете выпрямиться. Милорду не хватает манер вспомнить о правилах поведения в обществе, – Кариель позволила себе сочувствующую улыбку. Смотрела при этом только на Уэнса.

Джет и Оливер тут же выпрямились, девушки тоже, да ещё и отступили на шаг.

– Миледи, я не получил ответа на свой вопрос…

Даже боги не могла знать, на сколько Уэнс был ей противен. В их первую встречу она даже не сумела сдержать отвращения и поцелованную руку тут же вытерла о платье прямо на приеме. Ох и досталось ей тогда от мамы и бабули. Уэнс в тот день багровел от злости весь вечер, а потом вбил себе в голову, что сделает её своей женой. Его семья несколько раз присылала письма с предложением о помолвке, пару раз они даже приезжали погостить. Однако отец не мог выдать её замуж до совершеннолетия, даже помолвку не мог заключить. Не позволяла бабуля, к мнению которой отец прислушивался, да и как маг, по достижении совершеннолетия Кариель могла спокойно отказаться от всех договоров и выбрать мужа сама. Уэнсу в этом плане ничего не светило, однако у него была одна лазейка. О ней мало кто помнил, да и многие уже смирились, что с магами лучше не связываться. Об этой лазейке девушке рассказал как-то сам Уэнс. Каким же превосходством он при этом светился, противно было вспоминать. Если девушка, владеющая магией, не работает, не учится и не является фрейлиной королевы, то в течении года её могут выдать замуж по договору. Полноценной брачной связи, конечно, не будет, но церковь признает брак со всеми вытекающими последствиями. Кариель долгие ночи потом проводила в библиотеке, но старый указ нашла. Давно забытый, но до сих пор не отмененный. Слава богам, и эту лазейку она сумела ему закрыть, не без помощи бабули. И ей очень нетерпелось об этом сообщить напыщенному свину. Очевидно, что Уэнса она не любила куда больше надоедливого Джо, однако в последнее время он совершенно не напоминал о себе и она малодушно решила оставить эту проблему на потом. Пути закрыты, ей волноваться не о чем.

– Я не считаю нужным отвечать на ваши вопросы. К слову, видимо, вас не оповестили, – Кариель с превосходством улыбнулась. – Я поступила на факультет зельеварения в Академию немагических и полумагических искусств. И сейчас спешу с друзьями назад. Добрый ночи, милорд.

Кариель обошла красного от злости парня стороной. Друзья молча последовали за ней, благоразумно промолчав. Если с младшей аристократией они ещё могли попытаться что-то сказать, то тут прекрасно понимали, что не стоит даже пытаться.
Вдруг Кариель резко дернули за руку. Она едва не упала, а потом оказалась лицом к лицу с Уэнсом. Его серые масляные глаза, жадно рассматривали её испуганное от таких резких действий лицо.

– Ты… Ты станешь…

Хлопок в уличной тишине прозвучал весьма отчетливо. На щеке этого… аристократа, чтоб его, горел красный след от женской ладони. Уэнс широко раскрыл глаза, а Кариель сделала воздушную подсечку (хорошее заклинание, легкое, но эффективное) и парень громко хлопнулся в грязь прямо в своем белом костюме.

– Не смейте прикасаться ко мне без моего разрешения! – повысила девушка голос. Внутри теперь кипела злость, её даже трясло немного, однако нужно было всё-таки держать себя в руках. Рыжеволосая резко развернулась и пошла в сторону академии. Друзья поспешили за ней не проронив ни слова.

– Кари, прости, мы…

– Я рада, что вы не вмешались, – успокоила она друзей. – Если бы вы вмешались, он бы сделал всё, чтобы ближайшее время вы провели в тюрьме. Или лечебнице.

– Кто это вообще был? Он ещё хуже Джо, а я думал, что это невозможно, – Оливер обернулся, но они уже свернули и лорд пропал из поля зрения.

– Он….

Кариель кратко пересказала ребятам о знакомстве с этим неприятным типом. Несмотря на то, что старалась не вдаваться в подробности, рассказ занял прилично времени. Возможно, тут вина даже не в подробностях, а в её излишне ярких эмоциях, которые сейчас были затронуты неприятной встречей и ею совершенно не контролировались. Её рассказ со всеми возмущенными выражениями закончился уже на лестнице на наш этаж.

– И что, никак его не отшить? – спросила зевающая Лави.

– Отшить? – не поняла девушка, не привыкшая к таким словам.

– Ну никак не отказаться? – пояснила Зела, парни подтверждающе кивнули.

– Я закрыла все лазейки. Теперь, даже когда я закончу обучение, он бессилен. Без моей воли я его женой не стану.

Девушки скривились, словно представили, какого это, стать женой такого человека. Им, судя по лицам, не понравилось. Джет прервал все глупые размышления, громко хлопнув в ладоши. Все три девушки вздрогнули от неожиданности, а потом удивленно посмотрели на него.

– Предлагаю не грустить и радоваться жизни. Как на счет того, чтобы завтра вместе посидеть в библиотеке и поучить?

– Я за.

– Возражений нет, – с улыбкой кивнула Кариель.

Они ещё немного поболтали в коридоре, потом приоткрылась дверь комнаты Моны и послышалось недовольное ворчание. Всё ещё немного пьяные, они тихо рассмеялись, и разбежались по комнатам, решив встретиться завтра в библиотеке.

Месяц прошел в незаметных хлопотах и учебе. Время летело очень быстро, из-за большого объема информации почти не было сил заниматься своими делами и увлечениями. Занятия по этикету королевства закончились, и студенты приступили к изучению этикета других стран, начав с Тельмарской империи. Вальс тоже осилили почти все и теперь приступили к более сложным танцам. Травология всё так же наводила ужас, а практические занятия по зельеварению радовали больше всего. Минералология и география давались легко почти всем, что не могло не радовать преподавателей и студентов. Большая часть времени уходила на основные два предмета: травология и практическое зельеварение. А ещё в расписании появился пункт о кружке по зельеварению. Кариель хотела записаться в тот же день, однако бабуля несколько нарушила её планы, сообщив, что выбирать учеников будет сама. Впрочем, девушка была уверена, что обязательно будет в числе тех, кого она выберет. Не из-за того, что она её внучка, а благодаря тому, что является одной из лучших на факультете, уступая только, разве что, Лео, который по-прежнему держался от всех в стороне.

– Кари, быстрее! Опаздываем! – Зела влетела в комнату без стука, но не получила и слова упрека. Кариель почти свыклась уже с такими вещами, да и не хотелось расстраивать друзей. К тому же она сама оценила прелести сброшенных обязательств и правил.

– Иду! – девушка сожгла в чашке очередное письмо с приглашением на званый ужин и выбежала в коридор.

– Снова Хряк?

– Да. Думает, я соглашусь приехать на ужин, а потом подобрею и скажу «да». – Кариель скривилась, даже не став поправлять девушку. После того случая месяц назад, никак иначе, кроме как Хряк, Уэнса ребята не называли. И она не могла сказать, что они были неправы. На фоне этого знакомства они даже стали спокойней относиться к выходкам и словам Джозефа. Последний, к слову, стал вести себя гораздо приличнее. То ли сказывались наказания мадам Тёрн, то ли он всё-таки начал взрослеть. По крайней мере, его придирки к ребятам практически прекратились и истеричность сошла на нет.

– Фиг ему, не получит он тебя, – Лави, с очередным пирожком в руке, встретила подруг у лестницы. – Ну что, девочки, готовы?

– А к контрольной по прикладному зельеварению вообще можно быть готовой? Нет конечно. – покачала головой Зела.

– К такому нельзя быть готовым, -– согласилась Кариель с подругой, хотя была более чем уверена, что у их компании всё будет хорошо. Они помогали друг другу с учебой как могли. Столько приводили примеров, даже разработали какой-никакой свой язык полунамеков и каких-то коротких сокращений и названий. Иногда ей казалось, что они понимают друг друга с полуслова. Так было у неё с братом и сейчас она была невообразимо рада, что здесь, на новом месте, у неё есть такие друзья. Зар был прав – без них было бы сложно.

Девушки дождались Оливера с Джетом и поспешили на занятие. Сегодня был третий на неделе учебный день, а значит, кроме четырех часов практики, их больше ничего не ждало.

В кабинете уже сидела большая часть одногруппников, отношения с которыми оставались такими же нейтральными, не считая по-прежнему шипящей при виде компании Моны. Все быстро заняли свои места. Колокол прозвенел как раз, когда Кариель поставила сумку на пол.

– На вашем столе есть всё необходимое. – начала декан с порога. Она была явно чем-то взволнована, смотрела на всех очень внимательно и строго. Впервые Кариель видела её такой. – Подходите ко мне по одному и наугад тянете билет. Там будет название того зелья, которое вам необходимо будет приготовить. Мисс Мона, вы первая.

Миледи разложила на своем столе множество тонких полосок с названиями, перевернув их чистой стороной наверх. Мона закусила губу, медленно подошла к столу и задумалась. Оно и понятно – с практикой у этой дамы было туго. Назвала бы Кариель её иначе, но все-таки не стоит опускаться до её уровня.

– Быстрее, мисс, – поторопила бабуля девушку, и та вытянула первую бумажку. Выругалась под нос едва слышно.

– Песнь сирены, мадам декан.

– Можешь приступать.

Бабуля сделала себе пометку и позвала следующего. Кариель же невольно посочувствовала Моне. Песнь сирены зелье хорошее. Им часто пользуются исполнители оперы и глашатаи, потому что оно усиливает голос и делает его поистине притягательным. Однако в тоже время готовить его очень сложно. Более двадцати ингредиентов, четкая последовательность действий и точнейшие, взвешенные до сотых значений, дозы. В противном случае зелье вело себя совершенно непредсказуемо – могло стать чем-то от слабенького слабительного, до яда.

Девушка внимательно слушала, что вытягивали остальные. Подругам Моны и пепельноволосым близняшкам повезло больше. Джо, даже начавший здороваться первым, вытянул Грацию лани и теперь сам едва не танцевал. На прошлом занятии он испортил две порции этого самого зелья и ему пришлось три раза переделать его заново по приказу бабули без всяких записей. Сложно было не запомнить. Оливеру и Зеле попалось по укрепляющему тонику. Лави вытянула зелье от прыщей, Лео – элексир забвения, а самой девушке и Джету достались сильные приворотные.

– Приступайте. Я вернусь через четыре часа и к тому времени у вас должно быть всё готово.

Бабуля поднялась и молча вышла. Первое время, когда женщина уходила во время практики, они пытались что-то подсказать друзьям, однако бабушка всегда знала, кто делал сам, а кому подсказали хотя бы маленькую деталь. Ребята так и не поняли, как у неё это получается, однако со временем попытки подсказать прекратились даже в их дружной компании. Поэтому без лишних разговоров и вопросов все приступили к делу. Кто-то уже был у шкафов и выбирал ингредиенты. Кто-то составлял список и пытался вспомнить, как делать выпавшее ему зелье.

– Это было подстроено! У меня самое сложное! – громко возмущалась у своего стола Мона, буквально завалив часть стола травами и минералами. Даже со своего места Кариель видела, что часть из них девушке точно не пригодится, а половину необходимых просто нет.

Пока девушка громко возмущалась, Оль и Зела уже начали готовить, Лави рискнула поговорить с Джозефом, который, пытаясь избавиться от последствий проказы близнецов, много раз варил выпавшее ей зелье. На всеобщее удивление парень ответил и даже дал некоторые пояснения. Скорее всего, миледи снимет у девушки один балл, но за оценками подруга не гналась.

– А Багровая страсть разве не запрещена? – Джет составил список нужных ему вещей, однако не спешил к шкафчику. Кариель посмотрела на него и только пожала плечами.

– Запрещено. Однако, мы же не будем его применять. А знать, как оно готовится, обязаны. Мало ли, опоят твоего знакомого и придется спасать. Чтобы собрать антидот, нужно знать, как готовится это зелье, – спокойно пояснила девушка, раскладывая на столе свои ингредиенты. Выпавшее ей зелье тоже было ограничено в применении, однако она не сомневалась. Раз бабуля включила его в список, значит так надо.

Джет с сомнением смотрел в листик, однако отказываться от выполнения работы не спешил. А через какое-то время и вовсе направился к стеллажам, чтобы успеть вовремя.

Прошла большая часть занятия. Оль и Лави уже остужали свои зелья. Зела снимала с огня. Кариель с Джетом до завершения ещё было примерно полчаса. Вдруг у Моны что-то вспыхнуло в котле. Девушка отскочила, ругаясь, как сапожник. Даже парни скривились, чего уж говорить о девушках. Разозленная девица пнула стол ногой, отчего небольшой котелок на нем пошатнулся. Впрочем, едва ли это могло испортить и так испорченное зелье, от которого поднимался черный дым и запах гнилых овощей. Мона вдруг направилась к Кариель.

– Ты ведь знаешь, как делать это чертово зелье. Скажи! Пусть эта старуха снимает баллы за подсказки!

– С чего бы? Ты и сама должна знать, как его делать, – пожала рыжеволосая плечами, даже не посмотрев на девицу. Она зарычала, толкнула чужой стол, чуть не перевернув зелье.

– Что, думаешь, ты тут лучше всех?! Взяли по протекции вот и радуешься! Да без помощи своей бабки ты бы не поступила даже! – Мона ещё раз толкнула стол, уже ощутимее, а потом вдруг плюнула прямо в бурлящее зелье. – Вот тебе!

– Дура! – Джет и Оливер взяли под руки вырывающуюся девушку, однако уже было поздно.

– Отпустите, олухи! Что, нашли богатую юбку?! Правильно, полизали ей пятки, стали её собачками!

Девушка что-то ещё громко кричала, её подруги порывались отбить её у ребят, однако им преступили дорогу Джо и Грегор, на удивление единодушные в своем порыве. Лави стояла перед Моной, что-то громко той выговаривая, а Зела уже была рядом с нервничающей всё больше Кариель.

– Кари, что это дура…

– Мне это не нейтрализовать.

Кариель смотрела на стремительно увеличивающееся в объеме зелье и лихорадочно пыталась придумать, чем нейтрализовать слюну этой истерички. Зелья на жидкостях человеческого тела или других животных компонентах очень сложны. Такое практически не используется, так как зелья, в которых они есть, очень трудно, - практически невозможно, - нейтрализовать.

– Пустите! – Мона наконец-то вырвалась, однако, слава богам, не ринулась на девушку. – Знаешь, ты…ты бесишь меня с самого начала! Пришла тут такая, добренькая, друзей нашла, фи. Ты же фальшивка! Пустышка!

Кариель ничего не успела ответить, да и не до этого ей было. Зелье из котла вдруг испарилось, стало голубым облачком и ринулось на кричащую Мону.

– Что это? Отзови! Ты же воздушный маг! Ты хочешь меня убить?!

Девушка тут же создала воздушный кокон вокруг испарившегося зелья. Двигаться оно перестало, однако она понимала, что долго не удержит его из-за слабого развития дара. Оливер бы мог, но он снова пытался не дать истеричке добраться до подруги.

Бабуля появилась как никогда вовремя. Рядом с ней в дверях стоял хмурый Лео, пропажу которого никто в суматохе не заметил. Лео покинул кабинет сразу, как только понял, что помочь тут может только миледи. В конце концов он сам далеко не дурак и прекрасно понимал, чем может обернуться глупость Моны.

– Ба…мадам декан, Мона…

– Лео ввел меня в курс дела. – бабуля бросила ледяной взгляд на сразу присмиревшую девушку. – Вы отчисленны, мисс. Идите и собирайте вещи. Через час вас не должно быть на территории академии.

Мона выбежала в слезах, громко хлопнув дверью напоследок. Бабуля обратилась к внучке, что по-прежнему старалась сдерживать испарившееся зелье:

– Кариель, рассеивай эту гадость в воздухе. В таком состоянии зелье будет эффективно не больше десяти минут. На нас не подействует, раз там оказалась слюна Моны. Давай.

Девушка нервно кивнула, раскрывая сжатые в кулаки ладони. Медленно, тягуче, рассеивая зелье, делая так, чтобы оно распределилось как можно равномернее. И дымка, послушная её не самому сильному приказу, рассеивалась по комнате. Неохотно, но рассеивалась. Через пять минут, в течении которых все молчали, она устало опустила руки.

– Всё.

– Прекрасно. Сейчас я приму у вас задание, а потом мы будем разбираться.

Не смотря на легкие задания, подружки Моны не сдали, как и Грегор. Им троим предстояло отработать всё на следующей неделе. Остальные, довольные (и не очень) полученными оценками, поспешили покинуть кабинет.

К Кариель бабуля подошла последней. На тот момент в кабинете оставались только четверка её друзей, отказавшиеся уходить без неё после такого фееричного события, и Лео.

– Кариель, как так получилось?

– Я не ожидала, что она плюнет в зелье. Кинь она травы или минералы, я бы нейтрализовала, однако это... – девушка покаянно опустила голову, пусть по сути, в произошедшем и не было её вины. У неё по итогу теперь не было готового задания, точнее, оно рассеялось по комнате, а из-за того, что действовало бы оно теперь только на Мону, доказать его эффективность сейчас было попросту невозможно.

Бабуля только молча покачала головой, а в Кариель начала подниматься несколько детская обида уже на неё. Не её ведь вина, что эта психованная настолько…психованная! Однако, девушка не посмела перечить, понимая, что бабуля имеет все основания работу не засчитать. И даже то, что она знала, что для внучки такое зелье сделать не является чем-то сложным, нельзя было использовать, как оправдание. В момент, когда она уже почти смирилась с тем, что задание нужно будет переделать в компании подружек Моны и Грегора, вступился тот, от кого этого вообще никто не ожидал. Да что таммм ожидал, о его присутствии в комнате все уже забыли.

– Она правильно всё делала, мадам декан. Если бы Мона была тут, уверен, мы бы получили влюбленную в мисс Кариель дурочку, – произнес Лео спокойно, подходя к бабуле.

Вся компания удивленно смотрела на парня. Пожалуй, помимо ответов на занятиях, это самая долгая его речь в их присутствии. Однако Кариель только покачала головой. Бабуля не любит, когда кто-то пытается повлиять на её решение или прикрыть виноватого. Но сегодня был явно очень удивительный день, потому что миледи неожиданно спокойно согласилась.

– Да? Я склонна в это верить, Лео. А вы почему ещё тут? – бабуля хмуро посмотрела на замерших за её спиной ребят.

– Кариель не виновата. Это Мона всё! – чуть громче, чем следовало, сказала Лави, крепко сжимая в руках сумку.

– Она одна из лучших в группе. Лео прав, зелье бы подействовало, – кивнул Оливер, косясь на парня, с которым за месяц вся группу суммарно едва ли перекинулась и десятком слов. Однако, он не хотел сейчас копаться в чужих мотивах. Главное, что Лео помогал.

– Занятно.

Бабушка задумчиво осмотрела стоящих перед ней ребят. Все переглянулись, ничего не понимая. Однако бабуля явно пришла к какому-то решению. Повернулась к ребятам.

– Теперь каждый вечер я желаю видеть вас в этом кабинете в шесть часов, сразу после ужина. Вы будете посещать кружок.

Удивление ребят было написано у них на лице. Не думали они, что за свое заступничество и даже в какой-то степени наглость, получать места в кружке нашего декана.

– Спасибо, мадам декан, – поблагодарили ребята одновременно, слегка поклонившись.

– Спасибо, мадам декан, – Кариель тоже с улыбкой повторила за ними, однако женщина поспешила её огорчить:

– К тебе это не относится, Кариель. Тебе нет нужды посещать эти занятия. Все могут идти. Лео, задержись.

– Но…

– Кари, поверь, тебе это пока не нужно, – заверила меня бабушка, обнимая за плечи. – Идите. У меня есть дела.

Девушка с друзьями покинула аудиторию, оставив там Лео с миледи одних. Ребята молчали, Кариель тоже. Ей было неприятно, что бабуля отказалась брать её на дополнительные занятия. Словно она была недостойна. Но ведь она одна из лучших на курсе! И она об этом знает! Неужели после этого промаха, – из-за Моны! – она теперь считает, что та недостаточно умеет?

– Кари?

– Почему? Я не понимаю.

– Не расстраивайся раньше времени. Может это вообще в качестве нашего наказания за дерзость, – попытался подбодрить подругу Джет, – К тому же, она сказала «пока», значит ты сможешь присоединиться к нам позже.

– Согласен. Меня больше волнует, почему мадам поверила Лео?

– Он какой-то странный.

– Скорее, одинокий мертвый, – хихикнули наверху в пролете.

Все недоуменно осмотрелись, а потом резко подняли головы и заметили скрывшиеся белоснежные волосы близняшек.

– Мне кажется, или у нас на курсе собрали всех чудиков королевства? – задумчиво, словно саму себя, спросила Зела. Возразить никому их них было нечего, оставалось только нервно рассмеяться.

После вечером Кариель заскучала впервые за долгое время. Последнее время вечера она проводила с друзьями. Они вместе разбирали непонятный или сложный материал, сидели за учебниками или просто болтались и делились историями из жизни. Чаще всего историями их радовал Джет. Казалось, и дня в его жизни не прошло без приключения. И было абсолютно не важно, что половина из них была наверняка выдумана. Это было увлекательно как минимум, как максимум – Джету стоило стать сказителем или учителем. Он очень увлеченно рассказывал даже самый явный бред.

Часть его историй, безусловно, была правдой и, возможно, в какой-то мере девушка даже завидовала. Её детство прошло в окружении учителей, родителей и брата. Редкие друзья из «подходящих» семей не могли выдержать близнецов более одного вечера. Вдвоем, вырвавшись из-под опеки родителей и учителей они становились просто сумасшедшими. К тому же, обладали магией. Добавляли жаб в супы, запускали воздушные потоки под юбки взрослых дам, которые приходили со своими отпрысками в их дом. Отпрыскам тоже доставалось. Наверное, сейчас Кариель понимала, что им просто было скучно. Интересно, прошло чуть больше месяца, однако она несколько поменяла свой взгляд на жизнь. Это было странно. Ещё летом они с братом шутили над кузиной, а сейчас девушке хотелось её практически искренне пожалеть.

Брат продолжал исправно слать ей письма, Кариель отвечала тем же. По выходным они виделись, гуляли по несколько часов и рассказывали особенно интересные новости, всю красочность которых не могла передать бумага. Планировали поездку домой. В конце этой недели намечался праздник Солайран, а его всегда традиционно отмечали в кругу семьи. Кариель планировала покинуть академию вечером последнего учебного дня, однако хотелось и с друзьями попрощаться. Зар же намекал, что домой стоит вернуться раньше предполагаемого наплыва гостей. У него были какие-то новости и, кажется, он точно знал, что сестра не будет от них в восторге.

Сегодня Кариель отправила очередное письмо Зару, заверив, что вечером последнего учебного дня будет ждать его возле Фонтана Роз, откуда они уже вместе и отправятся домой. Придется ехать в ночь, но Зар прав, мало ли какие гости решат нагрянуть и поздравить. Нужно подготовиться. После встречи с Уэнсом и его писем, она не сомневалась, что Хряк не отступит.

Передав письмо посыльному у ворот, Кариель вернулась в комнату. Ребята были на кружке и заняться ей было совершенно нечем. Всё было выучено, выполнено и подготовлено. Она ходила туда-сюда по комнате, не зная, за что взяться. Сначала листала журнал, потом мысленно повторяла травы. Спустя полчаса она поняла, что нужно что-то делать. За столько дней девушка слишком привыкла к друзьям и без них теперь ломала голову, чем себя занять. Вспомнила слова бабушки: «Любой уважающий себя зельевар должен иметь стратегический запас зелий».

Ну конечно! Кажется, она нашла, чем себя занять. Кариель тут же поднялась на ноги, схватила записи по зельям с рецептами и поспешила в лабораторию. Ведь её открыли, так же, как и оранжерею. Боги, давно нужно было подумать о том, что действительно стоит приготовить несколько самых необходимых зелий.

Дверь в лабораторию была открыта, а потому она смело вошла внутрь. На неё тут же уставились две пары глаз. Аря и Аса что-то варили в общем котелке в дальней части комнаты.

– Кариель, привет, – Аря, более приземленная, нежели сестра (по крайней мере, так казалось со стороны) помахала одногруппнице рукой. – Решила заняться практикой сверх того, что выполняешь на уроках?

– Да, думаю, мне будет полезно. Я не помешаю?

– Конечно нет, тут море места! – девушка широким жестом обвела комнату, а потом снова повернулась к сестре, напоследок бросив:

– Бывай тут чаще, пока есть время.

Кариель лишь молча и уже привычно согласилась с первой половиной фразы и проигнорировала вторую. Она вообще старалась не зацикливаться на словах близняшек, потому что просто не понимала их. Как-то с ребятами они обсуждали их странное поведение и пришли к мнению, что они, скорее всего, немного не в себе. Иногда казалось, что они говорят не просто слова, а словно предостережения. Однако, никто из ребят старался об этому не задумываться.

Лаборатория и правда была большой. Сразу от входа по правой стороне тянулись длинные ряды деревянных столов, подготовленных для работы: котлы, колбы, горелки, подставки под травы и минералы, в общем всё, что могло бы понадобиться для создания практически любого зелья было на месте. Один из дальних столов как раз занимали близняшки.

Положив сумку у одного из ближних столов, девушка поспешила на левую половину комнаты. Здесь было установлено огромное количество шкафов и стеллажей с разнообразными ингредиентами. Даже в бабулиной домашней лаборатории, на её памяти, не было столько. А ведь внизу ещё оранжерея, откуда так же можно взять те травы, которые необходимо использовать свежими или которые не хранятся дольше суток.

Рассмотрев всё, что было там предложено и мысленно перебрав список того, что она могла бы приготовить, девушка решила остановиться на трех зельях. Как раз часа четыре на них ей вполне хватит, а потом и ребята вернутся.

Дверь в лабораторию вдруг открылась, Кариель обернулась. К её удивлению, в лабораторию вошел Джо. Парень что-то читал в тетради, видимо, с записями, не глядя бросил книгу и сумку на пару столов дальше от девушки и поспешил к шкафам. Тут он и заметил Кариель, остановливаясь.

– Добрый вечер, Кариель, – парень едва заметно кивнул.

– Добрый, Джозеф, – несколько удивленно ответила девушка, впрочем, тут же взяла себя в руки. – Решил потренироваться в практике?

– Да, вечер оказался свободен, – Джо спокойно кивнул, прошел мимо и взял корень ибриса с полки. Кариель его выбор показался интересным. Затем в руки к Джо попали ягоды бузины, и девушка едва удержала смех, поняв, что пытается сделать парень.

– Прыщи, да?

Молодой человек зарделся. Уши пылали красным, как и все лицо, на котором по-прежнему были видны следы затянувшейся шалости. Хорошее зелье было, да. Или закрепитель отменный, Кариель не могла сказать точно.

– А ты думаешь, мне нравится так ходить?! – Сжав в руках несчастный корень и ягоды, что подавились в его руках, прошипел в принципе красивый молодой человек. Девушка даже несколько успокоилась. Джо по-прежнему вредная язва, но уже в пределах. Помочь ему может?

– Прости, наша с братом шутка и правда стала слишком, – она немного виновато улыбнулась. Кажется, свое парень уже получил. Прикинув в голове время, которое потребуется для создания зелья против их с братом забавы, она пришла к выводу, что одно из запланированных зелий придется сделать как-нибудь потом.

– Шутка… – Джо явно хотел сказать что-то обидное, однако промолчал, забрал с полки цветки герберы, новую порцию ягод и, резко развернувшись, ушел к столу. Видимо, первые недели обучения научили его сначала думать, а потом говорить. Кариель только покачала головой и пошла набирать свои ингредиенты. Нужно исправить всё, может получится сделать из него человека.

Кариель разложила на столе все необходимое для зелья Джо, решив начать с него. Оценила стол занятого парня. В принципе, ингредиенты были почти верными. Почти, потому что не хватало ещё одного. Того, который нейтрализовал бы добавленный в последний момент сушенный лист лимона, который, собственно, и был причиной такого стойкого и некрасивого эффекта.

Мелко натерев корень ибриса и поставив его на огонь, она дождалась, пока вода закипит, добавила толченные ягоды бузины и нобуса. Последним засыпала перетертый в порошок цветок герберы. Еще несколько щепоток розовой пыльцы упали в зелье, когда вода в нем практически выкипела, оставив густой осадок. Осталось добавить только мёд и можно будет закреплять небольшим магическим импульсом.

Пара искорок слетела с пальцев, потонув в густой массе. Кариель удовлетворенно кивнула. Переложив в маленькую баночку, взятую тут же, полученную массу, она подошла к Джо. Парень громко ругался. У него получилось почти тоже самое, что и у девушки, однако он не выпарил воду до конца и смесь в котелке больше напоминала болотную жижу, нежели маску. Не смотря на своей зазнайство, молодой человек действительно пытался чему-то научиться. Кариель заметила, что последнее время, он стал делать меньше ошибок и даже, как ей показалось, более внимательно слушать на занятиях. Она не знала, что сподвигло его поступить в эту академию, однако это достойно хотя бы капли уважения.

– Джозеф, я приготовила тебе то, что поможет убрать прыщи. Вот, – девушка протянула баночку парню, однако тот отклонился назад, наткнувшись спиной на стоящий позади стол.

– Кариэль, при всём моём уважении, я ничего больше не возьму с твоих рук. Отойди!

Это было бы смешно, если бы Кариель и правда не чувствовала себя немного виноватой.

– Именем Кариель ар Наром клянусь, тут именно то, что я говорю. Намажешь лицо на ночь, к утру смоешь и всё пройдет. – Кариель поставила баночку на столик, и вернулась к своему месту. Брать маску или нет уж пусть сам решает. Совесть её теперь чиста.

Далее она работала ни на кого не обращая внимания. Решение о том, какие именно зелья нужно приготовить пришло почти сразу. Конечно, первым в списке стояло тонизирующее зелье. Второе дыхание, как шутя называл его её брат, тоже имеющий способности к зельеварению, но все же предпочитающий воздушную магию и хитрость. Приготовив и поставив тонизирующее остывать, она тут же принялась за заживляющее. Оно применялась для лечения порезов, ранений и прочих повреждений кожи, в частности, и тела в общем. Помнится, пару раз ей приходилось использовать его. Пахло оно отвратно, щипало просто ужасно, однако эффективность его была неоспорима. Проходило меньше часа, а рана уже начинала затягиваться, в последствии, не оставляя даже шрама. Просто чудо.

От работы девушка очнулась только тогда, когда громко хлопнула дверь лаборатории. Оглянулась. Джо не было, баночки на столе тоже. Кажется, разумность всё-таки перевесила его гордость. Близняшки тоже отсутствовали, собственно, скорее всего именно они и вышли последними, громко хлопнув дверью. Девушка только пожала плечами и неспешно начала собираться. Оба зелья уже остыли и были готовы, а за окнами давно темнел вечер, если не ночь – ручных часов у неё не было, в отличии от того же брата, который от новшества пришел в восторг и тут же поспешил приобрести. Впрочем, как и многие мужчины.

Быстро побросав всё в сумку и наведя порядок на рабочем месте, девушка поспешила покинуть лабораторию. Стоило только выйти, прикрыв дверь, как она тут же наткнулась на Зелу. Девушка сидела прямо на полу у двери её комнаты и что-то ожесточенно разрывала. Кажется, это были какие-то записи. Кусочки листов буквально летали клочками по коридору.

– Зела! Вы уже вернулись? Как я рада! Как прошло занятие? – Спросила Кариель, подходя к подруге, но радость от встречи у неё почти тут же пропала, стоило девушке поднять взгляд. Зела явно плакала, губы были искусаны до крови.

– Я даже написать это тебе не могу, понимаешь? Кариель, скажи мне – ты знала?!

– Что? Зела, что случилось? Ты плакала? Тебя кто-то обидел? – встревоженная девушка наклонилась к подруге, пытаясь ту поднять, однако она вырвалась, отползая от неё на несколько шагов.

– Кари, прошу, скажи, ты знала или нет?! – на обычно уравновешенную, спокойную девушку словно нашло помутнение.

– Я не понимаю, о чем ты. Давай зайдем ко мне, выпьем чаю. У меня есть очень вкусные конфеты, брат прислал вчера…

– Думаю, Зеле стоит отдохнуть, – спокойный, глубокий голос, прозвучал с другого конца коридора, буквально на верхних ступеньках лестницы. Кариель подняла удивленный взгляд на Лео.

Парень был одет в свободные штаны и рубашку, явно не форменные. Руки были скрещены на груди, а взгляд выдавал легкое раздражение и даже некую злость молодого человека. Впервые она видела его эмоции так четко. Или, возможно, он сам впервые не старался их скрыть. Ребячество этой компашки его раздражало.

– Ты. Из-за тебя всё! – Зела тут же выпрямилась, вздернула нос. Голос девушки был полон обиды и ярости. Кариель переводила взгляд с подруги на парня и никак не могла понять, что же случилось.

– Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? – спросила рыжеволосая спокойно, пытаясь повторить строгий взгляд бабули. Скорее всего, ей показалось, но Лео криво усмехнулся. Кажется, до бабули ей далеко не только в плане зельеварения.

– Зела просто переволновалась и ей стоит отдохнуть. – И так он посмотрел на подругу, что та скрипнула зубами, напряглась всем телом, но потом вдруг ссутулилась. Словно погасла, сдавшись.

– Лео прав, я немного не в себе. Прости, что набросилась. Забегу завтра за тобой на занятия, – Зела вдруг спокойно улыбнулась и тут же скрылась в своей комнате. Кариель стояла возле двери в свою комнату и ничего не понимала.

– Лео…?

– Да? – парень остановился, посмотрев на неё и вопросительно изогнув бровь.

– Что случилось? Это же Зела, она никогда так не…

– Всё бывает первый раз, – безразлично пожал он плечами. – Думаю, завтра всё будет в порядке. – Лео посмотрел на часы в коридоре. Они показывали девять вечера. – А ещё думаю, что нужно ложиться. Завтра рано вставать.

– А…

Однако её уже никто не слушал. Лео ушел к себе, а Кариель в коридоре осталась одна. Постояла пару мгновений, подошла к дверям Зелы, но на стук ответа так и не получила. На громкий звук выскочил Оливер. Друг выглядел не лучше девушки, а при виде подруги заметно посерел, однако нашел в себе силы выйти в коридор.

– Кари, что ты делаешь?

Кариель переводила всё ещё взволнованный взгляд с двери в комнату Зелы на него, а потом кратко передала всё, что произошло в коридоре миной ранее. Оливер только глубоко вздохнул, на пару секунд прикрыл глаза, но снова сосредоточил свой взгляд на подруге.

– Кариель, иди к себе, я разберусь, – Оль шагнул к дверям девушки, ещё раз посмотрел на неё. – Иди, всё будет хорошо, правда.

Кариель, не зная, что и думать, поэтому ей и правда оставалось только уйти к себе. В голове была огромная путаница из собственных мыслей. Она пыталась понять, что же такого случилось и почему ребята вдруг начали отказываться от её помощи, да и при чем тут вообще Лео, с которым они ранее никогда не общались. Хотелось постучаться к нему и потребовать ответы немедля, однако она ещё не окончательно забыла о манерах, чтобы в десятом часу ночи идти в мужскую спальню. Щеки девушки краснели от одной только мысли. Однако в тоже время её пугало поведение Зелы и Оливера. Кариель сначала даже хотела сходить к Лави или Джету, однако замерла на выходе из комнаты. Ночь уже на дворе, какие походы. Может и правда что-то серьезное, а она будет только напрашиваться. Придя к выводу, что обязательно поговорю со всеми ними с утра, девушка легла спать.

Ночь выдалась беспокойной, девушке то и дело снились кошмары, и онадаже просыпалась пару раз. Рассвет был встречен ею, словно подарок небес. Она поспешила собраться, и, когда Зела постучала в комнату, уже была готова.

– О, ты уже собралась. Поспешим, а то лорд Лукас опять нотацию прочитает о том, что опаздывать неприлично. – Девушка вела себя как ни в чем не бывало. Она за последнее время стала менее серьезней, более открытой. Если бы Кариель не видела её вчера, подумала бы, что она в полном порядке. Но она всё помнила, видела и хотела разобраться в этой вспышке обычно менее эмоциональной подруги.

– Зела, что вчера…

Улыбка подруги стала заметно более натянутой, она замахала руками.

– Боги, Кариель, прости, я глупостей вчера наговорила. Сильно перенервничала, к тому же пролила на себя в лаборатории экспериментальное зелье, так что вела себя неадекватно. Прости-и-и, – Зела подошла к неё и крепко обняла. Кариель, естественно, обняла её в ответ, понимая, что, кажется, правды не услышит.

– Да, конечно, я не в обиде. Сейчас ты…

– Всё хорошо! – уверенно заявила подруга и тут же потащила девушку на выход. – Что ты, кстати, делала в лаборатории?

Они быстро шли по коридорам к аудитории, стараясь избегать столкновений, которые в толпе студентов были почти неизбежны. Кариель кратко рассказывала, как провела вчерашний вечер, а сама крутила в голове одну мысль – от Зелы вчера ничем не пахло, одежды была без пятен. Никаких следов, что она что-то на себя пролила, на ней не было.

Вечер последнего учебного дня перед праздником наступил как-то быстро и не заметно. Эти пару дней с злополучного посещения лаборатории девушка пыталась поговорить с Зелой и остальными ребятами, однако все четверо делали вид, что всё прекрасно. И в один голос подтвердили, что Зела и правда пролила на себя что-то в лаборатории, вот и несла всякие глупости. Кариель и правда пыталась поверить в их слова и даже почти сумела, однако вчера, возвращаясь поздним вечером из столовой, застала возвращение ребят с бабулиного дополнительного занятия.

Она едва успела притормозить и не выйти из темноты столовой на свет. Светильник успела погасить буквально мгновением ранее. Стакан молока холодил руки, однако девушка едва дышала, пытаясь не выдавать своего присутствия и молилась богам, чтобы ребята не решили пойти попить водички.

– Лави, ты как? – Джет поддерживал девушку, которая шла, слегка хромая.

Вообще все они выглядели не лучшим образом. Лави хромала, одета была вообще в какое-то странное платье-штаны. Собственно, как и Зела. Обе девушки были перепачканы чем-то, напоминающим смесь песка и земли, с ног до головы. Парни не уступали им в «чистоте». Рубашка на Джете, такая же, как и накануне на Лео, была порвана и едва ли теперь была пригодна для ношения. Оливер как-то странно держался за руку, словно сильно ушибся или вывихнул плечо. Из всей компании лишь Лео выглядел опрятно и был в полном порядке. Практические ни единого пятнышка, ни одной дырочки, словно только пришел с легкой прогулки.

– Я в порядке, но кажется ушибла ногу, – девушка скривилась. Джет бросил раздраженный взгляд на Лео.

– И нужно было так её перекидывать? Она же деву…

– Скажешь «девушка» и получишь точной такой же ушиб, – произнёс парень спокойно, не выражая ничего, кроме безразличия. Впрочем, сейчас Кариель едва ли обратила на его тон внимание, больше она была удивлено тому, в каком состоянии пришли ребята. Новость о том, что своим ушибом Лави обязана Лео окончательно повергла девушку в шок.

– От вас не будет никакого толку, если вы даже себя защитить будете не в состоянии, – покачал головой Лео. Седая прядь, единственная, выбивающаяся из низкого короткого хвостика, качнулась в такт движениям.

– Ты…

– Оливер, – Зела положила руку на плечо парня, останавливая того от необдуманных слов и действий. Оль крепко сжал кулаки, однако и правда промолчал. Джет также молча скрипнул зубами.

Ребята уже поднялись на жилой этаж и даже разошлись по комнатам, – отчетливо послышались хлопки дверей, – но Кариель всё никак не решалась сдвинуться с места. Всё это было странно. Сначала Зела, теперь вот такое возвращение с безобидного, по факту, дополнительного. Хотелось тут же нестись к бабуле и выяснять, что происходит, однако девушка на силу смогла себя удержать. Во-первых, уже ночь. Во-вторых, она не имела ни малейшего представления о том, где живут преподаватели. К тому же бабуля наверняка приедет на праздник к ним в гости, а значит там они и смогут поговорить. По крайней мере, Кариель на это надеялась.

Успокоив вчера себя таким образом, девушка всё же вернулась в комнату. Сейчас же она заканчивала собирать вещи домой. Скоро должен был прибыть заранее заказанный экипаж, который доставит её на площадь, где, встретившись с братом, они отправятся в имение. Ребята тоже собирались по домам. Как оказалось, на праздник все они покинут академию. Девушка в какой-то мере была этому рада. Неизвестно, что происходило с её друзьями, но она думала, что стоит им побыть дома, а ей поговорить с родственницей. Ей становилось тревожно от всего этого.

– Кари, я забежала сказать пока! О, ты ещё не собралась? – Лави остановилась в дверях. В руках у неё, вместо привычных булочек и пирожных, была небольшая сумка. Девушка, кстати, в последнее время стала немного стройнее, хотя Кариель не сказала бы, что она стала меньше есть или заниматься физической активностью. Это было немного странно, но рыжеволосая всё равно была рада за подругу, которая, впрочем, ранее никак не комплексовала по поводу своей фигуры. Кариель посмотрела на свой чемодан и вздохнула.

– Начала слишком поздно, однако уже почти всё. – В чемодан отправилось последнее домашнее платье и шкатулка с украгениямия, девушка застегнула чемодан. – Вот и всё…

– Как долго тебе добираться? – оценив сумку, спросила девушка.

– Завтра ко второму завтраку буду дома. Наши владения не так далеко от столицы, – девушка улыбнулась, представляя, как будут рады мать с отцом, когда они с братом вернутся в поместье.

– Считай близко, – улыбнулась Лави. Она ещё едва заметно хромала, стараясь делать это незаметно. Кариель уже пыталась спрашивать у неё, что случилась, и, получив в ответ миф про ушибленную с утра в ванной ногу, смирилась с тем, что друзья теперь не говорят ей всей правды.

– Возможно. А ты что? Далеко ехать?

– Не, мне пару часов на телеге потрястись. Тут недалеко от города деревня.

Лави тут же поделилась, какая у них замечательная природа, и как неизвестный Кариель, – но очень красивый, Кари, честно-честно, – Мегар сватался к девушке той зимой, она сначала согласилась, а поступив сюда – отказала, потому что он пытался отговорить её и оставить необразованной. Кариель только с улыбкой слушая, невольно представляя, какое это, навреное, счастье, получить предложение от человека, который тебе не безразличен. Это мысль тут же принесла за собой другую: чуть меньше, чем через два месяца Снежный бал. Ей бы, по-хорошему, о платье подумать, но она была уверена, что мама давно всё решила. Она надеялась, что ей хотя бы покажут, как оно будет выглядеть до праздника. Но это была лишь первая проблема....

– Кари, ты слушаешь?

– Прости, мысли скачут, – она виновато посмотрела на подругу, но та махнула рукой, продолжая рассказ.

...конверты. Среди аристократии принято делать предложения через брачные конверты. И Кариель знала как минимум одного человека, чьи конверты она будет сжигать с такой же регулярностью, с которой он ей будет их посылать. Чертов Хряк.

– Кариель, там экипаж… – в комнату заглянула Зела, – О, Лави. А я думала, ты уже уехала.

– Почти, – качнула головой толстушка.

Кариель же, распрощавшись с обеими, подхватила сумку, накинула теплый плащ, – последнее время заметно похолодало и даже теплое платье не спасало от холода, – и поспешила вниз. По дороге попрощалась с Оливером, едва на него не налетев. Джета в академии уже не было, парень уехал сразу после занятий.

Экипаж терпеливо дожидался, а стоило ей сесть, погнал на площадь. Брат уже ждал её на месте..

– Ты чуть не опоздала, – крепко обнимая сестру, произнес Зар.

– Ты бы всё равно не уехал без меня, – фыркнула девушка, пересаживаясь в крытый экипаж, приспособленный как раз для дальних передвижений.

– Уверена? – спросил этот рыжий-бесстыжий, садясь следом, захлопывая дверцу и давая команду кучеру.

– Да ладно, тебя бы первым родители заставили вернуться за мной, – закатила глаза близняшка, перчатками ударив брата по руке. Зариель рассмеялся.

– Твоя правда. Как прошли последние деньки?

Кариель невольно напряглась, задумавшись, стоит ли говорить брату о своих переживаниях. Они никогда ничего друг от друга не скрывали, однако сейчас ей казалось, что прежде всего стоит поговорить с бабулей. Найдя компромисс с самой собой, она поведала брату часть истории, не забыв упомянуть о том, что избавила Джо от прыщей. Маска и правда помогла парню, не смотря на всё его недоверие. Помнится, следующий утром после их неожиданной встречи в лаборатории, он подошел к девушке и поблагодарил за помощь. И, что удивительно, даже извинился за прежнее свое поведение и обещал более не докучать. Нельзя было сказать, что он был до конца искренним, но он действительно пытался исправиться, за что его уже можно было похвалить.

Зар сначала немного поворчал, однако, так как именно Кариель досождал парень, оставил за ней право решать, закончилось его наказание или нет. Если сестра и правда увидела в этом Джо что-то, что заставило её простить наглеца, то пусть так. В любом случае, преподать ему новый урок они всего смогут. К слову, об уроках... Зариель совершенно не знал, как сказать новость сестре, но говорить нужно было и, желательно, до их приезда домой. Впереди ещё ночь в пути, пусть сестренка переварит мысль в тишине и спокойствии кареты.

– Уэнс будет у нас дома на праздник, мне папа сообщил в последнем письме. Они напросились на ужин, который мама традиционно устраивает для друзей.

– С каких пор это его семья стала нашими друзьями? – ожидаемо возмутилась Кариель, вспоминая такую же широкую, как и сын, мать и высокого, тощего флегматика отца. И удивляясь, отчего мама не сказала ей об этом? Ведь она переписывалась с ней очень часто. Зариель чаще общался с отцом, что было вполне логично, но почему отец сказал брату, но мать не сказала ей? Предполагала реакцию? Возможно.

– С тех самых, как его сиятельство, милорда ар Ельца старшего повысили до заместителя казначея, – хмуро произнес Зариель, отвернувшись к окну. Кариель едва подавила плохие, совершенно не свойственные ей слова. Впрочем, только они и могли бы передать всё её отношение к ситуации. И плевать бы было, что за такие речи её заставили бы пересказать наизусть не одну главу о манерах.

И Зариель, и Кариель понимали, что значило повышение ар Ельца. Их отец работает в казначействе, является одним из высших его чиновников, из-за чего и проводит много времени в столице, редко бывая дома. В том году именно их отца хотели назначить на эту должность, однако он отказался. Их матушка довольно часто болела, её мучали приступы мигрени и боли, в самые тяжелые периоды она кашляла кровью, чем безумно пугала любящую её семью. Отец не жалел никаких средств, вызывал лучших лекарей. И только недавно после очень длительного лечения ей стало лучше. Их отец упустил свой шанс на повышение, но сохранил жизнь жены. Ар Ельц, видимо, просто очень вовремя появился рядом с казначеем на фоне отказа другого.
И раз теперь ар Ельц выше по положениию, близнецы понимали, что тот обязательно попробует надавить на их семью. В конце концов, в своем сыночке-хряке тот души не чаял. Да и нос конкуренту за уважение казначея тоже хотелось утереть. И свадьба любимого сына на строптивой девице отлично для этого подойдет.

– Я могу отказать ему. Я учусь, я маг… – начала Кариель не слишком уверено. Она понимала, что от её согласия теперь будет зависеть работа отца и положение семьи. Ей придется согласиться, если ар Ельцы и правда попытаются давить.

– Кариель, даже не думай о том, чтобы согласиться, – Зариель, заметив, как сразу же упало настроение сестры, взял её руки в свои и крепко сжал, заставляя посмотреть в глаза. – Отец лучше лишится должности, чем…

– А мне как жить дальше, если я буду знать, что наша семья может лишиться всего из-за моего отказа?

Близнецы схлестнулись взглядами, брат сдался первым.

– Ты изменилась, Кари. Раньше ты бы придумывала, как бы напакостить этому гаду, а сейчас готова стать его женой, лишь бы не тронули родителей.

– А кто сказал, что я отказалась от пакостей? – она криво улыбнулась улыбкой, скопированной у Оливера. Брат посмотрел удивленно, а потом рассмеялся.

– Обожаю тебя, сестра. Впрочем, такие радикальные меры ни к чему. Твой прекрасный брат уже подумал на эту тему и прочее и у меня есть кое-какие идеи, – сказал этот хитрюга, перетягивая на свою сторону две подушки. Маневр казался странным. – Только не злись.

– Зар, что такое ты предлагаешь, раз думаешь, что я способна тебя поколотить? – Не то чтобы они никогда не дрались подушками, но сейчас Кариель видела, что брат в серьез опасается.

– Помнишь Генриха? – Кариель кивнула. – Его родители настаивают на свадьбе. Ему ведь уже двадцать два, а ни девушки, ни невесты. Только постоянные загулы.

– За…что?

– Не бери в голову, – Парень усмехнулся. – В общем, ему дали срок на поиски до Снежного бала. И он сейчас отчаянно ищет фиктивную невесту.

– Фиктивную?

– Девушка станет невестой Генриха, его семья успокоится, а через годик девушка или он сам разорвет помолвку. Всё прилично и без… Ай! Кари, я же просил!

Зариель смеялся, понимая, что одна подушка у сестры всё-таки осталась, и смотрел на багровеющее то ли от злости, то ли от стыда лицо. Серьезно, он так любил эту девчонку, что, получив от отца письмо и поняв, чем это грозит Кариель, тут же пошел к другу. Он не предлагал свою сестру прямо, но упоминал в разговоре, что та тоже была бы не прочь избавиться от излишне ярых поклонников. Генрих его наверняка понял как надо, но благоразумно промолчал, отдавая всё на откуп девушки. Зар, конечно, надеялся, что все его страхи это просто страхи, но гнилую натуру Уэнса сам успел изучить. Даже среди парней-аристократов тот был легендой. Вонючей, безманерной, глупой легендой. С ним никто не хотел связываться и парень их отлично понимал. Он не позволит сестре выйти за него.
Кариель в этот момент лишь возмущенно пыхтела и не понимала, как брат вообще мог предложить ей подобное?!

– Зариель, на твоем месте я бы ничего не брала из моих рук ближайшие пару дней! – гневно произнесла девушка, устало откидываясь на сидение и положив подушку на колени.

Зар выглянул из-за своего укрытия, сел ровно и пригладил растрепавшиеся волосы, по последней моде подстриженные по-военному коротко.

– Ты бы подумала всё-таки. Как по мне, лучше быть фиктивной невестой такого человека, как Генрих, чем настоящей женой этой свиньи Уэнса. Клянусь, Кариель, сделаешь глупость - я сделаю такую же. Мы что-нибудь придумаем, но он не прикоснется к тебе.

Кариель только несколько устало посмотрела на брата, без прежнего запала кинув в него подушку. Зариель просил подумать и она понимала, что подумать и правда стоит. Никто не знает, что эта семейка выкинет на празднике, нужно как-то увернуться из их жирных лап.

Остаток пути прошел в воспоминаниях о совершенных шалостях и простую игру в слова. Когда они добрались до дома, Кариель уже многое обдумала и решила действовать по ситуации.

– Кариель! Зариель! Дорогие мои! – громко поприветствовала их мама, когда близнецы, отдав чемоданы и плащи слугам, прошли в каминный зал, – Я так рада вас видеть! – женщина крепко обняла обоих. – Кари, солнышко, ты очень изменилась!

– Ерунда, я всё та же, – дочь поцеловала матушку в щеку, – Как ты себя чувствуешь?

– Да, всё в порядке? – поддержал меня Зар.

Матушка только нахмурилась.

– Вы прямо как Вольгард. Я действительно в порядке, не стоит так переживать. И вообще, у нас куча дел! Вечером ужин, будет много гостей, – мама с неким опасением посмотрела на дочь. Женщина сознательно не сказала ей ничего про Уэнса, знала их отношения и искренне поддерживала дочь в неприязни, но сделать ничего не могла. – Надеюсь, обойдется без происшествий?

Рыжие переглянулись и честно кивнули. Никаких происшествий, лишь маленькие пакости.

– Когда же вы уже одумаетесь, – сурово, но с легкой улыбкой, произнесла женщина. Потом вдруг хлопнула в ладоши. – Чего это я, вы же голодны.

– Нам бы переодеться… – подал голос брат, однако был остановлен взмахом руки.

– Ничего не знаю! Ельса, скажи кухне подавать второй завтрак! – приказала она стоявшей в дверях служанке, которая тут же испарилась, а все трое переместились в столовую.

Здесь уже всё было готово к празднику, слуги наводили последние штрихи. Кариель оценивающе посмотрела на пастельно желтые драпировки, которыми закрыли стены и даже повесили под потолок, оставив на виду только хрустальную люстру. Паркет был натерт до блеска, а слуги уже расставляли вазы под живые цветы, которые займут свое место самыми последними. Всё пестрело цветами праздника.

Дочь заняла место по левую руку от матери, Зар сел напротив сестры. Брат рассказывал матушке новости, которые та не знала, либо о которых отец не стал ей сообщать, а Кариель, пусть и слушала рассказы брата уже второй раз, все равно иногда смеялась. Всё-таки хорошо быть дома.

– Уже приехали? Рад видеть вас, Зариель, Кариель, – Вольгард появился в столовой как раз в тот момент, когда Ельса вернулась доложить, что еду вот-вот подадут.

Близнецы поприветствовали отца, который, поцеловав ручку жены, сел во главе стола рядом с ней.

– Кариель, после завтрака я жду тебя у себя в кабинете.

– Конечно, отец, – она с улыбкой кивнула, разговор плавно перешел на их с Зариелем успехи в обучении, однако девушка видела, что отец встревожен. И сильно. Не так сильно, как когда болела мама, однако его что-то беспокоило. Кариель надеялась, что это было не то, о чем они думали с братом, но надежда это, честно говоря, была слишком мала.

Быстро расправившись с едой и отпросившись у родителей, близнецы отправились приводить себя в порядок. Их комнаты были соседними.

– Ты заметила? Отец чем-то взволнован. – Зар остановился у дверей в свою комнаты, небрежно подпирая их спиной.

– Да, увидела. Надеюсь, ничего серьезного. У кого, кстати, будем искать полный список гостей?

– При достижении совершеннолетия я стал наследником, Кари, – брат лукаво подмигнул. – Мне его и так выдадут.

Кариель только покачала головой и, показав брату язык, поспешила в комнаты. Мама не стала отправлять их переодеться к приему пищи, решив, что с долгой дороги детей прежде всего нужно покормить, однако в кабинет отца идти в этом платье нельзя. К тому же, сразу после этого нужно начинать готовиться к вечеру. Пару часов на сон, потом ванная, примерка платья, – перед тем, как Кариель ушла из столовой, мама сообщила, что всё уже готово, – прическа, макияж, столько дел. Девушка только вздохнула. Кажется она отвыкла, ничем другим желание запереться в комнате и не участвовать в сумбурных сборах она объяснить не могла.

Петра, бессменная служанка Кариель в стенах дома, что помнила её ещё малюткой, быстро помогла сменить девушке дорожное платье на домашнее темно-синее, по-проще. В таком вполне можно было разговаривать с отцом, который уже наверняка ждал её в кабинете. Он не любил, когда опаздывали, поэтому Кариель поспешила.

Коротко постучав и получив разрешение войти, девушка прошла в кабинет. Она бывала здесь частенько, правда, на пару с братом. После очередной шалости. За прошедший месяц тут почти ничего не изменилось. Всё те же светлые шторы, гарнитур из темного дерева, включающий стол, большое, обитое мягкой тканью, кресло, пару кресел по скромнее, для посетителей, пару шкафов с многочисленными книгами по зельеварению и земляной магии, коей отец обладал на очень низком уровне, и почти никогда не применял. Разве что зачаровывал подаренные жене цветы, чтобы те как можно дольше её радовали. Тут так же было много книг по экономике и политике. В свое время мужчина тоже учился в Первой Королевской Академии, после окончания которой и поступил на службу в казначейство.

– Присаживайся, Кариель, – отец был ещё более хмур, нежели за столом. Спокойствие девушки, даже напускное, тут же пропало.

– Что-то случилось?

– Вот список гостей, – отец протянул девушке листок. Кариель, приняв бумагу в руки, с неким ехидством подумала, что получила список даже раньше брата-наследника. – Твой брат ведь уже рассказал тебе, что мне пришлось пригласить ар Ельцев на ужин?

Девушка недовольно кивнула, закусив губу, однако промолчала. Список был небольшой. Всего-то несколько семейств, матушка её не любила крупные приемы. Ар Ельцы, ис Ларты, наличие в списке которых её несколько удивило, ведь прошлый их визит закончился не очень удачно, особенно для Джозефа, и ар Лабели, семья казначея. Кариель внимательно изучила все имена. Они были ей отлично знакомы, всех, кто прибудет, она знала в лицо. Закончив с изучением, Кариель вернула отцу список и молча посмотрела на него, ожидая продолжения. Едва ли он позвал её в кабинет для того, чтобы показать список гостей и отпустить собираться.

Отец с тяжелым вздохом взял бумагу в руку, кинул, не глядя, в стопку таких же бумаг. Мужчина выглядел очень подавлено.

– Отец….

– Вот это, Кариель, я получил с утра.

Теперь он передал в руки дочери конверт, на котором девушка сразу заметила герб семейства ар Ельц. С некой брезгливостью она вытащила лежащее внутри письмо. Отец, судя по всему, с письмом уже ознакомился, что, впрочем, было не удивительно.

Почерк на бумаге был острый, колючий, но ровный, как палки в новеньком заборе. Кратко и сухо. По сути. Приговор для неё, победа для Уэнса.

Кариель не выдержала - откинула ненавистный кусок бумаги в сторону, словно держала ядовитую змею. Конверт и письмо упали на мягкий ковер, на котором они с братом в детстве иногда играли. Детство… Так давно и в тоже время близко.

– Я не могу отказать, дочка.

Дочка. Отец редко называл её так, чаще по имени. В их семье были достаточно теплые отношения и они позволяли себе опускать манерные правила в пределах своего имения. Что отец, что мать с лет десяти предпочитали обращаться к детям по имени, кратко или полностью, но по имени. Такое нежное "дочка" проскакивало у отца лишь в моменты, когда он не мог сделать или изменить что-то, о чем просила его Кариель. В такие моменты девушка понимала, что уговоры бессильны. Кариель резко поднялась, сжимая кулаки, однако не сказала ни слова, обдумывая то, что говорил ей брат.

– Моё положение при казначействе сейчас прочное, однако ар Ельц в связи с новой должностью способен это быстро изменить.

Девушка прекрасно это понимала. Пусть она и не учится политике в том объеме, что брат сейчас, пусть она и девушка в конце-концов, что-то же она понимает. Не глупая всё-таки.

– А потому сегодня милорд Уэнс ар Ельц сделает тебе предложение. Помолвку не будем праздновать, вам с Зариелем завтра в обед уезжать назад в столицу. – Отец лихорадочно перекладывал по столу какие-то бумаги, впервые за долгие годы ощущая себя абсолютно бессильным. Он никак не мог помочь собственной дочери и это угнетало его больше всего. Решение и ему далось слишком тяжело, однако девушка видела письмо и не могла его винить. По крайней мере сильно. Помнится, Зариель рассуждал, что отец лучше лишиться хорошей должности, чем отдаст дочь за Уэнса. Что ж, видимо её брат ошибался. Но Кариель не могла винить отца в его решении. – Не таким я представлял твоего мужа и обо всем этом сейчас искренне сожалеют, поверь, дорогая. Однако есть надежда, что он разорвет помолвку. На Снежном балу будет много юных девушек, возможно…

– Я уже помолвлена, – услышала девушка себя, словно со стороны, однако в голове уже зрел план. Пусть с решением отца Зариель не угадал, но отходной путь подготовил ей прекрасный. Хоть бы это было правдой, иначе она будет опозорена.

– Что?! – мужчина резко поднялся из кресла, ударив сильными руками по столу. Взгляд его тут же скользнул к руке дочери и злость пропала, оставляя лишь раздражение. Он понимал, что Кариель будет юлить, и, как и дочь, не мог винить её в этом. – На тебе нет брачного браслета, дочка. Брось свои глупости, это не достойно семейства ар Наром. Будь сильной.

Окончание фразы девушку даже немного оскорбило. Ну папенька, легко говорить, не тебе же Хряк предложил стать его женой при таком ультиматуме.

– Мы с Генрихом надеялись объявить о помолвке на Снежном балу. Пока что имеет место только устная договоренность. – Кариель крепко сжала в ладонях юбку платья, сочиняя на ходу. Это была последняя и единственная её карта, которой, боги, она даже не думала пользоваться. Ещё и Генриха втянула… Брат бы не стал ей врать, но что, если его друг, не смотря на его намеки, уже нашел подходящую девушку?

– Генрих? Как его полное имя? – Отец нахмурился, подошел к одному из шкафов и, к её удивлению, достал оттуда бутылку крепкого ликера.

– Его светлость, милорд Генрих ар Иглас, – тут же припомнила девушка род друга брата. Вольгард со стуком поставил стакан на стол.

– Ар Иглас… Ты хоть знаешь, кто это? – Мужчина застонал, разом опрокидывая в себя все налитое. Час от часу не легче. У него в голове не укладывалось, как Солайран, на который он всё-таки вырвался к семье, превратился в такой бедлам.

– Его семья одна из наиболее влиятельных в столице. Приближены к королю, глава семьи отвечает за внешнюю политику, – тут же отчеканила Кариель давно заученную информацию. Их с Заром в свое время заставили выучить все фамилии, которые принадлежали высшей аристократии.

– Он двоюродный племянник короля.

Девушка не сдержала удивления и чуть не упала назад в кресло, благо не отходила от него. Однако... она совершенно не помнила этой информации в геральдических документах. Интересно, а Зариель знал? Наверняка знал. Ну, братец....

– Однако…. Кариель, только честно – это правда? – Отец смотрел испытующе, пытаясь понять, действительно ли его дочь и Генриха связывает договоренность, однако на её счастье, врать с абсолютно честным лицом девушка умела с детства. Да и не то чтобы она могла сейчас сказать что-то иное, в попытках спасти собственное будущее.

– Да. И я думаю, он не откажется навестить наш дом на днях и официально заявить о своих намерениях, – Кариель зарделась, представляя, какой позор её ждет, если Генрих не приедет.

– Хорошо, Кариель, я отправлю письмо отцу Генриха…

– Нет!

– Кари, – отец прищурился. Не нравилось ему это всё, однако он всё же решил дать дочери шанс избежать помолвки и свадьбы. Он помочь ей не в силах, но если она сможет найти выход, он будет только рад.

– Его родители тоже не знают всего, – Кариель виновато потупила взгляд, нервно сжимая ткань платья в руках. – Зариель дружен с ним, именно он нас и познакомил. Думаю, он откликнется на приглашение брата невесты.

Отец посмотрел с подозрением, однако кивнул, а потом молча махнул в сторону двери, отпуская. И лишь когда она дошла до порога, добавил:

– Я надеюсь, ты мне не соврала, дочь. Ар Ельц уничтожит нашу семью из-за твоего отказа, слишком сильно ты приглянулась их выродку, – Мужчина впервые на её памяти так резко выражался в чью-то сторону, по крайней мере при ней. Впрочем, тут она была с ним полностью согласна, про себя обзывая этого свина куда более грубыми словами, которые успела выучить за время знакомства с ребятами. – Но они не посмеют перейти дорогу ар Игласам. Им придется смириться. И я буду рад этому.

Кариель только кивнула и тут же выскочила из кабинета, спеша в комнаты брата. Она молилась, чтобы они с Зариелем успели как-нибудь связаться с Генрихом и тот действительно приехал. Иначе её ждет не самая лучшая жизнь.

– …Ты что сделала?! – Зариель смотрел на сестру огромными глазами. Честно говоря, рассказывая ей свою придумку, для которой даже создал почву разговором с другом, он и не предполагал, что Кариель действительно придется воспользоваться этим. Однако, сейчас Зар был очень рад, что всё же сделал это. В противном случае он бы лично спустил Уэнса с лестницы их дома и плевать ему на последствия.

– Только не говори, что в карете ты шутил, – Кариель побледнела, на что тяжело вздохнувший брат молча протянул ей собственноручно налитый стакан воды. – Спасибо.

Девушка в этот момент с некой грустью вспоминала напиток, который они тогда пробовали в таверне с ребятами. Она после него была такая расслабленная, такая спокойная... Сейчас бы ей это не помешало, от напряжения заболели плечи и немного голова. Она бы сейчас, наверное, не задумываясь выпила бы весь стакан того напитка, даже не смотря на обжигающий вкус.

– Я говорил правду, но я и предположить не мог, что это тебе действительно пригодится. Всё так плохо?

Зариель, которого слуги уже успели частично собрать на прием, устало опустился в кресло на против. Близнецы сидели у него в комнатах, из которых брат при появлении сестры выгнал всех нанятых помощников.

– Отцу пришло письмо. Завуалированно, конечно, но вполне доступно там сообщается, что сегодня вечером Уэнс собирается объявить меня своей невестой и мой положительный ответ будет весьма желателен. И он же позволит сохранить достоинство и состояние нашей семьи.

– Ты учишься.

– Отца ждут проблемы. Я уверена, эта семейка найдет, что наплести казначею. Мне не оставляют выбора, загоняют в ловушку.

Близнецы недолго помолчали, потом Зариель прошел к столу и сел писать. Кариель, полностью доверившисб брату, лишь ходила нервно по комнате туда-сюда, не зная, что делать. Время утекало свозь пальцы, словно песок, однако она надеялась, что всё получится. Зару хватило на письмо пары минут. Брат кивнул ей на кресло, мол, посиди, подожди, а потом вышел и вернулся лишь через минут десять, когда девушка уже извела себя окончательно.

– Что?!

– Ждем. Ответ должен быть в течении получаса. Я использовал воздушного вестника. Попросил его, если он будет согласен, прислать официальную бумагу с его подписью. Ты распишешься в ней тут. Это хоть какое-то доказательство твоих слов, если он не успеет прибыть хотя бы к завтрашнему утру.

– Если он вообще согласится! – Кариель снова принялась ходить по комнате брата из стороны в сторону, однако он поймал её за плечи, крепко обнял, а потом дернул за выпавшую из прически прядь.

– Эй!

– Иди собирайся, когда придет ответ, я навещу тебя. И вообще, Кариель, успокойся, я верю, что Генрих будет только рад этому предложению и всё пройдет сегодня хорошо. Представь только лицо Уэнса, когда сегодня вечером ему сообщат о том, что ты уже помолвлена! Да ещё и с тем, на кого у его семьи нет никакого влияния.

Кариель ничего не оставалось, только как согласиться с братом и уйти к себе. И правда нужно было собираться.

Кариель едва ли смогла отдохнуть, всё время дергалась. Ожидать ответа пришлось не полчаса и даже не час. Брат вошел в её комнаты, когда светило уже садилось за горизонт, а Петра застегивала на миледи колье, идеально подходящее к её алом платью. Девушка не очень любила этот цвет, да и подходил он её так себе, однако на Солайран, праздник, который отмечали два раза в год, в середине осени из-за начала укорочения дня и в середине весны из-за начала удлинения светлого времени суток, было принято носить алые, желтые, рыжие и другие огненные, светлые оттенки. На брате, к слову, составляя пару сестре, был алый сюртук, пошитый по последней моде, как и платье девушки. Вырез лодочкой, рукавами три четвери и расшитое багровыми и белыми камнями по подолу и лифу.

– Петра, ты можешь идти.

Женщина молча поклонилась и покинула комнаты, а Кариель, подхватив юбки, поспешила к брату.

– Зар, я прошу, пусть это будут хорошие новости.

– Оп-ля!

Брат выхватил из-за спины конверт и сложенное трубочкой официальное соглашение. Такие заключали во время помолвки, подтверждая согласие и на всякий случай указывая сроки и условия расторжения.

– Я спасена! – Девугка не удержалась, буквально запрыгала от радости, совсем как ребенок, мало заботясь о прическе, платье и прочем. Зариель только рассмеялся.

– Письмо я прочитал. Оно скорее для меня, чем для тебя. Генрих только просил передать, что сегодня же вечером выезжает сюда. Завтра к первому завтраку он будет тут и сразу, на глазах семьи, вручит тебе браслет. А ещё сказал спасибо, потому что его уже, цитирую: «достали эти глупые уговоры и вечный парад девиц под окном».

Кариель только рассмеялась от облегчения. На её счастье, Генриха и правда видимо сильно достали, раз он сорвался к ним в ночи, решив не присутствовать на празднике с семьей. Девушка приняла из рук брата соглашение.

– Я, Генрих ар Иглас, заключаю помолвку и даю обещание… – она читала знакомые наизусть каждому аристократу слова, вычленяя из большого, помпезного текста, основное. Здесь уже было вписано её имя и оставалось только подтвердить намерения.

Помолвку Генрих заключил на год. Если по его истечении пара не решится сыграть свадьбу, помолвка будет расторгнута. Обе стороны останутся при своем. Обязательным условием соглашения были прогулки и совместные обеды. Девушка зачитала этот пункт брату, нахмурившись.

– Ты говорил, ему нужна фиктивная невеста.

– Да, но так, чтобы в неё поверили. Кто поверит ему, если он не будет проводить с тобой время и продолжит уходить в загулы? – вполне разумно возразил брат.

– А что, загулы, как ты выражаешься, будут ему теперь недоступны?

– С чего ты взяла? Просто он станет делать это аккуратнее, чтобы его нельзя было обвинить в неверности невесте.

Кариель кивнула, снова закусив губу. Этак от волнения она и вовсе съест всю краску с них, а потом ещё и искусает в кровь. Была такая вредная привычка – стоило девушке чуть разволноваться, она начинала кусать губы. На людях научилась сдерживаться, однако наедине с собой или дома не всегда могла взять себя в руки.

Рыжеволосая посмотрела на аккуратную, уверенную подпись Генриха и не раздумывая, поставил рядом свою. Чернила тут же впитались, а она сняла брошку, которая удерживала эфемерный шарфик на узких плечах и уколола палец. Пара капель упало на бумагу. Она ещё раз вспыхнула, чернила проявились.

– Не думала, что Генрих решится отправить такой важный документ вестником.

– Вестником пришло только письмо. Соглашение он отправил через заклинание обмена.

Заклинание обмена. Про что-то такое она и правда слышала. И даже учила. Оно доступно любому человеку, обладающему хоть каплей дара. Оно позволяет передавать предметы и письма. Нужно нарисовать круг, примерно таким диаметром, какого будет получаемый предмет. Активировать контур и представить, четко представить человека, от которого ты должен получить предмет. У заклинания было всего три ограничения. Первое – максимальный размер отправляемого предмета на прямую зависел от дара. Чем больше он, тем больше предмет. Второе – нельзя использовать заклинание обмена на живых существах, они просто не переживут перехода. Ну и третье – заклинание не просто так называется заклинанием обмена. Настраиваясь на получение, ты должен вложить в круг предмет, любой, однако он должен быть примерно такого же веса и размера, как и тот, который ты планировал получить.

Кариель кивнула, наконец-то облегченно вздохнув.

– Давай помогу с украшениями.

Она молча позволила брату застегнуть браслет на своей руке, с серьгами справилась сама. Свернула договор, положив его в незаметный карман, спрятанный в складках платья. Посмотрела на брата.

– Пойдем?

– Кариель, и что, никаких шуток на вечер? – Брат сделал обиженное лицо, однако девушка только усмехнулась, взяв с низкого столика небольшой флакон из своих старых запасов, ещё годичной давности.

Глаза Зара зажглись в предвкушении.

– Кариель, признавайся, что там.

– Узнаешь, однако мне понадобится твоя помощь.

– Как и всегда, прекрасная сестричка. Я, между прочим, тоже не с пустыми руками, – Зариель полушутя поцеловал её обтянутые перчатками пальцы, и близнецы направились вниз.

Все гости уже прибыли. Кариель с братом остановились у порога, глубоко вздохнули, переглянулись.

– Надеюсь, это не затянется.

– Надеюсь, всё получится.

Близнецы усмехнулись, придали лицу благородное, улыбчивое выражение и вошли в зал, обстановка в котором была заметно накалена. Мама близнецов, Лиания, разговаривала с ис Лартами, родителями Джозефа. Сам парень стоял чуть в стороне, однако заметив брата с сестрой, поспешил в их сторону. Семья казначея и ар Ельцы окружили папу и тихо переговаривались. Ар Ельцы лучились превосходством и уже явно считали, что приз в лице своенравной девчонки непременно будет получен их уродским сынком к концу вечера. Уэнс, к слову, сверлил девушку взглядом, презрительно улыбаясь, однако подходить не спешил, чему она была, несомненно, рада, пусть он и нарушал правила приличия.

– Ваша светлость Кариель, ваша светлость Зариель, рад видеть вас снова, – Джозеф подошел к близнецам и поклонился. Его тонкие губы коснулись протянутой для приветствия ладони девушки, но надолго не задержались. Упрямую мысль о том, что он должен сделать Кари своей женой его уже покинул. С этой девушкой было куда приятней дружить. Да и Джо надеялся на её благосклонность после обучения, так как планировал заняться зельеварением всерьез. На удивление, учеба стала ему нравится, когда он стал больше понимать.

Зариель подавился воздухом, наблюдая за смирным и очень вежливым парнем.

– Рад видеть вас, ваша милость. Кариель, что ты с ним сделала в академии и где настоящий Джо?

– Мы сумели прийти к компромиссу, – подмигнула девушка брату.

– Я пришел к пониманию, что моё поведение было не допустимым и со стороны выглядело откровенно плохо, – признался Джо, кривя губы. Признавать такое ему было всё ещё не очень приятно, но это было необходимо. Кажется, матушка его с утра была права, когда восхищалась тем, как изменился её сын.

– Это определенно надо отметить! Джо и признал свои ошибки! – Зариель едва удержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу, Кариель заметила, как дернулась его рука.

Джозеф расслабленно улыбнулся, спокойно принимая справедливые подначки, а потом вдруг внимательно посмотрел на девушку. Кариель удивленно посмотрела в ответ. В принципе, за время, что они провели вместе в академии, она была вынуждена признать, что если парень ведет себя нормально, то он не самый плохой человек. Иногда категоричен, всё ещё временами высокомерен, но уже не так отвратительно груб и агрессивен к простым людям, как раньше. Пару раз Кариель видела, как тот обращался за помощью к другим ребятам, а потом и вовсе стала часто видеть парня в компании Грегора. Кажется, они подружились. Кариель у себя в мыслях даже могла уже назвать Джо другом. Ну или близким приятелем. Со смешком она временами даже думала о том, что если бы родилась без магии и перед ней стоял выбор между Джо и Хряком, она бы не задумалась ни на секунду.

– Кариель, если позволишь. Я понимаю, что это не моё дело, но ты же терпеть не можешь Уэнса, даже больше, чем раньше меня, - Джо ведь тоже заметил, что они стали лучше общаться. - Да и ар Ельцы с вашей семьёй мало дружили. Или у меня устаревшая информация?

– Кари, молчи, – остановил уже было заговорившую сестру брат, а потом заговорщически наклонился к Джо. – Сегодня будет шоу. А завтра с утра… О да, я посмотрю на лицо Уэнса!

– Милые! Подойдите! – позвала детей мать и те, переглянувшись уже втроем, поспешили к родительнице.

– Кариель, прекрасно выглядишь. Не хочешь ничего сказать леди Фелиции? – Лиания кивнула в сторону матери Джозефа, которая с неким волнением рассматривала сына. Она явно боялась очередных неприятностей. Честно говоря, в этот раз в дом подруги она ехала с опасением. Думала даже отказаться, но настоял, к удивлению, её собственный сын. Помнится, едва узнав, что Кариель будет учиться с ним в группе, Фелиция была готова тут же вернуть сына домой, но вмешался муж. В итоге она с опасением встречала ребенка каждые выходные, но к её удивлению, - зная характер сына и самой девушки, - всё было нормально. Со временем следы чужой шалости пропали вовсе, а Джо начал оттаивать. Однако опасения женщину ещё не покинули.

– Ваша милость, я приношу свои извинения за тот инцидент, больше такого не повторится. Мы с Джозефом поговорили и пришли к пониманию, – Кариель поклонилась, прося прощения. Это было необходимо.

– Я принимаю твои извинения, – кивнула женщина. – Наслышана о том, что вы вместе учитесь в академии. С его слов именно ты помогла ему исправить то…недоразумение.

Кариель кивнула, подтверждая. Так как конфликт был улажен, дальше разговор плавно потек не о чем. Отец Джозефа, лорд Денот, расспрашивал Зара об учебе, леди Фелиция интересовалась успехами сына и рыжеволосой. Пусть Джо и делился, но всё ещё слишком малым. Ар Ельцы всё также разговаривали с отцом близнецов, не спеша подходить к ним самим. Зариель только фыркнул, шепнув сестре, что это очень опрометчиво, раз их сын сегодня решился просить её руки. Семья казначея, собственно, сам казначей, милорд Гувальд, его жена, миледи Алисия, и их дочь, Матильда, немногим младше близнецовм, тоже участвовали в разговоре, но как-то вяло. Матильда давно уже стояла возле окна, рассматривая увядающую природу.

Однако пора было за стол. Один из слуг подошел к хозяйке дома, сказав пару слов, и тут же ушел, получив кивок. Лиания хлопнула в ладоши, привлекая внимания.

– Дорогие гости, прошу всех к столу!

Разговоры ненадолго прекратились, брат откланялся и подал руку Матильде, так как сопроводить её было его небольшой обязанностью. Джозеф остался рядом с Кариель, подавая руку.

– Не знаю, что вы задумали, но уже предвкушаю. Слава богам в этот раз ваша фантазия направлена не в мою сторону. Уэнс хоть переживет вашу шалость, Кариель?

– А кто сказал, что она будет одна? – лукаво улыбнувшись, ответила девушка, впервые за их долгое знакомство принимая руку Джозефа без всяких сомнений.

Спину ожег взгляд Уэнса, однако он не стал подходить и предъявлять права. Впрочем, у него их и не было. И никогда уже не будет, Кариель сделала для этого всё.

Проводив девушку до места, на котором стояла табличка с её именем, Джозеф откланялся, заняв место по левую руку от неё. Уэнс сел напротив него, не прекращая смотреть на свою, как он думал, будущую жены, с превосходством. Этот ­­ – боги, за такие слова мама заставила бы её наизусть выучить столовый этикет Лейского эмирата, а там более тридцати приборов только на завтрак – этот Хряк уже чувствовал свою победу. Зариель прав, щелкнуть этого наглеца по носу будет неописуемо прекрасно.

Мама, как хозяйка принимающего дома, завязала неспешную, мало что значащую беседу о погоде и моде с дамами за столом. Впрочем, посматривая на её светлость, миледи Селесту, маму Уэнса, Кариель едва ли могла представить её где-то в ателье или за просмотром журналов по моде. Дама была ещё необъятнее сына, бусы на шее грозили порваться от ещё хоть сколь-нибудь сильного натяжения, платье, призванное скрывать недостатки фигуры, сидело так, что лишь делало ситуацию хуже. Многие в высшем свете недоумевали, как только милорд Латеус выбрал такую в жены? И терпит ведь к тому же. Не раз и не два уже аристократия слышала о скандалах, которые миледи ар Ельц может начать на пустом месте. Да что там аристократия – её истеричность обсуждали и обычные граждане, к которым информация доходила от словоохотливых слуг.

– Кариель, признавайся, что вы с братом задумали? Мне уже не по себе от того, как ты плотоядно смотришь то на Хряка, то на его матушку.

Кариель удивленно посмотрела на Джо.

– Хряка?

– То, что я ни с кем из вашей пятерки особо не разговаривал, не означает, что я вас не слышал, – закатил глаза парень. – Ну так что?

– Позже. Когда перейдем в комнаты отдыха. – отмахнулась рыжеволосая.

Джо кивнул, подложил ей в тарелку её любимого салата. Помнится, он часто наблюдал за девушкой и в принципе достаточно неплохо знал её вкусы. Так как он сидел рядом, ему нужно было ухаживать за дамой. Знания пригодились. Зариель в это время тоже переложил Матильде на тарелку пару рулетиков. Девушка смущенно кивнула, принимая вынужденное внимание.

Кариель не могла дождаться момента, когда ужин закончится и все они смогут перейти в другую комнату. Милордов там ждал ликер и игра в преферанс, а женщин – музыкальные инструменты, вышивка и мягкие диваны. А ещё там были пирожные, пунш и наверняка там же, как она подозревала, ей попытаются сделать предложение.

Ожидание длилось, казалось, целую вечность, однако вот ужин подошел к концу, десерты обещали подать прямо в комнату отдыха, а потому Джо помог миледи выйти из-за стола, и все переместились в соседнюю комнату, по традиции праздника так же украшенную в светлых тонах от желтого до красного.

Доведя девушку до мягких диванов, куда уже сопроводили остальных дам, Джо откланялся, с неким опасением посматривая на одногруппницу и весело ухмыляющегося брата, который стоял чуть в стороне, не спеша присоединяться к мужским играм. Кариель незаметно достала флакончик из кармана и нанесла пару капель на тыльную поверхность ладони, как раз там, где обычно касаются губами мужчины, приветствуя дам. Главное самой не коснуться руками губ. Она посмотрела на брата, положила ладонь на пустое место рядом с собой. Зариель тут же оказался рядом под недовольным взглядом мамы Хряка. По всем нормам он не должен был подходить к девушкам, а должен был присоединиться к мужчинам.

– Ну-с?

– Напомни Уэнсу, что он поступил невежливо, не поприветствовав дочь хозяев дома, устраивающего вечер.

– Тебя заботят его манеры?

Кариель тихо фыркнула.

– Едва ли. Мне нужно, чтобы он подошел и поцеловал мне руку.

Взгляд брата метнулся к её сложенным на коленях ладоням, потом к карману, в котором был флакон. В глазах появилось понимание. И смех.

– Какой эффект? И боги, Кариель, они же сразу на тебя подумают.

– Действие отсрочено, – Кариель поймала мамин взгляд, который обещал ей не одну нудную лекцию о правилах поведения, если она немедля не отошлет брата и не вернется к дамской болтовне. – Примерно через неделю наш замечательный Уэнс начнет чудить. Сильно и увы, фатально, для его положения и репутации, естественно.

– Каааариии…

– Зариель, разве тебе не скучно с нами? – не выдержала матушка, вмешавшись. Зариель тут же поднялся, поклонился.

– Вы правы, матушка. Думаю, стоит предложить Уэнсу и Джозефу сыграть, им не хватает третьего.

Матушка благосклонно кивнула, отпуская сына, нахмурилась, посмотрев на дочь, но ничего не сказала. Кариель же, тут же завязав пустую болтовню с Матильдой о популярных сейчас в столице маленьких домашних собачках, во все глаза следила за братом, который сначала подошел к Джозефу, что-то объяснил ему, а потом отправился к Уэнсу. Джозеф, явно пытаясь сдержать смех, направился к свободному столу, ожидая партнеров по игре, а брат, что-то резкое бросив Уэнсу, присоединился к нему. Девушка видела, как сжал кулаки Хряк, однако он не опустился до ответного оскорбления, а наоборот, улыбнулся, кривовато, хотя может, её так казалось, из-за его заплывшего жиром лица, и направился к дамам.

– Я приношу свои извинения за неподобающее поведение, – с нотками грусти произнес парень, кланяясь. На такое показательно выступление хотелось только кривиться, но девушка сдержалась. Ну да, ещё бы он был невежлив сейчас, пока рядом её мать, миледи Селеста, леди Фелиция и миледи Алисия с дочерью. – Я должен был подойти к вам, едва вы прошли в комнату. Не иначе не совладал со стеснением при виде вашей красоты.

– Я принимаю ваши извинения, – Кариель с трудом удержала улыбку на лицее, но та все равно была больше пугающей, чем приятной. Мама благосклонно улыбнулась, слушая извинения Уэнса.

Потная грязная ладонь милорда подхватила её протянутую ему ладошку. Слюнявые, жирные губы коснулись кожи как раз там, где нужно. Внутренне девушку передернуло от отвращения, однако она сумела сдержать себя. И даже руку вытерла о юбки уже когда Уэнс ушел к Зариелю и Джо играть. Последние на удивление спокойно общались. Зар и вовсе решил пересмотреть отношение к парню. Когда не дурил, тот был вполне не плох, они пришли с сестрой к одинаковому заключению.

– Лиания, милая, скажи мне, как же так получилось, что ты отпустила Кариель в академию? Она же девушка! – обмахиваясь веером, тяжело вздохнула миледи Селеста, привлекая внимание.

– Она маг и сама вольна решать, что делать.

– И всё же! Девушки созданы быть украшением мужа и должны блистать на балах. К тому же, кто возьмет в жены такую своенравную девицу?

– Не думаю, что моя дочь останется в девицах, – несколько холоднее обычного ответила Лиания. Что бы она сама не говорила и как бы не считала, она никому не позволит оскорблять её дочь в её собственном доме. – Маги предпочитают жениться на магически одаренных девушках. А, как ты наверняка знаешь, магов последнее время рождается больше обычного.

– И всё же… Хотя знаешь, скажу тебе по секрету, мой сын очарован Кариель, – наклонившись к хозяйке дома, громким шепотом сообщила миледи. Она знала, что Кариель слышит, однако её это, по всей видимости, не волновало. – Они виделись в столице в начале месяца. Скажу прямо, компания для миледи с ней была неподходящая, - скривившись, произнесла она.

Мама бросила на дочь красноречивый взгляд. Просила не вмешиваться. Она знала о том походе в таверну, и уже прочитала ей нотацию о поведении. Знала и о том, как вел себя Уэнс во время той встречи. Поэтому и не растерялась сейчас, хотя миледи Селеста очевидно на это и рассчитывала.

– Ваш сын тоже был в том квартале. Не подскажите, кстати, что он там делал? Насколько я помню, ваше дом в столице находится совсем в другом районе, – матушка обворожительно улыбнулась. Ни слова грубости, однако миледи Селеста тут же замолчала. Кариель всегда хотела уметь также - поставить на место одной вежливой фразой.

Миледи Селеста не знала, что ответит, а потому разговор тут же был не слишком аккуратно уведен в другую сторону. Однако, в скоре их отвлекли.

– Я прошу минуточку внимания, если мне позволят, – громко произнес Уэнс, выйдя на центр комнаты.

Мужчины тут же заинтересованно обернулись, отвлекаясь от игры. Вольгард посомтрел на дочь, нахмурился. В глазах его она видела волнение, однако лишь улыбнулась в ответ, обещая, что всё будет хорошо. Брат и Джо сидели всё там же. Зариель выглядел жутко довольным, из чего девушка сделала вывод, что свою пакость брат уже сделал. Дамы тоже обратили внимание на Хряка, стоявшего, словно маршал на параде, подбоченившись и высоко задрав голову. Миледи Селеста посмотрела на рыжеволосую, всем своим взглядом выказывая триумф и высокомерие. Она, видимо, думала, что Кариель, такая своенравная и неправильная, попалась.

Отец близнецов кивнул, давая разрешение Уэнсу сделать объявление.

– В этот замечательный семейный праздник я хотел бы просить руки её светлости, миледи Кариель ар Наром. – Уэнс стоял всё так же, широко улыбаясь и в ожидании смотря на девушку. Он не сомневался в её положительном ответе, ведь был в курсе письма.

Кариель медленно поднялась. Так как она совершеннолетний маг, то отвечать должна от своего имени сама. Девушка показательно нервно мяла в руках платок, который мгновением ранее достала из кармана как раз на этот случай. Опустив смущенный взгляд в пол, она вспоминала особенно курьезные моменты и, когда вновь посмотрела на собравшихся, порадовала всех красным якобы от смущения лицом.

– Ох, боги, сынок! Такой отважный поступок! – влезла матушка Уэнса.

Парень приосанился ещё больше, впрочем, едва ли кто-то это заметил за складками жира.

– Девушка столь смущена, что даже не может ответить. Явно, ответ положительный, – отец Уэнса гордо кивнул сыну, усмехнулся, глядя на хмурого Вольгарда.

Уэнс уже сделал шаг к ней, доставая из кармана браслеты, но споткнулся от следующего её слова.

– Нет.

– Что?

– Я не могу принять это предложение, – Кариель снова смущенно опустила лицо. Уэнс заскрипел зубами, метнул взгляд на своего отца. Вопрос ведь решен, чего она ерепенится?!

– Кариель, объяснись, – ледяным голосом потребовал хозяин дома. Ему нужно было показать, что он не в курсе её «помолвки» с Генрихом. В которой он, честно говоря, до сих пор сомневался.

– Я… имею устную договоренность с его светлостью, милордом Генрихом ар Игласом о помолвке, – девушка услышала, как охнула от этих слов мать. По-хорошему, нужно было и её предупредить, но сейчас её реакция всё же более достоверная. – Мы хотели дождаться его приезда и завтра объявить об этом всем, однако в данной ситуации я не могу вводить в заблуждение почтенную семью ар Ельцев.

– На тебе нет браслета! И что за бред о договоренности! Девчонка просто пытается выкрутиться! – совсем некрасиво взвизгнула миледи Селеста, поднимаясь с дивана. – Вольгард, ваша дочь смеет унижать своей ложью моего сына!

– Кариель, у тебя есть доказательства?

– Браслетов и правда нет. Генрих привезет их завтра, - Кариель нарочно не добавила обращение или фамилию, показывая, на сколько они якобы близки, - однако у меня есть письменное соглашение, составленное по всем правилам.

Кариель вытащила из кармана платья свернутое соглашение. Уэнс на пару с матушкой побагровел, его отец возмущенно посмотрел на родителя близнецов, однако тот только развел руками. Мол, я пытался, но как видишь.

– Кариель, позволь, – мама протянула руку к бумаге. Дочь покорно передала её ей.

– Это и правда соглашение… - заключила Лиания после недолгого изучения.

– Оно поддельное!

– Миледи Селеста, при всем моем к вам уважении, вы знаете – такие документы подделать невозможно, – покачала головой женщина. – Бумага гербовая, подписи подкреплены кровью. Всё честно. Приношу свои извинения, но моя дочь действительно не может принять предложение вашего сына.

– Этот Генрих! Он известный гуляка, не мог он заключить помолвку! Это всё фарс! – Подал голос Хряк. Кариель лишь подняла на него холодный взгляд, спокойно улыбнулась.

– Не нужно оскорблять моего жениха. Он прибудет к завтраку и, я уверена, ответит на все ваши вопросы. Равно как и на оскорбления, кои я, как трепетно волнующаяся за репутацию жениха невеста, обязательно ему передам.

Хряк замолчал тут же. Собственно, как и его матушка. Оба гневно сверлили взглядом милорда Латеуса, однако тот не спешил на помощь. И, похоже, смирился с проигрышем.

– Селеста, Уэнс, вы ведете себя неподобающе. Приношу свои извинения за поведение жены и сына. – Милорд явно нехотя поклонился её отцу.

– Отец!

– Уэнс! Умей принимать отказы!

Парень тут же покинул комнату. Следом выбежала его мать, наверняка, чтобы утешить ребенка. Кариель тяжело вздохнула, опускаясь на диван. Неужели всё обошлось? Отец смотрел на неё с заметным облегчением и, кажется, сожалением. Он явно был рад, что всё обошлось, однако, видимо, чувствовал, что нужно будет извиниться, за то, что чуть не отдал дочь Хряку. Девушка лишь успокаивающе улыбнулась. Теперь всё хорошо.

Вечер быстро окончили, семья Джозефа и казначея покинули дом, их имения были не так далеко, остальные отправились по приготовленным для отдыха комнатам. Генрих и правда прибыл к завтраку. Никогда она ещё не была так рада ранним гостям. Ар Ельцы, единственные из всех гостей решившие переночевать у семьи ар Наром, гостей встречали не так радостно. Скорее всего рассчитывали, что Генрих не приедет и тогда все слова своенравной девчонки и вправду окажутся просто словами. Все как раз садились за стол, когда в комнату вошел слуга и подошел к родителям.

– Прибыл его светлость ар Иглас младший. Один. Говорит, что хочет увидеть невесту, – произнес молодой паренек бесстрастно, впрочем, не удержавшись от взгляда в сторону хозяйской дочки. Слуги ещё обмусолят эту тему вечером, когда господа лягут спать.

– Пригласите его. Думаю, он не откажется от завтрака, – приказал отец и слуга тут же испарился, чтобы через пару минут снова появиться на пороге и объявить:

– Его светлость, Генрих ар Иглас.

– Благодарю за приглашение и приветствую хозяев дома, – Генрих подошел к столу, вежливо поклонился.

Слуги уже подготовили ему место рядом с хозяином дома, слегка подвинув брата. Впрочем, тот ничего не имел против соседства с другом.

Фиктивный жених поцеловал руку сначала матушке, а потом подошел к своей якобы невесте, оказывая внимание и ей.

– Кари, дорогая, простите. Не получилось вырваться вчера.

Кариель улыбнулась вежливому обращению на «вы», как того и требовал этикет, а также восхитилась его актерской игре. Вот так с порога изобразить искренне переживание и нежные чувства к своей «невесте» явно сумеет не каждый.

– Ничего страшного. Я рада, что вы приехали, – девушка смущенно потупила взгляд, а Генрих ещё раз коснулся её руки губами, нарушая все нормы вежливости, но поддерживая легенду, и поспешил занять место за столом.

Не прошло и пары минут, как ар Ельцы откланялись и поспешно покинули дом, не задав Генриху ни единого вопроса. Впрочем, это было ожидаемо. Раз он и правда двоюродный племянник короля, не стоит переходить такому дорогу. Завтракали дальше весьма спокойно. Отец расспрашивал Генриха о помолвке и его намерениях, естественно, самых серьезных. Чуть позже все переместились в каминный зал. Скоро им с Заром нужно будет собираться, чтобы завтра утром прибыть в столицу.

– Простите, что всё вышло так сумбурно. Мы с Кари не думали, что выйдет такой казус, – с улыбкой произнес Генрих, поглаживая её ладонь на вполне законных правах.

– Главное, что недоразумение разрешилось, – с улыбкой ответила мама. – Я предполагаю, что вы вернетесь в столицу вместе с Кариель и Зариелем?

– Да. Увы, из-за дел я не смог прибыть вчера и был лишен удовольствия встретить Солайран с моей невестой. К слову, Кари, дорогая, – Генрих поднялся, а потом с поклоном протянул девушке два браслета. Один мужской для него и тонкий, изящный женский, для неё. – Нужно было сделать это раньше. Вы… думаю, я могу сказать ты, принимаешь моё предложение?

– Да, – Кариель немного трясущимися руками взяла мужской браслет и застегнула его на руке Генриха.

Фиктивная помолвка или нет, волнение это не уменьшало. Все-таки не каждый день такое происходит. Генрих застегнул её браслет. Застежки засветились и пропали, подтверждая, что два мага добровольно заключили помолвку. Теперь снять с девушки этот браслет мог только Генрих.

Кариель никогда не подумал бы, что за неполный день успеет заключить помолвку, утрет нос ар Ельцам и напакостит отпрыску благородного семейства. Кстати, о пакостях.

– Он будет что?! – Кариель чуть не подскочила с дивана. Они втроем, – девушка, Зариель и Генрих, – сидели в комнатах брата. Родители не были в восторге, что они так быстро покинули их, однако позволили брату увести сестру и друга к себе. Мать пошутила, что Зар теперь должен присматривать за нами и не оставлять наедине, на что молодой человек заверил, что не спустит с парочки глаз.

– Хрюкать. Как только захочет сказать гадость он будет хрюкать, – Зариель отправил в рот ещё горсть орешков. Они с Генрихом ударили по рукам. – Ты же не думала, что я забыл бабулины уроки? – Брат подмигнул ей – Я, конечно, не ты. Зельевар из меня такой себе, но кое-что и я умею. Действие отсрочено, на меня не подумают. Да и уверен, недоброжелателей у него хоть отбавляй.

– Я не сомневалась в тебе! Зато теперь у Уэнса будет полный набор.

– В каком смысле? – Генрих, который облюбовал второе кресло в комнате брата, тоже потянулся к орешкам. Близнецы уже успели рассказать ему обо всем, что произошло наконуне и Генрих даже посмеялся над убогим придурком. Хотя поставил себе мысленную заметку - усложнить парню жизнь. Он не позволит распускать о себе слухи такому ничтожеству. Не дай боги она услышит.... замучается извиняться.

– Я привила ему любовь к свиньям. Стойкую. Думаю, пик развития придется на конец зимы.

– Боги, как коварна моя невеста! – Возведя очи, сокрушительно произнес Генрих, под громкий смех друга. Кинуть в жениха подушкой, как уже кинула бы в брата, девушка не рискнула, мало ли как отреагирует, но желание было. – Кстати, я так и не поблагодарил тебя. Твоё предложение оказалось весьма к месту. Я с чистой совестью отшил всех девиц, приглашенных матушкой на праздник, и назвал им имя своей невесты. Вы бы видели их лица.

– Не стоит благодарить. Мне самой очень кстати пришлась это помолвка. Правда, я так и не поняла про обеды и прогулки.

Генрих сразу стал серьезным, сел ровнее. Он был старше блинецов на два года, однако сейчас обоим казалось, что повидал он куда больше. К вопросу своей помолвки, пусть и фиктивной, он явно относился серьезно.

– Мне должны поверить. Думаю, пару раз в неделю будем выбираться в город на короткие прогулки. Плюс подарки и письма.

– К чему подарки? Я же их все равно потом верну.

– Не выдумывай, – отмахнулся жених. – Всё, что я посчитаю нужным подарить будет принадлежать тебе. Считай это приятным бонусом. Через год, я думаю, может и раньше, все решится и тогда я представлю родителям настоящую невесту. С тобой разойдемся из-за несовместимости характеров или ещё по какой причине, – пожал плечами молодой человек.

– Год? А что будет через год?

Кариель попыталась вспомнить какие-то значимые даты для королевства, однако так и не смогла. Возможно, какие-то личные дела Генриха.

– Не бери в голову, – махнул он рукой хмуро.

Троица задержались дома до обеда. Слуги как раз успели собрать их вещи, которые они, впрочем, почти не доставали. Мать с отцом проводили детей и потенциального зятя до экипажа, ещё раз поздравили дочья и Генриха с помолвкой. На людях блондин так умело играл влюбленного, что девушка даже поверила и невольно начала ему подыгрывать. Это было ново, интересно и да, осознание того, что это просто игра, щекотало нервы.

Экипаж тронулся, а Кариель облокотились на плечо брата, прикрывая глаза и раздумывая о том, почему бабуля, которая всегда приезжает на Солайран и с которой девушка очень хотела поговорить, так и не навестила их дом в праздник.

– Доброе утро, – Джозеф вошел в столовую, взял под внимательными взглядами жаренный бекон, омлет и чашку чая и спокойно сел за соседний столик. Столик был пуст, хотя иногда Кариель видела, как парень завтракает в компании молчаливого Грегора. Сегодня Джо явно решил побыть в одиночестве. Впрочем, Кариель решила, что надо вытаскивать его из этого одиночества. Джозеф научился общаться без лишней грубости и в принципе последние недели вел себя почти образцово. Девушка решила, раз в глубине души она считает его другом, то почему бы не дать ему понять, что они и правда могут быть друзьями? Ещё бы дать понять это ребятам рядом.

Компания с неким удивлением смотрела на лорда, который сначала грубил им, потом почти месяц не разговаривал, потом иногда вел себя нормально и даже отвечал на вопросы, но всё же старался не пересеекаться, а тут вошел с утра в общую столовую, куда раньше старался приходить так, чтобы ни с кем не видеться, поздоровался, да ещё и сел спокойно.

– Доброе, Джо, – ответила девушка спокойно. Взгляд ребят тут же переместился на неё.

– Только не говори, что это его браслет… – Лави круглыми глазами смотрела на подругу. В столовой сейчас была только их компания. Близняшки убежали минутой ранее, а остальные либо ещё спали, либо уже ушли.

С праздника прошла неделя, а браслет на женской руке не заметил бы только слепой. Ребята пытали её на тему, чей он, и из-за чего Кариель, ранее сосредоточенная на учебе, так поспешно заключила помолвку, однако она не распространялась, сказав только, что это не имеет значения. И вот теперь Зела с Лави смотрели на её руку с украшением удивленно и даже испуганно, а парни поглядывали на Джо с явным непониманием.

– Не его. И вообще, вы не хотите ответить на приветствие? – Кариель спокойно улыбнулась, кивая ребятам на аристократа.

– Кари, при свей моей любви к тебе…

– Доброе утро, Джозеф, – Лави посмотрела на лорда, прищурившись. Она из них всех, пожалуй, была самая отходчивая. Ей не сложно было дать ещё один шанс парню. К тому же, он ведь и сам как-то помогал ей на занятиях. У Лави в деревне таких называли дурными, но не злыми.

– Доброе, Лави, - спокойно и даже с едва заметной улыбкой, ответил лорд.

– Кариель, признавайся, что ты с ним сделала? – Оливер смотрел на девушку совсем как брат неделю назад. Такой же удивленный взгляд, такое же недоверие. Она только улыбнулась.

– Просто он всё осознал. И, если вы не заметили, Джозеф уже довольно долгое время старается, чтобы стать лучше.

Джет смотрел на Джо недовольно. Потом вдруг усмехнулся.

– Джозеф, раз Кари говорит, что ты всё осознал, то давай к нам, что ли. Чего одному сидеть.

Лорд посмотрел на их компанию, поймал смеющийся, но добрый взгляд Кариель, и всё-таки пересел, заняв место рядом с девушкой.

– Глядишь и получится из тебя человек!

– Не понимаю вашего веселья, – закатив глаза, произнес несостоявшийся жених. Мы с ребятами переглянулись, сдерживая смех. – Я приношу свои извинения за свое неподобающее поведение, так как вынужден признать, что оно и правда было ужасным.

– Эк загнул…

– Да ладно, скоро научится нормально разговаривать. Кариель уже почти. – Джет хлопнул Оля по плечу, однако тут вдруг зазвенел колокол. Все переглянулись, отмечая, что ещё немного рано, однако тут же бросили всё и поспешили в класс.

-…контроль знаний. Почему опаздываем? – Бабуля смотрела на ввалившуюся в двери компанию, немного приподняв бровь. Взгляд был холоден, однако удивление проскользнуло на её лице, когда взрослая женщина заметила браслет на руке внучки. Не входило это в её планы, да и сын не говорил ничего. К тому же, всю неделю её не было в академии и занятия по практическому зельеварению отсутствовали. Она не видела Кариель и ничего не знала. Хотя сама девушка была уверена, что отец обязательно поведает матери о такой новости, как помолвка внучки. Видимо, зря она так думала.

– Мы не знали, что занятия начнутся раньше, приносим свои извинения, мадам декан, – произнес Оливер за всех. Ребята поклонились.

– Проходите. Кариель, задержишься после занятия.

Девушка только кивнула, занимая свое место и доставая всё необходимое. Кажется, бабушка будет расспрашивать про браслет. Но это ведь и не плохой шанс поговорить о "дополнительных"? По крайней мере, Кариел так казалось.

– Проверим, не забыли ли вы все мои уроки за неделю и праздник.

Миледи Оралия тут же быстро распределила зелья, которые ученикам нужно было приготовить за четыре часа, однако Кариель невольно заметила, что их компании и Лео достались наиболее сложные и, в большинстве своем, многокомпонентные зелья. И на протяжении всей недели Кариель также иногда видела побитых и грязных ребят, возвращавшихся с дополнительных, хотя она не понимала, кто их проводил, ведь миледи не было и почему этот же преподаватель не вел пары. Разговор с бабулей казался девушке всё более необходимым, а потому, едва занятие подошло к концу, и все сдали свои работы, – кто-то успешно, кто-то не очень, – она тут же подошла к бабулиному столу. Та ведь сама просила её остаться? Ну вот и чудно.

– Кариель, рада видеть тебя, родная, – Кариель не совсем поняла по взгляду бабушки, о чем та думает, однако та тут же недовольно, словно на змею, посмотрела на браслет. – Твой отец ни слова не сказал о том, что ты помолвлена, когда я разговаривала с ним последний раз. И почему я узнаю всё последняя? Кто он?

– Его светлость Генрих ар Иглас. Всё произошло слишком сумбурно, не думаю, что тебе будут интересны наши глупости, – рыжеволосая чуть виновато улыбнулась, бабуля нахмурилась. – Почему ты не приехала на Солайран? – Спросила капризно, неприлично перебивая родственницу.

– Были неотложные дела. Как видишь, они затянулись на неделю. Прости, родная, в следующем году я обязательно приеду, – бабуля коснулась её щеки, в её глазах промелькнуло что-то, похожее на нежность. – К слову о Генрихе. Удачный выбор. Не понимаю твоей спешки, но раз так надо, то пускай. Он хорошая кандидатура, я бы даже сказала – одна из лучших.

– Надо, – уверенно кивнула девушка. Миледи Оралия вдруг немного изменилась во взгляде.

– Ты изменилась за время, проведенное в академии, дорогая.

– Немного. Зар тоже заметил, – признала она смущенно, однако едва ли сама замечала такие уж разительные изменения.

– Ну да это даже хорошо. Пора взрослеть, скоро ведь Снежный бал, приглашения посыплются одно за другим.

– Я помолвлена.

– Помолвка не свадьба. Хотя ты права, не многие решатся прислать свое письмо, зная, что ты невеста ар Игласа. К слову, о бале. Платье готово?

– Матушка говорила, что через две недели будет в столице и мы вместе займемся платьем. Отцу как раз нужно будет сделать какие-то дела, которые нельзя решить из нашего поместья, – махнула Кариель рукой, невольно представляя, какое платье хотела бы и как она будет танцевать в нём со всеми… Ой. С Генрихом. Теперь только с Генрихом и с теми, кто осмелится у него спросить её танца. Кариель вздохнула. Что ж, были и свои минусы в помолвке.

– Чудно, – благосклонно кивнула бабуля. – Что ж, иди.

– До свидания, бабуль, – Кариель, пользуясь отсутствием свидетелей, поцеловала бабушку в слегка морщинистую щеку и уже пошла на выход, однако вовремя вспомнила.

– Бабуль, я видела друзей, когда они возвращались с дополнительных занятий, – рыжеволосая невольно замялась, однако вспомнив раненную Лави, осмелела, – Что происходит? Я волнуюсь за них.

– Я не понимаю, о чем речь. Им ничего не грозит, в академии безопасно, – спокойно ответила она. Впрочем, холодный тон пресекал дальнейшие расспросы.

Кариель кивнула, принимая ответ и покинула аудиторию. Она знала миледи Оралию с рождения и точно запомнила одно – если она чего-то не хочет рассказывать, то она и не станет. И никакие уговоры здесь не помогут. Впрочем, Кариель всё равно надеялась, что со временем она разберется в том, что происходит.

– Сейчас рванет!

…именно такими словами её встретила лаборатория. Кариель только шагнула в комнату, закрывая дверь, как голос Джета прогремел на всё помешение, а ребята, – она не видела, кто именно, – нырнули под столы, а котелок на одном из дальних столов подлетел вверх и с громким хлопком взорвался, на несколько метров вокруг запачкав всё темно-синей жижей.

– Да чтоб ещё раз… Какого черта нам взрывающиеся понадобились?! – Оливер вылез из-под ближайшего к месту взрыва стола, потирая ушибленную, видимо, при поспешном наклоне, макушку. Спина парня была в той самой жиже. Видимо, полностью под стол он не влез.

– Хорошее домашнее задание – угробь себя, называется! И Лео этот ещё… – Джет бы, наверное, так и продолжал рассуждать в слух, выдавая очень интересную для застывшей в шоке Кариель информацию, однако Зела заметила подругу и тут же громко поприветствовала:

– Кариель, привет.

– Привет. А что вы тут делаете?

– Да так, нашли интересное зелье, решили сделать, но не вышло, – Лави толкнула локтем Джета, тот усиленно закивал. Им было строго на строго запрещено распространяться. Они бы и не смогли из-за заклинания, но навести на подозрения тоже не хотелось. Особенно Кариель. Для Джета та была словно младшая сестра, наивная и славная, девушка, которую нужно оберегать. Не хотелось впутывать её во всё.

– А причем тут домашнее задание и Лео? – Кариель, отойдя от шока, осторожно подошла к ребятам, стараясь не наступать на разлившуюся гадость и не запачкать платье. Ребята переглянулись. Врать вызвался Оливер. Что её именно врать будут, понять было не сложно. Девушке стало немного обидно, что её так очевидно держат за дурочку.

– Да это просто из раздела домашнего задания. Старших курсов. Мы нашли пометки на полях в книжке Зелы, – парень указал на шатенку. Та тут же кивнула, подтверждая. – А Лео отказался нам помочь.

Оливера тут же пнула в ногу Зела, однако слова были сказаны. Кариель только вздохнула. Какие пометки, если они первый курс зельеваров в этой академии? Разве что друзья откапали чью-то личную книгу или старый учебник. Лгуны из них, конечно, так себе. Однако… Кариель решила, что не будет наседать. Может сами расскажут, а может им просто нельзя говорить? Девушка вздохнула, и почему ей эта мысль раньше не пришла в голову?

– Позвали бы меня. Обычно так и делаете ведь.

– Ну не будем же мы тебя до самого экзамена обо всем просить, – улыбнулась Лави несколько смущенно. – Но зелье и правда не вышло.

– Показывайте, что у вас тут.

До самого вечера компания провозилась в лаборатории. Друзья предоставили девушке список ингредиентов того самого зелья, которое у них не вышло и она потратила минут десять, чтобы понять, что же они сделали не так.

– Вот тут. Пометка: три ч. Что это по-вашему?

Ребята переглянулись.

– Мы решили, что это три части. – Зела заглянула через её плечо, а потом, ещё раз пробежав глазами по тексту, хлопнула себя по лбу. – Три часа! Вот что это! А мы ведь ещё удивились, что про время сказано только в начале, а оно вот, тут!

– Тогда не ясно, сколько амальгамы, – Оливер пристроился со второго плеча. Лави и Джет склонились через стол.

Кариель провела пальчиком по строкам. Остановилась на последней.

– Вот. Написано же: поровну.

Оливер повторил жест Зелы, а потом побежал к стеллажам за новой порцией ингредиентов. Ребята бросились помогать, все-таки нужно было больше десяти трав и несколько минералов. Девушка только пожала плечами, отложив записи, однако решила остаться с друзьями и помочь. Мало ли, что натворят на этот раз.

– Проверять когда будем? – спросил Джет, рассматривая плотную субстанцию, которая осталась в котелке после нескольких часов работы.

Все снова столпились вокруг, пытаясь понять, как пластинчатая глиняная субстанция может быть сильным взрывателем.

– На след… Ай! – Оливер потер правый бок, в который локтем ударила улыбающаяся Лави. Оливер бы зашипел на девчонок, все бока и так отбиты, но он понимал, что ему и правда стоит следить за языком. – Не будем мы это проверять. Сума сошел что ли?

Джет как-то странно посмотрел на друга, потом на Кариель и кивнул. Девушка только переводила взгляд с одного на второго, размышляя, как реагировать на явные оговорки, когда дверь в лабораторию открылась.

– Вы не видели… Кариель, – Лео оглядел компанию. Задержал взгляд на той, которую искал, кивнул, приветствуя. Посмотрел на ребят и тут же нахмурился.

– Что-то случилось, Лео?

– Тебе посылка, внизу у коменданта. Он просил найти тебя, ему нельзя подниматься на жилой этаж, – Лео отошел от двери, предлагая ей поспешить за подарком от Генриха, – девушка не сомневалась, что от него, – и ей не оставалось ничего, кроме как действительно покинуть лабораторию. Уже закрывая дверь, Кариель услышала гневное:

– Совсем с ума сошли?! Миледи будет недовольна! Она…

Кариель быстрым шагом спустилась вниз, на ходу пытаясь обдумать всё и найти хоть какое-то оправдание действиям бабули, друзей и Лео, который, – уже не было никаких сомнений, – осведомлен обо всем куда больше, чем сами ребята.

Забрав посылку у коменданта, она вернулась к себе, решив сегодня больше ни с кем не видеться. Нужно было обдумать всё спокойно. К тому же, нужно было выбрать платье на завтрашнюю прогулку с Генрихом. За всю эту неделю они ни разу так и не увиделись, однако письма приходили раз в два дня. Пара обменивалась новостями, ничего не значащими комплементами. Генрих рассказывал про брата, которого сейчас неожиданно перевели в специальную группу, для детей главных чиновников и министров королевства и начали втрое усерднее учить. Сначала девушка переживала за брата, однако жених успокаивал – перевод означал скорее доверие и то, что Зар подает большие надежды.

Посылкой оказалась небольшой, коробочка была едва ли полторы её ладони в ширину и длину. Кариель заперла дверь, села на кровать, разворачивая подарок. Выпала записка.

«Надеюсь, этот скромный подарок заставит тебя улыбнуться. Размер спросил у твоего брата, надеюсь, не ошибся. С наилучшими пожеланиями от твоего жениха. Генрих ар Иглас»

Кариель только покачала головой, впрочем, и правда с улыбкой. Открыла футляр. И ахнула. На бархатной подушке лежало невесомое кружевное ожерелье. Таких было не так много и делали их ювелиры очень неохотно. Всё дело было в материале и технике. Девушка мало интересовалась самим процессом, однако знала, что для создания невесомого кружевного во всех смыслах ожерелья нужно уметь вытягивать из платиновых пластинок тончайшие нити, которые сплетали в узоры, украшая те драгоценными камнями. Помнится, её отец как-то заказал маме такое, и ждал свой заказ не меньше полугода.

Ожерелье, подаренное девушке, было украшено яркими, словно светило, янтарями. Она осторожно подняла украшение, встала напротив зеркала и приложила к себе. Смотрелось идеально. Она практически не дышала, смотря на эту красоту. Как там говорил Генрих? Считать это приятным бонусом? Боги, бонус явно приятный и также явно очень дорогой.

Кариель осторожно вернула украшение в футляр и убрала в дальний отдел шкафа. Она решила, что обязателльно наденет это украшение на Снежный бал. Девушка прикрыла глаза, вспоминая тончайшие узоры, складывающиеся то в языки пламени, то в воздушные вихри, то в цветы, украшенные камнями… Ну Генрих… Нужно будет подобрать ему запонки. Да, обязательно. Нельзя оставлять такой подарок без ответа.

С того памятного для Кариель вечера в лаборатории прошло уже две недели. Приближалось начало последней трети осени, а значит до Снежного бала было рукой подать. Расписание девушки стало очень насыщенным и совершенно не в плане учебы. Предметы почти не менялись, разве что группу студентов стали проверять на остаточные знания, оценивая, насколько те готовы к полугодовым экзаменам в конце первой трети зимы. И большая часть группы, не смотря на ярое нежелание многих тут присутствовать, всё-таки справлялась хорошо. Однако, сама группа стала несколько меньше. После того, как исключили Мону, отчислились и две её подружки. София, как поделилась с подругами Зела, тоже подумывала уйти, однако на неё давила семья. Не богатая, но достаточно зажиточная, желающая для дочери лучшей жизни. А для этого было необходимо образование. И того, их стало на три человека меньше, а потенциально ещё на одного.

Расписание Кариель стало насыщеннее из-за нескольких вещей. Первое и, пожалуй, основное – её прогулки с Генрихом. Они, как и обещал милорд, старались видеться хотя бы раз в два дня. Иногда, в три, но тогда Генрих обязательно посылал девушке букет и извинения. Букеты вообще прочно поселились в её комнате, а также в комнатах подруг. Опытным путём было выяснено, что из-за большого количества цветов в комнате у Кариель начинает болеть голова, вот и пришлось раздать почти все цветы. Но девочки не то чтобы были сильно против.

Второе, помимо прогулок с псевдо-женихом, добавились занятия по травологии. Что показательно, мадам Тёрн разрешила приходить к ней дополнительно только Кариель, Зеле и Лави. Мальчишек пожилая жензина не жаловала и разрешала приглашать их только в том случае, если требовалась помощь в том, чтобы что-то принести, унести или переставить. Случалось такое редко, а потому вход в кабинет мадам Тёрн вне учебное время всем парням и оставшимся студентам был закрыт.

Кроме прочего, в столицу приехали родители девушки. Отец занялся делами, а мама – дочерью. Бал на носу, той нужно было пошить платье по уже выбранному миледи Лианией эскизу, выбрать прическу, найти визажиста. Почти все выходные девушка проводила в салонах.

Все эти дела были в разные дни и вечера, довольно редко пересекались, однако каждый вечер, часов в девять, Кариель взяла за правило спускаться в столовую и сидеть там, не включая света. Девушка занималась совсем не приличным для миледи делом - следила за друзьями. Она пыталась убедить себя, что всё не так плохо, всё наладится и ничего опасного наверняка не происходит, однако всё равно не могла ничего с собой поделать. Особенно после того, как однажды утром, примерно дней десять назад, Оливер пришел на пары со сломанной рукой. Через пару дней целители, конечно, залечили кости, однако сам факт. Молодой человек сказал, что упал ночью с лестницы. Но Кариель уже не поверила. И не зря. Все четверо её друзей бросали на Лео такие злые взгляды, что той не составило труда понять, что, как и в ушибе Лави, в поломанной руке Оля виноват тоже Лео. В этот момент стало откровенно страшно. Снова идти к бабушке Кариель не решилась. Она опять отправит назад и не станет слушать. Иногда Кариель думала - или скорее надеялась, - что она вообще не в курсе всего этого. Друзья начали уходить на вечер не только в день дополнительных по зельеварению, но постоянно. Слабая надежда пока ещё не покидала миледи, потому что она не могла поверить окончательно, что её прелестная, всегда добрая и справедливая бабуля, задумала что-то опасное для своих студентов и её друзей.

Именно поэтому каждый вечер Кариель ждала прихода друзей и ловила каждое брошенное ими в полумраке этажа слово. Они говорили шепотом, почти всегда, но благодаря тишине она разбирала многое. И запоминала. Когда всё же решится пойти к бабуле, она должна знать хотя бы что-то, кроме времени их возвращения. Или иметь хоть какую-то информацию. В одном из своих писем брат писал, что для любого политика и дипломата, информация – сила. Тогда девушка не до конца понимала, о чем он говорит, но сейчас же осознала вполне отчетливо. Воспитание противилось таким методам, вера в бабулю требовала не дурить и успокоиться, однако… страх за друзей, за первых настоящих друзей, оказался слишком сильным. Он требовал действовать. Воспитание? Не слышали о таком. К тому же, близнецы всегда были шкодливы не в меру, – к слову, цитата их няни, – и воспитание… Оно никуда не делось, просто есть вещи, которые нужно сделать. Ни смотря ни на что.

Сегодня, как и последние дни после того, как Оливер сломал руку, Кариель сидела в столовой, ожидая возвращения друзей. Очень хотелось спать – встала она сегодня рано, к тому же было дополнительно занятие у мадам Тёрн, на котором девушка серьезно вымоталась, однако нужно было ждать. Чтобы не уснуть, девушка перебирала в голове состав Миража. Это зелье делало человека, выпившего его, незаметным для окружающих. Оно было запрещено к изготовлению всем, кроме охранного ведомства. Впрочем, там был такой состав, что обычный человек, не обладающий деньгами или связями, просто не сможет найти всех ингредиентов, половина из которых была строго запрещена, а вторая половина была так труднодоступна, что даже в самом большой и роскошной оранжерее, в самой обустроенной лаборатории мира нельзя было найти и десяти граммов этих ингредиентов.

Девушка дошла до тридцать восьмого ингредиента, алмазного порошка, когда дверь в их жилое крыло открылась и послышалась отчетливая ругань. На фоне были слышни ещё и всхлипы. Кариель тут же осторожно подошла к двери.

– Она будет в порядке? – ага, хмурый голос Джета.

– Да, целитель же сказал. Просто переутомилась, – а вот это голос Лео.

Кариель дождалась, когда компания выйдет на свет. пытаясь понять, что произошло на этот раз, и ахнула, едва успев зажать себе рот рукой. Зела лежала на руках Оливера, совершенно не подавая каких-либо признаков жизни. Девичья ладони были сложены на животе, даже в тусклом освещении было видно, что девушка слишком бледная. Ребята были хмурыми, впрочем, Лео тоже, что было редким явлением. Когда все они возвращались вечерами, Лео обычно был весел или, куда реже, безразличен. Однажды, Кариель видела его ехидным. Однако сегодня он был хмур и это уже могло указывать на то, что произошло что-то серьещное.

– Что произошло?

Кариель не выдержала. Слишком долго девушка наблюдала за всем этим, теперь же ей были нужны ответы. Она покинула свое убежище, попадая в полосу неяркого лунного света. Вся компания тут же остановилась. По их лицам было видно, что они знатно ошарашены появлением подруги. Оливер от удивления на фоне усталости чуть не выронил Зелу. И это бы смотрелось комично, если бы не вся ситуация, в которой они все оказались. Первым, что абсолютно неудивительно, в себя пришел Лео.

– Упала в обморок. Ничего страшного, – парень попытался улыбнуться, но выглядело так себе, глаза смотрели цепко и внимательно. Ребята дружно закивали, подтверждая его слова, на что Кариель только хмуро покачала головой.

– За этот месяц вы врали мне больше, чем когда-либо кто-либо, как мне известно. Я каждый вечер здесь. Так может кто-нибудь всё-таки расскажет мне, что происходит?

После этих слов даже следов улыбки не осталось на лице Лео. Друзья девушки, как один, побелели, сравнявшись цветом кожи с Зелой. Даже темнокожий Джет заметно посерел. Вся четверка дружно посмотрела на Лео. Кариель нисколько не удивилась, так как предполагала, что требовать ответов ей нужно именно от него.

– Кариель, я не знаю, что ты себе напридумывала, но это просто дополнительные занятия. Казусы случаются везде. Лучше помоги Оливеру с Зелой. Не думаю, что она обрадуется, если он будет её раздевать. И Лави одна не справится.

Лео говорил что-то ещё, несомненно логичное и правильное, как он умеет, однако Кариель уже на фразе про казусы направилась к выходу с жилой зоны. Лео удивленно прервался, когда девушка уже дошла до двери. Он, честно говоря, ситуации был совсем не рад. Да и он достаточно устал за сегодня, чтобы придумать сейчас что-то нормальное в качестве отговорки для миледи.

– Кариель?

– Я иду к миледи. Хочу узнать всё.

– В комнату Зелу отнесите, я разберусь, – холодно, совсем иначе, бросил Лео ребятам, однако, что они ему ответили, Кариель не услышала, захлопнув дверь и направившись к бабуле.

– Плохая идея, Кари, – Лео нагнал девушку почти у входа на учительский этаж. За эти недели она специально разузнала, где находятся рабочие комнаты, а где спальни пребывающих тут преподавателей. Собственно, именно в рабочие комнаты она и направлялась. Почему-то она уверена, что бабуля именно там.

Лео упрямо шел за ней, но пока что не рисковал касаться. В конце концов, у него было к ней определенное уважение и он понимал, - где-то глубоко внутри всё же понимал, - её волнения.

– Плохой идеей было молчать так долго. Бабуля врала мне, но сейчас я хочу знать правду.

– Во-первых, она уже наверняка отправилась домой, – Лео поравнялся со девушкой, засунул руки в карманы, сжимая те в кулаки. – Во-вторых, к чему тебе это? Я уже всё объяснил, тебе нечего…

– А теперь ты меня послушай, – Кариель резко остановилась, посмотрела на парня, который по инерции прошагал немного вперед, но потом обернулся к ней, поняв, что шагает один. – Во-первых, я не давала тебе разрешения так ко мне обращаться. Это право есть только у моих друзей и родственников. Ты не относишься ни к тем, ни к другим. – Лео хмыкнул, сложил руки на груди, делая вид, что слушает, однако начинал злиться. Ощущение того, что сейчас эта девчонка добавит им всем проблем его не отпускало. – Во-вторых, я – её светлость Кариель ар Наром и делаю то, что считаю нужным. Ты не тот, кто сможет повлиять на мои решения.

Высокомерно подняв голову, она обошла парня по ди правда пока сидит за делами. Лео уже через мгновение был рядом, ужасно злой. И это девушку, несомненно, безумно порадовало. Его местами высокомерное ехидство сейчас бесило просто до ужаса, как и постоянное равнодушное лицо. Ей иррационально хотелось вывести его из себя, увидеть другие эмоции на этом лице. Ему же сейчас хотелось отдернуть её от двери и увести в комнаты. Однако, всё же, у него на это не было права. Нужно было обговорить всё с её бабкой заранее.

– Кариель, это плохая идея.

В голосе Лео послышалось осязаемое напряжение, даже предостережение, однако она уже не слушала парня. Кариель отбросила его руку, которой он всё же попытался схватить её, чтобы всё-таки увести и резко толкнула дверь.

– Бабуля, я желаю узнать… Добрый вечер, милорд Наоль ар Шасс, – тело девушки уже привычно, даже, можно сказать, рефлекторно, выполняло поклон, а лицо покраснело. Она ругала себя последними словами, правда, мысленно. Ей совершенно не приходило в голову то, что родственница может быть в кабинете ни одна.

– Кариель, что за поведение?! – Женищина смотрела сердито. Напряжение в её взгляде было куда более сильным, чем у Лео. Её же гость никак не выразил своего недовольства поведением молодой девушки, наоборот, улыбнулся.

– Добрый вечер, миледи, – министр торговли обозначил поклон, поцеловал её руку. – Не ожидал увидеть вас так поздно и в такой компании.

Мужчина кивнул на Лео. По характеру кивка, по взгляду, девушка поняла, что с Лео министр был знаком. Он смотрел на молодого парня с едва уловимым уважением.

– Я не подумала о том, что миледи Оралия будет не одна, приношу свои извинения за вторжение, – Кариель снова поклонилась и уже собиралась покинуть кабинет, чтобы вернуться позже, когда вдруг из кресла поднялся кто-то, ранее ею не замеченный.

– А она ведь больше подходит.

– Не думаю, что она подойдет, – женщина смотрела на мужчину среднего возраста показательно спокойно, с опаской, однако в глазах промелькнула задумчивость.

– Почему же нет? Зела не подходит по типажу, мы сказали вам ещё в самом начале. Её придется красить, учить манерам, кои она, увы, в полной мере не освоит за оставшееся время. Однако ваша внучка – совершенно другой разговор. И уровень.

Мужчина смотрел на девушку очень внимательно, оценивал, прикидывая, справится или нет. И ответ на собственные мысли его радовал. Эта девушка подойдет отлично. Гораздо лучше дочери кузнеца.

Их не представили, Кариель не стала кланяться, однако от изучающего взгляда ей было не по себе. Она не поняла слов про Зелу, про какой-то там типаж, однако ощущала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Впервые за всё это время она была согласна с Лео. Врываться так было плохой идеей.

– Думаю, Каган прав, – милорд Наоль посмотрел на девушку внимательнее, – Глаза медовые, волосы огненные. Равно, видимо, как и характер. К тому же, она в его вкусе.

Трость мужчины, – с которой, как говорили, он никогда не расставался, – слегка постукивала по полу, однако девушка почти сразу перестала обращать на это внимание. Куда больше её заботило лицо бабули, которая молчала. Её внучку рассматривали словно диковенную зверушку, а она не возразила более ни разу. Она и правда размышляла над словами присутствующих мужчин.
Кариель посмотрела на Лео. Парень был внешне достаточно спокоен, но в его жестах и глазах угадывалось напряжение. Кариель невольно подумала о том, что этот незнакомый ей парень волнуется за неё больше родной бабули. Она тут же отогнла эту мысль. Такого ведь быть не может, бабуля её любит.
Заметив взгляд Кариель, Лео только зыркнул раздраженно на девушку, которая тут же отвернулась. Во время их коротких переглядок, Наоль как раз закончил рассматривать девушку. Названный Каганом тоже. Они оба пришли к одному выводу -- Кариель подойдет для их плана просто идеально.

– Это идеальный вариант.

– Она не прошла курс с остальными. Она не сможет за себя постоять, глупо привлекать её к такому ответственному делу. - Миледи Оралия была задумчиво, отвечала сухо и по делу, хотя Кариель и пыталась найти в ней хоть какое-то переживание за неё. Возможно, это была иллюзия, но она находила во взгляде женщины то, что искала.

– Не важно это. Научите её основам, а потом приставите грамотного охранника. В конце концов, нам нужна миледи, а не вояка.

– Простите, я не понимаю.

– Она помолвлена.

Лео сам от себя не ожидал, что вмешается. Исходя из его репутации, его слова имели какой-никакой, но вес. Однако, он не понимал, зачем вообще открыл сейчас рот. Лео только видел перед собой побледневшую и немного напуганную Кариель, задумчивых мужчин и миледи и понимал, что те уже решили судьбу младшей ар Наром. И почему-то это его не радовало.
К удивлению Кариель, которая ожидала, что Лео выгонят и не будут слушать, этого не случилось.

– Да, я наслышан. Мне кажется, милорд Генрих согласится разорвать помолвку. К тому же, у них был составлен довольно стандартный договор, если слухи не врут. Так что, миледи Оралия, готовьте девочку. На Снежном балу мы начинаем.

– Время… – попыталась влезтьь бабуля, однако ей не позволили более что-то добавить.

– Готовьте, – голос министра стал ледяным. Никто из присутствующих не посмел возразить. Оба мужчины, Наоль и Каган, вежливо поклонились бабуле, потом её внучке. – До встречи, миледи. Лео, – кивок головы достался и парню.

Когда за мужчинами закрылась дверь, Лео выругался. Очень нецензурно и совершенно неприлично. Кариель прикрыла рот рукой, невольно покраснев. Старшая миледи медленно осела в кресло.

– Ликер.

Лео подошел к шкафу, где, как он отлично знал, хранится небольшая бутылка и стакан. Он не раз бывал в этом кабинете за это время, обсуждая и дополняя сведения. Молча налил требуемое в стакан. Миледи залпом выпила, даже не поморщившись.

– Ничего уже не исправить. Лео, я хочу знать, почему она здесь?! Ты не мог удержать?! Это путает нам все планы!

Голос женщины повышался всё больше с каждым словом, под конец сорвавшись на крик. Такого она себе почти не позволяла, только в самых крайних случаях. Сейчас был именно такой. Подумать только, собственная внучка влезла в такое дело. Кариель опустила взгляд. Теперь она поняла, чт совершила что-то непростительное и влезла туда, куда не следовало.

– Я мог удержать её только связав, – хмуро отозвался Лео. – Она шпионила за нами уже недели две точно. Может и больше. И эти, – парень скривился, – тут проболтались, там словом обмолвились. С зельем просили помочь. Тут бы и ребенок догадался, что что-то не чисто. Удивлен, что она так поздно…

– Мне не нужны твои рассуждения, – холодно прервала бабуля парня. Тот послушно замолчал. – Кариель, объяснись.

– Бабуля, прости, я… Я так переживала за друзей и Лави ушиблась, Оль руку сломал, ты мне ничего не говоришь, возвращаются они по ночам! Я не могла остаться в стороне!

– И именно сегодня тебе приспичило сюда наведаться, – она покачала головой.

Женщина откинулась в кресло, прикрыла глаза. Кариель с Лео невольно переглянулись.

– Бабуль…

– В этот раз, Кариель, ты совершила серьезную ошибку.

Кариель только опустила голову. Она не поняла, во что влезла, но уже четко осознала, что добра теперь ждать точно не придется. Во всей ситуации девушка видела только одно хорошее – совсем скоро она наконец-то узнает правду и теперь ей никто не соврет.

– Садись, разговор будет не легкий и долгий. – Миледи Оралия указала внучке на то кресло, в котором до этого сидел милорд Каган. Девушка послушно села, справедливо решив, что и так уже прилично насвоевольничалась.

– Миледи Оралия, с вашего позволения, я пойду посмотрю, как Зела, – Лео, честно говоря, не горел желанием присутствовать при разборках родственниц и вовремя вспомнил про девушку, которую и правда стоит навестить. В конце концов он ведь не уследил, а должен был. Однако, женщина прервала все намерения парня удалиться одним взмахом руки.

– Ты тоже мне нужен. Садись.

Лео со вздохом занял второе кресло. Хмуро посмотрел на девушку, однако ничего не сказал. Бабуля глубоко вздохнула, посмотрела на бутылку с ликером, но, видимо, решила не напиваться. Кариель вообще первый раз видела, чтобы родственница пила такие крепкие напитки.

– Ночь долгая, так что начнем с далека. Кариель, что ты знаешь о Тельмарской империи?

Девушка едва заметно пожала плечами. Как и все, она знала только общепринятое. Плюс сведения, которые иногда кто-то сбалтывал в разговоре. Про империю здесь вспоминали редко, по крайней мере среди молодежи. А вот старшие всё больше и больше обращали свое внимание в ту сторону.

– Самая большая империя на материке. Владеет огромным количеством земель. Политический строй – монархия. Сейчас там правит молодой император, его императорское величество Лаерт Алиер. Прошлого императора свергли. В отличии от отца, новый император не является приверженцем кровопролитных войн. За время своего пока ещё недолгого правления, мирным путем присоединил Шахнесское королевство и взял под контроль кочевников юга. – Кариель на минутку задумалась, вспоминая. – Был с визитом в нашем королевстве в том году в начале лета. Не женат. В остальном об империи… Много магов, в том числе тех, которые владеют редкой пространственной магией. Империя является главным поставщиком многих товаров, эксклюзивных в основном. Монополисты в большом количестве областей.

– Неплохо, учитывая, что ты не любишь страноведение, – не удержался от комментариев Лео, едва слышно хмыкнув. Обе ар Наром посмотрели недовольно. – Молчу.

– Что еще помнишь?

– Империя образовалась триста лет назад. Правящая династия – маги-универсалы. Единственная известная семья с умением управлять одновременно четырьмя основными стихиями на этом континенте. Однако, редко пользуется этим даром, как и многие маги в принципе.

Кариель попыталась вспомнить что-то ещё, однако на ум больше ничего не приходило. Пожалуй, это были все её знания об империи.

– Что ж, неплохо. Теперь подробнее о визите его императорского величества. – Женщина откинулась на спинку кресла, прикрыла глаза. Было заметно, что за день она устала и, несмотря на её же слова о долгой ночи, хотела закончить разговор как можно быстрее. – Император приезжал, чтобы предложить нашему королю мирно присоединиться к империи. На правах республики, с правом выхода в любой момент. Думаю, понятно, что король отказался.

Кариель кивнула, хотя вряд ли бабуля видела, глаза ведь так и не открыла.

– Однако нашлись те, кому предложение императора пришлось по душе. Открывается много перспектив. Снижение пошлины на товары, доступ к ресурсам империи, развитие экономики… Да много чего, – бабуля на пару мгновений замолчала, а потом вдруг спросила:

– Кариель, ты знаешь, чем мы ценны для империи?

– Земля?

– Выход к морю. – Поправил её неожиданно Лео. – Он и у нас есть, однако ваша акватория более спокойная, мимо ваших вод проходит огромное количество торговых путей с других материков. К тому же, редкие виды рыб, которые вылавливают только у вас. Наш интерес понятен.

– Ваша? Ты же сам поданный королевства!

Лео посмотрел на девушку с таким ехидством, что та тут же замолчала, а потом окончательно поняла контекст. Её одногруппник оказался имперцем. Однако, это не укладывалось в голове. Неужели никто не знал? Хотя, действительно, он ведь мог приехать под видом обычного торговца или путешественника. Их королевство само по себе государство мирное, не вступающее в конфликты, но свои границы строго охраняющее. Лео вполне мог прибыть и затеряться. Но к чему ему это? За всё время обучения парень не показал ни капли дара, что было не удивительно. Кариель не зря говорила, что сейчас маги стали реже использовать свои силы. Артефакты решили многие проблемы, с болезнями разбираются зельевары и лекари, а грамотно обучают силе только стражу. Однако, вернемся к вопросу: почему он тут и при чем тут разговор императора и их короля?

– Лео прав. Нашим богатством является именно море. В общем, император уехал, однако через несколько недель ему было направлено письмо, где довольно большая группа людей предлагала свою помощь в присоединении королевства.

– И вы препятствуете им?

– Нет, Кари, мы им помогаем. Я была в числе тех, кто подписался под тем письмом. – Бабуля наконец-то снова села ровно, посмотрела на шокированное лицо внучки. – Я полностью поддерживаю присоединение. И, как одна из самых сильных зельеваров королевства, как часть совета, который, к слову, подписался на той бумаге в полном составе, имею много возможностей.

– Но это измена.

– Кари, милая, в силу того, что вы редко покидаете свои владения, многое проходит мимо вас. Королевство на грани саморазрушения. – Миледи покачала головой. – Беднота, нищета даже, болезни, смерти. И дела никому нет до этого. Ты бы знала, каких сил стоило открыть эту академию! Официально, конечно, это делала не я, но я принимала участие. Аристократы кривили лица из-за того, что с их детьми будут учиться простолюдины. Требовали прекратить балаган и заняться важными делами. И никого не волновало, что в королевстве катастрофически не хватает целителей. А те, что выходят из королевских академий для аристократов едва ли готовы работать. Им бы гулять да капитал тратить, – бабушка скривилась.

– Но король…. Бабуля, я не понимаю!

– А придется. – Взгляд миледи стал строгим, холодным. – Ворвавшись сюда сегодня ты подписала приговор. Себе в первую очередь.

– Бабуля.

– Чтобы произошло мирное присоединение, нужно убрать оппозицию. Это наш король, двое его советников… А нет, уже один. Второй вчера случайно упал с лошади, – её светлость улыбнулась, кивнув своим мыслям. Что-то мне подсказывало, упасть лорду помогли. – Наследник согласен на присоединение. Чтобы не вызвать смуты в королевстве, он согласен на тихое устранение его величества и подписание необходимых для присоединения бумаг. Однако проблемы есть и в самой империи. Бастард. Признанный бывшим императором, что резко повышает его статус. И он старше нынешнего правителя. Входит в совет и против того, чтобы присоединять нас как самостоятельную республику. Он требует военных действий и полного присоединения без права выхода и сохранения местной власти. Он любит войну и кровь, и возглавляет оппозицию в империи.

– Убийство короля, брата императора, министров, – Кариель глубоко вздохнула, пытаясь осознать информацию и понять, во что же она ввязалась. Картина выходила не самая радужная. Подумать только, в их маленькой академии строят заговоры против королевства.

– А я говорил – плохая идея.

– Не нужно было калечить ребят!

– Лави ударилась при неудачном падении, её вина, что не научилась группироваться, учитывая, что это было первое, чему их учили. Оливер дернулся. К слову, тоже сам. А Зела переутомилась. Тут моя вина, не доглядел, что она уже на грани, – спокойно произнес парень, признавая за собой вину в ситуации с Зелой. Лео был самоуверенным, холодным, но ошибки признавать мог всегда.

– Ты!

– Хватит. Ругаться вам сейчас точно не к чему. Лео, теперь берете на занятия и её.

– Миледи, она же…

– Она должна уметь защитить себя. Не нужно делать из неё война. У неё будет другая задача, – покачала головой женщина, а потом, словно что-то вспомнила, споткнувшись взглядом о мой браслет. – Разорви помолвку с Генрихом. Она будет мешать.

– Чему? В чём в конце концов моя задача? И что про типаж? Я по-прежнему не понимаю, что творится в нашей академии! – Кариель повысила голос, наверное, впервые в жизни. Миледи Оралия посмотрела на внучку удивленно, ведь ранее так и правда никогда не позволяла себе повышать голос, тем более в присутвии взрослого человека. Лео едва слышно фыркнул.

– А ты и так умеешь. Я думал, ты вечно улыбаться и кивать будешь.

– Леонар!

– Молчу, – сдался парень под строгим взглядом миледи. Кариель мысленно зацепилась за имя, которого ранее не слышала. Леонар? Так его зовут полностью? В империи он был явно не просто крестьянином, такое имя больше подходило аристократу. Впрочем, Кариель не стала спрашивать. Ответов она в любом бы случае не получила.

– По поводу задания. Я предложила на эту роль сначала Лави, но она не подошла по комплекции, да и по характеру, сложно будет такой исправить. Потом Зелу. Однако сегодня в наш разговор вмешалась ты и вышло как вышло. Впрочем, ты и правда подойдешь куда лучше. Полностью о задании узнаешь позже, однако в ближайшее время ты должна разорвать помолвку с Генрихом. Это важно. К Снежному балу ты должна быть абсолютно свободна.

– Но тогда Уэнс…

– Ему не позволят. Теперь никому не позволят. – Покачала головой женщина, уже прикидывая, где и на кого нужно надавить, чтобы их план и дальше шел так, как надо. – А кто рискнет, тому объяснят, почему ты не согласна заключить помолвку. Ты не увидишь ни одного конверта, дорогая, поверь мне.

– Я не понимаю…

– Тебе пока и не надо. Твоя задача сейчас – усердно учиться, выбирать платье к празднику и научиться защищать себя. Слушай Лео во всем, он поможет.

Перспектива возиться с молоденькой и не смыслящей ничего в таких делах аристократкой Лео не прельщала. Это было видно и по лицу, и по позе. Однако, раз оба милорда отдали Кариель ту роль, то ему придется. В конце концов, от её успеха будет зависеть слишком многое.
Лео кивнул миледи, подтверждая, что услышал её и будет заниматься теперь ещё и с Кариель, девушка же решила наконец-то получить ответ на самый важный вопрос. Никто ведь и слова не сказал о том...

– ...для чего ты готовишь ребят? Нас.

– Вы – диверсионная группа. В империи готовилась такая же. Изначально мы не должны были готовить группу здесь, в королевстве. Нами была сформирована команда в империи, участники которой должны были сначала выполнить задачу в королевстве, а потом, после тщательной подготовки, в империи. Нашей задачей здесь была всяческая им помощь и оказание любой услуги и поддержки. Группе, конечно, помогли бы выполнить задание, выбраться и вернуться на родину по возможности целыми и невредимыми, но на нас не вышли бы. Всё-таки у короля ещё есть верные люди, нужно быть осторожными. Однако группу, подготовленную в империи, вычислили и уничтожили почти всех по пути сюда. Пришлось экстренно решать, что делать. Раз в рядах сторонников императора завелся предатель, было принято решение набрать группу из учеников моего факультета, который я изначально собиралась курировать лично. Тебя в планах, как ты понимаешь, не было.

Кариель нашла в себе силы кивнуть, но на то, чтобы произнести хоть слова -- увы, нет. Слов у неё в принципе не было. Бабушка, поняв, что девушка всё услышала и ей теперь нужно всё это переварить, отправила обоих прочь из кабинета по комнатам. Им нужно отдохнуть, а ей отправить несколько писем, переигрывая уже начатую игру.

– Ты был прав. Это была плохая идея, – тихо согласилась наконец-то Кариель, уже на подходе к нашему жилому крылу. Всю дорогу до этого они шли в тишине.

– Нужно было связать тебя. Хотя согласен с милордом Наолем. Ты подойдешь больше, – куда более равнодушно, чем в кабинете, ответил парень, открывая дверь и пропуская девушку внутрь первой. Впрочем, он должен отметить, что Кариель, кажется, тоже умеет признавать собственные ошибки. Жаль последствие у них не такое безобидное, как обморок Зелы.

– Группа из империи, о которой говорила бабуля. Ты был в ней?

– В той группе не осталось живых, у миледи Оралии неправильная информация, – заметно холоднее ответил парень.

Кариель не нашлась, что ответить. Она не думала, что бабушка не владеет чем-то, о чем знает Лео, а потому решила, что эта тема для молодого человека слишком больная. Впрочем, даже если бы она хотела что-то сказать на его слова, ей не дали. В зале загорелся свет, на диванах сидели ребята. Все, кроме Зелы.

– Лео, Кариель.

– Прошу любить и жаловать. Кариель теперь в нашей команде, – бросил ребятам Лео, направляясь наверх. – Советую не радоваться. И вообще ложиться спать.

Имперец скрылся на лестнице. Громко хлопнула дверь, словно давая понять особо не понятливым, что сам он ситуации не был рад, пусть и признавался самой Кариель ранее, что считает её более подходящей.

– Тиран, – нахмурилась Лави без особой злости, словно привыкла, однако лицо её быстро просветлело. В глазах заблестели слезы, и девушка кинулась к подруге бниматься.

– Кариель, прости нас! Мы не хотели врать, но миледи Оралия и Лео... Никому нельзя было говорить! – Девушка, крепко обняла рыжеволосую, всхлипывая.

– Сначала вообще подумали, что ты в курсе всего, – признался Джет, краснея.

Кариель же после его слов сразу вспомнила визит Зелы. Теперь ей наконец-то стало понятно, почему подруга была в таком виде в тот вечер и вообще сорвалась в истерику.

– Зато теперь нам бояться ещё и за тебя, – тяжело вздохнул Оливер. Джет хмуро кивнул. Лави начала успокаиваться.

– Не нагнетайте, всё будет хорошо! Правда же?

Слова застряли в горле у младшей ар Наром. Она не могла ничего обещать и ничего подтвердить. Да и что она вообще могла? Ничего. Она только что узнала, что её любимая бабушка и совет, да и неизвестно, кто ещё, предали королество. Короля собираются убить, а она теперь сама, из-за собственной глупости, любопытства и переживаний в числе предателей. И ведь ей по-прежнему не совсем ясно, что от неё потребуется. Неизвестность пугала, из глаз девушки полились запоздалые слезы.

– А я уже было подумал, что ты железная, – Джет мягко улыбнулся, подошел к Кариель и Лави и крепко обнял. – Справимся, не ревите.

– Девчонки, – с грустной улыбкой покачал головой Оливер, присоединяясь к групповым объятиям. – Справимся, деваться некуда. Тем более, ради награды стоит попытаться.

– Награды? – Спросила Кариель, стараясь не шмыгать носом. Неприлично то как, вот так разреветься.

– Деньги, титул, жизнь в конце концов, – пояснил Оливер отстраняясь.Кариель удивленно посмотрела на парня. А ведь и правда, вряд ли ребятам предложили такое, не назвав цену. И так же вряд ли отпустили бы живыми, когда услышали бы отказ. Не смотря на иллюзию выбора, в которую, кажется, верили даже они сами, выбора у них не было. Кариель отчетливо это понимала.

– Главное всё же жизнь, – усмехнулся Джет. – И не хочу этого говорить, но Лео был прав. Стоит по кроватям расходиться. Боюсь, на следующей тренировке этот гад, пусть и справедливый, с нас три шкуры спустит.

Друзья, найдя слова парня справедливыми, направились наверх.

Уже сидя в своей комнате и расчесывая волосы перед зеркалом, Кариель думала о словах Оливера о награде. Им дали выбор без выбора, позволили якобы самим принять решение, которое уже было принято. Однако, после разговора с бабулей, Кариель задумалась о том, а как вообще жили и живут сейчас её друзья? Ей, выросшей среди аристократии, и правда о многом можно было не волноваться, тем более при капитале её семьи и должности отца. Но если миледи Оралия сказала правду, то, даже если бы выбор у ребят и правда был, она бы не смела его осуждать. Да и судя по реакции Зелы в тот вечер, белому лицу Оливер, все тонкости они узнали уже после того, как согласились.

Кариель отложила расческу, посмотрела в окно. И как Генрих отреагирует на разрыв помолвки?