Последняя жертва

Друзья, рада представить вам мою первую романтическую комедию о любви.

Здесь вас ждет атмосфера Нового года и Рождества. Смешные и местами нелепые ситуации, а также море позитива и романтики.

Мне хотелось создать добрую, волшебную историю любви, которая заставит вас улыбнуться.

Вот это все я изначально планировала.

НО…

Потом я решила, что на середине романа мы с вами можем чуток заскучать, так почему бы и не добавить детективную линию?

Очень надеюсь, что у меня получилось передать эмоции, холодок по спине и огонь, что горит в сердцах главных героев. И вы сейчас наслаждаетесь прочтением глав, укутавшись в уютный плед, и попиваете чаек в этот прекрасный зимний вечер. Ну и, конечно же, нервишки пощекотать тоже нужно, немножко.

 Начинаем…

 Глава 1

Сумерки, трасса…

Молодая девушка сидит в машине и безуспешно пытается завести двигатель.

Результат плачевный. Что-то гудит, жужжит и дребезжит, но машина так и не реагирует.

Первое, что приходит в мою уставшую голову, — позвонить папе. Он все решит.

Твою мать…

Ни одного долбанного деления. Сети нет. Ну что, это фиаско. Причем полнейшее. Я застряла на подъезде к городу, и я совсем одна.

На что я могу рассчитывать?

В лучшем случае — на доброго самаритянина, который будет проезжать мимо и поможет мне. А в худшем — на маньяка, который затащит меня вон в те кусты, заваленные снегом, что растут у дороги, изнасилует, а потом убьет.

Так, Софья Павловна, вы не на странице своего детективного романа и вряд ли в этом городке найдется маньяк. В нашем захолустье все друг друга знают. Там даже изменить нормально нельзя. Это просто невозможно — кто-то да спалит. Точно говорю.

Не то чтобы я одобряла измены, наоборот, я презираю изменников. Но вспомнилась история, как отец моей школьной подружки Эльки загулял. Но гулял он недолго, почтальон узнал и жене его рассказал. Почтальон был вроде как кузеном его жены… Да, в нашем городе точно все друг друга знают, еще и родственниками являются многие. Куда не плюнь — везде брат, сват или троюродная бабушка. Как-то так…

Помню, весь город тогда перешептывался об Элькином отце и его подружке. Благо мы уже в старших классах учились, но Элька все равно переживала.

Так что о маньяке и речи быть не может. А это значит, нужно брать себя в руки и думать рационально.

Последний указатель, который я проехала, сообщил мне о том, что до населенного пункта осталось ехать пять километров, а это не так и много. Можно закрыть машину и пойти пешком. По дороге поймать сеть и позвонить. Отличный выход из положения. Так и сделаю…

Иначе я попросту замерзну в своей же машине.

Вытаскиваю шнур из телефона, который уже явно не поможет. Батарея заряжена на половину. Пойдет.

Так, телефон в сумку, воду, что на пассажирском валяется, ну и все. Можно выдвигаться.

Вылезаю из машины — дубак. Зимы у нас хоть и теплые, но все же. А я как вышла от редактора в блузке и юбке, так и в машину запрыгнула. Не стала штаны надевать. Думала, быстренько доеду, а там и дом. Прогулка в мои планы никак не входила. Единственное, на мне удобные и высокие сапоги, ну и куртка имеется.  

Мне нужна шапка…

А где она? Где-то в чемодане.

Обхожу машину и в багажник. Открываю чемодан, и мне чуть-чуть улыбается удача. Шапка лежит прямо посередине. Надеваю на себя, и ветер уже не так сильно пронизывает голову.

Да, ветра тут такие же, как и раньше. Уверена, и в городе все так же, как и раньше. Никаких изменений.

Сколько я не приезжала? Лет пять точно, а то и больше. Последние годы я была так занята своей карьерой, что немного отбилась от жизни, от людей.

И я совсем не жалею. Результат тому свидетель. Я почти достигла того, чего хотела.

Бах. Багажник захлопнула, поставила авто на сигнализацию и быстро пошла вперед, постоянно смотря в телефон.

Хоть бы связь поймать, иначе дома я окажусь поздней ночью, и папа поставит всех на уши. А мне для полного счастья только и не хватает, что проехаться по городу в полицейской машине. Зато какое яркое появление…

Не знаю, сколько я прошла, метров сто, может, двести, пока не увидела свет фар, что мне в спину светят.

Первое ощущение — страх. Резкий выброс адреналина, и даже давление подскочило.

Ну а как иначе?

Пока я рассуждала в машине, на улице еще больше стемнело. А сейчас я стою на обочине трассы и прикрываю лицо, так как фары меня ослепляют. На мне короткая юбка, которую почти не видать из-за длины куртки, и ничего больше. Точь-в-точь проститутка, что ищет попутчика.

Но самое жуткое ждало меня впереди…

Машина подъезжает все ближе, и я по папиному наказу тут же, несколько раз подряд, проговариваю в своей голове номер авто.

Зачем я это делаю?

Отец с детства меня пугал разными историями о похищении, убийстве…

Думаю, именно поэтому я стала автором бестселлеров. Пишу детективные романы и имею успех.

Помню, как мама ругала папу за то, что он мне рассказывал о самых известных серийных убийцах. А мне было так интересно. Ну как такое может быть неинтересным? Частенько, приходя со школы, я пробиралась в папин кабинет и представляла себя следователем. Я украдкой брала папки с делами из его стола, изучала улики и выдвигала гипотезы. Строила предположения, пыталась разгадать теории заговора…

Но сейчас я не в детективном романе, а вот опасность вполне реальная.

Белая «Хонда» все ближе, и даже в этих сумерках я замечаю, что машина новенькая.

Может, кто из соседнего города едет?

А может, и из наших кто разбогател. Машина останавливается рядом со мной, и водитель опускает пассажирское боковое стекло. Точно принял за проститутку.

А иначе зачем он так делает?

Осторожно подхожу и чуть наклоняюсь. И вот оно, первое впечатление, которое во мне не только страх вызывает, а ужас и разгорающуюся панику.

Мужчина, сидящий за рулем этой самой «Хонды», — красавчик, а это очень и очень плохо. Красавчики опаснее всего. Они вытянули в жизни счастливый билет — природную красоту, а значит, знакомиться с жертвами им куда проще, нежели некрасивым мужчинам. Априори девушки ведутся на симпатичных парней, они к себе быстрее располагают. Очаровывают без дополнительных умений.

И этот мужчина за рулем относится именно к таким.

— Привет, подвести? — вполне себе обычный вопрос, но меня уже накрыл мандраж не по-детски.

Да, мне нужна помощь, но…

Я же хотела доброго самаритянина? Ну так вот он. Хватай. Но голосок внутри меня тихонечко так пищит: «Не надо». А я ему обычно верю и прислушиваюсь.

— Привет. У меня машина сломалась. — Ну хоть голос не дрожит от страха, и на этом спасибо.

— Я ее сейчас проезжал? — Большим пальцем назад тыкает. — Красная «Мазда»?

— Да. Сможешь добуксировать до города?

— Без проблем. Залезай…

Куда залезай? В его тачку? А что если он и не думает мне помогать? Сейчас в тачку свою заманит и…

Господи, Соня, ты в край уже шизанулась?

С виду мужчина приличный, приятный, да и разговаривает вполне себе вежливо. Но меня все равно что-то смущает. И не что-то, а многое.

Куда он едет на ночь глядя? Почему сразу же согласился помочь, без вопросов? В современном мире никто ничего не делает просто так, за спасибо, а этот даже денег не попросил за помощь.

А может, еще попросит?

Но у меня нет вариантов. С каждой минутой на улице все темнее и темнее, а до города прилично еще пилить. Да и темный лес вокруг меня реально пугает. У нас тут порой дикие животные выбегают на трассу, и я могу их встретить, чего мне совсем не хочется. И встретить медведя куда страшнее, чем одинокого мужика, от которого я бы смогла отбиться. У меня и газовый баллончик в сумке имеется, да и в машине кое-что есть. А вот от медведя…

А значит…

Открываю дверь автомобиля и залезаю внутрь. Сразу же покрываюсь мурашками. В машине тепло, а на улице было прохладно. Ощущаю контраст температур своей кожей.

Только я оказываюсь внутри, мужчина жмет на газ и начинает разворачиваться. Ну а меня начинает чуть отпускать мое обостренное чувство опасности. Вероятность того, что он и впрямь решил мне помочь, возросла.

— Меня Илья зовут.

— Соня.

— Могу глянуть машину, вдруг заведется.

— Вряд ли. Что-то мне подсказывает, она сломалась окончательно. — Поняла по ее жужжанию странному.

— Ну тогда сейчас на буксир и сразу на станцию. Знаю хорошую, друг держит. Сделают быстро и без накрутки для приезжих.

— А с чего это я приезжая? — Задевают его слова поначалу, но потом… Хм, значит, я выгляжу уже не как местная, это радует. — Я местная. Всю жизнь в городе прожила. Уехала, когда в институт поступила.

— Местная? Я думал, я всех знаю. Какая у тебя девичья фамилия?

Девичья? Это он специально так? Хочет узнать, замужем я или нет? Пф-ф, какой подлый приемчик.

— До сих пор девичья. Софья Павловна Ильина.

Произношу гордо. Моя фамилия всем местным известна, и, думаю, этому Илье тоже.

— Илья Звонарев, можно без отчества.

Типа пошутил? Не совсем поняла, если честно, его шутку, но отвечать не стала. Мы к моей машине уже подъехали.

— Мне твоя фамилия незнакома, — зачем-то решаю поддержать беседу с малознакомым типом.

— Ну я, наверное, просто постарше буду…

— Хотя нет, — перебиваю Илью на полуслове, так как что-то все же всплыло в памяти. — Я помню девочку, ну та, что пропала. Это было лет десять назад, я еще в школе училась. Слышал об этом? Как же ее звали… — На языке так и вертится, но не могу вспомнить.

— Маша Звонарева, — отвечает Илья, и его голос становится другим.

Более тихим и даже пугающим…

Мужчина стоит у моей машины и на меня смотрит, а я на него. Первое, что приходит в голову, извиниться. Скорее всего, эта девушка была его родственницей, раз фамилия одинаковая.

Так или иначе однофамильцы нашего городка являются родней. Иногда очень дальней, но все же.

И Маша Звонарева, скорее всего…

Мне срочно нужно выяснить. Может, расспросить? Я писатель, я не могу начать и не закончить. Мне нужны подробности…

— Точно, Маша. Она твоя родственница? — спросила, не ожидая услышать…

— Родная сестра, — равнодушно отвечает Илья и кивает на мою машину. А я в ступоре.

Сестра? Я думала, троюродная какая-нибудь или внучатая племянница его бабушки, но родная сестра… Вот я идиотка. Прямо в лоб со своими расспросами, а у человека вообще-то трагедия…

А с чего это я взяла, что трагедия? Я даже не знаю, чем там дело кончилось. Нашли ее?

Илья вновь кивает на мою машину, и я освобождаюсь от своих мыслей. Точно, нужно отключить сигнализацию и капот ему открыть. Что я и делаю, но мою голову полностью поглотили размышления о том старом деле.

В моменте мне становится плевать на то, что я посреди леса, на трассе, с незнакомым мужчиной и сломанной машиной. Мне становится неважно то, что, вероятнее всего, папа уже выдвинулся на мои поиски с отрядом бойцов. Меня интересуют только подробности того загадочного дела и чем в итоге все закончилось. И закончилось ли.

— Посветишь фонариком? — только спросил, как я тут как тут.

— Да, конечно.

Фонарик включила и свечу ему на потроха моего автомобиля. С языка почти срываются вопросы, но я их не задаю. Почему-то. Моя внутренняя тактичность не позволяет начать расспрашивать, возможно, о самом страшном моменте в жизни, когда человек от чистого сердца помогает мне с машиной.

Видимо, все же зря я училась на факультете журналистики. Ну какой из меня журналист? Люди этой специальности могут разговорить покруче полицейского.

А я?

— Ну что? — не терпится мне услышать вердикт по изучению авто, пока Илья ковыряется под компотом машины.

— Честно? — Поднимает глаза и так смотрит…

Вердикт будет неутешительным. Это факт. Как я догадалась? Да по лицу бедолаги, что сейчас обдумывает в своей голове, как новость мне помягче преподнести. Надо же, такой вроде бы взрослый, с виду уверенный в себе и брутальный, но по лицу сразу все его эмоции читаются. Улыбка добрая, глаза блестят…

— Ну конечно, — говорю Илье и чуть улыбаюсь, чтоб он не боялся меня ошарашить. 

— Тут пиздец. У меня ощущение, что ты на новый движок попала.

— Серьезно? — Такого не ожидала. Думала, свечи там…

Это единственное, что я знаю о деталях под компотом. Но двигатель? Это же не одна сотня тысяч…

— После диагностики точно скажут. — Пытается сгладить столь неприятное сообщение, но не помогает. Я готова заплакать, когда прикидываю в голове список будущих расходов.

— Ну давай тогда на буксир меня и погнали. Мне позвонить надо, там папа, наверное, волнуется. Я давным-давно должна была приехать… — тараторю, но Илья меня останавливает. 

— Тебя уже отбуксировали когда-нибудь? Знаешь, что нужно тормоз нажимать?

Илья спрашивает и начинает сильней улыбаться. По моему лицу, видимо, тоже заметно, что ничего такого я никогда в жизни не делала. Да у меня и машина-то никогда не ломалась. Такая ситуация со мной впервые, а все потому, что я ответственно подхожу к техобслуживанию. Вовремя масло меняю, раз в полгода делаю диагностику и все в этом роде.

— Ладно. Садись за мою, а я на твоей тогда.

За мою? Это за руль его машины, что ли? Да ладно? Пустит незнакомку за руль?

— Серьезно? — Не доверяю его словам.

— Ну ты же умеешь водить? — Шутка?

— Конечно. Пять лет уже вожу, — говорю так, будто у меня стаж равен нескольким десятилетиям.

— Вот и отлично. Только не гони, идет? — Снова шутит, но на этот раз вышло очень даже смешно. Я рассмеялась.

— Не буду. А куда ехать?

Илья называет адрес, и я сразу же понимаю, по какому маршруту двигаться. На том месте, где сейчас станция, раньше были склады какие-то. Мы там частенько в детстве играли, территория позволяла.

В войнушку, в прятки. Но, видимо, столько лет спустя кто-то, а именно знакомый Ильи, выкупил место и открыл там бизнес.

Я все еще стою на улице, пока Илья мою машину к своей цепляет.

Холодно, но я стою. Ощущение, что мне больше некуда спешить. Мне никуда не надо. Сейчас мне нужно только одно — информация.

И как бы мне у него спросить про сестру?

А у Ильи отличная машина, я уверенно чувствую себя в ней на дороге. Чуть педаль надавила — она резко тормозит. А может, я просто к своей привыкла? Все же машины разные?

Но «Хонда» Ильи мне нравится больше моей. На ней и гололед не так страшен. Хм, скорость сорок, чего тут бояться?

И пока я медленно еду, мысли вновь заполняют мой уставший разум.

Что я помню о том деле?

Это был выпускной год. Я училась в одиннадцатом классе и усердно готовилась к экзаменам. Родители на тот момент уже не жили вместе. Мама уехала на время к теть Оксане, к своей старшей сестре, а я осталась с папой. Учиться оставалось всего ничего, и поэтому родители приняли решение не выдергивать меня из обычной среды. Это было хорошее решение.

Мы с Элькой дни напролет готовились к тестам и практически не тусовались. Да я и в обычные дни мало тусовалась. Каждый мент нашего города знал меня в лицо, и по злачным местам я побаивалась ходить. Нет-нет, да отцу бы сболтнули, что меня видели. И тогда бы меня ждал допрос с пристрастием.

Хотя…

Папы зачастую не было дома. Почти два месяца я жила одна, он только ночевать приходил и то не всегда. Готовился к повышению и приводил свой отдел в порядок. Доприводился, что в итоге лишился жены. Но это все в прошлом…

Но тот день я хорошо помню. А почему?

Потому что мы с Элькой имели неосторожность покурить на развалинах около школы и не зажевать жвачкой. Я пришла домой, а там отец. Вот же засада…

И что принесло его домой днем?

В общем, он сразу же учуял запах табака и прочитал мне длинную и нудную лекцию о вреде курения. Но это не самое страшное.

Ужасом стало то, что он меня наказал. Да-да, уже почти взрослого человека, без пяти минут студентку, взял и наказал. Пригрозил расправой, если я выйду из дома, и ушел на дежурство. Но мне так нужно было выйти…

Именно сегодня мы собрались с друзьями немного оторваться на озере. Помню, мне нравился Вовка из параллельного класса, и я хотела с ним там встретиться.

Но не в моих правилах было перечить отцу. Я не из тех девушек, что украдкой сбегают из дома. Я трусиха…

Да и мой отец умеет запугивать мама не горюй. Как же Элька меня уговаривала свалить из дома и поехать с ними, но я знала, чем все это может кончиться для меня. Если бы папа узнал, он бы согнал всех своих сотрудников и разнес нашу вечеринку в пух и прах. И тогда бы я вовек не отмылась от позора. Поэтому я не стала рисковать, а приняла неизбежное затворничество.

Элька без остановки спамила мне фотки с вечеринки. Они веселились, а я сидела в четырех стенах и решала тесты по предметам, которые собираюсь сдавать. Может, поэтому я поступила в университет, а Элька пошла в местный колледж? Кто знает…

Утром пришел отец. Это была суббота. Я встала пораньше, чтобы приготовить ему завтрак и как-то оправдаться в его глазах. Но ему это было не нужно. Думаю, он даже забыл, что наказал меня.

Он был сам не свой. Замкнутый, тихий. Не пожелал мне доброго утра, когда вернулся с работы, хотя он никогда не игнорировал меня. И «доброе утро», и «спокойной ночи», пусть и по телефону. Но не сегодня…

И я не понимала, в чем дело. Тогда не понимала.

Папа махнул на второй этаж, принял душ и спустился в гражданке. А еще я помню, как он смотрел тогда на меня. Что-то в его взгляде в тот день навсегда изменилось. Глаза стали печальными и жалостливыми. Я хорошо помню, как спросила его: «Что-то случилось?»

И он рассказал мне… 

Папа рассказал, что к нему обратилась Анна Звонарева. Ну это я сейчас знаю, что она Звонарева, тогда я понятия не имела, о ком идет речь. И Машу я знать не знала, и с Ильей я познакомилась только полчаса назад.

Анна сказала тогда, что ее дочь не пришла ночевать домой и не отвечает на звонки. Телефон выключен. Сказала, что переживает и не знает, куда податься, вот и обратилась в полицию.

До отца эта информация дошла не сразу. Дежурный не придал особого значения. Ну типа совершеннолетняя девушка не ночевала дома…

Типичная ситуация, бывает. Может, она у парня осталась или подруги. Но Анна настаивала, кричала на полицейского, и тогда уже вмешался отец. Уверена, эта история его колыхнула. Столько лет разбираться в бытовухе, ДТП и прочей ерунде расслабили правоохранительные органы нашего города.

А тут такое…

А может, он представил на месте той девочки меня? Ведь мы были почти ровесницы.

По отмашке отца уже к вечеру весь наш городок стоял на ушах. Многие люди покинули свои дома и сформировали поисковые отряды. Почти три дня мы бродили по городу, лесу, по всем заброшенным зданиям и искали Машу, но так и не нашли. Она будто в воду канула, никто ее не видел.

Отец говорил мне, что она была на той самой вечеринке на озере, но потом бесследно исчезла. Никто не знал, где она, а ее мама донимала отца звонками.

Элька тогда, помню, так паниковала. Она ведь тоже была на вечеринке, и там, как она рассказала, был полный беспредел. Во-первых, куча народа, чего изначально и не планировалось, — парни и девчонки из колледжа, старшеклассники, ребята из соседних деревень. Да, слух о тусовке быстро разнесся по окрестностям. Во-вторых, к середине этого увлекательного мероприятия все изрядно напились. Даже удивительно, что никто не утонул в озере. Элька сказала, что к ней там кто-то пристал и они с братом уехали домой, от греха подальше.

И вот сейчас я думаю, может, все-таки кто-то и утонул?

Хотя, опять же, по рассказам отца, водолазы исследовали озеро вдоль и поперек, но так ничего и не нашли. Озеро небольшое, но глубокое с илистым дном. Может, в этом причина?

А я, дура, злилась на отца, что он меня не пустил. И правильно сделал. Ну это я сейчас понимаю, что правильно, а тогда я очень сильно неистовствовала. Для меня это было трагедией века!

А за что? За то, что он просто хотел меня защитить? За то, что пытался оградить от пьяных парней?

Ох уж этот юношеский максимализм…

Почему мы все осознаем, только став взрослыми?

И чем все закончилось? Да ничем. Как известно, чем меньше город, тем больше сплетен. Так и есть. Помню, что на каждом углу мусолили слухи про эту девушку и каждый добавлял какие-то свои факты об ее исчезновении. Помню, как говорили, что она была «неблагоприятной». Вот оно, клеймо маленького поселения. Попалась на курении — неблагоприятная. Задружила с парнем — гулящая девка выросла. Не сдала экзамены — родители совсем не занимались ребенком… И все в этом духе. Что-что, а клеймить в нашем городе умели знатно. Вот все и прятались по углам, от назойливых глаз.

А еще мне вспоминается, как отец злился. И не просто злился, он был в ярости. Но я думаю, что это от его беспомощности в данной ситуации. Девушка пропала, а поиски не принесли никакого результата.

А еще сезон дождей…

Да, в мае у нас дождь чуть ли не каждый день. Иногда ливневый. И когда с соседнего города прибыли специалисты, всевозможные следы были давно смыты.

Так и чем все закончилось?

Я и не помню. Ну потрещал город какое-то время и забыл об этом. Горожане вернулись к привычной жизни, а я — к сдаче экзаменов. В середине лета я собрала все свои вещи и уехала к маме, так как поступила в университет на факультет журналистики. Вот и все. О том случае я больше и не вспоминала. И отец не говорил.

Да никто не говорил. Все просто об этом забыли и начали жить дальше. Но сейчас-то я могу все узнать. Все ответы едут позади меня, нужно только спросить…

Ну вот мы и на месте. Поехала по объездной, чтобы не тащиться через центральные улицы города. Десять минут, и мы подъехали к СТО.

Да, даже в этой темноте я вижу изменения. Ярко светит огромная вывеска «Станция технического обслуживания». А когда-то здесь было одно из тех мест, куда мне не разрешалось ходить.

Глушу мотор и вылезаю из машины. Илья подходит ко мне, и я вижу, как к нам навстречу идет мужчина. Взрослый. Когда Илья говорил, что у его друга свое СТО, я думала, друг, а не…

На вид мужчине под пятьдесят. Он такой… я бы сказала, мощный. Высокий, ноги длинные и плечи широкие. Бывший баскетболист?

— Здорова, Дим. — Пожимают руки. — Вон тачка, по которой звонил…

Точно. Звонил. Осознание прям-таки и шибануло по моей голове. Я же до сих пор еще папе не позвонила. Хотела по пути, но мысли завладели всем моим разумом. Он там, наверное, уже с ума сходит…

— Я позвоню быстренько? — отпрашиваюсь у Ильи и вручаю ему ключи от автомобиля.

Он чуть вскидывает брови, но я не обращаю внимания. Да, возможно, я немного злоупотребляю его помощью, но мне правда очень-очень позвонить надо. Это же папа.

Отхожу в сторонку и набираю отца…

— Пап, — отвечаю на его «алло».

— Софья, ну ты где? — голос немного обеспокоенный. Приятно-приятно…

— У меня по дороге машина сломалась, я сейчас на СТО, но уже в городе. Все в порядке, мне помогли. — Не стала я вдаваться в подробности.

— Тебя забрать? СТО на Складских? — Так местные называют этот район. Сплошные склады и какие-то непонятные здания. Вроде как тут раньше завод был, его снесли, а пристройки остались. И местные не теряются — один станцию забабахал.

Забрать? Нет. Я еще даже не поговорила с Ильей, а поговорить надо. Я же теперь уснуть не смогу, так и буду мучиться от этого незнания. Я такая…

Буду лежать в постели и бесконечно размышлять, пока организм просто не отключится. Но с пробуждением мысли вернутся, и все по новой. Замкнутый круг неизвестности. Проходила такое неоднократно и больше не хочется. А поэтому:

— Нет, забирать не надо. Я сейчас узнаю, что да как с машиной, и позвоню. Элька еще к себе звала… — На ходу придумываю оправдание, как мне чуть задержаться и не ехать домой.

— Ночь на дворе, какие могут быть гости? — говорит отец привычными фразами, да только мне не пятнадцать.

Хотела было ему возразить, возмутиться, но зачем? Эта его забота до ужаса милая, и мне все еще приятно ощущать себя маленькой девочкой. Хоть я таковой и не являюсь.

— Пап, все хорошо. Я взрослая вроде как, так что разберусь сама. Ключи от дома на том же месте?

— На том же… — Вздохнул отец и больше не стал настаивать.

— Ну все, пошла я узнавать, что произошло с моей машиной.

— Звони если что.

— Как и всегда…

Оборачиваюсь, а мою машину уже заталкивают в гараж какие-то парни. Вот это они шустрые. И тут я вспоминаю: там же чемодан…

***

— Я все заполнила. — Отдаю бумаги высокому Дмитрию. Ничего сложного. Фамилия, телефон…

— Завтра с утра тогда гляну и позвоню. Илья зря вас напугал, возможно, движок удастся спасти.

— Думаете? — Надежда во мне еще теплится полупотухшим фитильком.

— Да что он в тачках понимает? Чуть что ко мне едет. — Улыбается Дмитрий. — Перед дамой решил писануться? — подшучивает над Ильей автомеханик.

— Да заткнись ты. Не позорь меня…

Илья улыбнулся и, кажется, чуть засмущался. Глазами своими в меня стрельнул, и этот выстрел явно достиг своей цели.

Я ощутила мимолетное веяние флирта, что от его взгляда исходит. Улыбнулась в ответ, слегка смутившись и ощутив неловкость.

Но я сейчас совсем не в том виде, чтобы флиртовать с мужчиной. Я стою в какой-то жиже в пропахшем бензином гараже. На голове — не понять что, на лице, думаю, тоже, потому что макияжу целый день. Мне сводит живот от голода, а когда я голодная, мое лицо так или иначе выдает злость. Но он все же флиртует. И вот почему…

— Куда везти? — уточнил Илья, когда мы сели в его машину.

— А ты торопишься? — решилась все-таки спросить.

Домой мне сейчас ехать не хочется. Точнее хочется, но расспросить его хочется сильнее. Да и компания Ильи мне приятна. Очень приятна.

Но мой вопрос удивил парня. Он снова задрал брови, а потом прищурился. Будто опасается чего-то.

— Нет.

— Может, по пиву? Я угощаю. Ну за помощь… — Уверена, выгляжу я странно. Не умею я завлекать мужчин. Никогда не умела, слишком робкая, что ли. Обычно они как-то проявляются, а я соглашаюсь. Но что касается Ильи, у меня просто не было выбора. Я должна была себя пересилить и пригласить его.

И он оказался не против.

— Я за.

Все, он согласился. А я? Никак не ожидала услышать такой ответ. Я изначально была готова к отказу.

— Серьезно?

Зачем я спросила? Я так и слышу, как от этого вопроса исходит отчаяние. Да, я не уверена в себе. И, если уж совсем быть честной перед самой собой, не думала, что он согласится на мое предложение выпить.

— А почему нет? Вечер пятницы, я устал, есть хочу.

— И я голодная… — произнесла вслух, и живот будто узлом стянуло. Сейчас урчать начнет на всю машину. Он всегда так делает, в самый неподходящий момент.

— Ну тогда поехали ужинать. — Жмет на газ Илья, и мы начинаем движение.

Пока едем по городу, я смотрю в окно. Воспоминания яркими картинками и скачут в моей голове, навевая о прошлом. Сколько лет тут было прожито, сколько всего пережито…

Вижу, что на месте кафе, где мы собирались с ребятами после школы, теперь какой-то ресторанчик. Вывеска крутая, совсем не подходит этому городу. Выделяется…

А может, и подходит?

Пять лет — долгий срок. Может, это я застряла в том прошлом, в воспоминаниях, а мой город идет вперед? Процветает, меняется…

Новые постройки, заасфальтированные улицы. Фонари…

О боже, фонари. Они повсюду! Раньше такого не было, а теперь…

Тут и впрямь многое поменялось. И даже это…

— В бар? — спрашиваю, потому что именно у бара мы и паркуемся.

— Ну ты же хотела меня угостить. Передумала? — Ловко втискивает машину Илья между двумя другими.

— Нет, но мы же поесть хотели. А в баре что есть? Чипсы? Орешки?

— Ха, это не простой бар. У него кухня до одиннадцати работает. Это, конечно, не итальянский ресторан, но тебе понравится, обещаю.

Илья говорит, улыбается, а у меня ощущение, что это не просто ужин и что я  не просто так проставляюсь перед добрым самаритянином.

По крайней мере Илья так все преподносит. Поэтому чувство, что я сейчас на свидании, все больше и больше подтверждается действиями с его стороны.

Бар под названием «Гром» находится между двумя жилыми домами. И когда я вылезаю из машины, то уже уверена, что это заведение особенное. Все, начиная с фасада и заканчивая вывеской. Никакого максимализма, никакой вычурности. Вывеска с подсветкой, но вполне обычная. Солидная.

Около бара почти нет машин, и вот это уже странно. Может, люди ходят сюда пешком? Не садиться же потом пьяным за руль? Или это непопулярное место? Смотрю по сторонам…

Хотя расположение неплохое. Не центр, но и не на отшибе.

Илья захлопывает дверь, и мы идем ко входу заведения . Я немного в смятении. Возможно, в этом баре я встречу кучу знакомых, а с другой стороны, какое мне дело до этого?

Столько лет меня тут не было, может, меня никто и не вспомнит?

Просто я сейчас не в том состоянии, чтобы с кем-то встречаться, общаться и все такое. Я хочу перекусить, поговорить с Ильей и рвануть домой.

Массивная деревянная дверь с резной ручкой открывается, и я попадаю внутрь. Нос сразу улавливает запах пенного. Да, я истинный ценитель хорошего пива. Вино, шампанское и вся подобная муть не для меня. Не люблю сладкий алкоголь, только «соленый».

Стены основного зала сразу же притягивают мое внимание, и больше ничего вокруг я не замечаю. Да, они из деревянных досточек, но не это меня восхитило. А фото…

Куча различных фото прикреплены к стенам, и смотрится это… интересно. Я бы даже сказала, необычно для подобного места. На каком-то из фото — молодая пара, на другом — четыре полицейских в форме. На маленьком фото почти в углу я замечаю двух смеющихся ребятишек.

Тусклый свет, столики и шикарный бар.

На секунду отвлекаюсь от разглядывания деталей, так как Илья норовит взять мою куртку, чтобы повесить на вешалку. И снова странно…

Либо он такой весь хороший парень, либо он рассчитывает на то, что благодарить я его буду явно не алкоголем.

Да, есть еще в мире хорошие мужчины, но мне не может вот так взять и повезти. Не бывает таких случайных встреч, чтобы и добрый, и красивый, и благородный. Не бывает.

А может…?

Улыбаюсь, когда остаюсь без куртки, и следую за мужчиной вглубь заведения. Да, бар пустоват для вечера пятницы. Три стола занято, еще несколько человек коротают время у бара, и мы теперь тоже.

Забираюсь на высоченный стул, который мне никогда не нравился. Он неустойчивый, а я не люблю такое. Я больше по стабильности фанатею. Но в этот раз все не совсем ужасно, стул со спинкой.

Только мы приземлили попы, к нам тут же подошла молоденькая девушка, которая улыбается во весь рот. Взгляд тигрицы, и лицо украшает лукавая улыбка, от чего глаза становятся узенькими. Оголенные плечи, и я замечаю татуировки на ее руках, что вполне ожидаемо увидеть у барменши.

Вновь смотрю на ее лицо. Слишком счастливое.

Так рада посетителям?

Нет. Это она так рада Илье.

— Привет, проголодался? — игриво спрашивает красотка тоненьким голоском, склонившись над столешницей.

Обращается на ты, а значит, они знакомы. Может, друзья? Да ну. Бывшие любовники? А с чего это я решила, что бывшие?

Не знаю, как у Ильи, а мои глаза сами собой нырнули ей в декольте. Точнее в огромный вырез, из которого выбивается такая же огромная грудь. Готова поспорить, еще мгновение, и я увижу сосок… 

— Привет, Янка. Замершие и голодные. Давай нам две порции того, что осталось. И пива… Темное? Светлое?

Не сразу сообразила, что Илья спрашивает меня. Уж слишком притягательное у девушки декольте.

— Темное, — спешно отвечаю Илье и краем глаза на эту самую Янку поглядываю. А она на меня.

И не просто смотрит — как сканер по мне прошлась. И взгляд у нее совсем не доброжелательный.

— И два стаканчика темного тогда. Все хорошо тут?

— Да, все как всегда. Пойду узнаю, что там по еде…

Девушка вновь улыбнулась Илье и скрылась за деревянной дверью. Там, наверное, кухня находится.

— Твоя девушка? — решаю все-таки уточнить, чтобы не попасть в неловкую ситуацию.

— Янка? — переспросил и явно удивился Илья. Даже чуть ухмыльнулся в конце. — Нет, конечно. Это Димкина дочка, которому мы машину твою оставили.

И тут я в очередной раз убеждаюсь, что в городе ничего не изменилось. Все люди либо друзья, либо родня.

— Дочка и что? — Не совсем понимаю, что он имеет в виду.

— Да она же ребенок совсем. Ей девятнадцать на днях исполнилось. — Не видела я девятнадцатилетних детей. Да и эта Яна совсем не похожа на ребенка. Формы что надо…

— Ну а она все по-другому воспринимает, — говорю, что видела.

— Не придумывай. Она у меня уже год работает…— Отмахнулся Илья и начал нервно постукивать пальцами по столешнице.

Нервничает? Или это он просто ждать свой заказ не любит? А может быть, по поводу Яны я прямо в цель попала?

— У тебя? — Резко останавливаю свои мысли, так как фраза Ильи прям-таки слух резанула. И не просто резанула, а задержалась в моем мозгу и теперь болтается там, не пропуская другие мысли.

— Это мой бар.

— Твой бар? — Неожиданно.

— Ну да. Скажи классный. — Смотрит по сторонам мужчина. По его лицу видно, что он гордится своим заведением. И что, ждет от меня похвалы?

— И почему сразу не сказал, что мы в твой бар идем?

И с чего это я ему предъявить решила? Ну не сказал и не сказал. Может, он не хвастун?

— Да как-то не пришлось к слову.

— Понятно. Но девушке ты все равно нравишься. — Не могу сдержать улыбку, когда говорю это.

— Да ну тебя…

Нашу беседу прервала та самая девушка. Яна принесла с кухни две тарелки и поставила на столешницу. Подала нам приборы, салфетки и пошла к кранам в стене, чтобы налить наше долгожданное темное.

Но я за ней больше не наблюдаю. Меня буквально заворожил запах еды, что передо мной стоит сейчас. Я еще не попробовала, но уверена, мне понравится.

Ароматная картошка с зеленью и грибами. Обожаю грибы. Это у меня еще с детства. В наших лесах грибы растут целыми семьями. Помню, как мы ходили с родителями в лес и мешками таскали оттуда дары природы.

Потом мы с мамой полдня их мыли, от чего я была не в восторге, варили и замораживали. Прям целое производство было.

А жареная картошка с грибами — это мое самое любимое блюдо.

Яна поставила наши стаканы и хотела начать разговор с Ильей, но новые посетители ее отвлекли,  и она ушла на другой конец барной стойки. Меня это радует. Не показываю, но улыбаюсь в душе. Мне хочется остаться с Ильей наедине, чтобы поговорить, а Яна вряд ли позволит нам поболтать как следует.

— Значит, ты бизнесмен? — начинаю разговор издалека.

Я же не могу его взять и спросить про сестру. Это как минимум невежливо, а я человек тактичный.

— Какой я бизнесмен? Так, бар открыл, чтобы самому не готовить. — Прибедняется. Открыть бар — дело затратное, а значит, этот Илья не так прост, как кажется на первый взгляд.

— Для таких случаев находят жену, ну или девушку. Будет тебя и кормить, и обстирывать, и спать укладывать. — Подшучиваю над мужчиной.

— Я вообще не привередлив, что касается быта. Стирать сам умею. Засыпаю обычно за две минуты, а то и меньше. А поесть и тут могу.

— Да ты мечта всех женщин.

— Скажешь тоже. Я вредный… — Илья так и норовит набить себе цену. Сидит, улыбается весь такой из себя притягательный.

— Врешь. Ты хороший. Мне помогаешь. — Решаю немного потешить его самолюбие. Всем известно, что мужчины любят, когда их восхваляют.

— Да тебе бы любой помог. Ночью на трассе небезопасно. Только машины там не так часто ездят. Повезло, что я за город смотаться решил, а так бы кто знает, может, до сих пор бы топала.

— Я бы уже дошла, — заявляю уверенно.

— Не уверен. Холодно…

— Значит, ты прям местный-местный. Почему не уехал?

Мне и впрямь интересно. Что такой парень, как Илья забыл в этом захолустье?

— А зачем мне уезжать? — На первый взгляд, он реально не догоняет.

— Все адекватные люди давно уже отсюда уехали. Девяносто процентов местных школьников мечтают свалить куда подальше. Я тебе на собственном опыте говорю.

— А мне тут нравится. — Впервые встречаю молодого человека, которому тут и правда нравится. — Тихо, спокойно, все есть для жизни. У меня никогда не было стремления жить в большом городе. Лучше быть богатым в деревне, чем бедным в мегаполисе.

— Это кто сказал?

— Я. — Гордо. — А если серьезно, я не хотел маму оставлять тут одну. Я был ей нужен, а потом и прижился как-то.

Ну вот мы и подобрались к тому, что меня действительно интересует. И Илья сам начал эту тему, даже подталкивать не пришлось.

— Можно спросить? — говорю негромко и даже осторожно. — Ну, про твою сестру?

— Спрашивай, — ответил спокойно, будто его та ситуация уже не трогает. Бесчувственный? Или зачерствел за столько лет?

— Машу так и не нашли? 

— Машу так и не нашли? —  Начинаю с этого вопроса. Уж слишком много было печали в его глазах, когда я про нее сказала на трассе, видимо, история не закончилась хорошо.

— Нет. Летом будет десять лет, как пропала. — Запивает свои слова пивом.

— И что, вообще нет никакой информации? Куда она могла деться? Свидетели там?

— Никакой. Слухов много ходило вокруг этого дела, но большинство из них — просто чушь. Да, знаешь, Машка оторвой была. Дерзила маме, из дома убегала частенько, но не так, чтобы надолго. Могла у подруги остаться и не предупредить. Возраст такой у нее был, границы дозволенного расширить пыталась. Но она хорошая и добрая. Она бы так с мамой не поступила. Ну не сбежала бы.

— Ты думаешь, что с ней что-то случилось? — Смотрю прямо в глаза Илье. У него даже глаза особенно красивые. Какие-то необычные. Каре-зеленые вроде. В баре темно, и они больше карими кажутся, но когда Илья поднимает голову чуть выше, направляя взгляд наверх, к свету, видно зеленый оттенок.

— Хочется верить, что она просто удрала отсюда. Живет где-нибудь и когда-то позвонит. Но в глубине души я знаю, что этого не произойдет. Да, я уверен, что с ней что-то случилось, и полиция просто не смогла найти тело.

Илья говорит, а у меня холодный пот по спине пробегает. Как он так может? Тело? Это же его сестра. Младшая сестренка, а не жертва какая-то. Все же он немного странный. Добрый, милый, веселый, но как скажет что… Не стыкуются его жесткие фразы с внешностью и поступками.

— Вкусно? — Илья вдруг перевел разговор на еду, и я понимаю, что пора остановить свой поток вопросов.

Не хочу его расстраивать и теребить старые раны. Все, что мне нужно узнать, я могу выведать у отца. Думаю, он знает куда больше Ильи. Вряд ли следствие подробно информирует родственников, к тому же девушку так и не нашли. Да и десять лет почти прошло…

Но я уверена, что у отца сохранились материалы дела. Нужно будет их просмотреть, и кто знает, возможно, у меня родится еще один бестселлер.

— Очень вкусно. Мне мама часто готовила картошку с грибами, и, знаешь, эта прям как из детства.

— И мне мама готовила картошку с грибами. Думаю, многие в нашем городе считают это блюдо традиционным. — Илья чуть повеселел и снова стал до ужаса милым.

— Это точно. И пиво вкусное.

— Пиво да. Лучшее в городе. — Гордо задирает голову мой спаситель. — Ян, повтори два! — крикнул Илья барменше, и та кивнула в ответ. А еще вновь метнула в меня свой пристальный взгляд.

Я ей явно не симпатизирую. Ну и пусть, это взаимно.

— Кстати, а кто меня домой повезет? — Намекаю на то, что Илья выпивает и не думает, как доставить меня к отцу.

— Прикинь, у нас тут такси есть, девушка из большого города. — Язвить вздумал?

— Не говори так. Звучит как оскорбление. Я хоть и живу в большом городе, но все еще остаюсь той самой деревенской девчонкой.

— Ну или можем ко мне пойти, — предлагает Илья и мимолетно улыбочку свою в меня запускает.

Берет стакан и безразлично делает очередной глоток пива, будто его предложение — весьма пристойное. Но это не так. Что за намеки? Или это не намеки? Он прямым текстом меня к себе пригласил.

— А наглости тебе не занимать… — Смотрю с долей осуждения, чтобы он понял, какую наглость сморозил.

— Нет, я без намеков. Я в этом доме живу, тут, на втором этаже. У меня большая квартира, и есть свободное койко-место, если хочешь. — Решил отвертеться. Отелем заделался?

— Я тебя совсем не знаю, а вдруг ты насильник. — Ну я в своей привычной манере. Вокруг меня лишь насильники и маньяки — издержки творчества.

—Ха-ха-ха, ну ты даешь. Я что, похож на насильника? — Илья замер, состроив милое лицо и завернув губы в трубочку, типа позирует.

— Насильник бы так и спросил, — стою на своем, но продолжаю улыбаться. Губы сами собой расходятся в стороны от этого безумного флирта и юмора, который, как оказалось, близок нам обоим.

— Смотри, — Илья придвигается ближе и говорит шепотом. — Вон там есть камера видеонаблюдения. — Указывает на круглое устройство под потолком в углу. — Так что если завтра найдут твой труп, меня быстро вычислят.

Глянула на камеру, но она меня сейчас волнует меньше всего. А все потому, что от Ильи приятно пахнет, я невольно тянусь к нему носом и вдыхаю запах мужчины.

Он близко, от него исходит тепло и аромат свежести. Черт, он и впрямь во всем хорош, даже в предпочтениях к парфюму.

— Ты меня не успокоил. — Все еще не сдаюсь.

— Как хочешь, мое дело предложить. — Провоцирует. Точно. Это явная провокация с его стороны, на которую я ведусь, как школьница. — Завтра с утра можем в сервис заехать, узнать, что там с твоей машиной, а потом я тебя до дома доброшу.

— Я подумаю… — Смотрю подозрительным взглядом, чуть прищурив глаза. Да, Илья Звонарев, я раскусила твой хитрый замысел.

— Подумай. — Снова будто равнодушен.

— Надо что-то папе сказать…

— Отпроситься?

— Типа того. — Мне вдруг становится неловко перед Ильей. Взрослая девушка и у папы отпрашивается.

Но в моем случае без вариантов. Когда я на территории отца, то должна соблюдать его правила. А они остались неизменными за столько лет.

Достаю телефон и пишу сообщение:

«Пап, я у Эльки останусь. Устала. Завтра с утра приеду», — отправляю и жду ответ. Немного нервничаю, но папа меня в этот раз удивляет.

«Хорошо», — пикает сообщение, и я чуть улыбаюсь,

— Отпросилась, — уведомляю Илью, и тот снова улыбается мне, а я ему.

Смотрю на его лицо и с каждой секундой удивляюсь все больше и больше. Как такой красавчик до сих пор не женат? А был ли? А может, у него и дети есть?

Я же совсем о нем ничего не знаю. И что? Собираюсь идти к нему домой? Или не собираюсь?

Да я уже все решила. 

— Не спорь. Счет оплачу я. — Сержусь на Илью, так как он против этого.

— Платить не обязательно, это же мой бар.

Раздражает меня своим смехом. Я хочу отблагодарить его, а он сопротивляется. Знала бы я его немного дольше, точно бы врезала. Но сейчас у меня нет рычагов давления, лишь мой суровый взгляд, что мне от отца достался.

— Я хочу заплатить и точка. Разговор окончен, — говорю со всей серьезностью, еще глазами его сверлю, и мужчина в итоге сдается.

Пышногрудая барменша нас рассчитывает и провожает взглядом, пока мы надеваем верхнюю одежду. Прям так и пялится. Она явно неровно дышит к Илье, и меня удивляет, как он может не замечать этого. Хотя…

Он прав. Если она дочь его друга, а город наш совсем мал…

Сплетни, опять же.

— Мне нужен мой чемодан. — Прозвучало как приказ.

Запахиваю края куртки, так как прохладный ветер буквально до костей пронизывает.

— Он тяжелый?

Илья серьезно спрашивает и на меня смотрит.

— Несильно, — отвечаю тихо.

— Ну ладно. А то ты же все сама, вот сама и потащишь.

И тут я понимаю, что это его очередная шутка, и она правда смешная. Начинаю улыбаться, чуть сморщив лицо. Надо же, какой он…

Илья мастерски достает мой чемодан из багажника, словно он ничего не весит. Но знаю, что он тяжелый. Сама паковала. А собираться я никогда не умела, кучу ненужных вещей умудряюсь с собой прихватить, и жизнь меня ничему не учит.

Я хватаю сумку поменьше, и мы огибаем здание, заходя в подъезд с торца дома.

До конца не верю в то, что иду к мало знакомому парню домой и даже страх не испытываю. Да, страха нет. Лишь необъяснимый интерес.

Да что уж говорить. Илья симпатичный, даже очень. И все его поступки меня немного смутили. Раскрепостили.

И если он вдруг начнет ко мне приставать, я буду согласна. Точно буду. Не смогу перед ним устоять. Да и зачем?

Через две-три недели я отсюда уеду, и мы с ним больше не встретимся. Ну, может, через следующую пятерку лет. Так почему бы и нет?

Может, он послан мне свыше, чтобы скрасить серые будни в этом скучном городе. А он точно сможет их скрасить.

Пока мы сидели и поедали картофель с грибами, я уже мысленно раздела красавчика. Обтягивающий кардиган подчеркивал рельефные руки, и теперь мне хочется посмотреть на него без одежды.

Поднимаюсь на второй этаж, а ноги не идут, потому что вся кровь прилила к другому месту. От собственных мыслей возбуждаюсь. Что со мной?

И фантазия разыгралась. Может, мне с детективов на любовные романы перейти? Кто знает, может, я и в этом жанре хороша буду?

— Вот мой дом…

— Не буду обращать внимания на беспорядок, — теперь шучу я.

Ну обычно же говорят: «Не обращай внимания, у меня не прибрано». Но это не про Илью оказалось.

— У меня в квартире всегда порядок.

— Ну конечно, — говорю вслух, чего совсем не планировала.

— Я люблю жить в чистоте. — Снова протягивает руки, чтобы взять мою куртку.

— Ты точно маньяк. Я с каждой минутой убеждаюсь в этом все больше.

— Ну тогда ты влипла…

Серьезный ответ и опасный взгляд. Тот, что чуть исподлобья, и губы расплываются в зловещей улыбке. И нет бы мне напугаться, развернуться и выбежать из этой квартиры, сверкая пятками, я ничего такого не делаю. А лишь:

— Где душ?

С дороги хочу помыться. Очень-очень. Смыть макияж и надеть удобную пижаму. От капроновых колготок дико чешутся ноги.

Пижаму?

А какую я взяла пижаму? Не помню.

Только бы не уродскую. Я же к отцу собиралась ехать, а не ночевать у любовника. Хотя Илья пока еще не мой любовник. Ну и что!

Я не могу показаться ему в стремной пижаме.

— Вон дверь в конце коридора, там ванна. А с другой стороны — душевая.

— У тебя две ванных комнаты?

И почему я удивляюсь? Может, у него большая квартира. Я же не знаю, сколько тут комнат. Если три, то наличие двух санузлов вполне оправдано.

— Я уже такую купил. — Скромничает.

— Круто. Ну тогда мне душевая.

— Хорошо… 

Илья ушел первый, и я могу спокойно найти чистые вещи, порыскав в чемодане. Не могла же я при нем трусы свои перебирать?

Скинула все, что нужно, в сумку и заперлась в душевой.

Взглядом по помещению. И впрямь чисто. Даже сантехника вся блестит. Чистюля? Сам убирается или помощники есть? Удивительный мужчина. И чем дальше, тем больше я удивляюсь.

В душевой ничего нет, кроме полотенец и одного единственного геля для душа, а значит, мой добрый самаритянин предпочитает плюхаться в ванной. Чудной он.

— Какая ты молодец, что взяла пижаму приличную, а то есть у меня с единорогами. Она хоть и для взрослых, но принт не совсем подходящий, — бурчу себе под нос, когда пытаюсь расчесать мокрые волосы.

Мама любит дарить мне довольно специфические подарки. То пижама с единорогами, то музыкальные шкатулки.

А сейчас на мне — шелковые штаны и рубашка нежно кофейного цвета. Чистые волосы, которые я в пучок собрала.

Раздражают распущенные. Стараюсь всегда собирать, чтобы уменьшить уровень нервозности от волосинок, которые норовят попасть ко мне в рот. Особенно если на улице ветрено.

Смотрю в зеркало. Лицо выглядит уставшим и слегка хмельным от двух-то бокалов пенного. Зато внутри я чувствую легкость и силу, что душ в меня вселил. Освежил и зарядил энергией.

Немного мешкаю и боюсь выходить. Наше знакомство было незапланированным,потом этот странный ужин в его баре, а теперь купание в его квартире.

Что ждет меня дальше?

Щелкаю ручкой двери и выхожу.

— Ау, есть кто живой?

Спрашиваю какую-то ерунду. И почему я не могу быть серьезной и взрослой, как положено в двадцать шесть лет?

— Никого. Тут только привидения…

Хороший ответ на мой странный вопрос. Мы точно нашли друг друга…

Иду на голос и попадаю на кухню. Илья стоит у холодильника с распахнутой дверью и изучает «внутренности». Нет, никакой расчлененки там нет. Вижу молоко, колбасу…

— Проголодался?

Оборачивается и смотрит. Взгляд по мне сверху вниз пробежал и обратно. Затормозил на лице.

Но и я делаю то же самое. Всего его оглядела. Он в шортах, босой. Растянутая серая майка с какой-то надписью, не разобрать. И руки…

Рельефные предплечья, видны мускулы чуть ниже шеи…

— Чай или пиво? — Интересные варианты.

— Пиво, конечно. Чтобы упасть и уснуть. — Чего мне не хочется. Я хочу провести с ним еще немного времени. Тянет общаться…

— Так, может, тебе снотворного?

— Практикуешь?

— Только если на тебе.

— Люди со стороны бы не поняли наших шуток.

— Хорошо, что мы тут одни. — Крутит пробку и подает мне бутылку.

— Спасибо.

Сажусь на стул и все еще по сторонам озираюсь. Я поняла, что не так в этой квартире. Не в чистоте дело, она выглядит будто нежилой. Мало разных мелочей, что создают уют и кричат о том, что здесь живет человек.

Да о чем речь, у него нет ни одного магнита на холодильнике. Все слишком строго, и я бы сказала, одиноко.

— Диман звонил. Твоя машина готова, можешь завтра забрать.

— Так быстро? — Неожиданное, но радостное известие.

— Там была незначительная поломка, он все починил. Подробнее не расскажу, сам в этом не шарю.

— Но на дороге делал вид, что шаришь. — Ехидно улыбаюсь, попивая пиво на его кухне.

— Ну а как по-другому? Не падать же в грязь лицом.

— Выпендрежник, значит?

— Иногда бывает.

Перекидываемся словами, фразами, и накал между нами возрастает. Я это чувствую.

Интересно, а Илья тоже чувствует?

Все в его взгляде, в словах со мной флиртует, и я флиртую в ответ. И самое приятное — ощущать легкое волнение внутри. Возбуждение, что крупинками пробегает по телу. То чувство, когда пытаешься держать лицо, но твоя собственная улыбка тебя подставляет. Сама расползается. Бесконтрольно.

— Где я буду спать? — Повышаю градус заигрывания. И он тут же повышается. Замечаю по дрогнувшим скулам на лице моего собеседника.

— А где ты хочешь? — двусмысленно отвечает.

— Хотелось бы услышать все доступные варианты.

— У меня есть только кровать и диван. В остальные комнаты еще не успел мебель купить.

Верить на слово? Я не была в других комнатах, может, там везде кровати. Да мне плевать на это…

— Тогда я вкрай обнаглею и выберу кровать.

— Хороший выбор. Значит, мне достается неудобный диван.

— Одну ночь потерпишь…

Лежу в холодной постели и смотрю в потолок. Просто в никуда.

Пиво допили, пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по разным комнатам. Да, не спорю, уже поздно, но я почему-то рассчитывала совсем на другой финал этого вечера.

А на что я рассчитывала?

Хотя бы на то, что наш бесконечный флирт закончится, ну не знаю, поцелуем. Что нас охватит страсть и мы набросимся друг на друга. Ну хотя бы на легкое прикосновение…

Этого не произошло. Почему?

Он не хочет? А может, я не дала нужный знак?

Лежу…

Нет. Мне мало простой ночевки. Знакомство на трассе. Милый ужин, и вот я в его квартире…

Лежу, значит, в его постели, в красивой пижаме, надетой на голое тело, а он это все игнорирует? Просто уснет?

Нет, я так не могу. Возможно, я завтра обо всем пожалею. А может, мне даже будет дико стыдно …

Но это же завтра.

А сегодня:

— Илья, — говорю громко, не обдумав то, что буду говорить дальше.

Дверь в комнату открыта, да и комната не изолирована, из гостиной идет. А там на диване Илья расположился.

— А… — Не спит, значит.

— Ты спишь? — спрашиваю очевидное. Но я же флиртую.

— Как видишь, нет. А что?

Что ответить? Что ответить? Не знаю. И наседать не хочется, но и ответить нужно, раз уже крикнула.

— Я замерзла, — закрываю свое лицо ладошками, будто меня кто-то видит сейчас. Тупая причина, но ничего более умного и интригующего мне в голову не пришло.

Наверное, поэтому я и не пишу фэнтези. Да потому что с фантазией не особо. Ладно детективы, они более жизненные выходят. Но придумать какой-то там мир, вымышленные, необычные имена… Не мое точно.

Мысли нарушают шаги, которые громче и громче становятся с каждой секундой.

Он что, идет ко мне в спальню? Точнее к себе в спальню. А-а-а, какая разница, он идет!

Чуть приподнимаюсь, и Илья на входе в комнату. Подходит к постели. Коленями на нее встает.

Еще ближе…

Лицо вижу отчетливо. Мои глаза привыкли к тьме ночной и отчетливо видят в темноте.

Приближается. Уже около меня. Без звука, без единого слова. Ладонь положил мне на щеку и прямо в губы меня своими губами.

И вот она, долгожданная близость. От поцелуя мурашки молниеносно по телу. И каждая клеточка отзывается на его нежность, касание. Поцелуй мне так приятен, что я чуть выгибаю шею и больше ему поддаюсь, растворяюсь.

Илья сверху ложится. Я ему позволяю, чуть раздвигая ноги.

Естественно, для нашего с ним удобства.

— Ты же замерзла. Не пробовала одеялом накрыться?

— Как-то не подумала… — Сама тянусь к его губам, и он подхватывает.

Снова целует пару секунд и:

— Рано позвала, я бы через минуту сам пришел, — шепчет прямо мне в губы.

— И какая у тебя была бы причина? — спрашиваю откровенно, выдавая себя.

К чему ложь, когда мне ничего с ним не светит. Ну в плане будущего. Могу быть собой, без прикрас.

— Не знаю, что диван неудобный…

Нас обоих пробивает на смех, и это так мило. Два взрослых человека, очень взрослых, а ведем себя, как подростки.

— Прости, что перехватила инициативу.

— Такое не прощают…

Ухмылка, за ней — улыбка, и его губы снова с моими сцепились. Поцелуи мужчины так горячи, что мне становится невыносимо жарко. От него, от желания, что он во мне вызывает.

От страсти...

Пока его рука спускается ниже, хватая меня за талию, могу свою в ход пустить. Чуть ерзаю, чтобы протиснуть руки вверх и приобнять его.

Горячий…

Во всех отношениях. И кожа, и действия.

Я почти расслабилась и полностью погрузилась в процесс жадных поцелуев. Тех, что с языком и рваным дыхание, когда его пальцы коснулись кожи. Моя кофта чуть задралась, открыв ему доступ к телу, и он воспользовался шансом.

Рука Ильи движется вверх, к цели. Думаю, ей моя грудь является, а поцелуи перемещаются на шею…

Сейчас точно случится секс. Эта мысль раз за разом вертится в моей голове, как на повторе. Позволить?

Хочу…

Но могу и остановить этот сумбур. Могу закончить и не дать ему желаемого. Могу же?

Но хочу ли?

Как вам героиня на первый взгляд? Странненькая немного, неправда ли?

 Но в книге будет много странного. Увы, иногда люди являются совсем не теми, кем кажутся…