Пособие для адептки, или как влюбить ледяного дракона

— То есть как это мне нужно будет влюбить в себя мага? — непонимающе переспросила я.

Моя собеседница, брюнетка средних лет с кроваво-красными губами и кучей цепочек на шее, назидательно подняла палец:

— Влюбить и поцеловать, милочка! Понимаешь, у тебя в ауре такая… как бы, дыра, через которую вытекает магия. И чтобы ее залатать, нужен физический контакт с магом, причем с очень сильным. Думаю, меньше высшей категории можно даже не пробовать, — добила меня она.

Да где я возьму высшего мага? В моей захолустной академии магии не было магов даже первой категории, не говоря уже о высшей! Для меня поцеловать высшего мага — все равно, что короля. Даром что страной уже пять лет правит регент, и никакого короля у нас нет и не планируется.

Однако что-то делать было нужно. Я заметила проблемы с магией еще несколько месяцев назад. Заклинания, которые раньше давались легко, стали получаться все хуже, и даже после простых занятий бытовой магией я чувствовала себя так, словно по мне потоптался дракон. Однако вначале я списала все на усталость, а к лекарю догадалась обратиться всего пару недель назад. Он и отправил меня к госпоже Люзере — “специалисту по магическим состояниям”, как было написано на ее вывеске. И сейчас я сидела в ее захламленном кабинете, заставленном чучелами ворон, хрустальными шарами и какими-то приборами, и пыталась сообразить, что же делать дальше.

— А отчего у меня в ауре дыра? — спросила я. Может, если станет известен источник проблем, то будет понятно, как этот источник и заткнуть? Фигурально, конечно.

— Ну, это мне у тебя надо спросить, — госпожа Люзера, пожав плечами, неопределенно махнула рукой. На ее запястье зазвенел по крайней мере пуд браслетов, а яркая шаль с бахромой сползла с плеча от движения. — Может, ты кому-то насолила, вот тебя и прокляли.

— Так это проклятье? — я чуть ли не обрадовалась. Любое проклятье можно снять, и для этого даже не нужно искать мага высшей категории и потом с ним целоваться.

— Нет, — тут же разрушила мои надежды женщина, — проклятье в ауре выглядит совершенно по-другому. Поэтому, дорогая моя, придется тебе все-таки искать где-то мага и делать так, чтобы он в тебя влюбился, потому что без чувств ничего не сработает. И поцеловал, — добавила она и мечтательно вздохнула.

Час от часу не легче! Мало того что высших магов и так раз-два и обчелся… Так нужно еще, чтобы этот самый маг где-то со мной встретился и влюбился! Я, конечно, вроде бы симпатичная… Но точно не вращаюсь в одинаковых с сильными магами кругах. И что мне теперь делать?

— Как что? — деланно удивилась госпожа Люзера. Оказывается, я произнесла последнюю фразу вслух. — Конечно же, ехать в столицу! Только там можно найти сильных магов и решить твою проблему.

— А по-другому никак нельзя, без магов? — жалобно переспросила я. — может, вы продадите мне каких-нибудь травок или амулет?

— Я что, похожа на шарлатанку? — оскорбленно переспросила женщина. — Я не берусь за то, что не могу исправить. Тем более и городская стража уже два предупреждения выписала… — пробормотала она себе под нос и, вдруг встрепенувшись, выразительно покосилась на часы: — Боюсь, что не могу больше ничем помочь.

— Хорошо, — убитым тоном отозвалась я. — Спасибо за помощь, до свидания.

Однако, когда я уже встала и копалась в сумке, пытаясь одновременно сдержать слезы и найти плату за прием, она вдруг приблизилась и утешающе похлопала меня по спине:

— Ну-ну, милочка, не убивайся. Езжай в столицу, поступи в столичную магическую академию… Неужели там не найдется ни одного высшего мага?

От ее жалости мне стало еще хуже. Наконец нашарив деньги, я положила их на стол и, скороговоркой попрощавшись, вылетела за дверь. А затем зашагала по улице, сквозь пелену слез не видя, куда иду.

Госпоже специалисту по магическим состояниям легко говорить: «езжай в столицу, поступи в столичную академию». А как я поеду туда без денег? И кому я нужна в столичной академии? Наверное, у них много желающих учиться… И вступительные испытания я уже пропустила, прием закончился несколько дней назад. Не говоря уже о том, что в столице девушки одеваются модно и ведут себя уверенно. Что за неприхотливый высший маг обратит внимание на пугливую провинциалку в простеньком наряде?  

Представив, как приезжаю в столицу и стою на улице, высматривая подходящего мага, и меня в конце концов арестовывает стражник, заподозрив в чем-то нехорошем, я нервно сглотнула. И, так ничего и не решив, поплелась в общежитие старой и обшарпанной Ристанской магической академии.

Но лишь дойдя до ворот, поняла, что решать мне ничего не придется. За меня все уже решила судьба, и сегодня она приняла вид новоназначенного ректора академии, профессора Лайме.

— Адептка Этель Райли! — отпустив сальную улыбочку, он тряхнул не менее сальной шевелюрой. — Куда это вы так спешите?

— Добрый день, профессор Лайме, простите, мне надо идти, —скороговоркой пробормотала я и попыталась бочком протиснуться мимо него в ворота.

Честно говоря, я боялась даже приближаться к профессору, потому что весь прошлый учебный год он активно пытался затащить меня в свою холостяцкую постель или хотя бы облапать в коридоре. И сейчас я буквально вжалась в стену, пытаясь просочиться в ворота, оставаясь как можно дальше от мужчины.

Однако не тут-то было. Хмыкнув, профессор Лайме шагнул вбок, заслонив проход, и с нескрываемым удовольствием протянул:

— Зачем вам в академию, бывшая адептка Райли, ведь вас только что отчислили? — и он гаденько усмехнулся, когда я непонимающе вскинула на него глаза.

— Отчислили? — медленно переспросила я. — И можно узнать, кто? И за что?

— Я, — с удовольствием пояснил профессор. — За прогулы. В прошлом семестре вы пропустили целое одно занятие, а это совершенно недопустимо!

— Да вы же сами забрали меня с занятия и заставили переписывать каталог трав! — возмущенно перебила я. Неужели он действительно может выгнать меня так, по надуманному предлогу?

— Я ректор, имею право отчислять всех адептов, которые проявляют недостаточно рвения к учебе, — ответил профессор Лайме, словно подслушал мои мысли. — Поэтому забирайте свои вещи, — тут он ткнул пальцем в сторону небольшого саквояжа, сиротски стоящего посреди дороги, — и покиньте территорию академии. Однако, — тут его голос стал вкрадчивым, и он сделал шаг ко мне. На меня повеяло запахом несвежей мантии и какого-то тухлого одеколона, словно разлитого прямиком из болота, — если вы согласитесь прийти ко мне этим вечером, я могу пересмотреть свое решение.

Что? Потеряв дар речи от возмущения, я с яростью уставилась на мужчину. Вот… негодяй! Ну уж нет, пусть хоть в темницу меня сажает, но посещать его вечером я не собираюсь!

Но сообщать я это не стала — сам догадается, если не купил диплом, а действительно обладал зачатками интеллекта. И лишь молча подхватила свой саквояж и, резко развернувшись, зашагала прочь.

— Ты еще пожалеешь! — зашипел свеженазначенный ректор мне в спину, — Приползешь ко мне сама, только тогда я уже не буду таким великодушным!

— Это вы пожалеете, — не оборачиваясь, бросила я и прибавила шаг.

В душе бурлило негодование, и я боялась, что если задержусь хоть на секунду, то нашлю на ректора какое-нибудь проклятье. А он, недолго думая, действительно нажалуется стражникам и упечет меня в темницу. А я туда сегодня не планировала.

Я не останавливалась, пока академия не скрылась за поворотом. И только тут, поставив саквояж на землю, без сил рухнула на ближайшую скамеечку. Вот… гад! Ведь я чувствовала, что из его назначения на должность ректора ничего хорошего для меня не выйдет… Но думала, он будет просто и дальше придираться и отпускать двусмысленные намеки. Ну ничего… Вот найду себе высшего мага, избавлюсь от проблем с магией и придумаю, как отомстить ему! А пока…

А пока, получается, судьба не оставляет мне выбора. Было мелькнувшая мысль остаться,  найти мага попроще и попытаться обойтись таким пропала, так до конца и не оформившись. Выходит, оставаться мне просто негде.

Решительно смахнув набежавшие от злости и обиды слезы, я выпрямилась. Ну уж нет, так легко я не сдамся! Если нужно поступить в столичную академию, то значит, так я и сделаю. Найду себе высшего мага, даже если он у нас один на все королевство. И пусть он только попробует не влюбиться!

Таким образом, на следующее утро я уже стояла у входа в столичную академию магии и взволнованно смотрела на ворота. Они были кованные, высоченные и пропитаны защитными заклинаниями до такой степени, что от них фонило. Мне почему-то казалось, что шагни я во двор академии, меня тут же выбросит на улицу — потому что нечего адепткам в таком мятом после ночи в дилижансе платье делать в столь элитном учебном заведении. А оно было элитным! Стоило только посмотреть на высокие башни из серого камня и выстроившиеся на площади экипажи с гербами. Даже я, ни разу до этого не бывавшая в столице, поняла, что это экипажи аристократов, ожидающие их с занятий.

Однако, как бы меня ни трясло от страха, больше стоять у ворот было нельзя. На меня уже и так начал подозрительно коситься стражник в будке у входа. И поэтому, глубоко вздохнув, я решительно шагнула вперед, почему-то зажмурившись.

Пропустили! Поняв, что ворота и не собирались отбрасывать меня, я улыбнулась. И тут же врезалась во что-то твердое.

— Ой! — открыв глаза, я обнаружила перед собой препятствие. Широкая мужская грудь, обтянутая дорогим камзолом с серебряным шитьем… Пресветлая Богиня, неужели я толкнула аристократа?

Я уставилась на мужчину в полнейшем ужасе. Сознание отметило пепельно-платиновые волосы, небрежно падающие на плечи, скульптурно вылепленный подбородок, четко очерченные губы… Тут взгляд, медленно поднимающийся вверх, встретился с его взглядом, и я ощутила, как кровь стынет в жилах — настолько холоден был взор незнакомца.  

За ту секунду, что он изучающе смотрел на меня, в голове пронеслись сотни сценариев. Я же слышала, с каким презрением аристократы относятся к обычным людям! Вдруг он прикажет посадить меня в тюрьму за то, что я в него врезалась? Или ударит?

— Простите, — пролепетала я, кое-как разомкнув немеющие от ужаса губы.

Однако мужчина, так и не ответив ничего не мои извинения, выразительно изогнул бровь. А я, сообразив, что не даю ему пройти, поспешно отпрянула в сторону и не дышала, казалось, до того самого момента, пока блондин не вышел в ворота. И только тогда, пошатнувшись, выдохнула — и чуть не свалилась, поскользнувшись на внезапно покрывшейся инеем дорожке. Это что… месть за то, что я в него врезалась?  

Да уж, лучше держаться от этих аристократов подальше, если один их взгляд наводит на меня такой ужас… И если за малейшую провинность они пытаются поломать вам ноги, покрыв дорожку коркой льда. Хотя как держаться подальше, если мне предстоит закрутить с одним из них роман!

— Ничего, главное, попасть в академию, а дальше разберусь, — шепотом пообещала я сама себе. — Все, хватит раскисать, пока искать деканат! — и я заковыляла вперед, осторожно ступая по стремительно тающему льду. 

Деканат нашелся удивительно быстро, и там меня подозрительно легко согласились зачислить. Конечно, после проверки резерва на магическом шаре. Когда я положила на него руку, тот засиял ярким белым светом.  Декан, мужчина средних лет с пробивающимися в шевелюре серебряными нитями, тут же сообщил, что с таким резервом мне тут очень рады, и я могу начать обучение прямо завтра. Я не стала объяснять, что вся магия, которая затекает в этот немаленький резерв, тут же из него вытекает — пусть это станет, так сказать, неприятным сюрпризом. Может, к тому моменту, как мне придется колдовать, я уже смогу залатать дыру в своей ауре, и никто ничего не узнает. 

— Конечно, зачислить вас на второй курс я не смогу, в вашей академии была слишком… — декан, представившийся магистром Янсеном, замешкался, подбирая вежливый эпитет к слову “никудышная”, — э-э… другая программа. Поэтому вам придется еще раз пройти весь первый курс. Но ничего, уже в следующем семестре вы повторите всю теорию и сможете приступить к практической магии, — утешил он меня.

Я улыбнулась, с энтузиазмом кивая в такт его словам. Какое небывалое везение! За полгода, что мы не будем колдовать, я точно смогу что-то придумать! И он так легко согласился зачислить меня… Неужели мне может так сказочно повезти?

— Договор на обучение возьмите у секретаря, там вам скажут, сколько нужно внести за осенний семестр, — по-отечески улыбаясь, добавил декан и уткнулся в бумаги, показывая, что разговор закончен. 

А я почувствовала, как улыбка застыла на губах, словно ее приморозило. Тут платное обучение? Так вот где собака зарыта. Поэтому меня согласились принять даже при том, что я пропустила все экзамены — плати и учись сколько влезет!

Однако я не решилась спрашивать ничего у магистра Янсена из страха, что он тут же передумает зачислять меня, и тихонечко вышла из кабинета. И, плотно притворив дверь, подошла к секретарше ректора — строгой женщине в темно-синем платье и так гладко зачесанными волосами, что ее шевелюра казалось словно бы вырезанной из одного куска светлого лакированного дерева. 

— А… можно мне договор на обучение и сумму? — рискнула спросить я. 

Женщина, до этого переписывающая какой-то документ каллиграфическим почерком, не глядя открыла ящик и шлепнула на стол пачку бумаг.

— Вот договор, вверху страницы написана сумма за первый семестр, — скороговоркой проговорила она, не переставая писать.

Взглянув на документ, я поняла, что сегодня была в этой академии в первый и последний раз. Потому что таких денег у меня нет и никогда не будет. То есть, я и так знала, что мне нечем платить за обучение, но если бы сумма была приемлемой, я могла бы договориться о рассрочке и попробовать найти работу, чтобы оплачивать учебу по частям. Но столько я за всю жизнь не заработаю…

— А у вас нет бюджетного отделения? Или стипендии? — спросила я еле слышно, чувствуя, что мои надежды на спасение магии тают, как снег в июле.

Секретаря так изумил этот вопрос, что она даже отложила перо и уставилась на меня. 

— Вообще-то, у нас высококлассное, элитное учебное заведение, — возмущенно отозвалась она. — И бесплатно у нас могут обучаться только маги высшей категории. Хотя даже они отказываются от этой привилегии и делают добровольные взносы. А всем остальным бесплатных мест мы не предоставляем, — слово “бесплатный” из ее уст звучало, как что-то неприличное, с таким брезгливым видом она его произнесла.  — Однако вы можете обратиться в банк, обычно они с радостью дают ссуды будущим магам, — и женщина снова склонилась над своим документом, показывая, что больше не желает рассуждать о столь презренном предмете, как бесплатное обучение.

Повеселев, я поблагодарила женщину и торопливо вышла. Ура! Если банк даст мне заем, то я смогу обучаться тут! И, самое главное — она упомянула магов высшей категории. Да еще во множественном числе! Значит, они точно тут есть, и я приехала в столичную академию не зря. 

Однако уже этим вечером я поняла, что, возможно, эта мысль была преждевременной. Потому что оказалось, что в элитной академии были свои, отличные от других мест правила...

— Что значит, я должна украсть портки из чьей-то комнаты? — возмущенно переспросила я этим же вечером. — Я не пойду!

Мы вместе со всеми адептками первого курса столпились в парке академии, у статуи грустной девы. Возможно, она была грустной, потому что у нее был отбит нос, а возможно потому, что возле нее творились вот такие вот непотребства.

— Что значит, не пойдешь? — в ответ возмутилась Женевьева, яркая блондинка и, судя по всему, местная королева. — Я — глава женского студенческого общества, и я решаю, кому достанется какое испытание! Поэтому ноги в руки и быстро иди на пятый этаж, а не то пожалеешь, что родилась на свет! Вылетишь в первую неделю! — припугнула она меня. А я в ответ лишь сжала зубы, пытаясь удержать рвущиеся наружу ругательства. А ведь все начиналось так хорошо!

После того как мне выдали контракт на обучение, я отыскала кастеляншу женского общежития, и меня временно поселили в комнате на третьем этаже и даже выдали форму. Конечно, если не заплачу в течение трех дней, которые мне дали на поход в банк и оформление ссуды, то меня тут же выселят, а форму заберут. Но пока я была безмерно благодарна за то, что могу сходить в душ и переодеться в новое, хрустящее от крахмала форменное платье.

Платье село, как влитое — подозреваю, не без магии. А я, застыв в своей комнате, счастливо выдохнула. Я никогда не жила в таком месте — где в комнате стояло всего две кровати, а не шесть, и они были застелены мягкими темно-синими покрывалами, а не линялыми дырявыми дерюгами. Я никогда не носила такую форму — которая была сшита из плотной, явно дорогой ткани, и была точно по размеру, отчего талия казалась изумительно тонкой, а фигура приобретала небывалую изящность.

— Даже как будто бы осанка появилась, — выпрямившись, пробормотала я своему изображению. Кстати, зеркало в комнате тоже было, что показалось мне неслыханной роскошью и расточительством. А если я его разобью? Надеюсь, нет, иначе придется выплачивать стоимость…

Разложив свои вещи в шкафчике, я оглянулась на вторую кровать. Она выглядела нетронутой, а на придвинутой тумбочке не было никаких личных вещей. Наверное, моя соседка еще не приехала. Ну или у меня не будет соседки, что тоже неплохо. А то вдруг со мной поселится какая-нибудь благородная дама и сразу начнет шпынять за недостаточно голубую кровь и прочее…

Впрочем, пока шпынять меня было некому, и я спокойно высушила волосы, заплела их, перехватив несколько прядей у висков новой голубой лентой, и отправилась искать столовую. В банк пойду завтра: пока я заселялась в комнату, читала длиннющий договор и приводила себя в приличный вид, уже наступил вечер. А значит, банки успели закрыться.

«Ничего, завтра пойду прямо с утра!» — оптимистично подумала я и, распахнув дверь своей комнаты, чуть не поскользнулась на белом плотном конверте, обнаружившемся на полу. А это что такое?

— Дорогая адептка, ты поступила в элитную академию магии, — зачитала я, распечатав послание. — Но тебе нужно доказать, что ты достойна остаться тут. Сегодня на закате мы ждем тебя у скульптуры грустной девы, что в центре парка. Пройди испытание и войди в наше общество — или тебя выживут в первый же месяц.

— Что за бред? — возмутилась я и перевернула лист. Там было витиеватым почерком написано “Женское студенческое общество академии Айвери”. — Какое такое студенческое общество? И почему я должна куда-то идти?

Раздраженно смяв лист, я села на кровать. Я не собираюсь встраиваться в местную иерархию — мне нужно лишь вести себя максимально незаметно, пока не пойму, кто из однокашников высший маг. А потом придумать, как сблизиться с ним. Я не обязана ходить на странные сборища!

Однако уже через пару минут, вздохнув, я развернула приглашение. Если местные королевы решат, что меня нужно выжить, мне нечего будет им противопоставить. У меня нет ни знакомых, ни друзей, которые бы за меня вступились, и даже магия барахлит. Поэтому… видимо, придется пройти это испытание, каким бы оно ни было. 

И вот несколько часов спустя я стояла в парке и пыталась понять, шутит Женевьева или нет. Однако по ее раздраженному виду было ясно, что старшекурсница предельно серьезна.

— Объясняю еще раз, — процедила она, окидывая меня презрительным взглядом. — Я даю вам задания, а вы уже сами придумывайте, как их выполнить. Если не пройдете — то можете паковать чемодан!

Последнюю фразу она чуть ли не выкрикнула. Мы — сбившаяся в кучу стайка первокурсниц — настороженно примолкли. Кроме меня, тут было еще около двадцати девушек, но никто не решился дать Женевьеве отпор. Вот и я, смирившись, не стала лезть на рожон в первый же день.

— Какой номер комнаты? — мрачно буркнула я. — И кто там хотя бы живет?

Спрашивать, зачем холеной старшекурснице нужны мужские портки, я не стала. Может, у нее тайная влюбленность… Пусть потом обнимается с ними и вдыхает, так сказать, любимый запах. Специально для нее постараюсь добыть ношеные.

— Там… пятикурсник, — Женевьева внезапно замялась, а ее глаза подозрительно забегали. — Но он сейчас занимается в библиотеке, потому что ботан, поэтому иди быстрее, пока не вернулся, — поторопила меня она.

Смирившись с неизбежным, я потопала к общежитию. Вот прямо чувствую, что мне дали несправедливое задание! Девушкам до меня пришлось спеть песенку или попрыгать на одной ножке. И только меня отправили в чужую комнату воровать штаны… Точнее, портки.

Хотя, те девушки были явно знакомы с Женевьевой и вовсю передавали ей приветы от своих мам и кузин. Слушая “баронесса такая-то просила позвать тебя на бранч”, я явно чувствовала то, насколько не вписываюсь в местное общество. Я даже на обычном бранче ни разу в жизни не была, не говоря уже о бранче у баронесс. Стоит ли удивляться, что самое странное задание досталось мне?

Дойдя до пятого этажа, я замедлилась и пошла на цыпочках, настороженно вслушиваясь в тишину. Чем ближе я подходила к нужной комнате, тем сильнее колотилось сердце, и под конец мне начало казаться, что его слышат весь этаж. Вот комната пятьсот два… пятьсот три… пятьсот пять!

Стукнув пару раз, я подождала. И когда не дождалась ответа, приоткрыла дверь и рыбкой нырнула внутрь. Фух! Я попала в комнату! Теперь быстро ищу штаны и смываюсь отсюда…

— Однако, в каких шикарных условиях живут пятикурсники, — пробормотала я, запнувшись об диван и пытаясь разглядеть силуэты мебели сквозь окутывающий комнату полумрак. По понятным причинам, свет я зажигать не стала.

Комната старшекурсника оказались чуть ли не в пять раз больше моей, и из того, что кровати нигде не было видно, я сделала вывод, что это только гостиная. Кровать и шкаф с вожделенными портками, скорее всего, находятся вон за той дверью в противоположной стене.

Обнаружив, что глаза уже привыкли к темноте, я радостно рванула вперед. Надеюсь, ты просидишь в библиотеке достаточно долго, незнакомый мне старшекурсник-ботан, и я смогу добыть для Женевьевы твои штанишки… Пальцы легли на холодную дверную ручку. И тут комнату вдруг залило ярким светом, таким, что я мигом перестала что-то видеть.

— Надеюсь, я не помешал? — раздался за спиной холодный, как вечные льды, голос.

Я застыла, словно примерзнув к ручке.  Похоже, старшекурсник вернулся раньше, чем ожидалось…

Секунда, вторая, третья… Медленно расцепив судорожно сжавшиеся на ручке пальцы, я обернулась, точно во сне. Что же делать…

И тут же дернулась от неожиданности, потому что застукавший меня человек чуть шевельнул пальцами, и мои руки тут же буквально приморозило к двери позади! Пресветлая Богиня… Надо срочно извиняться и врать! Скажу, что заблудилась.

Однако стоило мне вскинуть на него взгляд, как все извинения застряли в горле. Потому что у двери стоял тот самый блондин, в которого я врезалась у ворот. И он был очень, очень зол.

— Адептка, что вы делаете на преподавательском этаже? — спросил он тихо, обманчиво мягко. Но от этой мягкости кровь застыла у меня в жилах. А может, она застыла оттого, что от ног мужчины по полу медленно расползался иней. Один шаг ко мне — и, вздрогнув, я поняла, что надо что-то срочно врать. Какую причину мне придумать? Ошиблась комнатой?

— Я…— слабо отозвалась я, — я просто…

— Не советую мне лгать, — мужчина, казалось, читал мои мысли. А может, и не казалось, потому что в голове вдруг стало гулко и пусто, и все заготовленные варианты вранья испарились. А вместо этого нестерпимо, до ужаса захотелось рассказать ему правду…

Телепат. Я попала.

— Я жду, — чуть ли не шепотом произнес блондин.

К инею прибавились снежинки — пока всего несколько. Остановившись прямо напротив, мужчина обхватил мой подбородок жесткими пальцами и заставил взглянуть себе в глаза. Холодные, серые, с роившимся в них снежинками — такими же, что сейчас кружились вокруг нас…

— Что тебе нужно? — голос, казалось, раздавался прямо у меня в мозгу, минуя уши.

И, больше не в силах сдерживать рвущиеся наружу слова, я выдохнула:

— Портки…

Бровь мужчины взлетела ввысь.

— Портки? — переспросил он с непередаваемой интонацией. — Зачем?

Пальцы на подбородке сжались, вынуждая запрокинуть голову еще сильнее. В серых холодных глазах снова затанцевали снежинки, и я поняла, что сейчас он опять применит дар.

Что бы сказать… Что бы придумать?

— Потому что… — зачарованно отозвалась я, — потому что я вас люблю!

Вторая бровь мужчины взлетела, присоединяясь к первой, а губы вдруг саркастически изогнулись.

— Неужели? — произнёс он издевательским тоном. — И что вы, адептка…

Он замолчал, ожидая, и я обреченно отозвалась:

— Этель Райли.

— И что вы, адептка Этель Райли, намеревались делать с моим предметом гардероба дальше? Наложить приворот?

Ой, а ведь это Женевьева, наверное, и собиралась… Но я — нет, и поэтому я с чистой совестью отозвалась:

— Ничего противозаконного, просто… э-э… сувенир на память. И вообще, — сообразив, что приморозившее меня к двери колдовство пропало, я сделала шаг вбок, вырываясь из его захвата. — И вообще, я уже осознала, насколько была не права! Больше не посмею оскорблять вас своими чувствами, господин…

— Лорд-куратор, — любезно подсказал он, и я чуть не свалилась в обморок. Он никакой не старшекурсник!

— Очень приятно, — пискнула я. — Извините, больше не буду вас тревожить. Я… пойду?

— Стоять! — его окрик нагнал меня уже на полпути к дверям.  Я замерла, чувствуя, как ноги буквально приклеились к полу. Точнее, мозг отказывался поднимать их, подчиняясь приказу телепата. Вот ведь попала! Что он собирается сделать со мной? Потащит к ректору? Отчислит?

Тяжелые руки внезапно легли мне на плечи, и я вздрогнула. А затем мужчина наклонился к моему уху.

— Запомните, адептка Этель Райли, — вкрадчиво шепнул он, и от его близости по спине пробежал холодок, а сердце буквально превратилось в ледышку. — Кто бы ни послал вас, советую подумать дважды, прежде чем являться в мою комнату. Иначе в следующий раз я могу принять ваши чувства, и так легко вы отсюда не уйдете. Понятно?

— Понятно, — отозвалась я непослушными губами, еле соображая, что он говорит. Однако мужчина не дал мне времени подумать, а вдруг резко толкнул вперед. И я буквально вылетела в дверь, хорошо хоть, та распахнулась передо мной, и мне не пришлось встретиться со створкой своей физиономией.

— Пресветлая Богиня… — прошептала я, вывалившись в коридор.  И со всех ног припустила на свой этаж, чувствуя, как сердце гулко колотится в груди.

Я выдохнула, лишь добравшись до своей комнаты и трясущимися руками закрыв защелку. Мне почему-то казалось, что лорд-куратор передумает и вдруг ворвется в мою комнату, чтобы покарать. Например, накинется на меня и сделает что-нибудь ужасное. Заколдует, заберет остатки магии… Или, что хуже, отчислит меня.

Вот… Женевьева! Знала же, что никакой он не пятикурсник! Конечно, сильный маг может поставить на свою комнату маячок. Едва лорд-куратор почувствовал, что кто-то переступил порог, как тут же явился ловить вора. А вор там, тепленький и совершенно не подозревающий, что его подставили…

Или все же штаны, то есть, портки лорда-куратора действительно были нужны Женевьеве?  Но своих подружек посылать за ними она не стала, а отправила безродную новенькую, которую не жалко. В любом случае, во второй раз я за ними не пойду! Но что, если она действительно начнет выживать меня из академии?

Потеряв родителей в раннем дестве, я выросла в монастырском приюте и успела хлебнуть детских разборок и дружбы «против кого-то». Сейчас, во взрослом возрасте, мне совершенно не хотелось испытать это снова. Тем более, у моего терпения были пределы, и если Женевьева начнет слишком уж наглеть, боюсь, я не сдержусь и украшу ее физиономию парой царапин, после чего передо мной замаячит призрак отчисления. А покидать академию никак нельзя — ведь теперь я знаю, что тут есть высшие маги!

Наверное, кто-то другой в моей ситуации махнул бы рукой на магию и поступил в ученицы к швее или вышивальщице. Но я так сделать не могла —  для меня магия была всем. А не колдовать означало примерно то же, что не дышать. И поэтому я была обязана спасти свою магию, чего бы мне это ни стоило… А значит, я должна всеми правдами и неправдами остаться в академии!

Но теперь, из-за дурацкого задания Женевьевы, ко мне будет с подозрением относиться один из преподавателей! Или он не преподаватель? Кто это вообще, лорд-куратор? Может, кто-то вроде куратора нашего курса в Ристанской магической академии?

Вспомнив излучающего холод мужчину, я поежилась. И, торопливо приготовившись ко сну, легла в кровать и потушила магический светильник. Лучше пораньше лягу, кто знает, не ждет ли меня завтра какое-то наказание от этого самого студенческого сообщества за проваленное задание. Эх, жаль, что я не успела раздобыть портки лорда-куратора и скрыться…. Тогда и он бы меня не застукал, и задание было бы выполнено.

Так я и заснула, и мне снились мужские портки, летающие вокруг меня и машущие штанинами, как птицы крыльями. Одна пара, спланировав, приземлилась мне на плечо.

— Кар, кар!  — завопили портки мне в ухо.

— Замолчите, дайте поспать, — пробормотала я и тут же проснулась от звука своего голоса. И обнаружила на подушке белейшие, накрахмаленные…  портки.

Подскочив, я неверяще уставилась на предмет одежды на своей кровати. Белые, сшитые из плотного полотна — это точно были мужские портки. И, я боюсь, они принадлежали именно тому, кто вчера застукал меня в своей комнате — лорду-куратору. О нет… Я же обещала себе больше никогда так не делать!

Всхлипнув, я заметалась по комнате, кое-как натягивая одежду. За окном едва брезжил рассвет, и значит, я еще могу успеть избавиться от улик. Главное — уничтожить штаны, и тогда никто не сможет ничего доказать, даже если они пропали прямо с тела лорда-куратора. Ох, боги, только бы они попали ко мне из шкафа, а не прямо с него… Потому что пропажу белья из стопки в шкафу он может и не обнаружить. А вот проснувшись поутру более раздетым, чем заснул, явно что-то заподозрит! И к этому моменту лучше бы, чтобы штаны превратились в горстку пепла в парке академии, а не лежали на моей подушке. Потому что если блондин поймет, что я протащила его штаны через сон, то меня будут ждать крупные неприятности.

Не у всех магов были особые способности. Некоторые спокойно растили магический дар и выбирали, кем им стать — стихийником, телепатом, боевиком, целителем и так далее — только из личных склонностей. И лишь немногие могли похвастаться особыми способностями. И если мага, способного видеть будущее или считывать воспоминания одним прикосновением, ждут самые радужные перспективы, то для бродящих по снам дорога одна. В тайную канцелярию, где тебя либо сочтут бесполезным и заблокируют магию полностью — особый дар был неотделим от нее — либо натаскают и найдут применение. Заставят шпионить, убивать и воровать разные полезные для государства сведения с высокой опасностью для собственной жизни. Стоило ли говорить, что обнаружив у себя дар сновидца, любой маг старался скрыть его как можно лучше?

Вот и я, полтора года назад впервые протащив через сон пирожное из городской кондитерской, так испугалась, что дала себе зарок больше не пользоваться своим даром. Испугалась я не самостоятельно — мне помогла настоятельница монастырского приюта, наказавшая меня так, что я несколько дней не могла сидеть. А потом подробно объяснившая, что бывает с обладателями неудобного дара. С тех пор, видимо, устрашившись ее историй и вымоченных в соли розг, дар никак себя не проявлял. Вплоть до сегодняшней ночи, когда я проснулась осчастливленная чужими штанами…

Наконец одевшись и поплескав в лицо холодной водой из графина, я подхватила компромат и вылетела в коридор. Так, надо идти осторожнее… Предрассветный сумрак уже начал бледнеть, и безмолвные коридоры академии были залиты нежным розовым светом. Однако эта умиротворенная картина ничуть не успокоила меня, и я с колотящимся сердцем понеслась вперед. Вот уже бесконечные коридоры и лестницы осталась позади, и я выбежала в главный холл. Передо мной замаячила дверь со стоящими по бокам рыцарскими латами и, воодушевившись, что цель близка, я припустила к ней. Неужели я успела! Только бы добраться до парка, а там достаточно одного щелчка, и…

Высокая фигура в светлом плаще, выступившая, казалось, прямо из таящегося по углам полумрака, разбила эту надежду.

— Куда вы так спешите, адептка Этель Райли? — холодно спросил меня лорд-куратор. Его взгляд упал на мои руки, прижимающие к груди скомканные штаны, и мое сердце ушло в пятки.

Он тут не просто так. Он понял, что у меня в руках. Но догадался ли, как я это получила?  

Я остановилась, как вкопанная, словно врезалась в стеклянную стену.  И молча наблюдала, как мужчина неторопливо идет ко мне. Время вдруг замедлилось, и я смотрела на него, не слыша шороха шагов — стук бешено стучащего сердца перекрыл все звуки. Шаг, другой, третий…

— Адептка Этель, так откуда у вас это? — вкрадчиво спросил мужчина, останавливаясь прямо передо мной. Ветер, ворвавшийся в распахнутые окна, колыхнул его плащ и донес до меня запах мороза и льда. Запах чужой магии и опасности.

И это внезапно помогло мне собраться. Сглотнув, я переступила с ноги на ногу и категорично заявила:

— Это не мое!

Точнее, хотела заявить твердо и категорично, но голос предательски дрожал. И мужчина понял это. Темные, точеные губы исказились в саркастичной усмешке.

— Не ваше, верно, — мягко согласился он, но от этой обманчивой мягкости мне тут же поплохело. Вдобавок, в холле почему-то заметно похолодало, и на нос упала первая снежинка. В помещении. — Это мое. И мне интересно, как моя вещь попала к вам?

—Э-э… — проблеяла я. Все инстинкты вопили, что этому человеку нельзя врать. Но я не могла, просто не могла сказать правду! Мне очень не хотелось, чтобы он сдал меня в тайную канцелярию. — Я… вернулась в вашу комнату ночью и взяла штаны.

— Зачем? — спросил лорд-куратор. Он слушал меня со скучающим видом, и мне казалось, что мужчина не верит ни единому слову. Но уже начав врать, я не могла остановиться. Придется позориться дальше.

— Ну я же вас люблю, — сообщила я, как нечто само собой подразумевающееся и вдруг затараторила на одном дыхании: — Огонь страсти было невозможно погасить…э-э… ничем, кроме ваших штанов. И поэтому я пробралась к вам в комнату и стащила их из шкафа. Я не собиралась никого привораживать, честно, просто хотела приклеить их на стену и… это… любоваться. Простите, я больше не буду вас беспокоить, — закончила я и наконец вдохнула воздух.

Ох, а ведь за воровство у преподавателя меня могут отчислить! А если скажу правду — заблокировать магию. Пресветлая Богиня, куда я влипла… Но, может, он меня пожалеет и отпустит?

Я с надеждой подняла глаза на лорда-куратора, и эта надежда тут же завяла. Потому что его взгляд, холодный, оценивающий, морозил не хуже январской стужи. Вокруг нас вовсю падал снег, бесследно тая на мраморном полу, и меня мелко заколотило от холода.

Секунда, другая… В серых, туманных глазах лорда-куратора вдруг что-то дрогнуло. Стремительно шагнув ко мне, он перехватил меня за талию и толкнул в мгновенно развернувшееся подо мной зеркало портала.

Перемещение в портале — словно падение в бездну. Я судорожно вцепилась в плечи мужчины, силясь сделать вдох, вокруг нас клоками несся туман… И вдруг, в один миг, все прекратилось, и мы рухнули на ковер.

Точнее, я рухнула — лорд-куратор устоял на ногах, даже не покачнувшись. И, заложив руки за спину, искоса смотрел на то, как я в панике озираюсь и спешно поднимаюсь на ноги. Штаны я зачем-то прижала к себе, цепляясь за них так, словно они были щитом от монстра.

Мы оказались в кабинете. Просторное помещение, стол, превосходящий размерами мою комнату в общежитии, книжные шкафы у стен. И мужчина, взирающий на меня с участием ледяного айсберга.

— Зачем вы перенесли меня сюда? — спросила я почему-то шепотом и сделала мелкий шажок в сторону двери. Так, на всякий случай. Я уже опозорилась, признаваясь этому хладнокровному типу в любви, может, пора бы ему отпустить меня? — Э-э… вот, это ваше, — я протянула скомканные штаны мужчине. — Извините, больше не буду вас беспокоить, — пробормотала я, стараясь изобразить как можно более покаянный вид.

Наверное, это сработало, потому что лорд-куратор вдруг щелкнул пальцами, и штаны истаяли прямо в моих руках. Я чуть выдохнула. Значит, он поверил? И я могу идти?

Однако, не успела я задать этот вопрос, как мужчина шагнул на меня, вынуждая попятиться. Вокруг нас закружились снежинки, намекая, что лорд-куратор изволит колдовать, а я вдруг поняла, что не могу выдавить ни слова.

—  С этого момента вы сможете говорить мне только правду, адептка Райли, — произнес мужчина, делая очередной шаг. А я же, отшатнувшись, уперлась спиной в стену и поняла, что дальше отступать некуда. — А теперь расскажите мне, откуда вы?

— Из Ристанской магической академии, — с ужасом услышала я свой голос. Он на меня воздействовал! А я даже не почувствовала!

— А до этого? — резко спросил лорд-куратор.

— Приют святой Инессы, — слова сыпались сами собой, словно горох из прохудившегося мешка, сколь я не пыталась остановить их.

— Родители?

— Торговцы, погибли, — отрывисто отозвалась я.

Мужчина вдруг замолчал и улыбнулся — такой улыбкой, от которой у меня затряслись поджилки. Или не от улыбки, а от холода — из-за его магии в помещении стало зябко, как в морозильном ящике. Я с ужасом уставилась на мужчину. Чего он медлит? Собирает силы для главного вопроса?

— Кто послал вас? — не разочаровал меня мужчина.

— Женевьева, — вырвалось у меня, и я испуганно зажала рот руками. Все, теперь мне точно не жить… За то, что я сдала ее, блондинка сгноит меня живьем.

— О, студенческие развлечения, — тут же понял суть дела мужчина. — А я уж думал… Неважно, — оборвал он сам себя и вдруг уставился прямо в мои глаза. В ушах тут же зашумело, и все вокруг, кроме его серого, немигающего взгляда, подернулось дымкой. Медленно, осторожно он оторвал мои ладони от губ и прижал их к стене по обе стороны от моей головы.

— Как вы украли мои вещи, Этель? — вкрадчиво спросил лорд-куратор.

Его зрачки вдруг вытянулись и заняли собой чуть ли не полнеба. Круговерть снега вокруг нас обрела ритм и смысл.

— Через сон, — зачарованно отозвалась я.

Ветер вдруг стих, напоследок разбросав пряди по плечам мужчины в картинном, идеальном беспорядке. И я увидела, как на его лице медленно расцвела торжествующая улыбка.

— Через сон, — повторил он, — Как занимательно. И давно у вас обнаружились подобные умения?

Его внушение, погружающее меня в состояние, достойное загипнотизированного удавом кролика, чуть ослабло, и я сделала попытку вырваться. Бесполезно, он словно бы даже ничего не заметил, а его руки продолжали прижимать мои запястья к стене с прежней силой. Закусив губу, я решила, что раз он больше не зачаровывает меня, то я не скажу ни слова.

— А я ведь могу обратиться в тайную канцелярию, — задумчиво, словно бы говоря с самим собой, произнес лорд-куратор.

Вздрогнув, я со страхом уставилась на него. Неужели мужчина действительно заложит меня? Он хотя бы представляет, что меня тогда ждет? Однако на безупречном мраморном лице лорда-куратора было написано лишь безразличие и отрешенность, и я тут же поняла: еще как сдаст.

— Ну что ж, если вы не хотите говорить, то придется… — мужчина, вдруг отпустив мои руки, отступил на полшага назад. А затем чуть улыбнулся, только вот от его улыбки у меня захолодило сердце. Что он задумал?..

И лорд-куратор не разочаровал меня. Щелкнув пальцами, он создал сбоку яркое, переливающееся зеркало портала.

Я уставилась на него с нескрываемым страхом. Куда оно ведет? В тайную канцелярию? Точно, в тайную канцелярию! Мне даже показалось, что в зеркальной глади виднеются мрачные подземелья и тайные казематы, хотя портал не должен передавать изображение с той стороны.

— Почему бы нам не прогуляться, адептка Райли? — мужчина, не отрывая от меня немигающего взгляда, протянул руку. И я, не выдержав, отшатнулась. И, запнувшись о собственную юбку, упала на пол.

— Полтора года, — выкрикнула я, с ненавистью глядя на мужчину и даже не ощущая боли в ушибленном бедре, на которое с размаху приземлилась. Только бы он не утащил меня в тайную канцелярию! — Мои способности пробудились полтора года назад. Я расскажу вам… все, что вас интересует.

Тонкая улыбка, зазмеившаяся на лице лорда-куратора, показала, что именно этого он от меня и ждал — того, что я расскажу все ему, а не предпочту экскурсию в особые государственные учреждения. Взмахом руки развеяв портал, мужчина наконец отошел от меня.

А я выдохнула и на миг прикрыла глаза, понимая, что мне совершенно нечего ему противопоставить. Вот… гад! Какая ему вообще разница, что у меня за дар и когда он проявился? Разве это его дело?

Мужчина меж тем совсем не считал, что это не его дело. Сев за стол, он приглашающим жестом указал на кресло напротив. Пришлось, морщась от боли, подниматься и плестись к нему. А когда я опустилась в кресло и чинно сложила руки на коленях, то обнаружила, что пальцы мелко дрожат.

— Чай? Кофе? — светским тоном предложил лорд-куратор, словно только что не заколдовывал и не шантажировал меня.

— Не надо, — мрачно отозвалась я. Я чувствовала себя проигравшей, и сейчас была мало способна изображать вежливость. Мне удалось скрываться целых полтора года… И получалось бы и дальше, если бы не Женевьева с ее штанами! А теперь я сижу тут, и, похоже, сейчас буду выслушивать какие-то условия от этого холёного и холодного типа… А кстати, что ему от меня нужно?

Однако лорд-куратор не торопился просвещать меня. Вместо этого мужчина, уперев локти в стол и сложив кисти домиком, смерил меня испытующим взглядом.

— Кто-то еще знает? — наконец разомкнув губы, спросил он.

— Нет, — отозвалась я и перевела взгляд в окно. Не хочу на него смотреть! Грубиян. И даже не помог мне подняться, а я ведь свалилась из-за него!

— Что еще вы протаскивали через сон?

— Пирожное, — нехотя отозвалась я. — И ваши штаны. Больше ничего.

До меня донеслось глухое хмыканье, словно мужчина пытался сдержать смех. Однако когда я бросила на него подозрительный  взгляд, его лицо было непроницаемо.

— Рад, что ты обратила на меня свое безраздельное внимание, Этель, — серьезно произнес он.

Этель?

— Разве мы с вами уже перешли на ты? — не выдержав, с ехидцей спросила я, хотя злить его было не самой лучшей идеей. — Может, и вы тогда представитесь, лорд-куратор, потому что я до сих пор не знаю вашего имени?

Губы мужчины тронула холодная усмешка. И он вдруг явственно подобрался, словно мы наконец подошли к тому, ради чего меня, собственно, и шантажировали.

— Рэндал Хео, — сообщил он, — ледяной дракон. И да, я позволю себе называть тебя по имени, Этель — на правах твоего личного учителя. И господина.

Из всего вышеперечисленного сознание почему-то выделило именно последнее слово.

— Господина? — медленно переспросила я.

Какого еще господина? Сдается мне, это попахивает... каким-то развратом. Тем самым, которым мне так настойчиво предлагал заняться профессор Лайме из старой академии. И этот лорд-куратор, он же ледяной дракон Рэндал Хео, туда же. Пресветлая Богиня, он еще и дракон! Значит, мне не привиделись вертикальные зрачки…

От осознания, что напротив сидит самый настоящий дракон, мне поплохело. Вцепившись пальцами в столешницу, я сделала глубокий вдох и на миг прикрыла глаза — а когда открыла, то обнаружила, что господин дракон смотрит на меня в упор.

— Думаю, моя фамильярность простительна, Этель. Учитывая, что мы станем проводить ночи в одной постели, — отстраненно сообщил он.

В одной постели? Этого я уже вытерпеть не могла.

— Да вы в своем уме? — вскочив, выпалила я звенящим от ярости голосом. — Никакой постели быть не может!

И, резко развернувшись, зашагала к дверям. Как подло! Шантажировать девушку и требовать… такое!

— Стоять, — приказ дракона догнал меня в трех шагах от дверей. И я тут же застыла на месте, не в силах сделать ни шагу. Вот же… телепат! — Вернись, — веско добавил он.

Я развернулась, как послушная кукла, и возвратилась на свое место. А затем уставилась на мужчину уничтожающим взглядом. Ненавижу, как легко он может заставить меня что-то делать! Надо тоже выучиться на телепата. А потом поставить себе самый лучший ментальный щит, чтобы ни один подлый дракон не смел помыкать мной!

«А ведь он действительно может приказывать, что хочет», — поняла я, холодея.

Если лорд-куратор не боится заколдовывать меня сейчас, то значит, обладает достаточной властью, чтобы ему за это ничего не было. Теоретически, он может и приказать явиться к нему ночью… И судя по его поведению, его за это никто не накажет.

От открывшихся перспектив все внутри буквально заледенело. Приготовившись к худшему, я подняла на мужчину настороженный взгляд. Но он почему-то не спешил ничего приказывать, а вместо этого спросил:

— Ты знаешь, что аристократом разрешено брать магов себе в услужение? При этом маг дает вассальную клятву и служит своему сюзерену оговоренное количество лет.

— Оговоренное?

Сдается мне, он не просто так рассказывает эту историю.

 — В твоем случае — пятнадцать лет, — спокойно отозвался лорд-куратор, словно я уже согласилась. Я закусила губу, чтобы не вспылить — надо, наконец, выслушать его до конца. — Так как я беру на себя твои расходы на обучение, это вполне справедливо. Ссуду за учебу ты выплачивала бы столько же.

— За учебу? — совсем сбитая с толку, переспросила я. При чем тут учеба и его комментарии про постель?

Холодно улыбнувшись, дракон встал. Подошел и, наклонившись, оперся на подлокотники моего кресла, так что я оказалась в кольце его рук.

— Мне нужно, чтобы ты выучилась и стала магом, — тихо и четко проговорил господин Хео. —  И кроме обычной магии, я хочу, чтобы ты научилась контролировать свой дар. Я хочу, чтобы ты выучилась на сновидицу, — подтвердил он, видя неверие в моих глазах.

— Но… — не вытерпела я. — Как я могу выучиться, если такому не учат? Если это запрещенные знания?

Тут зрачки мужчины снова на миг стали вертикальными, и он многообещающе улыбнулся. Мне даже показалось, что за темными, четко очерченными губами мелькнули острые драконьи клыки.

— Я обучу тебя, — отозвался он. — Я сделаю из тебя лучшего мага сновидений нашего времени!

Я вскинула на мужчину пораженный взгляд. Он соображает, что предлагает? Лорд-куратор, дракон и аристократ, собирается обучать адептку запретной науке? А если нас поймают?

Обнаружить в себе запретный дар — это плохо. Но обучаться владеть им гораздо, гораздо хуже… Это уже тянет на тяжелое преступление. Может, господин Хео шутит?

Однако его лицо было убийственно серьезным, а во взгляде, устремленном на меня, не мелькнуло и тени насмешки.

«Он действительно собирается сделать это», — поняла я.

Может, господин дракон сумасшедший? Потому что обучать кого-то магии сновидений прямо в столице, под носом у регента и всей тайной канцелярии стал бы либо ненормальный, либо тот, кому нечего терять. Однако мне было что терять — например, жизнь и свободу, и поэтому нужно отказаться от сомнительного предложения дракона любым способом. Тем более, в комплекте с обучением у него почему-то шла постель.

Вспомнив про постель, я постаралась отодвинуться от мужчины, который все еще нависал надо мной, как скала, как можно дальше. До меня доносился тонкий запах холода и мороза. Вдруг представив, что окажусь с ним наедине не в кабинете, а в спальне, ночью, я побледнела от какого-то животного страха.

— Знаете, господин лорд-куратор…— начала было я дрожащим голосом.

— Когда я буду обучать тебя, нам придется ночевать в одной кровати, — перебил меня мужчина. — Но можешь не переживать, — тут он вдруг окинул меня оценивающим взглядом и почему-то хмыкнул, — вчерашние воспитанницы монастырской школы не в моем вкусе.

Он что, прочитал мои мысли? Вспомнив, о чем я думала, я было залилась удушливым жаром. Но тут же, сообразив, что дракон только что оценил меня и счел непригодной, гордо задрала голову.

— С чего вы взяли, что меня интересует ваше предложение, господин Хео? — спросила я, добавив в голос холодка. — Я могу окончить академию и без вашей помощи. Как и заплатить за обучение.

— Вот как? — мужчина вдруг улыбнулся: холодно, многообещающе. — Спешу разочаровать тебя, Этель. Не сможешь. —  и, упруго оттолкнувшись от подлокотников кресла, он наконец выпрямился. Я украдкой перевела дух: когда дракон стоял чуть подальше, хотя бы на расстоянии шага, даже думалось легче… — Жду тебя в своем кабинете на закате. Надеюсь, ты не заставишь меня ждать, иначе…

Угрожает? Я могу ответить тем же!

— Я не приду, — с вызовом отозвалась я, одновременно поднимаясь. Мои ладони стиснули юбку — чтобы он не увидел дрожь пальцев — но голос звучал уверенно. — И советую вам не пользоваться своим положением, чтобы вредить мне.  Потому что тогда я тоже могу рассказать, что вы маг сновидений. И что вы предложили обучать меня.

Пока я говорила, бровь мужчины взлетала все выше. Протянув руку, он снова ухватил меня за подбородок:

— Ошибаешься, Этель, — улыбнувшись так, что кровь застыла у меня в жилах, произнес он. Воздух вокруг нас вдруг уплотнился, и за спиной дракона, кружась, медленно посыпались снежинки. Я замерла, испуганно глядя в его глаза. Надо отвернуться… Но нет сил. Под влиянием его давящей магии нет возможности ни вздохнуть, ни закрыть глаза, ни даже моргнуть. —  Этим вечером на закате ты будешь тут, — шепнул он почти нежно. И, внезапно отпустив меня, сделал шаг назад.

А я, бросив на него один дикий взгляд, развернулась и торопливо зашагала к дверям, под конец сорвавшись на бег. Пресветлая Богиня… Только бы убраться отсюда! Только бы он не остановил меня!   

Ноги моей больше не будет в этом кабинете! Вечером привяжу себя к кровати, но ни за что не появлюсь тут!

Буквально вылетев в коридор, я спешно зашагала куда глаза глядят. Лишь бы оказаться подальше от этого жуткого кабинета и его не менее жуткого хозяина… Через несколько минут руки понемногу перестали трястись, и я наконец смогла оглядеться по сторонам.

Каменные стены, обшитые темными деревянными панелями, высокие окна и пустые по случаю раннего времени аудитории. Похоже, я в центральном крыле академии. Точно, вот и кабинет декана, в котором я побывала вчера. Все, теперь понятно, куда идти — если поверну направо и пройду по коридору, то попаду в здание общежития.

До завтрака еще оставалось около получаса, и я решила подняться в свою комнату, чтобы немного успокоиться. После разговора с драконом меня до сих пор накрывали то страх, то злость. Между прочим, телепатическое внушение — это незаконно! Может, пожаловаться на лорда-куратора стражникам? Ага, и они тут же побегут расследовать жалобы сироты без гроша в кармане на влиятельную персону. А дракон, судя по его властной и уверенной манере держаться, был очень влиятельным.

Так ничего и не решив, я распахнула дверь в свою комнату. И замерла на пороге, потому что посредине стоял огромный фиолетовый чемодан, а в нем азартно копалась незнакомая девушка.

— О, привет! — вынырнув из чемодана, девушка — симпатичная кареглазая шатенка — дружелюбно улыбнулась. — Я Глория, а ты? Ты тут живешь?

— Да, — собравшись, я улыбнулась и шагнула в комнату.  — Этель. Тебя поселили ко мне?

— Ага, будем жить вместе, — радостно подтвердила Глория. У меня тут же отлегло от сердца: по крайней мере, у меня в соседках не высокомерная снобка. Как повезло! Может, мы даже подружимся? — А что это у тебя там висит? — и соседка махнула в сторону моей кровати.

Висит? Вроде с утра ничего не было… Непонимающе моргнув, я перевела взгляд вправо — и буквально остолбенела. Потому что прямо над моей кроватью, аккуратно расправленные, красовались… портки дракона Рэндала Хео!

— Ох уж эта мерзкая ящерица! — не веря своим глазам, я подошла к кровати и, протянув руку, потрогала ткань. Однако мне не мерещилось — на стене действительно висели мужские портки. И они были приклеены намертво. В этом я убедилась, когда попыталась отодрать их от стены. В моих скрюченных от злости пальцах даже ниточки не осталось!

Вот… негодяй! Зачем он это сделал? Как напоминание, что мне нужно явиться к нему? Или предупреждение, чтобы больше не смела прокрадываться в его спальню? Да я и не собиралась! Наоборот, это он на что-то намекает…

— Так что это? — влезла Глория. Подойдя, она с любопытством оглядела картину «штаны дракона». — Это у вас в столице такие традиции?

— Да, — с ненавистью глядя на стену, соврала я. — Чтобы… э… была удача в учебе.

— О, так ты веришь в разные приметы! — вдруг обрадованно воскликнула девушка. — Я тоже! А я-то боялась, что ты подумаешь, я какая-то странная!

И, снова нырнув в свой чемодан, девушка вдруг одним ловким жестом извлекла из него красные панталоны и забросила на люстру. «Деньги привлекают» — пояснила она. Затем положила на окно розовый кристалл — на удачу в любви. И напоследок осторожно развернула и повесила над своей кроватью какой-то плакат. На нем были приклеены вырезанные из книжек с картинками замки, кареты и что-то другое, что я не могла разглядеть издалека.

— Ну, про карту желаний мне не надо тебе рассказывать, думаю, сама знаешь, — отойдя на шаг, Глория довольно уставилась на дело своих рук.

Я промычала что-то невразумительное, глядя на нашу преобразившуюся комнату: с мужскими портками над моей кроватью, красными панталонами на люстре и розовым кристаллом на окне, явно представляющим пожарную опасность. Вон как на моем покрывале луч сфокусировал…

— Прекрасно, — наконец выдавила я и, не выдержав, переложила кристалл на тумбочку Глории, куда не попадали прямые солнечные лучи. — Только давай положим его сюда, пока он не спалил нам комнату.

— Хорошо, — легко согласилась Глория. — Как обрету удачу в любви, так переложим на твою тумбочку.

— Спасибо, — вполне искренне проговорила я.

 Я, конечно, ни разу не слышала про то, что розовые кристаллы могут привлечь любовь…Но, с другой стороны, не мне судить — потому что я собираюсь искать высшего мага, чтобы он поцеловал меня и «починил» ауру. Тоже достаточно необычный метод… Ну а что еще остается?

Тут взгляд Глории упал на наручные часы, и, охнув, она подхватила меня под руку и буквально поволокла в столовую, на ходу рассказывая о себе. Соседка была из западных провинций, и в академии у нее учился старший брат.

— Берт на третьем курсе, — сообщила она. — Он и предупредил меня, чтобы я опоздала на денек-другой. Говорит, что тут совершенно несносное студенческое сообщество, и мужское, и женское. Каждый год мучают новичков, придумывают жуткие задания… Лишь бы поиздеваться! — с возмущением добавила она, и я мысленно с ней согласилась. Жаль, что я тоже не приехала на денек позже…

Мы как раз дошли до столовой — огромного зала, поделенного на зоны для уюта. Несмотря на то что сейчас тут собралась вся академия, над столовой царил лишь легкий воспитанный гул — наверное, где-то были спрятаны шумоподавляющие артефакты. Под самым потолком медленно плыли круглые шары магического освещения, и меж столами были расставлены растения в кадках.

Я чуть улыбнулась: как же мне здесь нравится! Совсем не похоже на мою старую академию, обеденный зал которой был похож на амбар. А как тут кормят! Углядев вдали блюда с копченостями и колбасами, я устремилась к ним. Это вам не жиденькая овсянка без соли и масла, которую я ела на завтрак весь прошлый год.

— А ты ходила на это жуткое сборище студенческого сообщества? — вдруг спросила Глория. Мы уже нагрузили подносы яичницей и горячим чаем и сейчас шагали по проходу, выискивая свободный стол.

— Пришлось, — созналась я и, наконец углядев незанятые места, с облегчением сгрузила поднос на стол. — И они дали мне совершенно дурацкое задание!

Глория сочувственно охнула.

— Но ты же его выполнила, да? — с тревогой спросила меня девушка.

— Да, меня тоже это интересует. Ты выполнила задание? — послышался за спиной знакомый женский голос. Поморщившись, я развернулась и ожидаемо увидела Женевьеву.

В памяти тут же всплыл ужас вчерашнего вечера и то, что из-за нее лорд-куратор теперь хочет затащить меня в опасную авантюру и в свою постель. В голове зашумела кровь, и я медленно выдохнула, чтобы успокоиться.

— Пятикурсник, значит? — тихо переспросила я. — Который допоздна сидит в библиотеке?

Лицо Женевьевой нервно дернулось, и она с вызовом отозвалась:

—  А что? Какая разница, чья это была комната. Это я президент женского студенческого общества, и я раздаю задания! Я! — на последнем слове ее голос сорвался на противный визг, и жующие студенты за соседними столиками начали оглядываться на нас.

Я поморщилась — прекрасно… Устроим скандал на публику. Но и отдать ей штаны я не могла, потому что они намертво приклеились к стене моей комнаты. Да, получился какой-то юридический казус. Штаны у меня есть, но вручить их Женевьеве я не могу. Вот… мерзкий дракон! Отдал бы их мне просто так, если самому не нужны…

— Задание я выполнила, — отозвалась я. Ведь «заказанный» предмет у меня?

— Ну? — поторопила меня блондинка. — И где?

— Но отдать пока не могу, — выпрямившись, я сложила руки на груди. — Ты же не думаешь, что я буду разгуливать по академии… с таким предметом?

Фыркнув, блондинка переглянулась со своими рыбами-прилипалами.

— Значит, не выполнила, — протянула она. — В таком случае, пакуй вещи. Правила есть правила,  — и старшекурсница попыталась придать своему лицу сочувствующее выражение, но получалось у нее плохо.

—  Наверное, все-таки останусь, — мило улыбнувшись, отозвалась я. В конце концов, если дракону я для чего-то нужна, то он не позволит мне просто так уехать. Да и я не хочу, я еще не нашла высшего мага.

При моих словах лицо блондинки перекосилось, и она завопила, как сирена:

— Что??? Да как ты со мной разговариваешь? Ты хоть знаешь, кто я? Я…

— Женевьева! — вдруг резко окликнули ее, и девушка мигом сдулась, как шарик, из которого выпустили весь воздух. И тут же, натянув на лицо улыбку, сладкую, как приторная карамель, обернулась к шагающему к нам высокому брюнету.

—  Дерек! — пропела она. И, пока брюнет шел к нам, даже сделала попытку ухватить меня под руку, как закадычную подружку. Безуспешную, потому что я отшатнулась. — А мы тут… знакомимся с первокурсницами! Так сказать, налаживаем связи …— и она неестественно захихикала, бросая на меня предупреждающие взгляды.

Однако я едва ли замечала их, потому что к нам приближался самый великолепный парень из всех, что я когда-либо видела! Темные, как вороново крыло волосы, брови вразлет, решительный взгляд… Пресветлая Богиня, только бы не покраснеть!

— Женевьева, что тут происходит? — меж тем резко спросил он и, повернувшись, адресовал нам с Глорией чарующую улыбку. — Дамы… Надеюсь, все в порядке?

— В порядке, — пораженно выдохнули мы хором с Глорией и Женевьевой. Однако последняя, встрепенувшись, тут же ухватила брюнета под локоть:

— Я просто… разговаривала с новыми участницами нашего женского студенческого общества. Ты же знаешь, я такая заботливая, всегда только и ищу, кому бы помочь, — и она жеманно захихикала, да так противно, что я даже очнулась от охватившего меня при виде брюнета ступора.

— С участницами? — переспросила я, многозначительно задрав бровь.

— Да, да, — раздраженно закивала мне Женевьева, делая большие глаза. Ладно, если мы уже участницы, то не буду сдавать ее. Главное, пусть отстанет. — Пойдем? — и она чуть ли не повисла на локте парня, пытаясь уволочь его подальше от нас. Но он меж тем едва ли замечал ее попытки.

— Дерек, — обаятельно улыбнувшись, отчего мозг в моей голове мигом превратился в кисель, представился он. — Добро пожаловать в академию Айвери, девушки. Если вам нужна будет помощь, не стесняйтесь и обращаетесь.

Мы с Глорией пролепетали что-то невнятное в ответ. Еще раз кивнув, брюнет наконец позволил Женевьеве, лицо которой с каждой секундой все сильнее белело от бешенства, уволочь себя. Рыбы-прилипалы блондинки ушли следом, и я села на стул, невидяще глядя перед собой.

— Кто это? — спросила я у Глории, которая, как и я, выглядела слегка ошарашенной.

— Дерек Эсси, — с придыханием сообщила та. — Сын регента! И высший маг! Он самый популярный парень академии!

Вздрогнув, я подняла на девушку неверящий взгляд. Все ее слова пронеслись мимо сознания, и лишь одна фраза четко отпечаталась в голове. Высший маг.