Последняя из ста - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Татьяна Дубинина (самиздат)

Антонио стоял на пороге гостевого дома и смотрел, как утренний туман медленно сползает к реке. Рассвет окрашивал небо в нежно-розовый цвет, а он не понимал, почему до сих пор здесь.

— Кара, — позвал он негромко, но властно. — Я знаю, ты слышишь.

Воздух дрогнул. Туман сгустился в женский силуэт — прекрасный и ледяной, сотканный из утренней дымки. Кара явилась без предупреждения, как всегда.

— Я сделал счастливыми сто девушек, — произнёс Антонио, не оборачиваясь. — Почему проклятие не ушло?

Голос Кары прозвучал отовсюду и ниоткуда — бесплотный, как ветер, и неумолимый, как судьба:

— Ты сделал счастливыми девяносто девять. Оксана не считается.

Антонио резко развернулся.

— Как это — не считается? Я посылал им сны! Она и Олег видели океан, песок, шли навстречу друг другу...

— Видели, — перебила Кара. — Но твои сны никак на них не повлияли. Они давно любили друг друга. Им больше помог Слава своей инсценировкой, чем ты. Поэтому этот случай в твою копилку не засчитывается.

Антонио стиснул зубы. Слава — брат Арины. Мальчишка, который вырос у него на глазах и который, сам того не ведая, переиграл его в этой партии.

— Значит, осталась одна, — глухо сказал он.

— Одна, — подтвердила Кара. — И у меня есть кандидатка. Арина, дочь владельцев этого дома.

Он вздрогнул, но не подал виду.

— Сейчас к ним в гости приехал архитектор Антон. Отличная для неё партия. Как только они влюбятся и поженятся, твоя душа будет свободна.

— Нет, — выдохнул Антонио. — Кто угодно, только не Арина. Я готов подождать. И этот придурок архитектор ей совсем не подходит!

— Это не обсуждается. — Голос Кары не допускал возражений. — Они будут идеальной парой.

Она растаяла в воздухе, оставив после себя лишь холод и запах озона.

Антонио стиснул зубы. Кара ушла, даже не дав ему договорить. Она не знала. Не могла знать.

Он опустился на траву, которая не приминалась под его невесомым телом, и закрыл глаза. Воспоминания нахлынули, как вода...

Он помнил день, когда родилась Арина. Дом гудел от радости — после долгожданного сына у хозяев родилась дочь. Антонио, сам того не ожидая, проник к ним и смотрел, как отец, прижимая к груди крошечный свёрток, шептал: «Ариночка, наше солнышко». Даже в первые дни жизни, она, казалось, улыбалась всему миру.

За сто пятьдесят лет своей проклятой жизни Антонио думал, что разучился чувствовать. Но эта семья... он привязался к ним. Наблюдал, как растёт Слава, как появляется на свет Арина. И сам не заметил, как его мёртвое сердце (если у призраков бывают сердца) начало биться чаще, когда речь заходила о ней.

Особенно ему запомнился день, когда ей было семь.

Она пришла к гостевому дому, который стоял на берегу реки, одна. Купаться. Антонио метался по комнатам, не в силах ничего сделать. Родители отвлеклись на что-то и не смотрели за ней, брат играл в саду, а девочка уже заходила в воду. Он вылетел на крыльцо, когда она не могла выплыть обратно, понимая, что бесполезно, что он лишь тень, но стоять и смотреть, как она тонет...

Она закричала. Вода сомкнулась над её головой.

Антонио бросился в реку, не зная, что произойдёт. И в тот миг, когда его руки сомкнулись вокруг её маленького тельца, он почувствовал — тепло. Плоть. Реальность.

Он вынес её на берег, дрожащую, испуганную, кашляющую водой. Она смотрела на него огромными глазами, а он, сам потрясённый не меньше, выдохнул:

— Без взрослых больше не купайся. Слышишь?

И исчез. Растворился в воздухе, потому что сил на физическую форму больше не осталось.

Она побежала за ним в дом, но нашла лишь тишину. А он смотрел на неё из угла и впервые за столетия чувствовал не проклятие, а... потребность заботиться о ком-то.

Потом были годы. Он наблюдал, как растёт его маленькая Арина. Как превращается в прекрасную девушку. Как парни вьются вокруг неё.

Он не гордился своими поступками, но у самого наглого обычно лопалась велосипедная шина, стоило ему приблизиться к ней или «случайно» падала ветка перед тем, как кто-то осмеливался взять её за руку. Антонио не стыдился и не жалел об этом. Она была его девочкой. Той единственной, которую он, кажется, любил по-настоящему. Впервые за всю свою пустую, грешную жизнь.

Потом она уехала в Москву, в университет.

Годы без неё тянулись бесконечно. Он видел её редко, наездами, и каждый раз его бесплотное сердце разрывалось от радости и боли. Она стала взрослой. Умной. И ещё более прекрасной. Ей уже двадцать три. У неё карьера. И скоро она захочет замуж.

Антонио открыл глаза и посмотрел на гостевой дом, где поселили того самого Антона.

Архитектор. С похожим именем. Ирония, достойная Кары.

Он должен свести её с другим. Должен помочь им полюбить друг друга, чтобы наконец обрести покой.

Но как пережить это? Как смотреть, как его Арина, его малышка, которую любил так, как не смел любить ни одну женщину при жизни — как она будет принадлежать другому?

Туман над рекой сгущался.

Антонио закрыл лицо руками.

— Прости меня, — прошептал он в пустоту. — Я не хотел влюбляться в тебя. Я вообще не хотел ничего чувствовать. Но ты... ты стала моим единственным светом в этой вечной тьме.

Он понимал, что Кара не изменит своего задания, а это значит, что скоро начнётся его личная пытка — наблюдать за чужой любовью, которая подарит ему свободу ценой разбитого сердца.