Практика по некромантии. Любовь до гроба и после

Все-таки я гений. Блестящая была идея – не пререкаться в сотый раз с Анорой, отказываясь приносить чай, а кротко кивнуть и отправить к ней в спальню Бэллочку. С дымящейся чашкой на маленьком подносе, который та держала в передних лапках, ловко перебирая задними. Цок-цок коготками по лестнице, тонкий скрип открываемой двери… и истошные вопли, услада для моих ушей.

Дальше – грохот, звон и нарастающий визг. Я взбежала наверх, потому что такое надо было не только слушать, а еще и видеть! Зрелище оправдало самые смелые ожидания: Анора забралась на комод, дрожа во весь модельный рост и выставив поднос на манер щита, пока Бэллочка невозмутимо сидела внизу среди осколков и смотрела на нее красивыми кровожадными глазками. Да ладно, не сгрызет. Моя приспешница предпочитает мебель, а не истеричных девиц. Хотя не исключаю, что из этой вполне могут полететь опилки… Иначе как объяснить, почему она средь бела дня расхаживает в шелковом пеньюаре, зато накрашенная и с идеально завитыми рыжими локонами?

– Ты! – обличающе крикнула мне Анора, едва я переступила порог. – Сколько раз тебе говорить, что в доме не место этому чудищу!

– Это белка, – поправила я. Подумаешь, мертвая и оживленная некромантией. – Она тут живет.

А если кому-то не нравится, он запросто может съехать. Правда ведь?

К сожалению, ненавязчиво подсказать ей такой замечательный вариант я не успела: из коридора донеслись тяжелые шаги, вошел Вилард. Хмурый и мрачный – ну истинный адепт тьмы. Неважно, что голубоглазый блондин, этот крошечный недостаток я давно ему простила. Высокая атлетичная фигура и аристократические черты лица, крайне скупые на выражение эмоций, сполна соответствовали нужному образу.

– По какому поводу шум? – строго спросил он, оглядев спальню. – Что у вас происходит?

Надо же, услышал визги из своего кабинета… Оборудованного в подвале, чтобы это противное солнце не мешало его темным делам.

– Происходит то, что Кейра надо мной издевается, – мигом просветила его Анора. – Подослала в мою спальню страшенное умертвие!

Что еще делать, если до нее не доходит, что я не служанка, а незаменимая ассистентка лучшего некроманта королевства? То есть пока что студентка-практикантка. Однако все с чего-то начинали…

– Неправда, Бэллочка всего-то подала ей чай, который она сама просила, – изложила я свою версию и указала на разбросанные осколки. – Старалась, несла… А ее вот так встретили. Обидно бедняжке.

Обиженная бедняжка согласно клацнула зубами, отчего Анора подпрыгнула на комоде, швырнув в нее поднос. Тот просвистел мимо цели, ударившись о стену. Вилард тяжело вздохнул и, придавив меня фирменным могильно-каменным взглядом, высказал:

– Прекращай устраивать бедлам. – Потом зыркнул на несостоявшуюся подавальщицу. – Бэлка, выйди вон и не подходи больше к Аноре.

Что?! Да я его…

– А тебя не должны пугать умертвия, – продолжил он уже в кукольное личико нашей непрошеной жительницы, когда Бэллочка послушно ретировалась. – Раз ты не передумала быть невестой некроманта.

…обожаю! Так ее. Разжаловать из невест – за профнепригодность.

– Любимый, что ты, – Анора изящно слезла с комода, – как я могу передумать? Безумно счастлива, что мы снова воссоединились! После стольких лет вынужденной разлуки…

Мой наставник вздрогнул, будто его ударили. Нет, что-то с их историей нечисто! Дамочка пропала на болотах три года назад и вдруг нашлась – благодаря поисковому ритуалу Виларда. Чую подвох. И я непременно все выясню, опыт в расследованиях у меня имеется.

– Я всего пару дней как вернулась, – Анора подошла к нему вплотную, повела плечом, с которого начал сползать пеньюар, – к умертвиям обязательно привыкну.

– И одеваться по утрам, – не удержалась я.

Между прочим, ей накупили полный шкаф нарядов и украшений. Эдак наследство, доставшееся наставнику от старика Бурдона, скоро иссякнет!

– Кстати, – она нежно улыбнулась, – что мне надеть вечером на прием у мэра города?

– Ничего, – улыбнулась и я. – С Вилардом пойду я.

Приглашение-то на двоих! А ему на приемах у мэров куда больший толк с соратницы и помощницы, чем с какой-то там невесты.

– Ты очень смешно шутишь, – снисходительно бросила мне Анора, – но с каких пор ученики сопровождают взрослых на светских мероприятиях?

– Я взрослая, мне семнадцать! Полноправная некромантка. Господин Вилард, скажите ей…

– Идите вдвоем, – огорошил он, и у нас обеих пропал дар речи.

Рыжая негодяйка обрела его чуть пораньше, чем я. Она взмахнула ресницами и изумленно вопросила:

– А?..

– А?! – повторила я гораздо выразительнее.

– Ты хочешь на прием? – спокойно поинтересовался у меня наставник. Я оторопело кивнула. – А ты, Анора?

Та тоже кивнула.

– Вот. – Он отступил от нее на шаг, затем на два. – А я вообще туда не собирался. Приглашение неименное, так что ступайте вместе и отлично проведите время.

Не став слушать наши возражения, Вилард удалился. Я осталась в спальне его болотной невесты, чувствуя досаду и смятение. Само собой, идти с ней мне не хотелось! Я мечтала провести вечер с наставником… Его в последние дни сложно выкурить из кабинета. Дает мне задание по практике и запирается, выходя лишь затем, чтобы проверить старое и дать новое. С другой стороны – это шанс понаблюдать за Анорой и понять, как вывести ее на чистую воду. Небось все гости накинутся на нее с вопросами, а я коварно развешу уши и почерпну важных сведений. Со мной она толком не разговаривает, если не считать слов «подай то, подай се». Вилард же отказывается отвечать на вопросы об их прошлом. Словно это не мое дело!

Еще как мое. Потому что здесь скрыта какая-то тайна – так мне подсказывает сыщицкое чутье.

– Посоветовать тебе, что надеть? – осведомилась я, опасаясь, что она так одичала на своем болоте, что в пеньюаре и пойдет.

– Не нужно, – поджала губы Анора и указала пальчиком на осколки. – Прибери.

– Пф-ф-ф, кто разбивает чашки, тот их и убирает.

– Это твое чудище ее принесло!

– Точно. – Я щелкнула пальцами, изображая призывающий пасс. Она поежилась. – Бэллочку и попросим убрать…

Анору перекосило, но за веником и совком она пошла, не развалилась. А ведь, что занятно, некромантские пассы знает, хоть и не магичка.

От дедуктивных рассуждений в духе моего любимого сыщика Блэка отвлекло мелодичное бренчание. Снаружи настойчиво звонили! Кроме меня, открывать любым визитерам никто не спешил. Прислуги в доме не осталось: все уволились, едва узнали, что сюда переезжает некромант. Вилард отлично прикидывался глухим в подвале, когда ему было выгодно, а Анора считала, что не хозяйское это дело – тащиться к воротам. Тоже мне хозяйка! Пусть закатит губу обратно, я не для того отвоевывала для наставника его унаследованную недвижимость, чтобы ее захватила какая-то нехорошая женщина. А в том, что она нехорошая, нет ни малейших сомнений, нужно только это как-нибудь убедительно доказать.

Я спустилась во двор, уверенная, что явился доставщик из трактира. Еду мы по сложившейся традиции добывали оттуда, не утруждаясь готовкой. Тем более что почти вся кухонная посуда была приспособлена мной под зельеварение, в котором я практиковалась по утреннему заданию наставника.

За воротами оказалась пышная круглолицая Домра – моя дорогая подруга и свеженазначенная управляющая трактира. Его владелец-то ожидает приговора в тюрьме соседнего города! Потому что с местной тюрьмой приключился… кое-какой разгром. Хе-хе.

– Держи, с пылу с жару! – Домра вручила мне пакеты с горячими и аппетитно пахнущими блюдами. – Ох, столько заказов стало, доставщики разрываются, не справляются… Решила отнести вам сама. Заодно тебя проведать. Как ты тут, в бурдонских хоромах?

– Шикарно, – буркнула я, перехватывая наш будущий обед, – было бы. При иных обстоятельствах.

– О, про некромантскую невесту судачит весь город, – возбужденно закивала она. – Мне пора, вся в срочных делах, но вечером расскажешь в подробностях. На приеме у мэра вдоволь посплетничаем!

– Если меня возьмут…

Во-первых, тянуло пожаловаться, а зачем отказывать себе в своих желаниях? Во-вторых, не верилось, что Анора запросто согласится идти со мной вместо Виларда. Вслух она и не соглашалась! Наверняка учинит очередную диверсию. Наподобие той, когда заявилась в наш дом и в него заселилась.

– Как так не возьмут? – опешила Домра. – Вам же высылали приглашение на двоих…

– Вот именно, что на двоих, а не на троих.

– Разве воскресшая на днях девица не должна валяться в постели и приходить в себя?!

– Она не воскресшая, а вызволенная поисковым заклинанием из потустороннего мира, – грустно сказала я, поскольку с зомби у меня отношения складывались не в пример лучше, чем с живыми людьми. – Мне доподлинно неизвестно чего да как. Вилард вызывал доктора из амбулатории, тот ее осмотрел и заверил, что…

– Жить будет, но надобно побольше отдыхать, – опередила Домра. – Он-то всем и растрепал новости. А еще продавщицы из магазинов одежды и ювелирки, где твой некромант всё скупил для «непонятной крали, которая на него вешалась».

– Ну не всё, поди, кое-что осталось, – проворчала я. – И что же ты думаешь, раз она шастает по магазинам, то пропустит вечеринку?

– Логично… Бери еще приглашение. – Она пошарила за пазухой и достала стопку роскошных конвертов с фирменными печатями, отдав мне один. – Теперь не надо, чтобы тебя кто-то с собой брал.

– Спасибо. – Я сунула конверт в карман и призадумалась, откуда у подруги столько пригласительных. Наверняка ее трактир снабжает угощениями вечернее мероприятие, но это же не повод самолично выбирать гостей. – А почему приглашения раздаешь ты?

– Узнаешь! – заговорщицки подмигнула Домра. – Не буду пока портить сюрприз. Ну все, я побежала готовиться к приему.

Чмокнув меня в щеку, она умчалась. Я отнесла еду на кухню, потеснив кастрюльки с остывающим колдовским варевом, и услышала через вытяжку эхо голосов с подземного этажа. Конечно, быстренько спустилась в подвал!

Чутье на диверсии меня не обмануло. Анора пробралась в аскетичный кабинет моего наставника и, усевшись прямо на его заваленный бумагами стол, вероломно мурлыкала восседающему за ним Виларду:

– Мне бы хотелось пойти сегодня с тобой… Без тебя я боюсь! Как закрою глаза, так мне сразу кажется, что я снова в этом жутком тумане среди болот, брожу и никак не могу выбраться…

Я затаилась в дверях, с нетерпением ожидая ответа некроманта.

– Возможно, тебе не стоит никуда ходить? – не подвел он. – Посиди здесь, пока полностью не оправишься.

Надеюсь, «здесь» – это не на его столе?!

– Мне полезно побыть среди людей, – Анора нагло положила ладонь на его грудь, – по ощущениям, я их целую вечность не видела. Пожалуйста…

– Ты ставишь меня в неудобное положение. – Вилард шатнулся вместе со стулом, ее рука соскользнула. – Перед Кейрой. Не могу же я отменять свои решения, это непедагогично.

– Брось, – фыркнула рыжая негодяйка. – Кто бы звал к мэру чужую девчонку из далекой магической академии? Это не студенческий бал.

– Вообще-то, меня только что позвали! – не стерпела я и переступила порог, гордо потрясая конвертом. – И чего это я чужая, меня в городе каждый знает.

Недаром, едва завидев, перебегают через дорогу на противоположную улицу.

– Славно, – мигом сориентировалась Анора и просяще посмотрела на Виларда. – У нее есть приглашение, значит, ничего не мешает нам отправиться вдвоем.

– Хорошо, сходим, – отчеканил он, – если я успею до вечера оформить бумаги для муниципалитета по согласованию ритуала.

С его стола невесту, к счастью, сдуло. Ну да, в ее интересах стало не отвлекать легендарного некроманта от работы. Она выскользнула из подвала, я полюбопытствовала:

– Что за ритуал? Снимаем проклятия? Поднимаем умертвий? Усмиряем духов? Опять допрашиваем усопших?

– А ты уже сварила приемлемое зелье для остроты зрения? – нахмурился Вилард. – Так и знай: не управишься до вечера – не видать тебе мэра. Будешь колдовать над кастрюлями, пока не преуспеешь. Или хочешь помочь заполнить бумаги?

Меня тоже сдуло. Негоже отнимать у наставника столь увлекательные бюрократические задачи… Необходимо было подготовиться к вечеринке – подобрать наряд, прическу и прочее, чтобы быть ничуть не хуже «непонятной крали». А даже лучше!

К назначенному часу я была исключительно хороша, не зря расстаралась, закалывая волосы стильными шпильками с черепками. Алую челку уложила сбоку волной, черной подводкой подчеркнула демоническую красоту глаз и тушью удлинила ресницы. Пригодилось вечернее платье, на всякий случай прихваченное из академии. Черное, в меру кружевное, немного открывающее ноги и спину. Приталенный верх, пышная юбка, асимметричные оборки. Я была в нем на студенческом балу в честь окончания первого курса, но здесь-то его на мне не видели. Нашлись и подходящие сапожки с застежками-пентаграммами. Готично – взгляда не отвести!

Бэллочка тоже оценила, глядя на меня так завороженно, словно глубоко сожалела о том, что ранее не утащила это платье из шкафа и не свила из него гнездо. Нет уж, хватит ей первого украденного и пущенного на лоскуты. К тому же после переезда в особняк Бурдона она соорудила себе лежанку из новой шелковой рубашки Аноры. Единственной нормального цвета – бордового, как загустевшая кровь. Хорошо, что госпожа невеста не заметила пропажи, а то криков было бы…

Резные часы на стене показывали шесть вечера, близилось время выезжать на прием к мэру. Наказав белке не бедокурить в мое отсутствие, я спустилась в гостиную. Там уже были Вилард и Анора. Он – в своем обычном некромантском балахоне, она – в омерзительно розовом костюме повышенной тесноты. Бант на тонкой талии, декольте на грани приличий. Бесстыдно длинные ноги в туфлях на высоченных каблуках. Огненные локоны по плечам и макияж с блестками. Фу! Как в таком виде можно показываться с приличным некромантом? Позорит моего наставника и не стесняется.

– Готова выезжать, – прилежно молвила я, оставив свое мнение при себе.

Вилард повернулся мне с таким лицом, будто поддерживал мои мысли о его невесте или…

– Вы попробовали приготовленное мной зелье? – предположила я. – Оно кисловатое получилось, но рабочее же. Любую могилу в темноте можно будет высмотреть безо всякого фонаря.

– Попробовал, – покривился он. – Зачем ты добавила столько лимонной травы?

– Для повышенной эффективности, конечно! Усилить действие зри-корня.

– Это неверные дозировки, – произнес некромант тоном, намекающим на то, что никакого мэра мне не видать. Заставит колдовать над кастрюлями, пока не выполню задание правильно.

– Это новаторский вклад в рецепт, – отчаянно запротестовала я. – Только посредственности слепо следуют инструкциям, не внося улучшений. Так еще никто не преуспел.

А я-то ни разу не посредственность.

– Еще одно такое улучшение, – хмуро изрек Вилард, – и по практике я тебе поставлю незачет: всем новаторам поначалу положено страдать. Завтра сваришь то же самое зелье по инструкции, понятно?

Уф, на прием я все-таки попаду! Было бы обидно нарядиться зря. Я понятливо покивала под насмешливое хмыканье Аноры, явно довольной тем, что он меня отчитал. Ничего, еще посмотрим, кто из нас двоих посмеется последней…

– Вызванный экипаж подъехал, – нетерпеливо сказала она, прекратив сверлить меня критичным взглядом, по которому читалось неодобрение. – Выходим? Раз Кейра… готова.

– Что-то не так с моим видом? – взвилась я оскорбленно.

– Все было бы так, направляйся мы на похороны, – наморщила нос Анора.

– Ты не разбираешься в некромантах! Мы по канону одеваемся мрачно, как на кладбище, которое нам все равно что дом родной.

– Стереотипы… – не прибавилось у нее прозрения. – Мы идем на мероприятие, где покойников не предвидится.

– На кладбище в таком не ходят, – прокомментировал Вилард, окинув меня выразительным взором. Понять бы еще, что он выражал! – Неудобно. И непрактично, очень красивое платье.

О… Ему нравится! Вот.

Анора шумно выдохнула, но я удержалась и не показала ей язык, ведь серьезные взрослые некромантки не размениваются на подобные мелочи.

Раздался звонок. Извозчик притомился ждать? Накинув верхнюю одежду, мы вышли в осеннюю промозглость, и я оторопела, как только Видард открыл ворота. Прямо-таки застыла изваянием, способным лишь моргать! За ними стоял не извозчик. Совсем не он…

– Здравствуйте, – изобразила учтивый поклон моя галлюцинация. Не могла же я лицезреть эту наглую и ехидную физиономию наяву! – Господин Рауд?

Тот кивнул. Общих галлюцинаций не бывает… Сюда вправду явился мой заклятый враг и сокурсник с факультета некромантии? Зачем?!

– Зейн Мортис, – назвался он с ненавистной мне улыбочкой, от которой почему-то млели все девчонки нашего курса. Анора тоже рассматривала его с интересом, определенно оценив дорогущий модный костюм, влажную дорожную накидку с серебристой вышивкой и сейфообразный чемодан на колесиках с магическим замком. – Я прибыл к вам на практику.

– Какая глупость, – фыркнула я. – У господина Рауда есть практикантка.

– Теперь будет и практикант, – огорошил Вилард. – На оставшийся срок. Академия уведомила меня письмом пару дней назад.

– Вас уведомили? – Возмущение переполнило до краев. – И вы мне не сказали?!

– А должен был? – скупо осведомился он.

Естественно! И отписать им отказ. Место занято.

– Темнори, наш декан лично согласовал перераспределение. – Зейн сверкнул чернющими глазами, в которых явственно отражалось: «Подвинешься». – Моя наставница признала, что ей не хватает компетенции для работы со столь одаренным студентом. А куда еще меня отправить, как не к самому выдающемуся некроманту королевства? Лучшие должны обучаться у лучших.

Вилард не отреагировал на услышанное, а я скрипнула зубами. Лучший студент на потоке только один – я! Этот гад подло примазывается. Изначально рвался на практику именно сюда, но не взяли. Комиссия академии абсолютно справедливо сочла, что я одареннее.

– Если тебе важно быть единственной, – с обманчивой любезностью вставил он, – попросись к моей бывшей наставнице, она свободна.

Я сжала ладони в кулаки, мечтая о новом расследовании убийства. Его убийства!.. Из припаркованного на обочине экипажа вырвались нетерпеливые гудки. Вилард поднял руку в останавливающем жесте, и клаксон мгновенно затих.

– Ты приехал не по адресу, – выпалила я в напыщенную физиономию Зейна, – общежитие Бонны Крауз на другой улице.

– Но ты-то живешь здесь, – не стушевался он, – и дом выглядит большим, наверняка для меня отыщется комната.

– Даже несколько на выбор, – вмешалась Анора. – Верно, любимый? Студентам положены одинаковые условия.

– Это моя невеста, Анора Коули, – представил ее Вилард новоприбывшему вместо того, чтобы послать его… в общежитие. – У нас планы на вечер, вернемся через пару часов. Кейра, проводи сокурсника в дом и возвращайся.

– Возвращайтесь оба, – промурлыкала Анора. – Уверена, мэр города будет рад знакомству с таким видным молодым человеком. По нему заметно, что он не раз бывал на светских приемах.

– Вы не ошиблись. – Зейн вальяжно склонил голову набок, а его залаченные волосы цвета воронова крыла не шелохнулись. – Мой отец тоже мэр. Правда, в столице.

– Конечно. Фамилия Мортис сразу показалась мне знакомой…

– У него нет приглашения, – перебила я.

– У тебя есть. – Она выхватила конверт из моего кармана за торчащий уголок и развернула. – На двоих – какое приятное совпадение!

Ничегошеньки приятного в этом совпадении не было, жуткая жуть. И вовсе не та сладко будоражащая, которую испытываешь, например, при создании зомби.

– С удовольствием составлю вам компанию, – и не подумал отдохнуть с дороги псевдолучший студент, а Вилард – возражать. – Только отнесу вещи.

– Не стоит вынуждать извозчика ждать, – подчинилась я одолевшей безысходности и направилась в дом.

Этот негодяй – за мной, катя свой помпезный чемодан. Я мстительно повела на второй этаж, он подхватил тяжеленную на вид поклажу и с легкостью взошел по ступеням. Пахнет новомодной столичной разработкой с пространственной магией и уменьшением веса!

Жалея, что не поселила его в клетушку под лестницей, я вознамерилась проводить в дальнюю каморку, но он остановился у гостевой комнаты по соседству с моей и, нагло сунув нос за порог, вывел:

– Кажется, тут не занято.

После чего вкатил чемодан. Открыв его, извлек теплый плащ. Я не стерпела:

– Признавайся! Довел наставницу и она тебя выставила, а твоему папочке со второго раза удалось подкупить комиссию?

– Выдумщица, – цокнул Зейн языком. – Надо уметь принимать поражения. Считала, что обставила меня? И не мечтай, твое везение было временным. Я всегда получаю желаемое.

– Все равно половина практики уже прошла. Ты пропустил кучу интересного!

– Наверстаю.

Облачившись в плащ, он повесил накидку на запертый чемодан – подсыхать – и прилип к зеркалу, орудуя в намертво застывшей шевелюре карманной расческой. Тем временем в комнату просочилась Бэллочка, принюхиваясь к этой пародии на некроманта.

– Милое умертвие, – среагировал Зейн, не отвлекаясь от собственного отражения. – Наконец ты нашла зверушку соразмерно способностям. А что вы на ней отрабатываете?

– Твоим скудным мозгам не постичь, – процедила я, давая белке понять, что мы с ним не дружим.

Моя приспешница проницательно оскалилась.

– Ути, – умилился он пуще прежнего. – Маленькая и злобная, прямо как ты.

– Долго ты еще возиться собираешься? Мы из-за тебя к мэру опоздаем.

Зейн отлип от зеркала. Выходя за ним в коридор, я краем глаза заметила, что Бэллочка стаскивает зубами с чемодана накидку, предвкушающе потирая лапки. Ха! Никакие магические замки не помогут тем, кто бросает вещи где ни попадя. Само собой, я непричастно промолчала. Пусть начинает практиковаться… во внимательности. Некромантам нельзя расслабляться ни на секунду, у нас невероятно опасная профессия. Замешкаешься на каком-нибудь ритуале с потусторонними духами – и огребешь от них проклятие.

Размышляя об этом, я почувствовала себя благодетельницей, радеющей за сохранность будущего коллеги, несмотря на уверенность, что его вышибут из академии до ее окончания. Не за дурость, так за постоянные безобразные гулянки со старшекурсниками. И старшекурсницами.

В экипаже я сохранила холодное и безучастное лицо, как и положено невозмутимой адептке тьмы. А поводы возмутиться-то имелись! Анора сидела почти на коленях у Виларда, хотя места было предостаточно, а Зейн не затыкался, разглагольствуя о том, какая это для него честь – перенять опыт у истинного мастера своего дела. Мастер смотрел в окно, словно темнеющий пейзаж был более занимательным зрелищем, нежели сидящая напротив я. Пару раз взгляд наставника мне достался, но он мгновенно его отводил, что было престранно. Я же не порождение бездны, способное гипнотизировать… Не настолько у меня демонические глаза. Наверное.

Прием мэр устроил у себя в особняке. Шикарном, белокаменном, превосходящем размахом владения Бурдона. С мраморными колоннами и просторным, но заставленным экипажами двором. Видимо, мы припозднились… В холле нас встретил галантный престарелый дворецкий и забрал верхнюю одежду. Отдав ему пальто, я разровняла складки платья.

– Будто наш студенческий бал и не заканчивался, – подмигнул Зейн, – ты точно так же наряжалась. Там потайной внутренний карман, в котором удобно прятать амулет для управления костями. Устроенный тобой танец жареных куриц был незабываем.

Гадкий гад, чтоб его ночью Бэллочка погрызла! Вилард напрягся, я вывернула карман, демонстрируя пустоту.

– Не танцуй здесь курицами, – все же сказал он, не иначе как подозревая, что я пронесла амулет по-другому. – Вообще запрещаю вам обоим колдовать на приеме. Ясно?

– Ясно, – покладисто отозвался Зейн. – Не переживайте, со мной, в отличие от нее, не возникает проблем.

– В отчете твоей прошлой наставницы говорится иное, – не купился легендарный некромант. – А переживать следует тебе. По поводу того, получишь ли ты зачет. И с какими рекомендациями.

Так ему!

Зейн поперхнулся и заторопился первым последовать через холл туда, куда указал дворецкий. Вилард требовательно уставился на меня.

– Мне все ясно, – уверила я. – Это будет самый скучный банкет из всех возможных. Все уснут, честное слово. От скуки, разумеется. Сонные зелья подливать я тоже не планирую, у меня их с собой и нет.

Он устало покачал головой и зашагал за новообретенным учеником.

– Перспективный у Мортисов сын, – заявила Анора и, прильнув ко мне, шепнула на ухо: – Ты ему нравишься.

– Чего?! – Я отпрянула.

– Того, – ухмыльнулась она и добавила тише: – Он запомнил, в каком ты была платье на балу.

– У всех некромантов хорошая память.

Ляпнула же – нравлюсь… Мы непримиримые соперники и вечные конкуренты за звание талантливейшего студента курса. Ум и знания против денег и умения пудрить мозги! Победа непременно будет за мной. А если эта негодяйка надеется такими речами отвлечь меня от Виларда, то напрасно. Меня не проведешь!

Мы прошли в утопающий в роскоши зал: начищенный до блеска, практически зеркальный пол, всюду цветы и позолота. На потолке – вереница хрустальных люстр, в углу – сцена, на которой помещается целый оркестр. К счастью, ничего не успело начаться, а мэра не было видно. На нас обратилось внимание всех присутствующих. То есть на «непонятную кралю», о которой ныне судачит весь город. А тут она живьем.

Зейн отошел к столам с закусками, Виларда с Анорой обступили гости, но тотчас поредели под его неприветливым взором. Остались лишь самые стойкие и любопытные. Благодаря их расспросам узнала, что она безумно рада посетить прием и вернуться к нормальной жизни, поскольку действительно пропадала в потустороннем измерении из-за случайно проведенного у болот ритуала, однако «любимый» ее вызволил. Время там течет с хаотичным ускорением, три года не ощущались таковыми. Анора находилась посреди небытия в аморфном состоянии, пока чары Виларда не вывели бедняжку обратно в наш мир.

Бесполезная, по сути, информация… Нового – ноль. Зато я убедилась, что история мутная. Во-первых, случайный ритуал, серьезно? Не бывает их. Особенно связанных с потусторонним. Скажите на милость, как можно случайно собрать кучу редких ингредиентов и произнести сложнейшее заклинание? Во-вторых, бродить годами в пустоте при ежедневно проводимом поисковом обряде… Либо Анору упорно не осеняло, что необходимо идти на свет, либо не очень-то тянуло выбираться. В-третьих, почему обитающие в том измерении демоны ее не сожрали? Невкусная, видимо, ага.

– А что было, когда ты вернулась? – воспользовалась я ситуацией. Уж при толпе народа-то она меня не проигнорирует. – Как нашла дом господина Рауда?

– На болотах мне встретился грибник и подсказал, что мой жених обосновался в городе штатным некромантом. Тот добрый незнакомец любезно вывел меня из леса и направил к нужному дому. Так мы с любимым воссоединились спустя годы!

Впечатлительные девицы ахнули, я пропустила романтичную чушь мимо ушей и уточнила:

– Кто этот добрый грибник?

Такой скромняга и не сплетник.

– Не помню, – завела Анора старую песню, – все как в тумане… Но ты права, надо найти его и отблагодарить.

Еще как надо… И расспросить.

– Родственники знают о вашем возвращении? – задал замечательный вопрос молодой мужчина с фигурной бородой. Ехала бы она домой воссоединяться с семьей! – Наверняка они не теряли надежды вас отыскать.

– Мы им написали, – сухо сообщил Вилард, – но ее родные живут далеко.

– Ой, все, я больше не хочу грустить об утраченном, – сделала Анора страдальческое лицо. – Давайте о светлом будущем.

– Когда ваша свадьба? – поинтересовался кто-то писклявый.

Она скосила на Виларда глаза. Как насчет никогда? Но он ответил:

– В скором времени.

Что ж… Понятно. В скором времени я должна вывести болотную невесту на чистую воду. В конце концов, мне не впервой спасать наставника!

Оркестр пиликал торжественную мелодию, я жевала бутерброд. Печальная и одинокая, у дальней стены, украшенной бессмысленным орнаментом. Пожалуй, за длинные минуты этого унылого перекуса я выучила его наизусть. Не самое увлекательное занятие, но смотреть на вешающуюся на некроманта Анору оказалось выше моих сил. Можно было подумать, что ее ноги не держали! Зейн, наоборот, безостановочно сновал по залу, знакомясь со всеми подряд, и стал главной звездой вечера, развлекая народ рассказами о столичной жизни. Ну где это видано, чтобы некроманты так себя вели? Позер.

Надо было мне с собой Бэллочку брать. Тут бы мигом вспомнили о моем существовании…

– Кейра, – раздался над ухом скрипучий голос, – рад тебя видеть!

Я повернулась к этому радостному человеку. Высокому и худому, как жердь, Элвину – сыну почившего Бурдона. Выглядел несостоявшийся наследник вполне цивильно, даже челку подстриг и больше не напоминал маньяка. По нему теперь и не скажешь, что недавно он жил в подвале и косил зверушек чучельными проклятиями.

Элвин подошел ко мне здороваться не один, а в компании чопорной дамы средних лет, вылизанной с иголочки платиновой блондинки. Или в таком возрасте уже положено седеть?

– Тоже рада, что ты меня видишь, – поддержала я светскую беседу, проглотив остаток бутерброда. Заодно перешла с ним на «ты», все-таки он ненамного меня старше. – Как здоровье твоей матушки?

– Она идет на поправку, но возвращаться в город не хочет. Подумывает о переезде.

Неудивительно! В сокрытии и шантаже преступника ее не обвинили, повезло подвергнуться покушению. В том смысле повезло, что переквалифицировалась в жертву. Однако репутация-то подорвана, весь город в курсе, как рьяно госпожа Бонна хотела замуж за убийцу бывшего мужа.

– Пускай начнет новую жизнь, – махнул рукой Элвин. – С общежитием я и сам справляюсь. Приходи, покажу свежепоклеенные обои и подвесной домик для котенка. Ах да, чуть не забыл! Где мои манеры… Это Илария Роквуд, помощница мэра и организатор приема.

Та степенно кивнула, а я поклонилась, демонстрируя благовоспитанность:

– Славный вечер и еда съедобная. Стены здесь красивые, гостей много для такого-то городка…

– У вас в трактире было несравнимо больше, – признала она во мне коллегу по планированию вечеринок. – В день ареста Сандерса.

– Вы там были?

– Увы, да. Меня его заклинаниями выбросило в окно вместе со стулом, правая рука до сих пор побаливает.

– Мне очень жаль! Что вы не полюбовались, как этого гада арестовывают. Кстати, а по какому поводу мы собрались?

В приглашении говорилось про некое знаменательное событие. Точно не день рождения. Про него бы все знали, и стола для подарков нет. Ох, как же я поднаторела в дедукции, десятки прочтенных детективных книжек – прекрасное подспорье!

– Не могу сказать. Cюрприз, – выдавила Илария дежурную улыбку. – Мэр сделает важное объявление.

– Надеюсь, не про повышение городских тарифов, – нервно рассмеялся Элвин. – Они и так ого-го…

Вдруг народ в зале оживился, оркестр заиграл тише, частично расступаясь. На сцену вышел пузатый мужчина важной наружности, ленивым жестом поприветствовав собравшихся. Сразу ясно: мэр! Персиваль Вестовер, его имя с фамилией я вычитала на приглашении. Заговорил он громко, словно вещал с трибуны о предвыборной кампании:

– Дорогие мои изб… кхе-кхе, гости. В этот прекрасный день я созвал вас, чтобы объявить о своей помолвке! И представить счастливую невесту.

Воцарилась пораженная тишина, разбавленная оркестровой музыкой. На сцену выплыла Домра с улыбкой до ушей, в кокетливом атласном платье. Вестовер заграбастал ее в объятия обеими ручищами и смачно чмокнул в губы. Невеста – она?! Вот так раз!

Гости захлопали в ладоши, подсвистывая и выкрикивая слова поздравлений. Мы с Элвином тоже выкрикнули, Илария постояла с каменным лицом и куда-то испарилась. Под рукоплескания мэр пообещал, что скоро они присоединятся к вечеринке, и увел Домру за кулисы. Я немедля протиснулась сквозь толпу поближе к засценовому пространству. Надо перехватить подругу до того, как ее облепят гости! Запоздравляют, а я должна быть первой.

Когда я затаилась в углу, музыканты перегруппировались, крепыш с тромбоном удачно заслонил меня от чужих глаз. Я ловко взобралась на край сцены и юркнула в просвет между заградительными портьерами. Осторожно прошла вперед и выглянула из-за перегородившей путь ширмы.

Хм-м-м…

В коридоре происходило нечто подозрительное. Домра жалась к мэру Вестоверу, а перед ними стояла упитанная миловидная девушка со сложенными на груди руками.

– Отец, это не сюрприз, – чеканила она, – а настоящий шок.

Из темноты к ней шагнул обладатель фигурной бороды, умеющий задавать замечательные вопросы, и погладил ее локоть в попытке успокоить злюку, но чуть не получил им же под ребра.

– Ты женишься на моей ровеснице? – вопросила мэрова дочь. Пайетки на ее платье затрепетали. – Еще и подавальщице!

– Хозяйке трактира, – поправил он, – и давай поуважительнее к моему выбору.

– Ну да, – ее разобрал грустный смех. – Будь я неуважительной, высказала бы это, пока вы стояли на сцене.

– Мэгги… – взволнованно облизала губы Домра.

– Для тебя – Мэган. – Она нервно поправила в ухе массивную бриллиантовую сережку. – Брайс, мы немедленно едем домой.

– Зайка, не горячись, – он снова принялся наглаживать ее локоть, – зачем уезжать на ночь глядя? Дорога длинная и ухабистая.

– Ты утверждаешь, что я плохо отремонтировал городской тракт? – побагровел Вестовер. – Скажи еще, подлый журналюга, что я прикарманил все денежки налогоплательщиков!

– Нет, что вы, – мотнул головой Брайс, – конечно, не все.

– Что за намеки? – Ноздри мэра гневно раздулись. – Да кто ты такой?!

– Мы с вашей дочерью год как съехались, – скромно напомнил тот. – И я веду колонку на другую тему в прессе своего королевства, расхищения бюджета – не мой профиль.

Что-то количество парочек в последнее время зашкаливает. А ведь не весна… Делать им нечего. Печально, когда у людей нет любимого дела и призвания и им приходится занимать себя всякой ерундой. Вот у моего наставника призвание есть, недаром он гениальный некромант. Еще одно подтверждение тому, что невеста ему без надобности, а лишь вредит.

– Уедем завтра, – отрезала Мэгги. – Все же я не намерена сжигать мосты, семья для меня не пустой звук.

– И на том спасибо, – буркнул Вестовер, косясь на подлого журналюгу так, будто мечтал побить его печатным станком. – Наслаждайтесь праздником, утром поговорим.

– Утро вечера мудрёнее, – покивала Домра.

– Мудренее, – поправила эта образованная дочурка. – А поговорим мы о том, что ты женишься на ней только через мой труп.

Я прикрыла рот ладонью, чтобы не ахнуть вслух, но отчетливо услышала аханье. Чужое, с противоположной стороны коридора. Там метнулись тени, оформившись двумя девицами-танцовщицами. Ну кто так непрофессионально подслушивает? Не умеешь – не берись!

– Чего встали? – гаркнул на них мэр. – Идите работайте.

Те смущенно переглянулись и исчезли в дверях гримерки. Покрасневшая до ушей Мэгги перевела дыхание, Брайс приобнял ее за плечи.

– Пора нам к гостям, – как ни в чем не бывало сказала Домра. – А то ж волноваться будут, куда мы запропастились.

Я схоронилась за ширмой, но шаги услышала удаляющиеся. Очевидно, отсюда был и другой выход в зал. Разведала я его позже, выждав конспиративные минуты и прокравшись к двери в конце коридора. Пара поворотов в направлении коллективных шума и смеха, и я вновь очутилась на приеме.

Домру и Вестовера уже облепили поздравляющие, однако он полностью сосредоточил внимание на вездесущем Зейне. Доносились обрывки их фраз про мэра Мортиса-старшего и невероятное везение познакомиться с его отпрыском. Пф-ф-ф… Мэгги стояла рядом с каким-то хитрым выражением лица, из-за чего была похожа на лису, и смотрела вовсе не на избранницу отца, а в толпу, непонятно к кому прилипнув взглядом.

Странная дамочка. Мало того, что готова разбрасываться своим трупом, еще и надумывает проблемы. Подумаешь, отец женится на ее ровеснице. Да за него радоваться надо: заполучил молодую деваху. Наверняка ему это льстит! А Домра совсем не такая, как вертихвостка Стефания, вышедшая по расчету замуж за старика Бурдона. Скоро прекрасную вдову ждет вторая свадьба – с богатым красавчиком в столице, куда она и укатила, и никто по ней ни капли не скучает.

Устав ждать очереди, чтобы прорваться к подруге, я отправилась проверить Анору – повесилась ли негодяйка окончательно на моем наставнике. Почти что да. Держалась за его плечо, бледная как мел и напрочь утратившая праздничное настроение.

– Уйдем? – участливо поинтересовался Вилард. – Тебе нездоровится.

– Нет-нет. – Анора отлепилась от него и приосанилась. – Отойду в уборную и вернусь.

– Бутерброд попался несвежий? – проявила участливость и я. – Давай с тобой схожу, волосы подержу…

– Не стоит утруждаться, – дернула она щекой. – Я справлюсь.

И ушла – бодрой походкой, по которой ни за что не заподозришь плохое самочувствие. Конечно, я воспользовалась моментом! Сделала шажок к Виларду и кротко сказала:

– Видите, прием до сих пор без происшествий, и я веду себя очень прилично.

– А зачем ты полезла на сцену и за кулисы?

– Ну что вы начинаете, – я отступила назад, – ваше недоверие ранит меня в самое сердце.

За мной он, оказывается, смотрит, а не на невесту! Сердце вправду кольнуло, но не уязвленно, а как-то даже наоборот.

– Кейра, я просто научен опытом. Мне всех унаследованных средств не хватит, чтобы возместить убытки, если ты и тут все разгромишь. В этом ты невероятно талантлива. Однако должен признать, что твое зелье тоже прекрасно работает.

– Ага! – догадалась я, как Вилард разглядел меня в толпе у сцены, и с надеждой спросила: – Значит, новое завтра можно не варить?

– Нельзя.

Эх… Я приготовилась продолжить столь превосходно складывающийся разговор, но некроманта отвлекла Илария – скучными вопросами о новых формах бланков для магов в муниципалитете.

Я осталась предоставлена сама себе и засела на диванчике у сцены. Вскоре вышли выступать те две коридорные танцовщицы, исполняя нечто полуакробатическое, потом лысоватый весельчак с развлекательной программой из древних анекдотов, а потом окутало сладким ароматом фиалковых духов, и ко мне приземлилась Домра.

– Уф, вечерок. – Она потеребила массивное помолвочное кольцо на пальце. – Ни минутки покоя… Наконец-то вырвалась. Не терпится узнать твои новости, мои-то ты узнала.

– Ты уверена, что разумно сплетничать при всех?

– Зачем же при всех? Идем в укромное местечко. Гости уже в такой кондиции, что ничьего отсутствия не заметят.

Они действительно раздухарились, налегая на пунш. Одни в голос смеялись над бородатыми шутками, другие требовали вернуть на сцену танцовщиц, третьи резались в карты. За игральным столом был и Зейн – с напыщенным небритым типом, причем они раскладывали далеко не первую партию. Между прочим, согласно слухам, однажды этого одаренного студента выгнали из столичного клуба – за использование зелья удачи. Но ему все же повезло – не побили.

Домра вывела меня из зала через знакомый коридор, но свернули мы не к «закулисной» двери, а более интригующей. С надписью «Логово» и доступом к оному по магическому пропуску. Внутри располагались приватные апартаменты с баром и комнатками, заполненными всякими китчевыми штуковинами вроде бильярдного стола и волшебного массажного кресла. Его как раз подзаряжал специальным артефактом дворецкий.

– Помещение строго для своих, – пояснила Домра, – доступ сюда есть лишь у членов мэрской семьи и пары сотрудников.

– Укромно! – Чувствуя себя своей, я осмотрелась и сочла интерьер недурным. – Мне нравится, так темно, и окон нет.

– Это для атмосферы.

В одной из комнат определенно кто-то был. Мгновение спустя ее дверь приоткрылась, оттуда выглянула Мэгги, за спиной которой стояла… Анора. Да что ж такое. Везде просочилась! Судя по выражению ее лица, она думала про меня то же самое.

– А где Вилард? – полюбопытствовала я.

– Вышел проверить сад, – улыбнулась она фальшиво, – кто-то из гостей увидел призрака. Мэган была столь любезна, что пригласила меня подождать его в комфортной обстановке… Признаюсь, я вымотана общим банкетом.

– Скоро поедете домой, – обронила Мэгги. – Нет в саду никаких призраков.

– Просто пунш сварили забористый, – прокомментировала Домра, глядя на нее довольно доброжелательно, – не будем вам мешать.

И утянула меня в соседнюю комнатку. Мы уселись в мягкие кресла напротив огромного аквариума с иллюзорными рыбками. Звукоизоляция непроницаемостью не отличалась, но, как я ни прислушивалась к происходящему за стеной, не могла ни слова разобрать. А вдруг Анора тоже успела глотнуть пунша и теперь рассказывает Мэгги о своем темном прошлом? Зато если мне их не слышно, то и им нас.

– Вылитая краля, как мне и описывали, – дала оценку Домра. – Они с твоим некромантом всерьез поженятся? Как его угораздило?

– Хотелось бы знать, – тяжело вздохнула я, – мне кажется, он ее не любит, служители тьмы в принципе неподвластны каким-то там чувствам.

– Не все браки бывают по любви.

– Выходит, ты не любишь господина мэра?

– Люблю! – Ее щеки порозовели. – Моего медвежонка… Перси хороший, хоть по нему сразу и не определишь. Но я уж определила. Откуда у тебя такие мысли?

– В трактире ты при всех сказала, что порой тебе снится, как ты плюешь ему в жаркое…

– Ах, это. – Домра хихикнула. – Мы поругались тогда, устала я скрывать наши отношения, а он не хотел их «опубличивать». Но вон быстро исправился и сделал мне предложение руки с сердцем.

– Понятно, извини, что засомневалась. Просто он… ну… – как бы потактичнее сказать, – старый.

– Ничего он не старый! В самом расцвете сил. Запомни: мужчины медленно взрослеют, потому им надобны годы, дабы сравняться с нами по уму. Разница в возрасте от десяти лет идеальна.

Мысль эта отчего-то показалась мне интересной. Так, чуть-чуть. Совсем немножко. Чтобы ее прогнать, я рассказала подруге об ужасном дне, когда объявилась Анора, своих страданиях и подозрениях. Обидно, что подозревать ее в чем-то конкретном пока не получалось. Сыщицкое чутье неустанно твердило: это лишь от недостатка информированности.

– Выходит, в чем потерялась, в том и нашлась, – восполнила пробел Домра. – Народ вспомнил описания от полиции при розыске: зеленое шелковое платье, жемчужная шпилька в волосах, хлипенькие туфли.

– Однако она сумела в них выйти из леса! Кстати, откуда взялись слухи о том, что Вилард ее не то утопил, не то скормил болотным духам?

– Оттуда, что никому о ней рассказывал. Пропала тута у нас, и все. О том, что это некромантова невеста, растрепал один полицай, который ее пропажу расследовал. Без вести пропавшей объявили по итогу.

Знаю я местных горе-расследователей! Бурдона, заколотого в грудь магическим ножом, поначалу считали самоубившимся. Я не такая, я умная, и весь бесценный книжный опыт Дариуса Блэка в моем распоряжении.

Я сложила в голове имеющиеся факты и пришла к выводу:

– Вскоре после ее исчезновения Вилард и переехал в ваш город.

Конечно, я могла об этом просто спросить, но догадаться самой было приятнее!

Анора ни с кем не знакома, и раньше рыжую негодяйку в глаза не видели, только читали ориентировки. Добрый грибник подсказал ей, что Вилард их штатный некромант, и это явно было для нее новостью. А я все гадала, почему он, с его-то могуществом и карьерными перспективами, добровольно прозябает в глуши. Из-за невесты! Как она провалилась в потустороннее измерение на местных болотах, так мой наставник и поселился неподалеку, чтобы ходить на те болота с поисковым заклинанием. Зачем же они оба продолжают темнить? Неужели Анору засосало к демонам в результате запретного ритуала? Названного ею «случайным» во избежание проблем с законом.

– Ага, три года назад он к нам устроился, – подтвердила Домра, – и никогда не говорил, надолго ли.

Да! Я изначально была права: здесь сокрыта тайна.

И я на пути к ее разгадке…

Поерзав в кресле, я укрепилась в мысли, что нужно спасать наставника от этой нехорошей женщины и грядущей свадьбы. Некромантам вообще ни к чему жениться, совершенно неинтересный для нас ритуал. И Вилард по большей части игнорирует невесту, ни разу даже не обнял – по крайней мере, при мне. Что между ними творится наедине, думать не хотелось, но спят-то оба в отдельных спальнях и вряд ли руководствуются высокоморальными принципами. Зачем ему соглашаться связывать с ней свою жизнь? Может, три года назад застигло помутнение, а теперь пора прозреть…

Сердце зашлось у меня в груди, посетила отвратительная догадка: вдруг Анора шантажирует Виларда, угрожая обвинить в своей пропаже из-за использования им запретной магии? Тогда с его стороны было нелогично так упорно работать над ее спасением… Нет тела – нет дела! А благодаря многолетним поисковым усилиям тело есть, еще и разговорчивое. Нет, он остается с ней по собственной воле, но брак не по любви. Я и у Аноры не наблюдаю к нему чувств. Это ее «любимый» – навязчивое и насквозь фальшивое, фу. Вдобавок ей не нравятся некроманты, катит бочку с претензиями то на наш стиль, то на мою белку.

При этом в особняке Бурдонов она с удовольствием ведет себя по-хозяйски и под свои новые наряды отхватила отдельную гардеробную. Меркантильная девица! И нашлась именно в тот момент, когда жених разбогател, получив наследство. Небось, в его старый домишко Анора и звонить бы не стала, а развернулась бы да была такова. Вот только сомнительно, что она вышла из потустороннего измерения на запах денег, тем более те, как известно, не пахнут.

Ох, мне недостает сведений… Необходимо разыскать того грибника, он очень важный свидетель.

Попросить Домру сдать имена охочих до грибов горожан я не успела: из-за двери донесся голос мэра Вестовера, и она сорвалась туда. Я тоже сунула нос за порог. Ее медвежонок явился с помощницей, обсуждая зажиточного горожанина, внезапно изъявившего желание проспонсировать строительство парка. Мол, надо срочно сунуть ему документы на подпись, пока не протрезвел.

– Сладкий мой пирожочек, – проворковал он невесте, – не скучаешь? У меня возникли срочные дела, но мы быстренько с ними разделаемся.

Помощница Илария едва заметно покривилась. Видимо, не горела энтузиазмом работать посреди банкета.

– Не скучаю, Перси, – нежно улыбнулась нареченному Домра, – позвала подругу, мы славно проводим время.

– Да? – Он покосился на меня с опаской, но добавил: – Подруга моей будущей супруги всегда желанный гость в нашем доме.

Двери апартаментов резко распахнулись, будто их открыли с ноги, вошли «подлый журналюга» Брайс, который кавалер Мэгги, и небритый тип, недавно игравший на банкете в карты. Не укромное местечко, а проходной двор!

– Ух ты, какая красотуля. – Этот обладатель недельной щетины поиграл в мою сторону бровями, и я заозиралась в поисках чучел, пригодных для оживления. Увы, их тут не было. Или к счастью. Обещала ведь наставнику не колдовать. – Давай знакомиться!

– Госпожа Кейра Темнори, некромантка, – то ли представил меня, то ли предостерег его мэр. – А это мой непутевый сын Гарет.

– Я путевый, – подмигнул он пустоте и пьяно икнул. – Просто у меня свой путь.

После прошел к бару и, хватанув бутыль, с жадностью отпил. Спустя пару секунд свалился под стойку и притих. Замечательно! Не пришлось вырубать самой.

– Приношу извинения за его поведение, – вздохнул Вестовер и гневно воззрился на кавалера дочери. – А ты что здесь забыл?

– Пока ничего, все помню, – тот достал из кармана блокнот и самопишущее перо, – придумал гениальное начало для статьи, надо срочно записать в тишине и спокойствии.

С этими словами он скрылся за одной из дверей. Мэр неприязненно фыркнул и позвал помощницу в другую комнату. Теперь свободных и не осталось. Мы с Домрой вернулись в кресла, она покачала головой:

– Не обращай на его сынка Гарета внимания, он со всеми такой. Двадцать лет мальчику, а переходный возраст затянулся. Переселюсь сюда и попытаюсь его образумить.

– Мэган с ними не живет?

– Она старше на три года и столько же учится в соседнем королевстве. До того в нашей столице год жила. К отцу приезжает от случая к случаю.

Подруге недолго предстоит пробыть с дочкой мэра под одной крышей – хорошо. Учитывая их разногласия по поводу того, быть или не быть свадьбе. Надеюсь, на торжество ее не позовут или она не примет приглашение.

Я не высказала это вслух, все же информация подслушанная. Вот если бы Домра мне пожаловалась… Но она не стала. Засияла от счастья и подробно поведала мне историю их бурного романа с мэром Вестовером. Он принялся регулярно захаживать в трактир, хотя у него служит личный повар, и выспрашивать ее обо всем подряд, а потом позвал на тайное свидание в муниципалитет в своем кабинете. Где накрыл стол со свечами и был сама галантность. Как по мне, посредственное место для тайного свидания. Склеп на кладбище подходит куда больше, а возможных свидетелей меньше.

– От пунша налетают галлюциногенные призраки, так что хочешь отметить мою помолвку бутылочкой редкого вина? – щедро предложила Домра. – Тут погреб внизу имеется, с дорогущей коллекцией. Принесу нам на пробу.

Я согласно кивнула. Кто же откажется попробовать редкое вино из дорогущей коллекции? Точно не я.

Под порогом нашей двери посветлело, будто лампочки в коридоре прибавили яркости. Домра крепко обняла меня и убежала, оставив в облаке фиалкового аромата. Надушилась подруга сегодня от души! В носу засвербело, я чихнула. Иллюзорные рыбки в аквариуме беспорядочно заметались, почти как мысли в моей голове. Одна особенно настойчиво билась в мозг, пока меня не осенило.

Анора Коули! Так ее сегодня представил Вилард. Существует известный некромант Либрус Коули – из старшего поколения, основоположник магической теории хаоса. Совпадение? Не думаю! Он родственник болотной невесте? Тогда можно допустить, что мой наставник решил жениться на ней, чтобы породниться со знаменитым коллегой. Правда, непонятно для чего. В смысле, что это дает? Возможно, Либрус полон сокровенных знаний по некромантии, которыми не жаждет делиться с посторонними…

Из размышлений меня вырвал крик. Внезапный, долгий и истошный, срывающийся в рыдания. Духи-заступники, что происходит?! Вскочив с кресла, я со всех ног бросилась за дверь. Журналюга Брайс и мэр с помощницей тоже высунулись из комнат, сынок Гарет зашевелился под барной стойкой. Воющий плач множился гулким эхом и шел откуда-то снизу… Из винного погреба?..

Не сговариваясь, мы помчались на душераздирающие звуки. Спускающаяся в полумрак лесенка была короткой, но узкой, и меня чуть не размазало о стенку мэром. Каменный мешок, заставленный полками с вином, освещался еле-еле. В паре шагов от входа осиновым листом тряслась Домра. Над распластанным телом! Оно лежало лицом в пол, недвижимое и, кажется, бездыханное. Под головой то ли винная лужа, то ли кровь. Судя по русым волосам и платью с пайетками – это…

– Мэгги!.. – всхлипнула Домра, указывая на нее.

Помощница Илария глухо ахнула, хватаясь за сердце. Мэр Вестовер шагнул к дочери, но Брайс преградил ему путь.

– Не трогайте ее, вы не доктор, – сказал он с завидным хладнокровием, – зовите на помощь!

Суровый журналист… О чем же он пишет?

– Я позову, – вызвался братец пострадавшей Гарет, будто мгновенно протрезвев.

И убежал, сверкая пятками. Домра кусала губы и беззвучно глотала слезы. Я присмотрелась к телу внимательнее, поскольку вдоволь надегустировала зелья для остроты зрения, пока его варила. Все-таки кровь. Бедная Мэгги… Глубокая рана на затылке селила сомнения в том, что доктор сумеет ей помочь, а из-под локтя жертвы виднелся изящный фонарик, окутанный магическим свечением. Рядом валялась массивная бронзовая статуэтка вздыбленного крылатого коня с отколотой мордой. Им ее и стукнули?

– Что… – потерянно пробормотал мэр Вестовер. – Как?

– Пришла я вот, – Домра шмыгнула носом, – а она тут!

– Вы повздорили? – зло спросила помощница Илария. – И ты ее…

– Я?! Конечно, нет! Мэгги уже так лежала, когда я спустилась.

– Неужели? – Противная Илария прищурилась. – Почему тогда она упала на твой фонарик?

– О боги, – послышалось сзади взволнованное, и нас потеснила Анора. Глянула вперед и вздрогнула. – Какой ужас…

– Фонарик я ей отдала сегодня, – произнесла Домра срывающимся голосом, – и в последний раз видела Мэгги в комнате с некромантовой невестой.

– Мы там были, – та нервно сглотнула, – она отправилась за вином и минут десять не возвращалась, а потом этот крик…

Анору передернуло, под ее туфлей скрипнул обломок вероятного орудия убийства.

– Выйдите, иначе затопчете улики, – сообразила я. – Это место преступления!

– Она права, – поддержал Брайс, по-прежнему бесстрастно реагирующий на гибель своей зайки. – Поднимемся.

– Я дочку не оставлю, – запротестовал Вестовер, – а вы идите, если хотите.

– Я тоже не уйду, – прошептала помощница Илария, тоскливо глядя на Мэгги.

– Нет, – отрезал кавалер жертвы, – улики можно уничтожить как случайно, так и специально.

– Ах ты… – Мэр сжал ладони в кулаки. – Намекаешь, что я… собственную дочь?!

– Выводы будет делать следствие, – отчеканил Брайс. – Но, судя по всему, на нее напал кто-то, находящийся в этих приватных помещениях.

Скорее всего, да! Местечко для своих, магический замок надежный. Посторонние не войдут и не выйдут.

Анора попятилась и исчезла, безутешный мэр продолжил препираться, кляня Брайса на чем свет стоит, но недолго. Подоспел доктор и мигом констатировал смерть, заодно сообщив, что вызвана полиция. Мы поднялись в апартаменты, храня угнетенное молчание. На Иларии не было лица, а Вестоверу поплохело, и доктор увел его в комнату. Я же утащила Домру обратно к аквариуму, чтобы не рвалась к жениху и не мешала его откачивать.

– Это не я, не я, – повторила она раз десять. – Зачем мне ее убивать?

– Верю тебе. – Я утешающе погладила подругу по руке, но не могла не быть с ней откровенной. – Увы, для окружающих у тебя был мотив, Мэгги ведь запретила отцу на тебе жениться.

– Танцовщицы растрепали? – Ну, может, и треплются. А если и нет, то с полицейскими уж поделятся. – Мэгги это не всерьез. Позвала меня потом в садовую беседку, попросила прощения и призналась, что сказала такое, чтобы утром договориться с отцом. Он категорически против ее кавалера, а она хочет за него замуж. Получится, что каждый дает другому стоить свое счастье и не бухтит, вроде как… ну…

– Компромисс?

– Ага. Мы обнялись даже. Я с тем новеньким фонариком была, Мэгги он очень понравился, и я подарила. Не убивала ее, клянусь! Это кто-то другой, душегуб проклятый. Хорошая девушка была, мы и раньше пересекались, пока она жила в городе, и после, когда приезжала, я ей наливки в трактире приносила. Вот кто так бедняжку?..

– Кому-то, видимо, помешала…

– Найди его, – взмолилась Домра. – Ты же умеешь, вон вычислила убийцу Бурдона. Считай, я тебя нанимаю.

– Найти убийцу, – призадумалась я. – Да запросто. Это дворецкий!

Пожалуй, настолько легко я не раскрывала ни одно дело. Неважно, что оно всего одно и было. Уж мне-то известно, что обычно виновен дворецкий. Когда он есть в списке подозреваемых, само собой. А мы видели этого подозрительного старикашку в апартаментах, едва пришли.

– Дворецкий? – переспросила Домра. – Честно говоря, по совместительству он еще и садовник.

Комбо! Мой книжный опыт гласит: нет дворецкого – обрати внимание на садовника. А тут беспроигрышный вариант, классика детективного жанра.

– Отыщем его, – велела я, – и сдадим полицейским тепленьким.

Разыскался он быстро. Вместе со слугами выдавал в холле одежду гостям, спешно покидающим дом мэра. Все прослышали о каком-то происшествии, но не знали, что именно стряслось. Шумно гадали, что могло заставить Вестоверов неожиданно свернуть банкет. Мы отвели главного подозреваемого в сторонку, я задала наводящий вопрос:

– Вы были недавно в винном погребе?

Домра по-хозяйски ему покивала: отвечай.

– Сегодня не был, – степенно молвил дворецкий-садовник. – Мне объяснили причину выпроваживания гостей. К сожалению, у меня нет для вас ценной информации, я покинул приватные комнаты сразу после вашего прихода.

– Чем вы можете подтвердить ваши слова? – строго спросила я.

– Магический замок фиксирует всех входящих и выходящих по ауре. Полиция снимет с него данные. К тому же меня многие видели в зале в то самое время, которое вас интересует.

Звучит как алиби. Что ж… Не все выигрышные варианты выигрывают. Не беда, круг подозреваемых у нас вырисовывается очень ограниченный.

Мы вернулись в опустевший зал, где среди немногочисленных оставшихся были мой наставник, сокурсник и Анора. Она обморочно обмахивалась приглашением, Зейн с любопытством зыркал вокруг. А у некроманта вид был напряженный, взгляд небесно-голубых глаз метал молнии в мою сторону. Будто я причина всех бед!

– Господин Вилард, – я приблизилась к ним и понизила тон, – вы должны допросить труп убитой девушки.

– Кому же еще это делать. Только не сегодня и после оформления разрешения.

Дурацкая бюрократия!

Домра нетерпеливо потерла ладонь, что говорило в пользу ее невиновности. Виновная бы опасалась допроса усопшей.

– Любимый, я хочу домой, – плаксиво протянула Анора.

– И я, – устало отозвался Вилард, – но тебя и Кейру попросили задержаться до прибытия полицейских.

Разумеется, им нужно опросить тех, кто присутствовал в апартаментах в момент убийства. Они явились не запылились, мы и нескольких минут их не прождали. Меня, Анору и Домру отвели в кабинет, где сидели оба Вестовера: мертвенно-бледный мэр и его попивающий водичку сын, – мрачная помощница Илария и сосредоточенный Брайс.

По очереди мы изложили события и отчитались о том, чем занимались. Выходило, что некромантова невеста и суровый журналист были в комнатах в одиночестве, сынок Гарет дрых под барной стойкой, а Илария на время оставляла своего начальника, отлучившись в уборную. В теории любой из пятерых мог заглянуть в погреб и пристукнуть несчастную.

– Проясните мне следующее, – не до конца удовлетворился полицейский. – Госпожа Коули, по какому поводу вы уединялись в комнате?

– Обсуждали мое счастливое спасение, – потупилась Анора. Между прочим, единственная не прибежавшая в погреб сразу. – Она хотела, чтобы я дала интервью ее возлюбленному.

– Для вашей статьи в журнале? – тотчас обратилась я к нему.

Брайс неохотно кивнул. Работает в жанре криминальной хроники? Это многое объясняет в его поведении…

– На банкете Мэгги шепнула мне, – добавил он, – что узнала некую тайну, которая может выйти кому-то боком.

Ее брат Гарет забегал глазами. Хм!

– У меня от нее не было тайн, – заявила Илария. – Она мне как дочь.

Учту. Где близкие отношения – там и личные мотивы. Вдруг ее вообще отец грохнул? Она сказала ему: женишься только через мой труп. Пожалуйста, вот труп.

– Ясно. – Полицейский записал показания. – Потерпевшая – Мэган Вестовер по документам, верно?

– Мэган Райт, – неохотно поправил Брайс.

– Что?! – подскочил на диване мэр.

– Мы поженились месяц назад, – вздохнул тот. – Она побаивалась вам в этом признаться.

– Поже… – Обретший зятя Вестовер снова схватился на сердце. – Доктора!

Оного к нему мгновенно пустили, с успокоительным наготове.

Занятно. Законному супругу всяко больше выгоды от гибели Мэгги, нежели сожителю. Поди, не заключали брачный контракт.

– Не покидайте город до окончания расследования, – предупредил нас полицейский. – А вы, Домрана Беккер, задержаны по подозрению в убийстве до выяснения обстоятельств.

Подруга испуганно обняла себя за плечи, мэр вырвал у доктора из рук бутылек успокоительного и жадно отхлебнул.

– Куда это вы ее задерживаете? – вступилась я хоть так. – Тюремную камеру в участке уже починили?

– Буквально на днях, – проблеял полицейский и горячо уверил: – Очень комфортная отремонтированная камера со всеми удобствами.

Ладно… Домра не пробудет в ней долго. Обещаю, тьма мне свидетель!