Последний танец Снежинки

Первый день зимы

Я выбирала между двумя платьями, когда раздался стук. Особый стук. Три быстрых удара, затем пауза и ещё один, чуть громче.

Я напряглась, прикусила губу и повернулась к двери.

— Ну, конечно, — пробормотала я себе под нос, откладывая платья и быстро направляясь к порогу.

Дверь распахнулась, и я увидела красный конверт, лежащий на пороге.

Медленно наклонившись, я подняла его двумя пальцами. Красный. Никогда не предвещал ничего хорошего.

Внутри оказалась карточка того же цвета.

Красная карточка. Символ долга.

У каждого из нас — мошенников, воров, обманщиков и контрабандистов — была своя система. Наводчики, сообщники, посредники, свои правила и связи.Иногда мы оказываем друг другу услуги. И красная карточка означала одно: ты должен выполнить то, что просят, или лишишься всего. Потому что это плата по счетам. А значит, вопрос репутации. 

— Ну что ж, Снежинка, пора тебе снова в игру, — усмехнулась я горько. Но внутри всё сжалось.

Моё настоящее имя знали единицы. Снежинка — удобное прозвище для тех, кто привык видеть меня лишь как инструмент. Те, кто знал мою магию, уважали её, но настоящая я осталась глубоко под снегом.

Сунув карточку в карман, я закрыла сундук с платьями и пошла к дальнему шкафу. Там, за дверцей, висела совсем другая одежда: брюки, высокие сапоги, тёмный плащ. Униформа тех, кто работает в тенях.

Я накинула плащ, спрятала волосы под капюшон, глубоко вздохнула и взглянула на адрес, выведенный каллиграфическим почерком на конверте.

Место мне было знакомо. До боли знакомо. Это было логово человека, которого я старалась не вспоминать. Но долги нужно возвращать. Даже если это значит, что снова придётся пойти по тонкому льду.

Снежинка или нет, а клятвы не тают. И я отправилась в ночь.

***

Я вошла в темное помещение, стараясь держаться уверенно, хотя сердце билось где-то в районе горла. Логово Карла Мэйдена — одного из самых влиятельных "наводчиков" города — мало изменилось с тех пор, как я видела его в последний раз. Все те же скрипучие деревянные балки, странные тени по углам, запах сырости и дешевого рома.

Карл сидел за массивным столом, перелистывая бумаги. Он поднял взгляд, и на его лице появилась та самая ухмылка, от которой хотелось немедленно выйти вон.

— Снежинка, какая радость тебя видеть.

— Карл, — ответила я, складывая руки на груди, — давай сразу к делу. Красная карточка?

Его ухмылка стала шире.

— Ты всегда была деловой. Ладно, слушай. Дело в том, что… твой долг больше не мой.

Меня словно обдало ледяным ветром.

— Что значит "не твой"? — В голосе зазвучали стальные нотки. Такой долг передавать или продавать было не принято. Если кто-то узнает, что он так поступил, больше ни одной красной карточки не получит. 

— Это значит, что я продал его другому, — спокойно сказал Карл, откидываясь на спинку стула. — Очень выгодная сделка. Тебя ценят, Снежинка.

Я хотела что-то ответить, но слова застряли в горле. Продал? Кому?

— Имя. Скажи мне имя.

Карл улыбнулся ещё шире, и в его глазах блеснуло что-то странное.

— Лорд Эван Харгрэйв.

Кровь застыла в моих жилах. Имя ударило по сознанию, как раскат грома. Харгрэйв. О нём ходили легенды даже в самых тёмных уголках нашего мира. Человек, которому принадлежала половина преступного мира королевства. Безжалостный, хитрый и всегда получающий своё. Что-то мне подсказало, что Карл не продал мою карточку, а милостиво подарил, боясь за свою собственную шкуру. Что ж, с ним я еще разберусь. 

Я только успела раскрыть рот, как за моей спиной открылась дверь.

— Благодарю, Карл. Можешь идти, — раздался глубокий, холодный голос.

Карл быстро поднялся и вышел, за ним потянулись остальные, оставив меня наедине с человеком, чьего имени я боялась.

Лорд Харгрэйв вошёл в комнату. Высокий, статный, он выглядел так, будто сам холод прятался в его глазах.

— Снежинка, — произнёс он спокойно, как будто это имя было для него шуткой. — У меня к тебе небольшое поручение.

Я прищурилась, стараясь скрыть страх.

— Что за поручение?

— Найти одну вещь и принести мне.

— Какую?

Его взгляд стал ледяным, когда он произнёс название.

— Это "Корона ночи".

Я застыла.

— Этот артефакт принадлежит короне, — резко сказала я. Никто в своем уме не станет воровать из королевской сокровищницы. Столько на ней висит проклятьий и оберегов, что на семь поколений по роду хватит. 

Его губы изогнулись в едва заметной улыбке.

— Принадлежал, — поправил он. — Один очень талантливый вор украл его для меня. Вот только не донёс. Его убили.

Убили. Меня это не удивило. Украсть у самого короля и выжить. Едва ли это возможно. 

— Так почему вы не посылаете кого-то другого? — спросила я.

— Потому что в таких делах нужен мастер, — он сделал шаг ко мне, его взгляд пронизывал, как лезвие. — И кто лучше справится, чем Снежинка, которая заставляет улики таять, а следы исчезать?

— И если я откажусь? — спросила я, хотя знала ответ.

Он ухмыльнулся.

— Ты же знаешь, что будет. Красная карточка — это клятва на крови. Не сделаешь — умрёшь.

Я замолчала, чувствуя, как горло сжимается. Мой месяц спокойствия, мои планы на отдых — всё это исчезло, как и всякая надежда.

— У тебя есть время до боя курантов в новогоднюю ночь, — сказал он, медленно приближаясь. — Найди артефакт и принеси его мне. Иначе…

Иначе смерть. И это я знала слишком хорошо.

Я прищурилась, стараясь оценить его слова.

— Если артефакт вернулся в сокровищницу, то я его не достану, — сказала я, скрестив руки на груди.

Он посмотрел на меня так, словно я была ребёнком, который только что спросил что-то невероятно глупое.

— Я точно знаю, что "Корона ночи" в сокровищницу не вернулась, — ответил он холодно. — Артефакт пропал по пути. А остальное... ты выяснишь сама.

Это прозвучало так уверенно, будто он заранее знал, что я справлюсь. Или просто не дал мне выбора.

— Можешь идти, — добавил он, словно владел всем этим городом, включая мою жизнь. Хотя именно так теперь и было. 

Я на мгновение задержала взгляд на нём, но спорить не стала. Мои губы сжались в тонкую линию, а сердце ныло от обиды и бессильной ярости. Не сказав ни слова, я развернулась и вышла.

На улице стояла знакомая зимняя стужа. Пронизывающий ветер гнал по мостовой снежные вихри, но мне было всё равно. Я не ощущала холода — он был частью меня.

Город жил своей привычной жизнью. Люди кутались в тёплую одежду, торопясь по своим делам. Лавочники махали руками, зазывая покупателей, а дети лепили снеговиков на углу улицы. Их смех эхом отражался от стен, но я едва слышала его.

Я шагала по улицам, не обращая внимания на прохожих. В голове всё ещё звучали слова Харгрэйва. "Артефакт пропал по пути".

Если "Корона ночи" действительно не вернулась в сокровищницу, значит, её ищут. 

Король ищет. Не лично, конечно, но ставая на его пути я подвергаю свою жизнь опасности. 

Я покачала головой, глядя на замёрзшие окна ближайшей лавки. Как я вляпалась в это? Почему я вообще позволила Карлу продать мой долг? Надо было заранее оговорить это. Я должна была знать, что это приведёт к чему-то подобному.

Теперь, благодаря своей "клятве на крови", я оказалась пешкой в чьей-то опасной игре. Найти артефакт, который ищут все — от королевских ищейок до самых жадных преступников города? До боя курантов? Это казалось невозможным.

Но я знала одно. Если я не справлюсь, то Новый год для меня никогда не наступит.

—----------------------------------------------------------------------------------

Дорогие мои, добро пожаловать в мою новую зимнюю сказку. Я и мой муз благодарны за каждую вашу звездочку! Это добавляет +100 к вдохновению и скорости печати. А подписка на автора помогает не пропустить скидочки! 

Всех обнимаю и жду ваши комментарии! 

Я свернула в переулок, почти не замечая льда под ногами. Ветер усилился, наполняя улицы города пронизывающим холодом, но мне было всё равно. Я шла туда, где точно могла найти хоть крупицу информации — к Тому.

Том был мелким вором, карманником с ловкими пальцами и цепкими ушами. Он знал всё, что стоило знать о делах в городе, особенно о свежих и горячих.

Я нашла его в привычном месте — подле таверны "Рваный котелок". Он сидел на ящике, натягивая на руки старые перчатки. Увидев меня, он прищурился, потом криво ухмыльнулся.

— Снежинка? Что привело ледяную королеву в мой скромный угол? — Он наклонил голову, с интересом разглядывая меня.

— Дело. Важное, — сказала я, прислонившись к стене рядом с ним.

— Тебе не холодно, а мне уже от одного твоего вида зубы ломит. Ну, выкладывай, что за дело?

— Что ты знаешь о "Короне ночи"?

Улыбка сползла с его лица. Он огляделся, затем склонился ближе, понизив голос:

— Ты с ума сошла? 

— Том, просто скажи, что знаешь.

Он замялся, но потом всё же заговорил:

— Дело свежее. Очень свежее. Того вора нашли только сегодня утром. Об этом ещё никто не знает, корона тщательно всё скрывает.

Я кивнула, показывая, что слушаю, и он продолжил:

— "Корона ночи" — это тебе не игрушка, Снежинка. Артефакт крайне сильный. Правда, что он на самом деле делает, никто точно не знает.

— Слухи? — спросила я.

— Полно. Одни говорят, что он хорош для контрабанды, скрывает что угодно. Другие думают, что это что-то вроде оружия. Есть даже те, кто верит, что он выполняет желания, но… это чушь. Я точно знаю одно: его ищут все, кому не лень.

Он взглянул на меня с укором.

— Если его продать, можно заработать баснословные деньги. Правда, с таким же успехом можно оказаться на плахе, если корона узнает. Так что дело рискованное. Не лезь.

— Хотелось бы, но не выйдет, — ответила я с горькой усмешкой.

— Тогда ничем помочь не могу, — вздохнул он. — Разве что предупредить. Королевские ищейки уже в деле, и говорят, к ним на помощь едет ещё одна магичка. Очень способная.

— Магичка? — спросила я, нахмурившись.

— Да. Говорят, она была лучшей в академии. Должна прибыть на рассвете.

Я напряглась, перебирая варианты.

— А кто она?

— Никто особо не знает. Только то, что умная, сильная и очень амбициозная.

— Правда, — протянула я, слегка прищурившись.

Том снова нахмурился, явно не понимая, почему у меня появился этот странный блеск в глазах.

Но теперь у меня был план. Опасный, отчаянный, но на кону и так стояла моя жизнь.

— Береги себя, Снежинка, — бросил Том вслед, когда я развернулась, чтобы уйти.

Я лишь кивнула и направилась обратно к своему убежищу. Впереди была долгая ночь, чтобы подготовиться. Ведь утром я рискну всем. 

План был прост и элегантен. Я потратила всю ночь, продумывая его до мельчайших деталей. Недосып и усталость терзали меня, но времени на отдых не было. Если я хотела перехватить магичку до того, как она начнёт копать, нужно было действовать быстро.

На рассвете я оказалась в нужной точке — пустынном перекрёстке, где дороги сливались в одну. Здесь не было ни караульных постов, ни свидетелей, и любой, кто приехал бы сюда, стал бы лёгкой мишенью.

Только я опоздала.

Я вылетела из-за поворота и замерла, наблюдая за тем, как мой план воплощает кто-то другой.

На дороге, прямо перед повозкой, лежала та самая магичка. Бледная, без сознания. Над ней стояла фигура, и даже издалека я сразу поняла, кто это.

— Ну конечно, — пробормотала я себе под нос.

Передо мной была Лайза, ещё одна мошенница и моя давняя… соперница? Партнёрша? Как назвать наши отношения, я и сама не знала. Но то, что она всегда действовала нагло и быстро, я знала точно.

Лайза ловко нагнулась, подняла чемоданы магички и перекинула их через плечо. Я вышла из тени, хмыкнув.

— Кто не успел, тот опоздал, — с усмешкой сказала Лайза, оборачиваясь ко мне. — Хороший план на полу не валяется.

— Согласна, — кивнула я, подходя ближе. — Но сдаваться я не намерена. Поедем вместе.

Лайза прищурилась, явно раздумывая, стоит ли соглашаться.

— Вместе? И что, ты собираешься мне мешать?

— Нет, но и позволять тебе творить, что вздумается, я тоже не стану. Я позабочусь о магичке, а ты берёшь меня своей помощницей.

— И зачем мне это? 

— А иначе королевские ищейки совершенно случайно узнают, кто именно к ним приехал. 

— Ты не станешь! — возмутилась девушка. Я бы не стала, но блеф никто не отменял. 

— А ты проверь.

Мы долго спорили. Она упиралась, но я знала, как действовать с Лайзой. В конце концов, мы пришли к соглашению.

— Ладно, Снежинка. Забирай эту бедняжку. Но если она начнёт вспоминать, что случилось, — разберись с этим сама.

Я не ответила, только вздохнула, наклоняясь над магичкой.

Артефакт, который я приготовила заранее, был небольшим кристаллом, заключённым в металлическую оправу. Простой, но эффективный. Я коснулась им её виска, и мягкий свет окутал её лицо.

Когда магичка очнулась, её глаза были пустыми и растерянными.

— Что… где я? — пробормотала она.

— Всё хорошо, — сказала я с фальшивой теплотой в голосе. — Ты переутомилась. Мы решили отправить тебя в отпуск, как только ты придёшь в себя.

Она моргнула, кажется, пытаясь вспомнить хоть что-то, но артефакт уже сделал своё дело.

— В отпуск?

— Да, — кивнула я. И отправила. Как раз туда, куда собиралась сама. Три месяца отдыха, полного спокойствия. Моего спокойствия красной карточке под хвост. 

Магичка слабым голосом поблагодарила и вскоре уехала в карете, предоставленной Лайзой. Я проводила взглядом исчезающую фигуру и тяжело вздохнула.

— Это лучше, чем убивать, — пробормотала я себе под нос, глядя на довольную Лайзу. — Хотя уверена, ты бы сделала это без раздумий.

Лайза лишь усмехнулась и бросила мне один из чемоданов магички.

— У нас много дел, Снежинка. Добро пожаловать в команду.

И вот так я оказалась в одной упряжке с Лайзой, безумной мошенницей, и в эпицентре одного из самых опасных дел своей жизни.

Ловкость рук и расчет

Я откинулась на спинку сидения в карете, глядя в окно. Снег за окном кружился в морозном танце, но мысли мои были далеко.

Мне повезло. Очень повезло, что я всегда оставалась в тени. Никто не знает, как выглядит Снежинка, хотя о моих проделках слышали многие. Это давало мне преимущество, особенно сейчас, когда придётся работать бок о бок с королевскими ищейками.

— Думаешь, прокатит? — услышала я голос Лайзы, которая, казалось, читала мои мысли.

Я кивнула, но не сразу ответила.

— Никто не знает, как я выгляжу. Предполагаю, что ты тоже позаботилась о том, чтобы твоими портретами не сверкала вся улица. Если держаться уверенно, нас примут за своих. Главное — не привлекать лишнего внимания.

Лайза усмехнулась, вертя в руках один из артефактов магички, которые она ловко прибрала к рукам.

— Значит, надеемся, что нас у них нет в списках подозреваемых.

Я ничего не ответила, только вновь перевела взгляд на снежные сугробы за окном. Надеюсь, моя новая напарница знает, что делает. Лайза всегда была достаточно ловкой, особенно в обмане. Если с кем-то и можно провернуть такой авантюрный план, то только с ней.

С другой стороны, у неё был неприятный талант попадать в ситуации, где шанс выжить едва превышал ноль.

— Если что, исчезать я всегда умела, — пробормотала я себе под нос, а Лайза только фыркнула.

Исчезнуть действительно не проблема. В конце концов, моя магия холода позволяла мне не только замораживать следы, но и оставлять за собой пустую, гладкую, стерильную поверхность.

Но одно я знала наверняка: с Лайзой никогда не бывает просто. И как бы я ни надеялась на свой план, шансы, что всё пойдёт не так, были слишком велики.

Пока наша карета медленно подъезжала к зданию участка, я оценивающе разглядывала массивное серое здание. Тяжёлые каменные стены, словно впитавшие в себя холод зимних ветров, смотрелись угрожающе.

— Помни, мы здесь впервые, — напомнила Лайза с лукавой усмешкой, поправляя волосы.

— Разумеется, — бросила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Мы вышли из кареты, ступая на покрытые снегом ступени, и уверенно поднялись к входу. Внутри нас встретил капитан. Его взгляд был внимательным, усталым, но цепким.

— Вы обе? — уточнил он, нахмурив брови.

Лайза мгновенно взяла ситуацию под контроль.

— Решили, что отправлять меня одну в такую даль неразумно. Мало ли, заболею по пути и столько времени напрасно, — сказала она с очаровательной улыбкой. — Не переживайте. Она вторая в академии. После меня, разумеется. Официально будет мне помощницей, но если не подходит, можем отправить ее обратно. 

Капитан кивнул, кажется, размышляя, но в итоге махнул рукой.

— Не надо обратно. Проходите.

Я уже начала верить, что всё идёт гладко, пока мы не остановились перед магической рампой.

— Великолепно, — пробормотала я, глядя на сияющую арку с рунами.

— Это точно. Столько магии в нее вбухали, — сказала моя напарница.

— Ты знала? — шепнула я Лайзе, чувствуя, как пальцы невольно напряглись.

— Только то, что она появится в следующем году, — так же тихо ответила она. — Видимо, из-за артефакта решили ускориться.

— И что теперь? — спросила я, стараясь сохранить невозмутимость.

— Просто верь в то, что говоришь, — чуть слышно прошептала она.

Лайза прошла первой, без единого колебания, назвав имя магички, которой она теперь притворялась. Рампа светилась ровным голубым светом, пропуская её без помех.

Моя очередь.

— Имя? — сухо спросил страж.

Я на мгновение замялась, а потом чётко произнесла:

— Эвелин Крей, помощница этой девушки.

Рампа снова засветилась голубым светом, и я прошла через неё.

Мы обменялись коротким взглядом с Лайзой, и капитан, казалось, был доволен. Нас проводили в кабинет начальника, где мы уселись на диван.

Как только двери за нами закрылись, Лайза повернулась ко мне и ухмыльнулась.

— Молодец. Но имя-то могла бы и попроще придумать.

Я лишь пожала плечами, скрывая облегчение.

— Уж какое пришло в голову, Энн Лайзер, — хмыкнула я, называя девушку именем той самой магички.

Она посмотрела на меня с лёгким прищуром, явно пытаясь угадать, что я скрываю, но я сохранила невозмутимый вид. Ей знать о том, что это моё настоящее имя было не нужно.

Первое препятствие мы преодолели. 

В кабинет нас провёл капитан, но говорить он не стал. Его место занял мужчина за массивным столом из тёмного дерева. На вид ему было около тридцати пяти, но у висков уже пробивались едва заметные серебряные пряди. Его лицо — строгое, с тонкими чертами, сильной челюстью и пронзительными серыми глазами — сразу внушало уважение и опасение.

Он был одет без лишних украшений, в форму высшего офицера. На груди блестел знак отличия, а на полках за его спиной стояли аккуратные ряды книг и несколько магических артефактов.

— Подполковник Эдриан Марлоу, начальник отдела особо важных дел, — представился он сдержанным голосом. — Садитесь.

Мы с Лайзой переглянулись и осторожно сели на стулья напротив его стола.

— Это, — он достал из ящика стола небольшой стеклянный шар, наполненный мягким голубоватым светом, — артефакт молчания. Всё, что вы услышите в этих стенах, станет тайной, которую никто не узнает, кроме тех, кто тоже принёс клятву.

Мы кивнули, и шар вспыхнул, активируя магию.

— Теперь к делу, — продолжил Марлоу. — Из королевской сокровищницы впервые за пятьсот лет похитили артефакт. Его называют "Корона ночи".

Моё дыхание стало чуть более поверхностным, но я сохранила невозмутимость.

— Это мощный и крайне опасный объект, — продолжил он. — Выглядит как маленькая чёрная корона с серебряными инкрустациями. Никогда не трогайте её руками, если найдёте. Хотя… — он запнулся на секунду, посмотрел на нас и сдержанно добавил: — Вряд ли две девушки справятся с такой задачей.

Его тон был сдержанным, но я заметила мелькнувшее в глазах сожаление — он явно не хотел, чтобы нас присылали. Что это? Сексизм или… Нет, не похож он на того, кто считает себя выше других. Боится, что с нами что-то произойдет. Хотя, может ли этот мужчина боятся? Скорее опасается.

— Продолжайте, подполковник, — вставила Лайза с улыбкой, разрывая неловкое молчание.

— Того, кто похитил артефакт, нашли сегодня утром. Он был мёртв. И пуст, — добавил он, словно это объясняло всё.

— Пуст? — переспросила я, делая вид, что не понимаю.

— С него словно вытянули душу, — пояснил он. — И нет никаких следов, что могло бы указывать на причину смерти или как именно она произошла.

— Можно осмотреть место? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал профессионально, насколько это возможно для адептки академии. 

Подполковник вздохнул.

— В этом нет необходимости. Всё уже осмотрели вдоль и поперёк. Но… если вам так важно, могу предоставить разрешение.

Он взял перо и быстро что-то написал, передав мне листок.

— Но предупреждаю: артефакта с ним не было. И никаких следов, которые могли бы нас куда-то привести, тоже не нашли. Даже личность вора установить не удалось. 

Он нахмурился, проводя рукой по лицу, словно пытался подавить раздражение.

— Корона требует раскрытия дела любой ценой, — продолжил он, — иначе головы полетят. В буквальном смысле. Нельзя допустить, чтобы артефакт попал не в те руки. 

Я чуть заметно кивнула, делая вид, что думаю над его словами. Но мои мысли уже бежали вперёд.

"Корона ночи" наверняка уже находится в тех самых руках, которых так боялся Марлоу. Я была уверена, что именно так и обстоит дело. Но говорить об этом вслух? Нет. Это я оставлю при себе.

Лайза бросила на меня быстрый взгляд, но ничего не сказала. 

Я подняла руку, чтобы привлечь внимание подполковника Марлоу. Его серые глаза тут же уставились на меня с неожиданной остротой.

— Вы сказали, что "Корона ночи" крайне опасна, — начала я, стараясь не вызывать подозрения своим вопросом. — Почему? Что именно делает этот артефакт?

Марлоу откинулся на спинку своего кресла, сложив пальцы в замок. Его взгляд стал ещё более пристальным, словно он решал, насколько подробно стоит отвечать. Я замялась на стуле. Это просто любопытство неопытной студентки. Ничего больше.

— "Корона ночи" обладает уникальными свойствами, — начал он. — По нашим сведениям, она способна поглощать и отдавать магию хозяину, скрывать её следы и еще некоторые свойства, например, подавление и управление чужой волей. Это не простой гипноз кристаллом, это нечто гораздо сильнее. 

Лайза подняла бровь, изображая удивление и легкий ужас, но я знала, что её всегда больше интересовали деньги, чем опасности. Даже, если бы артефакт убивал при касании всех без разбору, но стоил бешеных денег, она бы его украла. И продала, конечно же. 

— Управлять чужой волей? — уточнила я, делая вид, что эта информация действительно потрясла меня.

— Да, — кивнул он. — Согласно древним записям, тот, кто носит "Корону ночи", может не только подавлять магию своих врагов, но и подчинять их себе. Против этого воздействия практически нет защиты.

Я внутренне содрогнулась. Кристалл, который я применила на настоящей Энн подавлял волю, но в разумных пределах. Я не могла заставить ее убить кого-то или навредить себе. Только отправить в отпуск или что-то, что не входило в разрез с ее сущностью. Но тут дело обстояло иначе. Полное подавление воли. 

— Поэтому этот артефакт так ценен? — спросила Лайза, прежде чем я успела что-то сказать.

— Ценность этого объекта выходит за рамки того, что можно выразить деньгами, — холодно ответил Марлоу. — В неправильных руках "Корона ночи" способна вызвать хаос и разрушения.

Он сделал паузу, затем добавил, глядя прямо на меня:

— Теперь вы понимаете, почему её похищение — вопрос национальной безопасности.

Я кивнула, притворяясь, что его слова пробудили во мне благоговение перед задачей. Но внутри всё ещё копошился холодный страх. Этот артефакт был намного опаснее, чем я могла предположить. И мне придется его отдать в самые ненадежные руки королевства.

Лайза, казалось, ничего не боялась. Она только поигрывала уголком губ, словно всё происходящее было для неё не более чем интересным спектаклем.

Я заставила себя сохранить спокойствие и не выдать тревоги. Марлоу продолжал говорить, объясняя, как важно предотвратить попадание "Короны ночи" в плохие руки.

А я надеялась, что те “плохие руки”, в которых она сейчас, не такие плохие как те, в которые я ее передам. И если это так, найти её будет куда сложнее, чем он может себе представить.

Подполковник Марлоу повернулся к двери и кивнул человеку, который все это время просто молча стоял там.

— Познакомьтесь, это лейтенант Калеб Рэндалл. Он будет вашим сопровождающим и наставником в расследовании.

Лейтенант шагнул вперёд, и я чуть не выдохнула восхищённо. До этого времени полностью сконцентрировавшись на подполковнике, я лишь мельком глянула на лейтенанта. Но теперь… Высокий, с чётко очерченными чертами лица, глубокими синими глазами и лёгкой небрежной сединой в тёмных волосах, он выглядел так, будто сошёл с портрета идеального героя баллад. Его форма сидела безупречно и я с трудом напомнила себе, что красавец лейтенант. А значит враг. 

— Приятно познакомиться, — произнёс он ровным голосом, в котором чувствовалась лёгкая усталость.

— Эвелин Крей, — представилась я, стараясь звучать уверенно.

— Энн Лайзер, — тут же вставила Лайза, ослепительно улыбаясь.

Калеб кивнул нам обеим, а затем обратился к Марлоу:

— Я готов отвезти их в штаб-квартиру.

— Отлично, — сказал подполковник. — Девушки, располагайтесь там. Лейтенант, позаботьтесь, чтобы им было удобно.

Калеб только слегка склонил голову в знак согласия и проводил нас к карете.

Когда мы прибыли в штаб-квартиру, оказалось, что комната ожидала только одну постоялицу. Что, в целом, было довольно логично, конечно. Но…

— Здесь всё готово, — сказал Калеб, открывая дверь. — Правда…

Он замолчал, осматривая небольшой однокомнатный простор.

— Правда? — Лайза подняла бровь, сложив руки на груди.

— Правда, тут только одна кровать, — неохотно признался Калеб. — Мы ожидали одну девушку, а не двух. Все силы уходят на расследования и количество кроватей мы выпустили из виду, когда вы неожиданно приехали вдвоем. 

— И это всё? — Лайза сделала вид, что пребывает в глубочайшем шоке.

Калеб замялся, явно чувствуя себя неловко.

— Извиняюсь за неудобства. Других свободных квартир сейчас нет. Однако, если приличия позволяют, одна из вас может остановиться у меня дома. В гостевой комнате.

Лайза тут же округлила глаза и с почти драматичным тоном заявила:

— О, это совершенно недопустимо для меня… но, думаю, вполне подойдёт для Эвелин.

Я широко распахнула глаза, уставившись на неё.

— Что?

Она бросила на меня невинный взгляд, при этом её губы дёрнулись в сдержанной усмешке. Вот же ж с… скоро мыслит. 

— Ну ты же более… гибкая в таких вопросах, — добавила она с напускной искренностью.

Моё раздражение вспыхнуло, но деваться было некуда.

— Прекрасно, — сквозь зубы процедила я, не спуская с Лайзы взгляд, обещающий все кары небесные разом.

Она просто улыбнулась, мило пожелала нам хорошей дороги и начала разбирать свои вещи.

Мы с Калебом отправились к его дому, и я едва сдерживалась, чтобы не проклинать Лайзу вслух.

— Извините за неудобства, — сказал Калеб, когда мы загрузили мои чемоданы в карету. — Я действительно не подумал о количестве кроватей.

— Конечно, — пробормотала я, стараясь сохранить нейтралитет.

Внутри же я кипела. Гостевая комната, конечно, звучала невинно, но перспектива провести ночь, да и не одну, под одной крышей с лейтенантом, который выглядел так, словно каждое его движение выверено до совершенства, вызывала смешанные чувства.

С другой стороны, хуже могло бы быть только остаться в одной комнате с Лайзой и её вечными подколками. 

Калеб открыл дверь своего дома и жестом пригласил меня внутрь.

— Прошу, не стесняйтесь, — сказал он.

Я вошла, оглядываясь. Жильё сразу выдавало его холостяцкий образ жизни. Просторная гостиная с минимумом мебели — большой диван, низкий столик, пара книжных полок, забитых в основном книгами по магии и военному делу. На стене висела карта королевства, а на подоконнике стоял одинокий кактус, который явно переживал не лучшие времена.

— У вас тут… уютно, — заметила я, не скрывая лёгкой усмешки.

— Спасибо. Хотя я понимаю, что это далеко от дворцовых стандартов, — ответил он с лёгкой улыбкой.

Он провёл меня дальше, показывая небольшую кухню и коридор, ведущий к спальням. Его шаги звучали уверенно, но в голосе мелькала тень смущения.

— Это ваша комната, — сказал он, открывая дверь в уютную, хоть и простую гостевую спальню.

Внутри стояла кровать с аккуратно застелённым покрывалом, небольшой шкаф и стол с крохотной лампой. Ничего лишнего, но и ничего, чтобы вызывало чувство дискомфорта.

— Прошу прощения за спартанские условия, — добавил он. — К сожалению, уборная будет одна на нас двоих.

Я сдержала усмешку, глядя на его чуть смущённое лицо.

— Думаю, переживу, — ответила я с лёгкой ноткой сарказма, складывая руки на груди.

Он кивнул, явно довольный моим спокойствием, и добавил:

— Если что-то понадобится, моя комната напротив. Чувствуйте себя как дома.

Калеб собрался уходить, но задержался в дверях.

— И ещё раз извините за неудобства, — сказал он. — Надеюсь, это ненадолго.

— Я тоже, — ответила я, наблюдая, как он исчезает за дверью.

Оставшись одна, я оглядела комнату и села на край кровати, опираясь на чемодан. Всё это казалось почти нормальным, но я знала, что расслабляться нельзя.

Простое холостяцкое гостеприимство или нет, я оказалась в чужом доме, да и не своего знакомого, а одного из королевских ищеек, окружённая тайнами и подозрениями. А впереди меня ждала долгая ночь размышлений о том, что делать дальше. 

Утро начинается не с кофе

Я проснулась от мягкого света, пробивающегося через занавески. Полежала пару минут, собирая мысли, и решила, что пора привести себя в порядок.

Взяв полотенце и свои вещи, я направилась в ванную. Открыв дверь, я замерла, словно меня ударило заклинанием.

Лейтенант Калеб Рэндалл стоял у зеркала, по пояс голый, сосредоточенно бреясь. Его плечи и торс выглядели так, словно их вырезал из мрамора талантливый скульптор. Капли воды поблёскивали на коже, добавляя ему ещё больше чертовского очарования.

— Ох! — только и выдохнула я, быстро захлопывая дверь.

Секунду спустя из-за двери послышался его голос:

— Эвелин, извините! Совсем забыл предупредить, что ванная занята! Сейчас закончу, обещаю!

Я прижала ладонь ко рту, чтобы не засмеяться. Его смущённые извинения были слишком забавными, особенно для меня, привыкшей к куда менее приличным обстоятельствам.

"Бедняжка," — подумала я, усмехнувшись. Он явно не ожидал такого конфуза.

Домашние цветочки преступниками не становятся. И я уж точно никогда не была домашней. Моё детство научило меня стойкости, а юность — искусству выживания. В такие моменты оставалось только сдерживать смешок.

Прогнав грустные мысли, я дождалась, пока Калеб выйдет из ванной, всё ещё бросая извинения через плечо.

— Всё ваше, — сказал он, избегая встречаться со мной взглядом.

— Спасибо, — ответила я, заходя внутрь.

Ванная была просторной и аккуратной, с минималистичной обстановкой. Приведя себя в порядок, я вышла, ощутив приятную свежесть после душа.

С кухни доносились аппетитные ароматы. Пройдя туда, я обнаружила Калеба, который, сменив свой привычный строгий облик на более расслабленный, ловко управлялся с готовкой.

— Завтрак? — спросил он, подняв на меня взгляд.

— Это серьёзное предложение? — поинтересовалась я, садясь за стол.

— Всегда серьёзное, — ответил он с лёгкой улыбкой, выкладывая на тарелку яичницу с хрустящим хлебом и травами. — Завтрак — важное начало дня. Я его не пропускаю.

— Выглядит прекрасно, — признала я, пододвигая тарелку к себе.

— Угощайтесь.

Мы ели в тишине несколько минут, пока я не заметила, как Калеб бросает на меня короткие взгляды, словно обдумывая, что сказать.

— Вы уже привыкли к городу? — наконец спросил он. Потом задумался и нахмурился. Конечно, ведь я приехала вчера, побыла в участке и приехала к нему. Города-то я, якобы, и не видела-

Я чуть не подавилась от этого вопроса, но сохранила лицо.

— Почти. Он кажется… немного холодным, — ответила я, подразумевая и погоду, и общий настрой.

Он кивнул, соглашаясь.

— Такой он и есть. Но это место заставляет держаться крепче, становиться сильнее. Иногда я думаю, что только такие города и могут выживать в нашем мире.

Сразу захотелось узнать историю этого мужчины. Так не отвечают мальчики с золотой ложкой во рту. Так отвечают такие, как я.

— А вы тоже нездешний? Как оказались здесь? — спросила я, ловя его взгляд.

Он слегка нахмурился, будто вспоминая что-то далёкое.

— Долгая история. Может, расскажу как-нибудь потом.

Я кивнула, чувствуя, что продолжать не стоит. Завтрак был вкусным, а утро — почти приятным.

После завтрака Калеб отставил посуду в сторону и посмотрел на меня с лёгкой улыбкой.

— Думаю, пора забрать Энн и отправиться на место преступления.

— Хороший план, — ответила я, сохраняя спокойствие, хотя мысль о Лайзе на месте преступления вызывала смешанные чувства.

Мы добрались до штабквартиры, где Лайза уже стояла наготове, выглядя абсолютно безупречно. Она улыбнулась Калебу, будто он был героем её собственных романов, а затем села в карету.

— Ну что, посмотрим, что у нас есть? — сказала она, бросив взгляд на меня.

Место преступления находилось в тихом переулке, почти на границе торгового района. Узкий проход между двумя старыми зданиями выглядел уныло: серый камень, выщербленные стены, пара сваленных ящиков и снег, уже слегка загрязнённый.

— Здесь нашли тело, — пояснил Калеб, указывая на середину переулка. — Его обнаружили утром.

Собственно тело все еще было тут. Запечатанное магически, чтобы не портится. Интересно, почему его еще не увезли? Я внимательно осмотрела переулок. Никаких очевидных следов, всё выглядело чистым — возможно, слишком чистым.

— Могу сказать одно: кто-то постарался замести следы, — заметила я.

Лайза подошла поближе, кривя губы и изображая из себя знатока.

— Да уж, ничего интересного, — сказала она, но тут же добавила, глядя на Калеба: — Хотя, конечно, можно попытаться найти что-нибудь необычное.

Она слегка жмурилась, словно это помогало ей выглядеть умнее, а я едва сдерживала усмешку.

Вместо того чтобы болтать, я сосредоточилась. Сняв перчатку, я положила руку на камень, которым была вымощена стена, закрыла глаза и направила свою магию. Лёгкий мороз пробежал по поверхности, и я попыталась уловить остатки магического присутствия.

Но ничего. Пустота.

Я выпрямилась, слегка раздражённая. Обычно следы скрываю я, а не от меня. И кто-то сделал это мастерски.

— Всё? — спросил Калеб, заметив мой взгляд.

— Здесь ничего не осталось. Кто бы это ни был, он знал, как замести следы, — сказала я, отводя взгляд.

Это было правдой, но не всей. Моя магия действительно ничего не нашла, но вот я нашла. Этот вор был мне знаком. Мы не были друзьями, но однажды пересеклись на одной сделке. И хотя наша встреча была короткой, я знала, с кем он общался и где можно начать искать.

Но это информация не для королевских ищеек. И уж точно не для Лайзы.

— Что ж, похоже, это тупик, — произнёс Калеб, оглядывая переулок.

— Возможно, — осторожно согласилась я, прикидывая, как лучше сделать свой следующий шаг незаметно.

Лайза, по-прежнему изображая заинтересованность, подошла ближе и слегка тронула меня за плечо.

— Как думаешь, что будем делать дальше?

— Сначала вернёмся, — сказала я, сохраняя нейтральный тон.

Собрать информацию было важно, не делиться ею с Лайзой — еще важнее. Этой вылазкой я осталась довольна. Но мои спутники об этом знать не должны. Единственное, что бесило — кто-то работает так же хорошо, как и я в моем собственном городе, а мне об этом ничего не известно. Внутри проснулся азарт. Хотелось найти этого умельца и… А что и, я еще не решила.

Нас привезли обратно в участок и проводили в комнату следователей. Просторное помещение с длинным столом, заваленным бумагами и картами, казалось, было центром всего расследования. На стенах висели заметки, схемы и магические глифы, подсвеченные мягким синим светом.

— Здесь собраны все материалы по делу, — пояснил Калеб, указывая на документы. — Ознакомьтесь. Если появятся вопросы или идеи, сообщите.

Он оставил нас одних, чтобы мы могли работать в тишине.

Я тут же уселась за стол, схватив первую папку, и углубилась в чтение.

Лайза, напротив, выглядела так, будто её привели сюда против воли. Она облокотилась на спинку стула и лениво листала какой-то лист, словно это был любовный роман, а не сведения о смертельно опасном артефакте.

— Ты собираешься искать или просто изображать умный вид? — спросила я, не отрываясь от документов.

Лайза лениво подняла взгляд и улыбнулась.

— Я собираюсь просто подождать, пока ищейки всё найдут. Они-то точно разберутся. А потом я у них украду находку, и всё. Поймать меня всё равно не смогут.

Я покачала головой, подавляя раздражение.

— Великолепный план, — сухо заметила я.

— Знаю, — ответила она, даже не пытаясь скрыть самодовольства.

Правда была в том, что мой план был не так уж далёк от её. Но с одной важной разницей: я собиралась найти артефакт первой. И чем больше сведений у меня будет, тем проще будет обойти ищеек или даже её саму.

Я углубилась в документы, изучая каждую строчку. Почерк следователей был аккуратным, но выводы… разочаровывающими. Они действительно ничего не знали.

Всё, что было в их распоряжении, это общие догадки, несколько скудных свидетельских показаний и предположения о том, куда мог исчезнуть артефакт.

"Очень познавательно," — подумала я с лёгкой усмешкой.

Когда я закончила изучение, план начал складываться. Вор, которого нашли мёртвым, точно не был одиночкой. У него были контакты, которые знали больше, чем эти бумажки.

Теперь оставалось одно: найти тех, кто действительно что-то знает. Но сделать это так, чтобы не привлечь внимания Лайзы, ищеек и, уж тем более, Калеба.

Я поднялась из-за стола и потянулась, как будто хотела просто размять спину.

— Ладно, мне нужен перерыв, — сказала я, кидая на Лайзу взгляд, полный притворной усталости.

— Отлично, тогда я тоже посплю, — ответила она, облокотившись на стол с видом полного безразличия.

Улыбнувшись в ответ, я покинула комнату.

— Мне нужно немного проветриться, — сказала я, подойдя к столу Калеба в другой комнате.

Калеб поднял взгляд от своих записей.

— Отличная идея. Свежий воздух помогает привести мысли в порядок. Давайте договоримся встретиться здесь через три часа, чтобы вместе поехать домой.

— Хорошо, — согласилась я, хотя внутренне едва сдержала улыбку. Его фраза прозвучала так… домашне. Словно мы были не коллегами, а семейной парой, которая вот-вот вместе вернётся в свой уютный дом. Дом, которого в реальной жизни у меня никогда не было. Я посмотрела на этого привлекательного мужчину и улыбнулась. Сегодня мы поедем домой. А завтра будет завтра.

Я попрощалась с ним и вышла на улицу. Сначала я шла медленно, любуясь сугробами и светом редкого зимнего солнца. Но, убедившись, что за мной точно никто не следует, свернула в знакомый переулок и ускорила шаг.

Город был моим домом, и я знала здесь каждую улочку, каждый тайный проход. Провалившись в сеть знакомых переулков, я направилась к тому, кто мог знать больше о покойном воре.

Когда я вошла в тёмную лавку, спрятанную в полуподвальном помещении, её хозяин — крупный мужчина с густой бородой и настороженным взглядом — нахмурился.

— Снежинка, — буркнул он, вытаскивая из-за прилавка что-то, что подозрительно походило на нож. — Что ты здесь делаешь?

— Расслабься, Карг, — ответила я, вытаскивая из кармана монету и медленно крутя её в пальцах. — У меня пара вопросов.

Его взгляд задержался на монете, и он заметно расслабился.

— За деньги вопросы всегда можно обсудить, — сказал он, откладывая нож.

Я положила монету на прилавок и села на один из шатких стульев.

— Ты знал Дерека. Можешь рассказать, что он затеял перед смертью?

Карг нахмурился, явно недовольный тем, что имя Дерека всплыло снова.

— Этот парень… он был странным в последнее время. Будто знал, что его конец близок.

— Почему ты так думаешь? — спросила я, внимательно глядя на него.

Карг тяжело вздохнул и провёл рукой по бороде.

— Он много говорил. О том, что перестрахуется, что на этот раз всё сделает иначе. Будто пытался убедить себя, что всё под контролем.

— Перестрахуется? Как именно?

Карг пожал плечами.

— Не знаю. Он ни с кем из нас толком не говорил. Только упоминал, что у него есть "резервный план". Что он не идиот и всегда держит пути отхода при себе.

Я задумалась, перебирая в голове слова Карга. Это могло быть как паранойей вора, так и реальным планом. Который, к сожалению, ему не помог.

— Больше ничего? — спросила я.

— Нет. Он был осторожным. Даже слишком.

Я кивнула, понимая, что вытянула всё, что могла.

— Спасибо, Карг.

Он махнул рукой, уже теряя ко мне интерес.

Я вышла из лавки и снова слилась с тенями переулков. Теперь я знала больше, чем следователи и Лайза. Дерек что-то задумал перед смертью, и мне нужно было выяснить, что именно.Возможно, он не донес артефакт не потому, что его убили. А убили его, как раз, потому что он не собирался его относить. Хотя, это только теория. И она маловероятна. Репутация требует выполнять задания. Хм. Тут было о чем подумать. Но об этом никто не должен был узнать. Пока.

На обратном пути в участок я прошла через любимую лавку, где всегда покупала пирожные. Ноги сами привели меня туда — старый привычный ритуал. Вместо одного или двух я купила целую коробку. Почему? Может, из-за того, что мне было приятно, что в участке меня пока никто не подозревает. Или потому, что я знала, как поднять настроение уставшим людям.

Когда я вернулась в участок с коробкой, всё внимание было моим.

— Пирожные? — воскликнул один из следователей, увидев меня с коробкой.

— Хотите? Угощайтесь, — ответила я с улыбкой, и все моментально окружили меня.

Шум, радостные голоса и восторженные похвалы заполнили комнату.

— Эвелин, вы просто находка, — произнёс кто-то, наслаждаясь первым кусочком.

— Приятно видеть, что кто-то ещё помнит, как сделать день чуть лучше, — добавил другой.

Взяв одно пирожное, я направилась к кабинету подполковника Марлоу. Постучала и вошла, поймав его хмурый взгляд.

— Это вам, — сказала я, протягивая десерт.

Он посмотрел на меня так, будто я предложила ему яд.

— Я не ем сладкое, — резко ответил он. — И напоминаю, вы здесь не для того, чтобы пирожные раздавать, а чтобы дело раскрыть.

Я невозмутимо улыбнулась.

— Можно совмещать, — ответила я, развернулась и вышла. О чем спорить с человеком, который не любит сладкое? Я покачала головой и понадеялась на лейтенанта. Он-то вроде нормальный.

Когда я подошла к Калебу, он встретил меня с тёплой улыбкой.

— Для вас, лейтенант, — сказала я, протягивая ему пирожное.

— Вы просто спасительница, — ответил он, мгновенно взяв угощение.

В этот момент появилась Лайза.

— А где моё пирожное? — спросила она, глядя на нас с прищуром.

Я сделала большие удивлённые глаза.

— Энн, ты же не ешь сладкое.

Её лицо скривилось, но спорить она не стала. А Калеб только блеснул глазами и с улыбкой откусил кусок пирожного, будто специально подкалывая её.

Вскоре мы снова отправились домой. Сначала завезли Лайзу, которая попрощалась с лёгким раздражением, но всё равно мило помахала ручкой нам на прощание.

Когда мы приехали к Калебу, я уже чувствовала лёгкую усталость, но расслабиться не получилось.

— Думаю, я приготовлю ужин, — сказал он, раздеваясь в прихожей. — Вы ведь не возражаете?

— Конечно, нет, — ответила я, хотя всё это начинало казаться слишком… уютным.

Пока он возился на кухне, я не выдержала.

— Давайте я помогу, — предложила я, входя в кухню.

— Хорошо. Нарежьте овощи, пожалуйста, — ответил он, указав на корзину с морковью, перцем и луком.

Я взяла нож и приступила к работе, пытаясь сосредоточиться. Но сосредоточится не получилось, потому что когда Калеб оказался рядом, чтобы взять тарелку, наши руки случайно соприкоснулись. И это простое действие, которое случалось в моей жизни неоднократно, я про касание с мужчиной руками или другими частями тела, неожиданно вызвало в моем теле легкую дрожь.

— Ой, простите, — выдохнули мы одновременно, отступив на шаг друг от друга. И я только взяла себя в руки, как настал еще один и еще один раз.

В следующий раз он наклонился за солью, а я в этот момент потянулась за ножом, и мы чуть не столкнулись лицами. И снова эта неадекватная реакция, словно я снова девица! Мое тело сошло с ума от присутствия лейтенанта или это его магия?

— Извините! — сказала я, отступая, стараясь унять непрошенные мурашки.

— Нет-нет, это я, — ответил он, улыбнувшись, обаятельный, зараза.

Неловкость повисла в воздухе, но почему-то она казалась… приятной.

Нельзя было отрицать, что мужчина мне нравился, вот только он ищейка, а я преступница и все это не имело смысла. Правда с каждым новым “столкновением”, все больше хотелось забыть о том, кто я и прикинуться этой самой студенткой академии. Хотя бы на то время, пока я играю эту роль. Хуже ведь не будет? Все-таки, мне уже не восемнадцать. Да и замуж я за него не собираюсь. Просто развлечение, служебный роман…

Мы продолжили готовить, осторожно избегая столкновений, но каждый раз, когда наши взгляды встречались, я чувствовала, как моё сердце начинает биться чуть быстрее. Проклятье. Кажется я влипла во что-то незапланированное.

Когда ужин был готов, мы сели за стол. Калеб налил нам по бокалу лёгкого вина и поднял свой.

— За командную работу, — сказал он, улыбаясь.

— За командную работу, — повторила я, чувствуя, что этот вечер стал чем-то большим, чем просто очередной день в расследовании.

Мы сидели за столом, наслаждаясь ужином. Тушёное мясо с овощами, приготовленное нашими общими усилиями, оказалось восхитительным, и я искренне похвалила Калеба за его кулинарные способности.

— Вы явно готовите лучше, чем следите за цветами, — заметила я с лёгкой улыбкой, кивая на подоконник, где стоял уже завявший кактус.

Калеб рассмеялся, слегка покачав головой.

— Готовка — это что-то вроде медитации. А вот цветы… не мой конёк.

— Неужели у мужчины, который может собрать идеальное досье, не хватает времени на пару капель воды?

— Честно говоря, я предпочитаю, чтобы о таких вещах заботились другие, — ответил он с мягкой улыбкой.

— Другие? Вы намекаете на то, что вам нужно больше помощников? Или, может быть, кого-то ещё? — с интересом спросила я.

Он поднял взгляд, и в его глазах мелькнула тень задумчивости.

— Вы спрашиваете, почему я не женат?

— Именно, — ответила я, стараясь придать голосу лёгкий, дружеский тон, чтобы не показаться слишком любопытной.

Калеб ненадолго задумался, откинувшись на спинку стула.

— Думаю, дело в том, что моя работа всегда была для меня на первом месте. Мне нравится порядок, структура… А семья — это совсем другое.

— То есть, вы просто не нашли ту, ради которой захотели бы отступить от своей структуры? — уточнила я, отложив вилку.

Он усмехнулся, но в его улыбке было больше грусти, чем радости.

— Возможно. Или, может быть, не захотел искать. В какой-то момент мне стало казаться, что проще оставаться одному.

— Проще? — Я прищурилась, внимательно разглядывая его. — Словно вы боитесь, что кто-то может нарушить ваш привычный уклад жизни?

Он вздохнул, слегка качнув головой.

— Не то чтобы боюсь. Скорее… привык к одиночеству. Но иногда, — он замолчал на мгновение, словно обдумывая, стоит ли продолжать, — иногда мне кажется, что этого недостаточно. Хочется, чтобы… Впрочем, это не важно.

Его слова задели меня, заставив задуматься о собственных чувствах. Я тоже привыкла быть одной. Всегда полагалась только на себя. Но Калеб… рядом с ним словно должна была быть заботливая женушка, трепетно ожидающая его с заданий с толпой ребятишек. А может мне только так казалось, ведь я его знала всего два дня. Целых два дня.

— Вы когда-нибудь думали о том, чтобы что-то изменить? — осторожно спросила я, а потом поняла, как двояко это прозвучало. Хотя… Пусть.

Он оторвался от еды, внимательно изучая меня, прежде чем ответить.

— Возможно. Всё зависит от человека, которого я встречу. Будем ли мы оба готовы изменить свою жизнь ради чего-то большего.

Я замолчала, не зная, что ответить. Его слова оставили странное ощущение, будто он открылся мне больше, чем хотел. А еще, будто мы тут уже оба откровенно флиртуем.

— А вы? — неожиданно спросил он. — Почему вы одна?

Я задумалась, но затем ответила с лёгкой усмешкой:

— Я не говорила, что одна. Но вы, как настоящий профессионал, меня раскусили. Я, наверное, просто не привыкла, чтобы кто-то был рядом.

Он кивнул, будто понимая больше, чем я ожидала.

— Иногда быть рядом с кем-то — это риск, который стоит того.

Я ничего не ответила, только сделала глоток вина, стараясь спрятать лёгкое смущение.