Последняя ночь ведьм

 
ПРОЛОГ.
Закат в этом мире наступал позднее чем в привычном, но солнце уже едва виднелось за верхушками деревьев, окрашивая наплывающий вечер в размытые оттенки  багрянца.
 Верёвки на запястьях больно врезались в кожу, но в остальном своё положение Марго нашла вполне сносным. Да, в спину впивались сучки кое-как обструганного столба и вокруг ног быстро росла горка из хвороста, но в целом могло быть и хуже.

 Понятное дело, что участвовать в качестве главной героини в мероприятии «Сожжение ведьмы» не входило в Маргошины планы на вечер, однако будь эти одуревшие сельчане чуть посообразительнее, рассуждать о перспективах Марго сейчас бы не приходилось. Можно было считать чистым везением, что эта обезумевшая толпа не покрошила её топорами, серпами или чем-то столь же смертоносным пока она валялась в отключке. Повезло! А может в здешних местах такие примитивные способы уничтожения ведьм считались не слишком надёжными. Другое дело сжечь на костре – зрелищно и со сто процентной гарантией!

 Кусок вонючей брюквы больно ударил в щёку, заставив Марго поморщиться. Попавшая ей в лицо женщина громко расхохоталась, обнажив пеньки сгнивших зубов. Её примеру последовали остальные сельчанки, азартно закидывая пленницу гнилыми овощами и грязью.

– Так её! Бей ведьму! – прокаркал патлатый старик, дохнув в сторону Марго тухлым смрадом.

 Сгрудившись на некотором отдалении от обездвиженной жертвы, деревенские мужчины о чём-то яростно переговаривались, размахивая зажатым в руках самодельным оружием и время от времени выкрикивая непонятные проклятья в сторону Марго.

 Перекошенные яростью и страхом лица, раззявленные рты, плевки и пылающие ненавистью взгляды – очевидно ведьм в этих местах недолюбливали. Марго стоило бы перепугаться, но страх настойчиво вытесняла захлёстывающая потоком злость.
  Нет, ну кто бы мог подумать, что безмятежный вторник обернётся фестивалем неприятных сюрпризов! Столько нового, с ума сойти! Впервые в жизни Маргоша попала под автоматные очереди, впервые её пытались сжечь, и да, впервые закидывали гнилыми овощами…

 Дьявол...! Очередная мерзость ударила в грудь перемазав тонкий джемпер. Большей части тухлятины, летящей в лицо, девушке удавалось избегать без особых усилий, едва прибегая к магии, а остальное она игнорировала, сосредоточившись на главном – из этого дурдома пора было выбираться!

– Ох, доберусь я до этого засранца! – процедила Марго сквозь зубы, проверяя, достаточно ли крепко привязана к столбу. Верёвки были затянуты как надо, намертво приковывая тело к высокой деревяшке. Хоть с этим повезло…

 Пытаясь сосредоточиться, Марго поглубже вздохнула, но вместо желанной концентрации по жилам неудержимо струилась ярость. «Вот сволочь! Вам нравятся приключения? Да не то слово! Надеюсь, гад выжил! Я прикончу его собственными руками! Превращу в свинью… нет, в жабу! И скормлю крокодилу! Мерзавец! Втянуть меня в это безумие!». Марго заскрипела зубами и прикрыла глаза - спокойствие, только спокойствие…

А ведь ещё несколько часов назад ничего не предвещало, что её личный, так тщательно выстроенный мир, стремительно рухнет в тартарары...

...
ГЛАВА 1.
 Марго взглянула на томик Ремарка в руках и вздохнула, переведя взгляд на полку высоко над головой. Опять лезть… Пользоваться магией без крайней необходимости Марго не любила, но тащить стремянку через всю библиотеку было лень. Быстро оглядевшись в поисках вольных и невольных свидетелей, она убедилась в полном отсутствии таковых и сделала едва заметное движение пальцами. Книга невесомо скользнула с ладони вверх и устремившись к нужному ряду, через мгновение заняла положенное место на полке.

 «Хорошо, что сегодня вторник, - мельком подумала Марго, неторопливо двигаясь между высокими рядами стеллажей, - тишина, благодать…». Не то чтобы в прочие дни недели в заурядной районной библиотеке наблюдался аншлаг с балаганом и клоунами, но всё же вторники Маргоша любила больше других дней за особую, почти не потревоженную тишину. Парочка привычных завсегдатаев незаметно растворялись в пахнущих книжной пылью глубинах библиотеки, оставляя нетронутым ощущение уединения и безмятежно застывшего времени.

 Эта странная, приятная атмосфера тянулась до обеда, пока в библиотеку не подтягивались самые разнообразные посетители. Школьники забегали после уроков, скороговоркой перечисляя названия заданных по литературе книжек. Пенсионеры неторопливо выбирали, что почитать на бесконечном досуге, на манер медлительных глубоководных рыб, наматывая круги вокруг стеллажей.
 Изредка появлялись студенты, мучительно пытаясь откопать что-то полезное для учебы на полках со специализированной литературой. Библиотека оживала, наполняясь звуками шагов, перешёптыванием, тихими смешками…

 До этого времени оставалось ещё пара часов, которые Марго собиралась использовать с максимальным удовольствием. Чашка с крепким чаем и книга, заложенная на сто третьей странице, поджидали её на стойке выдачи книг.

 Однако, как оказалось, ждали Маргариту не только они. Облокотившись на стойку, мужчина, выглядевший довольно непривычно для этого места, сосредоточенно наблюдал за чайной ложечкой, которая методично и без всякого видимого внешнего участия, накручивала круг за кругом, размешивая сахар в чашке.

– Вы что-то хотели?

 Под взглядом Марго ложечка резко остановилась, и ругая себя за беспечность, девушка быстро вытащила её из чашки. Словно очнувшись ото сна, мужчина несколько раз быстро моргнул и, посмотрев на Марго, обаятельно улыбнулся,

– Добрый день. Надеюсь, вы сможете мне помочь, – взгляд пронзительно синих глаз сместился на бейджик на груди девушки. – Эмм, Маргарита. Я хотел бы взять одну книгу. Видите ли, я преподаю современную литературу в…

– Конечно, я с удовольствием помогу вам.

Не самым вежливым образом перебила Маргоша, отчетливо представив, как сейчас ей выложат очередную бесконечную биографию посетителя. Она поправила на носу массивные, уродливые очки и натянула маску холодной вежливости.

– Знаете название и автора книги?

Мужчина, вернее сказать, молодой человек лет двадцати семи… нет, скорее двадцати девяти, слегка наклонился и назвал один из романов, недавно поступивших в библиотечный фонд. Незнакомец оказался первым, кто заинтересовался романом за эти несколько месяцев.
   Сущий хлам – решила Марго, впервые взяв книгу в руки и пролистав несколько страниц. Мальвина Львовна, бессменно заведующая библиотекой последние сорок лет, судя по всему, заказала книгу ошибочно поведясь на название и приняв убогий бульварный роман за высокодуховную литературу. «Песнь души» называлось произведение некого Артура Бессмертного, наверняка в обычной жизни носящего не столь звучное имя.

Услышав название книги из уст незнакомца, Марго постаралась не выдать удивления, но внимательнее взглянула на парня. Кем-кем, но уж любителем дешёвого бульварного чтива он не выглядел вовсе. Отлично пошитый пиджак на ладной фигуре, правильные, возможно слишком правильные для мужчины, тонкие черты лица, тёмно-каштановые, довольно длинные кудри, уложеные со вкусом, умный взгляд синих глаз… «Да он красавчик! - с печалью констатировала Марго, - Даже жаль, что придётся избавиться» - размышляла она, шагая по узкому проходу и на ходу натягивая на себя личину старения.

Отчётливый интерес в мужских глазах мог бы польстить ей или даже привести к небольшому роману, если бы не правила, принятые для себя Маргошей много лет назад. Правила, которых она придерживалась безусловно, не позволяя себе поблажек и уступок. Никаких мужчин, никаких увлечений и романов!

Этому решению были причины и весьма основательные. Дело в том, что кроме странных способностей, крошка Маргарита унаследовала (как говорили – от прабабки) и весьма яркую внешность, которую акушерка, принимающая роды, определила сразу и безапелляционно. «Да она у вас ведьмочка!» - воскликнула женщина, показывая кроху матери.

Это была правда, Маргоше достались все классические черты ведьмы: большие, изумрудно-зелёные глаза, сияющая пламенным рыжим копна густых, вьющихся волос и словно вышедшая из-под резца скульптора, фарфорово-белая кожа, с одной маленькой черной родинкой на правой лопатке. «Вот повезло малютке!» - резюмировала акушерка и оказалась в корне неправа!

  Осложнения начались в жизни Маргоши ещё с первого выхода во двор. Прелестная крошка в коляске сразу оказалась в гуще внимания соседок, соседских детей и собак. Слегка опешив от внезапного аншлага, вызванного её дочерью, Елизавета Петровна, мать Марго, спешно закруглилась с прогулкой и унесла ребёнка домой. На следующий день ситуация повторилась – соседки и прохожие ахали, норовя беспардонно потрепать младенца по сладким щёчкам, дети прыгали вокруг, норовя заглянуть в коляску, а дворовые собаки отчаянно лаяли и нарезали круги вокруг новоиспечённой матери, словно враз обезумев.

– Нужно что-то с этим делать! – сокрушённо сказала вечером супругу Елизавета Петровна.

Отец Мароши задумчиво покачал головой и предложил самое очевидное решение. С того дня выходы Маргоши на улицу проходили исключительно в обстановке строгой секретности, в основном в тёмное время суток и под плотно затянутым тканью капюшоном коляски. «Боюсь сглаза» - отвечала Елизавета Петровна случайно встреченным знакомым, в ответ на их недоумённые взгляды.

Как выяснилось позже – это были только цветочки. Стоило Марго немного подрасти и её жизнь превратилась в бесконечную драму. Сказать точнее – бесконечную любовную драму. О нет, она не влюблялась! Более того, её пугали и невозможно раздражали многочисленные поклонники, осаждающие девочку на каждом шагу, стоило ей выйти из дома. Возраст претендентов на сердце Маргоши, к коим относились все соседские мальчишки, варьировался от трёх до пятнадцати лет. Они набрасывались на неё, словно стая саранчи, едва увидев крохотную хрупкую фигурку, несмело появляющуюся из подъезда.

Кому понравится жить в постоянной осаде, выходя из дома лишь по ночам, в сопровождении родителей?

Маргоша пыталась бороться с собственной привлекательностью всеми доступными ей способами. В четыре года она обрезала ненавистные волосы, заставив маму схватиться за сердце при виде жестоко обкорнанной детской головки.
 Расстраивалась мама зря, ибо на следующее утро вся роскошная, длинной во всю спину, ярко-рыжая шевелюра оказалась на прежнем месте. Непостижимым образом волосы придерживались именно этой длины, не вырастая и не укорачиваясь ни на сантиметр. Тогда в ход пошла краска. Никто не знает, как у маленькой Марго оказалась коробка краски Лореаль оттенка «Чёрный перламутровый». Она использовала весь тюбик.

Наученная прошлым опытом, мама отложила сердечный приступ, благоразумно рассудив «Подождём до завтра». И угадайте что?

Зайдя поутру к дочери, мать обнаружила мирно спящую Маргошу с волосами родного пламенного цвета, на абсолютно чёрной подушке. «Ох!» - то ли об облегчения, то ли в расстройстве, тихонько покачала головой Елизавета Петровна и, бесшумно выскользнув из спальни малышки, пошла заваривать чай.

Осознав, что с волосами не справиться, Марго начала искать другие пути. Первым шагом стали уродливые очки, с толстенными линзами, и по секрету - совсем без диоптрий, так как видела Марго идеально. Мешковатые кофты, туго убранные в пучок волосы…

Все эти ухищрения помогали мало, пока, наконец, годам к тринадцати Марго не освоила изменение внешности с помощью магии. Получилось совсем не сразу, но путём бесконечных проб и ошибок, Марго научилась, как она для себя называла «натягивать личину». Нет, на самом деле её кожа не сморщивалась и нос не удлинялся, обрастая безобразными бородавками, но окружающие начинали видеть перед собой либо непримечательную старуху, либо крайне несимпатичную девочку-подростка, сутулую, прыщавую, с волосами неопределённо – тусклого цвета. Про такой цвет ещё говорят «мышиный».

При определённом навыке менять личину оказалось не так уж трудно и к окончанию школы Маргоша уже владела этим умением в совершенстве. Небольшое мысленное усилие, яркий, детальный образ в голове и легкий щелчок пальцами, для концентрации усилия. Девушка научилась этому сама, без чьей-либо помощи, чем в глубине души весьма гордилась.

Однако похвастаться этим, как и другими магическими способностями было абсолютно не перед кем. Родные, ещё с младенчества Маргоши, пугались и расстраивались, наблюдая проявления её странного таланта, поэтому взрослея, девочка старалась сдерживать магию, по возможности притворяясь нормальным ребенком. Получалось не всегда, но со временем всё лучше и лучше…

Вот и сейчас, с некоторым сожалением, натянув внешность несимпатичной старушки, Марго прихватила с полки заказанный незнакомцем роман, вытянула из кармана другие, с обломанной дужкой, очки и стянув чёрный свитер взяла со стула серую вязанную кофту. Прикрепив на неё новый бейджик, она усмехнулась и вернулась к стойке выдачи книг.

Голубоглазый парень внимательно наблюдал за её приближением. Сейчас он должен был видеть, как маленькая, сгорбленная старушка с гладко убранными назад редкими волосами, неповоротливо, с явной болью в коленях, торопится отдать ему заказанную книгу.

Изобразив слабое, сбившееся дыхание и добавив старческого дребезжания в едва слышный голос, Марго протянула посетителю книгу.

– Возьмите. Это вы ведь заказывали «Песнь души»? Маргарита попросила меня выдать. Ей срочно пришлось уйти…

Мужчина отреагировал странно, полностью проигнорировав протянутую книгу и продолжая пристально разглядывать преображённую Марго. Его красивая физиономия выражала задумчивость и хотя чёткие очертания губ даже не дрогнули, в глубине глаз металось что-то сильно смахивающее на глубоко спрятанный смех. «Чего он так пялится?» - немного занервничала девушка, впрочем, не сильно обеспокоившись. Чары личины работали безупречно, за последние восемь лет, не дав ни одной осечки.

Последний прокол случился в седьмом классе, когда в туалете для девочек одна из одноклассниц внезапно увидела под образом страшненькой замухрышки истинное лицо Маргариты. У девочки случился нервный срыв с истерикой, и её на две недели освободили от занятий, поставив на учёт к специальному врачу. То ли психиатру, то ли к психологу, четырнадцатилетняя Маргарита не разобрала. С тех пор она больше не допускала промахов. И вот сейчас…

Положив роман на стойку выдачи, Марго-старушка тяжело опустилась на стул за стойкой.

– Будете брать ещё что-то или только эту? – поинтересовалась она безразлично.

– Во сколько вы заканчиваете сегодня? – Вдруг, совершенно невпопад, спросил парень.
 Растерявшись лишь на секунду, Марго сложила губы в жёсткую линию – извращенец, прости Господи! А она то думала… Отшутиться, ввиду натянутой личины, было не вариант, какое чувство юмора у такой грымзы? Оставался главный недуг очевидного возраста – тугоухость.
– Ась?! – нахмурилась Марго, рассеянно поправляя очки. – Что-то из книг по рыболовству? У нас есть подшивка журналов «Спортивное рыболовство». Многие хвалят…

Нимало не смутившись, парень наклонился ниже, почти по слогам произнеся,

– Я спросил – во сколько вы сегодня заканчиваете работу?

Ах, всё-таки извращенец! И настырный! Хотя, можно было и догадаться – что ещё делать такому мачо в заурядной районной библиотеке, кроме как кадрить старушек?! С личиной Марго крупно промахнулась, но кто ж знал… Оставался только один вариант и Марго приняла вид оскорбленной невинности, сварливо проскрипев,

– Молодой человек, да как вам не стыдно?! Я вам в матери (тут она себе слегка польстила) гожусь!

Возмущенно тряхнув седым пучком, она резко поднялась и фыркнув «Бесстыдник!» величественно посеменила в глубь библиотеки, отчётливо чувствуя спиной отчего-то весёлый взгляд синих глаз. Нет, он ещё и смеётся! Вот охальник!

Прислушавшись к своим ощущениям, через несколько минут Марго облегчённо вздохнула – странный тип покинул её святилище безмятежности, так и не взяв дурацкий роман. Вероятно, неудача с мнимой старушкой выбила у извращенца почву из-под ног, и он с позором ретировался. Думать так было приятно. Однако мысли о смазливом незнакомце занимали Марго совсем недолго, ровно до звонка Сифи, первой и единственной подружки детства.

Софи (которую в реале звали Соней), считала себя творческой личностью и непризнанным талантом, с детства отличаясь причудливым нравом со страстью к странным выходкам, на фоне чего они ещё в весьма юном возрасте сошлись с Маргошей.

Их первая встреча случилась в песочнице, на детской площадке, расположенной неподалёку от Маргошиного дома. Толстый, крикливый мальчишка завалился в песочницу с ногами, с ходу растоптав тщательно возведённый пятилетней Маргаритой замок из куличиков! Ромашка, так любовно прилаженная на самой высокой башне замка, оказалась смятой в пухлом кулаке разрушителя. К тому времени, Марго уже почти научилась справляться с гневом. Почти…

Яростная злость затопила виски в долю секунды и процедив «Гааад!» сквозь зубы, малышка сжала крепкие кулачки. Зелёные глаза сузились в сердитые щёлки…

И через мгновение вместо гадкого мальчишки, перед ней оказалось нечто, пронзительно зелёного цвета, весьма похожее на небрежно нарисованную ребёнком лягушку. «Ква!» растерянно произнесло это Нечто, несколько раз моргнув криво посаженными разноцветными глазами. Восторженное «Ух ты!!!» прозвучало прямо за спиной Маргоши, разом вернув её на землю. Часто задышав, она вонзила ногти в ладошки, возвращая себе контроль. Лягушка - мутант, заметно размывшись, через долю секунды вновь приобрела все черты обычного мальчика, с перекошенным от испуга лицом плюхнувшегося на объёмный зад.

Бросив на него полный презрения взгляд, Марго развернулась к бледной, похожей на новорожденного птенца девчонке с тощими плечами. Та смотрела на неё широко распахнутыми серыми глазами, в которых плескались потрясение и восторг.

– Вау! – протянула худышка. – А можешь так ещё сделать?!

Марго кивнула и широко улыбнулась ей,

– Привет! Меня зовут Марго. А тебя?

С тех пор они были неразлучны. Две странные девочки с их странными разговорами.

В этот раз подруга звонила рассказать о новом, совершенно потрясающем знакомом, который купил в их салоне сразу три картины. Художественный салон, в котором работала Софи, выставляя там и своё творчество, находился в самом начале Невского и отличался адскими, на взгляд Марго, ценами.

– Сразу три?! – удивилась она, поглядывая на часы, стрелки которых указывали на скорый конец рабочего дня.

– Ага! Представь себе! Но это не всё – две из этих трёх – мои! Да, да! Обалденно, правда! Я сама не могу поверить. Он даже не торговался! Просто расплатился наличными! Видела бы ты эту пачку денег! Точно, как у Скруджа из мультика!

– Да что ты?! – почти на автомате восхитилась Марго, стягивая жаркий свитер. – Может мафиози какой?

– Ох, нет, ты его не видела! Очень презентабельный мужчина! Можно даже сказать – красивый. Между прочим, пригласил вечером на чашечку кофе. Хочет поговорить о моём творчестве. Может даже предложит устроить персональную выставку…

Внезапная догадка заставила Марго зависнуть с наполовину снятым рукавом. Не дослушав про выставку, она перебила,

– Он шатен с голубыми глазами? Высокий, стройный, под тридцать…

– Нет! – громко рассмеялась Софии. – Не киношный красавец! Среднего роста, светлые волосы, сероглазый, скорее атлетичный, чем плотный… Но симпатичный, можешь поверить мне на слово.

Софи опять рассмеялась и Марго облегчённо выдохнула. Первые признаки паранойи, не иначе… А паранойя у ведьмы, знаете ли, вещь особенно опасная! Надо с этим кончать и выкинуть библиотечного извращенца из головы! Марго откинула в сторону свитер и улыбнулась,

– Надеюсь этот «симпатичный» не разобьёт тебе сердце в очередной раз…

– Вот ещё! – возмутились в трубке. – Я кремень! После мерзавца Антона… Клянусь, мы будем разговаривать только о моих работах!

– Само собой… – усмехнулась Марго, ни на секунду не поверив в благие намерения влюбчивой подружки. Софи была влюблена в любовь, в саму идею любви, меняя её объекты с космической скоростью, разочаровываясь так же быстро, как и влюбляясь.

Договорившись с подругой созвониться завтра и обсудить подробности свидания той с блондином, Марго снова взглянула на часы. Непонятное беспокойство нарастало в ней с каждой минутой, накатывая с ритмичностью морского прибоя и сбивая мысли с привычного хода. Поискав причину беспокойства, Марго пришла к выводу, что всё это из-за необъяснимого поведения дневного посетителя. Какого чёрта он вел себя так странно?! Что ему было нужно?!

В задумчивости покружив по подсобке, Марго бездумно опять натянула свитер, снова сняла и посмотрела на себя в зеркало – кого видел перед собой тот парень? «Не, не может быть! – сердито отбросила она нелепое предположение, – Он не мог видеть меня истинную! Это невозможно, пока я этого не захочу! Никто не может видеть через чары! И потом – он даже не удивился! Если бы… Нет, невозможно!» – резко дернув головой, рассыпала собранные в тугой пучок огненные пряди.

– Ты всё ещё здесь?! – просунула в дверь голову с немодной короткой стрижкой Мальвина Львовна. –Маргарита, рабочий день полчаса, как закончился! Собираешься заночевать здесь?

– Уже ухожу, Мальвина Львовна! Я просто… – «потерялась в мыслях» закончила она про себя, торопливо оглядываясь в поисках рюкзачка, который нашёлся под брошенной на стул джинсовой курткой. – Вы не ждите, я всё закрою.

– Я и не жду, – махнула та иссохшей до прозрачности рукой. – Просто должна всё проверить перед уходом. Завтра не опаздывай…

– До завтра.

Марго не стала уточнять, что за все полтора года работы в библиотеке не опоздала ни разу. Мальвина Львовна была одержима идеями контроля и идеального порядка во вверенной её подчинению библиотеке, от года к году всё больше теряя этот контроль… Марго было жаль эту, по сути, добродушную старушку, и иногда она гадала, как измениться атмосфера здесь, когда Мальвина Львовна покинет свой пост…

Когда Маргоша закрыла последний замок на больших застеклённых дверях библиотеки, на улице едва начало темнеть. В начале лета сумерки в Питере наползают лишь к одиннадцати, к полуночи едва превращаясь в подобие позднего вечера и снова расцветая рассветом уже во втором часу ночи. Вот и сейчас, в уже не ослепляющем, но всё ещё ярком солнечном свете, Марго сразу узнала мужчину, шагнувшего навстречу.

– Привет! – широко улыбнулся ей «любитель старушек». – А вы поздно!

«Недостаточно поздно…» тяжело вздохнув, неслышно проворчала Марго и, подняв на парня глаза, произнесла,

– Что вам от меня надо?!

– Хочу сделать вас королевой! – просиял в ответ сумасшедший. – Поговорим?

...

 Общеизвестно, что при случайной встрече с психически нездоровой личностью, стоит соблюдать спокойствие и ни в коем случае не спорить с психом; да, да, зелёные человечки из космоса уже среди нас, динозавры давно прикидываются людьми, средневековые рыцари вовсю маршируют в параллельных мирах, под руководством стоящего перед вами Лонселота. Доспехи свистнули злопыхатели, а в остальном он всё столь же героичен…

Слыша подобное, стоит дружелюбно кивать и по возможности незаметно вызвать скорую.

 Сменив первую растерянность, подобные мысли молниеносно пронеслись в голове Марго, после того, как в мозгу уложилось это оптимистичное «Хочу сделать вас королевой!». Стараясь не делать резких движений, она незаметно подалась назад и, натянув отдалённое подобие улыбки, слегка покачала головой,

— Простите, я бы с удовольствием, но, боюсь, не в этот раз…

Легко преодолев разделявшее их расстояние, шизик быстро перебил,

— Я не задержу вас, Маргарита. Извините, забыл представиться — Роман Князев. —  Он протянул руку, но она не подала своей, лишь кивнув и насторожённо ожидая продолжения.
 Задержав ладонь в воздухе на пару лишних секунд, парень отступил на полшага,
— Не очень удачное начало. Простите, кажется я напугал вас? Честное слово, не хотел. Клянусь, я не сумасшедший! Справки нет, но голоса в голове могут подтвердить мою адекватность!

Разглядев панику в широко распахнутых глазах Марго, парень рассмеялся,

— Шучу! Никаких голосов! Пытался разрядить обстановку… Глупо. Простите!

Смех у него был хороший. Легкий, искрящийся, как будто оставляющий после себя в воздухе лёгкую дымку хорошего настроения. Марго невольно улыбнулась в ответ и слегка расслабилась. Нет, доверять странному типу она по-прежнему не собиралась, но всё же непосредственной опасности он пока не представлял.

— Мне надо идти. Если вы насчёт книги, то можете взять её завтра. Библиотека работает с десяти…

— Нет, спасибо, книга была лишь предлогом. Да вы наверное уже догадались… Я просто хотел увидеть какая вы.

Странный ответ вновь ускорил пульс Марго, заставив выдохнуть,

— Зачем?

— Именно об этом я и хотел поговорить. Видите ли, это довольно долгая история… Если позволите, я немного провожу вас?

Не дожидаясь ответа, парень зашагал рядом, подстраиваясь под её шаги. Не стоило позволять ему, однако любопытство или ярко синие глаза спутника были тому причиной, но Марго не осадила наглеца, позволив ему идти рядом. Вместо логично ожидаемого объяснения своих странных слов, мужчина непринужденно поинтересовался,

— Скажите, вам нравятся приключения?

Слегка удивившись, Марго покачала головой, абсолютно искренне сообщив,

— Нет. Совершенно.

Слово «приключение» стояло в одном ряду со словами «неприятность» и «проблема», ещё с того самого случая, когда, всплеснув руками, мама Маргоши тихо осела на ковер, увидев крошку среди парящих по комнате игрушек.
 Родители никогда не ругали её за «странности», нет, не устраивали выволочек и не запугивали последствиями, но даже в юном возрасте у Марго хватало ума сообразить по реакции родителей, что такое хорошо, а что — плохо, очень плохо! К этому «Очень плохо» относилось всё, что не вписывалось в привычные нормы поведения «обычных» детей, довольно рано поняла Маргарита, без лишних обсуждений переведя эксперименты со своими способностями в разряд секретных. Не потому, что боялась наказания, а лишь ради спокойствия горячо любимых родителей. Она так же прекрасно обходилась без зрителей своих «экспериментов», как и без приключений и всего такого…

— Я не люблю приключения и экстрим, знаете ли. Если только в книгах… — уточнила она, мельком бросив взгляд на спутника. — Мне нравится моя размеренная жизнь.

Заметно ухмыльнувшись, псих кивнул.

— Ну да, библиотека — это так увлекательно!

— Я оценила сарказм, но да, как бы вы ни представляли себе эту работу, в библиотеке правда интересно. Возможно, для кого-то это просто место с тысячами пыльных книг, но для меня это особый мир…

— Путешествуете вместе с «Капитаном Немо» и «Робинзоном Крузо»?

— Иногда… Не только…

— Неужели вам никогда не хотелось взглянуть своими глазами на всё прочитанное в книгах? Пройти этими заросшими лесными тропами, увидеть тайные лабиринты и старинные клады? Может быть, даже затерянные города?

— Ну да, и пиратов с мушкетами за пазухой… — Поддав мыском кроссовки попавшийся камешек, усмехнулась Марго. — Время старинных кладов и затерянных городов давно прошло. Разве вы не в курсе? Теперь все путешествуют в интернете.

— Только те, кто не готовы рискнуть.

— О, вы из тех, кто подрабатывает мотивацией? Коуч, или что-то такое? Типа «Найди свой путь и не сворачивая следуй к цели!».

— Слоган классный, но нет, ничем подобным я не занимаюсь. Скорее наоборот… Пытаюсь справиться с собственными косяками. Думал, вы сможете мне помочь. Возможно. Если согласитесь…

Яркий взгляд Романа приобрёл сосредоточенность и Марго окатило предчувствием накатывающей неотвратимости. Отчаянно захотелось сорваться с места и сбежать. Бежать так быстро, чтобы слова этого парня и само воспоминание о нём вымыло из головы порывами яростного ветра. Но она не побежала, а замедлила шаг,

— Не уверена, что хочу услышать продолжение.

— Это вас ни к чему не обязывает. Всего несколько минут. То, что я расскажу, звучит как больная фантазия, но на кону большие ставки! Не всегда то, что выглядит бредовым вымыслом, на самом деле является таковым. Думаю, вам это известно, лучше, чем кому-либо ещё…

— О чём вы?! — руки похолодели в предчувствии того, что он скажет дальше. Но, к сожалению, он произнёс именно это.

— Ваши особенные способности. В смысле — о магии. Я знаю о ней. Возможно, не всё, но…

— Что за бред! — вскинулась Марго. — Вы меня с кем-то путаете!

— Вряд ли. Маргарита Петровна Арапова, двадцать два года, студентка-заочница кафедры истории Петербургского Университета, последние два года по совместительству подрабатываете в библиотеке. Родители: Елизавета Петровна, работает массажистом в детской поликлинике, Пётр Архипович — профессор, преподаватель английского языка в том же Университете, в котором учится его дочь. Братьев — сестёр нет, бойфренда тоже не имеется. Во всяком случае, таковых не замечено. Вы хороши собой, умны, образованны и наделены рядом неких особых, назовем их магическими, способностей, в виртуозном владении вами которыми я успел убедиться. Старушенция была просто великолепна! На долю мгновения даже я усомнился… Короче, вы именно та, кого я искал!

Ошарашенно уставившись на произносившего тираду мужчину, Марго несколько раз растерянно моргнула. Откуда он…? Он ведь не мог…

Правильно расценив выражение её лица, Роман кивнул,

— Понимаю, звучит несколько самонадеянно, но не думайте, что всё это мне удалось узнать так уж легко. Мы искали вас несколько лет. Если быть честным — на поиски ушло намного больше времени чем я рассчитывал и если бы не та заметка в новостях, про пожар… Вы отлично шифровались все эти годы, снимаю шляпу!

Наконец обретя голос, Марго резко вздёрнула подбородок. Этот парень слишком много знал о ней, а значит представлял очевидную угрозу. Её магические штучки на него отчего-то не действовали, оставалось одно -упёрто идти в глухую несознаку.

— Ничего не понимаю! — может слегка чрезмерно, возмутилась девушка, — Нагромоздили какой-то ерунды! Какого чёрта вы следили за мной?! Вынюхивали всё это… Надумали себе какого-то несусветного бреда! Знаете, вам бы к врачу!

Словно не заметив её выпада, парень беспечно пожал плечами.

— Понимаю, вам сложно довериться незнакомому человеку. Учитывая все обстоятельства и то, как в нашем обществе относятся ко всему эммм… экстраординарному, это вполне оправдано. Но дело в том, что мне крайне необходима ваша помощь! Обещаю, всё останется исключительно между нами!

— Вы свихнулись! — фыркнула Марго и круто развернувшись, рванула от шизика на максимальной скорости.
 Удивительно, но без малейшего видимого напряжения, мужчина легко рысил за ней следом по улице, отставая лишь на пару шагов и при этом сохраняя вид полнейшей безмятежности. То ли он был профессиональным спринтером, то ли у психов открывается особое «второе дыхание»…

 Минут через пять этой нелепой гонки, Марго резко затормозила и обернувшись, инстинктивно задержала дыхание, внезапно соприкоснувшись грудью со слишком разогнавшимся парнем. «Уф!» — дружно выдохнули они друг другу в разгорячённые лица, на мгновение смешавшись.

— Что?! Говорите! — Первой пришла в себя Марго.

— Я… Это… — попытался ответить мужчина, не в силах сосредоточиться.

— Прекрасное объяснение! — съязвила девушка, разглядывая его растерянную физиономию. — Если у вас всё, предлагаю закончить на этом знакомство!

— Нет, нет, вы не понимаете! Это не какая-то блажь! На кону судьба целого государства! И моя в том числе… Ваша магия и вы сами… Если вы наконец послушаете…

— О, так это было не всё?! Что ещё? Эльфы, гоблины, русалки…? А вы наследный принц, не иначе!

— Нуу… В общем-то, если честно…

— А до этого было как?!

— Нет, я хотел сказать… О, Господи, вы можете просто послушать?!

— Про ваше королевство? Конечно! Вы же обещали мне корону! Как я могу пропустить такое!

На секунду прикрыв глаза, мужчина громко выдохнул через плотно сжатые зубы, всем видом выражая едва сдерживаемое раздражение. Разглядывая бушующую на его лице злость, Марго терпеливо ждала продолжения. Она больше не боялась. Этот чудик оказался довольно забавным и внезапное любопытство сменило насторожённость. Что ж, он знал довольно много, но очевидно не мог знать всё, иначе бы не стоял тут, переминаясь с ноги на ногу, а бежал без оглядки… Он искал её несколько лет, чтобы предложить какую-то нелепую аферу. Она не сомневалась, что нелепую, но всё же намеревалась узнать о его фантазиях. Просто так, для развлечения. Она послушает, ладно, а потом… Потом примет меры. Чуть позднее…

— Итак …? — сложив руки на груди, Марго всем видом выразила готовность выслушать мистера «я подарю вам корону».

Осознав, что её настроение сменилось на более благоприятное, собеседник заметно расслабился,

— Это довольно необычная история…. Позвольте, я лучше покажу вам? Прогуляемся, тут недалеко…

— Если только это не подвал со всякими неприятными штуками для пыток.

— О нет! — парень обаятельно улыбнулся. — Нечто прямо противоположное.

Когда они подошли к небольшой, очевидно совсем недавно отстроенной церкви, из высоких, украшенных замысловатой резьбой дверей, вытекал неплотный, но довольно многочисленный людской поток. Служба только закончилась, и неторопливые прихожане степенно покидали храм, не забывая напоследок оглянуться и перекреститься.
Заметив задумчивую растерянность в глазах Марго, Роман ненавязчиво взял её за руку. Прикосновение было приятным и поддерживающим, без намёка на домогательство, поэтому девушка не отдернула руку позволив парню увлечь её за собой, в подсвеченный сотнями свечей мягкий полумрак церкви.

Переступив невысокий порог и внезапно наткнувшись на колкий взгляд прошуршавшей мимо пожилой послушницы, Марго неловко дернулась обратно на улицу, почти вырвав пальцы из руки Романа,

— Зачем мы здесь?! Я не собиралась… Слушайте, у меня и платка нет, а с непокрытой головой нельзя!

— Тсс… Расслабьтесь, мы здесь ненадолго. Я просто кое-что покажу вам, когда народ рассосётся. А платок купим в церковной лавке. Можете сами выбрать…

— Нет, я лучше постою тут. — отодвинулась она ближе к входным дверям. — Вы сами… Мне всё равно какой.

Церкви нервировала Марго. Почему? Она сама не смогла бы назвать причину. Просто здесь на неё накатывало странное беспокойство. В удушливом, просачивающемся под кожу, запахе ладана, пронизывающем эти тяжёлые, сводчатые стены,  лица в золочёных окладах смотрели на Марго сурово и непреклонно в нервном дрожании огня. В их пристальных, немигающих взглядах, Марго чудилось терпкое, словно прогорклое масло, осуждение, разбегающееся неприятным ознобом по позвоночнику и холодящее пальцы…

 До этого дня Марго всего пару раз случалось побывать в церкви, и оба раза довольно давно. Родители девушки не были религиозны, считая себя чрезвычайно прогрессивными в вопросах мироздания, в большей степени относя себя к агностикам и придерживаясь мнения о невозможности конечного познания вселенной и бога.

 Марго не сказать, чтобы разделяла их взгляды… Скорее держалась от всего этого подальше, предпочитая изучать религию в плане исторических событий и значений, как отвлечённое, весьма далёкое от её жизни понятие. По крайней мере так было до сих пор…

Роман купил в церковной лавке несколько свечей и лёгкий, из невесомого, почти прозрачного газа платок.

— Вам идёт!

Констатировал он, когда Марго плотно обернула вокруг головы узорчатую ткань.

— Что дальше? — нахмурилась девушка. — Будем молиться или ещё что?

— Нет, надо подождать, когда все разойдутся. — Голос Романа звучал едва слышно. — А пока не стоит привлекать внимание. Вот, держите! Поставьте, где нравится. — Он протянул ей одну свечку, оставив остальные себе и неторопливо отошел к небольшой иконе, укрытой в глубине одной из дальних ниш.

 Мельком оглядевшись и убедившись, что несколько прихожан, задержавшихся в храме, не интересуются ей ни в малейшей степени, Марго торопливо пристроила зажжённую свечу на ближайший подсвечник и незаметно отступила назад, к дверям. Только сейчас она заметила слева от двери просто сколоченную скамейку, которая словно поджидала её, приглашая раствориться в густой тени.

 Опустившись на отлакированное сотнями тел дерево, она задала себе очевидный вопрос «Какого чёрта я здесь делаю?!» и не смогла найти достойного ответа на него. Стоило признаться — ситуация и новый знакомый интриговали её до ужаса, будоража нервы и волнуя горячим предчувствием приключения. Всем тем, в чём она категорически отказала себе в последние годы…

Мимо неё, медленно переговариваясь, на выход прошла пожилая пара, следом — средних лет печальная женщина в чёрном платке. Скользнув по Марго безразличным взглядом, просеменил седовласый батюшка, на ходу объясняя что-то в мобильник. Через мгновение он скрылся в неприметной дверце справа от алтаря. Марго вздрогнула, когда Роман легонько коснулся её плеча.

— Пора. Идёмте, я покажу вам, — двинувшись к центральному алтарю, он негромко рассказывал. — Всё дело в этом месте. Вы знаете, что было здесь раньше?

— Конечно, церковь начали строить, когда я была подростком. А до этого здесь был обычный пустырь, который местные использовали в качестве автостоянки.

Он кивнул,

— Всё так, но до пустыря здесь тоже стояла церковь, её снесли почти сразу после революции. Каменная церковь Николая Угодника. Её отстроили вместо деревянной, сгоревшей в семнадцатом веке. А прежде, в этом месте было святилище, принадлежащее…

Что-то вроде предчувствия неожиданно кольнуло Марго, в ответ на едва слышный шорох у входа в церковь. Словно гончая на охоте она замерла, всем существом прислушиваясь к холодной волне пробежавшейся по лопаткам и через мгновение девушка резко отшатнулась в сторону, едва ощутив, как щёку царапнуло острой болью. Боль была мимолётной и тут же вылетела из головы, едва Марго услышала отчаянное «Ложись!», а следом очередной короткий взвизг пули, возле самого виска.

Она не успела удивиться, как почти уткнулась носом в грязный деревянный пол. Прикрывая её голову рукой, Роман скороговоркой зашептал прямо в лицо «Мы в заднице! Они нашли тебя!». Его перекошенное напряжением лицо говорило, что дело дрянь, что тут же подтвердил фонтан цепок, разлетевшийся из основания деревянного аналоя, за которым они прятались.
Ещё один выстрел выбил искры из высокого подсвечника справа. «Чёрт, их несколько… Святые угодники, похоже они притащили Охотника… » расслышала она бормотание Романа, и потрясённо задержала взгляд на блеснувшей в его руке стали. Кинжал (или нож?) выглядел очень острым.

«Не высовывайся!» — прошипел Роман, пока она пыталась найти хоть какое-то объяснение происходящему? Ещё выстрел! И снова мимо. В них стреляли, молча, на поражение, не выкрикивая угроз или требований. Просто пытались убить. Почему? Зачем?! Напряжение росло в Марго, осторожно пробуждающейся силой разливаясь по телу.

— Нам надо как-то пробраться в алтарь. Видишь, ту дверь сзади? Там мы будем в безопасности! — произнесли в самое ухо.

— А если она заперта?

— Ты же ведьма — открой! — словно само собой разумеющееся, рявкнул Роман снова вдавливая её плечи в пол.

Решив отложить желание, врезать ему в ответ, Марго сосредоточилась на движении у входа, пытаясь определить противника. Одна быстрая тень дернулась справа и над ухом снова вжикнуло. Один! Мужская фигура, мелькнувшая в левом пределе, оказалась не столь быстрой — Марго успела рассмотреть светлые волосы и что-то черное наперевес. Мозг услужливо подсказал догадку, «У второго автомат!» — произнесла она вслух, почти не расслышав себя.
Роман яростно выругался, и сделав обманное движение вправо, молниеносно метнул нож в темноту. В ответ тут же раздалось несколько пистолетных выстрелов. «Аух!» — резко выдохнул Роман, схватившись за плечо и Марго приняла решение.

Кулаки крепко сжались и горячим потоком сила послушно заструилась по телу, просыпаясь приятным покалываниям в ладонях. Негромкий щелчок пальцами и ближайший к ним массивный напольный подсвечник, легко взмыл вверх. Ещё щелчок и металлическая штуковина молниеносно, со скоростью снаряда рванула в сторону входа. Марго прикрыла глаза, представляя себе ту быструю размытую тень и с удовлетворением услышала громкий вскрик боли. Попала!

Она кровожадно улыбнулась и в воздух взлетел второй подсвечник, тут же разделив судьбу первого. С треском врезавшись в противоположную стену, он пробил её насквозь, подняв воздухе густой туман из взорвавшейся штукатурки. Проигнорировав восхищённое восклицание Романа, она сосредоточилась на двери в алтарь за их спиной, мысленно прощупывая её.

— Дверь не заперта! — сообщила она парню.

— Уходим на счёт три! — кивнул он. — Один, два…

Отрывистая автоматная очередь прошила воздух над их головами. Не задумываясь, Марго стремительно поднялась на ноги и обеими руками взявшись за резной аналой, который служил им ненадёжным прикрытием, швырнула его в сторону стреляющего. Крепкая деревянная подставка с грохотом разлетелась, но следить за его судьбой Марго и её спутник не стали в один рывок оказавшись у двери в аналой, а в следующее мгновение уже за дверью. Тяжёлое дерево тут же прошила автоматная очередь.

Роман быстро задвинул засов и тяжело дыша, покачал головой «Его это остановит ненадолго. Похоже клан послал за тобой настоящего Охотника. Ума не приложу, где они его откопали…». Новая автоматная очередь ударила в дверь, с уже более близкого расстояния. Роман взволнованно прошёлся по узкому пространству роскошно украшенного аналоя и тяжело вздохнув, потер виски — «Похоже другого выхода нет… Чёрт, время самое не подходящее!», он перевёл взгляд на Марго. Взглянув в его лицо, девушка отшатнулась — сожаление и чувство вины слишком отчётливо читались в синем взгляде, чтобы его решение пришлось ей по вкусу.

— Маргарита, мне очень жаль, но другого выхода у нас нет. Я хотел только показать тебе, но теперь придётся уходить этим способом…

— Нет! — категорично перебила Марго, чувствуя, как спина покрывается мурашками от его пристального взгляда.

В дверь сильно ударили и она завибрировала, едва поддавшись, заставив парня и девушку дружно переглянуться. Схватив первый попавшийся на глаза подсвечник, Марго перехватила его удобнее, быстро встав за дверью. Скользнув взглядом по Роману, задумчиво изучающему алтарные росписи, поинтересовалась,

— А ты что — пацифист?

— Нет, просто не вижу смысла выходить с подсвечником против автомата. Марго, этот человек за дверью — прирожденный убийца. Он создан чтобы убивать. Это его призвание. Ты его цель и этот парень не остановится, пока не выполнит заказ. А ты пока не готова противостоять ему…

— А ты?!

— Только если захочу умереть. Но мне нельзя, пока что — нет! Слишком многое зависит от меня… и от тебя, Марго! Мы должны выбраться…

С этими словами Роман отступил на пару шагов и вскинул в воздух левую руку — на его запястье, из-под обшлага пиджака, тусклой позолотой засверкал тонкий ободок браслета. Роман то-то беззвучно зашептал, едва шевеля губами и золото браслета заискрилось, на глазах разгораясь, пока не засияло пронзительной яркостью пылающего пламени, обжигающего взгляд.

«Херан!» — Роман резко взмахнул рукой с горящим браслетом и рубанул ей вниз. Плоть пространства содрогнулась и рваная рана, прорубленная в ней Романом, распахнулась бездонной чужеродной чернотой. «Идём!» — скомандовал Роман, протянув Марго руку. «Не за что!» — отстранилась она, с ужасом вглядываясь в пульсирующий мрачной враждебностью чёрный разрыв в воздухе, — «Я пока не свихнулась, чтобы лезть в эту дыру!».

В дверь снова ударило, на этот раз с такой силой, что дерево не выдержало, с протяжным стоном рухнув внутрь в обильном фонтане щепок. Марго едва успела заметить отчётливый мужской силуэт в дверном проёме, как тело отчаянно дернули на себя руки Романа, прижимая к себе в мёртвом захвате и в следующее мгновение её обдало острым, продирающим до костей холодом.

Марго зажмурилась, ожидая удара, но прошло несколько мгновений прежде, чем её тело грохнулось на что-то упруго-жёсткое. Стало значительно теплее. Спина возопила возмущением, сильно приложившись копчиком, но крепкий захват Романа всё же смягчил падение. Поморщившись, Марго решилась приоткрыть глаза на предмет разведки обстановки и тут же пожалела об этом. Многочисленные оскаленные рожи, в тусклом свете свечей, нависшие над ней, мало походили на человеческие. Неожиданно, однообразный гул звучащий вокруг, прорезал дикий, похожий на звериный, вопль, который тотчас же подхватили сразу несколько пронзительных голосов.

Марго в ужасе вкинула руки, закрывая лицо и через секунду голова взорвалась пронзительной болью, отправляя девушку в небытие…

В себя Марго пришла, ровно в тот момент, когда её обмякшее тело привязывали к столбу. Не с первой попытки открыв глаза, Марго обвела ещё мутным взглядом открывшуюся перед ней перспективу — через упавшие на лицо спутанные пряди виднелись лишь её ноги в местами разодранных джинсах. Правая нога оказалась в испачканной, но достаточно целой кроссовке, зато левая демонстрировала миру всю свою первозданную, обнажённую красоту. Вероятно, вторая кроссовка почила по пути, пока возбуждённая толпа волокла бесчувственную пленницу на место казни. «Ребята явно торопились» — подумала жертва предстоящей экзекуции, из-под ресниц рассматривая двух сгорбленных мужчин, деловито снующих возле её ног.

Сквозь прорехи в одежде проглядывали покрытые язвами и коростой тела калек, которые тщательно укладывали у ног Марго поленья. Скорее всего складывать костёр для ведьмы отправили самых бесполезных жителей деревни, которых «если что…» было не жалко.

То, что спалить её собираются именно в деревне, Марго выяснила, незаметно приподняв голову. Небольшое свободное пространство вокруг столба, к которому она была привязана, лишь с огромной натяжкой можно было назвать площадью. Вытоптанная в центре трава ставилась гуще возле низких, глинобитных домишек, с десяток которых теснились в непосредственной видимости от места, где зависла новоявленная ведьма. Следы нищеты и упадка виднелись везде, куда падал взгляд — прорехи в покрытых соломой крышах, покосившееся стены, давно требующие побелки, поношенная одежда пялящихся на Марго обывателей и тощие детишки, что вместе с похожими на скелеты собаками, вертелись вокруг растущего костра.

Над хаотичным скоплением домишек виднелся невысокий шпиль церкви, который венчала замысловатая загогулина. Местный символ веры или что-то похожее… «Куда же ты затащил меня, Любитель приключений?!» — вздохнула Марго, осторожно высматривая в толпе дикарей Романа. Однако никаких следов её спутника не наблюдалось и сердце девушки болезненно сжалось при мысли, что парня просто прикончили на месте, вероятно в той самой церкви, не сочтя его достойным зрелищной церемонии торжественного убийства. Дурак, набитый дурак, ну вот куда он полез?! — разозлилась Марго, рывком откидывая волосы с лица.

Её движение не осталось незамеченным. Словно стайка вспуганных воробьёв, с громким визгом ребятишки прыснули в разные стороны от столба, а следом за детьми заволновались и взрослые, которые, столпившись в отдалении, встревоженно наблюдали за пленницей. Верёвки на запястьях больно врезались в кожу, но в остальном своё положение Марго нашла вполне сносным. Да, в спину впивались сучки кое-как обструганного столба и вокруг ног быстро росла горка хвороста, но в целом могло быть и хуже. Видя, что ведьма ведёт себя смирно, несколько самых смелых (самых глупых) деревенщин подобрались ближе.

Кусок вонючей брюквы больно ударил в щёку, заставив Марго поморщиться. Попавшая ей в лицо женщина громко расхохоталась, обнажив пеньки сгнивших зубов. Её примеру последовали остальные сельчанки, азартно закидывая пленницу гнилыми овощами и грязью. «Так её! Бей ведьму!» прокаркал патлатый старик, что кидал к её ногам связки хвороста, дохнув в сторону Марго тухлым смрадом.

Сгрудившись на некотором отдалении от обездвиженной жертвы, деревенские мужчины о чём-то яростно переговаривались, размахивая зажатым в руках самодельным оружием и время от времени выкрикивая непонятные проклятья в сторону Марго. Перекошенные яростью и страхом лица, раззявленные рты, плевки и пылающие ненавистью взгляды — очевидно ведьм в этих местах недолюбливали. Марго бы испугаться до жути, но разгорающаяся в груди злость уверенно выжигала испуг, заставляя виски бешено пульсировать от едва сдерживаемого предвкушения развязки.

Очередная мерзость ударила в грудь перемазав тонкий джемпер. Большую часть тухлятины, летящей в лицо, девушке удавалось избежать без особых усилий, едва прибегая к магии, а остальное она игнорировала, сосредоточившись на главном — из этого дурдома пора было выбираться!

«Ох, доберусь я до этого засранца!» — процедила Марго сквозь зубы, проверяя, достаточно ли крепко привязана к столбу. Верёвки были затянуты как надо, намертво приковывая тело к высокой деревяшке. Хоть с этим повезло… Пытаясь сосредоточиться, Марго поглубже вздохнула, но вместо желанной концентрации по жилам струилась ярость — «Вот сволочь! Вам нравятся приключения? Да не то слово! Надеюсь, гад выжил. Я прикончу его собственными руками! Превращу в свинью, нет, в жабу! И скормлю крокодилу! Мерзавец! Втянуть меня в это безумие!». Марго заскрипела зубами и прикрыла глаза — спокойствие, только спокойствие…

Однако спокойствием в голове и не пахло. «Ну что ж, как есть» — пробормотала пленница и прикрыв глаза позволила бушующей в груди ярости свободно разлиться по телу, полноправно захватив его. Рассыпавшиеся по плечам волосы, неторопливо принялись закручиваться в отдельные пряди и словно живя своей жизнью, пламенными змеями поднялись вокруг головы ведьмы. Словно сотни зарядов молний пронзали Марго, шипящими искрами окутывая тело девушки. Погружаясь в силу, Марго тихонько зарычала, и толпа начала осторожно отползать назад. Почувствовав горячее жжение в ладонях, пленница плотно прижала их к сучковатому дереву, к которому была привязана.

На прикосновение, столб ответил явственной дрожью, делая первые попытки избавиться от земного плена. «Ну же! Давай!», подбодрила его девушка, чувствуя, как вибрация дерева усиливается. В ответ на первые крики ужаса, легкая улыбка коснулась её губ «А вы как думали?! Представление только начинается!». Зажмурившись, Марго набрала в грудь побольше воздуха и выкрикнула: «Все вы прокляты!». Получилось даже громче, чем ожидала. Одна из баб резко взвизгнула и тяжёлым кулём осела в траву. Закрепляя успех, Марго всё интенсивнее трясла столб, расшатывая его и трубным гласом провозглашая проклятья. Понятно, что сонеты Шекспира в оригинале никто из этих дикарей в жизни не слышал, а вот Маргоше пришлось не один вечер зубрить их, оттачивая произношение. Зато сейчас над площадью неслось на безупречном английском:

«Ты говоришь, что нет любви во мне.

Но разве я, ведя войну с тобою,

Не на твоей воюю стороне

И не сдаю оружия без боя?..»

Наконец столб поддался и справившись с земным притяжением неспешно взмыл в верх. Толпа громко охнула и остатки смельчаков бросились на землю, закрывая голову руками. Чувствуя безмерное удовлетворение, Марго окинула взглядом площадь и внезапно вздрогнула, увидев торопливо хромающую по пыльной дороге одинокую фигуру. Заметив, что привлёк её внимание, Роман остановился и энергично замахал руками, указывая куда-то вправо, но Марго было не до его знаков, она нахмурено разглядывала его прикид, который состоял из всего двух предметов, лохмотья от некогда нежно-персиковой рубашки и клетчатые трусы (несомненная удача!). Волосатые голые ноги, покрытые подозрительными бурыми пятнами, завершали вид.

Решив, что увиденное ей вовсе не нравится, Марго ещё раз для острастки звучно рыкнула на деревенских и медленно (вместе со столбом) поплыла по воздуху в сторону мерзавца, испортившего ей жизнь. Увидев её приближение, Роман что-то прокричал и опять отчаянно замахал руками. «К реке!» наконец донеслось до Марго и ненадолго задумавшись, она слегка подала столб в верх.

С этой высоты открывался прекрасный вид — убожество деревушки терялось на фоне величественной и живописной панорамы, сочную зелень которой разбавляла тёмная полоса широкой реки, всего в паре сотен шагов, вниз по склону холма. «Ну к реке, так к реке!» — проворчала Марго, бросив на площадь последний взгляд, в котором сквозило отчётливое разочарование. Стоило бы напоследок устроить дикарям что-нибудь нравоучительное… Но отчаянно пытаясь ускориться, Роман опять провопил «К реке!». «Да слышу я…» фыркнула девушка и неохотно направила столб в сторону стремительно темнеющей низины, в которой протекала река.

Торопиться было некуда, и медленно плывя в воздухе, Марго с некоторым злорадством наблюдала, как растерявший весь свой лоск «принц», с ловкостью подстреленной утки, ковыляет внизу. Наконец ей это надоело, к тому же руки слегка затекли, и ускорившись, через секунду девушка (вместе со столбом) плавно опустилась на пологий берег, у самой воды. Потребовалось совсем лёгкое прикосновение к силе, чтобы связывающие запястья верёвки упали на траву бесполезными обрывками.

Путы на ногах она развязала вручную. Покидала камешки в воду, прислушалась к голодному бурчанию в животе и успела пожалеть о недопитом кофе, когда наконец её похититель нарисовался на берегу.

— Трусы у вас шикарные! — восхищенно провозгласила она, когда Роман сполз к воде.

Перекосившая лицо мужчины гримаса, согрела ей сердце. Нахмурившись, Роман с опаской бросил взгляд на холм, с которого они спустились,

— Надо поторапливаться! Большинство местных ты запугала до усрачки, но может найтись несколько смельчаков, которым взбредёт в голову сразиться с ведьмой… — Он махнул рукой, указывая вниз по течению. — Тут, в паре десятков шагов спрятана лодка. Спустимся вниз по реки. Через несколько часов доберёмся к лагерю, там безопасно, ждут мои люди. Расскажу по дороге. Идём…

— Слушаюсь, Ваше Высочество! — промурлыкала Марго, решив немного повременить с превращением в жабу…

Он проснулся рывком, будто с размаху ухнув в ледяную полынью, заполненную чёрным ужасом. Прислушался. В ночной безмятежности спальни кто-то был. Он чувствовал это так же отчётливо, как и озноб, покрывавший кожу мурашками под плотной тканью пижамы.

Прерывистые, сдавленные хрипы вырывались из горла в такт с неровными ударами сердца, под ходящей ходуном грудной клеткой. Брошенный на прикроватный столик взгляд отметил ярко подсвеченное зелёным на циферблате - два тридцать ночи. Самое время для полноценного, глубокого сна, дающего запас сил и бодрости на предстоящий рабочий день.

Прислушавшись, мужчина снова вгляделся в разреженную неоновыми огоньками электроники темноту комнаты. В тишине, разбиваемой лишь его дыханием, ничего не выдавало постороннего присутствия, но всё же мужчина потихоньку потянул наружу верхний ящик прикроватной тумбы, в котором лежал газовый пистолет.
– Кто здесь?! – голос не дрогнул, ничем не выдав просачивающийся в мозг иррациональный ужас.
 Квартира ответила безмолвием, но что-то чужеродное, словно навязчивый дурной запах, неуловимо витало в воздухе. Медленно поднявшись, мужчина засунул за резинку пижамных штанов газовый пистолет и неслышно приоткрыл дверь из спальни. Свет в гостиной, по-модному совмещённой с кухней, зажегся сам, среагировав на движение хозяина. Тоже никого - констатировал беглый взгляд.
Это всё нервы – попытался убедить себя Оскар, что было не просто, так как он не верил во всю эту психологическую чепуху, твёрдо придерживаясь мантры «В здоровом теле - здоровый дух», а уж со здоровьем то у него всё было безупречно.

Холодный порыв ветра приоткрыл балконную дверь, тут же заставив насторожиться. Дверь была открыта, однако он чётко знал, что закрывал её перед сном. Следуя установленному ритуалу, ровно в половину одиннадцатого обошёл квартиру, запирая все окна и двери. Он отлично помнил, как повернул ручку вниз, в режим «заперто», однако сейчас дверь была приоткрыта, словно приглашая хозяина полюбоваться красотой белой питерской ночи.

 Ещё раз убедившись, что в гостиной никого, Оскар бесшумно скользнул на балкон. Пусто. Что и следовало ожидать. Нелепостью было бы предположить, что на девятом этаже одного из самых охраняемых элитных жилых комплексов города окажется посторонний. На всякий случай мужчина мельком оглядел соседние балконы и задрал голову вверх – ещё три этажа над ним и ни одного Человека - паука, карабкающегося по стене здания.

 Пожав плечами, Оскар без интереса взглянул на потрясающий воображение обывателей вид, открывающийся снизу – парк аттракционов переливающийся яркой ночной подсветкой и Елагин остров, в этот час просто тёмная махина парка, за узкой полосой воды. Вид, стоимостью в миллионы, доступный лишь избранным счастливчикам вроде него.

 Равнодушно зевнув, Оскар пришёл к выводу о ложной тревоге. Плохо закрывшийся замок балконной двери, сквозняк – ерунда, не стоящая беспокойства. Сожалея лишь о прерванном сне, мужчина ещё раз проверил замки на дверях и вернулся в кровать. Засыпал он сразу, без метаний и мыслей о будущем, следуя многолетней привычке и режиму. Просыпался без будильника, ровно в шесть, не забывая, однако поставить напоминание на телефоне. Никогда не лишнее подстраховаться.

 Однако в эту ночь ему не суждено было выспаться. Около четырёх утра Оскар вновь распахнул глаза и нахмурился – во входную дверь кто-то рвался. Дверной звонок надрывался, вторя хаотичным глухим ударам по качественной имитации дубовой панели.
 Рука метнулась к телефону – позвонить в охрану, однако любопытство взяло верх – ворваться в квартиру под силу было разве что взводу десантников с гранатомётом, поэтому зажав в одной руке айфон, а в другой пистолет, мужчина стремительно подошёл к двери и заглянул в дверной глазок. Несколько раз быстро моргнув, он потёр глаза и снова прижался к глазку, потрясённо вглядываясь в ночную гостью. Он видел много женщин…

 Нет, не так! Он видел очень много женщин, в самых разных ситуациях. Видел, как они закатывают истерику в зале суда, как выгрызают своё, играя то сладких кошечек, то бесчувственных стерв, видел, как их тела выгибаются в спазме оргазма, захлёбываясь в сдавленных вскриках наслаждения.

 Он видел их разных, однако эта женщина, что билась сейчас в его дверь, отчаянно требуя «Откройте!», была не похожа ни на одну из прежних. Не торопясь повернуть замок, Оскар разглядывал шикарное тело под тонкой, почти невесомой шёлковой сорочкой, копну спутанных волос, пронзительно - розового цвета и искаженное нетерпением лицо. Слишком красивое лицо, чтобы визит девицы оказался случайностью.

«Помогите!» - вдруг выдохнула красотка прямо в лицо Оскару, заставив отшатнуться от двери. Мужчина задумчиво прикусил губу, рассчитывая степень риска – он не был лохом, бросающимся на помощь полуголым красавицам. Обычно такие истории заканчивались обнесённой квартирой и увечиями средней степени тяжести. Никто не гарантировал, что в паре метров от девицы не затаилась парочка крепких ребят с обрезами.

 Риск – благородное дело, но Оскар презирал все эти красивые и пустые присказки для дураков, предпочитая придерживать их для своих выступлений в суде. Поморщившись от очередной пронзительной трели дверного звонка, мужчина тяжело вздохнул и так и не найдя ответа на вопрос зачем он это делает, покрепче зажал в руке газовый пистолет и два раза повернул защёлку. Дверь широко распахнулась, гостеприимно впуская странную посетительницу,

–Ах, наконец-то! – ворвалась она, гневно нахмурившись. – Почему так долго?! Меня могли убить!

Одним движением захлопнув за ней дверь, Оскар приблизился к незнакомке, держа пистолет на виду,

– Что вам нужно? Кто вы?

Та раздражённо всплеснула руками, отчего тонкая бретелька сорочки соблазнительно соскользнула с плеча,

– Ох, Боже мой! Он ещё спрашивает! Что мне нужно?! Хочу станцевать с вами вальс, а потом сыграть в карты на раздевание! Что ещё?! Именно поэтому я полуголой стучалась к вам среди ночи с криками «Помогите! Убивают!».

 Оскар точно помнил, что «Убивают!» не звучало, но предпочёл не уточнять этот момент. Проигнорировав её заломленные руки, он повторил вопрос,

– Так что вам надо?

Очевидно, разглядев на его лице холодную непоколебимость, девица заметно снизила градус экспрессии, произнеся почти спокойно,

– Ко мне в квартиру влезли. Кто-то чужой… Вор или убийца, не знаю… Я проснулась среди ночи, а в гостиной кто-то ходит. Я слышала его…

– Почему сразу не позвонили в охрану?

Сердито фыркнув, она взглянула словно он сморозил глупость,

– Я похожа на слабоумную?! Конечно, я звонила!

– И …?

– И ни-че-го! Они там дрыхнут, либо умерли.

– И вы решили, что я…

– Да, решила! Я живу прямо над вами. Видела вас несколько раз в лифте. Вы показались мне довольно спортивным мужчиной…

– Настолько, чтобы заменить собой наряд полиции? – Оскар хмуро прищурился, что выглядело довольно угрожающе, но не произвело на посетительниу абсолютно никакого эффекта.

– Ох, бросьте! Кто станет вызывать полицию?! Эти вандалы разнесут весь дом, испортят полы и поднимут на уши всех соседей. Зачем такие сложности, когда у вас вон есть пистолет.

– Он газовый.

– Да какая разница?! Тот мужчина, у меня в квартире, он был один…

– Вы уверены?

– Само-собой, я успела разглядеть его, когда пробиралась через гостиную к выходу. Обычный бандит.

– Что ж, раз вы уверены, я спущусь вниз и приведу охрану.

– Подождите! Сперва налейте мне воды! А лучше – чего-то покрепче, меня трясёт.

Вопреки её утверждению, незнакомка не выглядела сильно испуганной. Забрав из рук хозяина квартиры бокал, на дне которого плескалось виски, она с ногами забралась на диван и согревая напиток в руках, оглядела комнату и подняла тёмные, завораживающие глаза на мужчину,

– Неплохо тут у вас. Немного серо… Один живёте?

 Вопрос выглядел чистой формальностью, она прекрасно знала ответ. Пожав плечами, Оскар опустился в кресло напротив, ожидая продолжения. Несмотря на произошедшее пару часов назад в его квартире, в рассказ девушки он верил слабо. Кроме очевидного нежелания гостьи иметь дело с охраной и легкомысленного отношения к соображению, что у неё дома разгуливает преступник, было и ещё кое-что, мешающее поверить её истории – Оскар просто знал, что девица лжёт. Знал так же отчётливо, как сколько бутылок минералки стоит сейчас у него в холодильнике.

  Маркони всегда безошибочно чувствовал, когда ему лгали. Особая способность, позволившая Оскару Маркони с тридцати годам занять то высокое положение на социальной лестнице, которого люди безрезультатно добиваются всю жизнь. Личный офис в центре города, шикарная квартира на Крестовском острове, ауди-А8 в максимальной комплектации. Лакомый кусочек для аферисток всех мастей, к которым он почти сразу отнёс ночную гостью.

Тонкий шёлк сорочки откровенно подчёркивал полную грудь, мягкие изгибы ткани не скрывали прекрасных форм девушки, а эти сочные губы… Ни грамма филеров, всё своё, с удивлением констатировал Оскар. Слишком хороша, чтобы поверить хоть слову.

 Так что ей надо? – гадал мужчина, пока девушка рассказывала, как удачно купила квартиру прямо над ним, буквально пару недель назад. Что-то про дальних знакомых и сенбернара бывших хозяев. Они оставили ей собаку…

Эту собаку Оскар помнил, мечтая пристрелить, каждый раз, когда сталкивался с ней в лифте. Глупая тварь бросалась к нему, норовя облизать лицо и оставляя на костюме следы лап. Мерзость! После этого приходилось переодеваться и сдавать одежду в химчистку.

– Ой, уже совсем утро! – словно случайно заметила девушка и подставила лицо солнечным лучам, вольготно проникающим в не зашторенное окно. – Летом в Питере такие короткие ночи…

Поставив на стол пустой бокал, она поднялась и потянувшись так, чтобы каждая выпуклость её тела не осталась незамеченной хозяином квартиры, зевнула,

– Наверно я уже пойду к себе…

– А как же ваш незваный посетитель?! – удивился Оскар.

– О, он наверняка уже сбежал… Я так громко к вам стучалась. Пойдёмте, проверим? Вы ведь проводите меня до квартиры?

Мужчине не нужно было обдумывать ответ. Он намеревался сказать твёрдое «нет» и выставить незнакомку за порог, а затем проспать ещё несколько часов полноценного, глубокого сна.
 Да, девица была хороша, загадочна и вызывала желание, но каждый взгляд в её сторону включал в голове отчаянно голосящую сирену опасности. Опасность окутывала безупречную, нежную кожу, пушистые завитки волос… Опасность таилась в лукавой улыбке и тёмной глубине томных глаз, цвет которых он всё не мог определить. Эти непроницаемые глаза, сейчас задумчиво рассматривали его, пока он размышлял, как поаккуратнее избавиться от странной гостьи.

Внезапно она поднялась и быстро шагнула к нему, протягивая руку,

– Кстати, меня зовут Лана. Так невежливо было не представиться сразу… Но вы ведь простите меня, правда? – её узкая ладонь ловко скользнула ему руку и задержалась там, заметно теплея. – У вас такие сильные руки, Оскар… Руки настоящего мужчины. Вы никогда не увлекались охотой?

Приблизившиеся глаза стали похожи на два бездонных озера, и он наконец разглядел их цвет. В тёмно-зелёной радужке плавились коричневые прожилки, подсвечивая неожиданным золотом чёрную пропасть расширенного зрачка. Эта пропасть жила своей неведомой жизнью, внезапно поглотив всё внимание Оскара, завлекая глубже, смешивая мысли, отбрасывая все здравые соображения и опасения как лишние, ненужные. Была только эта глубина и желание… Желание познать её.

 На повторное предложение проводить девушку домой, он лишь послушно кивнул. В памяти не отложилось, как они попали в её квартиру и оказались в спальне. Тонкая сорочка послушно стекла вниз, повинуясь незаметному движению плеч девушки. Под ней ничего не было. Копна розовых волос искрилась в приглушённом свете утра, едва пробивающимся сквозь плотно задёрнутые шторы.

Не в силах отвести взгляд, Оскар тяжело выдохнул, когда призывная улыбка расцвела на губах соблазнительницы, и розовый язычок быстро облизал губы.

– Думаю, нам следует познакомиться поближе, Оскар… – изящная ручка нежно прошлась по щеке мужчины и плавно спустилась ниже. – Уверена, мы станем друзьями, – теплое прикосновение её губ растеклось по шее сладким удовольствием, и Оскар прикрыл глаза, замирая. – Мы сможем помочь друг другу…

Её обнажённое тело крепко прижалось к напрягшемуся торсу мужчины, сливаясь с ним и Оскар не заставил просить себя дважды…
..

– Ты не человек! – выдохнул Оскар, откидываясь на подушки. Часы в гостиной показывали четверть одиннадцатого, однако до времени никому не было дела. Мысли о безусловном распорядке дня, который был выпестован многолетней дисциплиной, полностью вымылись из головы мужчины, творящимся в спальне безумием.

Неторопливо пройдясь кончиком маленького язычка вниз по его животу, Лана вскинула голову и лукаво улыбнулась,

– Как ты догадался? – она подалась чуть вперёд и полные полушария её груди коснулись его разгорячённой кожи, заставив мужчину застонать. – Не нравится? Мне прекратить?

Вопрос звучал как издевательство. Оскар резко выдохнул и одним броском перевернулся, подминая под себя податливое тело,

– Кто ты? – прорычал он, терзая её губы.

– Та, что освободит тебя! – прикусила она его нижнюю губу, и размазывая кровь, позволила их языкам сплестись…

Тело мужчины содрогнулось от внезапности острого наслаждения, плотнее впечатываясь в девушку.

– Ты – дьявол! – простонал он.– Всё не так печально. – рассмеялась она, обхватывая его торс ногами. – Мы с ним дальние родственники.

– Ведьма! – прикусив маленький алый сосок, Оскар резко двинул бедрами вверх,

– Ах…! – её выдох растянулся во вздох удовольствия. – А тут угадал…

…

Когда они закончили, ленивое питерское солнце уже почти коснулось зенита. Будто и не проведя несколько часов в сумасшедшей сексуальной гонке, девушка легко соскользнула с постели и пританцовывая направилась в душ, обернувшись на пороге: «Холодильник в твоём распоряжении…».
 Её волосы стали длиннее или ему показалось?

Поднявшись, Оскар с удивлением отметил, что ноги заметно подрагивают, точно он без подготовки пробежал олимпийскую эстафету на десять тысяч метров. И это при его то ежедневных утренних пробежках. Что эта девица с ним сделала?! Бросив быстрый взгляд в сторону ванной, откуда отчётливо слышался звук душа, Оскар настороженно прошёл в гостиную. Та же планировка, что и в его квартире, позволила сразу освоиться, сосредоточившись на деталях.

 Порядком, в комнате и не пахло. Брошенное на спинку дивана чёрное платье, небрежно скинутые туфли на пушистом ворсе ковра, тарелка с остатками вчерашнего ужина на гранитной столешнице, рядом бокал недопитого красного вина и початая бутылка. Лана жила беззаботно и весело…

Проходя мимо журнального столика, Оскар случайно задел край модного глянцевого журнала и замер. Из-под яркой обложки выглядывало чёрное дуло автоматического пистолета. 42 колибр - определил Оскар, нахмурившись. Дело принимало всё более интересный оборот.

Взяв оружие в руки, Оскар подошёл к окну и открыл обойму…

«Оно заряжено!». Вздрогнув, Оскар обернулся на голос. Не смущаясь наготы, Лана приближалась к нему, на ходу вытирая полотенцем волосы. Густая мокрая копна пламенела ярко рыжим, отливая всеми оттенками позолоты.

– Можешь оставить его себе, – улыбнувшись, кивнула она на пистолет. – У меня есть ещё, а тебе пригодится…

Опустившись на диван, девушка поджала длинные ноги и откинула назад волосы. Приковывая взгляд, они рассыпались по спинке дивана огненным каскадом.

– Знаешь, Оскар, ты оказался именно таким, как я ожидала… Нет, пожалуй, даже лучше! Думаю, мы сработаемся. – На его выжидающе поднятые брови, она ответила лёгким кивком в сторону дивана. – Садись, поболтаем!

Он неторопливо присел рядом, стараясь не касаться её обнажённого тела.

– Может, оденешься?

Она легко усмехнулась.

– Это подождет… Итак, Оскар, у меня есть к тебе деловое и весьма выгодное предложение. Ты должен найти мою сестру…

… Оскар ненавидел своё имя. Он получил его от матери, в честь знаменитой золотой статуэтки, о которой грезит любой из актёрской профессии. Мать Оскара не была исключение, смыслом существования Элен Маркони была актёрская игра, главной целью жизни – признание её таланта. Всё остальное, включая сына, были досадными помехами на её большом и светлом пути к вершинам славы. Нежеланный ребёнок - неожиданное последствие случайной связи, внезапно осложнил творческую жизнь восходящей звезды театральных подмостков.

Первые три года жизни Оскар провёл в захолустном городишке на периферии, у матери Элен. Однако, после скоропостижной смерти бабушки от рака, мальчишка вернулся к матери, в крохотную питерскую квартирку на Петроградской стороне.

Об отце Оскар ничего не знал и сколько себя помнил – единственным домом для него был театр. Закулисье, пыльные гримёрки, шумные актёрские разборки… Всё это стало домом, где мальчонка проводил вечера, делал уроки, жадно уплетая очередные подачки сердобольных участников театральной труппы. Его жалели, подбадривали, подкармливали, считая частью большой театральной семьи.

Элен такой расклад вполне устраивал, мальчишка рос тихим, замкнутым, не создавая особых проблем, растворившись в тени ослепительной матери… Погружённая в волнение страстей своих персонажей, она не заметила, как сын вырос. Просто однажды осознала, что для того, чтобы приобнять его, ей пришлось приподняться на цыпочки. «Бог мой, да ты совсем взрослый!» - воскликнула Элен, сразу сообразив, что называющий её мамой симпатичный молодой человек, быстро разрушит легенду о её «слегка за двадцать».

Настояв, чтобы отныне сын называл её по имени, Элен недвусмысленно намекнула, что его ежедневные появления в театре теперь крайне нежелательны. Трущийся возле неё смущённый, светловолосый парень, вызывал лишние вопросы у воздыхателей, коих Элен меняла с завидной регулярностью.

 Театр оказался для Оскара под запретом и вся прежняя, такая понятная и привычная жизнь резко переменилась. Парню исполнилось семнадцать и с молчаливого согласия матери, в один прекрасный летний день, он собрал свои небогатые пожитки и навсегда съехал из квартирки на Петроградке в съёмную комнату, с единственным окном во двор-колодец. Так началась новая жизнь, в которой не было места чувствам и воспоминаниям…

В этот раз Элен появилась как обычно не вовремя. Впорхнув в его квартиру после полудня, она невесомо чмокнула сына в щёку и бросила на стол коробку с названием какой-то кондитерской.

– Я купила эклеры.

Оскар поморщился,

– Я не ем сладкое, ты же знаешь!

– Ну не будь таким букой! – словно маленького потрепав его за щёку, женщина продолжила кружение по комнате. – Сегодня такой чудесный день, а ты сидишь тут и портишь глаза этой штукой. – махнула она на раскрытый ноутбук.

– Элен, у меня есть срочные дела. Что ты хотела?

 Как выяснилось за следующие десять минут, хотела она денег. Как обычно. Какая-то её подружка собиралась в отпуск на Мальдивы и позвала Элен с собой. И конечно, отказаться было бы совсем не вежливо…

– Сколько? – перебил поток возбужденной трескотни Оскар.

– О, мне так неловко… – До омерзения фальшивое смущение на её лице, вызвало у Оскара желание ударить. Он нахмурился и повторил сухо. – Так сколько?

Сумма оказалась внушительной. Впрочем, тоже как обычно. Мисс (да, да, она всё ещё называла себя мисс) Маркони, любила жить ни в чём себе не отказывая.

После того, как требуемая сумма была переведена на счёт Элен, она выпила чаю с пирожными, мельком посетовала, что сын так и не нашёл себе спутницу жизни, и внезапно вспомнив о неотложной встрече, торопливо распрощалась.

 Едва её тощая фигура скрылась за дверью, Оскар облегчённо выдохнул, повернул к себе ноутбук и вернулся к прерванному занятию. Искать иголку в стоге сена. Если опустить детали заключения этим утром соглашения, от которого Оскар сперва категорически отказался (он был адвокатом, а не детективом), то суть заключалась в простой, на первый взгляд, задаче – требовалось найти девушку, сестру Ланы, в пятимиллионном Питере.

 Оскар любил сложные задачи, но исходных данных оказалось катастрофически мало, и они были весьма ненадёжными (если не сказать странными): имени нет («она наверняка поменяла его»), возраст пропавшей чуть больше двадцати, внешность - «Она очень похожа на меня. Только младше.» - добавила весьма размытое описание Лана. Ну и самое интересное – какие-то особенные способности, которыми якобы обладает пропавшая.

Специфику этих способностей Лана объяснить отказалась, неопределённо махнув рукой «Ищи всё странное, необычное, из ряда вон выходящее, не укладывающееся в привычное понимание. То, чего не должно или не может быть».
Руководствуясь этим предложением, Оскар второй час подряд отсматривал хронику происшествий в городе. Ничего подходящего – грабежи, убийства, пожары… Пожары…
 Внезапно рука зависла над колёсиком мышки, остановив движение страницы. Оскар замер, ещё раз перечитывая текст заметки. «Чудесное спасение малышки!» гласила статья за авторством некой Серафимы Прокловой.

Мужчина довольно усмехнулся и потянулся за ручкой...

 ...

  Вечерний сумрак рухнул в ночь как-то внезапно. Вот тающий свет ещё раскрашивал берега в размытые оттенки ванильно - розового, а через несколько минут солнце исчезло, словно враз проглоченное гигантским чудовищем и в низинке стало темно, точно в рыбьем брюхе.

  Двигаясь вдоль берега, Марго время от времени с тревогой поглядывала вверх, на вершину склона, ожидая появления преследователей, но потихоньку сливающийся с сумерками горизонт оставался всё так же пуст. Судя по всему, храбрецов, готовых один на один сразиться с ведьмой в деревушке не нашлось. Однако, навязчивое  ощущение опасности не покидало беглянку, снизив уровень с пронзительно красного на жёлтый, но по-прежнему зудя на периферии сознания.

 Бросив очередной взгляд назад, Марго повернулась к Роману, который, вот уже некоторое время, вычерпывал воду из притопленной лодки, тяжело вздохнула и подошла ближе.

– Если это считается «поторапливаться», то что в вашем понимании «неторопливо»? Может, стоило сразу сдаться тем симпатичным ребятам с вилами?

 Даже в темноте Марго разглядела злость его ответного взгляда, и очередная порция воды выплеснулась практически ей на ноги,

– Если такая умная, могла бы помочь!

Легко пожав плечами, девушка присела рядом и взялась за край лодки,

– Подвиньтесь!

Слегка отстранившись, парень освободил ей место и протянул черпак.

– Нет, не так, – отметая предложение, Марго мотнула подбородком и  скомандовала. - На счёт три тянем на себя, на берег! Раз, два, три, тяни!

В результате дружного усилия небольшой челнок враз оказался на размытой грязи густо заросшего травой берега. Воды в лодке оставалось ещё предостаточно, но Марго отодвинула плечом Романа с черпаком в руках,

– Отойдите!

Сконцентрировавшись, девушка сделала шаг назад, а потом стремительный выпад вперёд, вкладывая остатки сил в резкий удар ногой о борт судёнышка.

 Вышло даже лучше, чем она рассчитывала. От удара лодка не просто наклонилась на бок, а, точно подхваченная порывом урагана, разом перевернулась, мгновенно извергнув остатки воды на землю.

– Ну вот, – скрестив руки на груди, Марго победно взглянула на творение ног своих, – надо было только попросить!

 Мужчина открыл было рот, намереваясь высказать своё мнение насчёт столь радикального решения проблемы, но отчего-то передумал. Из его рта вырвался вздох, отдалённо напоминающий стон и Роман вновь наклонился к лодке,

– Спускаем на воду и загружаемся. Берись за тот край.

Его слова звучали отрывисто и хрипло, словно через силу, вызвав у Марго неожиданный всплеск беспокойства. Она быстро обернулась, но не смогла рассмотреть выражения лица напарника.

– Ну же! – повторил Роман.

– Да, уже…

 Марго крепко ухватилась за выщербленное дерево кормы, ругая себя за внезапный интерес к самочувствию мерзавца похитившего её. Именно по его вине она сейчас ворочает в грязи старую лодку, оставшись без ужина и прочих благ цивилизации!

  Подогрев себя подобным образом, Марго решительно проигнорировала новый рваный вздох раздавшийся из темноты, и, по негромко прозвучавшей команде «Опускаем!», уверенно приподняла свой конец, и опустила лодку на воду.

 Лелея свою шипящую, как масло на сковороде, злость, Марго не взглянула на Романа и тогда, когда он придержал борт, чтобы она смогла забраться в лодку. Возможно, если бы она присмотрелась, то разглядела бы нездоровую бледность лица парня и подрагивающие губы, но пережитое возмущение всё ещё бурлило в крови девушки, поэтому надвигающиеся признаки катастрофы  ускользнули от её внимания.

 Вместо этого, Марго брезгливо коснулась ладонью мокрой доски, на которую ей предстояло сесть, плотнее сжала губы и приготовилась стоически терпеть дискомфорт и компанию этого типа следующие несколько часов…

 Темнота недолго была их спутником. Роман успел сделать с десяток  широких гребков вёслами, как луна выглянула из пелены невидимых облаков, окутав реку серебристым флёром призрачного света. В этом обманчивом свете река казалась сонным царством умиротворения и безмятежности: мягкие тени плакучих ив тихонько шуршали длинными, доходящими до воды ветвями. Изредка, там и тут, из воды с негромким всплеском выскакивали маленькие искрящиеся силуэты и тут же снова скрывались в медлительной тёмной глубине. Даже отрывистые крики лягушек казались приглушёнными в опустившейся на реку прозрачной дымке.

 Всей грудью вдыхая влажный ночной покой, Марго неохотно призналась себе, что в этом, свалившемся на неё безумии, есть и странная приятность. Впрочем, она вполне отчётливо представляла, что за всей этой безмятежностью остаётся всё тот же чужой, дикий мир, полный хаоса и угроз, от мыслей о которых по телу разливается противный холодок обречённости.

 Лодка неспешно двигалась, минуты текли, Марго ждала от попутчика обещанных объяснений (а ещё лучше – обязательства вернуть её домой в кратчайшие сроки), но мужчина напротив лишь тяжело дышал, налегая на вёсла, и похоже не собирался прилагать какие-либо усилия, чтобы рассеять её беспокойство. Нужно было узнать у него… спросить, но вопросов теснилось слишком много: куда они попали? Кто в них стрелял и почему? Что заставило Романа притащить её сюда и главное - когда уже это чудовищное приключение наконец-то закончится?!

 Пока Марго выбирала из этих вопросов главный, её спутник проявил чудеса человечности, поинтересовавшись,

– Ты злишься?

Он не мог спросить ничего более нелепого,

– Злюсь?! О, вы заметили?! Мистер Очевидность! И с чего бы мне злиться, как думаете?!

– Я понимаю, всё это сбивает с толку…

– Сбивает с толку?! Теперь это так называется? Похищение, попытки убийства всеми возможными способами и, наконец, я в лодке с психом, который считает себя принцем, ночью, плыву чёрт знает куда…  Мой зад мокрый, желудок сводит от голода, а в голове ужас от одной мысли, что родители в панике обзванивают сейчас все больницы и морги Питера. Это слегка сбивает с толку, да!

– Мне правда жаль, что всё так получилось…

– Серьёзно?! Это очень мило! И что мне делать с вашим сожалением? Всё, чего я хочу – это возвратиться домой как можно скорее! Утром мы потихоньку вернёмся в ту церковь, и вы снова откроете дыру в пространстве…

– Это невозможно! – силуэт мужчины тяжело покачал головой. – При всем желании… Посмотри на запад! Вон туда, над верхушками деревьев. Видишь?!

Марго взглянула в направлении указанном Романом, но не сразу рассмотрела в ночном небе пепельно-серый столб дыма.

– Что это?

– Церковь. Та, через которую мы проникли в этот мир. Сами же сельчане её и подожгли. К утру останутся одни головешки.

– Но зачем?!

– Зачем? – в ответе просочилась усмешка. – Ты ещё спрашиваешь?! А как же жуткое появление ведьмы с приспешником? Всё, святая земля осквернена, место проклято. Вспомни, какими страшными проклятьями ты осыпала головы бедолаг! В деревню возвращаться бессмысленно и опасно, завтра же туда нахлынут своры желтоплащников. Слухи разлетаются быстро даже в такой глуши. Но служители Пятиединого найдут лишь пустые дома и пепелище на месте церкви.

– Не понимаю, зачем уезжать жителям?

– Сбегать, ты хотела сказать? Тут всё просто, никто не хочет гнить в застенках и умирать на дыбах церковников за сговор с приспешниками дьявола. Святая обязанность, ну и любимое занятия желтоплащников – разоблачать заговоры и наказывать еретиков. Реальная вина не имеет значения… О, эти ребята как никто умеют выбивать признания! Как местные относятся к ведьмам, ты уже почувствовала на своей шкуре, но знакомство с крестьянами показалось бы тебе верхом дружелюбия по сравнению с тем горячим приёмом, который устроили бы служители Пятиединого, попадись мы им в руки.

– Кто это – служители Пятиединого? Какая-то секта?

– Церковники. Да, в здешнем мире, как и в любом другом, есть своя религия – культ Пятиединого, ну и понятное дело – церковь имени этого славного божества. Должен же кто-то держать народ в узде, обещая райские кущи на том свете, после этой дерьмовой жизни в которой они прозябают…

Поёжившись, Марго нахмурилась и упрямо вздёрнула подбородок,

– Как бы то ни было – эти фанатики далеко от нас и я вовсе не собираюсь с ними встречаться! Без разницы, какие там плащи и кому они молятся! Всё что от вас требуется – вернуть меня назад! И быстро!

– Послушай, это не так просто… - голос Романа внезапно ослабел, превратив последнее слово в шёпот. – Я не…

 Мужчина неожиданно замолчал, и Марго удивлённо увидела, как тёмное тело на другом конце лодки  медленно оседает вниз. В первый момент она решила, что спутник прикидывается, надеясь с помощью такой незамысловатой хитрости уйти от ответа. Однако голова Романа откинулась назад, на кромку борта, с слишком уж отчётливым звуком удара, исключая притворство.

– Эй! Что с вами?! – на всякий случай напрягла связки Марго. – ЭЙ!

 Предсказуемо не дождавшись ответа, Марго обеспокоенно привстала. От резкого движения лодка ощутимо качнулась, оставшиеся без управы вёсла с противным скрипом дёрнулись в уключинах и всплеском ударили по воде. Потеряв управление, лодка сделала странный вираж, дёрнувшись в сторону правого берега.

  Растерянно переводя взгляд с бесноватой посудины на распластавшееся на носу тело, Марго попыталась унять метнувшееся вскачь сердце и расставить приоритеты. Торопливо пробравшись вперёд, она по одному опустила вёсла в лодку, а потом наклонилась к потерявшему сознание парню. Эх, света бы побольше! Мельком пожалев о сгинувшем где-то в деревне мобильном, Марго приблизилась к лицу Романа на расстояние дыхания, нахмурилась. Дышал парень чрезвычайно тихо, выдыхая воздух сиплыми хрипами. Мертвенная бледность превратила мужское лицо в гипсовую маску, какие продают в отделах по рукоделию, оставив заметными лишь чёрные росчерки бровей и плавные изгибы век, обрамлённых густыми ресницами.

 Быстро коснувшись лба парня (холодный и влажный), Марго скользнула ладонью вниз, под обрывки рубашки и тут же поморщилась. Рука стала липкой. Взглянув на пальцы, Марго покачала головой, констатировав неутешительное  - кровь! Много крови! Вся рубашка на груди парня оказалась густо пропитана уже частично засохшей кровью. Этот идиот проявлял чудеса героизма, энергично размахивая вёслами и медленно истекая кровью! И откуда они, такие тупые, только берутся?! Ах, ну да, чокнутый принц, что ещё можно было ожидать?!  

 Размышляя подобным образом, девушка шустро оторвала лоскут от рубашки и осторожно промакнув кровь, крепко прижала сложенную ткань к ране на правой стороне груди пострадавшего. Хоть и небольшая, рана выглядела скверно, беспокоя Марго неровными рваными краями и тёмной кровью, которая медленными, но регулярными толчками выбрасывалась наружу. Вилами его..., а может, ножом ткнули…?

 Изо всех сил прижимая, уже насквозь пропитавшийся кровью, лоскут к ране, Марго судорожно соображала – что делать?! А делать что-то надо было срочно, иначе этот дурачок откинется прямо у неё на руках и в самое ближайшее время!

 Заговаривать кровь Марго не умела. Ну, как не умела – пару раз она пыталась унять кровотечение из своих пустяковых порезов, и вроде как даже получалось… Но никогда это не были чужие раны. Просто не было необходимости. Перекись водорода, пластыри и мать с навыками медсестры вполне успешно справлялись с любой травмой в окружении Маргоши, оставив это умение девушки без совершенствования.

 И вот сейчас необходимость возникла. Очень даже насущная! «Ну, не попробуешь – не узнаешь!» - вдохновила себя Марго и, обтерев левую ладонь о бедро, осторожно приложила её к груди парня, поверх своей правой руки. Сконцентрировалась, пытаясь найти источник, выцепить и направить привычный поток силы.

 Получилось не сразу, всхрипы, содрогающие грудь парня мешали неимоверно, дергая сознания волнами накатывающей паники – «А если не смогу…?!».

 Она смогла. Тёплый поток послушно устремился в ладони, вкрадчивым прикосновением соскользнув на кожу раненого, просачиваясь вглубь, покорно исполняя желание ведьмы. Никаких особых слов заклинания Марго не знала, так что просто повторяла вслух, вслед за бежавшим вперёд воображением: вот кровь сворачивается в ране, перекрывая выход для новых потоков; разодранные сосуды срастаются, ткани заживляются, торопясь подчиниться жаркому велению силы…

 Маленьким светлячком над ночной рекой, слабое сияние растекалось по груди Романа потихоньку разрастаясь под ладонями девушки. Спустя несколько минут кровотечение остановилось, неровные края раны сошлись, покрывшись жёсткой запёкшейся коркой. «Вроде получилось…» - Марго неуверенно убрала руки и взглянула в по-прежнему безжизненное лицо парня.

 – Эй, очнись! – попросила она, мягко коснувшись виска Романа.

 Он чуть заметно вздрогнул, ресницы затрепетали, но холодная бледность так и не сошла с лица. Потерял слишком много крови - покачала головой Маргарита. Эх, если бы он не геройствовал, а сразу сказал о ране...

 Однако дыхание раненого выровнялось, и сердце пока справлялось, отчётливо и ритмично отбивая такт под пальцами девушки. «Выкарабкается, если мы доберёмся до подмоги» – решила Марго и уверенно взялась за вёсла…

 Марго так привыкла к тёмному однообразию берегов, мимо которых она неторопливо скользила, что не обратила внимания не едва заметную бухту, обозначившуюся в тени левого берега. Войдя в состояние близкое к медитации, Марго едва прибегала к Силе, раз за разом опуская вёсла в воду и делая новый гребок. В очередной раз вода поглотила вёсла, и во взметнувшихся в воздух брызгах, вдруг мелькнуло что-то блестящее.

 Инстинктивно отшатнувшись, девушка увидела стрелу, вонзившуюся в край борта, прямо возле её ноги. Тихий свист добавил напряжения в воздухе. «Эй, там, на лодке! Мы здесь! Давай сюда!» - приглушенно крикнули с берега. Совсем не вдохновлённая приёмом, Марго собралась сильнее налечь на вёсла, но новый крик с берега заставил её передумать. «Эй, не дрейфь! Мы ничего тебе не сделаем! Мы свои, друзья Романа!».

 Приглядевшись, она разобрала у самой воды низкорослую коренастую фигуру. Карлик (он не мог бы сойти за ребёнка) усиленно махал руками и улыбался во все, ярко сияющие в лунном свете, тридцать два крепких зуба. Никто не счёл бы его угрожающим, скорее забавным, и разглядев высокий фиолетовый начёс на макушке чудика, Марго облегчённо улыбнулась и повернула к берегу. Это существо никак не могло быть опасным…

– Где Роман?!  – обеспокоенно выкрикнул карлик, когда лодка вяло ткнулась носом в прибрежные заросли тростника, но тут же охнул, разглядев груз на дне судёнышка. – Что с ним?!

Приподнявшись, Марго ухватилась за длинные ветви склонившейся к воде ивы, подтягивая борт  вплотную к берегу.

– Ранен в грудь, – кратко объяснила Марго.– На нас напали в деревне, его ударили чем-то острым. Я остановила кровь, но он так и не пришёл в сознание. Нужна ваша помощь!

В ответ на её слова из-за деревьев выступила ещё одна фигура, с луком на плече. Светоловосый бородатый здоровяк, с некоторой опаской покосившись на Марго, подошёл к лодке и, заглянув внутрь, громко присвистнул.

– А дела-то совсем хреново! Без Марка не обойдёмся!

Карлик торопливо залез в лодку и раздражённо махнул рукой,

– Нет времени! Сами справимся. Берись под коленями, а я подхвачу плечи! Давай, дружно! Да аккуратнее ты, не деревяшки свои тягаешь!

Марго подорвалась помочь, но блондин  мягко отстранил её плечом,

– Извиняйте, мисс! Этот мужское дело…

 Ну нет, так нет!  Марго сделала шаг назад, позволяя странной парочке осторожно извлечь бесчувственное тело.

 Справились они ловко, точно всю жизнь этим занимались. «За нами шагайте, мисс!» – бросил гигант через плечо, не оставив девушке выбора, пришлось послушно плестись следом за аккуратно, но споро передвигающимися по лесу мужчинами с необычным грузом в руках.

  Вопреки опасениям Марго, идти пришлось недалеко. Через пару десятков шагов странная группа вышла на небольшую поляну, освещённую слабым светом костра. По кругу, под густой дубовой листвой, стояло три вполне современных палатки, в одну из которых карлик и великан занесли Романа. Брезентовый полог двери опустился, и Марго осталась одна, с любопытством разглядывая убранство походного лагеря.

 Впрочем, любоваться там было особо не на что и, обрадовавшись живому теплу огня, Марго присела поближе к костру. Она лениво отмахивалась от комаров  и время от времени с любопытством оглядывалась на палатку, из которой доносились звуки оживлённого препирательства, но вмешиваться не торопилась. Ей явно дали понять, что её роль здесь ограничивается чисто декоративной функцией. По крайней мере, пока. Ну и ладно!

 Марго неторопливо протянула замёрзшие ступни поближе к огню и тут же вздрогнула от внезапного шороха за спиной. Узкая тень метнулась с дальнего конца поляны, и замерев в нескольких шагах от девушки, оказалась высоким, худощавым мужчиной.

– Что здесь делаешь?!

Наткнувшись на мерцающую темноту взгляда, Марго снова вздрогнула и впервые в жизни не нашлась с ответом. Слов просто не было, они растаяли в странном мареве, в котором плыл мозг девушки.

– Я… – с трудом выдавила она.

Из палатки, где обосновались мужчины, вдруг донесся протяжный стон.

– Будь здесь! – грубо приказал незнакомец и в момент растворился за стеной брезента.

 Проводив его потрясённым взглядом, Марго с трудом сглотнула. Что это было вообще?! Час от часу не легче! Сердито ударив по запястью, она убила раздувшегося от её крови комара и обтёрла руку о вконец испорченные джинсы. Раненый перестал стонать и споры внутри палатки утихли. Что они там возятся столько времени?!

 Прихлопнув на шее очередного кровососа, Марго решительно поднялась и сделала несколько шагов к палатке – сейчас разберёмся! Однако полог вдруг стремительно отлетел в сторону, выпуская наружу карлика, а следом и светловолосого верзилу.

– Замерзла? – подсел к костру коротышка и, заметив на лице девушки беспокойство, широко улыбнулся. – Не волнуйся, с нашим парнем всё будет в порядке! Вкололи ему лошадиную дозу антибиотиков и обработали рану всеми возможными антисептиками. Роман крепкий, как молодой олень,  быстро оправится! Ты молодец, что смогла остановить кровь! Кстати, я ВиктОр! – мужчина быстро протянул весьма внушительную для такого крохи ладонь и небрежно кивнул в сторону блондина. – А этот болван – Малыш Тони!

– Почему это я – болван?! – возмутился здоровяк, совсем не обидевшись на «Малыша».

– Марго! – просто представилась девушка и переспросила. - Антибиотики, антисептики… Здесь?! Откуда?!

– Из лесу вестимо! – продекларировал яркий карлик  и снова рассмеялся. Похоже, настроение у него было отличное. – Ну, на самом деле, всё это из личных запасов. Как и палатки, и всё снаряжение, притащено в этот мир из вашего. Таможня дала добро! Шучу, никакой таможни и никаких ограничений на транзит грузов между мирами. Много с собой не возьмёшь, но самое необходимое для выживания мы захватили. В этом мире, знаешь ли, медицина весьма относительна. Здесь до сих пор лечатся коровьими лепёшками и кровопусканием, что совсем не подходит для наших изнеженных организмов.

 Кивнув, Марго задала вопрос, который крутился на языке с первых минут встречи с лесной компанией,

– Скажите, откуда вы знали, что я «своя», когда окликнули там, на реке?

– Так как же?! Роман предупредил, что вернётся с тобой, девочка! Мы и палатку вон приготовили…

– Почему он был уверен, что я соглашусь?

Виктор пожал плечами,

– Ну, это ты у него спроси, когда очухается!

– Так вы не знаете, зачем я ему?

– А он разве не сказал тебе? – растерянно почесал затылок коротышка.

– В самых общих чертах, – избежала прямого ответа Марго. – Времени поговорить нормально не было. На нас напали... Роман назвал того человека «Охотником».

– Охотник, говоришь? – маленькие глазки загорелись волнением, но ВиктОр покачал головой. – Не припомню такого. Может, Роману о нём больше известно… Знаешь, детка, после всех этих ужасов,  тебе пора бы отдохнуть! Ох, да ты же наверняка голодная! Эй, Тони, налей гостье супу! Там, в котелке, оставалось.

 Пока Марго уминала наваристый суп, стараясь не задумываться о происхождении кусочков мяса в нём, ВиктОр болтал без умолку. Сидевший рядом Малыш Тони временами лишь кивал, потягивая что-то тёмное из пузатой бутылки.

 Внимательно слушая, Марго узнала, что сбежав из мира Агоры в её мир, маленький человечек много лет работал «Мастером красоты», достигнув «небывалых высот» (как он уверял) в искусстве создания причёсок и макияжа и даже имел свой салон в центре Петербурга. Вернувшись в Агору несколько лет назад, карлик, как ни в чём не бывало, продолжил заниматься любимыми делом, объявив себя кочующим брадобреем. В итоге его слишком гладкая кожа (ботокс плюс гиауронка - догадалась девушка) и странный цвет волос, не вызывали у жителей Агоры особых вопросов, позволяя свободно передвигаться по всей стране…

 Заметив некоторую задумчивость в глазах гостьи, ВиктОр понимающе кивнул,

– Возможно, ты думаешь – «Этот нелепый человечек пытается изобразить нечто значительное!», но поверь мне, милая, когда-то, этот человечек имел очень большой вес при дворе Агоры. Сам Арциниус Великий доверил мне воспитание собственного сына! И, будь уверена, я не обманул его доверия! Когда Ригхан, брат Арциниуса, сверг его и убил всю семью законного короля, только мне удалось скрыться, спасая малыша Романа. Один Всевышний знает, как тяжело мне это далось, скольким пришлось… но я смог выполнить долг и уберечь наследника! Много лет я растил Романа в вашем мире, как собственного сына! Нет, лучше, чем собственного сына! И теперь с гордостью смогу взглянуть в глаза предков, когда предстану перед ними в свой час.

 Лицо карлика осветилось гордостью, и на мгновение он приобрёл величественность, будто сразу став выше. В этот момент из палатки неожиданно вышел недавний незнакомец. Темноволосый грубиян вызывающе безразлично скользнул по Марго взглядом и заявил,

– Он проспит до утра! Не беспокойте!

– Как скажешь!

 Послушно склонил голову коротышка. Дождавшись его кивка, черноглазый брезгливо дёрнул уголком красивого рта и, проигнорировав приглашение к ужину скрылся в самой дальней палатке.

Скрывая неловкость, ВиктОр слегка откашлялся и, предвосхитив вопрос девушки, пояснил,

– А это наш Марк! На самом деле его зовут Маркус, но ты можешь звать его Марк. Если он разрешит… Хотя… Да, лучше всё же спросить. Ты, это, не обижайся на парня.  Так- то он неплохой, просто сильно не любит ваше племя.

– Ненавидит женщин?! – удивлённо уточнила Марго.

– Ээээ, не совсем так… – заметно стушевался карлик.

– Ха-ха-ха! – Тони подавился заливистым хохотом. – Ненавидит женщин! Наш Маркус!

– Не так! – наконец нашёлся с ответом ВиктОр. – Не женщин. Женщин он… Не важно. Видишь ли, Марк недолюбливает только некоторых женщин, если сказать конкретно  – только ведьм.

– О… – дошло до Маргоши.

– Да. А ты, понимаешь ли, она самая! То есть, прости пожалуйста,  – ведьма! Верно? Хотя и сам Маркус, как бы, не чужд магии, но с вашим племенем у него давние счёты. Тут уж ничего не поделаешь, так что просто не обращай внимания. Он смирится и привыкнет. Слово принца для Марка закон, он предан ему не меньше моего…

– Так Роман действительно наследник престола? – сомнения в адекватности собеседника всё же оставались.

– А ты действительно ведьма? – парировал Виктор.

– ТушЕ! – усмехнулась Марго и неожиданно для себя зевнула. Переживания этого безумного дня, наконец, догнали её, обрушившись многотонной усталостью. – Пожалуй, я действительно пойду спать.

– Мудрое решение! Твоя палатка вон там! – он указал на палатку, стоящую неподалёку. – Внутри есть спальный мешок и узелок со всем необходимым. Я взял на себя смелость прикупить для тебя кое-какие вещички, нужные девушке…

– Спасибо,  я посмотрю! – вяло кивнула Марго и снова широко зевнула. – До завтра!

– Доброй ночи, девочка!

Услышала она, уже засыпая на ходу…

… Проснулась она потревоженная первыми лучами рассвета. Потянулась, насколько хватало размера тёмно-синего спальника и довольно зевнув, улыбнулась ощущению молодого, здорового тела, которое, очевидно, отлично отдохнуло и сейчас требовало только одного – пописать!

 Потихоньку выбравшись из палатки, Марго мельком взглянула на Тони, дремавшего возле остывшего костра, и шустро нырнув за палатку, с облегчением избавилась от содержимого мочевого пузыря. Возможно, чирикающие над её головой птички и осуждали такой пассаж, но рассказать об этом им было некому. Натянув давно потерявшие приличный вид джинсы, Марго огляделась.

 Мир предстал перед ней во всей красе раннего утра – рассветные лучи раскрасили поляну в сочные оттенки зелёного, искрящаяся на солнце россыпь росы покрывала траву бриллиантовым покровом, яркие пятна цветов сияли утренней свежестью, а только проснувшиеся птицы наперебой восхваляли это великолепие. Утро лучилось радостью, однако всплывшее воспоминание о случившемся вчера вечером быстро омрачило настроение Марго. Она внезапно подумала, что так и не видела своего похитителя, после того как передала его на руки спутников. И это упущение стоило немедленно исправить!

 Стараясь произвести как можно меньше шума, Марго подкралась к палатке Романа и замерла, прислушиваясь. Из-за плотной стены брезента раздавались голоса. Один, очевидно, принадлежал Роману, в другом Марго не сразу, но узнала вчерашнего хама. Как там его? Маркус, которого ей не дозволяется называть Марк!
 Скривившись, девушка прислушалась – в палатке разгорался нешуточный спор. Похоже, Роман значительно  окреп за ночь, в его уверенном голосе не осталось и следа вчерашней слабости,

– ... нет, я ещё не рассказал ей… – произнёс принц, по всей видимости, имея в виду Марго.

– Отлично, значит  ещё не поздно всё исправить! – резко парировал грубиян. – Просто отправить девицу назад и забыть об этой идее, как о страшном сне. Что мешает вернуться к первоначальному плану и договориться с хозяевами Фархатовых гор?! Они ненавидят Ригхана не меньше нашего!

– О, позвать горцев и напасть на армию Агоры с камнями и палками?! Превосходная идея!

– Мы могли бы заключить союз с Лагрсом. Он по-прежнему силён и любил твоего отца!

– Да как ты не понимаешь, этого не достаточно! Я не могу рисковать! Рисковать тысячами жизней доверившихся мне людей, вашими жизнями! Мне нужна сто процентная гарантия!

– Такой не бывает! Ты же знаешь!

– Со Звездой Ицар наши шансы увеличатся в сотни раз. По-преданию, владеющий ей обладает властью бесчисленных армий…

– Это всё сказки!

– Нет, артефакт реален и тебе это отлично известно! И не только тебе! Наши враги тоже знают, что я нацелился на  артефакт.  Именно поэтому девушку попытались убить, едва я встретился с ней.

– Девчонка бесполезна! От неё будут одни проблемы! – фыркнул черноволосый.

– Она летала и смогла заговорить кровь!

– Детские фокусы! Я видел её – бесполезное, тупое существо. Сила в ней едва слышна! А ты хочешь доверить ей всё дело, поставить на кон наши жизни!

– Я искал её несколько лет и нисколько не сомневаюсь, она – та самая! Избранная из проклятого рода, о которой говорится в пророчестве! Только она способна коснуться «Звезды» и разрушить оковы многовекового заклятья. Без неё всё наше предприятие теряет смысл! Лучше сразу сдаться Ригхану и положить голову на плаху!

– Чёрт, послушай, я не предлагаю отказаться от твоего плана! Просто давай найдём другую ведьму!

– Я уже нашёл!

– А ты в курсе, что она девственница?!

Беззвучно охнув, Марго поймала ладонью потрясённый вскрик. Откуда он узнал?!

– Знаю! Это не имеет значения! – уверенно возразил Роман.

– Имеет значение, и ты прекрасно это знаешь! Ты рехнулся?! Притащил к нам бомбу замедленного действия. Один дьявол знает, во что она превратится, когда станет женщиной!

– Она спасла меня!

– Потому, что у неё не было другого выхода!  Не обольщайся, эти существа не способны испытывать чувства! Всё, что ими движет – амбиции, алчность и похоть! – Марго поморщилась от плещущего в ответе презрения и слегка отстранилась от брезента, но прекрасно расслышала. – Остановись, Роман! Из-за неё ты уже чуть не отдал концы! Твоё решение приведёт нас всех к гибели!

– Моё решение приведет нас к победе! Хватит! Я всё обдумал и это больше не обсуждается! Девушка остаётся с нами!

– Что ж, тогда мы все сдохнем!

– Ты хочешь уйти?!

– Нет!

– О, предпочитаешь всё же умереть с нами?!

– Я похож на человека, который собирается умереть?

Ответом прозвучал лишь заливистый смех Романа.  Марго едва успела отшатнуться за дальний край палатки, скрываясь с глаз выскочившего наружу Маркуса. И не подумав оглянуться, мужчина стремглав пролетел поляну. Если бы он обернулся, то заметил бы женскую фигуру осторожно двигающуюся в сторону леса и, возможно, остановил бы Марго. Но он не оглянулся…

«Бесит! Боже, как же бесит эта непробиваемая  мужская уверенность в собственном превосходстве! Они всё решили! Нет, вы подумайте!» - легко перескочив через очередной поваленный ствол, Марго продолжила стремительное движение по лесу. Не задумываясь, увернулась от массивной  еловой лапы и, чуть подпрыгнув, на ходу поправила опасно наклонившееся маленькое серое гнездо. Из скопления веточек и пуха на неё с удивлением взглянули два чёрных глаза, но похожая на дрозда птица и не подумала покинуть внезапно содрогнувшееся жилище.

 Не прекращая возмущенного бормотания, Марго на секунду замедлилась, быстро нашла едва просвечивающее между стволами солнце и, кивнув своим мыслям, торопливо  зашагала дальше.

Кипящее в груди возмущение мешало разделить разумные доводы и пустые эмоции, смешивая в горячий клубок мысли о бесстыдстве мужчин, жгучую неловкость и злость на себя. Да, да, на себя! Какого чёрта она так легко повелась на игривую таинственность синеглазого незнакомца?! Она, которая все эти годы так тщательно скрывала собственные секреты, словно месячный щенок ринулась  с головой в чужие тайны. Нужно было отделаться от навязчивого парня ещё там, на пороге библиотеки, а не позволять заморочить себе голову! Одна маленькая слабость, соблазнённое посулами любопытство и посмотрите, где она сейчас?! Да, кстати, и где - же?

 Перед  девушкой открылась обширная, наполненная горячим летним теплом и внятным жужжанием пчёл, поляна. Сиреневые головки клевера превращали лужайку в ароматный, бархатистый ковер, лишь местами допуская прорехи бледно-жёлтых вкраплений лютика и зелёные островки низких кустарников. Даже не прислушиваясь, Марго слышала мерный гул совсем близкой реки слева от себя. Значит всё правильно, ещё пара часов (или чуть больше) и она выйдет к той жуткой деревне.

Составленный на ходу план был прост, как всё гениальное – добраться до сожженной церкви, дождаться темноты и попробовать повторить ритуал прохода между мирами, сотворённый Романом.

 Навскидку выглядело это не слишком сложным. Быстро прокрутив в голове отлично запомненные слова заклинания, беглянка легкомысленно пожала плечами – легче лёгкого! Да, особого браслета у неё не было, но, как Марго предполагала, браслет лишь артефакт призванный сосредоточить и направить силу. «Детские игрушки для настоящей ведьмы! Справлюсь и без браслета!» – приободрила она себя, словно тихоокеанский лайнер, рассекая густые волны клевера. Да, это звучало несколько самонадеянно, но давало хоть какую-то надежду.  «И пусть они ищут себе другую, «правильную» ведьму! «Бесполезное, тупое существо» сказал он! Вот и увидим, кто из нас бесполезнее…» - ворчание оборвалось на полуслове, стоило взгляду споткнуться о внезапно возникшее на поляне животное.

 Собака? Очевидно, собака – замершее в охотничьей стойке поджарое тело, вот и уши, хвост, сильно удлинённая, узкая морда. Однако, смущал даже не столько дикий ало-чёрный раскрас животного, сколько, похожий на ряд торчащих остриями вверх кинжалов, заметный гребень, спускающийся от головы по позвоночнику зверя. Несколько секунд Марго оторопело рассматривала внезапного гостя, чем пёс (если это был он) не замедлил воспользоваться, плавным рывком приблизившись к девушке. Пара янтарных глаз уставилась на Марго с сосредоточенным вниманием. «Привет, откуда ты?» - прошептала девушка, чувствуя тугое напряжение сковавшее животное. Вот прямо сейчас пёс решает…

 Вглядевшись в сузившиеся зрачки, Марго вздрогнула от возникшей в мозгу картины – двое мужчин в чёрном, чёрные лошади, обритые головы и… лимонно-жёлтые плащи за плечами. Мужчины двигались по лесу осторожно и неспешно, ожидая сигнала собаки.

– Так вот зачем ты здесь! – отшатнулась Марго, сделав быстрый шаг назад. Пёс двинулся следом и приглушённо зарычал. «Молчи!» - вскинула руку девушка, но было уже поздно – разметав пушистые головки цветов, чёрные фигуры вылетели на поляну. На словно выглаженных утюгом голых лицах всадников были написаны сосредоточенность и брезгливое безразличие. Ни намёка на склонность к переговорам, одна лишь холодная враждебность.

Собака снова издала раздражённое рычание, и быстро приложив ладонь к плоскому лбу зверюги, Марго отрывисто скомандовала - «Спать!», не зная, сработает ли. Содрогнувшись всем телом, пёс заметно пошатнулся, а в следующее мгновение тяжёлым кулём завалился в густую траву.

«Ведьма!» - пронёсшийся по поляне яростный крик вспугнул птиц, разом поднявшихся в воздух с испуганным клёкотом. Спину девушки окатило ознобом, но кинув быстрый взгляд назад (слишком далеко до деревьев), она сложила руки на груди, и плотно сжав губы, решительно поймала мертвенно - бледный взгляд. Хотят по-плохому - она может и по-плохому…

 Чёрная рука взметнулась вверх и длинный серебристый хлыст, с пронзительным свистом взрезал воздух, сметя сиреневые соцветия под ногами Марго. Лодыжки обожгло острой болью и, едва сдержав вскрик, Марго до крови прикусила губу, наблюдая, как  сделав плавный полукруг в воздухе, хлыст снова приближается к ней, в этот раз, метя в грудь. «Чёёрт!» - вспышкой мелькнуло в рыжей голове, а тело уже уверенно среагировало на угрозу.

Тук - тук - тук – ритмично отсчитывало секунды сердце, пока Марго танцевала опасный танец: молниеносно присев, откинулась назад и, не отрывая взгляда от блестящей змеи, пронзившей воздух над самым лицом, резко выбросила вперёд руки.

 Ледяная вспышка словно распорола плоть до самых костей, но ведьма накрепко вцепилась в вибрирующую бешенством плеть и вложив в движение всю силу голосящей в ладонях боли, отчаянно дёрнула хлыст на себя. В мёртвом взгляде противника мелькнуло что-то схожее с изумлением, когда жёсткий конец плети внезапно вылетел из его руки. Едва пошатнувшись, он быстро пришёл в себя и, зашипев, пришпорил коня, пуская его вскачь прямо на девушку. Второй всадник припустил следом, распуская в руках мерцающее серебро копии первого хлыста.

 Незаметно отступая, Марго быстро перехватила плеть  в руках за основание и приготовилась отразить удар. Двойная смерть приближалась. В руках первого всадника возникло что-то похожее на длинный жезл, наконечник которого мерцал ядовито - зелёным. Этот наконечник был направлен прямо в неё, Марго! Невидимые путы осторожно, ещё робко, словно прощупывая добычу, коснулись тела девушки. «Оплести, завладеть, обездвижить…», - прислушалась к призрачному шепоту Марго. Не так быстро!
Резко крутанувшись на месте, ведьма стремительно выбросила хлыст вперёд, целясь в вибрирующий зелёным наконечник. Удар достиг цели! Выбитый серебряной змеёй из рук противника, жезл сердито мигнул яркой вспышкой и исчез в цветочных зарослях под ногами всадника.

 Марго победно вскрикнула, однако тут же поперхнулась резкой болью. Хлыст второго чёрного дьявола прошёлся по её плечам, оставив на плоти рваный след, тут же наполнившийся кровью. Больно! – в панике завопило тело, но заставив боль заткнуться,  Марго изо всех сил ударила навстречу вновь приблизившему серебряному смерчу. Хлысты сошлись,  две яростные молнии пересеклись в воздухе с оглушительным хлопком. Белые искры рассекли тёплое марево над поляной. Ещё удар, и новая вспышка.

Дрожа от напряжения, Марго слишком поздно сообразила, что второй противник уже слишком близко. Слишком близко! Дернувшись влево, девушка едва ускользнула от удара короткого меча и молниеносно ответила взмахом хлыста, но противник тоже увернулся, подставив под смертоносный удар лошадь. Животное всхлипнуло от внезапной боли и взвилось на дыбы, едва не скинув наездника. Марго отпрыгнула назад, и это спасло ей жизнь - серебро плети коснулось её запястья жгучей лаской, взметнув в воздух фонтан алых брызг, но не добралось до лица. Однако рука держащая хлыст враз ослабела, оставляя на нарядных соцветиях ярко-алый след.

«Бросай харт!» - рявкнули сверху. Пара чёрных дьяволов приблизилась вплотную, обещая скорый конец. «А вы заберите!» - ощерилась Марго разъярённой кошкой. Она никогда не умела проигрывать.

 Внезапно противники исчезли из поля зрения. Нет, они не растворились в воздухе и не провалились под землю, а просто исчезли в накатившейся густой непроглядной тьме, состоящей из миллионов крохотных жужжащих созданий. Через этот монотонный, навязчивый гул вдруг пробился посторонний звук.
– Беги! – отчётливо произнесли Марго прямо в ухо, и она почувствовала, как жёсткие пальцы крепко сковали ладонь.
А в следующее мгновение уже вслепую неслась сквозь чёрную тучу, туда, где по смутному представлению Марго, осталась лесная чаща. Вот в жужжащей тьме замелькали призрачные силуэты деревьев, на бегу Марго случайно вдохнула мошку и, задыхаясь, из всей силы дернула пленённую руку на себя. Сложившись пополам, попыталась откашляться и не сразу осознала, что темнота рассеялась, вновь уступив права ясному дню.

- Мы должны двигаться дальше. Моя магия слишком слаба, чтобы задержать их надолго. – Отрывисто бросил Маркус и с тревогой обернулся назад, туда, где раздалось лошадиное ржание. Слишком близко – одновременно переглянувшись, поняли они оба. Им не успеть…

- Прячься, если можешь! -  Маркус выхватил из-за пояса короткий меч, больше похожий на удлинённый кинжал и поднял левую руку с зажатым в ней маленьким мешочком. Марго не стала задаваться вопросом, что у него там? Всей кожей чувствуя приближение чёрных всадников, она сделала несколько быстрых шагов назад, судорожно ища укрытие, пока спина внезапно не коснулась шершавого ствола дерева.
 Задрав голову Марго увидела раскидистые ветви величавого старого дуба, такие густые, что закрывали небо, оставляя солнечным лучам лишь узкие прорехи, через которые с трудом пробивались солнечные лучи. «Спрятаться!» - эта единственное желание вибрировало в девушке, заполняя собой, вытесняя все остальные мысли, пока руки безотчётно скользили по дереву, лаская неровности древнего ствола. Спрятаться! - горячее стремление внезапно совпало с неожиданным всплеском, казалось задремавшей силы и, яркий поток рванул через тело Марго вверх, подхватывая её. Беглянка зажмурилась, а через мгновение открыла глаза в темноту.

 В первый миг тьма показалась Марго беспросветной, а когда попытка двинуться вперёд окончилась провалом, голодным зверем проснулась паника, окуная девушку в ледяную волну ужаса. Наглухо заперта в чём-то узком и тёмном – охотно подсказал страх, и тебе отсюда не выбраться!
«Глупости! - попыталась приободрить себя Марго – Безвыходных ситуаций не бывает!». Да, голос слегка дрогнул, но она попыталась поверить в собственные слова, осторожно ощупывая непроглядное пространство вокруг. Глаза потихоньку адаптировались к темноте и, вот уже девушка различила под пальцами щербатые выбоины дерева, протягивающиеся во все стороны, насколько хватало длины рук. Дерево?
«Я внутри дерева?!» - нелепая на первый взгляд догадка заставила вскинуть голову вверх. Там, в уходящем далеко в вышину, древесном колодце, мерцал призрачный оазис тусклого света, пробивающийся из небольшого круглого отверстия. Метра четыре - пять вверх, неуверенно определила Марго. Слишком  высоко чтобы выбраться.

Но, тут было хотя бы безопасно. На какое-то время. Пока её не найдут эти демоны с мёртвыми лицами. И тогда уже, ей некуда будет сбежать от них. Спасение, в любую минуту могло обернуться смертельной ловушкой. Из чего следовало – пора деть ноги отсюда!

Девушка задумчиво огляделась и, построив несложную логическую цепочку, решила, что раз с помощью магии, она попала внутрь, то почему бы не попробовать выбраться с помощью той же магии? Мысль была превосходная, но на практике все попытки сосредоточить энергию и направить её в нужном направлении («Наружу! Наружу!»), почему-то окончились провалом. Зря Марго зажмуривалась и искала в себе яркий, сияющий поток. Сила вяло, словно болотная жижа, бурлила где-то на периферии, игнорируя желания ведьмы.
 «Да что ж такое!» - в сердцах топнула Марго и услышала, как под ногой громко хрустнуло. Воображение тут же подсказало, что приплясывает она чьих-то косточках, что было совсем не удивительно, ибо, по всей видимости, дупло служило обиталищем какого-то довольно крупного животного. Возможно енота…

«Мы вряд ли уживёмся тут вместе!"- покачала головой девушка и, расставив руки и ноги в стороны, попыталась карабкаться вверх, но лишь обломала ногти, поднявшись от силы на полметра. Ситуация выглядела весьма плачевно и выцепив зубами из пальца занозу, Марго расстроено хлюпнула носом. В этот миг в дупле что-то изменилось и, подняв глаза вверх, девушка обнаружила, что приглушенный свет из отверстия в дереве практически исчез,  заслонённый чем-то. В следующее мгновение до неё донеслось,

- Эй, ведьма, ты тут?

Звучало совсем недружелюбно, но Марго обрадовалась высокомерному наглецу словно родной матери,

- Да! Я здесь! Здесь! – прокричала она, подпрыгнув для убедительности.

- Можешь вылезать! Уже не опасно, - сообщили сверху.

«Болван! Можно подумать я тут прохлаждаюсь в собственное удовольствие!» - сердито буркнула пленница дерева, но старательно проорала в ответ,

- Мне никак! Не могу выбраться!

Не ответив, голова Маркуса исчезла из поля видимости на какое-то время и, у Марго уже мелькнуло соображение, что мерзавец  намеренно (и с удовольствием?) оставил её гнить в древесном мешке. Однако, когда надежда на его возвращение почти покинула девушку, сверху снова потемнело и неожиданно что-то  ударило её по плечу.

- Обвяжи верёвку вокруг пояса и держись крепче, ведьма! – грубо рявкнули сверху, породив сильнейшее желание послать спасителя куда подальше, вместе с его верёвкой.

«Возможно, ему просто не доступны нормальные человеческие манеры. Может он рос со свиньями и баранами, где-то в хлеву, в глухом горном ауле…» - ворчала Марго, накрепко обвязывая вокруг талии не очень толстую верёвку. Оставались сомнения, выдержит ли она девушку, но верёвка справилась на ура и уже через несколько минут, помогая себе ногами, вытянутая вверх девушка добралась до небольшого круглого дупла. С трудом протиснувшись наружу, она едва не грохнулась вниз, но сильные руки удержали, подхватив в последний миг.
– Ох! – уткнувшись в щетину упрямого подбородка, поперхнулась испугом Марго.
Два горящих чёрным глаза оказались в нечаянной близости от её лица, вновь моментально введя девушку в странное состояние накатывающей истомы. Дурацкое состояние, которое она тут же возненавидела, как и этого странного парня, упорно называющего её ведьмой,

- У меня, между прочим, есть имя! – оттолкнув его руки, Марго вцепилась в ближайшую ветку.

Мужчина поморщился, но проигнорировал её выпад, небрежно поинтересовавшись.

- Спустить тебя вниз на верёвке или слезешь сама, ведьма?

Демонстративно фыркнув, Марго довольно ловко полезла вниз, но всё же уступила в скорости парню, который скрестив на груди руки, уже ждал её на земле. Вытащив из волос пару застрявших веточек, Марго тряхнула растрепавшейся шевелюрой и тут же замерла, впившись взглядом в распростёртое тело одного из преследователей. Скрючившись среди травы, оно распространяло чуть уловимое зловоние.

– Ты убил его?!

– А на что ещё это похоже? – неохотно ответил Маркус.

– А второй?

– Надеюсь, подох по дороге обратно в лагерь. Он словил смертельную дозу ядовитой пыли и несколько глубоких ран, но кто знает… Эти уроды живучи.

– Был ещё пёс! Я усыпила его там, на лугу! Надо вернуться и  забрать собаку с собой!

– Собаку?! – брови Маркуса изогнулись в удивлении. – Ты называешь морса, одно из самых смертоносных орудий Пятиединого, собакой?! Может и чмокнуть его хотела бы?!

– Он выглядел вполне дружелюбно! – почти не соврала девушка. – В любом случае, его надо забрать! Пёс может вывести преследователей на нас!

– Уже не может, – сухо бросил Маркус и отвернулся. – Пошевеливайся, это была лишь одна из партий разведчиков. Есть и другие. Нам надо как можно быстрее добраться до лагеря.

– Ты убил собаку?!! – потрясение от первой фразы мужчины вытеснило из сознания Марго остальные. – Убил её?!

Вместо ответа мерзавец быстро смотал верёвку и, пихнув её в заплечный мешок, скоро пошагал между деревьев. Недолго подумав и бросив ещё один быстрый взгляд на труп, Марго нехотя двинулась следом. Не так чтобы ей хотелось возвращаться в лагерь, да ещё с этим грубияном, но детали схватки на лугу были ещё слишком свежи в памяти. «Надо сперва разобраться, что к чему!» - изменила она первоначальный план, - «А потом можно и сбежать!». Новый план был ничуть не хуже старого.

Они шли по лесу уже около получаса и злость Марго немного угасла, сменившись размышлениями о произошедшем. Как ни крути, выходило, что этот тип спас её. Пусть и ради своих мутных целей, но всё же…

– Спасибо! – ускорившись и догнав парня, Марго произнесла это слово без малейшего удовольствия. – Спасибо, что выручил меня, из всех этих передряг!

Он кивнул, не обернувшись, продолжая двигаться сквозь лес с изяществом балетного танцора.

– И всё же, зачем ты пошёл за мной и спас? Я ведь не нравлюсь тебе.

Похоже, разговаривала она с ближайшими дубами, так как даже бровь болвана не шевельнулась в ответ на её вопросы.

– Эй, я с тобой разговариваю! – дёрнула она его  за рукав и резко затормозила. – Уж будь любезен ответить! Иначе я не двинусь с этого места!

Все видом демонстрируя непоколебимую решимость, Марго плюхнулась на мох ближайшей кочки и сложила на груди руки. Вот, пусть убедится в её непреклонности! В конце концов, никто не давал ему права обращаться с ней как с пустым местом!

С заметной неохотой Маркус наконец снизошел до ответа,

– Дело не в тебе. Твоя судьба мне безразлична, ведьма. Всё это я сделал только ради Романа.

– Ах, ну да, чтобы я исполнила роль ищейки для драгоценного принца и добыла вам какой-то талисман для завоевания мира! Всё для удовлетворения имперских амбиций милого Романа!

Мужчина совсем не удивился осведомленности Марго.

– Нет. Я хочу, чтобы Роман убедился в том, что его план провален! Убедился сейчас, с тобой, а не потратил ещё несколько лет на поиски новой, якобы избранной ведьмы, теряя драгоценное время на ерунду.

– А моё согласие не имеет значения?!

Маркус небрежно передёрнул плечами,

– Боюсь, что нет. У тебя нет другого выбора, ведьма. Выбраться из этого мира без талисмана перехода ты не сможешь. Это не под силу и верховной ведьме. А в здешнем мире без нашей защиты и поддержки тебя ждёт лишь смерть. Довольно скорая, если учесть, что желтоплащники уже знают о твоём существовании. Они никогда не останавливаются в погоне за еретиками, знаешь?

Что-то столь же оптимистичное про этих сектантов вещал и Роман, пока не попытался испустить последний вздох. И всё же у Марго оставались некоторые сомнения в безвыходности своего положения, которое так красочно описал Маркус.

– Я могу за себя постоять! – вскинула она подбородок.

– Я видел. Здесь этого недостаточно. – Покачал головой мужчина. – Впрочем, ты можешь попытаться… Но только после разговора с Романом. Не хочу, чтобы раненым он рисковал жизнью, пытаясь выловить тебя в лесах и сражаясь с чёрными демонами. Если Роман отпустит тебя – можешь уйти, но только после этого. А сейчас – поднимайся, у нас совсем мало времени!

Не дожидаясь её согласия, парень перекинул котомку на другое плечо и легко заскользил между деревьями, оставив Марго догонять его. Что она и сделала, надо отметить, без особого энтузиазма. Обратный путь к стоянке занял меньше времени, чем её утренний побег. Так, во всяком случае показалось Марго.

– Мы почти на месте, – безразлично сообщил Маркус, легко перепрыгнув через шумный ручей и не подумав подать девушке руку.

– Какое счастье! – буркнула Марго, самостоятельно преодолевая преграду. – Разрешается устроить салют?

Через пару десятков шагов мужчина резко остановился, приложил палец к губам, и сделал странное движение рукой, словно отгоняя мошек. Воздух перед ним сразу сгустился и потемнел, а затем покрылся радужной рябью. В ней мелькнуло что-то размытое, детали Марго не разглядела.

– Можно уже идти дальше? – Девушке невыносимо хотелось избавиться от странного попутчика. По сравнению с этим свихнувшимся типом, сейчас уже гном-стилист и рыжий переросток казались ей милейшей компанией. 

– Не шуми и ступай за мной след в след! – обернувшись, тихо скомандовал парень. Марго не оставалось ничего другого, как последовать его указанию. Стараясь двигаться невесомо, девушка шагнула на поляну… и застыла.

«Что за чёрт!» - только и смогла выдохнуть она, обшаривая взглядом совершенно пустую поляну.
...

ОХОТНИК.

 Оскар скоро двигался по узкой улочке, ловко минуя лужи жидкой грязи под ногами и не забывая о постоянной опасности, грозившей сверху. Благодаря этому успел отскочить вовремя, когда из внезапно распахнувшегося окна неожиданно извергся водопад помоев и экскрементов. Смачно процедив слово из трёх букв, Охотник быстро стряхнул редкие смрадные капли с широких полей шляпы и, поморщившись, снова водрузил её на голову, мысленно поблагодарив Фарса за дельный совет. Стоило прихватить мальчишку  с собой в следующий раз, когда он отправится в город. Если отправится…

Найдя взглядом блестящий шпиль, горделиво возвышающийся над остальными крышами, Оскар прикинул, что до главного собора осталось не больше получаса резвого хода. А дальше совсем просто – набрать в стеклянку «святой» воды и вернуться обратно тем же маршрутом – вспомнил он указания Ланы. Опять всплыл вопрос, почему она послала с этим пустяковым заданием его, а не своего преданного громилу или того-же Фарса. Возможно, Лана всё ещё испытывала способности Охотника, а может просто хотела избавиться от него на пару часов, оставшись наедине с тем необычным посетителем.
 Память отчётливо нарисовала безликую белую маску под тёмно-зелёным капюшоном, мелькнувшую в полумраке прихожей, когда Оскар покидал неприметный особняк в глухом переулке. Тип в плаще, очевидно, не желал быть замеченным и Оскар сделал вид, что не обратил внимания на безликого гостя, про себя отметив изысканную обувь, мелькнувшую под краем плаща и затейливые массивные перстни, на руке, придерживающей капюшон. Незнакомец был явно не прост, но это совершенно не касалось Охотника. Во всяком случае, пока.

 Лёгкая светлая тень скользнула возле его ноги. «Отвяжись» повторил Оскар. Впрочем, без особого раздражения. За последние полчаса он почти привык к этой тощей дворняге, прицепившейся где-то по пути. Охотник пару раз угрожающе рявкнул, пытаясь прогнать пса, но тот лишь отбегал на пару шагов, а затем с прежней настойчивостью продолжал сопровождать мужчину. Дворняга не выпрашивала подачки и не пыталась привлечь внимание, беззвучной тенью двигаясь рядом. Ну и фиг с ним, решил Оскар, быстро привыкнув к блёкло-золотистому, грязному силуэту с выпирающими лопатками.

 Вот и сейчас пёс забежал чуть вперёд, на бегу проинспектировав ближайший холмик мусора, как вдруг резко затормозил и глухо зарычал. Спутанная шерсть мгновенно встала дыбом, а в длинной пасти блеснули клыки. Оскар замер, рука инстинктивно метнулась к правому бедру, мигом найдя неровную рукоятку кинжала. Мальчишечья игрушка, фыркнула Лана, когда из всего многообразия висевшего на стене оружия Оскар выбрал этот некрупный нож с изогнутым лезвием. Огнестрельное оружие в этом мире было не в ходу, но Охотник решил, что эта «игрушка» сгодится, когда сверкнув голубоватым металлом, нож ладно лёг в его ладонь.

В этот раз оружие всё так же послушно скользнуло в руку за секунду до того, как низкорослое, лохматое существо метнулось на него из подворотни. Мгновенный бросок в сторону, крутой разворот и рука с кинжалом зависла в миллиметре от того места, где в груди карлика билось сердце. Со звоном на мостовую упало и покатилось что-то металлическое. Круглые глаза-плошки с ужасом уставились на Охотника, а в лицо дохнуло гнилым смрадом.

- Вдохнёшь или шевельнёшься – сдохнешь! – негромко пообещал Оскар, по ответному взгляду увидев, что бродяга понял его вполне ясно. – Почему ты пытался убить меня?

-  Убить?! – и без того перекошенное паникой лицо карлика посерело, - Ох, нет, мой господин! Клянусь всеми воплощениями Единого, что я не хотел…

 Нож в руке Охотника сдвинулся на пару миллиметров, слегка углубившись в вонючие лохмотья. Бродяга заголосил,

- Нет! Нет! Не убивайте меня, господин! Я всё скажу! Я не хотел убить! Только обокрасть! Простите меня мой господин! Простите!!!

- Обокрасть? – легкое удивление почти не изменило холодное выражение глаз, - Меня?

Несколько монет на дне небольшого кошеля в кармане его походной куртки вряд ли стоили риска, на который пошёл бродяга, напав на молодого мужчину в два раза крупнее себя. Он либо вконец отчаялся, либо нагло врал… Впрочем, следующая фраза прояснила дело,

- Ваш оберег! – осторожно кивнул карлик в сторону изящного цветка, приколотого на верхний карман куртки Оскара. – На чёрном рынке за эту вещицу можно выручить сотню золотых. Оберегов такого уровня я не видел уж лет как десять! Не иначе, как работа проклятых мастеров из Почившего города. Господин, вероятно, не в курсе реальной ценности этой вещи?

- Господин в курсе!  – Для убедительности Оскар слегка тряхнул пленника, раздумывая,  что делать с мерзавцем. Между тем уличная жизнь продолжалась, как ни в чём не бывало. Немногочисленные обыватели сосредоточенно торопились по своим делам, скользя равнодушными взглядами по Охотнику с пленником и незаметно ускоряя шаги. Заметив задумчивый взгляд Оскара, тщедушный мужчина средних лет поставил рядом с ним большую корзину с яблоками. Поклажа, очевидно, была ему едва по силам, и задохлик просто воспользовался поводом передохнуть.

- Благородный господин поймал воришку? – остроносое лице прохожего пылало любопытством, - Благородный господин желает, чтобы я позвал Благих служителей, дабы те арестовали негодяя?

Оскар ничего не знал о Благих служителях, но наименование таинственных «служителей» ему определённо не понравилось. От него веяло осложнениями, а осложнений Охотник желал в последнюю очередь,

- Не желает. – Покачал он головой, на миг утратив бдительность. Стремительно дёрнувшись вперёд и вниз, пленный карлик внезапно вывернулся из державшего его захвата и во всю прыть рванул в тот самый переулок, из которого столь резво выскочил несколько минут назад. Захлебнувшись яростным лаем, пёс сорвался с места, следом за бродягой.

- Оставь его! – скомандовал Охотник, лишь через секунду сообразив, что распорядился собакой точно своей. Это было странно. Впрочем, не более странно, чем всё случившееся с Оскаром за последние несколько дней. Этот город, дикий чужой мир - неожиданное продолжение необычного контракта - найти сестру Ланы. Теперь он знал её имя – Маргарита, ловкая девица, юркой рыбкой ускользнувшая от Охотника в безумный, чуждый мир. Рыбка, которую он по-прежнему должен поймать…
 Оскар ни секунды не пожалел, о том, что согласился на эту работу и дело было вовсе не в сумме с шестью нулями, моментально упавшей на его банковский счет. И не в мастерстве постельных утех, что демонстрировала Лана с неугасающей пылкостью. Всё это были приятные бонусы к главному – Оскар наконец-то чувствовал себя на своём месте. Внятное ощущение опасности мягко будоражило кровь, пробуждая в ней нечто дремавшее до сих пор, но наконец-то готовое выйти на свет. Охотник – звучало давно забытым, но истинным именем. Когда-то белобрысый мальчишка наблюдал из-за кулис за настоящей жизнью, что разворачивалась на сцене – там кипели страсти, рушились жизни, вершились судьбы. Тот мальчик, как и все мальчишки, мечтал однажды стать выдающимся героем одной из таких историй, и вот – судьба подкинула ему шанс…

Небрежно подхватив с раздолбанной мостовой металлический шар, Охотник удивился его весу – изящная на первый взгляд, ажурная игрушка оказалась весьма увесистой. Внутри полой сферы перекатывались другие шары, поменьше, а сбоку располагалась удобная выемка для пальцев. Оружие (а предмет не мог быть ничем иным) напоминало миниатюрный бильярдный шар.

- «Мертвая голова» - с внятным уважением произнёс доходяга, глядя на шар, поблёскивающий тускло-серым. – Опасная штука.

Оскар быстро сунул шар в карман и решил воспользоваться случаем. Прохожий был явно словоохотлив.

 - Скажи-ка, что ты знаешь о проклятых мастерах и Почившем городе?

Вопрос внезапно напугал собеседника. Мужчина отшатнулся и быстро поднял злополучную корзину,

 - Ничего, добрый господин! Я совсем ничего не знаю! Я простой помощник бакалейщика, откуда мне знать о таких вещах? Простите, но хозяин лавки уже заждался  свой товар! Доброго дня, благородный сэр!

Торопливо пятясь, мужичок заметно увеличил расстояние между собой и Охотником, а потом шустро припустил вдоль по улице.

- Любопытно… - пробормотал Оскар и осторожно коснулся хрупкого цветка на груди. На его взгляд цветок выглядел обычной побрякушкой, которыми так любят закалывать шарфы дамы преклонного возраста. Золотистый металл, вставки из красного материала, сильно напоминающего коралл. Прикалывая вещицу на его куртку, Лана уверяла, что брошь ни в коем случае не вызовет недоумение на улицах города. Украшения у мужчин являются здесь признаком высокого статуса и обеспечивают неприкосновенность, говорила ведьма. Она лгала. Как минимум о последнем…

 Всю оставшуюся дорогу до собора Охотник раздумывал обо всё увеличивающемся множестве неизвестных в истории, в которую он ввязался. Размышлять на ходу было давней привычкой. Однообразные движения  ускоряли кровь и упорядочивали мысли. Однако сейчас этот прием работал так себе, слишком мало знал Оскар о вытянувшей его сюда женщине, об этом мире, отдалённо напоминающем земное Средневековье, и его истории.
 Решив при первой возможности восполнить эти пробелы при помощи мальчишки Фарса, мужчина задрал голову, разглядывая тонкую башню, венчавшую вход в помпезный собор. Покрытый позолотой шпиль терялся высоко в облаках. Внизу, у ступеней, было не столь красиво. Тут копошились нищие, удивительно похожие друг на друга в любом из миров. Спутанные волосы, изуродованные коростой лица, покрытые коркой грязи рубища. Мерзость! Скривившись, Охотник почти бегом преодолел мраморные ступени, замешкавшись возле высоких дверей собора, распахнутых настежь. Перед входом в храм прихожане сдёргивали с головы шляпы и совершали несколько замысловатых движений правой рукой, которые Оскар постарался запомнить и воспроизвести с максимальной тщательностью. Если он и ошибся, то никто не заметил.

- Не ходи внутрь. – Бросил он присевшему у ног псу, и тот послушно опустился на отшлифованный до блеска пол, положил морду на передние лапы и приготовился ждать. Ждать ему пришлось не так уж долго…

 Первой мыслью Оскара было, что храмы в любом из миров чем-то неуловимо похожи. Алтарь, изображение- символ божества и величественные своды – обязательные атрибуты верховной  власти, что божественной, что светской. Вот и здесь они присутствовали в полной мере, воздавая честь и хвалу загадочному Пятиединому. Изящные витые арки белого камня терялись в полумраке, высоко-высоко над головами прихожан. Здесь не было привычных живописных изображений святых и божеств, всё внимание собирала единственная скульптура на высоком алтаре. Она была поистине грандиозной и устрашающей в своей монументальной живости. Казалось, чьей-то могучей волей пленено это мощное и опасное существо, застывшее в мгновение яростной атаки. Скульптор, изваявший скульптуру из неизвестного камня, был поистине волшебником, настолько естественным выглядело божество, точно готовое в любую секунду сорваться с пьедестала и броситься крушить идеальные чертоги.
 Оскар внимательно разглядывал искажённые возбуждением боя звериные черты пятиголового божества, придя к выводу, что  уже видел подобное. В народных сказках. Там зверя называли Змей-Горыныч. Сходство было не абсолютное, но некоторые черты явно совпадали. Лишь одна из голов «Горыныча» несколько напоминала человеческую. Вероятно, к ней и устремлялись молитвы и просьбы здешней паствы.

- Желаете пожертвовать во славу Пятиединого?

Шелест слов заставил Охотника оторваться от разглядывания изваяния. Невзрачный, словно нанесённый полупрозрачной акварелью, прислужник смотрел на Оскара глазами, в которых невозможно было что-либо прочесть. Пустым, под стать выражению глаз, было и лицо служителя церкви. Ни единого волоса не увидел Оскар на бледной коже.

- Желаете пожертвовать во славу Пятиединого? – повторил церковник с эмоциональностью робота.

- Да, конечно! – Быстро вытянув кошель, Охотник вынул несколько монет и опустил их в небольшую суконную суму, что висела на  шее служителя. Именно так поступали остальные прихожане при приближении фигур в чёрных одеждах. Оскар не собирался выделяться или привлекать к себе внимание. Он пришёл сюда не за этим…

- Пятиединый не оставит тебя, сын наш! – Неслышно произнёс служка, неопределённо махнув рукой и тут же потерял интерес к Охотнику. Оскара это вполне устраивало, к тому же он заметил в зале то, зачем пришел – две большие чаши резного камня высились в небольших нишах по обе стороны от алтаря. Время от времени некоторые из верующих подходили к чашам, благоговейно омывая лицо и ладони в святой воде.

 Для приличия сделав пару замысловатых и совершенно бессмысленных взмахов руками, Оскар опустил ладони в воду, от которой доносился едва заметный запах муската, и незаметно наполнил водой стеклянку. Святая вода, по словам Ланы, должна была помочь найти её сестру-беглянку. Охотник предпочитал полагаться на собственное чутьё и реальные способы поиска, однако, эта женщина – Лана, оставалась шкатулкой с секретами, демонстрируя способности недоступные обычным людям, что заставляло относиться к её словам серьёзно. Кроме того, она щедро платила. Очень щедро…

Не успел Охотник выйти из собора, как, преграждая путь, к нему бросилась стайка нищих. Требуя подаяния, вверх взметнулись несколько худых, грязных рук. Слепая старуха мёртвой хваткой вцепилась в рукав куртки.

- Кинь грошик старой женщине, господин! Я помолюсь за твоё благополучие…

В попытке освободиться, Оскар резко дёрнул руку вверх. Взлетевшая следом, костлявая кисть безобразной карги нечаянно коснулась его лица. Словно обжёгшись, слепая молниеносно отшатнулась и внезапно заголосила.

- Дьявол! Приспешник сатаны! Отродье проклятого племени! Изыди! Сгинь! Оставь меня! - Крик старой клячи  превратился в пронзительный визг, суковатая палка взлетела вверх, метя прямо в лицо Оскару. – Адское пламя обрушится на тебя, нечестивец!!!

 Пёс с хриплым лаем бросился на старуху, но Оскар успел быстрее, с силой дёрнув клюку ведьмы на себя. Дряхлые пальцы не удержали нелепое оружие, слепая пошатнулась, мгновение скрученная фигура балансировала на краю, а потом сорвалась вниз, с мерзким, чавкающим звуком отмеряя количество высоких ступеней… Толпа словно дружно вздохнула и замерла, зачарованно наблюдая за этим смертельным спуском. Черррт! – мысленно выдохнул Оскар и, пользуясь секундой всеобщего замешательства, стремительно слетел по лестнице. «Убийца!» - раздалось вслед, в тот момент, когда он вбежал в узкий проулок рядом с соборной площадью. Это было пиздец, как хреново!

 Дверь ему открыл Фарс. Оскар не спрашивал, но мальчишка бодро отрапортовал,

- Госпожа ушла, но обещала скоро вернуться. Велела накормить вас обедом.

Оскар пихнул ему ненавистную шпяпу,

- Почисти.

- Господин, а что делать с собакой? – парнишка с опаской уставился на пса, уверенно разлёгшегося в прихожей.

Оскар пожал плечами,

- Накорми. – Взгляд прошёлся по тощим бокам, покрытым бурыми пятнами. – И вымой. Тщательно!

Мальчишка незаметно закатил глаза, демонстрируя крайнюю степень недовольства заданием, а потом спросил,

- А как его зовут? В смысле – пса.

Оскар обернулся,

- Морок. Его зовут Морок.

… Решив использовать время до возвращения Ланы с пользой, Оскар кивнул Фарсу на место напротив себя за столом.

- Садись. Поболтаем.

Тот послушно опустился на стул и без особого почтения отломил здоровый ломоть от краюхи хлеба.

- Да, мой господин. – С набитым ртом Фарс умудрялся говорить вполне разборчиво.

- Скажи-ка, ты давно живешь в этом городе?

- С самого рождения. Моя мать прислуживала в этом доме, а до этого и её мать… Моя прабабка приехала  в этот дом вместе с матерью госпожи.

- Значит, ты хорошо знаешь историю здешних мест и местные байки…

- Само собой! – парнишка приосанился и снова потянулся за хлебом.  – Что, господин желает узнать?

Оскар вспомнил перекошенное страхом лицо помощника бакалейщика и сделал большой глоток пива,

- Расскажи мне всё, что знаешь о Почившем городе и проклятых мастерах.

Фарс задумчиво шмыгнул носом и отложил хлеб,

- В городе не любят говорить об этом. Те, кто болтает лишнее, рискуют оказаться в Подземной башне. Вы ведь не расскажите никому об этом разговоре?

Мальчишка поднял на него чистые глаза, ожидая ответа. Оскар уверенно кивнул,

- Всё останется между нами. Даю слово!

Парнишка заметно расслабился,

- Хорошо. Хоть на улицах предпочитают помалкивать, но в доме я часто слышал рассказы о том месте. Почивший город. Он назывался так не всегда, но прежнего названия люди уже не помнят. Пристанище магов и волшебников всех мастей, что столетиями находили убежище в городе, надёжно укрытом в глубине Стылых равнин. Тамошних мастеров называли Проклятыми, потому, что вещи, выходившие из их мастерских, создавались при помощи магии и несли в себе её частицы. Частенько магия была тёмной, но кого это волновало, ведь каждое изделие было настоящим шедевром и за них платили чистым золотом. По преданиям, город благополучно существовал не одну сотню лет, пока король Тибиус Безбородый не решил стереть его с лица земли. У короля было восемнадцать жён, но он никак не мог зачать наследника. Верховный хранитель Пятиединого пообещал Тибиусу, что Всемогущий благословит короля наследником, только если тот уничтожит рассадник магии и ереси. Одолеть город полный тёмных магов не под силу было любой армии мира, поэтому Тибиус обратился за помощью к ведьмам.

- К ведьмам? – Усмехнулся Охотник. – Странный выбор. Разве они не практикуют ту самую тёмную магию? Или я чего-то не понимаю?

- О, нет, магия ведьм не имеет ничего общего с тем, что практикуют обычные маги. Во всяком случае, так говорят. Клан ведьм всегда существовал сам по себе, обособленно от остальных. Их не трогали, потому, что клан владел величайшей силой – мощью таинственного амулета, способного увеличить любую силу, в том числе и магическую, в сотни раз. Ведьмы согласились помочь Тибиусу, взамен на всё, что находилось за крепостными стенами волшебного города. Тибиус пообещал им отдать всё, вплоть до последней ложки. Армия Тибиуса стала непобедимой. Город сопротивлялся три дня, а на четвертый ворота распахнулись. Захватчики не обнаружили в городе ни одной живой души…

- Ведьмы получили лакомый кусок.

- Нет. – Фарс задумчиво покачал головой. - По сказаниям, ведьмы не получили ничего. Перед гибелью, маги города составили верхний круг и вложили остатки сил в несколько проклятий, чтобы отомстить ведьмам. Одно из проклятий заставляло любую вещь из города превращаться в пыль, стоило ведьме коснуться её.

- Не повезло. – Охотник допил пиво.

- Вы даже не представляете насколько! Второе проклятие уничтоженных магов касалось великого амулета ведьм, с помощью которого те сокрушили город. По преданию, проклятие гласило, что отныне снять защиту амулета и прикоснуться к нему сможет лишь ведьма, но та ведьма, которая сделает это, станет последней из рода ведьм, принеся гибель всему клану. Короче, с того дня, ведьмы потеряли доступ к могуществу амулета, утратили влияние и силу, превратившись в вечно скрывающихся изгоев, что периодически сжигает на кострах наша благая инквизиция.

- Печальная история. – Задумчиво протянул Оскар, небрежно крутя в руках загадочный цветок. – Судя по всему, не всё в том городе превратилось в пыль…

- Вы правы, господин. – Согласно кивнул парнишка, - Осталось немало удивительных вещей , созданных проклятыми мастерами. Некоторые до сих пор иногда всплывают в городе…

Звук захлопнувшейся входной двери заставил обоих вскинуть головы. Едва слышно зарычал пёс, но тут же замолк. Слегка раскрасневшаяся Лана улыбнулась им двоим, скинув капюшон с рыжих прядей. Зелёные глаза сияли возбуждением. Поманив Оскара за собой, она скрылась в гостиной. Он не заставил себя просить дважды.

- Твоя вода… - протянул он ей полную стеклянку.

- Ах, оставь! – Небрежно отмахнулась Лана, беспечно бросила флакон на диван и, притянув к себе, впилась в губы Оскара жарким поцелуем. Оторвавшись, вытерла губы запястьем и рассмеялась, - Собирайся, Охотник! Я знаю, где наша беглянка!

…

ВЕДЬМА.

 Марго рассеянно разглядывала подсвеченные закатным багрянцем облака. Неторопливо проплывая над  рекой, рваные белые контуры складывались то в диковинную зверушку, то в уродливый профиль… Фоном к бесполезному развлечению шла непрекращающаяся  болтовня Малыша Тони. Для здоровяка не имело особого значения, что удобно раскинувшись на тюках на дне лодки, Марго пропускала мимо ушей большинство его разглагольствований. О еде бородач мог говорить бесконечно. Закончив с рассуждениями о сравнительной пользе копчёной свинины, Тони негромко (надо отдать ему должное) затянул нечто  заунывно-героическое, окончательно переполнив чашу терпения Марго,

- Тони, заткнись, пожалуйста! – процедила она, стараясь сдержать раздражение в голосе.

- Это старинная вакхская баллада. Её пели воины, прощаясь с родиной. – Сообщил блондин, широко взмахнув веслом. От передней лодки их отделяло не больше десятка метров.

- Эмм, насколько я знаю, твоя родина далеко отсюда…

- Ну и что, песня-то красивая!

С этим утверждением Марго могла бы поспорить, но она привела другой аргумент,

- Послушай,  согласно озвученному Романом плану – мы пытаемся тайно добраться до некого местечка Вдовий омут. Стараясь не попасть по дороге в лапы местной инквизиции и прочим представителям власти. Тайно, Томи! Тайно - значит не петь на всю реку!

- Я пел совсем не громко! – Надулся гигант. – Вообще чуть слышно!

- Не фига! Я всё слышал! – Донеслось с передней лодки. – Ты вопил, как медведь после зимней спячки!

Марго победно подняла палец вверх и, поморщившись от боли в затекшей руке, наконец приняла сидячее положение.

- Вот! Даже Виктор слышал! Ты поставил под угрозу нашу безопасность, так что последний кусок кабянятины на следующем привале – мой!

…

Безопасность! Пусть и обманчивое, но ощущение было чудесным, невесомым облаком укрывая Марго, заставляя расслабиться и на время выкинуть из головы чокнутую действительность. Тихий шепот камышей, пронизанный умиротворением мягкий солнечный свет, едва ощутимое, медленное скольжение лодки по реке, в своей величавой неспешности похожей на жидкое зеркало. Даже обиженное бормотание Малыша Томи  не могло испортить настроения Марго. Незаметно отламывая маленькие кусочки засохшего хлеба, она подолгу держала их во рту, наслаждаясь потихоньку раскрывающимся вкусом. Вкус был совсем иной, чем дома – богаче, гуще, щедрее. Как они пекут его здесь? Она поинтересовалась у Тони. Тот неохотно обернулся, всё ещё дуясь за испорченную песню.

- Хлеб, как хлеб. – Пожал гигант плечами. – Мука с мельницы, закваска, печь… Никаких ваших ведьминских штучек.

- Каких штучек? – Заинтересовалась девушка.

- Нууу, зелий там, да заговоров… и прочего нечистого колдовства.

- «Нечистого колдовства»? Что ты имеешь в виду? – нахмурилась Марго.

- Да будто не знаешь? – Покосился Тони, оставив весло зависшим в воздухе. – Сама же из их племени.

Такое внезапное недоверие от дружелюбного здоровяка задело Марго,

- Не знаю, что рассказал вам Роман… или Маркус, но должна признаться – единственная ведьма, которую встречала в жизни – я сама. Знаешь ли, в моем мире ведьмы – существа столь же редкие, как единороги или феи. Не, про них (нас), конечно, ходит много мифов, написано немало книг, снято фильмов… А уж сколько женщин получили определение «ведьма» совсем беспочвенно, лишь потому, что осмелились проявить характер… Но всё это, так скажем, не совсем то… Если ты понимаешь? Расскажи, какие они в вашей реальности? Ведьмы. Ты встречал хоть одну?

 На мгновение она уловила в ответном взгляде мелькнувшее сомнение, а потом бородач снова отвернулся к реке.

- Правда чтоль, ничего не знаешь о ведьмах?

- Кроме того бреда, что написан в наших книгах. Про сделки с дьяволом и кровь младенцев. Как по мне  – всё это полная чепуха!

- Может не такая уж и чепуха… - Задумчиво протянул Тони. – Не знаю как в вашем мире, а здешние ведьмы – самый закрытый и таинственный из кланов. Опаснее них разве что церковники… Болтают про ваше племя, конечно, всякое. Много и выдумок. Сжигать ведьм – любимое развлечение бедноты, да среди тех, кого сожгли, вряд ли нашлась хоть одна реальная ведьма. По большей части всё это местные знахарки. Бедолаги всегда первыми попадают под гнев деревенских, будь то неурожай, смерть младенца или внезапный мор. Настоящую ведьму изловить и сжечь мало кому под силу. Видал я одну деревню, в которой пытались. Вернее, то, что осталось от той деревни… Из местных выжила пара детишек, да кошки. Кошек ведьмы не трогают.

Марго вспомнила Люцика, с которым вела долгие, неслышные для родителей, беседы по ночам, но промолчала, боясь спугнуть вновь разговорившегося собеседника. Слушать Тони было интересно. Да и тот забыл о мнимой обиде, увлечённо оседлав острую тему.

- А ещё, говорят, что для мужика связаться с ведьмой – верная гибель!

- С чего это?! – возмутилась Марго.

- Да все про то знают! – пожал широкими плечами Малыш. – Парень, что свяжется с ведьмой - пропащая душа. А если ещё и первым её окажется – так верная смерть! Ведьма вытянет из того мужика все жизненные соки, оставив лишь пустую оболочку. Тут тебе и кранты! Либо сразу в дубовый гроб, либо ещё хуже…

- А есть и хуже?

- Само собой! Тот, кто сразу не помер после первой ведьминой ночи, превращается в зомбяка – живой труп без души! Слушается та нежить только свою хозяйку, обладает силой немеренной, а боль не чувствует вовсе.

- Удачное приобретение в хозяйстве. – Усмехнулась девушка.

- Жуть – жуткая, говорю тебе!

- И, что, многие верят в эти страшилки?

Резко дернувшись, Тони едва не выронил весло,

- Всё это истинная правда! Клянусь памятью бабки! Сам видел одного такого мертвяка. Он через нашу деревню проходил, когда я совсем мальчонкой был. Рожа кривая, серая, глаза навыкат, и мервячиной несёт на версту вокруг. Я тогда все портки обгадил со страху. Ох, от мамани влетело…

Перекошенная от воспоминаний физиономия добряка, привела Марго к мысли, что с пугающими темами пора заканчивать.

-  Так ты бывал раньше в этом Вдовьем омуте? – резко сменила она тему. Но, похоже, не очень удачно.

- Приходилось… - С явной неохотой буркнул Тони, разом растеряв всю словоохотливость. – Тут, это, течение сильное. Нельзя мне отвлекаться на болтовню. – Вдруг посерьёзнел здоровяк, разом обрывая беседу. Судя по всему, место, куда мы направлялись, было не из приятных… Стоило бы выудить из Тони побольше, но тут с передней лодки подали знак. Виктор энергично размахивал руками, время от времени показывая на свой борт, а затем вскидывая обе ладони ко рту.

- Чего?! – Малыш Тони растерянно почесал затылок.

Марго догадалась быстрее,

- Похоже, хочет, чтобы мы пристали к их лодке и помалкивали.

- Ох, ты, едрит-мадрит! А по-человечески сказать-то никак?! – Несколькими размашистыми гребками ускорив судёнышко, бородач быстро догнал замершую переднюю лодку и зацепился широкой пятернёй за чужой борт,

 - Чего случилось то?!

- Не ори! – Традиционно, лицо Маркуса выглядело недовольным. – Впереди, ниже по реке, засада. Скорее всего, желтоплащники. Но, похоже, с ними ещё кто-то…

- Откуда знаешь?

На очевидно глупый вопрос здоровяка, Марк лишь высокомерно вскинул брови,

- Моих слов недостаточно?

Немного стушевавшись, Тони неловко почесал бороду, но всё же спросил,

- Ты уверен? Возвращаться обратно по реке, против течения – дело долгое и непростое.

- Обратно мы не поплывем. – Поднявшись с носа лодки, Роман сделал несколько нетвёрдых шагов в сторону спутников. Марго нахмурилась, обратив внимание на вновь разлившуюся по худому лицу бледность. Путешествие по реке давалось ему не так легко, как они рассчитывали. Или это волшебные эликсиры Маркуса перестали работать? – Возвращаться вверх по реке, значит делать крюк минимум в неделю, да ещё по местам, кишащим бандами Пятиединого. Всё равно, что пробираться через пчелиный улей – чистое самоубийство.

- Тогда что? Будем пробиваться вниз по реке с боем? – встрял Виктор.

- Нет. – Роман мягко покачал головой. – Из двух зол выберем третью. Здесь, недалеко по течению, в реку впадает небольшой приток. Он ведёт на юго-восток. Не совсем в нужном нам направлении, но крюк совсем небольшой. Свернём туда, к вечеру будем в Старой Балке.

- Но ведь от Старой Балки до Вдовьего Омута ещё больше дня пути! И как ты, наверно, помнишь - через Стонущий лес! – Резко вскочив, карлик едва не перевернул лодку. Щедрая порция воды плеснула через борт.

- Эй, поспокойнее! – Маркус перехватил коротышку за ворот, точно нашкодившего котёнка. – Ты что, принцесса, бояться бабских сказок?!

- Кому бабские сказки, а кому и чистая правда! – вскинул ладонь Виктор. – Месяц назад, в Голове Кабана я самолично разговаривал с единственным выжившим, из всего отряда Свободных Охотников, что остановились на ночёвку в Стонущем лесу. Выбраться то парнишка – выбрался, да только остался без трёх пальцев и уха!

- Да заливать горазд был твой Охотник! – громко усмехнулся Тони, - Небось, сам те пальцы и продал по-пьянке колдунам из Чёрных башен. А тебя разводил на жалость, на ту вонючую жижу, что наливают в Кабане вместо пива.

- Обсуждение закончено! – Роман повысил голос, что далось ему с заметным трудом. – Плывем до Старой Балки. Там заночуем. Утром выдвинемся дальше…

- Прямиком в логово дьявола. – Негромко съязвил Виктор.

- Не волнуйся, приятель – я не дам тебя в обиду дьявольским отродьям! – Тони крепко, приободряюще ударил карлика по плечу. – Кроме того с нами чёрный маг, наследник престола и ведьма – только самоубийца рискнёт напасть на такой отряд!

Виктор демонстративно закатил глаза,

- О, спаси нас пятиединый! Беглый маг-недоучка, полудохлый принц и ведьма без силы – худший расклад во Вселенной. Одна надежда – на мой топор! – Карлик вскинул руку к бедру, где примостился небольшой топорик с затейливой вязью на неброско блестящем лезвии.

«Беглый маг – недоучка» -  Марго с любопытством обратила взор на Маркуса, но тот промолчал, едва заметно скривившись. Однако, какая занятная компания – подумала Марго, наблюдая, как расцепив лодки, мужчины вновь берутся за вёсла.

- Слушай, Роман сказал, что ты владеешь магией стихий. – Малыш Тони с видимой натугой налёг на весло, направляя лодку в едва заметный в камышах речной рукав.

 Марго неопределенно пожала плечами, пытаясь понять, куда он клонит.

- Так, ты, это, можешь и лодку заставить плыть самостоятельно? Или заговорить весло, чтобы гребло само по себе?

Девушка подавила усмешку,

- Возможно…

- Так, а какого хрена не сделаешь?

- Видишь ли… -  Марго задумчиво поддела пальцем кончик ногтя, который по всем признакам собирался вскоре треснуть. – Вот, скажем, ты можешь сломать дерево?

- Какое дерево?

- Любое. Ну, предположим, не очень старый дуб?

Тони задумчиво почесал затылок и медленно кивнул.

- Само собой. Коли не больше трёх аршин в обхвате – дело плёвое!

- А почему не ломаешь деревья направо и налево?

Тони сурово нахмурился, пытаясь осмыслить суть вопроса, а потом выдал глубокомысленное,

- Так нафига мне?!

- Вот именно! – Марго широко улыбнулась. – У тебя нет необходимости это делать. Так же, как и у меня заставлять плыть лодку! – И она широким жестом обвела крупную фигуру Малыша, уверенно работающего веслом.

Несколько долгих секунд Тони обдумывал её заявление, и, наконец, придя к единственно возможному выводу, смачно сплюнул в воду : «Ведьма!».

- Именно! - Кивнула Марго и незаметно вытянула из котомки новый кусочек сухаря.

…

 Деревушка Старая Балка встретила их в ранних сумерках, удивив своим видом не только непривычную к здешнему быту Марго, но и всю разномастную компанию.

- Мать честнАя! – воскликнул Малыш Тони, едва не выронив весло. – Кто ж их так?!

- Тихо! – быстро вскинул руку Маркус, прислушиваясь.

Однако, вопреки его опасениям, над останками раскинувшейся на пологом речном берегу деревушки, царила мёртвая тишина. Вероятно, совсем недавно это была процветающая деревня, кормящаяся рыбным промыслом и мелкой торговлей. Пара добротных домов с яркими крышами и расписными ставнями, на дальнем конце пригорка – всё, что осталось от недавнего благополучия. Всё остальное пространство бывшей деревни превратилось в догорающее пепелище. Словно чёрные кости древних животных топорщились в небо обгорелые балки, смердя не успевшей выветриться гарью и явственным запахом смерти. Ни звука не разносилось над этим чёрным кладбищем, внятно донося до вновь прибывших, что живых в деревне не осталось…

- Cлушайте, давайте поплывём дальше… - Пальцы Марго с такой силой вцепились в край борта, что дерево раскрошилось в труху, оставив на подушечках пару болезненных заноз. Марго не заметила боли, во все глаза всматриваясь в разящий мертвечиной берег.

- Нет. – Покачал головой Роман, с такой же тревогой на лице рассматривая уничтоженную деревню. – Отсюда самый быстрый путь до Вдовьего омута, а мой человек там не может долго ждать…

- Да нет уж тут никого! – громко объявил Виктор, причаливая лодку к берегу. – Кто и был – померли, да разбежались. Один пепел, да вороньё… - Он смачно сплюнул в сероватую прибрежную грязь.

Правду сказать, ворон  в пределах видимости тоже не наблюдалась. Лишь серый пепел вился, в лёгких порывах ветра, по единственной и абсолютно пустой деревенской улочке. Вернее по тому, что от неё осталось. Сапоги мужчин и кроссовки Марго тут же покрылись этим мерзким, несчищаемым налётом, воняющим гарью человеческих тел.

- Мы с Романом пройдемся до конца деревни, глянем что  там и как. Тони пока спрячет лодки.  А вы ждите здесь и ничего не трогайте! – Скомандовал Маркус девушке и карлику, задумчиво рассматривающим ближайшее пепелище. Вероятно, когда-то это был большой, зажиточный дом. За широким сгоревшим остовом виднелись обугленные остатки внушительного амбара и подсобных служб.

- Что с ними случилось? – сцепив внезапно озябшие ладони, спросила Марго.

- Кто ж знает? – хмуро передернул плечами Виктор. – Не повезло местным. А ведь я был здесь проездом с полугода назад. Весёлая была деревушка. У матушки Барушки, в «Пьяном единороге», всегда была чистая постель и кружка отменного эля для припозднившегося путника. Видишь, воон те развалины – ещё недавно там стоял вполне приличный постоялый двор. Те, кто везли товары вверх по реке, завсегда останавливались здесь. Эххх…– Тяжело махнув рукой, карлик отвернулся от печального зрелища. – Пойду-ка я, подсоблю Малышу. А то один он до морковкина заговенья провозится… А ты, это, постой здесь. ЛадЫ?

 Марго неуверенно кивнула. Оставаться одной в этом царстве смерти совсем не хотелось. Проводив взглядом кряжистую спину Виктора, девушка неспешно двинулась по тому, во что превратилась деревенская улочка, в сторону пары сохранившихся домов. Несмотря на яркие краски и внешнюю сохранность, дома ощущались не менее мёртвыми, чем их сгоревшие собратья. Марго скривилась и замерла, буквально всем телом почувствовав тёмные волны  холодного, неживого ужаса, наплывавшие с невысокого пригорка, на котором красовались уцелевшие строения.

 Не пойду туда – внезапно решила девушка, круто развернувшись на пятках. Неожиданно, её внимание привлекла маленькая фигурка, сплетённая из тонких веток и травы, примостившаяся у остатков ближайшего забора. Фигурка напоминала крохотного человечка, рук у которого было явно больше, чем следовало. Присев на корточки, Марго осторожно коснулась фигурки и тут же отдернула пальцы. Больно! Боль была не острой и вполне терпимой, но всё же достаточно ощутимой, чтобы подуть на враз занывшие пальцы. Марго вспомнила наказ Маркуса ничего не трогать и тут же снова нарушила его, быстро склонившись к зацепившемуся за её кроссовок светлому лоскутку.

 Резкий порыв ветра принёс нежданный сувенир, который Марго осторожно развернула в руках. Маленький батистовый платок не кусался и не вызывал ощущения угрозы – весёлые утята отплясывали на канве в окружении белых ромашек. Кто бы не вышил эту вещицу, у мастерицы были золотые руки и прекрасное настроение… Завидев приближающиеся в пыли фигуры спутников, Марго быстро спрятала платочек в карман. Пусть останется напоминанием, что даже в самой страшной тьме когда-то жило счастье…

Малыш Тони с Виктором подошли к Марго одновременно с Маркусом. Сопровождавший того Роман немного отстал, но боль, которую он всё ещё испытывал, выдавали лишь слишком плотно сжатые губы и лёгкая испарина на лбу.

- Это были Лесные стражи. Они ушли отсюда на север, дальше по реке, больше суток назад. – Коротко объявил о своих выводах Маркус.

- Невозможно! – Виктор выразительно хлопнул себя по ляжкам. – Быть не может! Лесные стражи никогда бы не сотворили такое! Спалить целую деревню! Стражи не промышляют мародёрством и не убивают мирных жителей. Они лишь собирают дань за охрану от лесных тварей и прочей нечести.

- Именно! А здесь целая деревня оказалась полна нечисти. – Маркус небрежно пнул кончиком сапога плетёную фигурку, до того привлёкшую внимание Марго. – Стражи вычистили деревню и ушли дальше. И нам тоже пора двигаться, чтобы углубиться как можно дальше в лес до темноты. Вы закончили с лодками?

Малыш Тони и Виктор одновременно кивнули,

- И имперские следопыты не найдут! – гордо заявил Тони, закидывая внушительную котомку с припасами на плечо. – Выдвигаемся? Тогда разбирайте поклажу.

Марго досталась одна из складных палаток. Несмотря на устрашающие, на первый взгляд, габариты, торба оказалась довольно лёгкой и, накинув удобные лямки, Марго почти забыла о ней, шагая вверх по тропе, проходящей по склону холма, позади которого виднелся край леса. По мере приближения к двум уцелевшим домам, взгляду странников открывалось небольшое кладбище, нашедшее приют прямо за этими строениями. Многие из крестов и надгробий покосились, и выглядели изрядно побитыми временем. От небольшой деревянной церквушки, когда-то украшавшей кладбище, остались одни посеревшие от времени развалины.

- Мы могли бы остановиться на ночёвку здесь, а не тащиться в самый опасный лес в округе, на ночь глядя. – Проворчал Тони, разглядывая гостеприимно распахнутые весёленькие зелёные ставни, сияющих свежей побелкой домов.

- Ага, а очнулись бы посреди ночи с перегрызенными глотками! Дебил! – Фыркнул карлик. – Это ж деревня упырей, мать твою за ногу! Оттого стражи и пожгли здесь всё. Обереги эти – пустое! Ночью те, с кладбища, вылезают пожрать кровушки случайных путников…

Здоровяк нахмурился,

- Коли так, почему стражи не сожгли оставшиеся два дома?

- По кочену! – громко взоржал Виктор. – Чтобы учить таких слабоумных путников как ты! Знаешь поговорку «В лесу ты либо умный, либо мёртвый дурак»?

- Так тут не лес. – Глубокомысленно возразил гигант.

- Серьёзно?! О, мать моя женщина! – в отчаянии ударил себя по лбу карлик. – Шагай уже, Эйнштейн!

Неширокая тропинка, соскользнув со склона холма в берёзовую рощу, плавно превратилась в вполне удобную лесную тропу, шагать по которой, пусть и друг за другом, было удобно и довольно скоро. Путники успели отмахать не один километр, прежде чем стало всерьёз смеркаться.

- Устроимся на ночлег, когда совсем стемнеет. – Бросил спутникам Маркус,  не оборачиваясь.

И именно в этот момент они услышали первый крик. Долгий, полный страдания и отчаяния крик доносился откуда-то впереди и чуть справа, из густой лесной чащи.

- Что это? - Марго замерла, прислушавшись и через несколько секунд услышала новый крик.

- Похоже, нежить балует. – Неуверенно протянул Виктор.

- А вдруг кто-то попал в беду? – Не согласилась  девушка.

- Мы должны проверить, – уверенно поддержал её Роман.

…

Несмотря на здравое предположение Маркуса о засаде и предупреждение, что всё мероприятие может принять скверный оборот, Роман, а следом за ним и Марго решительно шагнули с тропы под густую тень деревьев. Крики не затихали, время от времени превращаясь в чуть слышные стоны. Кто-то отчаянно нуждался в помощи и почесав затылок, Малыш Тони, а за ним и Маркус, на пару с карликом, устремились в глубь леса.

 Не самым грациозным образом перебираясь через сплетение ветвей и поваленные стволы деревьев, Марго не выпускала из поля зрения спину Романа, и иногда оборачивалась назад, на поразительно легко преодолевающего любые препятствия Маркуса. Ну что за тип, мысленно сокрушалась девушка, ведь ничего в нём человеческого! Ни грамма сочувствия, ни капли сопереживания, исключительно холодный расчёт и бесконечная язвительность. О, язык этого господина острее его клинка! А вместо сердца – пламенный мотор, вспомнила она строчку песни и усмехнулась. Похоже, всё у этого красавчика исключительно механическое, а вместо душевных качеств – правила и принципы, главный среди которых – осторожность. Ну и зануда – вздохнула Марго и снова вслушалась в звуки вечернего леса, среди которых яркой доминантой звучал несмолкающий крик о помощи…

 Источник криков обнаружился довольно быстро. Не до конца потерявший краски света закат, позволил в деталях рассмотреть открывшуюся перед путниками картину. В центре широкой поляны, вытоптанной десятками людских ног и некоторым количеством конских копыт, возле раскиданного кострища, высился старый, но всё ещё крепкий дуб. Несмотря на живописную крону и внушительный ствол, привлёк внимание путников совсем не дуб, а существо, накрепко прикрученное к дереву многочисленными цепями и отчаянно вопящее.

- Чёрт меня подери! Перевёртыш! – крякнул Виктор, запустив пятерню в свою экзотическую шевелюру.

Марго это определение ничего не сказало. Она во все глаза разглядывала удивительного пленника, который, завидев путешественников, наконец-то заткнулся. Обнажённое, тощее тело, словно сплетённое из бесконечных мышц, навскидку не превышало роста Виктора, явно не дотягивая до размеров взрослого мужчины.
 Однако остороносое, узкое лицо существа, явно было мужским. Необычностью выделялись лишь  раскосые, сильно вытянутые к вискам глаза, цвета густого мёда с вертикальными зрачками, сильно напоминающими кошачьи. Длинные рыжие волосы, спутанные в грязноватые патлы, не позволили рассмотреть уши существа, однако Марго показалось, что в густой шевелюре чуть дернулись два острых, пушистых кончика.
 В свою очередь  странный персонаж тоже внимательно рассматривал своих гипотетических спасителей. Его стоны наконец сменились человеческой, вполне отчётливой речью, лишь слегка приправленной необычным акцентом.

- Наконец-то! Добрые господа! Благодарение лесным духам! Я уж думал, что так и подохну здесь…

Марго дернулась подойти ближе, но Маркус остановил её, перехватив за предплечье.

- Подожди…

- Чего ждать?! – В момент рассердившись на эту его бесконечную мнительность, девушка выдернула руку. – Он один, голый и прикован цепями!  Нам очевидно ничего не грозит! – Она уверенно двинулась к пленнику, на ходу вспоминая, сколько в её торбе хлеба.

- Нет, погоди, Маркус прав! – В пару шагов догнав девушку, Роман коснулся её плеча. Проигнорировать его движение, так же как и суровое выражение обычно теплых глаз, Марго не могла. – Не торопись! Это перевертыш – полузверь-получеловек, лесное отродье. Промышляют мелким воровством в деревнях, да обирая случайных путников.  В случае необходимости оборачиваются разным зверьём. У каждого перевёртыша свой аватар. Похоже, Лесные стражи изловили этого рыжего пройдоху несколько дней назад, рассчитывая получить плату за его поимку с жителей ближайшей деревни. Но там трофей оказался никому не нужен, в силу вполне понятных причин. Вот его и бросили…

- Бедняга. – Марго с содроганием бросила взгляд на дрожащего, грязного пленника, который напряжённо прислушивался  к их разговору. – Надо освободить его и накормить. Ты ведь голоден, эм…? – Она запнулась, не зная как обратиться к существу.

- Да, добрая госпожа! Ужасно голоден! Три дня во рту ни хлебной крошки, ни росинки не было! – жалостливо простонал полузверь, демонстративно гремя тяжёлыми оковами.

- Ни в коем случае! – Опередив движение Марго, Виктор первым оказался возле пленника. – Нельзя кормить эту тварь – привяжется навечно, потом не отделаешься! Видишь, сколько цепей – стражи не зря приковали это отродье. Не нам его и освобождать.

- Но он же погибнет! – Марго переводила взгляд на одного за другим своих спутников, читая на лицах одинаковую решимость. Нет, она не могла поверить в такую жестокость! Эти четверо здоровых мужиков не решались освободить одно, полумёртвое от голода и страданий живое существо. Невероятно!

- Мы поможем ему. – Произнес Маркус и Марго облегчённо выдохнула. Всё же он не совсем чудовище. Однако продолжение ей совсем не понравилось. Небрежно достав из за пазухи небольшой мешочек, чародей неспешно подошел к дереву с прикованным пленником. Присев на корточки в максимальной удалённости от полузверя, он что-то тихо прошептал на горсткой серебристого порошка, высыпанного на ладонь. Вот, отливающая лунным мерцанием пыль опустилась на звенья металлической цепи и та тоже отчётливо засветилась в том месте, где её коснулась волшебная субстанция.

 Легко поднявшись, Маркус отряхнул ладони и объявил,

- Ну вот, к завтрашнему вечеру ваш подопечный будет свободен, как ветер… А нам пора продолжить путь. Почти стемнело.

- К завтрашнему вечеру?! – Воскликнула Марго. – Да он успеет умереть от голода и жажды к тому времени!

- Я бы не волновался так сильно, на твоём месте. – Открыл рот Малыш Тони, заметно сдерживая зевоту. – Эти твари удивительно живучи. Ты не смотри, что тощий, глазом моргнуть не успеешь – обнесёт до нитки, да ещё и глотку перегрызет, если не поостережёшься. Мерзкие твари эти перевёртыши!

Для усиления эффекта своих слов, Малыш энергично сплюнул в сторону пленённого существа. 

- Я не уйду, пока мы не поможем ему! - Нахмурившись, Марго сложила руки на груди, демонстрируя непоколебимость. – Даже если для этого потребуется вся ночь!

Маркус покачал головой, засунув ладони поглубже в карманы.

- К сожалению, мы не можем тебе этого позволить…

В следующее мгновение его правая рука быстро скользнула наружу и, сделав перед лицом Марго неуловимо- плавное движение, зависла в воздухе. Слегка удивившись, девушка вдохнула аромат жимолости и чайной розы, а затем мир стал таять и растворяться перед её глазами…

Очнулась Марго сразу, будто выпорхнув из неглубокого сна, она распахнула глаза и обнаружила над собой бескрайнюю черноту ночного неба, усеянного чрезвычайно яркими созвездиями, ни одно из которых не было ей известно. Беглый взгляд выявил, что поляна, на которой она находится, совершенно ей не знакома. Марго оценила удобство, с которым была устроена – и в несколько раз сложенную куртку под головой, и лёгкое одеяло, прикрывающее её тело. Только вот всё это никак не искупало произвола, сотворенного с ней.

- Какого чёрта?! – Сердито скинув одеяло, поинтересовалась Марго у группы мужчин, сидевших у костра.

- О, отчухалась? – Радостно откликнулся Малыш Тони. – Хочешь чаю? Или, может, кусочек утки? Роман подстрелил.

Марго не хотела утки, она хотела взять этих четверых за ноги, перевернуть и хорошенько потрясти, слегка приложив головами о ближайшие деревья. Чтобы мозги данных придурков встали на место!  Вероятно, это её желание было явственно написано на лице Марго… А может её настроение выдали наэлектризованные, внезапно поднявшиеся вокруг её головы, на манер огненных змей, волосы. Как бы то ни было, спутники девушки со всей очевидностью поняли, что она не в настроении.

- Слушай, не кипятись, дорогая! – в примирительном жесте вскинул вверх ладони Виктор. - Марк не хотел тебе зла. Наоборот, он позаботился о тебе.

- Вырубить посреди леса, а потом, словно куль с мукой утащить куда заблагорассудится?! Это значит позаботился?! – Марго стиснула зубы, чувствуя, как ярость разгорается на кончиках пальцев. – Моя чувства, мои желания, моё мнение не имеют значения, я так понимаю?!

- Перевёртыш мог поранить тебя. – Поднялся с места Роман, принимая огонь злости Марго на себя. – Ты не знакома с повадками местных существ, поэтому относишься к многим вещам легкомысленно, не осознавая их реальной опасности. Перевёртыши не столь безобидны, как выглядят на первый взгляд. Они наполовину звери, а потому непредсказуемы. Пусть тебя не обманывает их внешний вид, под хрупкой оболочкой частенько скрывается недюжинная сила и яростная ненависть к людям. Один такой зверёк способен разорвать несколько обычных обывателей, если застанет их врасплох.

- И вы перестраховались, решив всё за меня? Испугались, что этот тщедушный бедолага внезапно набросится и сожрёт вас?!

- Могло случить что угодно. – Роман покачал головой. - Зверь непредсказуем… ты тоже. Маркус поступил в интересах всех нас. Не злись на него.

- О, я не злюсь! Вовсе нет! – Марго в сердцах пнула подвернувшийся под ногу камень, и он отлетел прямиком в костёр, подняв в воздух высокий сноп искр, заставивший мужчин дружно отшатнуться. – Надеюсь, утка вкусная?! Наслаждайтесь, пока этот доходяга умирает от голода там, в лесу!

Кипящее в груди возмущение выжигало все попытки взять себя в руки. Опустившись на ближайший поваленный ствол, Марго коснулась небольшого кустика черники, и он сразу вспыхнул. Огонь не разгорелся, потихоньку стихая и наблюдая за его угасанием Марго невнимательно слушала звуки леса, внезапно уловив среди них знакомый. Слух ведьмы был острее чем у обычных людей,  но девушка никогда не придавала этому особого значения. Знать, что болтают о тебе одноклассники, перешёптываясь на другой стороне класса, или о чём секретничают родители, запершись на кухне…

 О пользе этих сведений можно было поспорить, и Марго большей частью предпочитала игнорировать лишнюю информацию. «Меньше знаешь – лучше спишь» - частенько говорила мама. Но в этот раз обострённый слух сыграл ей на пользу. Так, во всяком случае, подумала ведьма, разобрав в какофонии звуков ночи, среди сонных вскриков птиц и шелеста ветвей,  едва различимый протяжный крик, вряд ли доступный уху простого человека. Ага, подумала Марго, а ушли то мы не так уж далеко! И принялась продумывать план…

Прошло немного времени, прежде чем её спутники стали укладываться спать. Дозорным остался Малыш Тони, и Марго поблагодарила небеса за маленькие радости. Будь на его месте Маркус, её план мог оказаться под угрозой. Но здоровяк, тихо дремавший у костра, не отличался внимательностью и чувствительностью к магии.

 Прикинувшись спящей, Марго неспешно концентрировала силы, оставшиеся после взрыва ярости. Словно наматывая их на незримое веретено, девушка неторопливо создавала невидимую ткань из которой должна была получиться славная мантия – невидимка. Вот она укрыла капюшоном голову, вот сотканная из энергии ткань окутала плечи, размывая их очертания... На всё про всё ушло минут пятнадцать. Осторожно выскользнув невидимой тенью из спального мешка, девушка с удовлетворением взглянула вниз – мешок послушно удерживал контуры тела девушки, подчинившись её приказу. Бездушная материя оказалась куда сговорчивее, чем люди.

 Марго тихонько подхватила с земли свою котомку – на дне ещё оставались сухарики и почти полная фляга с водой. Сойдет! Сунув котомку под невидимый плащ, Марго на цыпочках, неслышно скользнула за пределы освещённого костром круга.

Тропинку, ведущую на поляну с пленником, девушка нашла довольно легко. Полная луна, не омрачённая даже легкой дымкой, ярко озаряла спящий лес серебристым светом. Та самая поляна, возникла перед Марго внезапно, будто специально выскочив на встречу. Ещё издалека она расслышала неясное бормотание, перемежающееся возмущенными вскриками и редкими стонами. Иногда человеческий голос сменяло тихое подвывание, отдалённо похожее на волчье… Если это и заставляло Марго слегка замедлить шаги, то не намного. Решимость кипела в её крови, а решимость ведьмы, это не какая-то там безделица, скажу я вам…

Увидев друг друга, они оба замерли на несколько секунд. Зверь, очевидно, не ожидал нового визита девушки, а Марго просто внезапно осознала, что не знает, как вести себя со странным существом. Спутники в один голос твердили ей об опасности, она отмахивалась и вот  сейчас, здесь, она наедине с этим необычным созданием…

- Добрая госпожа?! – Первым прервал взаимное потрясение перевёртыш. – Вы вернулись?!

Уверенность вернулась к Марго вместе с взглядом в это жалкое, худое лицо, полное внезапной надежды.

- Тебе надо поесть и напиться. Разговоры потом. – Опустившись на корточки рядом с пленником, девушка деловито развязала котомку. На свет появились пара сухарей и фляга. Слегка смочив сухари водой, Марго разломила их на несколько частей и поднесла один ко рту существа.

Жёлтые глаза перевёртыша расширились в немом потрясении, а пара пушистых, лисьих ушей, теперь уже со всей очевидностью, встали торчком, вероятно выражая крайнюю степень удивления.

- Госпожа хочет накормить меня прямо из рук?!

- Эмм… - Немного растерялась Марго. – Тебя это как-то оскорбляет или ты брезгуешь? – Она мельком взглянула на свои пальцы. – Да, не очень чистые, но по- моему, в твоём положении, выбирать не приходится…

- Нет, нет, я не оскорблён! – быстро замотал тот небольшой головой. - Госпожа очень добра, но готова ли она принять последствия своих действий?

- Ну, - Девушка по-прежнему не очень понимала все эти внезапные реверансы, - Если потом ты не собираешься сожрать меня, то мы поладим.

Внимательно рассматривая её лицо в лунном свете, перевёртыш на секунду задумался, а затем неторопливо кивнул.

- Я согласен принять еду из твоих рук, о прекрасная…

- Маргарита, но все зовут меня Марго. – легко улыбнулась девушка.

- Моё имя будет странно звучать для твоих ушей. Но ты можешь звать меня просто – Лис.

- Отличное имя, надеюсь - мы подружимся. – Кивнула Марго, уже совсем потеряв насторожённость по отношению к новому знакомцу.

 Размоченные куски сухарей Лис проглотил жадно, почти не жуя. В несколько больших глотков приговорив содержимое фляги, полузверь удовлетворённо откинул голову назад, на ствол дуба. Марго неуверенно коснулась металлической цепи, удерживающей его тело.

- Железная?

- Только чистое железо способно пленить перевёртыша. – Пояснил Лис, сосредоточенно наблюдая за её манипуляциями.

Марго осторожно прошлась ладонью над местом, где осела магическая пыль с ладони Маркуса и явственно почувствовала хрупкость металла в этих звеньях.

- Обещаешь, не нападать на меня, если я освобожу тебя? – Подняла она взгляд на Лиса.

- Клянусь! Я не смог бы нанести вред моей госпоже, даже если бы захотел! – В янтарном взгляде Марго заметила очевидное, едва сдерживаемое нетерпение. Пальцы существа рефлекторно сжимались и разжимались, оставляя в мягкой земле глубокие борозды. Сколько дней перевёртыш провел здесь, прикованный к этому дереву, без надежды на спасение?
 Решив не тратить время попусту, Марго собрала остатки силы и направила её одним ударом в сочленения цепи ослабленные магией Маркуса. Железо жалобно звякнуло, на миг попытавшись удержать прежнюю форму, но вот уже растеклось небольшой серебристой лужицей, от которой Лис успел стремительно отдернуть руки. В момент скинув в поджарого тела остатки цепей, Лис распрямился во весь свой небольшой рост и Марго изумлённо вскрикнула,
- У тебя хвост!
- Ага! – повернувшись к девушке спиной, существо продемонстрировало роскошный, пушистый хвост, который мог бы стать истинным украшением любого из семейства кошачьих… или лисьих. – Видела бы ты его в лучшие дни! Впрочем, пару недель приличного питания и его будет не узнать…
Хвост! – мысленно повторила Марго, пытаясь ужиться с этой мыслью. Я спасла говорящего лиса, с хвостом и пушистыми ушами…
- Слушай, мне пора возвращаться назад. – Внезапно сообразила Марго, взглянув на слегка посветлевшее небо. – Мои спутники вряд ли обрадуются тебя, так что оставайся здесь. Не ходи за мной. Хорошо?
- Слово моей госпожи для меня – закон! – церемонно поклонился Лис, что, в силу его полной обнажённости, смотрелось довольно странно.
- Вот и отлично! - Девушка положила несколько сухарей на ближайший пень. - Это, если снова проголодаешься. – Она быстро сунула флягу  в котомку и мельком улыбнулась. – Надеюсь, когда – нибудь ещё увидимся.
- Не сомневаюсь, моя госпожа. – Лис растянул лицо в ответном оскале, долженствующем, по всей видимости, обозначать улыбку.
Марго ещё раз оглянулась на его замершую посреди поляны фигуру – великолепный хвост покачивался из стороны в сторону, золотистые глаза смотрели неотрывно. Марго неуверенно махнула на прощанье, её новый знакомый ответил зеркальным движением руки (лапы?), и девушка торопливо устремилась обратно по уже запомненной почти наизусть, тропе.
 Как Марго и рассчитывала, её исчезновение из лагеря прошло незамеченным. Её спутники по-прежнему спали. Предрассветная сонливость сморила и Малыша Тони, костёр почти погас. Во влажной рассветной серости лишь отдельные угли мерцали в последней агонии умирания, почти не давая света. Довольная своей вылазкой, Марго начала забираться в уже остывший спальный мешок, да так и застыла, ошарашено рассматривая фигуру, возникшую на ближайшем к ней краю поляны.
 Девочка была красива, странной, болезненной красотой. Тёмные, длинные волосы, укрывали худенькое тельце почти целиком, скрывая под своей россыпью простую белую рубаху. Бездонные, будто зачернённые до дыр фломастером, глаза, смотрели на девушку не мигая. Но привлёкли внимание Марго ноги ребенка. Босые, грязные, синюшные, от их вида болезненно сжалось сердце. Но в следующую секунду ужас вытеснил проснувшуюся было жалость. Девочка улыбнулась. В широко растянутых бледных губах, открывших два ряда мелких, острых зубов, не было ни капли веселья. Одна лишь вселенская жуть, ощутимо растекающаяся от фигуры ребёнка.
- Привет. Я пришла поиграть с тобой! – произнесло существо бесцветным шёпотом. – Ты ведь тоже любишь утят…
...
 А вот и Марго с новым другом