Последняя ученица некроманта

Замигали огоньки вспышек детских мобилок, и я, радостно улыбнувшись, коснулась зеркала. Стекло, как, и должно было, замерцало. В нем клубился «потусторонний туман». Правдоподобный получился у нас спецэффект. Эксперименты с тальком, мукой и красящим порошком снова не подвели.

– Волшебство – сбывается! – воскликнула я и запустила из ладони в воздух мерцающие блестки. Они взвились и замерцали в лучах софита, окутывая меня сияющим ореолом. Сейчас напарник включит светодиодные шары, и дети на самом деле увидят сказку. Ту, в которую хочется верить, особенно если на улице серый мрачный день и осень в самом разгаре.

Это мой четвертый квест за утро: каникулы. В маленьком городке осенью не так уж много развлечений. Программа «Тайны волшебного замка» – одно из них.

Только… стекло у меня под пальцами как-то вдруг нагрелось, и я не просто перестала его чувствовать. Я вдруг поняла, что моя рука в него спокойно себе входит!

Вот это ни себе фига!

Лёха мог бы и предупредить, что добыл такую крутую штуку! Нет, это определенно нужно доиграть до конца! Чтобы маленькие скептики свои гаджеты поубирали, открыли бы рты и хлопали ресницами. Потому что чудеса – возможны! Они с нами происходят каждый день!

Софит светил, дети за спиной у меня отчаянно все фотографировали, а я, на кураже и от обалдения, раскинула руки и произнесла наше «Магическое заклинание».

– Абра-Кадабра! – Воскликнула я, – Магия! Лети! Пусть всем будет радостно!

Роль доброй феи мне нравится. Иногда подбираются такие милые ребята на квест – добрые, внимательные, заинтересованные, которым просто хочется сделать что-то хорошее. Но особенно люблю, когда к нам на программу приходят хмурые маленькие скептики, с мрачными лицами. А выходят – со светлыми улыбками и новыми планами. Мы это умеем, это наша работа.

Я махнула детям и шагнула внутрь зеркала, ожидая восторженные крики из-за спины.

– Карабам… тадам!

В лицо мне метнулось что-то очень похожее на мое собственное отражение, но прошло насквозь, не оставив ни следа. Только холодок по спине.

– Что за…? – спросили из тьмы. И вообще стало как-то слишком тихо.

По сценарию, в этой «мрачной» комнате, в цепях должен был сидеть заколдованный волшебник – хранитель замка. Дети бы изучили подсказки, расколдовали бы его и получили свои призовые конфеты…

Ну и, праздник, фейерверк на башне, обмен впечатлениями и пожеланиями. Обычный квест.

Но что-то пошло не так. За час, пока мы проходили другие залы, кто-то поменял обстановку. В нашей финальной декорации теперь веяло сыростью склепа и места было куда больше чем должно.

А еще здесь было несколько скелетов, один из которых лежал на столе под голубой шелковой тряпицей в луче яркого зеленоватого света. И это совершенно точно был скелет, никаких сомнений. Тряпочка не давала шансов усомниться.

Только этот скелет, несмотря на отсутствие сухожилий и мышц, и вообще мозга, водил по воздуху костлявыми кистями. Туда-сюда. Жуть.

Над ним стоял мрачный тип в черном плаще и в данный момент пристально смотрел на меня. Я бы сказала, с яростью смотрел. И все его адепты тоже на меня смотрели.

В полной тишине.

Да, здесь были его «адепты» – ребята студенческого возраста. Только эти – с разным выражением. Кто-то едва сдерживал смех, кто-то откровенно ржал в кулак. Кто-то с отсутствующим видом водил взглядом по потолку. Потом по мне, потом снова по потолку.

Понимаю этого мрачного парня – «некроманта» – и не осуждаю. Меня бы тоже вскинуло, если бы кто-то ко мне на детский квест приперся в готском прикиде и со скелетом на плече.

– Простите, – сказала я и улыбнулась самой очаровательной из моих улыбок. – Нас не предупредили о вашем мероприятии. А где Алексей?

Девушка с русыми косичками, что сейчас стояла ближе всего к скелету, прыснула:

– Ой, Лана, умора. Ты где эти крылышки откопала? Серьезно? Фея?

Я ее знаю? Да, меня зовут Светланой, но только Ланой не зовет никто. Ланой только училка в начальной школе звала. Я ей нравилась, и она думала, что так ласковей, чем Света.

За то, что я у нее в фаворе (ах, какие чудные русые кудряшки), одноклассники меня терпеть не могли. Класса до шестого. Потом мы переехали и стало наплевать.

Но чтобы быть моей одноклассницей этой девушке слишком мало лет.

Так что, я – Света, и никак иначе.

– Да ладно, отстань, это ж Ланка, – хмыкнул парень с зеленой челкой. – Не трогай, а то взорвется.

– Ну да, опять три дня кабинет проветривать… Как глюки? – уточнил у меня тощий парень. У парня были круги под глазами и вообще он слегка сутулился, но язык у него был подвешен.

Кто-то еще что-то говорил, но…

Вот это уже было не смешно. Эти подростки вообще, что о себе думают? Впрочем… будем относиться, как к работе. Кстати, что-то коллега как-то не торопился их останавливать. Ну и где тут ночевала профессиональная этика? Придется отыгрывать роль, раз влезла в чужую сказку, а местный аниматор норовит слиться. Только злится очень натурально, даже ноздри породистого носа ходуном ходят.

– Я – фея Света! – улыбнулась я Некроманту. – Меня занесло порталом из другого мира…

Я нажала кнопочку на поясе и прозрачные, все в стразах, крылышки за моей спиной сделали «хлоп-хлоп».

Похожий квест мы устраивали в прошлом году, для детей двенадцать плюс, только без скелетов.

Мужчина вдруг, как будто что-то понял, покачал головой и сказал:

– Лана, если желаете остаться на практикуме, подойдите ближе. И все-таки постарайтесь посмотреть, как работают амулеты равновесия. Если нет – дверь открыта.

Он даже показал холеной рукой куда-то мне за спину. Я оглянулась, ожидая увидеть обратную сторону зеркала, через которое вошла, и моих обалдевших десятилеточек. Но…

Но если это не розыгрыш специально для меня, то я не знаю, что это. У меня за спиной примерно еще метров на десять продолжался этот мрачный зал. Который совершенно точно был учебной аудиторией. Уж парты-то трудно с чем-то спутать. Только окон не было, а сверху потолок… ну да. Заканчивался крестовыми сводами.

Вот же блин!

Я сделала шаг сначала к выходу… а потомподумала и вернулась. Выйти я всегда успею, а вот посмотреть на работу аниматора, работающего со взрослыми, будет полезно.

– Лана Шолль! – Вдруг грозно окликнул «преподаватель», – следите за юбками! Вы…

Я окинула глазами окружающее пространство и поняла, что действительно немного опростоволосилась: моя юбка немного совсем стерла пару линий в пентаграмме на полу.

Упс! Нет, надо было все-таки уйти искать своих и Лёху, чтоб ему намылить шею за такой розыгрыш.

Я отступила назад и услышала:

– Ку-уда? Стоять! Адептка Шолль! Дыра в защитном блоке по вашей вине! Давайте в круг! Заодно посмотрим, что там у вас с заклинаниями. Фея Света… ….!

П-правдоподобненько!

Но и мы не лыком шиты! Сейчас покажем класс в магии! Вот что-что, а создавать атмосферу я умею. Может, в актерскую профессию я не попала, но кое-чего из студенческой театральной жизни вынесла!

Я, гордо выпрямив спину, и приподняв фейские юбки, шагнула к скелету.

Тэээк. Вот тут как-то…

Просто я знаю, как выглядит настоящий человеческий череп, и этот точно был настоящим. Даже зуб у него был один выбит!

Я с сомнением посмотрела на «преподавателя». А он с не меньшим сомнением – на меня. Даже поморщился.

А симпатичный. Ямочка на подбородке. Глаза… светлые. Серо-голубые. Еще бы рожи не корчил и хоть немного подыграл.

А если он – маньяк? И этот скелет его предыдущая жертва? А я – следующая? Судя по всему, эти милые юноши и девушки не только не станут ему мешать в случае чего, но еще и радостно помогут!

Или безрадостно. Выглядели они как-то… скучно.

– Итак, простой призыв, – сказал он – вам надо хотя бы просто заставить этого скелета… ну, не сесть, так хоть пошевелиться. Впрочем, если с первого раза не получится, я вам покажу, в каком месте учебника интересующие вас заклинания.

Я кивнула. Играть так играть! Где-нибудь за стенкой оператор нажмет нужную кнопочку, и скелет шевельнется, всего дел-то!

– Начинайте, чего вы ждете? – усмехнулся «некромант» многообещающе.

– А? Ладно.

У меня на запястьях в костюм феи вшиты клизмочки с блестками. Из набора «Маленький доктор». Если стукнуть запястьями друг о друга, блесток будет много! А если над скелетом, то эффект получится, что надо!

– Ахалай-махалай! – стащила я заклинание у известного фокусника Акопяна, – Сим Салабим! Трах-тибидох!

Блестки взметнулись, заклубились. Воздух над скелетом позеленел и начал светиться. А потом скелет… сел.

Нет, реально.

Вот как будто он просто человек. Голубая тряпочка соскользнула с ребер, и он стал виден на просвет. Я даже руку сунула, ни секунды не задумываясь о этичности этого поступка. Как?! Ну как он это сделал?

Он же скелет?
__________________________________
Друзья, книга входит в ЛИТМОБ

Лана Шолль (Света)

Ректор. Ну типичный ректор!

Некромант

Свечение погасло. Скелет перевел взгляд с меня на «некроманта». Хотя, глазницы у него даже не светились. И кстати, зря! Пару бы лампочек, красных… диодных… нет, лучше зеленых… было б еще выразительнее.

– Ты классный! – сказала я скелету.

Скелет резко повернул ко мне голову и клацнул челюстью. Совсем близко! У самого пальца!

Я отпрыгнула с перепугу. В толпе «адептов» снова заржали.

– А теперь отпусти его! – вмиг напрягшимся голосом велел некромант.

Блин, дурдом какой-то! Ну, раз велено, отпустим!

– Эй, скелет! Я тебя отпускаю! Живи!

Я снова на него пыльцой! Для эффекта. А что, так веселее! Здесь все какое-то мрачновастенькое.

– Адептка Шолль! – тихим, но очень грозным голосом сказал «некромант». – Вы идиотка?

Да сам дурак! Мог и объяснить! Или устраивать активности на ком-нибудь другом!

Меж тем скелет бодренько вскочил, и… сделал несколько пробных движений к выходу. И что хотите делайте, а я не представляю, сколько может стоить такой робот. Это прямиком из Голливуда что-то…

Скелет присел.

Скелет расправил плечи и кисти. А потом подошел к парню с зеленой челкой и клацнул снова. Зубами. Стремительно. У самого его носа.

Парень отпрянул и сел на пол попой. Скелет же вдруг галантно протянул руку девушке с косичками, но она высоко взвизгнула и очень резво отступила за спину своего преподавателя. Который снова был в бешенстве и едва сдерживался, чтобы не заорать.

Вокруг нас со скелетом осталось большое пустое пространство. Тоже спрятаться? Это они сейчас отыгрывают, или вправду испугались? А что мне-то делать?

Преподаватель вдруг вскинул руку, с которой полетели к костяному возмутителю спокойствия светящиеся магические нити, опутали его, приподняли и притянули назад к столу.

– Упокойся, – сказал скелету преподаватель и коснулся его лба кончиками пальцев.

Скелет осыпался на стол некрасивой горой косточек.

– Я знаю, что с вами сделаю, адептка Шолль. Если вы надеетесь, что я больше не пущу вас на свои занятия – то напрасно. Напротив, мы станем встречаться еще немного чаще. А сейчас… занятие окончено. Группа, жду на полигоне через час. Вас, Шолль, тоже. Но остальные могут перекусить или отдохнуть. А вы. Вы здесь приберите. На дверях будут чары, они откроются, когда все косточки до последней окажутся в коробке. Где коробки – знаете.

Сказал, как выругался. Сноб и дурак!

А я стояла, смотрела на него и хлопала глазами. Это что, все на самом деле? И это вовсе не еще один квест-зал нашего «Волшебного замка», а совсем другое место. В которое я каким-то образом попала.

Хотя… каким. Понятно, каким. Через зеркало.

Или нет. Наверное, зеркало – это был уже бред. И я лежу где-то в больнице. Или даже уже не в больнице?

Брр. Лучше о таком не думать.

Не дождавшись от меня никакой реакции, «сноб и дурак» пожал плечами и ушел. Последним ушел – адепты разбежались раньше.

Я подошла к двери, подергала. Не соврал. Заперто! Трам-пам-пам! Прилетели-приехали!

И что теперь делать?

Ладно, вариант один. А пока буду прибираться, попробую осмыслить произошедшее. Если оно не глюк.

Только, что ща коробка и где ее брать?

Я села на крайнюю парту. Вообще, в легком фейском платье стало уже зябко. И ведь из теплых вещей – только та голубая тряпочка, что прикрывала скелета до моего появления.

Ладно. Возьмем за истину, что меня куда-то занесло… хотя, не хотелось бы. Кстааати! А чего все по-русски говорят? Это вот аргумент в пользу розыгрыша или глюков. Но зато все остальное…

– Знаешь, скелет, – сказала я, – как-то у вас тут угрюмо. Слушай, а давай правда тебе в глаза как-то диоды красные воткнем… или зеленые? Какие тебе больше нравятся? Будешь ходить-светить. Я б тебе еще и костюм какой-нибудь придумала… только твой некромант тебя немного поломал. А жаль. По-моему, ты веселый…

Ну да, если мир сошел с ума, чего бы это мне немного с ума не посходить? С моей работой, говорят, это почти норма…

Но в этот момент скелет вдруг зашевелился. Все-все его косточки зашевелились и довольно быстро собрались обратно в скелета.

Он снова сел, кстати, довольно органично и легко. И принялся болтать ногами. Клац-клац костями по деревянному боку стола.

– Девочка, а ты часом не некромантка? Так мило с твоей стороны было меня вернуть! О, прости старика! Совершенно забыл об этикете! Берталан Стабба, бывший преподаватель этой самой академии. И родной дед, так сказать… того рокового красавца с премерзким характером, который меня сейчас чуть не упокоил!

– Ой! Простите! Так вы преподаватель? А почему ваш внук велел вас прибрать? Вы с ним не ладите?

– Деточка, Миша – славный мальчик во всем, кроме общения с людьми. Ну, ты же его знаешь, раз здесь учишься?

– Миша? – удивилась я. Меньше всего имя Миша подходило этому мрачному злобному вредному бессовестному некроманту. Который еще и дедушку в коробке держит. Миша – это кто-то добрый, как плюшевый мишка. Может даже толстенький. – простите, но я здесь не учусь. Меня сюда случайно как-то занесло. Я даже не очень понимаю как. Просто провалилась в зеркало, и…

– Внука моего зовут Михай. Михай Стабба. И он – один из лучших некромантов. Так что, запоминай, попаданочка. Тебе с ним, видимо придется встречаться еще не раз. Какое счастье, что боги услышали мои молитвы! То-то я смотрю, магия у тебя другая! И силенки есть!

– Вы что-то об этом знаете? – насторожилась я. Вдруг есть шанс вернуться? Не то чтобы я сильно торопилась. Но в случае, если верен вариант с реанимацией, наверное, торопиться все же следовало.

– Ой, ну это скучно, неинтересно, программа первого курса, первого семестра. Зеркальный переход… явление редкое, но описанное в практике… да чего тебе переживать, назад все равно никак! Это всегда в одну сторону работает! И один раз! Ты лучше вод что скажи. Эта твоя магия – сим салабим… что там дальше? Она долго работает? Насколько ее хватит?

– Понятия не имею! А что?

Скелет оказался интересным собеседником. Можно представить, что болтаю там… действительно с каким-нибудь дедушкой. Где-нибудь в парке. Ну вот подсел ко мне дедушка и мы болтаем. Главное не оборачиваться, а то у него же челюсть…

Кстати, вполне приличная челюсть. Всего одного зуба нет. Не вставная! Я об этом сказала деду Берталану и он как будто даже закашлялся (как? При отсутствии легких, как это возможно?)

– Деточка, это же не мой скелет! Просто одно из учебных э… пособий. Три года я пытался как-то достучаться до внука! И три года не выходило: уж больно хорошие щиты ставит, паршивец! Сам его научил! А тут, смотрю – дырка в пентаграмме! Стер кто-то ненароком. Ай, думаю! Была не была! И… в скелета. Вообще-то я за три года во что только не вселялся. Только как правило это что-то все равно не пригодно чтоб произносить слова. Скелет-то для этого не очень подходит. Но у тебя очень крепкая магия! Хорошая! Ты меня и так слышишь! Так что там с салабимом?

– Ну… понимаете. Я думала, что это квест. И просто произнесла, что попало. Подыграть, понимаете?

– Нет. Это как-то связано с шулерством? У нас в Академии это запрещено!

Я рассмеялась:

– Нет же! Я детский аниматор! Устраиваю праздники, загадки загадываю… смешу.

– А, ну все-таки, почти некромантка, значит. Мы тоже – мертвых поднимаем, детей современных – смешим… что-то я разворчался, старый хрыч. Давай, и вправду, пойдем отсюда!

– Ммм… Берталан… а заперто же! И пока не приберусь, он сказал, не смогу выйти!

– Ерунда. Это мое авторское заклинание! Пройдем, не бойся!

И действительно. Скелет немного повозился у замка, и картинно распахнул двери:

– Все, можем гулять!

– А как же коробка?

Дурацкий вопрос, конечно! Берталан не собирался в коробку. Нет!

– Так, деточка. Я-то представился, а ты – нет. Итак?

– Света, – улыбнулась я.

– Свобода, Света! Твое заклинание получилось очень убедительным.

Оказывается, аудитория, в которой мы только что были, находилась в подвале. Вот откуда сырость и запахи! За дверью начиналась лестница, ведущая вверх.

Уже в самом верху нам встретился юноша в сером длинном плаще поверх такой же серой формы с черной эмблемой академии на груди.

Мрачновато… но похоже, в академии некромантити это норма. Дурацкая, если честно, норма! В унылой серости ничего хорошего.

– Погоди-ка, сказал дед Берталан, и довольно резво догнал юношу, чтобы громко клацнуть челюстью у него над ухом.

Парень вздрогнул и обернулся… и наткнулся на широчайшую неполнозубую улыбку скелета.

Но надо отдать должное, не подпрыгнул. Только учебники плотнее к груди прижал.

Берталан разочарованно вернулся ко мне и пояснил:

– В моем незавидном положении нужно радоваться даже таким вот простым и незатейливым развлечениям. Эх, хороший у тебя салабим! Ладно. Спрячь меня куда-нибудь от профессоров, и беги на полигон.  Внучок терпеть не может, когда опаздывают!

– Так, а куда? Я же ничего не знаю здесь… – растерялась я.

Берталан покачал костяной головой:

– Ой, горе мое! Пошли, покажу дорогу. Заодно и поговорим. О самом главном!

– О чем?

– Так об убийстве! Страшном, циничном, коварном убийстве. Крови было! Ужас! А какие заклинания стояли! Пять некромантов пытались расплести и не смогли! Жуть!

У меня снова по спине пробежал холодок. Что называется, приплыли второй раз!

– А кого убили-то, дедушка Берталан?

Про дедушку у меня вырвалось непроизвольно, но скелету понравилось:

– Вот, так меня и зови! Самое то! О, боги, какое счастье-то опять ногами по земле ходить! Я ж теперь смогу и в руки чего-нибудь взять! И писать смогу!...

– Дедушка Бертала-ан!

– А, да. Кого убили! Так меня и убили. Три года прошло! Я ж о чем тебе и толкую!

Почему-то мы шли по коридору, в котором других людей не было, и это некоторое время казалось мне подозрительным, а потом я решила пока об этом не думать, и стало легче.

Надо как-то найти способ вернуться домой. Или просто в сознание? Там у меня, вполне себе успешной дамы с неоконченным высшим, есть своя однушка в хрущовке на первом этаже, с видом на березовую рощу. Успешный, или вернее, переменно-успешный бизнес. Напарник Леха и оплачена аренда пяти залов «Волшебного замка» до конца квартала. Кстати, квесты расписаны до конца недели. И завтра еще какой-то садик из района группу привезет…

Скелет-Берталан пока молча топал вперед, совершенно уверенный, что все идет по плану.

Нет, ну вот всякой мистической ерунды я обычно опасаюсь. Не люблю ее. Но сейчас бояться уже поздно. Хотя, адреналинчик схлынул, и как-то стало тревожно. И неуютно.

Да блин! Я непонятно где, одна, без вещей. Рядом ходячий мертвец и, наверное, я еще жива только чудом. Но я влетела сюда на кураже и эмоциях. Со мной это бывает: если вошла в роль и меня понесло, то очень сложно обратно в мир обычных вещей и людей. Быть доброй феей работа трудная, но интересная. У меня для каждой группы – всего два-три часа, за которые нужно узнать каждого, найти к каждому подход и рецепт. И подарить ему тот успех и то признание, которое его сердцу нужней всего. И еще не выйти из роли. Впрочем, мне кажется, я иногда в этой роли через чур долго бываю.

Хотя, еще не дошла до того, чтобы ходить по улицам в платье с крылышками, как так и надо.

Ладно, было один раз! Я очень спешила и не стала переодеваться. В итоге, опоздала: человек пять попросили с ними сфотографироваться.

– Берталан, – окликнула я некромантского дедушку. – А вы не знаете, как-то можно мне – домой? В мой мир. Вернуться? Может, есть какое-то зеркало? Или магия? Хоть что-нибудь!

Скелет обернулся ко мне и грозно щелкнул челюстью.

Но я не отреагировала: после всего, что уже случилось, да пусть щелкает в свое удовольствие!

Берталан задумчиво покачался с пятки на носок – сразу показался мне очень непрочным. И вдруг сказал хорошо поставленным менторским голосом:

– Моя дорогая адептка! Зеркала всегда сами решают, кого и куда им привести. Если ­человек прошел сквозь зеркало, значит именно он и именно сейчас нужен в другом месте! То есть, в нашем случае, здесь! В Академии Шомора! Самой древней, самой знаменитой и самой…

Я посмотрела вокруг. Древние холодные камни, никаких окон… патина, паутина, влажные пятна у потолка. Самой безнадежно? Самой мрачной, самой унылой? Он же это хотел сказать?

– …самой красивой из всех высших школ Валахора. Валахор – это наша столица. Это так, для общего развития, до нее отсюда три часа в экипаже трястись. Как же у меня от этой тряски болел копчик! Просто ужас! Так вот. Из стен Шоморы вышло больше всего великих магов и ученых. Да что там, я сам горжусь, что учился именно здесь! Так вот. Если зеркало тебя сюда привело, значит, сам этот мир нуждается в тебе или твоей магии. И я даже знаю, с чего тебе следует начать! Не зря же я обрел речь и возможность ходить ногами по земле именно благодаря тебе и твоему салабиму!

– И с чего же? – Насторожилась я. Спокойно, Светик! Спокушечки! Относись к этому, как к вводной для квеста. Ну вот, допустим, ты в виртуальных очках в какой-то продвинутой системе. И все это – иллюзия! А рядом ходит аниматор и изображает скелета…

Стало чуть легче. Да! Просто квест! Пройдем, не в первый раз! И сделаем это красиво!

Только бы призом оказался выход из реанимации… и желательно, в ту сторону, которая не кладбище.
____________________
Друзья, спешу напомнить, что вы можете 
Просто ТЫЦ по картинке!

– Я ждал этого вопроса! Так вот. Три года назад меня убили. Я, разумеется, не помню, как это случилось, но знаю, что наверняка это было жуткое и душераздирающее зрелище. Мой внук тогда еще боролся со злом в столице. Он у меня, вообще-то раньше блистал в столице, был сыщиком! Известным сыщиком, одним из лучших. Но ты знаешь, он до сих пор, кажется, себя винит в моей смерти. Да-да, он думает, что живи он здесь, в Академии, то смог бы все это предотвратить. Из столицы, конечно приезжал какой-то следователь, но он написал – ах, старик умер от сердечного приступа! Как я мог умереть от банального сердечного приступа? Нет. Меня убили.

– Это очень печально, – осторожно сказала я.

Только, я-то здесь при чем?

– Это невероятно печально! И я думаю, ты здесь для того, чтобы найти моего убийцу! Очевидно, моя смерть для вселенной оказалась таким огромным потрясением, что зеркала решили эту миссию достойной прихода в мир новой магии! Вот, я это так вижу!

– Берталан… а… ммм… я не следователь! Может, стоит все это рассказать вашему внуку?

– Может и стоит! Но за три года он ничегошечки не сделал… а мог! И даже без моих подсказок… кстати. Подсказки. Может, и действительно оставить для него несколько подсказок?

– Может быть, стоит просто прийти и с ним поговорить?

– Такая ты!.. Он во-первых, все время под щитами, как к нему подойти-то? Во-вторых, он же, как только поймет, что я не просто тупой скелет, он же меня развеет! Без разговоров! Он у меня мальчик решительный. А развеивание - это последнее, чего я хочу.

– Хорошо. Давай, я с ним поговорю.

– Отличная идея! Поговори, милая! Поговори! Вот, кстати, и пришли. Дальше давай сама! А то меня увидят – конфуз получится. А конфуз – это последнее, что сейчас нужно нам с внуком!

Передо мной была дверь. Массивная, деревянная. Сразу видно, настоящая. У нас в «Волшебном замке» все двери были просто обклеены декоративной пленкой «под старое дерево».

Дверь вывела меня наружу – в блеклый и мокрый старый сад в тени мощной и угрюмой крепостной стены. Еще и тучи надо мной клубились, темные и грозные. Сразу же стало холодно! В фейском платье по октябрю гулять холодновато. А тут – очевидный октябрь. Бррр!

Вернуться? Я обернулась и обнаружила ровненькую каменную кладку за спиной. Никаких дверей! Что-то мой Берталан знает про пространственные переходы! Просто рассказывать не захотел!

Ух, встречу, по-другому расспрошу!

Ладно, а дальше-то куда?

Я огляделась и почти сразу увидела дорожку вокруг квадратной башни, у которой я и стояла. Ну… вариантов мало. Я побежала по дорожке бегом – чисто, чтоб не мерзнуть. И оказалось, что логика не подвела. За башней простиралось большое пустынное и каменистое поле под серыми тучами и на нем, под единственным сухим деревом переминались те же самые студенты, только в теплых куртках поверх их унылой серой формы.

Нет, определенно, выглядит, как вызов. Или как очень-очень продвинутый квест…

Помним про квест. Это квест-квест-квест…

Челюсть потихоньку начала дрожать и клацать почти как у Берталана. Что нам надо? Узнать про смерть дедушки? Ну, прямо сейчас спросить не получится, но после занятия…

Я исподтишка осматривала студентов. И результат осмотра мне не нравился. Какие-то они все были… как будто с налетом пепла. Не только на одежде, но и на коже. Серьезные лица… оживают, только когда бросают взгляды на меня. Но не потому что я всем дарю радость, как добрая фея, а как на обезьяну с гранатой. Непонятно, когда рванет и кому достанется.

Нет, с этим определенно надо что-то делать! Вот, дедушка Берталан сказал, что ему мой, то есть, акопяновский, сим-салабим помог. Значит, есть вариант немного их всех тут растормошить. Ну не могут же люди быть так увлечены некромантией, что сами готовы стать зомбями.

К тому же, это квест. И надо относиться к происходящему, как к весту!

Профессор держал в руке что-то, больше всего похожее на засушенный палец и что-то объяснял. Значит, увлечен, и не заметит…

Нужно что-то совсем невинное. Но яркое и забавное. Раз уж магия в этом квесте есть, и раз уж она у меня один раз сработала, то сработает и во второй. Ну, если даже не сработает, никто же не заметит?

Итак, пускай дерево ммм… расцветет? Нет, пусть на нем вырастет яблоко. Одно. Но большое. Прямо над профессором. Созреет и свалится, как Ньютону, на макушку…

Очень уж хотелось сбить пафос и с преподавателя, и вообще.

В блеклом мире жить – блекло!

Я попробовала вспомнить свои ощущения, приведшие к «поднятию» скелета, даже дыхание задержала. Я даже четко представила яблоко нужных размеров. И представила, как оно покачивается на стебельке, готовое упасть… но тщетно. Я блока на ветке не появилось.

Зато профессор вдруг прервал себя на середине фразы и вдруг заорал:

– Всем лежать! Шоооль! Лежать, я сказал.

Я обернулась, и даже успела его увидеть – огромное, с три меня яблоко висело прямо в воздухе. Красное и блестящее! Не яблоко, а мечта Ефима Честнякова!

Но голос у преподавателя был таким, что я все же ухнула в жидкую осеннюю траву, вслед за остальными студентами.

Воздух наполнился не то стрекотом, не то это была вибрация… Бабах!

Мне на спину вдруг упало что-то тяжелое и мокрое! Да что ж такое-то! Только согрелась, называется!

Конечно же, преподавательское заклинание тут же перестало работать.

Пахло яблоками, яблочным соком, яблочной гнильцой…

Я заподозрила, что упал на меня кусок того самого яблока. Хорошо, что не оно все целиком! Быть погребенной под собственным творением – это удел великих! А я пока еще не великая. То есть, совсем не…

– Адептка Шолль! – рявкнул преподаватель. – Объяснитесь!

Я осторожно вылезла из-под яблока. Сок и куски мякоти потекли по фейскому платью. Жаль, оно хорошее было! Совсем недавно только мне сшила подруга. На «Озоне» такое не купишь.

– Что это было?

– Профессор, вы еще не привыкли? – поднял брови парень с зеленой челкой, Мируш. – Это ж Лана. Я вообще удивляюсь, что еще утром ничего не взорвала и не сломала! Хотя, со скелетом тоже эпично было!

До преподавателя брызги «щедрого яблока» не долетели, и он один остался безупречен в нашей мокрой яблочной толпе.

– Хорошо, что это всего лишь яблоко, от него хоть пахнет приятно, а не как в прошлый раз…

– Шолль! Чего молчите?

– Я надеялась, что будет весело! – задрала я подбородок.

– Нам весело, – с каменным лицом сказал преподаватель. Вот… здесь. Вот на этот камень. Встаньте. И слушайте. Я окружу вас несколькими щитами. Попробуете что-то еще взорвать, вам же будет хуже.

…когда лекция закончилась, чары спали сами собой.

И я, наконец, смогла пошевелиться. Заклинание некроманта не то чтобы связывало, просто каждое шевеление пробуждало вокруг меня какие-то тени. У теней были горящие глаза и острые зубы, и я была уверена. Дернусь – откусят тот орган, который дернулся…

– Все свободны до завтра, – улыбнулся профессор. – Шолль идет со мной. Мое терпение кончилось!

Он сделал несколько быстрых шагов к дорожке. Потом обернулся:

– Долго вас ждать?

Пронизывающий ветер снова заставил меня вздрогнуть.

– Д-да, сейчас! Я ид-ду. Уж-ж-же.

И вот я снова топаю, едва поспевая за шагами молчаливого мага. Это у них Берталаном общее.

– К-куда мы? – решилась я спросить, когда мы все же вошли в академию, но не останавливаясь, помчались куда-то по коридорам, мимо дверей, колонн, темных ниш. Мимо преподавателей и студентов. Быстро! Я же так дорогу не запомню! И ничего разглядеть не успею!

Он чуть замедлил шаги:

– В некромантское крыло.

– Зачем?

Он только покачал головой. Сжав челюсть и играя желваками.

– Потому что с момента нашего свами знакомства, – медленно и тихо, без всякой угрозы сказал он, – вы заняты только тем, что демонстрируете, насколько вам неинтересна учеба. Что вы здесь – только по приказу отца. Что у вас другие планы на жизнь. Где вы этот клоунский костюм-то нашли! Еще бы нос накладной прицепили! И щеки намалевали!

О! В следующий раз так и сделаю!

Или не сделаю. Нет, пожалуй, я все-таки сначала попробую хоть вводные узнать. Но сейчас он слишком зол, чтобы меня выслушать. Вот если б орал и махал руками – тогда б я не задумываясь рассказала ему про дедушку. Но сейчас как-то… даже стыдно стало немного за устроенный переполох. Это как если б ко мне на квест кто-то принес свою хлопушку и устроил переполох в самый ответственный момент.

– Извините! – развела я руками. – Я не хотела его взрывать…

Только уронить вам на голову!..

– Не важно. Чтобы вас изолировать и дать возможность подумать. А так же, чтобы вы принесли хоть какую-то пользу. Идемте! Вот сюда!

Он распахнул первую же в ряду дверь.

– Это старая лаборатория филактериев. Ваша работа – навести здесь порядок. Действующих артефактов здесь нет, так что навредить вы ничему не сможете. Ваша задача – выкинуть хлам, нужные предметы расставить в шкафы. Незнакомые вам предметы сложить вот… ну хоть вот в эту коробку. Все здесь вымыть и вычистить. Любым способом! Но каждое разбитое стекло, сломанный стул, взорванный кристалл – плюс один день к уборке! Это понятно?

– А как же занятия? – тихо спросила я.

– А занятия прогуливать нельзя! И задания выполнять – нужно! Все понятно?

Я кивнула, но тут в «старую лабораторию филактериев», что бы это ни значило, вошел еще один человек. Прокашлялся и бархатным голосом заметил:

– Мастер Михай , вы слишком суровы. В чем опять провинилась перед вами эта милая шалунья?

Ох и голос! С таким голосом нужно работать радиоведущим. Нет, актером озвучки. Озвучивать героев-любовников…

Я метнула на незнакомца взгляд. Ох ты! И внешность соответствует голосу! Слегка тронутые сединой уложены в аккуратную прическу, внимательные зеленые глаза смотрят на меня с сочувствием, даже с нежностью. На губах мягкая, но уверенная улыбка. Так и хочется крикнуть: «Да, да! Меня тут обижают! Спасите! Прошу защиты».

Щеки слегка не бриты, но это преднамеренная щетина. Костюм вроде бы тоже не яркий, но ткань поблескивает шитьем, а белоснежный шейный платок заколот булавкой с сапфирами.

– Магистр! – вежливо склонился в поклоне некромант. – Мы вас побеспокоили?

– Все хорошо, но мне интересны причины столь сурового обхождения.

– Магистр Златеску, адептка Шолль, как вы знаете, довольно часто совершает поступки, которые мешают учебному процессу, отвлекают, не дают работать другим адептам. Но оставлять подобное поведение без внимания недальновидно. Особенно если учесть, что сегодняшний проступок мог навредить здоровью кого-то из ребят. И к слову, я не считаю это таким уж серьезным наказанием.

– Так что же вы сделали, юная проказница?

Юная проказница? Мне так-то двыадцать три года, и у меня диплом… или нет? А… а я здесь – точно я? Или, как и положено по сценарию квеста, я в чьей-то роли и у меня совсем другая внешность?

Да ерунда. Меня же все считают местной. Ланой. Ничего не понимаю! Мне нужно зеркало! Мне очень срочно нужно зеркало!

– Я… взорвала яблоко! – покаянно сказала я. – Но я не знала, что оно взорвется!

Некромант устало покачал головой, а ректор – с заботливой улыбкой меня пожурил:

– Моя дорогая, мы уже с вами говорили, что подобные вещи не приемлемы в академии. Надо быть внимательней и осторожней. Да? Согласны?

– Я обещаю, что буду впредь намного осторожней!

Боже! Здесь есть человек, которому можно доверять! Который не накинется сразу с обвинениями, а выслушает и поможет!

– Вот и отлично. Мастер Стабба, думаю, на этом адептку можно и отпустить. Да, Лана?

– Нет, магистр. В данный момент адептка выполняет мое поручение, которое связано с ее учебными задачами. В части, касающейся обучения адептов некромантии, они полностью подчиняются мне. Так что…

– Ох вы и суровы, мастер. И все же, рекомендую вам выбрать более мягкое наказание. В конце концов, это было всего лишь яблоко.

Некромант снова поклонился, а ректор улыбнулся нам обоим с профессиональной искренностью дипломата. И я, наконец, смогла выдохнуть. Ну ничего себе. Вот это ректор! Таких в реальной жизни не бывает…

– Что же, адептка Шолль. Ректор вам благоволит, можете идти.

– Профессор, – сказала я, все еще находясь под впечатлением от ректора. – а если я сама хочу. Здесь правда нужна приборка.

Он одарил меня взглядом полным сомнения и покачал головой:

– Шолль, здесь нет ничего, что можно было бы испортить или уничтожить.

– Я да. Я поняла.

Мне просто нужно чем-то занять руки и голову. Чтобы и то и другое начало соображать и приносить пользу. А уборка меня еще со студенческих времен успокаивает лучше снотворного.

– В таком случае, вам все же стоит переодеться. Возвращайтесь через час. Как раз успеете и переодеться, и перекусить.

Да, точно. Фейское платье для уборки не годится. Если честно, оно уже ни для чего не годится. Ну, во всяком случае, до стирки или основательной чистки. Только, во что переодеваться-то? И чем перекусывать? Если честно, есть уже хотелось, и не слабо.

Пока я размышляла, некромант ушел. Опять просто отвернулся и ушел!

– Ку-ку! – раздалось за спиной. – Как твои дела, адептка из другого мира? Поговорила обо мне с внучком моим?

– Берталан! Ух, вы меня напугали!

Скелет выглянул из-за гардины, закрывавшей часть аудитории возле доски.

– О! Как приятно это слышать! Благодарю за комплимент!

– Это не комплимент. Я вот… получила еще одно наказание.  Но теперь не знаю, как быть: ваш внук велел переодеться. А…

– О! Он прав. Эту красоту нужно приберечь! Так что же ты стоишь? Беги, переодевайся!

– А куда бежать-то?

– К себе в комнату, конечно. Ах, я балда! Конечно! Ты же не знаешь, где твоя комната! Мммм… Но я тоже этого не знаю! Впрочем, есть одна мысль. Я знаю, где здесь студенческие спальни. Сейчас расскажу, куда идти. А там уж, найди кого-то из однокурсников и как-нибудь замани к себе в комнату. Они-то точно знают, какая комната чья!

Идея была хорошая. И как оказалось, почти рабочая:

За одним исключением. Никто из студентов добровольно в мою комнату идти не пожелал. Впрочем, я ее и так определила. Это была единственная дверь, на которой вместо таблички с именем был прикреплен кривенький рисунок, изображающий паутину. А рядом – розовая надпись маркером – «Королева пауков!».

Итак, я неведомым для меня способом стала королевой пауков. Что называется, «Приплыли!».

Дверь открылась от одного моего прикосновения – магия!

Иначе, представляю, как ржали б другие адепты наблюдая за моими мучениями. Ну что же, здравствуй, Лана, королева пауков. Давай знакомиться!

 __________________

Друзья, приветствую!
Приглашаю вас в БЕСПЛАТНУЮ новинку Симы Гольдман и Элис Фрост 18+

Отчим и его любовница захватили мое наследство и теперь хотят отдать меня замуж за Красного Дракона, известного всем своей жестокостью. Я бегу, чтобы спастись от уготованной участи, но попадаю в плен очаровательного незнакомца, с которым провожу одну единственную ночь.

Надеюсь, что порченый товар не пользуется спросом, но как оказалось у Судьбы иные планы.

Каково мое удивление, когда жених продолжает требовать свою испорченную невесту, а у алтаря я встречаю того самого, кто забрал с собой мое сердце всего за одну ночь?

Комнатка у Ланы была маленькая, наверное, у всех здесь такие! Зато своя, отдельная. И она говорила о многом. Вероятней всего мы с Ланой в чем-то были схожи – например, в умении навести бардак. У меня дома тоже… не лучше. А что, ко мне никто не ходит, я там тоже прибегаю только поспать.

Но на меня хоть изредка, но демон приборки снисходит. А здесь про существование этого демона никто и не слыхивал.

На столике у кровати стояли туфли. Черные туфли на каблуке, почти такие, к каким я привыкла.

На самой кровати лежала одежда. Горой – юбки, платья… что-то еще. Форменный джемпер я узнала сразу. Он-то лежал сверху, весь изрезанный ножницами. Просто-таки в хлам! Ой, не к добру!

На полу – осколки какой-то посуды, на подоконнике – сумка типа «саквояж», открытая. Из нее тоже что-то торчит. В прихожей, под зеркалом, засохший бутерброд и дохлый жук. На крючках для одежды – что-то, наверное, магическое – какие-то палочки на веревочках, тряпочки с символами… лучше не трогать.

Да уж, приборку-то стоило бы начать отсюда. Но я уже пообещала.

И надо было бы быстрей переодеваться и бежать, но…

Но я увидела зеркало.

И зависла.

Нет, в зеркале определенно была я – никаких сомнений, точно я! Даже родинка над бровью на месте.

Но как будто бы немного все равно другая. Или это костюм так искажает восприятие? Как будто бы мне стало немного меньше лет, щеки выглядят более круглыми и «детскими»… ох и натерпелась я из-за этих самых щек в начальной школе! Половина знакомых взрослых просто целью имели меня за них ущипнуть…

Нет.

Все-таки, я, и шрам на руке, повыше локтя – мой. Это я гвоздем порезалась, когда мы через забор лезли… в детстве, давно. И волосы мои – светлые и волнистые. Сейчас – сильно растрепанные и с кусочками яблок.

Да и платье. Оно уникальное, ни у кого такого больше нет. Так что, тут хотя бы можно успокоиться. А что до ректора…

Мы же договорились! Это квест! Значит, у него так написано в роли!

Я закопалась в вещи на кровати, и вскоре стало понятно, что изрезаны они все. Что-то больше, что-то меньше, но совершенно точно, такое носить нельзя.

В шкафу нашелся ящик с книжками. Судя по обложкам – с любовными романами.

Под ним – еще она сумка. Я ее с трудом вытащила, и обнаружила учебники. Новенькие, гладко блестящие свежей тисненой кожей. У двух даже страницы были еще не разрезаны. Да, похоже, Лане учиться не нравилось! Ну, не удивительно. В таком-то мрачном окружении.

Уцелевшую одежду я нашла в саквояже: длинную шерстяную юбку, серую рубашку с нашитой на рукав стилизованной буквой «Ш», черные гольфы. Жуть! А ведь завтра встанет проблема белья!

Одежда мне подошла и сидела очень даже неплохо… Только жаль, нет в ней ни единого яркого пятнышка. У некромантов, похоже, это важная часть жизни. И традиций!

Час прошел незаметно, и я едва не прозевала нужное время. Хорошо, что у Ланы были настенные часы! Плохо, что они валялись на шкафу, вместе со старыми бусами и облупленным маленьким котелком.

Я вернулась в лабораторию. Хорошо, все же, что я прекрасно умею запоминать маршруты в темных пустых помещениях. А тут был даже свет, и можно было у кого-то спросить дорогу. Правда, с моего пути народ как-то быстро исчезал. Видимо, репутация Королевы Пауков бежала впереди меня. Еще бы понять, что это за репутация.

Лаборатория меня встретила весьма красноречивой инсталляцией на полу у входа – тряпки, ведра, швабры, совки, чистящие средства, черные технические перчатки. Мои новые орудия труда.

И как они прекрасно сочетаются с новой формой! Просто идеально.

Ну что… приступим? Сначала давай-ка стряхнем везде пыль. Шторы, кстати, неплохо бы постирать. Или это здесь тоже делают магией? Эх, понять бы, как…

Вчера под деревом яблоко у меня получилось, конечно (а это и была магия, да?) но оно получилось не там, где надо, не того размера и не с тем эффектом. Как это вышло, не знаю, но экспериментировать с ней все-таки, наверное, лучше на улице.

Хоть там и холодрыга.

Пылищи в лаборатории было как-то слишком много, особенно на шкафах, но заметно, что когда-то лаборатория поддерживалась в полном порядке. Все приборы… или правильней говорить – предметы? Разложены по коробкам и шкафам. А еще, сразу заметно, что отсюда что-то было унесено. В некоторых местах в пыли остались прямоугольные следы. И некоторые из них были просто очень большими. А некоторые – как из-под спичечного коробка. Наверное, это были ценные предметы, которые перенесли по другим лабораториям, или даже по учебным кабинетам.

Я терла полки, губкой начищала каменные фигурки и какие-то кристаллы. Я щеткой сгребала пыль из самых секретных углов, и сама себе казалась Золушкой из сказки. Она тоже так бегала в мультике с тряпочкой, а еще на щетках каталась по зеркальному полу. А если вспомнить диснеевскую Золушку, то ей птички и мышки помогали, кажется. Впрочем, у всех золушек есть своя фея-крестная, только у меня нет. Потому что я и есть фея! Просто пока неопытная. Да, фея!

Вот та самая крепенькая тетенька с крылышками, которая «Бибеди-бабеди-бу!».

Через некоторое время, поняв, что меня здесь все равно никто не увидит и не услышит, и принялась сначала мурлыкать, а потом уж и попросту распевать и пританцовывать. Если бы кто-то заглянул сейчас в кабинет, то, наверное, немало посмеялся бы, потому что я, конечно же, не помнила текста песенки феи-крестной на английском. Разве что вот это самое бибеди-бабеди…

Зато дело пошло веселее! Настроение поднялось. А еще поднялся в воздух веник и принялся радостно сгребать пыль к центру лаборатории. Взлетели к потолку салфетки и вжжжжух! Принялись тереть плафоны большой люстры. Губка сама, без приказа, окунулась в ведро с пеной и рванула чистить окна. Нет, безусловно, во всей этой магии есть свои плюсы.

Я радовалась до того момента, как увидела, что губка увеличивается в размерах – ровно как вчерашнее яблоко! А если она рванет? Мне что же, всю лабораторию потом от пены оттирать?!

– Тааак! – прервала я песенку. – Ну-ка, стоп! Всем лежать! В смысле, никакой магии!!!

Видимо, магия все-таки как-то реагирует на настроение. Или на команды. Инструмент действительно попадал на пол. А губка рикошетом – мне на голову.

Здоровенная! С эту самую голову размером!

И что теперь с ней сделать? Как назад уменьшить? Она ж даже в ведро не влезет!

А еще у меня теперь была мокрая и покрытая пеной голова. С которой текло ручьями. И пахло лавандовым мылом, моим любимым! Хотя я точно помню, мне вообще не выдали никакого мыла, и вода в начале уборки пахла просто водой.
________________________

Друзья, хочу познакомить вас с еще одной историей нашего моба: 

Вот что это за мир такой! (или квест?). Не успеваешь мяу сказать, и уже мокрый!

Зато стало чисто. Я бы сказала, очень чисто. Как э… как в лаборатории.

Только пол помыть осталось!

А, и вот. Картины. Очень старые и ооочень грязные.

Надо будет тут как-то поаккуратней все почистить. И рамы. Рамы надо будет отмыть.

– Кхм! Кхм-кхм!!

Кашель показался мне очень знакомым, и я завертела головой, надеясь увидеть скелета. Кашель доносился из-за шкафов в приподнятой части лабораторного зала, где к стене были сдвинуты демонстрационные столики и пустые стенды.

Я заглянула туда и увидела небольшую дверь, которой раньше совершенно точно там не было!

Берталан стоял в проходе и слегка светился зеленым, а на его голове появилась модная мужская шляпа с прекрасным длинным и пушистым страусинным пером. Почти пипидастр!

– Здравствуйте, Берталан!

Но он обогнул меня, уткнув кисти в собственный таз. Прошелся по полу, чуть не поскользнулся. Покивал. И вдруг выдал:

– В целом мне нравится твое виденье этого места. Но, по-моему, розочки – это перебор.

– Розочки?

Я же не совсем сошла с ума. Какие розочки? Все колбы, стаканы и реторты абсолютно пу…

Но дедушка Берталан, хоть и безглазый, а оказался глазастей меня. Он жестом актера трагика показал мне на шторы, и я тут же села на один из столиков, свесив челюсть.

Моя немного вышедшая из-под контроля магия их почистила. Да. И вместо грязных пятен, очевидно, потому что природа не терпит пустоты, на серый фон налепила розочки. Яркие розовые, не вру, розочки!

А ведь совсем скоро сюда явится внук этого чудесного деда. И что он мне скажет? Скажет – убирай! А я не знаю, как!

– Берталан, а можно это как-то… отменить? Вернуть… серенький цвет!

Скелет покачал головой и развел руками:

– Это же тебе не рисунок мелом на асфальте – смыл из лейки, и опять рисуй! Обратной силы ни одно заклинание не имеет. Но можно заново перекрасить.

Увидев мое постное лицо, не иначе, скелет-волшебник сказал:

– Так и быть, один единственный раз! Беги, отдыхай. А я тут все приведу в порядочный вид. И это… ты не забудь! Расскажи обо мне Михаю-то! Нам с внуком, подозреваю, надо серьезно поговорить!

Легко сказать! Но я попробую! Непременно!

***

Столовую я нашла по запаху. А стол, выделенный группе, в которой теперь, очевидно, учусь и я, по парню с зеленой челкой. Как его… Мируш. Все восемь моих одногруппников там уже доедали.

Конечно, все в этой столовой было несколько иначе и непривычно. Не было раздаточника, например. Зато на каждом столе стоял короб с подносами. На подносах – клоши, под клошами еда. Вроде как, все понятно.

Зал был полон, очевидно, если я и опоздала, то не сильно.

Я с самым независимым видом пошла к столу, но с самых первых шагов поняла, что что-то не так. На меня оглядывались, хихикали. Разве что не показывали пальцем. Вот что опять?! Вроде бы на мне нет фейского платья, а я все равно опять – центр всеобщего внимания! Ну как так?

Честное слово, даже с платьем, внимания мне оказывали меньше. Лааадно! Разберемся!

– Привет! – сказала я «своей» группе. – Рада видеть всех живыми и здоровыми.

Хотя живыми-то они, безусловно, были, а вот на здоровых тянули мало.

– О, ваше величество королева! – издевательски растянула рот в улыбке Анна, обладательница русых косичек. – Вы решили снизойти до беседы?

– А что не так? – похлопала я глазами.

Я уже поняла, что Лана была не самой желанной гостьей в здешних компаниях. Но мы это исправим.

– Что, даже не будет пауков в омлете? И из-под воротника ни у кого тарантул не вылезет? – поднял брови Мируш.

Я тоже широко улыбнулась и ответила:

– Смена курса. С сегодняшнего дня все будет по-другому!

Кажется, мой обнадеживающий ответ никого не обнадежил. Даже наоборот. Вся честная компания, переглянувшись, начала хихикать еще более подозрительно.

Так что завтрак, можно сказать не удался. Кроме всего прочего, мне теперь всюду мерещились те самые пауки – воплощение Ланиного чувства юмора.

А совсем скоро я с прискорбием узнала, что оставлять дедушку Берталана без присмотра было огромной стратегической ошибкой.

В какой-то момент в зал вошел профессор Михай. Ну какой он «Миша?!» сейчас еще заревет пещерным медведем и сразу будет ясно, к кому тут лучше под горячую руку не лезть! Но профессор сдержался. Отсканировал зал взглядом, увидел меня, и едва не чеканя шаг направился к нашему столику. Ну что еще случилось?

И неужели каждый раз, когда в этом распрекрасном учебном заведении будет случаться какое-то ЧП, винить будут меня?

– Адептка Шолль! – Сказал он тихо и грозно, когда поравнялся с нашим столиком. – Наджеюсь, вы уже позавтракали! Идемте!

– Куда?

От завтрака я успела выпить чай. Ну, что еще?!

– Куда? В галерею! Или скажете, это не ваши… художества?

– А что там? – почему-то вспомнилась реплика Мируша, и я с дрожью в голосе уточнила: – Пауки?

Не то, чтобы я сильно боялась пауков, но как-то не вызывают у меня теплого чувства.

– Пауки, – ответил Михай на полном серьезе, – были в прошлый раз. Уж поверьте, профессор Примула оценила.

Примула? Это такой весенний цветочек граммофончиком? Впрочем, имена здесь не то чтобы совсем русские, но и звучат не совсем уж по-иностранному.

Возможно, своя «латынь» и древнегреческий здесь тоже были. Я-то до сих пор в обалдении, что говорю на том же языке, что все здесь!

– Послушайте, адептка Шолль! То, что вам благоволит ректор, и то, что ваш батюшка – один из советников короля, еще не делает вас «бессмертной». Мою заявку на ваше отчисление рано или поздно совет академии подпишет. Надеюсь, вы это понимаете. За мной!

Я вскочила. Вот вроде, мои студенческие времена уже два года как миновали, а все равно, реагирую на подобные повелительные интонации так, как меня ждут: вскакиваю и бреду «смотреть на мои художества» с понурой головой.

В столовой даже повисла тишина. Нас провожали заинтересованные, веселые, встревоженные взгляды. И ни одного сочувствующего. Ну ладно! Это мы исправим! Надо придумать что-то такое-этакое, от чего всем бывает только хорошо и интересно. Вечеринка? Нет, пожалуй, рано. Можно начать делать для всех знакомых и незнакомых маленькие подарочки – сюрпризы. Что-то вроде игры в «тайного санту», только без санты.

К Ланы, кстати, полно каких-то кристаллов в комнате. Если они и магические, то вряд ли редкие и ценные, иначе бы повсюду не валялись. Вот, их можно всем подложить. Пусть народ порадуется!

Михай шел передо мной, как ангел возмездия – черный плащ разлетался, длинный посох с пурпурным камнем в навершии, мерно отстукивал шаги. Интересно, далеко нам?

Оказалось, что не очень далеко. Жалкие несколько лестничных пролетов.

Мы оказались в высокой галерее, слева ее украшал ряд узких окон-бойниц, а справа висели картины в тяжелых золоченых рамах.

Раньше я здесь не бывала. Интересненько!

Возле картин стояли другие преподаватели и ректор. Но увидев нас с профессором Михаем, все расступились.
_____________________________

Друзья, хочу познакомить вас с историей нашего моба: 

И мне открылся невероятный вид. Кто-то основательно поработал, превращая чопорные парадные портреты в нечто праздничное и веселенькое. Ближайший ко мне портрет изображал высокого горделивого воина в доспехах, с таким суровым взглядом, что можно и без магии заледенеть или превратиться в каменный столб.

В руке этот рыцарь держал свой рыцарский шлем. Небрежно и сурово. А в шлеме, как в корзинке, среди соломы и скорлупы резвились желтые цыплята.

Ну, я решила, что цыплята, хотя по очертаниям птички были непознаваемы. Их нарисовали явно поверх картины и совсем недавно. И понятно, кого подозревают в вандализме.

Соседний портрет изображал не менее важную персону. Но в его широкой шикарной шляпе нашел место целый натюрморт из авангардистских цветочков и вероятно, рыбы.

У третьего важного господина на голове красовался венок из ромашек. У четвертого… впрочем, четвертый был очень строгой дамой в тесном темно-синем платье. Корзинка с незабудками у нее на голове смотрелась почти как шляпка.

– Кто это? – спросила я у профессора Михая. Профессор от меня не отходил, контролировал на предмет очередной несанкционированной выходки.

– Шолль, прискорбно, что вы за три года в Шоморе вы не запомнили, где здесь что находится и как называется. Я уже даже не вспоминаю, что основателей академии следовало бы вам знать если не в лицо, то хотя бы по именам…

– Основатели?

Я с новым интересом вгляделась в цыплячьего рыцаря.

– Основатели. Государственные деятели, воины, жертвователи денег на обучение таких раздолбаев, как вы. У меня только один вопрос. Зачем вы их так разрисовали?!

– Я? Я не…

И тут я увидела в конце коридора дедушку Берталана. Он поднес к губам палец и тут же скрылся в тени. Паршивец! Вот кто тут вандальничал! А обвиняют меня!

Но если заикнусь про проделки неупокоенного скелета, меня же тут же и обвинят в том, что это я его не упокоила! И вероятней всего, из вредности. И с моей нынешней репутацией я точно никому ничего не докажу.

Значит, надо как-то оправдываться. Терпеть не могу оправдываться!

Я опустила взгляд. Набрала полные легкие воздуха и выдала:

– Просто хотела, чтобы здесь стало повеселее. Так у этих основателей хоть лица не постные!

О, да. С новыми украшениями лица у них были не постными, просто дурацкими. И я осторожно уточнила:

– А с чего вы вообще решили, что это я их так? У меня не такая буйная фантазия!

Цыплят я бы может, еще нарисовала. Но рыба в шляпе? Чтоб такое придумать, надо быть Берталаном, наверное. А может, скелет просто не любил этого конкретного профессора при жизни. При их обоих жизни.

– Потому что это вас я оставил прибираться в лаборатории филактериев. И именнно там и были обнаружены первые следы вашей, именно вашей, Шолль, вредоносной деятельности!

Ох, зеленый вредитель! Ладно. Все понятно. Очевидно, придется теперь еще и портреты чистить. Надеюсь, Берталану не хватило времени «украсить» все портреты в академии!

– Я поняла, – вскинула я подбородок, – Мне придется здесь все отмыть. И в лаборатории тоже.

– И на тренировочной площадке. И в холле второго этажа… и везде, где мы ваши шедевры еще не обнаружили.

Этак я закончу академию квалифицированной уборщицей! Ну, Берталан, погоди!