Потерянное равновесие

Тяжелый день, трудные занятия. Надеюсь, хоть конец этого дня будет спокойным.

Я шла по коридору в мужское крыло общежития, мои каблуки мерно стучали по каменному полу. 

Мы не виделись с Кристофом два дня. Ужасно соскучилась по нему, так хотелось забыться в его объятиях и поделиться своими переживаниями. 

Я невольно ускорила шаг, нетерпение съедало меня, пульс бился в голове. Я пыталась одергивать себя, но никак не могла справиться со шквалом тех чувств, которые мой Кристоф вызывал у меня, помутнение… не иначе. Пусть я сначала сопротивлялась нашей связи, но вскоре поняла, что это бесполезно. Что-то свыше толкало меня к нему в объятия. Почти год мы вместе, а сердце бьется как сумасшедшее, стоит только представить его.

Нужная дверь предстала передо мной. 

Я постаралась перевести дыхание, пригладила волосы, которые наверняка выбились из густой косы от быстрого шага. Медленно выдохнула и так же медленно втянула в себя воздух, осмотрела свое темно-синее платье до колен с белым воротничком и манжетами, разгладила несуществующие складки. Нервный смешок все же сорвался с губ. Я закатила глаза на свое состояние нетерпения, скажем так, и снова нервно улыбнулась. 

«Так, Алесса, успокойся, а то Кристоф подумает, что ты тронулась умом в его отсутствие», - одернула себя и все же подняла руку, чтобы постучать.

Дверь сразу же открылась.

Кристоф даже не удосужился полностью распахнуть дверь. Сразу схватил меня за руку и затянул вовнутрь своей шикарной и просторной комнаты, при этом плотно закрыв дверь.

Жил он один, как и все студенты. Единственным отличием совсем уж обеспеченных был размер комнаты. Я же жила в обычной комнате не потому, что отец не мог позволить себе оплатить ее, просто я отказалась от этого. Мой отец – герой прорыва, который произошел восемь лет назад, и, как и любой военный, он привык к строгости и лаконичности. И я разделяла его позицию. Учиться я могу, проживая и в обычной комнате.

Но что-то я завернула не туда. 

Кристоф был на удивление собран и даже как-то… холоден. Он обнял меня и поцеловал в щеку.

Я слегка опешила, учитывая то, чем обычно заканчивались наши вот такие встречи. 

- Что случилось, Кристоф?

- А что могло случиться? - слегка удивился он моему вопросу.

- Ты же знаешь, что можешь всем со мной поделиться, всеми своими переживаниями? Что-то произошло на практике? - спросила я и заглянула в его глаза, которые он от меня прятал. 

Кристоф оторвал меня от себя и, взяв за руку, посадил на небольшой диванчик, оббитый темно-зеленым бархатом. На небольшом столике уже стоял чайник, две чашечки и мои любимые пирожные с малиновым кремом. 

Я невольно облизнула губы, не знаю, то ли в ожидании касаний моего Кристофа, то ли в желании съесть этот крем под его немигающим взглядом.

- Знаю, но ты ведь понимаешь, что я пока не могу тебе всего рассказать, - странно печально проговорил он. 

Я полагала, что это относится к его семье, пусть он обо мне и знал все, но я о нем знала только минимум. Тема семьи была у нас под запретом. Но это нисколько не мешало нам. И раз не пришло время ему открыться передо мной, то… я могу не делиться ним своим секретом. Скорее всего, именно это и примиряло меня с тем, что он не мог быть передо мной полностью открыт. Кому как не мне знать, что для каждой тайны должно быть свое время.

- Понимаю. Но это не связано с твоей практикой? Надеюсь, все прошло без происшествий? - слегка взволнованно спросила я, все так же не отпуская его взгляд, который Крис наконец перестал от меня прятать.

- Нет, милая, на практике все прошло хорошо. Остается только сдать последний экзамен, и диплом боевого мага будет у меня на руках, - мечтательно улыбнулся он.

Я тоже была за него рада, хоть тоска предательски заползала в моё сердце. Ведь одно дело встречаться, когда мы живем в одном общежитии, а другое, когда его не будет рядом. Но я гнала от себя эти мысли. 

Пока он рассказывал мне о своей практике и наливал фруктовый чай в кружечки, я внимательно слушая его, открыла красивую коробочку из известной кондитерской и достала пирожные. Выложила их на предложенные блюдца.

Кристоф, не переставая делиться впечатлениями, подал мне чай и в нетерпении смотрел, как я его пью. 

- Хм.

- Тебе не понравился? - осведомился любимый, он знал еще одну мою слабость. Я обожаю чай.

- Понравился. Просто он слегка горчит. 

- Это особый фруктовый чай. Не смог пройти мимо, сказали, привезли его из Северных земель. Решил, что ты обязательно должна попробовать, - проговорил Кристоф и все так же внимательно смотрел на меня. 

Ну что я могу ему сказать: один раз попробовать можно, но чтобы каждый раз его пить. Нет уж, увольте. Однако не хотелось расстраивать любимого, ведь даже на боевой практике он не забывал обо мне.

- Все в порядке, милый, - улыбнулась ему и не удержалась от того, чтобы не прильнуть к нему. Я поставила чашечку на стол, придвинулась ближе и крепко обняла Кристофа, показывая всю свою любовь и привязанность.

Он протянул свои руки и положил их мне на плечи, слегка отстраняя от себя и заглядывая в мои глаза.

- Ты просто не распробовала его, - проговорил он. 

Снова взял мою чашечку и подал мне. 

Какой-то он странный сегодня. Не буду его разочаровывать, ведь он старался мне угодить. 

Под его чутким взглядом, слегка улыбнувшись, отпила еще глоточек.

- Ну же, милая. Мне рекомендовали пить его теплым, он к тому же еще и невероятно полезен, - проговорил любимый, взяв в руки свою кружку.

Я тяжело вздохнула. 

И выпила до дна, снова улыбнувшись ему, и поставила уже пустую чашечку на стол. Чудом только не скривилась от этой гадости. Горечь разлилась на языке.

Кристоф сразу стал серьезным, от резкой смены настроения я даже опешила. Холод, как мне показалась ранее, снова разлился на глубине его глаз. Я никак не могла взять в толк, что происходит.

- Ты что-нибудь чувствуешь? - еще один странный вопрос.

Я задумалась и слегка нервно протянула:

- Н-е-т.

- Фух, хорошо, - как-то облегченно произнес он и запустил руку в свои пшеничного цвета волосы и разлохматил их. Я же застыла на диване, похоже, мой ответ он понял на свой лад. Тем более, он сразу же добил меня последней фразой. - Значит, подействовало. 

Хотела крикнуть и спросить, что подействовало, и что он мне так настойчиво предлагал выпить. Я сразу сложила все воедино и сдержала крик, потому как выдать себя не могла, а вот послушать его стоило.

Он отбросил мои руки от себя, как будто это были змеи, и слишком расслабленно откинулся на софе, искренне улыбнувшись, так, как он улыбался мне раньше. Я только слегка приподняла подбородок.

- Не буду пугать тебя, сейчас ты перестанешь чувствовать свое тело, эмоции тоже будут приглушены. К сожалению, обстоятельства поменялись, и мне теперь не удобна наша с тобой связь, хоть мы и славно проводили время, но долг превыше всего. Да и не ровня мне такая, как ты, - слушала его и действительно чувствовала, как холод разливается по венам, но только не из-за того, что он меня опоил, а от горечи и боли предательства. Я же тем временем старалась сдержать себя из всех сил, чтобы не расцарапать ему лицо. Но раз уж меня опоили, то я должна вести себя соответствующе. А он продолжал растаптывать мое девичье сердце. Теперь и я знаю, что первая любовь не всегда счастливая. – Да, конечно, ты леди и бла-бла-бла, - со снисхождением и высокомерием смотрел он на меня и продолжал. - Но мы ведь все (полагаю, это он о своем высшем обществе таких же гнилых аристократов говорит!) знаем, что ты не родная дочь тера Ховера, а приемная, ты нечистокровная аристократка. Так что, сама поставь себя на мое место, - как ни в чем не бывало пожал он плечами. – Я бы, конечно, оставил тебя в фаворитках, но боюсь, моя молодая невеста не оценит этого. Возможно, если я еще не передумаю, то потом мы все вернем на круги своя. А сейчас, чтобы ты все не испортила, мы сотрем тебе память о нашем тесном знакомстве и лишим тебя чувств ко мне. Все же мне не нужны проблемы от твоего опекуна. Не в моих интересах заводить такого врага, как твой отец. Хорошо, что ты ему ничего рассказала о наших отношениях. Это мне очень даже на руку сейчас. 

«Опекун? Да он мне отец!» - так и хотелось прокричать ему. 

«Невеста у него! А меня в фаворитки? Хойл безднов! Бегала бы я за ним. Похоже, он до сих пор так и не узнал меня как следует. Просто любовь застила мне глаза», - мысленно ругалась я и кляла себя за то, как могла влюбиться в этого… хойла!  Жаль, не выскажу ему это в лицо, потому как четко должна соответствовать своей роли жертвы. Мой секрет должен остаться при мне. Стереть память, ну-ну!

Он еще что-то говорил, но я погрузилась в себя, мерно вдыхая и выдыхая воздух из легких. Старалась держать себя в руках и практически не шевелиться. Интересно, и кто же этот помощник, который лишит меня памяти? Ведь Кристоф явно не обладает достаточным количеством магии. Стук в дверь избавил меня от мучительного самокопания на тему, как же я могла влюбиться в это… недоразумение! 

- О-о-о, а вот и всё, дорогая. Завтра ты и не вспомнишь о наших тесных взаимоотношениях, - мерзко улыбнулся Кристоф, но сразу же насторожился, видимо, что-то промелькнула на дне моих глаз. Я снова медленно задышала и максимально сделала взгляд безразличным. Кристоф же не стал заострять на этом внимание и открыл дверь гостю.

«Восхитительно! Просто потрясающе! Ректор явился собственной персоной. Я, конечно, подозревала, что Кристоф относится к золотой аристократии, размер его комнаты явно указывает на это, но чтобы ректор выполнял вот такие грязные поручения! Это уже потолок!» - все это проносилось в голове у куклы, которой я и застыла на диване.

- Тер Ришел, проходите, благостного вечера.

- Ваше высочество… - ЧТО?! Дыши, дыши, Алесса. Вот же попала! Принц! Вот же хойл! Надо же было так вляпаться.

- Окажите мне услугу, - проговорил Кристоф, но так как я как бы не могла шевелиться, то и головы не поворачивала.

- Какую? О-о, вы не один? - легкое непонимание сквозило в голосе. 

- Присаживайтесь. Не один. Но моя услуга как раз касается адептки Алессы.

- Что с ней? Почему девочка странно выглядит? - может быть, не так и плох наш ректор и не будет выполнять его просьбу? Хотя какую просьбу, полагаю, это будет приказ.

- Я опоил ее, - как ни в чем не бывало произнес это принц.

- Что?! Ваше высочество?!

- Не буду медлить, потому как не хочу затягивать с решением этой проблемы, - вот так! Значит, я теперь проблема.

- Так вот, мы были в слишком близких отношениях с леди.

Ректор слегка откашлялся на эти слова принца. Пусть близкая связь среди адептов и не возбранялась, но и напоказ не выставлялась.

- Так вот, я хочу, чтобы вы лишили меня возможной драмы и удалили ей часть воспоминаний, для нее я останусь только старшекурсником.

- Но зачем столь кардинально решать вопрос? Леди Алесса зарекомендовала себя как спокойная и рассудительная девушка. Если вы скажете ей правду, то она не будет устраивать сцен…

- Хватит! - довольно грубо перебило это высочество ректора университета. - На кону слишком многое. Я не собираюсь иметь во врагах генерала своей же будущей армии. Кроме того, вскоре состоится помолвка с принцессой Вальмонта.

- Это приказ? - глухо и холодно произнес ректор.

- Да! И если в будущем собираетесь сохранить за собой место ректора, то советую не перечить мне, - я все больше поражалась двуличности принца, похоже, не только меня он не знал, но и я его. Пребывала все время в розовых облаках. Зато теперь узнала, что он наследный принц. Страшно представить, как он будет править, когда займет место своего отца.

- Король не собирается складывать свои полномочия, мальчишка! - осадил его ректор, у меня даже чувство тепла разлилось в груди от его заступничества.

- Вы всего не знаете, - проговорил Кристоф таким тоном, что даже меня проняло. Неужели с королем что-то случилось? - Так что? Рискнете? - я так и представила эту усмешку на губах Кристофа.

- Не пожалеете, ваше высочество? – раздражение так и сквозило в голосе ректора.

- Абсолютно. Она мне не пара, - уверенно произнес принц. 

Всё. Это просто конец. 

Минуту длилось их молчаливое противостояние, после которого я услышала тяжелый вздох ректора. Потом почувствовала его шаги в мою сторону. Вот ректор поднимает мой подбородок и смотрит в мои равнодушные глаза. Заглядывает так глубоко, как будто пытается что-то увидеть на дне. Но этому не бывать. Он качает головой и начинает читать заклинание, положив другую свою морщинистую руку мне на голову. 

Пока он его читает и магия проникает в меня, я силюсь, чтобы не показать им всем неприличный жест, распространенный среди адептов, и не рассмеяться, как одержимая. Но нет! Моя тайна останется при мне!

Всего пара минут, и ректор опускает мой подбородок, кладет руки на плечи и читает другое заклинание, которое поможет мне скинуть оцепенение. Дальше он поднимает меня и, снова вглядываясь в мои глаза, спокойным голосом говорит:

- Можете идти, адептка Алесса, к себе. Общее задание между старшекурсником Кристофом и вами я засчитал. 

- Благодарю, - ровным безжизненным голосом произношу и покидаю комнату… этого трусливого хойла. Больше ни с каким зверем он у меня не будет ассоциироваться. Только с мерзким маленьким зверьком, который прячется днем и выходит искать пропитание лишь ночью.

Не знаю, о чем они еще будут беседовать, но мне это не интересно. Единственное, что вызывает любопытство, так это когда именно он все это задумал. Вот почему он просил максимально сохранять наши отношения в секрете. Смешно даже. Хотя и я тоже не желала афишировать нашу связь по собственным причинам. Вот и получилось, что заигрались в секретность мы оба. 

В таких неутешительных мыслях дошла до своей комнаты, открыла дверь, и только когда щелкнул магический замок, дала волю слезам, оседая на пол.

Закусила кулак, чтобы никто не услышал моих всхлипов, и… рыдала… выла… от боли предательства и разочарования, хойлова первая любовь! Не зря девушки в университете судачили о том, что редко первая любовь становится чем-то большим, как же они были правы. Видимо, это просто нужно пережить, перешагнуть и жить дальше.

Вот сейчас выпущу ту боль, что скопилась во мне, и начну новый день. Никто и никогда не узнает о том, что было со мной. Я сильная, и я со всем справлюсь. Пусть это будет мой первый урок, который я не сдала, но больше я никогда не буду страдать из-за парня. 

Мной сейчас двигали злость и обида, но они же и давали сил. Вскоре я уже перестала злиться на Кристофа и начала на себя: за то, что дала слабину, за то, что позволила себе отойти от намеченной цели… за то, что позволила себе так глупо влюбиться, а ведь у меня есть путь, от которого я не собираюсь отступать, и он гораздо важнее, а потому в… разрыве наших отношений (буду именно так благородно называть наше расставание с его хойловым высочеством! Побрал бы он его!) найду положительный момент. Теперь у меня будет еще больше времени заняться тем, что действительно важно для меня.

Я последний раз закусила ладонь, закрыла глаза и сделал глубокий вдох, затем выдох. Открыла глаза. Все, хватит наматывать сопли. В конце концов, он этого не достоин! 

Я всячески поддерживала себя. Подумала о том, чтобы перенестись к единственному родному человеку, но… нет. Не хочу, чтобы отец видел меня такой разбитой и слабой, не этому он меня учил. А значит, сейчас нужно принять ванну и как следует привести свои мысли в порядок, ведь никому нельзя знать, что со мной произошло, в конце концов, мне же стерли память.

Не удержалась и зло расхохоталась. Знали бы они…

Зашла в ванную комнату, включила теплую воду, чтобы она наполнила ванну. Затем расстегнула и скинула свое платье на пол.

Посмотрела на синюю лужицу у своих ног и вслух проговорила:

- Нужно будет избавиться от него, чтобы мне ничего не напоминало о моих минутах слабости и глупости.

Потом избавилась от белья и, перешагнув через платье, опустилась в теплую воду. Закрыла глаза, задержала дыхание и опустилась на дно. Открыла глаза только тогда, когда легкие стало резать ножом от нехватки кислорода, но, как ни странно, эта боль придавала мне сил. Резко вынырнула и впустила в себя кислород.

- Всё. Впереди новый день и новая я. Моя роль еще не сыграна.

Выплывала из сна долго, и первая мысль, которая меня посетила была:

«Кто может стучать в дверь в такую рань…»

Полубезумная ночь давала о себе знать. Как бы я ни храбрилась, но даже это отнимало много сил. А тут этот стук. В конце концов, со вчерашнего вечера в университете зимние каникулы. Да и друзей у меня нет, хотя даже если и были, то какой друг может прийти в такую рань? Все же открыла один глаз и посмотрела на часы. Пять утра. 

- О, бездна. Однозначно недруг, - стук в дверь снова повторился и дал ясно понять, что открыть всё же придётся.

- Сейчас, - крикнула хриплым ото сна голосом и сползла с кровати. Подошла к шкафу и быстро надела узкие черные брюки, белую рубашку с широкими рукавами и высокими узкими манжетами. Высокий, черный, отделанный металлическими замками пояс до груди довершил образ. Волосы быстро собрала в высокий хвост. Забежала в умывальную комнату, чтобы умыться, и вот уже спустя пятнадцать минут предстала пред тем, кто так беспардонно меня потревожил в мой законный выходной.

Открыла дверь и… секунда, две… Удивленно вскинула бровь. Ведь именно эта эмоция должна отображаться на моём лице при виде ректора на пороге своей комнаты. Но ни в коем случае не злость и негодование. 

- Ректор Ришел. Светлого утра, - только и смогла сказать, смотря в пронзительные блеклые глаза мужчины. Видимо, с утра я была плохой актриской, и тер Ришел что-то уловил на дне моих глаз, потому что он тоже всего на миг удивился, а затем в меня полетел сгусток магии и… попал прямо в грудь.

Вот же дорх! 

Я не успела выставить щит! Мой заторможенный мозг никак не мог определить, каким именно заклинанием ректор в меня ударил, чтобы хоть как-то разгадать, какой именно урон оно могло мне нанести. Я тихо выругалась и пролетела несколько метров вглубь комнаты и приземлилась на колени, слишком достоверно, ведь боль в коленях была настоящей. Одной рукой я упиралась в пол, другой же сжимала место ранения. Голова была опущена, но я слышала, что ректор зашел в комнату и захлопнул дверь.

Что он хочет? Добить? Стирания памяти ему было мало?

В голове мысли пронеслись за доли секунд, а еще я поняла, что при таком раскладе… не обессудьте, тер Ришел, если получите отпор. Но я все же сжала пальцы ладони, упирающуюся в пол, в кулак, прогоняя свою злость на то, что меня в очередной раз ударили, а мне следует это проглотить, чтобы моя тайна не раскрылась. Но если он имеет намерение меня убить, то он… будет шокирован.

Я подняла голову и посмотрела в его глаза.

Признаться, его эмоции вызывали у меня неоднозначные чувства. Шок, неверие, изумление, и это после того, как он пришел и запустил в меня магией. Гнев, желание наказать, ярость - да всё, что угодно, но не удивляться же собственному поступку? Странный он.

Рассмеялась бы, если могла.

- Вставай, девочка. Ну же. Не может быть! - он побежал ко мне и схватил за плечи и поднял довольно легко, и не скажешь, что в его возрасте у него столько сил. Поведение мужчины не укладывалось в голове, хоть на дне сознания и теплилась догадка. Но ведь этого не может быть?! Я была осторожна!

- Не может быть? Что вы, уважаемый ректор столичного университета магии, пришли и напали на свою адептку? - не удержалась я от замечания, но он как будто не услышал меня, а всё продолжал рассматривать меня, как чудо.

Меня стало это нервировать. Находиться с психом в одной комнате то еще удовольствие. А с психом, наделённым властью, и силой подавно.

- Мне нужно к лекарю, - медленно проговорила я, продолжая кривиться от боли и держаться за грудь уже двумя руками, изображая крайнюю степень недомогания. Стояла на ногах только за счет крепких старческих рук, которые, похоже, не собирались меня отпускать и просто мёртвой хваткой удерживали за плечи.

Фраза «не может быть» мне уже порядком поднадоела, а вот когда его взгляд стал с лёгкой безуминкой…

- У вас будут проблемы! Вы же знаете, кто мой отец, и он это просто так не оставит.

- Да-да. Не оставит. Однозначно не оставит. Надо же! Этого не может быть! Просто не может быть.

- Эм-м-м, - убивать меня он не собирался, и вообще вёл себя не как маг, который с утра пораньше бросил в меня заклинанием. Пожалуй, легкий налёт придури присутствовал во взгляде уважаемого ректора. Уже тут пришлось мне успокаивать мага.

Я перехватила руки ректора и с трудом разжала его скрюченные, загребущие пальцы. Безумный взгляд меня напрягал. Не тронулся ли он умом? Я даже на миг задумалась, а не открылись ли у меня новые способности? Но нет… вряд ли.

- Зачем вы напали на меня? - я приобняла мага и помогла устроиться ему в единственном кресле в моей комнате.

Отошла от него. Подошла к прикроватной тумбочке и налила воды из графина, но не успела повернуться, как слова мага просто вышибли дух из меня, и стакан с глухим стуком, который заглушил мягкий ворс ковра, упал. Вода разлилась. Сердце бешено застучало, руки затряслись. И только слова: «Где же?! Где же я прокололась?!» - бились набатом в голове.

Два года, два долгих года в университете, когда приходилось притворяться, уклоняться, не дать ни единой живой душе понять, что я отличаюсь от них. И тут…

Злость на никчемное высочество возросла до небес. Ведь если бы не его желание стереть мне воспоминания о нем с помощью ректора, то меня не раскусили бы!

- Зара, ты пришла…- произнес ректор одухотворенно, а я поняла, что это конец. С этих самых пор моя жизнь тихой и спокойной уже не будет.

Услышав это, я сразу поняла, что нужно срочно что-то предпринять. И лучше, если за моей спиной будет стоять отец. Ректор обошел меня и внимательно стал следить за мной. Видимо, у меня на лице отразилась вся решимость, потому что тер Ришел нахмурился. 

- Нам нужно поговорить! Надеюсь на ваше благоразумие, - сказал он мрачно. Ага, как же! Как по мне, так лучше применить стратегическое отступление, чтобы обдумать все варианты, как говорит мой отец-генерал. А я не склонна к непослушанию. Быстро оглянулась и схватила свою сумку с вещами, которая была собрана ещё вчера.

Не увидев нужной ему реакции, ректор снова предпринял попытку заговорить, и тон его стал ещё более настороженным и требовательным.

- Вы не покинете комнаты без моего разрешения, - сказал он, и с его рук слетело плетение, полагаю, именно им он и заблокировал мой отход, купол защиты меня теперь не выпустит из университета. Вернее, это ректор так думает. И раз пошло такое дело, то придётся раскрыться. Поэтому, недолго думая, взмахнула рукой, чтобы открыть портал домой.

Воздух привычно затрещал, пространство начало расслаиваться, пока знакомое мне плетение срывалось с рук. Шокированное лицо ректора стало мне отрадой. Нашёл чем пугать мага, который умеет строить порталы в совокупности с моей открывшейся возможностью к поглощению этой самой магии. 

- Алесса, это что... портал? Ты можешь строить порталы? - даже как-то слишком благоговейно прошептал он. Все это я отмечала на краю сознания, пока строила портал домой по давно заученным координатам. - Алесса, куда ты собираешься? Куда ведёт этот портал? - терпение ректора заканчивалось.

- Вот дикий дорх, - тихо выругалась, ещё чуть-чуть, и я буду дома.

Тер Ришел в два счета оказался возле меня и крепко схватил за руку, и не скажешь, что находится в почтенном возрасте.

- Домой, - усмехнулась в уже обеспокоенное лицо ректора.

- Постой! Ты не можешь вот так исчезнуть!

- Серьезно? Почему бы и нет в свете последних событий, - не преминула напомнить ему о его действиях, но все же решила немного подождать: отец всегда говорил, что на эмоциях можно лишнего болтнуть. Собственно, это и сразу же подтвердилось. Не знаю, откуда он узнал мое второе имя, данное мне при рождении, но если успеет проговориться, было бы отлично. Владеешь информацией, значит, сможешь переломить исход битвы, снова всплыли слова отца. Я постаралась всем своим видом показать, как скептически отношусь к словам ректора, хоть в груди все и обмирало от страха. Потому что я не знала последствий своего разоблачения.

- Поверь, причинять тебе вред — это последнее, что бы я хотел сделать, - как-то обиженно, как мне показалось, проговорил маг. Только вот слова явно разнились с поступками. Я скептически выгнула бровь и хмыкнула. Ректор же скривился на это, явно понимая, что сморозил откровенную чушь.

Я сделала шаг в сторону и театрально скинула руку, ему ведь неизвестно, что для завершения портала нужно лишь слово активации. По реакции мага было видно, что я ему зачем-то очень нужна. А поэтому есть ещё пара мгновений, когда он на эмоциях проговорится. Уйти я смогу, а по поводу того, что он может применить боевое заклинание, совершенно не волновалась, ведь я - аномалия, которая поглощает любую магию... надеюсь. По крайней мере, до этого было так.

- Я принесу клятву о неразглашении твоей истинной личности... - я сделала вид, что меня это заинтересовало, и подбодрила его.

- Продолжайте, - но руку так не опустила, он нервно смотрел то на руку, то на меня, и выпалил.

- Разумеется, лично ни словом, ни делом, обещаю не навредить тебе, - проговорил он весьма оскорбленно. Поставил бы он себя на мое место! А потому никакой жалости, выжму все, что можно, и уйду.

Маг начал произносить слова клятвы, плетение быстро сорвалось с его рук и растворилось в пространстве. Он выжидательно посмотрел на меня. Я опустила руку, ведь он теперь не представлял опасности. 

Однако когда я мыслями возвращалась в этот переломный момент моей жизни в новом мире, никак не могла понять, зачем выдвинула ректору условие. Интуиция, не меньше... или инстинкт.

- Выполните ещё одно условие, и я… пока останусь, - медленно проговорила. Конечно, интересно было узнать, для чего ему я, но думаю, что, узнав обо мне правду, он может уже и не пойти навстречу. Не буду рисковать, ведь он явно подумал, что я собираюсь открыть портал в свой мир. Если бы я только могла.

- Хм, и что же вы хотите? Вы же понимаете, что много пообещать не... - но не дала ему договорить, неприлично перебив старшего, но чувствую, маг начинает приходить в себя, а потому поторопилась дополнить и слегка смягчить интонацию.

 - Не беспокойтесь, это входит в сферу вашего влияния.

 - И что же это?

- Я хотела бы перевестись на другой факультет и, соответственно, сменить специализацию.

- На какой же? - осторожно спросил он и прищурил один глаз. 

В том, что он ознакомился с моим делом адептки и моими «успехами» перед нашей, так сказать, утренней эпичной сценой, я не сомневалась. Поэтому и об уровне моего дара он тоже знал.

- На военный факультет.

- Хм, - ректор задумался, взгляд его оставался цепким. 

Для ускорения принятия решения пришлось снова поднимать руку, прищур ректора стал ещё сильнее. Он понимал, что я его так беспардонно тороплю и играю на его заинтересованности мной. Конечно, я реально оценивала свои возможности, и не сложись подобным образом ситуация, я бы ни за что не смогла поступить на военный факультет, но если сам ректор это пообещает и поспособствует моему переводу, то это будет совсем другое дело. А вот каким образом он это организует, уже не мои проблемы.

- Договорились, - как-то легко согласился он. 

И махнул рукой в сторону стула, сам же опустился в единственное кресло. Полагаю, переговоры можно назвать успешными. Для меня так точно, вот для него, не знаю.

Информацию выдавала ему дозировано и следила за своими словами, ректор во время моего длинного монолога то блаженно улыбался, когда я подтвердила, что не принадлежу этому миру и мой родной мир — это всеми давно забытый Эльдоран, то хмурился, когда речь зашла о моем попадании сюда. О том, кто я на самом деле, не сказала, это была моя тайна и моя боль, только мой отец-генерал был в курсе. Остановилась только на том, что принадлежала к древнему аристократическому роду, да и какая разница, если, возможно, от моего мира уже ничего и не осталось… Способность поглощать магию тоже потрясла ректора. И по его загоревшемуся взгляду поняла, что более основательно мы к этому вопросу еще вернемся. Сейчас он мне напоминал фанатика. Срочно нужно переговорить с отцом по поводу личности ректора.

Мельком упомянула, что, несмотря на такие редкие таланты, уровень магии у меня всего две единицы. А вот когда речь зашла о моих способностях открывать порталы только в этом мире, ректор неприлично выпучил глаза. Еще бы, никто в этом мире неспособен этого делать, отец тоже не смог, хоть я и объясняла то, что было мне известно. Мы пришли к выводу, что жители Ильморана на это просто не способны. Правда, ответ на этот вопрос я так и не выясняла, хоть и изучила за эти два года большое количество книг в библиотеке. Хотя-я… сейчас у меня в «союзниках» сам ректор! 

Только вот недолго я радовалась, ректор тоже смекнул насчет моей оговорки, что порталы в другой мир я построить не могу, и о моем уровне магии… И что тут началось!

- Ты меня обманула! Я думал, что ты собралась в Эльдоран.

- Абсолютно нет! Просто воспользовалась вашим заблуждением.

- Бестия. Истинная дочь своего отца. Если бы не знал обратного, то не поверил бы.

- Истинная дочь своих отцов, - поправила его я и сглотнула ком в горле, сдерживая непрошеные слёзы, которые каждый раз норовили проявиться, стоило только вспомнить о своей семье. Ректор уловил смену настроения.

- Ты меня шантажировала! Обманом вынудила выполнить твоё условие. И вот как?! Как я тебя могу устроить на военное отделение, если у тебя уровень магии всего две единицы?!

- Но ведь это не единственный мой талант.

 - Об этой твоей возможности никому нельзя знать, особенно приближённым императора.

- Теперь это ваши проблемы, - непринужденно пожала я плечами.

- Но ведь я думал, что ты специально не демонстрировала высокий уровень магии. Кто же знал, что такой уникальный маг как ты абсолютная посредственность в магии! - всплеснул руками ректор и продолжил кружить по моей небольшой комнате. - Почему ты не сказала правду сразу? - обвинительно спросил он и поставил руки в бока.

- В каждой девушке должна быть загадка. Кроме того, мой уровень силы магии не секрет и вам был явно известен.

- Но я не поверил! - тяжело опустился он в кресло и задумчиво уставился в окно, явно планируя то, как можно это устроить. Я ему не мешала.

Потом, тяжело вздохнув, сказал:

- Что ж, после каникул встретимся. Я все устрою, раз уж обещал, но и ты должна понимать, что легко тебе не будет, - он внимательно посмотрел в мои глаза ожидая...чего? Отказа? Но я лишь покачала головой и стиснула кулаки. Я просто нутром чувствовала, что мне нужно туда. Да и отступать - это не моя черта. 

- И всё же, как вы поняли, кто я? - признаться, меня очень мучил этот вопрос. 

Пусть нам еще и предстоит не один разговор, но хотя бы основные моменты стоит прояснить. Ведь я не собиралась расширять круг лиц, которым станет известно обо мне, образ тихой и нелюдимой адептки был моей ширмой.

Ректор откашлялся и проникновенно посмотрел на меня.

- Хм, я давно за тобой наблюдаю. Признаться, сначала привлекло мое внимание именно то, что тебя удочерил Ховер. 

Я удивленно вскинула бровь, не понимая, как этот факт мог повлиять на повышенный интерес к моей скромной персоне. Но ректор, видя моё лицо, поспешил развеять мои сомнения.

- У тебя оценка «отлично» по мёртвому языку.

- А это здесь при чём? 

- На моей памяти я не припомню, чтобы кто-то в совершенстве владел этим языком, - ректор сделал вид, что задумался, пусть это и длилось всего миг. 

- Не понимаю, вы многим поставили отлично по этому предмету, -не унималась я.

- Многим. Я не отрицаю их знаний. Не имею привычки завышать оценки. Только вот… - он красноречиво сделал паузу и слегка подался вперед. - Не каждый знает несколько значений одного и того же слова, а поскольку мёртвый язык встречается только в заклинаниях и древних манускриптах, то заучивают его адепты так, как представлено в учебниках. Ты же каждый раз неосознанно переводила на мёртвый язык, используя слова, которые мы уже не предлагаем адептам в словарях. 

- И вы столько лет молчали? – пораженно застыла я. 

Конечно, я буду переводить тексты не так, как коренные жители этого мира, ведь я носитель этого, как сейчас принято говорить, мёртвого языка. Но он вовсе не мёртвый он называется эльдоранским и является общепринятым в моем родном мире. Пусть я и старалась не выделяться и просто выполняла задания профессора, но ему и этого хватило.

- Да. Сначала я хотел напрямую спросить, но потом передумал и решил понаблюдать. Да и откуда было знать найденной сиротке из глубинки, как генерал и представил тебя знакомым, мёртвый язык в совершенстве?

- Отец тоже владеет им, - недовольно пробурчала я, хоть и понимала, что знание отца в основном ограничивается военной терминологией, словами, которые входили в тексты заклинаний боевой магии. Остальное же он выучил тогда, когда сам обучал меня своему языку.

Ректор насмешливо приподнял уголки губ.

- Да? Вряд ли его познания языка выходили за рамки боевых терминов, - сказал то, что и так знала.

- Только не говорите, что вы его учили, - я закрыла глаза руками. Надо же так было спалиться.

- Именно, поэтому мне и стало интересно. 

- Как же все просто…

- Да. Стоит только понаблюдать. Однако твой уровень магии все время заставлял меня сомневаться, я не мог поверить, что такое прелестное создание, как ты, перешла грань миров со столь маленьким магическим потенциалом. 

Я лишь кивала на его слова, но больше не перебивала.

- Когда принц позвал меня, чтобы я оказал ему услугу, - тут он нахмурился. - То я почувствовал, что моей магии ушло на порядок больше, чем должно было. Да и… хм. Ты мастерски изображала покорность… Просто и я не первую сотню лет живу, чтобы заметить эмоции в твоих глазах. Пусть это и было мимолётно… Но догадки все множились, кроме того, о том, что бывают такие аномалии, как ты, мне тоже известно. Ведь я до сих пор являюсь коллекционером книг о твоем родном мире и многое почерпнул оттуда. Там именно такие как ты и рождались. Наш же мир не так древен. Очевидно, поэтому анимаги у нас и не рождаются. Так вот, что-то я отошел от темы…

- Чем вы запустили в меня? Не припомню такого плетения, - не выдержала я.

- О-о-о, это всего лишь малоизвестное заклинание создания воздушной подушки.

- Что?

- А ты думала, я пришел тебя убивать? Я хотел проверить свои догадки. Действовать нужно было быстро, пока ты не поставила бы щит.

- Так оно бы и так прошло сквозь меня, - недовольно пробурчала я, понимая, что изображать падение не было необходимости. Но и вправду редкое, потому что я такого не знала и не могла бы вовремя отреагировать, как должно. Тем более что сквозь меня уже ничего не пройдет. Я как батарейка, собираю энергию, непонятно для чего.

- Да. А тут мало того, что оно растворилось в тебе, так еще и это театральное представление с падением. Занимательно вышло. 

- Занимательно, - повторила я, гневно сузив глаза. Экспериментатор. – Вы покажете мне книги из вашей коллекции.

- Конечно. Если ты расскажешь мне, как попала в наш мир. Возможно, получится построить обратный портал, - неразборчиво проговорил ректор, уже витая в своих мыслях.

- Зачем вам это?

- Что?

- Зачем вам помогать мне?

- Я вовсе не помогаю тебе, я хочу помочь нашему миру, - печально покачал головой тер Ришел.

Я внимательно смотрела на него, ведь догадывалась, о чём он говорит.

- Вижу, ты знаешь.

- Догадываюсь. По крайней мере, у нас есть знания о том, что ваш мир является родственным нашему. И когда-то они были соединены межмировыми порталами. Существа спокойно жили в двух мирах. 

- Как интересно, для нас это утраченные знания. Не многие знают об этом, да и предпочитают не говорить, даже если помнят. Но продолжай, что же еще тебе известно?

Я откинулась на спинку стула и продолжила говорить.

- Эльдоран гораздо старше Ильморана. В какой-то момент существ, проживающих там, стало так много, что это уже начало приносить ощутимый вред самому миру: перенаселение. А учитывая, что магии в мире очень много, то жизненный цикл существ был очень длинным. Все это привело к тому, что ресурсов стало не хватать. Но наравне с этим существа начали потреблять столько ископаемых, сколько мир уже не мог безболезненно для своего существования давать. Этот дефицит привел к тому, что древней Эльдоран решил проучить своих обитателей, и начался ужасный катаклизм. Мир таким образом избавлялся от лишнего населения. Как бы грубо это ни звучало, мир радикальным образом решил вопрос перенаселения. Боги, на тот момент еще спускающиеся на земли Эльдорана, приняли решение о создании родственного мира по образу и подобию древнего Эльдорана, ведь от количества верующих в них существ тоже зависит их сила. Все взаимосвязано. Магической энергии было очень много, ею они и поделились с новорожденным Ильмораном, который впоследствии стал для многих рас домом. Снова воцарился мир, существа поклонялись богам, равновесие древнего Эльдорана стало приходить в норму. Ресурсы, ископаемые и другие блага начали восстанавливаться: землетрясения и наводнения, и другие природные катастрофы перестали терзать Эльдоран. 

Но в какой-то момент врата на Эльдоран начали уничтожаться с другой стороны. И когда закрылся последний межмировой портал, больше ни единая душа не смогла попасть в Ильморан. Тот день считается днем скорби. Многие расы потеряли своих родственников, семьи, друзей. Но боги перестали слышать своих детей. Мир снова встал на путь потери равновесия… но до этого еще есть время. С нашей стороны постоянно предпринимались меры для возобновления сообщения, но со стороны Ильморана все пресекалось. Так прошло не одно тысячелетие. И вот я здесь.

Тишина была долгой, ректор был задумчив.

- Да. Здесь, как ты уже наверняка знаешь, бытует иная версия развития событий. Император древнего Эльдорана уничтожил межмировые порталы из-за того, что Ильморан отказался присягнуть ему. И дабы не иметь такого мощного противника, император и уничтожил все порталы. 

- Знаю. И где же правда?

- Полагаю, что никто уже и не скажет. Но вот то, что с тех пор Ильморан значительно обнищал, так это точно.

- Обнищал?

- Не в плане богатств, а в плане магии. Продолжительность цикла жизни существ уменьшилась в разы. Да и каждая раса, населяющая этот мир, потеряла что-то свое. Определенно точно то, что древний Эльдоран щедро делился своей магической энергией с Ильмораном и насыщал своих детей, чтобы они могли жить в новом мире, родственном ему, как ты и говорила.

- У нас существа могли спокойно прожить до пятисот лет. Здесь же ваша жизнь в среднем чуть больше двухсот, в зависимости от магического резерва.

- Да. Совершенно верно.

Вдруг вещатель на руке ректора оповестил о срочном сообщении. Он одним движением пальца открыл сообщение, нахмурился и потом произнес: 

- К сожалению, мне пора. Но это не значит, что наш разговор окончен. Хотя... - ректора задумался. - Нам нужно будет что-то придумать, чтобы Кристоф, да и другие, ничего не заподозрили, - задумчиво постучал он по подбородку пальцем, я же скривилась при упоминании этого труса, по ошибке, не иначе, будущего короля. Моя мимика не укрылась от тера Ришела. - Алесса, я понимаю, как неблагородно поступил с тобой наследник, и не буду защищать его, но прошу тебя подумать и договориться со своими чувствами. Ведь через месяц, когда начнутся занятия, ты должна уметь держать свое лицо при виде него.

- Разумеется, - устало сказала я. 

Разве может быть иначе?

Маг подошел ко мне и положил свои руки мне на плечи, потянул на себя и крепко, даже как-то по-отечески, обнял, чем, надо признать, ввел меня в смятение.

- Ты молодая, красивая девушка, необычайно уникально одаренная… - начал он говорить мне в макушку.

Я же только хмыкнула и пробурчала в сторону его мантии, потому как до сих пор была тесно прижата к груди мага:

- Да. С двумя единицами, об остальном же нельзя говорить.

- Хм. Родовитая

- Сирота с окраины, - усмехнулась я.

- Ох, ты права. Знал бы на самом деле Кристоф.

- И не узнает! - я освободилась из его объятий и вскинула голову.

- И не узнает, от меня так точно. Видимо, король поторопился, когда решил передать власть старшему сыну. Не хочу даже думать, к чему приведет нас этот юнец.

- Вы что же, не сторонник власти? - странные нотки проскальзывали в ответах ректора.

- Я многое вижу, да и слежу за наследниками. Все же университет – это моя территория… - потом он оборвал себя на полуслове, осознав, что сболтнул лишнее, и сразу же сменил направление. - Это не тема для разговора с юной леди, - он щёлкнул меня по носу и засобирался на выход.

А я вдруг вспомнила, что он так и не ответил на главный вопрос: каким образом он узнал мое второе имя?

- Тер Ришел, вы так и не сказали, откуда вам стало известно мое второе имя?

Но старый маг лишь тихо засмеялся и покачал головой.

- Не все сразу, дорогая. Думаю, что и ты не все мне поведала, - слишком проницательно заметил он.

- Значит, правда за правду?

- Примерно так, примерно так, - снова улыбка тронула его губы. И уже у выхода он сказал. - До встречи, Алесса.

- До встречи, ректор Ришел.

Когда закрылась дверь за главой университета, я устало упала на кровать, раскинув руки в стороны, и посмотрела в окно. Уже встало солнце, видимо, завтрак я пропустила за всеми эти утренними событиями. 

- Да уж. Так пять минут полежу и буду собираться.

Вскоре я уже покидала свою комнату и тащила за собой небольшой саквояж. Основные вещи переданы посыльному еще вчера и будут ожидать меня уже дома. Я же сегодня верхом на лошади, в сопровождении доверенного мага отца, вернусь домой. Пара часов, и я буду дома, все же легенду нужно поддерживать, никто не должен знать, что я практически каждый вечер ужинала вместе с отцом. Что мне стоит построить портал. Вот еще одна моя странность. Магии во мне на две единицы, а порталы могу строить бесконечно. И откуда только магия берется? Может быть, я что-то смогу найти в личной коллекции ректора? 

Об этом я рассуждала всю дорогу до нашего загородного особняка. Вот уж новости я привезла…

Проселочная дорога привела нас к огромным кованым воротам. На мили от нашего особняка никого не было, жили мы обособленно, да и слуг практически не имелось, всего четверо человек помогали нам по хозяйству, и вовсе не потому, что были финансовые трудности. Наоборот, после трагедии, случившейся восемь лет назад, когда отец нашел меня на поле боя и забрал, чтобы познакомить со своей семьей, вернулся в столицу, то… оказалось, что знакомиться больше не с кем. Вся его семья была уничтожена тварями. Защищая границы королевства и жизни существ там, он потерял всю свою семью здесь, в столице. 

С тех пор он стал дельцом, и надо сказать, вполне умелым и успешным. Капиталы его росли, только вот нелегко бросить свои привычки. Роскошь была ему чужда, главное, чтобы было все основное, и как он много раз говорил: насмотрелся на жизнь вне столицы. Полагаю, он имел в виду то, насколько благополучно в столице Иморана, и насколько все запущено ближе к границам. Пестреющий роскошью и золотом дворец, заевшиеся потомственные аристократы с одной стороны. А с другой - обедневшие люди, стоит только чуть отдалиться от зажиточных кварталов. Ведь отец мог вернуться раньше с войны, если бы обозы с оружием были вовремя снаряжены и отправлены в помощь. Скольких жертв удалось бы избежать, имей наши объединенные войска достаточное количество боевых припасов? Не знаю до конца, по какой причине этого не сделали вовремя, ведь война с одержимыми была в приоритете.  Не одержи мы победу тогда, не было бы будущего ни у кого. 

Еще поговаривали, что Дарий Второй не сразу отреагировал на пришествие одержимых в столицу. Как будто не поверил в это, и закрылся в своем кабинете, откуда до него не могли достучаться и дозваться. И только спустя три часа император организовал защиту своих подданных. Три часа, на протяжении которых люди гибли. Поэтому о власти либо хорошо, либо ничего.

Вот и отец каждый раз хмурился, когда я пыталась выяснить у него что-либо по этому поводу, и не говорил ничего. Я понимала это и приняла, ведь мои вопросы заставляли его окунаться в болезненные воспоминания того дня, когда он потерял всё.

С тех пор он продал все в столице и вложился в шахты, очень прибыльно, надо сказать. Единственный и последний раз в столице - это день его награждения, как героя войны, и награда «за тысячи спасенных жизней». Как сейчас помню стиснутые до предела кулаки и сжатые губы отца, когда король лично в тронном зале повесил орден на его мундир. И я, стоящая рядом с отцом, когда он представил меня всем своей дочерью. Как смотрели на нас тогда, сколько жалостливых взглядов было со стороны: генерал, на старости лет привезший сироту, удочерил ее. На тот момент мы договорились, что я буду молчать. Ведь изъясняться на местном языке не могла. 

Представляю, какой убогой предстала пред ними. С тех пор я тоже не хотела посещать дворец. Пусть отцу и присылали ежегодное приглашение на балы, но мы их благополучно игнорировали. Может быть, это и казалось неправильным, но как однажды признался отец:

- Нам можно, дорогая. Все уже привыкли к моему закрытому образу жизни. 

Вот и всё, что он ответил. Хотя некоторые дамы и пробовали заезжать к нам, как бы случайно оказываясь рядом, старались обратить на себя внимание моего отца. Вдовец, герой войны, успешный делец. Ну а то, что сиротка прижитая, так это не беда, ее же можно и отправить куда подальше. В закрытый пансион или монастырь. 

На губы, впервые во время всего путешествия, наползла улыбка, стоило только вспомнить, как совсем не с аристократической грацией одна леди, посмевшая мне такое сказать, покидала наше поместье. 

- Бегите, леди. Мне кажется, я забыла закрыть псарню, - и смех отца, которому я рассказала это. Ведь боялась, что она могла произвести на него положительное впечатление.

Пусть уже и прошло на тот момент пять лет после гибели его супруги, но он так и не смог связать свою жизнь с другой женщиной. 

Последний такой разговор как раз состоялся два года назад, перед тем как я уезжала на учебу в университет. Я хотела отцу только счастья и была готова появляться редко дома, чтобы только не мешать построить ему личную жизнь, но он сразу разгадал мой план. 

- Тебе еще только учиться строить стратегии, милая. Если ты так переживаешь, что я буду один, то не стоит. Всему свое время. А пока тебе придется все так же навещать своего старика, - он обнял меня и крепко прижал к сильной груди.

- Да какой ты старик. Тебе только слегка за сто, - пробурчала я, но понимала, о чем он. 

Здесь он уже прожил половину жизни, и если в моем мире существа старели крайне поздно, практически к пятистам годам, то здесь это происходило намного раньше и длилось долго, как раз после ста и появлялись первые признаки старости. Его некогда черные как смоль волосы были уже посеребрены, а у глаз расходились мелкие морщинки. Хотя в целом его это нисколько не портило. Высокий и крепко сложенный мужчина, с правильными чертами лицами и карими глазами, производил впечатление на женщин. Только вот они никак не могли тронуть сердце военного.

С тех пор я практически каждый вечер ужинала дома, прислуга же находилась под клятвой и не могла никому рассказать, что я порталом сюда перемещаюсь. Да и не видели они особо, потому как в кабинет отца хода нет. А магов, да кто их поймёт, не многие могли пользоваться магией настолько, чтобы поступить в университет. Отец именно таких одиноких людей и нашел, которым некуда было идти и которые не имели должного высшего магического образования. Меньше вопросов, лучше для нас.

Ворота открылись, и Карс подхватил мою лошадь под уздцы.

- Беги, Алесса. Вижу твое нетерпение, - усмехнулся в бороду доверенный отца.

Я улыбнулась ему и помчалась по дорожке к просторному крыльцу нашего двухэтажного особняка из серого старого камня, обвитого зелеными побегами вьюна. Он выглядел угрюмо, но уютно. И всегда ассоциировался с образом отца. Строгость и чёткость линий. У нас даже цветочные клумбы были в строгих геометрических фигурах. Никаких излишеств. Все просто и со вкусом. Вдоль дорожки росли мелкие зеленые кустарники, которые постоянно подстригались. И не дай боги будет торчать хоть веточка! 

Я вбежала на крыльцо, уже изрядно запыхавшись, и только хотела толкнуть дверь, как она открылась сама. 

- Отец, - взвизгнула я и крепко прижалась к его мощной груди. Я дома. Теперь я в безопасности.

- Милая. Алесса, - он отодвинул меня и заглянул в мои глаза. - Ты еле дышишь, а всего лишь пробежала от ворот, - покачал он головой и помахал рукой Карсу, потом потянул меня в дом и закрыл дверь. - Раз у тебя каникулы, и нам не нужно скрывать твое присутствие в доме, то займемся твоей подготовкой, - серьезно проговорил отец и свел брови к переносице.

- Да я и не против. Сама хотела тебя попросить об этом. Отец, я не завтракала и ужасно хочу есть, - жалостно протянула я и направилась в сторону кухни.

- Хорошо, сейчас предупрежу Люсию, чтобы накрыла на две персоны.

- Я пока переоденусь, - прокричала, уже взбегая на второй этаж.

- Не торопись! - засмеялся отец своим слегка хрипловатым голосом.

Ворвалась в комнату, словно ураган. Вдохнула знакомый запах, как же всё-таки хорошо дома, пусть я и бывала здесь довольно часто, но все же скучала. Хотя, если подумать, дело даже не в этом: просто именно здесь, в доме отца, я чувствую себя защищенной. Поймав себя на этом мысли, слегка поморщилась. Даже не знаю, как отец отнесется к этой новости. 

Но думать и дальше я не смогла, потому как мой живот решил все же напомнить своей нерадивой хозяйке о том, что пора бы и подкрепиться.

Наскоро приняла душ и так же быстро забежала в гардеробную комнату. Остановила свой выбор на тонких облегающих штанах и темно-зеленой, свободного кроя рубашке, застегнула широкий, черный, кожаный пояс, подчеркнув талию. Волосы собрала в высокий хвост. На ноги надела домашние мягкие туфли без каблука.

Еще раз посмотрела на себя в зеркало. Девушка в отражении горько улыбнулась. Большие голубые глаза, слегка раскосые в уголках, определенно добавляли шарма, как и веер черных пушистых ресниц. Высокие скулы, небольшой остренький носик, и в меру пухлые губки. Длинные фиолетовые волосы. И чем, спрашивается, я не угодила его высочеству? Ах да. Происхождением.

Я снова горько усмехнулся. 

Всё, хватит себя жалеть. Отец ждет.

Вышла из комнаты и отправилась, словно ищейка, на запах. Люсия готовила просто бесподобно. И я была уже в предвкушении вкусного обеда.

Обеденный зал был небольшой, но очень уютный. Огромный резной стол занимал практически все пространство. Стулья с высокой спинкой и мягкой гобеленовой отделкой зеленого цвета. В тон к ним и тяжелые портьеры на окнах. Никаких излишков и вычурных рисунков, просто однотонный бархат, но смотрелся он великолепно. Огромные окна, как витрины, брали свое начало у потолка и были до самого пола, с видом на такой же красивый сад.

Картина на противоположной стене с изображением природы. И трёхъярусная люстра из черного стекла висела над столом. Вот и все. 

Отец улыбнулся при виде меня. Подбежала к нему снова, обняла и уже после села с правой стороны от него. Я всегда любила сидеть напротив наших огромных окон.

Мы споро принялись за еду. Грибной крем-суп с сухариками был безумно вкусным, а тушеное мясо с запечёнными овощами просто таяло во рту. Я не начинала разговор, старательно растягивая время, но по мимолетно брошенному взгляду в сторону отца и его слегка нахмуренным бровям поняла, что мой беззаботный весёлый образ не удался. И почему отец у меня такой проницательный? Когда я старательно распиливала последний кусочек мяса, отец все-таки не выдержал.

- Алесса, прекрати уже мучить еду, - его ладонь накрыла мою руку и слегка сжала, тепло разлилось в груди даже от такого простого действия, и я судорожно выдохнула. Даже и не замечала, как напряжена и с какой силой сжимала столовые приборы. Это как раз и не было оставлено без внимания моим внимательным отцом.

- Думаю, ты уже поела, и давай отложим приборы, - я посмотрела на его теплую улыбку и опустила приборы на стол. Люсия зашла в обеденный зал, но не успела спросить, как отец сказал:

- Люсия, десерт подашь позже. А пока принеси нам чай в кабинет.

- Хорошо, - кивнула она и удалилась на кухню.

И уже мне:

- Пойдем. Там ты мне все расскажешь.

Спустя пару минут мы зашли в просторный кабинет. Отец указал мне на кресло, которое стояло недалеко от горящего камина, сам же сел в другое такое же. Поставил локти на высокие подлокотники и сцепил кисти рук в замке, приготовившись слушать. 

Я же поёрзала под его немигающим взглядом, собралась с мыслями и…

- Ректор Ришел в курсе того, откуда я, - я бросила быстрый взгляд на отца, но не смогла ничего понять, потому что его лицо превратилось в холодную маску.

- Как он узнал? - короткий и точный вопрос требовал такого же ответа.

- Оказалось, что он давно за мной наблюдал. Мои познания мёртвого языка… - я подробнее рассказала отцу о словах ректора, он лишь кивал, слушая меня, а потом сказал: 

- Я не исключал того, что он может что-то заподозрить. 

- Он застал меня врасплох и позвал по второму имени.

- Как он объяснил это?

- Сказал, правда за правду. И что об этом он расскажет позже. 

- Вот же хитрый старик, - слегка с усмешкой произнёс отец, но глаза его оставались серьезными.

- Как много он о тебе узнал?

- Знает, что я поглощаю магию, - неосознанно скривилась, и он уловил это.

- Причина? - короткий вопрос, на который мне трудно было ответить, ведь понятно, что он применил ко мне магию, и я не смогла правильно отреагировать на нее.

- Мои личные неудачные отношения, - и то, как я слегка покраснела, не укрылось от отца, все же говорить об этом с родителем было нелегко, хоть общество и не осуждало связи между магами и другими магическими существами, переступившими порог совершеннолетия.

- Кто этот… смертник, - холодно осведомился он.

- Я не скажу, не хочу больше вспоминать, - пробубнила себе под нос.

- И как же в твои личные отношения с юношей смог вмешаться ректор?

- Мой… хм… в общем, ректор попытался стереть мне память и… - я развела руками, - …не получилось. А утром, когда он пришел удостовериться в своих предположениях и бросил в меня заклинанием, я не узнала плетение и поглотила его, - подлокотник хрустнул.

- Что. Он. Сделал? - обстановка накалилась, и я поспешила слегка разрядить ее.

- Это было заклинание воздушного облака. Оно мне не повредило бы в любом случае.

Отец будто бы не услышал меня.

- И все же! Почему ректор решил опуститься до такого поступка?

- Отец, не спрашивай, - я горько скривилась.

Минута молчания, и только злой взгляд в мои глаза. Но я-то знала, что злость была направлена не на меня. Отец медленно закрыл глаза и открыл их. 

- Что ж. Но мы к этому еще вернемся. 

- Только позже, - сдалась я в надежде, что он забудет об этом, ведь сейчас важнее понять, чем может обернуться для нас осведомленность ректора.

- Дальше.

Короткое слово, но емкое. И я спокойно и подробно, практически слово в слово, пересказала нашу беседу с ректором, если таковой ее можно назвать. Глядя на огонь в камине, поведала и о ректорской клятве о неразглашении моей настоящей личности, о том, что смогу воспользоваться его библиотекой, и еще о том, что…

- Я попросила его перевести меня на военный факультет, - это пробубнила тихо себе под нос и украдкой посмотрела на отца.

Его темная густая бровь медленно поднялась, лицо выражало крайнюю степень удивления. Он даже слегка откашлялся.

- С каких пор шантаж стал просьбой, Алесса? И как ты себе представляешь обучение на этом факультете со своими двумя единицами магии, когда минимальный проходной уровень обладания пять единиц магии? 

- Ну я бы не сказала, что это был отрытый шантаж, просто я воспользовалась сложившейся ситуацией в свою пользу и слегка сыграла на его заблуждении, - пожала плечами и посмотрела на отца.

- И как, интересно, он это устроит? И хотел бы я посмотреть на его лицо, когда он узнал, что магии в тебе… так мало, - знаю, что отец не хотел меня обидеть.  Мы частенько с ним сами недоумевали, почему именно так случилось, и для чего же я ее поглощаю, учитывая, что до моего восемнадцатилетия я имела внушительный объем магии около восемнадцати единиц из двадцати возможных. Но на очередной тренировке мы поняли, что я не в состоянии создать ни одного сильного защитного или атакующего плетения.

Причем сила начала слабеть постепенно, и за месяц у меня остались лишь жалкие две единицы. Не буду вспоминать, каким ударом для меня это было: владеть полноценными семнадцатью единицами, которые можно развить в двадцать, и практически в одночасье лишиться силы и стать посредственностью. А вот тот факт, что я стала поглощать магию, порядком нас ошеломил. После очередной атаки отца я просто поглотила его заклинание. Страх, шок, неверие - вот, что было во взгляде отца. Да я и сама, надо признаться, была испугана. Пусть я и не призналась отцу, но случилось это после первой близости с Кристофом. Совпадение? Или так и должно было быть? Почему я стала анимагом? Может, это одна из причин, по которой меня выбросило в этот мир? 

Но хватит вспоминать, все же стоит вернуться к беседе с отцом.

- Ну, ректор был немного удивлен, - без зазрения совести солгала я. 

Отец лишь хмыкнул, точно раскусив меня.

- Главное, что он от своих слов не откажется, а дальше уже это не мое дело.

- И зачем же ты все же собралась туда? – не унимался отец.

Тут я задумалась и снова пожала плечами.

- Не знаю, просто мне кажется, что я смогу хоть что-то понять, если окажусь у Впадины. А туда пускают только адептов военного факультета, остальным же вход закрыт.

- Алесса, я бы смог достать тебе разрешение сам, - покачал отец головой.

- Знаю, но это привлекло бы лишнее внимание ко мне. Другое же дело, если это практика боевиков.

- Ты не ищешь лёгких путей, дочь моя.

- Тяжело в учении, безопасно в бою.

- С этим не поспоришь, - проговорил отец и перевел глаза на огонь, выглядел он задумчивым.

- О чем ты думаешь? - не выдержала я тишины.

После продолжительной паузы он проговорил.

- Думаю, пора возвращаться, - сказал он, и только мне было известно, как тяжело ему далось это решение. 

- Отец, я и сама могу справиться… - начала было я, но он поднял руку и остановил меня.

- Алесса, я знаю, что ты сильная девочка, но есть вещи, о которых я обязан позаботиться. И оставлять тебя наедине с проблемами я не собираюсь. Ты - самое дорогое, что у меня осталось. Кроме того, меня беспокоит, что ректору так много известно. И его внимание к тебе… но об этом потом, - он помолчал, видимо, не желая мне что-то говорить. Я лишь тяжело вздохнула, любопытство захлестнуло меня.

Я требовательно посмотрела отцу в глаза. Он лишь улыбнулся и встал, подал мне руку и помог встать, потом крепко обнял.  

- Но ведь я теперь не усну, - недовольно пробурчала я.

- Милая, теперь ты будешь спать как убитая. С завтрашнего дня займемся твоей подготовкой к военному факультету, и подъем теперь у тебя будет ранним. 

- О-о-о, нет! 

- О, да! Пусть магии в тебе капля, но физическую подготовку мы должны подтянуть, и времени у нас до безумия мало.

Я покивала, ведь это так. Что ж, раз замахнулась на военный факультет, то должна соответствовать.

- А пока беги, скоро ужин, а потом отдыхать. На рассвете я тебя разбужу, - почувствовала легкий поцелуй в макушку.

Отстранилась и в удивлении посмотрела в окно. Надо же, как долго мы говорили.

*** 

Генерал тер Ховер де Азри

Когда за дочерью закрылась дверь, я тяжело опустился в кресло, стоило хорошенько все обдумать. Во-первых, как я уже сказал, пора возвращаться, а во-вторых, узнать расстановку сил в столице. 

Но главное, навестить ректора и призвать к ответу. Сдаётся мне, что он может многое мне поведать. Никто не смеет угрожать безопасности моей дочери. 

И как бы ни храбрилась Алесса, все же я не оставлю ее без защиты, а буду всячески помогать ей.

Я прикрыл глаза, и вспомнил ужасную картину: убитые бойцы, море крови на поле битвы с одержимыми и хрупкая, тоненькая, белокурая девчушка, сидящая на земле и обхватившая собственные колени в защитном жесте, плачущая и раскачивающаяся из стороны в сторону. Её лиловое платье было настолько неуместным в том кошмаре, который остался после сражения, что сразу встал вопрос, откуда она. Как она здесь могла оказаться? Уже тогда мое сердце дрогнуло, когда я понял, что она что-то шепчет и смотрит по сторонам на остатки тел солдат, зрелище не для ребенка. Я подошёл к ней и прижал к своей груди, закрывая ей обзор. Она была вся ледяная, что-то продолжала бормотать. И только спустя некоторое время, когда понял, что говорит она на мертвом языке, был снова ошеломлен. Это не укладывалось в голове. И единственной мыслью было уберечь это хрупкое создание и найти ее родителей, ведь сам представил, как моя дочь, только чуть младше моей находки, могла бы стать свидетелем такого ужаса. Я накрыл девочку плащом, пусть он и был порван и пропитан кровью, но лучше это, чем ничего, и поднял ее на руки. Нужно было отогреть ее и накормить, а с остальным мы разберемся. Обязательно. 

***

Оказавшись у себя в комнате, я снова и снова прокручивала наш разговор с отцом. Больше всего меня беспокоило то, что я так и не открыла ректору правду, точнее, неполную. Но отец сказал, что пока не время. Вот когда найдётся способ открыть портал в мой родной мир, тогда мы и примем решение. Стоит ли так рисковать? Я же чувствовала, что смалодушничала, что струсила признаться о трагедии, обрушившейся на мой родной мир. Перенесли меня родители ценой собственной жизни и жизни моей младшей сестры. На наш мир напали пожиратели душ, и пусть здесь их называли одержимыми, суть дела это не меняло. Я не знала, осталось ли что-то от моего мира, выжил ли кто-то. Но мне так хотелось надеяться на то, что я не единственная, и все же отцу, маме и сестре, как и другим, удалось спастись и выстоять в той кровопролитной войне. Я хотела попасть на Эльдоран. Но не хотела становиться причиной гибели Ильморана, потому что межмировой портал — это как открытая дверь или даже брешь для проникновения тварей. Сейчас мир Ильморан чист, в отличие от моего мира, ему удалось выстоять и закрыть брешь, открытую глупцом- отступником. Но что будет, если откроется межмировой портал и пожиратели прорвутся сюда?

Возможно, отец прав, что еще не время. И, скорее всего, решение нужно будет принимать не мне. Но как же хочется верить в лучшее и верить, что моя семья… жива.

Я смахнула непрошеные капли слёз, которые появлялись каждый раз, стоило только вспомнить о родителях и моей сестренке. Но я одернула себя. Я буду верить, что они живы, до тех пор, пока точно сама не увижу обратного! Только вера у меня и остается.

Мир Ильморан. Территория закрытого королевства Доранвира (земля вампиров)

Казалось, в этот час поместье спит, но это было не так. Все слуги поместья ждали возвращения хозяина. Разве может он не вернуться? Конечно, нет. Только вот вопрос, в каком состоянии.

Крик разрезал тишину.

- Ма-а-рис! Живее! – закричал дворецкий и поспешно открыл дверь перед ночными визитерами, в которых он узнал лучших друзей своего господина, хоть и были они изрядно помяты, а местами и кровь сочилась из их ран. 

Но самое ужасное зрелище представлял тер Велиор де Ривз, он едва мог переставлять ноги, поэтому держался за плечи друзей и соратников. Огромная рана на груди не затягивалась, бедро тоже пострадало, отчего Велиор хромал. Но надо отдать должное его выдержке: ни один мускул не дрогнул на лице.

Кровь закапала дорогой паркет, но никому не было дела до таких мелочей, ведь главное сейчас – помочь мужчинам и облегчить их боль.

- Опускайте на софу, - скомандовал дворецкий, он заранее догадывался, что сегодняшний рейд не останется без последствий, и подготовился: застелил плотной тканью софу, а расторопная экономка Марис уже бежала с заготовленными зельями и заживляющими мазями. Но самое главное только что внесли в просторную гостиную. На подносе стояло три вместительных бокала с кровью от добровольных доноров.

Бокалы сразу же перекачивали в руки раненых вампиров. И только после того, как Велиор сделал первый глоток, домочадцы выдохнули. Теперь с их хозяином все будет в порядке.

Мариса подошла и начала срезать уже и так изрядно порванную одежду, пока Велиор допивал содержимое бокала.

И только когда она начала промывать раны хозяина, он позволил себе поморщиться. Кусочки грязи плохо поддавались, и пришлось добавить очищающее средство с антисептическим эффектом.

- Почти все, господин Велиор, - сосредоточенно произнесла пожилая Мариса. 

Она около ста лет оставалась на службе у своего господина и уже была даже больше чем прислуга, практически членом семьи, как и дворецкий Берг, суетившийся напротив Марла и Аира. Те ругались сквозь зубы от боли, но непробиваемый Берг не обращал на это внимания.

Мариса перестала очищать раны, теперь дело пойдет быстрее, природная регенерация должна завершить начатое, но чтобы это произошло, одного кубка будет мало, тем более их хозяину. Одному из сильнейших их вида.

Мариса уже успела снова принести кровь.

- Что будем делать, Велиор? Это уже не норма. Происходит что-то скверное, - тревожно проговорил Марл с бокалом в руке, расположившись в удобном кресле.

Велиор принял полусидячее положение. Они не боялись обсуждать эту тему перед слугами, каждый из них в свое время добровольно принес клятву.

- Это пока еще только второй случай, - напомнил Аир и тоже отпил рубиновую жидкость из бокала, изрядно поморщившись при этом. Началась регенерация. Процесс этот будет непростым и болезненным.

- Где второй, там может быть и третий, - задумчиво проговорил Велиор. 

- Думаешь, снова появился какой-то отступник, пытающийся проделать брешь? – каждый из них не хотел в это верить. 

Ведь это значило бы, что та война, хотя нет, скорее, бойня, произошедшая всего восемь лет назад, может повториться вновь. И кто знает, с какими силами им придется столкнуться в этот раз. Тогда это стоило жизни сотни тысяч существ, и немногие выжили. Определённо где-то был дорхов фанатик, которому стал доступен древний ритуал. Им втроём еле удалось справиться с четырьмя одержимыми. Вся семья была вырезана в одну ночь лишь для того, чтобы какой-то псих попробовал поиграть с жизнями существ. Что не так с этим миром, что находится такой ненормальный, готовый обречь Ильморан на гибель? Кто и зачем может такого желать?

- Мы не можем этого исключать, уже вторая семья вампиров пострадала. Нельзя допустить повторения, - Велиор хмурился. Он поставил пустой бокал на невысокий столик и откинулся на спинку софы. 

- Что будем делать?

- Думаю навестить друга в империи, тера Ховера де Азри. Может быть, ему что-то известно.

- Генерала империи Гроинвира? Официальный визит? - уточнил Аир.

- Нет. Просто дружеский, докладывать самому императору не будем. Но и скрываться я не стану. В конце концов, я имею такое же право на путешествие, как и другие.

- Ну да, ну да, - усмехнулся Марл.

Но продолжить разговор друзья не успели, потому что дверь в гостиную резко распахнулась, и туда быстрым шагом зашла вампирша.

- Велиор, ты как? Я только что получила сообщение от Берга, - обеспокоенно проговорила она и села рядом с возлюбленным. Ее пышная грудь часто вздымалась от волнения, а алые губы были закушены. Карие глаза  практически были черными и смотрели, казалось, в самую душу.

- Леонора, все в порядке.

- Мы, пожалуй, пойдем, - друзья с кряхтением встали из удобных кресел. 

Они как никто другой знали, что кровь доноров, конечно, помогала при исцелении, но она была не так питательна и магически насыщена для вампиров, как кровь собственных соплеменников. Раньше, когда-то давно, всё было по-другому, магии в мире имелось больше, и кровь лобового существа давала достаточную силу и питание для жизни, но не теперь. Хотя другого положения дел Велиор и не знал, минуло несколько тысячелетий с тех пор, как это было возможно, и теперь рассказы о том, что вампиры потеряли когда-то, стали байками и легендами. И лишь титул избранных, передаваемый по наследству, как насмешка из прошлого, говорил о том, что легенды верны, и раньше было иначе. 

- Я вызвал возницу, он уже ожидает вас, - поспешил сказать Берг. 

Те кивнули Велиору на прощание и ушли. Когда двери за ними закрылись, Леонора сказала:

- Берг просил меня срочно прийти. Я вижу, что не зря, - обеспокоенный взгляд вампирши ласкал тело.

- Он как всегда предусмотрителен.

- Как много ты уже выпил крови? 

- Пара бокалов, - пожал плечами Велиор и протянул руку к щеке вампирши, слегка огладив большим пальцем нежную белоснежную кожу. Потом рука спустилась ниже, и Велиор пальцами очертил пухлые алые губы любовницы, слегка оттянув нижнюю.

Вампирша задышала чаще, она знала, что будет дальше, и была к этому готова. 

- Ты спрашиваешь меня о количестве крови, - усмешка заиграла на губах Велиора. – Ты же знаешь, что я не возьму больше, чем нужно, и не подвергну тебя опасности.

- Ты меня неправильно понял, - постаралась исправиться она. – Просто… просто ты же знаешь, как я не люблю чувствовать себя слабой.

- Знаю, - медленно протянул Велиор, все продолжая водить пальцем по губам вампирши. - Разве ты не останешься после, - скорее утвердительно произнёс он.

- Не люблю слабость, - снова прошептала она. Велиор чуть было не скривился, но удержал лицо. Пара часов слабости - для Леоноры даже этого много.

-Её никто не любит.

Вот еще одно последствие катастрофы: как более сильному представителю вампирской расы, Велиору нужна более сильная партнерша. Чем больше магии в крови, тем меньше ее надо. Нередко когда подходившие таким образом пара вампиров становились в будущем супругами. Поэтому-то и браки они заключали только с представителями своей расы, а не потому что радели за чистоту крови, как думали другие. 

- Я готова, - томно прошептала Леонора и открыла шею для вампира, закрыв при этом глаза.

Велиор ничего не ответил, лишь склонился, провел языком по вене и вонзил клыки в шею. Леонора дернулась, но тут же застонала, потому что пальцы Велиора уже начали свое путешествие по ее телу. Легкая юбка платья уже начала собираться все выше, следуя за рукой вампира.

Сам же вампир наконец начал чувствовать насыщение. Но много брать он не стал, лишь необходимый минимум, пусть Леонора и была сильнейшей, но все же не настолько, насколько было необходимо до полного насыщения Велиору. Но такова цена силы. Контроль и еще раз контроль, вот что было залогом его жизни, он уже давно научился жить со своей темной сущностью, которой давал лишь минимум для существования, никогда не насыщая полностью.

А ведь раньше было по-другому. Раньше они были другими. По крайней мере, так говорят легенды…