Право волка

В жизни каждого человека есть важная дата – отправная точка для нового витка жизни.

Мы ошибаемся, считая судьбоносными какие-то крупные события: выбор факультета при поступлении на учебу; переезд в другой город; покупка долгожданного авто.

Жизнь с ног на голову перевернет мелочь.

Лиля отчетливо запомнила день, когда ее жизнь начала новый виток.

И это произошло не благодаря тому, что она выиграла в лотерею или узнала о скорой кончине дальнего, но очень богатого родственника, нет.

Не встретила широкоплечего красавца с обаятельной улыбкой, искрящимся взглядом, сильными руками и чувственными губами… хотя, нет, встретила, но чуть позже.

Ее жизнь изменил ливень.

– Привет! – Одногруппница вырвала девушку из мыслей и встала рядом.

– Привет, – безразлично ответила Лиля. За три года Элеонора Рокотова не торопилась завести друзей и, насколько Лиле было известно, ни с кем из одногруппников не общалась, держалась особняком. Вежливо здоровалась, односложно отвечала на вопросы и никогда не интересовалась ничьей жизнью из знакомых за пределами университета.

– Давай, я тебя подвезу, – предложила Элеонора.

Они стояли под козырьком здания и наблюдали, как дождь лил стеной. Бурные потоки воды пенились, ливневки не справлялись со стихией, и люди перемещались по щиколотку в воде. Спешили добежать до остановки. И это в марте! Лиля опустила взгляд на замшевые сапожки.

– Жалко, очень красивые. Мое предложение еще в силе. – Девушка улыбнулась и открыла зонтик. – Нам по пути.

– Откуда тебе знать? – удивилась Лиля осведомленности одногруппницы.

– А я несколько раз видела, как ты садишься в автобус. Я живу в «Озерной долине», – девушка произнесла название очень пафосного и дорого места, в народе: «Поселок для бедных». – Идем. – Рокотова взяла одногруппницу под руку и затащила под зонт.

Девушки бегом спустились по лестнице.

Напротив входа в университет остановился белый внедорожник исполинских размеров. Из него выбежал мужчина размером под стать автомобилю и открыл дверь. Рокотова резво юркнула внутрь салона, оставляя зонт в руках водителя. А Лиля топталась на месте; узкое платье не позволяло сделать шаг на высокую подножку.

Водитель хохотнул, глядя на старания девушки.

– Сейчас помогу. – Он сложил зонт и быстрым движением подхватил ее под бедра.

– Спасибо, – проворчала Лиля, одернув платье.

Мужчина сел за руль и тряхнул головой, по салону полетели капли влаги.

– Ну что, Элька, знакомить с подругой будешь? – Он еще раз тряхнул головой, провел пальцами, ероша волосы, и повернулся к одногруппницам лицом. – М-м-м, хорошенькая. – Нахальные глаза бессовестно осматривали Лилю.

– Хватит, Мить, – одногруппница рявкнула и ударила по плечу мужчину. Мужчину? Нет, парня. Лиля присмотрелась к симпатичному лицу. Да, он моложе, чем ей показалось. – Это Лилия, моя одногруппница. Мой брат Дмитрий, и он знатная дурилка.

– Брат?! – воскликнула Лиля удивленно. Было очень трудно представить, что эти двое родственники. Эля – миниатюрная, с тонкой костью, невероятно изящными ручками, и вот это… больше двух метров, с огромными ладонями и не в меру улыбчивое. Даже на фоне внедорожника молодой мужчина смотрелся внушительно.

– Кашу Элька не доедала, вот и не выросла, – отреагировал Дмитрий на реплику. – Для тебя – просто Митя. – И снова широкая улыбка, демонстрирующая идеальные зубы.

Рокотова фыркнула и рассмеялась:

– Ну-ну.

– Лилия, – девушке пришлось представиться и пожать протянутую парнем руку.

– Лилия, – повторил он с закрытыми глазами и втянув воздух, добавил: – Очень вкусная девочка.

«Это еще значит?! И зачем я села в машину к чужим людям?! Черт с ним, с дождем, пешком дойду!» – запаниковала Лиля.

– Митя, – зарычала Рокотова, – не пугай подругу! Она сейчас сбежит по твоей вине!

Руку девушки наконец-то выпустили из захвата, и Лиля опасливо пересела ближе к двери.

– Это комплимент… – произнес Дмитрий.

– Оставь их при себе. Ты забываешь, что не все их понимают. Не обращай внимания, у моего брата нет чувства такта, природой не заложено. Грубиян и повеса, – Эля с нажимом выделила последние слова.

«Повеса»… И кто в наше время употребляет подобные слова?» – подумала Лиля.

– Все нормально, – она вежливо улыбнулась и с ужасом наблюдала, как внедорожник тронулся с места.

Еще оставалась возможность выпрыгнуть на ходу, пока проезжали пропускной пункт. Лиля представила, как бы она смотрелась со стороны. Это только в фильмах герои красиво приземляется на ноги, она же покатилась бы колбаской по лужам и, скорее всего, под колеса какой-нибудь машины.

Из мыслей вырвал щелчок блокируемых дверей, на что девушка нервно дернулась.

– Это чтобы ты, Цветочек, на ходу не выскочила. – Парень веселился, а ей оставалось лишь перепугано пыхтеть и надеяться, что действительно минут через тридцать будет дома, а не прикопанная в ближайшей лесополосе.

Эля весело рассмеялась, но увидев страх в глазах подруги, одернула хохочущего парня.

– Не бойся, мы нормальные. – Эля вновь прыснула смехом после своих же слов. – Честно.

– Угу, – протянул ее брат. Если он брат, конечно.

– Надеюсь. – Лиля отвернулась к окну и, к собственной радости, отметила, что они едут в нужном направлении.

Эля скинула ботиночки и забралась с ногами на сиденье.

– Говорят, ты хорошо рисуешь, – произнесла она.

– Пристегнись, Элька! Если дядька узнает, он мне голову оторвет, – попросил Дмитрий.

На что девушка закатила глаза, но все же накинула ремень безопасности.

– Дядя повернут на моей безопасности, – пояснила Эля, сморщив носик.

– Разве это плохо? – поинтересовалась Лиля с сомнением.

– Поверь… – Эля набрала в легкие воздуха, хотела продолжить рассказ, но бросила взгляд на водительское сиденье и притихла. – Ну, так что насчет рисования?

– Рисую, – ответила Лиля, а сама заволновалась с новой силой.

«Откуда этому Мите знать, куда меня везти? Ведь и словом не обмолвились».

– Ну что, Цветочек, снова испугалась? – За девушкой наблюдали в зеркало заднего вида.

«Неужели все мои эмоции так явно отразились на лице?»

– Я не сказала, куда меня везти… – произнесла она.

– Не волнуйся, мы почти каждое утро видим тебя на остановке. Да, Элька? Так что заочно я с тобой знаком, – сообщил Дмитрий.

– Да, Мить, – откликнулась сестра.

– А вообще, только одна дорога ведет из города и, по счастливой случайности, она совпадает с нашим направлением. – Парень захохотал и пару раз хлопнул ладонями о руль, явно довольный своей шуткой.

– Говорила же, дурилка, – отмахнулась Эля. – Так что ты рисуешь?!

– Всё. Чаще портреты, мне нравится, когда работа выполнена реалистично. Но это отнимает уйму времени, поэтому долго не удается закончить работу. Что требует заказчик, то и рисую, – не желая углубляться в детали, Лиля обошлась общими фразами.

– А сама что любишь?

– Уже ничего, когда хобби переходит в категорию работы, оно не всегда приносит радость.

– Почему? – не унималась дотошная одногруппница.

В десятый раз Лиля оценила вид за окном, удостоверилась, что они едут в сторону дома.

– Потому что полно извращенцев и людей с полным отсутствием вкуса. А ты чем занимаешься в свободное время? – спросила она.

– Садом, у меня есть сад. – Эля меланхолично повела плечами. – Еще не даю спокойной жизни моему брату, да и не только ему. Можно я как-нибудь приеду к тебе в гости, мне очень хочется посмотреть твои работы? Девочки говорили, они невероятны.

– Элька, ты же знаешь… – Дмитрий отрицательно покачал головой.

– Знаю-знаю, – обреченно подтвердила Эля.

Чувство обиды за одногруппницу и, наверное, женской солидарности, заставило Лилю ответить:

– Конечно, приезжай. Хочешь, завтра после пар? Сегодня не могу, нужно закончить заказ.

– Хочу. Мить, ты же нас отвезешь? – с деткой радостью во взгляде Эля уточнила у брата.

– Нет! – ответил тот.

– Пожалуйста, я только посмотрю, и поедем домой. Полчасика.

– Дома поговорим.

«Странный диалог… очень странный. Почему взрослому человеку нельзя поехать к кому-то в гости?» – подумала Лиля.

К ее радости, через двадцать минут внедорожник припарковался у подъезда, и Лиля облегченно выдохнула. Она открыла дверь; в лицо полетели противные мелкие капли дождя.

– Ну, Цветочек, куда же ты? Подожди, я помогу. – Парень за пару секунд оказался рядом с Лилей и протянул ей руки словно маленькому ребенку. – Прыгай.

– Я сама.

«Не хватало оказаться второй раз за вечер в чужих объятьях».

– Сама ты только шею свернешь в своих сапожках, – заметил Дмитрий.

Лиля сползла на край сиденья, опустила ногу, но мокрая подошва соскользнула с металлической подножки, и безвольной тушкой девушка рухнула в мужские руки.

– Поставьте меня, – запротестовала она.

– Да пожалуйста. Рад был знакомству, Цветочек, – произнес Дмитрий.

– Лилия, – поправила девушка и махнула на прощанье Эле. – Спасибо, что подвезли. Звони, как надумаешь заглянуть. Я буду рада.

– Элька, если Лео узнает, мы получим по шее, оба! – Дмитрий наблюдал за сестрой в зеркало заднего вида.

– Ему еще нечего узнавать, – проворчала девушка.

– Очень надеюсь, что ты не подставишь меня. Тебе-то ничего не будет, а мне шкуру спустят.

Автомобиль свернул на проселочную дорогу и набирал скорость.

– Я знаю. Но… – Эля попыталась заверить брата.

– Т-с-с, – одернул Дмитрий. – Лео здесь.

Он остановился в пролеске и распахнул пассажирскую дверь.

На сиденье легко запрыгнул обнаженный до пояса мужчина. На нем были лишь джинсы, которые он не удосужился застегнуть.

– Почему в машине пахнет женщиной? Мит, опять баб катал? – он сходу принялся отчитывать. Лео раздраженно хлопнул дверью.

– Это я попросила подвезти одногруппницу, на улице лил дождь. Или человечность тоже запрещена? – Эля спросила с вызовом.

– Нет, – ответил мужчина. – Поехали. – Провел ладонью по лицу, вытирая капли и скривился, рассмотрев свои ступни с налипшими комьями грязи. – Вела в дом не пустит в таком виде.

– И правильно сделает, – прошептала Эля.

– Не забывайся, девочка, ты разговариваешь со старшим.

Эля оставила замечание без ответа и отвернулась к окну, наблюдая за тем, как быстро меняется знакомый пейзаж.

– Я бы хотела заехать в гости к моей одногруппнице, ты мне разрешишь? – спросила она у Лео.

– Нет, – ответил тот.

На Элю с сочувствием посмотрел старший брат.

– Слушай, дядьк, это ненормально – прятать ее все время, – высказался он.

– Никто ее не прячет. Она учится, ездит в город, ходит по магазинам, салонам, что еще нужно? – последние слова Лео кинул через плечо, адресовав племяннице.

– Друзей, – фыркнула Эля. – Я хочу хоть раз в жизни сделать все, что ты перечислил, с подругой, а не с охраной. Ну, или с подругой и охраной.

Мужчина повел плечами.

– Нет, по крайней мере, пока я не узнаю, кто она.

– А можно мне пригласить в гости? – Эля не желала отступать.

– Кого? – с ленцой спросил Лео.

– Деда моего! – у Эли раздраженно вырвалось. – Лилю! Одногруппницу, которую сегодня подвозили. Она мне нравится.

– У нее кровь шла, – заметил Лео и отфыркивался от запаха, засевшего в носу.

– Не было никакой крови…

– Я же говорил, вкусная девочка. – Дмитрий раскатисто рассмеялся и Лео его поддержал.

– Вы мерзкие, – выпалила скороговоркой девушка.

– Это инстинкты и не более, – пояснил мужчина, возвращаясь к тому, что отряхивал ступни, оставляя грязные разводы на коврике.

Просидев всю ночь перед монитором, Лиля не услышала, как над ухом разрывался будильник. Круглый, старый, жуткого зеленого цвета, с облупленной краской по металлическому краю. Обычно только он мог ее разбудить – заставить подняться с постели, но не сегодня.

Когда мама разбудила Лилю, своего старинного друга она нашла на полу. Наверное, смахнула рукой или сам спрыгнул на кривых металлических ножках, отчаявшись разбудить.

– Мамуль, сколько времени? – уточнила Лиля.

– Почти восемь, если поторопишься, успеешь на восьмичасовой автобус и приедешь как раз к началу первой пары. – С кухни доносились аромат кофе и яичницы. – Умывайся быстренько, я уже на стол накрываю.

Женщина, подперев голову ладонью, небольшими глотками потягивала чай. Она только вернулась со смены и выглядела жутко уставшей.

– Мамуль, ложись. Тяжелая смена? – поинтересовалась Лиля, торопливо прожевывая бутерброд и запивая его кофе.

– Да. Кажется, сегодня захотел родиться на белый свет весь город. А ты опять рисовала? – Мама широко зевнула и с сочувствием посмотрела на темные круги под глазами девушки.

– Ага, закончила заказ. Все, мам, я побежала. Что бы без тебя делала! – последнюю фразу Эля кричала из коридора, завязывая шнурки на ботинках. – Спасибо, мам, и пока.

Девушка вылетела стрелой из подъезда, быстро преодолев три этажа. Перепрыгнула через ямку, заполненную дождевой водой, перед подъездом. Лавировала между снующими пешеходами, которые, как назло, не спешили.

До остановки оставалось не больше ста метров.

Лиля пробежала по неглубокой, но широкой луже, отворачиваясь от брызг, летящих из-под колес мимо проезжающих машин, и с горечью наблюдала, как удаляется ее автобус.

– Стойте! – крикнула девушка, в надежде, что водитель или кто-то из пассажиров услышат. – Подождите! Вот же… черт.

Какой-то парень, устало висевший на поручне задней площадки, глядя через мутное стекло, послал ей кислую улыбку.

«Теперь точно опоздаю, следующий будет только через двадцать минут. И почему мы живем на краю города? Нормальные люди перебираются ближе к центру или, наоборот, дальше от суеты, за черту города. Мы же с семьей разделяем два этих мира», – размышляла Лиля, расхаживая по остановке.

– Лиля, прыгай быстрее! – Эля с ожиданием смотрела сквозь открытую дверь внедорожника.

Дважды девушку просить не пришлось.

– Спасибо. Проспала. – Она усаживалась удобнее. – Доброе утро, – наконец догадалась поздороваться.

– Доброе. – Рокотова приветливо улыбалась. – Дядя хорошо водит, быстро доедем. Еще и кофе успеем выпить.

За рулем автомобиля сидел мужчина. Высокий рост и примерно одна комплекция с Элиным братом выдавали в них родственников. Но в отличие от Дмитрия, с которым вчера познакомилась Лиля, дядя одногруппницы был немногословен и хмур. Он никак не отреагировал на приветствие, да и на ее появление в целом. Резко перестроился в левый ряд и продолжил агрессивно лавировать между автомобилями.

– Спасибо, что остановились. Вы, наверное, спешите? – Лиля попыталась во второй раз завязать разговор и поблагодарить.

Мужчина бросил на нее быстрый взгляд и немного опустил стекло.

Очень тонкий намек, после которого Лиле захотелось сменить парфюм.

– Дядя не любит опаздывать, а из-за меня мы задержались, – пояснила Эля. Мужчина хмыкнул и прибавил скорость.

– Тут всегда полицейские с радаром стоят, – вырвалось у Лили, когда она взглянула на спидометр.

– Хочешь поздороваться с ними? Я остановлю, – мужчина насмешливо фыркнул.

– Нет, спасибо.

В насмешку он притопил педаль газа.

«Шикарный мужчина, а приятного впечатления не производит. – Лиля тайком наблюдала. – Классической вариант власть имущего образца: молчалив, красивое лицо с оттенком надменности и насмешливый взгляд. При виде подобных экземпляров женщины сворачивают шеи, провожая взглядом, а те, кто послабее, падают прямо в ноги».

Автомобиль на скорости вошел в поворот и пронесся мимо патрульной машины. Доблестные сотрудники ГИБДД вмиг потеряли интерес к происходящему на дороге, проводили скучающим взглядом внедорожник.

«Теперь-то ясно, почему надо мной потешался Элин дядя, – подумала Лиля. – У него явно абонемент на нарушения правил».

– Извини дядю, —произнесла одногруппница, поднимаясь по лестнице к университету, – он сегодня не выспался.

– Он когда-нибудь высыпается? – огрызнулась Лиля в ответ и тут же спохватилась: – Прости, Эль, я погорячилась. Вы помогли мне… Извини еще раз. – Ей стало стыдно за несдержанные эмоции.

– Ничего страшного. – Эля спокойно отнеслась к выходке и потащила подругу к автомату с кофе. – Он привык, что его все слушают беспрекословно. А если в дурном настроении, никто не смеет тревожить. Но ты же этого не знала. – Она шкодливо улыбнулась и выбрала напиток, нажав кнопку. – Мы ждем не дождемся, когда он встретит свою пару и ему будет чем заняться. Извел всю ста… всю семью. Бдит и воспитывает, воспитывает и бдит. – Отпив жадный глоток кофе, стерла с лица недовольство и с улыбкой спросила: – А какая у тебя семья?

– Обычная. Мама – медсестра, работает в роддоме, папа мотается вахтами на север. Ничего особенного.

– А братья, сестры у тебя есть?

– Нет, я одна в семье. – Лиля забрала готовый напиток из автомата, и подруги поспешили на занятия.

Два месяца спустя.

***

– Эля, не сходи с ума! – воскликнула Лиля вгорячах.

– А почему нет? – Подруга была решительно настроена и отказываться от своей идеи не собиралась.

– Потому что…

– Что? – Эля смерила девушку долгим взглядом. – Только не говори, что ты боишься.

– Решила взять на слабо? – спросила с усмешкой Лиля. – Места, которые посещает Хвостова, априори нужно обходить стороной, – пыталась втолковать прописные истины. – Куда ты собралась с главной давалкой факультета?

– В бар. И не будь такой ханжой, люди любят сплетничать и преувеличивать.

Рокотова подтянула ноги и, подогнув их под себя, удобнее устроилась на диване. Лиля же занимала место за столом и заканчивала очередной заказ, быстро перемещая перо по планшету.

– В ее случае, слава вполне заслужена. Эль, поверь, ничем хорошим это не кончится.

– Вот не думала, что ты превратишься в мою мамочку, вернее, дядюшку, – фыркнула Рокотова, не забывая при этом листать ленту событий в телефоне.

– Забыла, что только пару недель назад тебя стали отпускать ко мне?! – уточнила Лиля.

Поначалу тотальный контроль подруги Лилей воспринимался как средневековая дикость. Эля не ходила на студенческие посиделки, независимо от того, были они днем или вечером. Но за круглосуточной опекой скрывалась жуткая семейная история о гибели отца. Чувство такта не позволяло Лили устроить допрос, хоть любопытство и мучило. Информацию о случившемся она собирала из обрывков фраз, и услышанное казалось нелепицей. С экрана телевизора подобные новости кажутся чем-то вымышленным, или же настолько далеким, что невозможно представить, как подобное произойдет с тобой или твоими близкими.

И вот сейчас Элька на полном серьезе собралась посетить местный байк-клуб.

Лиля отложила перо и не моргая уставилась на подругу.

– Рокотова, я понимаю, что ты, словно принцесса в башне, несколько лет томилась под гнетом материнской заботы. Тебе приходилось испытывать ни с чем несравнимые лишения в виде отсутствия студенческих вечеринок. Где, поверь моему слову, ничего, кроме алкогольного отравления и невнятного секса с кем-то, получить нельзя. Но идти с Хвостовой в «Южный ветер»! Да те слухи, которые гуляют об этом месте…

– Вот именно, байки. Смотри. – Девушка соскользнула с дивана и через секунду протягивала подруге телефон, перелистывая пальчиком по экрану фото. – Нормальное заведение, у них даже свой сайт есть. По выходным живая музыка.

– О, представляю… – Лиля напела мотивчик, который знала благодаря соседу снизу – любителю летом поставить колонки у открытого окна и целый день просвещать о трудностях тюремной жизни округу.

– Какой «централ»?

– Никакой, забудь. – Лиля в очередной раз подивилась тому, насколько Эля была оторвана от жизни простых смертных – среднестатистических обывателей нашей России-матушки.

О ее семье ходили чуть ли не легенды. Не о самой семье, а об их благосостоянии. И среди многих студентов за Рокотовой закрепилась слава высокомерной, избалованной фифы, не желающей опускаться до общения с челядью.

Как-то Эля честно призналась подруге, что ее родные не в восторге от перспективы их общения. Но Лиля понимала: дело не лично в ней, а в том, что она посторонний человек. И подобную реакцию вызвал бы любой незнакомец.

– Не знаю, что за «централ» такой. Но в субботу будет выступать известная группа, я и пару песен их слышала. Лиль, пожалуйста-пожалуйста! Идем вместе. Без тебя меня даже из дома не выпустят. – Эля состроила жалобное личико и усердно заработала ресничками.

– М-да, передержали тебя дома. Что нормальные люди прошли в подростковом возрасте, ты стараешься наверстать сейчас.

– Но я же не виновата. – И снова жалобная мордашка. – Митя привезет меня. Скажем, что будем делать курсач или доклад. Соврем что-нибудь. Он не станет сидеть три часа под твоим подъездом и точно решит навестить какую-нибудь зазнобу. – Рокотова презрительно фыркнула и наморщила лоб. – Опять вся машина провоняет сладкими духами.

Наблюдая за эмоциями подруги, Лиля едва не расхохоталась.

– Элька, Элька… Если ты морщишь нос от духов подружки брата, стоит ли идти в клуб? Я могу со стопроцентной уверенностью сказать, что аромат там будет далеко не конфетный. Может, я свожу тебя в местную «тошниловку»? Тут недалеко – через три дома. И это зачтется за отвязное приключение среди волосатых и потных мужиков?

– Нет! Ты не понимаешь! – Эля обиженно запричитала. – Меня всю жизнь держат в клетке, в стерильных условиях. У меня никогда не было друзей вне нашей семьи. До этого момента, – она мгновенно поправилась. – Я не гуляла одна на улице, не сбегала на свидания. Ты же видишь, что меня провожают до двери твоей квартиры и забирают, даже не позволяя спуститься одной в подъезде.

Пролистнув еще раз фото бара, Лиля перевела взгляд на подругу.

– Возможно, этому есть причины? Эль, ты сейчас напоминаешь прыщавого подростка, который жалуется на свою тяжелую судьбу, сидя на кожаном диване и с ленцой вертя в руках телефон последней модели.

– Не было у меня никаких лишений, – уж совсем по-детски и обиженно проворчала подруга. – Просто я хочу ощутить драйв, сделать что-то запретное!

– Хочешь, я водки налью или дам покурить? У отца всегда есть запасы. – Лиля протянула телефон обратно хозяйке.

– Не хочу…

– Ладно. – Девушка шумно выдохнула. – Я соглашусь, но при одном условии. Мы уйдем сразу же, если мне хоть что-то не понравится.

– Я согласна, – Рокотова активно затрясла головой.

– И идем без Хвостовой! Не хватало еще появиться в баре в ее компании.

– Да она, честно говоря, меня и не приглашала. Это я вчера случайно услышала, как та хвасталась девочкам новым парнем.

– Дай угадаю. Ее парень – байкер, тусующийся в том клубе?

– Ну да, – подтвердила Эля.

Лиля звонко рассмеялась.

– Девочки – такие девочки. Независимо от социального положения фантазируют о большом волосатом и мускулистом мачо, – произнесла она и рассмеялась еще громче, осознав, что хочет того же. – Кто в своем уме откажется от сильного, чтоб косая сажень в плечах и кулачищи – во! Красивого как черт, желательно богатого, щедрого, умного – дураки нам не нужны, – с чувством юмора, и чтоб за его спиной себя чувствовать в полной безопасности?! Правильно, никто! – она усмехнулась своей бурной фантазии. – Мифическое существо получилось: вероятность встретить единорога значительно выше, чем мужчину со всеми вышеперечисленными качествами.

Заразившись каким-то детским предвкушением «праздника», подруги несколько дней продумывали план.

Лиле приходилось одергивать Рокотову на занятиях: все мысли подруги витали далеко от учебы.

– А что надевают в такие места? – спросила Эля.

– Как и в любой клуб. Выбор наряда зависит от того, с какой целью ты идешь.

– Я не была в клубах, – призналась она.

Красноречивый взгляд Лили был лучше любого возгласа удивления.

– Джинсы и удобную кофту. Лишнее внимание не нужно, – пояснила девушка.

Эля понятливо кивнула и продолжила записывать лекцию.

***

Субботний вечер был выбран неспроста. Свободным в семье Рокотовых, по словам Эли, был только брат, а отказать сестре, тем более в учебе, он не посмеет.

– Все пока, у нас много дел, – Рокотова попрощалась с Дмитрием. Подтолкнула его в спину и закрыла дверь перед носом, не дав даже поздороваться с подругой. – Ну, как я выгляжу? – спросила Эля и повернулась вокруг своей оси, демонстрируя стильные прямые джинсы и джемпер нежного лавандового оттенка. Русые волосы девушки лежали идеальной волной, лицо подчеркивал обманчиво легкий макияж. И вроде бы все сделала, следуя инструкциям, но выглядела она так, словно спешила на вечеринку закрытого женского клуба элитного университета. – Не то, да?

– Не то, – согласилась Лиля. – Пару штрихов, – она затащила подругу в свою комнату и протянула черную толстовку с капюшоном. – Переодевайся и волосы собери. Вот теперь отлично.

– Как думаешь, Митя уже уехал? – спросила Эля.

Лиля вышла из спальни и прошла в комнату родителей, где не горел свет. Осмотрела двор; выдался погожий вечерок.

– Вроде, уехал. – Не теряя времени, она накинула бомбер, удобные свободные штаны и кеды. – Эль, такси будет через две минуты. Идем, я заказала машину к соседнему дому.

Подруги опасливо спускались по лестнице, оглядываясь и прислушиваясь к каждому шороху. Лиля испытывала легкий азарт, словно ее наказали родители и она сбегала из дома, совершая что-то запретное. А подругу переполняли эмоции: Эля нервно хихикала и шарахалась от каждого прохожего, боясь быть пойманной.

– Элька, не дергайся!

***

– Оу! – воскликнула Эля с непосредственностью ребенка.

Лиля надеялась, что в семь вечера бар будет пуст: ей всегда казалось, что брутальные мужики должны появляться глубоко за полночь, разрывая тишину рокочущим звуком мотора.

Но каково же было разочарование! Перед баром стояла пара десятков припаркованных байков.

– Шикарные, дикие, возбуждающие, – Рокотова подбирала эпитеты, обходя по кругу «железных коней».

– Элька, ты меня пугаешь! – усмехнулась Лиля.

– Сфоткаешь меня? – Подруга уже занесла ногу, желая изобразить лихую гонщицу, как дверь распахнулась, и на улицу вывалились четверо мужчин.

– Эй, милая, – один из них окликнул Элю, – а ты знаешь золотое правило?

– Что, простите? – залепетала она в ответ, вызвав смех у остальных.

– Чтобы прокатиться, нужно дать хозяину!

Элька отпрыгнула от мотоцикла словно ошпаренная.

– Я лишь хотела сфотографироваться, – оправдывалась, отступая к Лиле.

Мужчины раскатисто захохотали.

– Фотографируйся, это мой, – выкрикнул другой. – И не бойся, не упадет, если на него сядешь.

– Просто так? – уточнила Рокотова.

– Просто, – отмахнулся мужчина и прикурил сигарету.

Пока Эля принимала позы крутой байкерши, Лиля делала фото и прислушивалась к мужскому разговору.

– Я сегодня недолго, завтра едем к теще.

– Что, Вано, опять пьяный тесть унитаз снес? – мужчины издевательски хохотали.

– Бачок. Третий за этот год! Урод. Когда он уже допьется… достали все эти родственники!

Оказалось, что крутые мужики в кожаных куртках и потертых засаленных джинсах имеют своих тещ и человеческие проблемы. Это открытие заставило Лилю посмотреть на них под другим углом. «Наверняка у них и трусы растянутые, и носки с дырками», – хохотнула она про себя.

Обычные такие мужчины, с небольшими пузиками. Один чуть лысоват и в очках, – Лиля не удивилась бы, если бы он был профессором в каком-нибудь университете. Второй, скрученный остеохондрозом, ссутулившись, пинал носком ботинка окурок, выдавал в себе офисного работника. И все до смешного обычные и ничем не примечательные… А тут, собираясь компанией, тешат свою мужицкую удаль и силу…

– Эй, барышни, вы заходите или как? – Хозяин байка придержал входную дверь и сделал приглашающий жест рукой.

– Да, спасибо. – Эля торопливо пробежала к входу, не забыв прихватить подругу за локоть.

– Спасибо большое, – Лиля поблагодарила незнакомца, и девушки вошли внутрь.

– Что ж, – протянула Рокотова, рассматривая обстановку, – атмосферненько.

Двухуровневое помещение напоминало гараж. Бетонный пол с выщербленными кусками, грубо выкрашенные стены завешаны стягами с различных мероприятий.

У ближайшей стены – деревянная барная стойка с разномастными стульями. Грубо сколоченная мебель, выполненная с явной ленцой, пара огромных бочек приспособлены вместо столов. Высокие потолки и второй уровень с отдельными столиками.

Но что удивило подруг – не было ограждений. Опасно. Высота и алкоголь – вещи несовместимые.

– Недолофт, – проворчала Лиля себе под нос.

– Как думаешь, у них несчастные случаи были? – Эля подняла голову, рассматривая компанию. Мужчины и женщины сидели на диванчиках второго этажа.

– Больше чем уверена.

– Ой, – она указала Лиле на пустые места, – я хочу сесть у бара!

Зал был практически полон, лишь несколько свободных мест у входа и барной стойки. Заказав пива и луковые кольца, девушки рассматривали посетителей. В основном это были мужчины сурового вида. Они прохаживались от столика к столику, хлопали друг друга по спине, обменивались приветствиями и заразительно и громко хохотали.

– Да они же милахи! – подруга прокомментировала увиденное.

Лиля недоверчиво фыркнула и протянула:

– Ну да. Милахи.

– Поверь. – Эля с аппетитом ела луковые кольца. – Ты еще не знакома с моей семьей. Вот там есть чего испугаться. – Она рассмеялась.

Раздались аплодисменты.

Чтобы увидеть происходящее, девушки привстали, выглядывая из-за массивной колонны.

– Теперь-то ясно, почему эти места не были заняты, – проворчала Лиля.

На сцене разогревались музыканты, бренча тягучую мелодию.

Подругам пришлось встать со своих мест и выйти ближе к центру зала. Так хоть что-то было видно.

На невысокой сцене пятеро мужчин, одетых в кожу, готовились к выступлению. Все с длинными волосами: у кого-то они были схвачены в хвост или прикрыты банданой, у других – висели сосульками у лица.

– Если сейчас выйдет полуголая девица и начнет танец со змеей, делаем ноги. Мы попали в вампирский бар, – хохотнула Лиля.

– Не бойся, вампиры предпочитают более пафосные места, – как бы между прочим обронила Рокотова. – В фильмах видела, – быстро добавила.

– Ну да… Вот черт, – ругнулась Лиля, замечая, как всем известная Хвостова вошла в бар.

– О-о-о, привет, девчонки, – с изумлением воскликнула она. – А я не знала, что вы тут бываете. Тем более ты, – она с удивлением смотрела на Элю.

– Пришли послушать парней, – не моргнув глазом, соврала Лиля.

Одногруппница все еще косились на Элю. Богатенькая выскочка, как называли ее за глаза, и в дешевом баре. Нонсенс!

– Идемте со мной. Со второго этажа отлично видно сцену.

Не успела Лиля отказаться от приглашения, как ее опередила подруга.

– Класс, – протянула она восторженно. – Спасибо, Кать.

На втором этаже девушек ждал сюрприз в виде нескольких мужчин пугающего вида. Хвостова прильнула к одному из них и произнесла:

– Парни, знакомьтесь: Эля и Лиля. А это парни. – Она скользнула на колени самого крупного из них. – Рос, Дед, Бегемот и Мазутное брюхо, – указала на каждого пальчиком.

В другое время Лиля бы рассмеялась, услышав подобные прозвища, но не сейчас.

– Падайте, – Мазутное брюхо похлопал ладонью по обивке дивана рядом с собой.

По тому, как мужчина осмотрел Элю, приглашал он именно ее.

«Отлично, нас привели скрасить одиночество», – с ужасом заметила Лиля.

– Мы тут присядем. – Эля не горела желанием «падать» рядом с тем, кого называли Мазутное брюхо и заняла пустующее кресло. Она максимально придвинулась к краю, освобождая место подруге.

– Рожей не вышел, Брюх, – заржал Бегемот. Тот был самым молодым из присутствующих, со впалыми от худобы щеками и неприятными, все время бегающими глазами. Парень нахально скалился, нервно поглаживая подушечкой большого пальца ногти, пересчитывая каждый палец своей руки.

– Не лезьте к ним, – вступилась за одногруппниц Хвостова.

– А ты бы лишний раз рот не открывала, – огрызнулся Бегемот. – Или тебе нечем его занять?

– Заткнись, – рявкнул мужчина, на коленях которого Хвостова удобно устроилась. – Или ты хочешь и мне указать, когда следует открывать рот? – зло смотрел на нервного парня.

Бегемот скривил губы.

– Нет, Рос.

Неверное впечатление создали те четверо, что встретились девушкам снаружи бара. Не все тут примерные семьянины, желающие пару часов отдохнуть от рутины и расслабиться в компании своих друзей.

Эти четверо представляли собой опасность, и не только для девушки, случайно зашедшей в бар.

– Через пару минут уходим, – шепнула Лиля на ухо подруге.

Столик находился прямо напротив сцены в окружении деревянных ширм. Те, кто проходил мимо, приветственно кивали или же задерживались около Роса. Обменивались с ним несколькими фразами и покидали бар.

Лиля недолго наблюдала и, выбрав удобный момент, когда к Росу подошли двое, произнесла:

– Мы припудрить носики. – Взяв Рокотову за руку, потянула ее за собой.

Не оборачиваясь, они спускалась по лестнице. За то время, пока подруги были наверху, первый ярус до отказа заполнили люди, желая занять место поближе к сцене.

Отпустив ладонь подруги, Лиля торопливо пробивались сквозь людскую массу и прокладывая собой дорогу. Девушку оглушила музыка и одобряющий гул присутствующих, и она обернулась.

– Стой! – громко закричала Лиля.

Но в стоявшем шуме невозможно было услышать собственный голос.

– Стой! – закричала громче.

Бегемот тащил Элю обратно к лестнице. Парень хоть и выглядел хилым, но девушка не могла освободить предплечье от мужских пальцев. Он остановился, зло дернул ее на себя и что-то прокричал в лицо. Рокотова не стушевалась и ответила. В какой-то момент она даже пошла в наступление: Бегемот нервно дернулся от ее слов, осунувшееся лицо исказила злоба, и с силой тряхнув за плечи Элю, ударил ее по лицу наотмашь.

Лиля сорвалась с места. Отталкивая людей, пробиралась сквозь толпу к подруге.

Бегемот снова ухватил девушку за предплечье и потащил, пресекая ее попытки вырваться и убежать.

– Отпусти меня! – читала по губам подруги Лиля. – Отпусти!

В этот момент Эле не помощь пришли трое мужчин, она оттащили Бегемота и удерживали, что-то эмоционально объясняя. Конфликт разрастался, со второго яруса спускался Рос.

С трудом преодолев последние шаги, Лиля крепко стиснула руку Рокотовой и не отпускала, пробираясь к выходу. За спинами девушек слышались крики и ругань, музыка стихла. Со сцены призывали успокоиться.

– Что, сопляк, только с девчонкой и можешь справиться? Может меня ударишь по лицу? – фраза раскатилась зычным криком.

Музыка окончательно стихла.

– Ты хоть понимаешь с кем связался? – крикнул Бегемот.

– С уродом, возомнившим себя местным божком!

Лиле было достаточно отвлечься на несколько секунд, и один из тех, кто подходил к Росу, преградил путь.

– Надо же было сесть именно за их столик?! – проворчала она, снова дернув Элю по направлению к выходу.

Но не тут-то было!

– Решили смыться, шкуры? Из-за вас сейчас парни будут морды бить. Так что остаетесь! – взревел мужик в клетчатой рубашке.

– Пропустите! – зашипела Рокотова. – Вы не понимаете, что с вами всеми будет, троньте вы нас хоть пальцем.

– Тебя уже тронули, мелкая. И как видишь… – Он развел руки, демонстрируя безнаказанность.

Когда за спиной раздался звук первого удара, со всех сторон посыпались угрозы и оскорбления. Воспользовались замешательством, подруги метнулись ко входной двери, но там уже стояли трое.

– Сюда! – Лиля потащила подругу к туалету. Они обогнули свару, и, чтобы не попасться, перемещались через толпу, пользуясь людьми как живым щитом.

– Держите их! – крик Бегемота придал девушкам сил.

Лиля первая выскочила на сцену и затащила Элю. Пробегая, задела синтезатор. Инструмент вместе с подставкой громыхнул о деревянный настил.

– Если нас не убьет психованный Бегемот со своими дружками, то точно прикончат музыканты, – заметила она.

Спрыгнув со сцены, подруги забежали в туалет – общий как для мужчин, так и для женщин. Небольшое помещение с унитазом, раковиной и тумбой для хранения чистящих средств. Подперев плечом дверь, Лиля закрыла ее на щеколду.

– Помоги. – Эля схватилась за край тумбы и тащила ее к двери.

Деревянное полотно сотрясалось от частых и сильных ударов. Пару секунд затишья, и металлическая ручку дернули.

– Ты сможешь вылезти? – спросила Лиля.

Окно на уровне глаз человеческого роста – единственный шанс на спасение.

Старая рассохшаяся рама открылась с третьего раза.

– Быстрее! – Лиля оборачивалась на громкие хлопки.

Дверь пинали ногой.

Рокотова встала на унитаз, подтянулась и по грудь высунулась наружу. Подруге оставалось подталкивать и надеяться, что под окном земля, а не асфальт.

– Ну же! Ну! – Лиля торопила.

С каждым ударом дверь прогибалась все сильнее.

В какой-то момент Эля исчезла. Еще секунду назад чувствовала давление на плечи, подставляла руки, подталкивала, а через мгновение —ничего. Словно Рокотову вытянули одним рывком.

– Эля, – закричала Лиля, забираясь на унитаз. – Эля!

Встав ногой на бачок, она выглянула наружу. Над подругой нависал высокий мужчина, за спиной которого было невозможно разглядеть, что происходит. Мельком осмотрев землю под окном, Лиля приняла решение. Пара резких толчков ногой от бачка – и она летела навстречу асфальту.

Ребра, локоть и бедро девушки обожгла боль. Несколько секунд она лежала с зажмуренными глазами, пытаясь сделать полноценный вдох.

Из окна донесся грохот и крик:

– Они вылезли в окно!

«Забирать Эльку и бежать! Бежать!» – думала Лиля.

Еще сидя за столиком, она вызвала такси, и машина давно прибыла к бару. Нужно лишь в нее сесть.

Она открыла глаза. Лежа на боку, смотрела на мужчину, склонившегося над Элей и державшего ее за плечи.

«Нам с ним не справиться» – мысль промелькнула в голове девушки.

За длинными волосами, почти до плеч, она не видела лица. Но слышала, как он глухо рычал.

Неуверенно встав на ноги, Лиля действовала решительно: «У нас только один шанс, второго не будет».

Она налетела сбоку, толкнув мужчину двумя руками в ребра. Он пошатнулся, отступил на шаг, отвлекся от Эли и повернулся.

Его лицо находилось в тени.

Тело девушки, слово сковало невидимыми цепями, и она не могла отвести взгляд от неестественно мерцающих желтовато-зеленым цветом глаз. Ей титанических усилий стоило сдвинуться с места и оттеснить подругу, пряча Элю за спину.

– Похвально, девочка, – пророкотал мужчина. Его голос был сродни рычанию, глубокий и вибрирующий. – А что скажешь, если я сделаю вот так?

Одним движением мужчина приблизился к Лиле, ухватил широкой ладонью за затылок и притянул.

Сильные пальцы грубо сжимали шею у основания, не давая возможности дернуться. Девушка привстала на носочки, животный ужас заполнял каждую клеточку ее тела, взгляд метался по мужскому лицу, скрытому за упавшими волосами.

Взяв двумя руками за голову, незнакомец поднял Лилю до уровня своих глаз.

Ее ноги безвольно повисли в воздухе, в горле пересохло и она прохрипела:

– Не трогай ее.

Или Лиле показалось, или губы мужчины дернулись в улыбке.

– Храбрая и глупая, – покачал он головой.

– Мужик, отдал бы ты наших девочек, – произнес зло Бегемот. Вместе со своими дружками он подходил к незнакомцу со спины.

Мужские руки аккуратно поставили девушку на землю, чего она точно не ожидала и готовилась к удару, когда незнакомец разожмет пальцы.

– Их семеро, – зачем-то предупредила Эля и взяла подругу за руку.

– Я знаю, – мужчина фыркнул в ответ. – Здесь нет ничего твоего, и ты это прекрасно знаешь, – адресовал слова Бегемоту. – Они со мной.

С этими словами он закрыл девушек собой. Посматривал на соперников без интереса.

– А не много ли, две сразу? – издевательски спросил кто-то.

Вопрос остался без ответа.

– Я сегодня не в настроении. Так что давайте решим проблему быстро. Они, – длинноволосый мужчина повел плечом, указывая на подруг, – со мной. Обе. Это ясно?

– Да не особо. Ты тупой? Нас семеро, ты один. Смекаешь, чем пахнет? – Бегемот вышел вперед и демонстративно размял пальцы, издав противный хруст.

– Мне плевать, сколько вас, – с глухим рокотом в голосе ответил незнакомец. – Вы все не жильцы, если не вернетесь в бар через десять секунд.

И начал отсчет. Не повышая голоса, четко произносил каждую цифру через равные промежутки, но на «трех» замолчал, дав время передумать и возможность уйти.

– Эля… – прошептала Лиля, с силой сжимая ладошку подруги. Боль после падения из окна в теле девушки отвлекала и мешала сосредоточиться.

Подруг зажали в тупике между двух зданий, а единственный выход был перекрыт возбужденными уродами, что явно мечтали хорошенько оторваться на мужчине, который закрывал их своей спиной, а после продолжить веселье и с ними.

В кармане штанов завибрировал телефон: «Скорее всего, водителю такси надоело нас ждать, – подумала Лиля. – Да мертвым такси и не требуется», – фатальная мысль поселилась в голове.

– Все будет хорошо, – шептала Эля, стараясь успокоить, поглаживая большим пальцем ладонь подруги. – Только не смотри.

А у Лили не было абсолютно никакого желания смотреть, как семеро избивают одного.

– Один, – выдохнул странный мужчина последнюю цифру и обреченно добавил: – Я предупреждал.

Словно по команде все семеро пришли в движение, с гадкими ухмылками и мерзкими комментариями приближались.

Лиля инстинктивно отступила, увлекая за собой подругу.

– Бегемот, Олень, Сухарь! Прекратить! – команда была отдана за секунду до драки.

– Рад видеть в добром здравии, Рос, – издевательским тоном произнес защитник. – Удивительно, что тебя еще никто не прикончил. – Он дернул головой: – Твои?

– Мои. Ты их извини, они недавно работают. Добро?

– Добро, – согласился великодушно незнакомец. – Но учти, это первый и последний раз, когда твои псы открыли пасти.

Рос согласно кивнул.

– Он наших девочек забрал, Рос! – взревел Бегемот.

Лиля пришла к выводу, что Бегемот был из тупых. Остальные шестеро прониклись немногословным диалогом между мужчинами и теперь ожидали следующей команды. И дураку понятно, что не так прост длинноволосый здоровяк и имеет явный авторитет среди присутствующих.

– Заткнись. В баре полно девок. Пошли вон! – Рос отослал дружка. – Я что, непонятно сказал?! – Он окинул недовольным взглядом остальных.

– И не смотри на них. Или у тебя глаза лишние?

Лиля расслышала тихие слова спасителя, что стоял спиной.

– Не горячись, Волк. – Рос подошел ближе, но сохранял почтительное расстояние. – Сколько тебя не было в городе? Год, два?

– Пять. И вижу, Светлые совсем не соблюдают правил. Да и ты со своей сворой забыл, чей это город. – Расслабленная поза и ленивая речь мужчины подсказали Лиле, что угрозы он не видел ранее и не видит сейчас.

«Замечательно, – мысли атаковали девушку. – Мужчины собрались вести малопонятные светские беседы, смысл которых улавливали только они. А что делать нам? Уже можно идти? И стоит ли уходить? Вдруг за углом Бегемот и его компания?».

– Эль, нам нужно уходить, – прошептала она на ухо подруге. Это решение показалось единственно верным, не ожидала, что мужчины, увлеченные разговором, расслышат слова.

– Стой на месте и жди, девочка, – небрежно бросил здоровяк через плечо.

Лиля отвела взгляд с мужской спины, обтянутой футболкой непонятного цвета – смесь хаки с грязно-коричневым, и посмотрела на подругу. Рокотова выглядела спокойной, даже отрешенной. Повинуясь словам спасителя, она стояла на месте, а сама была где-то глубоко в себе. То, о чем она сейчас думала, волновало ее намного больше происходящего вокруг.

А у Лили же в голове роились десятки вопросов. Кто он, человек спасший их? Чего они ждут? Что будет с ними дальше?

Дмитрий, матерясь сквозь зубы, вжимал педаль газа в пол. До бара оставалось три квартала, и чем ближе, тем страх отчетливее накатывал на оборотня. Если с Элькой что-то случится, мать ему не простит. Да никто ему этого не простит, как и он сам. Вот же идиот, решил поцеплять девок в ближайшем торговом центре. Скоро памяти в телефоне не хватит для сохранения номеров.

А эта мелкая идиотка захотела приключений на свою жопу. Он мог бы и догадаться: никогда Элька так активно не спроваживала его на кобелиные подвиги. Всегда лишь насмехалась и ворчала.

О том, что с ним сделает Лео, оборотень старался не думать. Желание удостовериться, что с сестрой все в порядке пульсировала в висках. Остальное после…

Дмитрий припарковал машину у входа в бар, выпрыгнул и уже открыл дверь в помещение, когда услышал знакомые голоса за зданием.

Бегом преодолел расстояние, и с облегчением выдохнул: сестра была в порядке, он не чувствовал запаха крови и не заметил никаких повреждений. Эля крепко держала за руку перепуганную подругу, которая при появлении Дмитрия заметно расслабилась и слабо ему улыбнулась.

Арнар закрывал собой девушек и держал на расстоянии от них одного из прихвостней Светлых вампиров.

– Забери и отвези домой, – Ар поднял на парня взгляд. – Я вернусь позже. Мне еще нужно решить пару вопросов. Идите.

Мужчина взял под локоть обеих девушек и передал их в руки Дмитрию.

Лиля боязливо оглянулась и села в автомобиль.

– Как ты нас нашел? – первой гнетущее молчание нарушила Эля.

– А ты, идиотка, сама как думаешь? – В этот момент Дмитрий не походил на того весельчака, который каждое утро травит анекдоты и рассыпается в комплиментах. Серьезное выражение лица, ни намека на улыбку и добродушие, сосредоточенный взгляд на дороге и нервные движения головой, будто он отмахивается от мыслей, кружащих в голове.

– Прости, – Эля не обиделась на резкие слова брата.

– Можешь свое «прости» засунуть… в место твоей глупости. Зачем вы поперлись в этот гадюшник? М-м-м?

– Это я ее уговорила, – постаралась вступиться за подругу Лиля.

– А вот не надо врать, – рявкнул парень, – я твою ложь слышу даже сильнее чем аромат духов.

– Не понимаю… – пробормотала девушка.

– У тебя сердце стучит так, что скоро голова заболит.

– Глупость какая-то, – прошептала Лиля.

– Вот и я о том же. Глупость! Глупость одной маленькой обиженной девчонки, которая повлечет за собой немаленькие последствия. – Оборотень перестал вдавливать педаль газа в пол и старался контролировать дыхание. Ему нужно успокоиться, он и так сказал слишком много. Остается надеяться, что Лиля не придаст значения словам.

– А если попросить Ара не рассказывать? – с надеждой спросила Эля.

– А-ха-ха, – нервно рассмеялся Дмитрий, – ты сама поняла, что сказала?

– Так вы знакомы? – Лиля была удивлена. Проанализировав поведение и слова подруги, могла бы догадаться и раньше: «Все будет хорошо. Только не смотри», – вспомнила.

– Если бы просто знакомы, – вздохнула Эля, – он мамин родной брат.

– А с ним все будет хорошо? – беспокоилась Лиля. – Может, мы зря оставили его одного? – слова вырвались сами собой.

Дмитрий громко хмыкнул.

– Я бы беспокоился об остальных оставшихся в баре.

– Лиль, с ним все будет хорошо, поверь, – добавила Эля.

– Вам виднее. – Лиля замолчала и отвернулась к окну.

Огни города мелькали за стеклом, а она, прижавшись к прохладе лбом, старалась ни о чем не думать.

Автомобиль остановился у обочины.

Девушка, не отрывая лица от стекла, следила за Дмитрием. Он вышел из автомобиля, зашел в аптеку и тут же вернулся, сжимая что-то в руке.

– Это тебе, смажь ушибы, – протянул тюбик.

– Спасибо. – Лилю охватило волнение. Она не говорила, что у нее что-то болит, не жаловалась, не проронила ни слова…

Дмитрий проводил Лилю до квартиры. Он был обязан удостовериться, что с ней больше ничего не случится. Хватит и того, что произошло по вине его младшей сестры.

Эля наблюдала за братом в зеркало заднего вида, и теперь, когда они остались вдвоем, боялась начать разговор.

– Рассказывай все подробно, – произнес он требовательно.

Она пересказывала события вечера, о чем-то умолчав, что-то добавив, стараясь не придавать произошедшему значения.

Когда живешь в семье, где нельзя соврать даже по мелочи, быстро учишься недомолвкам.

Оборотень цокнул.

– Не получается, сестрица. Не сегодня. Никто не поверит в твое вранье.

– Я не врала, – упрямилась девушка.

– А я чихуахуа. Что, не похож?

Сестра нахмурила лоб и надула губки.

– Похож, такой же придурочный.

– Как я устал, Элька. И думаешь, я один устал с тобой нянчиться? Нет, хочу тебе раскрыть секрет, все! Абсолютно все. Может, хватит строить из себя жертву?

Автомобиль съехал с трассы, и на горизонте мерцали огни поселка.

– Ничего я из себя не строю. Всего лишь прошу немного свободы, – обиженно, но уже не так уверенно высказала свое мнение Эля.

– Надеюсь, ты осознала, что твоя подруга пострадала из-за тебя? Скажи спасибо, что Ар вас заметил.

– Но…

– Нет, Элька. Учись признавать ошибки. У Цветочка половина тела – сплошной синяк. Ты бы извинилась.

– Извини, – девушка действительно испытывала стыд.

– Да мне к чему твое «извини»? Я буду отвечать за свои ошибки. Виноват не меньше твоего, – произнес Дмитрий обреченно.

Глубоко вздохнув, он нажал кнопку и вместе с сестрой наблюдал, как металлические ворота медленно ползут в сторону.

Их встречали.

– Милая, с тобой все хорошо? – Первой к машине подбежала красивая молодая женщина.

– Да, мам, все хорошо, – ответила Эля.

Удостоверившись, что с дочерью все в порядке, женщина накинулась на старшего сына:

– Как ты мог ее оставить?! Как?!

Обняв дочь, она повела ее в дом, одарив при этом Дмитрия взглядом полным разочарования.

– Ма-а-ам, – протянул он.

Парень неловко поглядывал на мать и пытался улыбнуться уголком губ. Он закрыл автомобиль и забежал в дом.

За ним молчаливо следовал Лео.

– Твоя сестра могла пострадать, а ты все улыбаешься. Как был глупым щенком, так и остался, – произнес он в спину. – Сколько должно пройти лет, чтобы ты повзрослел? Для чего я прошу быть рядом с ней? Неужели для того, чтобы ты смог поиметь очередную девку? – Лео схватил племянника за шиворот и втащил в гостиную.

Парень огрызнулся, словно пес, дернулся в руках.

– Я все понимаю и готов принять наказание. – Он дернулся еще раз, но оборотень не ослабил хватку.

– Да ничего ты не понимаешь! – Лео швырнул его в противоположную от себя сторону. – Она человек! Слабый и хрупкий! Одного неловкого движения хватит, чтобы свернула себе шею. Ты думаешь, твоя мать сможет пережить вторую смерть? Да с кем я вообще разговариваю?! Когда ты был ответственным?!

– Я?! Я последние тридцать лет работаю нянькой, и это моя первая ошибка! И я ее не отрицаю, признаю, – Дмитрий злился.

Злился на всех. На мать, потому что после смерти отца она нашла утешение в Эле, уговорив Совет кланов дать разрешение на удочерение человеческого ребенка. Несколько лет она не спускала девочку с рук, а когда чувство потери и печаль слегка притупились, сбросила ее на попечение старшего сына. Школа, тренировки, репетиторы, – все было на его плечах, и много лет его считали Элькиным отцом. А когда она повзрослела, то их принимали за пару.

Он злился и на сестру, благодаря эгоизму которой сегодня пострадал не только он, но и ее подруга, не говоря о тех отморозках из бара. Их, скорее всего, сейчас даже опытный хирург не соберет. У материного брата нрав был крут и резок, а проведенные последние полсотни лет вдали от цивилизации сделали его практически диким. Удивительно, что он не вырвал руки тем подонкам на глазах у всех.

– Попридержи эмоции! – Лео толкнул его к стене. – Нянькой тебе надоело работать!? Это, – он обвел рукой присутствующих, – твоя семья. А важнее семьи нет ничего. Если тебе, щенок, сказали защищать сестру, значит, ты ее защищаешь! Или ты не желаешь больше принадлежать клану?

– Лео, ты что такое говоришь? Не надо! – Женщина теснее обняла дочь.

– Замолчи, Вела! – заорал он на сестру. – Я жду ответа. – Повернул лицо к племяннику.

– Хочу, – сдавленно ответил последний.

– Что ты хочешь?

– Я хочу принадлежать клану!

– Хорошее представление. – В дверном проеме стоял Ар. В руке он держал кусок сырого мяса. Опершись на дверной косяк, с жадностью впился в мякоть зубами.

– Ради всего святого, прекрати так делать, Арнар! В холодильнике есть приготовленные стейки. – Вела смотрела на капли крови, стекающие по пальцам.

Мужчина демонстративно закинул остатки мяса в рот и жевал с улыбкой на губах, испачканных кровью.

– Не о том ты беспокоишься, сестрица, – проговорил он.

– А что ты вообще можешь знать о беспокойстве? Ты сбежал, бросив всех нас, и упивался своей болью, пока мы старались выжить, – Лео переключился с Дмитрия на Ара.

– Каждый переживает потерю по-своему. Кто-то сбегает, а кто-то заводит себе игрушку. – Мужчина указывал подбородком на Элю и облизывал пальцы от алых капель. – Все вы знали, на что шли, когда брали в семью человека. Все. Но только я был против этого. А теперь вы спорите о том, кто должен беречь девчонку?! Разумно… – Мужчина сел в кресло и с насмешкой наблюдал, как меняются у присутствующих лица.

– Моя дочь – не игрушка! – возмутилась Вела.

– Да ты что?! А разве это не ее кукольный домик, который она не имеет права покидать? – Ар сделал жест рукой, указывая на дом. – Не ты ли ее одеваешь? Заставляешь учиться в выбранном университете? Оставляешь без друзей, боясь, что с ней что-то случится?

– Если так рассуждать, то каждый родитель ведет себя с детьми словно с куклами, – парировала женщина. – И зачем ей смертные друзья? Чтобы смотреть, как они умирают один за другим?

– Сегодня смертная ее спасла, подсаживая в окно сортира поганого бара. Эта же смертная подставляла ей плечи, по которым твоя игрушка топталась ногами. А после, заметив меня, вылезла из окна под потолком, выпала на асфальт и кинулась защищать твою игрушку! Смертная… на меня кинулась… Глупая девчонка, – он со смехом вспоминал тот момент. – Вы все заигрались, превращая человека в хомяка. Советую пересмотреть свои взгляды на ее жизнь. Тебя же она не устраивает? Да, Игрушка?

Подойдя к зеркалу и сняв кофту, Лиля легкими движениями пальцев провела по ребрам и спустилась к бедру. Левую сторону тела покрывали гематомы. На бедренной кости и ребрах цвет был близок к фиолетовому. Девушка обработала локоть – смыла кровь и заклеила пластырем рану. Покрыла тонким слоем мази синяки.

Бессонная ночь сказалась на настроении и внешнем виде Лили.

Осунувшееся бледное лицо с темными кругами под глазами с укоризной смотрело из отражения в зеркале.

Теплый душ и очередная таблетка обезболивающего немного привели девушку в чувства.

– Дочь, ты завтракать будешь? – спросила ее мама.

– Да, мам, спасибо, – распахнув створки шкафа, Лиля перебирала вещи. Оказалось большой проблемой найти легкую, но закрытую блузку с длинным рукавом. Она взглянула на платья.

Одно из них смогло прикрыть ссадину и синяке на локте, на коленях девушка прикрыла раны длинными гетрами.

– Какая ты сегодня красивая, – восхитилась мама. – Ты с кем-то познакомилась?

«Угу, с компанией отморозков. То еще знакомство», – заметила про себя Лиля и ответила вслух:

– Нет, мам. И сколько раз тебе говорить, мы с Данилом не расстались. – Придвинула вазочку с вареньем ближе.

– Да-да, а сколько я тебе говорила, что отношений на расстоянии не бывает?

– Хм. – Девушка обхватила пальцами подбородок и задумалась. – А что же тогда у вас с папой?!

– Папа работает, – спокойно ответила женщина.

Этот разговор поднимался уже множество раз. И каждый участник так и остался при своем мнении.

– Даня тоже работает, – заметила Лиля.

– Кем? Барменом?

– Мам, давай не будем с утра, хорошо? Не все имеют высшее образование, вот, даже ты.

– Но я пиво по ночам не разливаю. А где алкоголь, там женщины.

– Мама… пожалуйста, у тебя и без алкоголя женщины. Голые! – Лиля смотрела тяжелым взглядом на родительницу.

Шутку женщина не оценила и указала на дочь чайной ложечкой.

– Лучше бы ты кого-нибудь встретила. Кого-то более серьезного и взрослого…

– Хорошо, пойду встречу соседа с пятого этажа, он меня уже не раз приглашал посмотреть его кошку.

– Лиля, да он же старше меня!

– Зато взрослый и кандидат наук. Все как ты хочешь, – раздраженно произнесла Лиля.

С подоконника вещал старенький телевизор. Взгляд девушки привлек и приковал утренний выпуск местных новостей. Корреспондент с нечитаемым выражением лица что-то рассказывал на фоне фасада «Южного ветра». Лиля подалась всем телом ближе к мерцающему экрану, прося жестом не шуметь.

– Вчера вечером в широко известном своими криминальными историями баре "Южный ветер" произошел инцидент, – говорил корреспондент, – в результате которого семнадцать человек пострадало, и пятеро из них в реанимации. Очевидцы рассказывают, что конфликт начал мужчина, вошедший в бар…

– Ма-а-а! – вскрикнула девушка, когда ее мама выключила телевизор, грубо ткнув кнопку.

– Нельзя смотреть новости на завтрак, доча. Я как медик говорю.

– А изводить рассказами про взрослого и самодостаточного жениха можно? Спасибо за завтрак, мам, – выпалила Лиля, поднимаясь и торопливо покидая кухню, насколько это позволяли отбитые ребра.

Она торопилась на остановку, а из головы не выходили утренние новости.

Ожидая автобус, девушка достала из рюкзака телефон и исследовала просторы интернета, ища информацию о вчерашнем происшествии. Но ничего не находила, как бы не формулируя запросы в поисковой строке.

– Что за бред?

Лиля в очередной раз набрала: «Южный ветер», – и в результатах поиска вышел лишь сайт бара. Тот, что ей показывала Элеонора. И больше ничего, абсолютно. Никаких упоминаний или отзывов.

Девушка забросила телефон в рюкзак и присмотрелась к номеру подъезжающего автобуса. Ее внимание привлек мотоцикл, что несся на бешенной скорости.

Люди, ожидавшие автобус, проводили лихача взглядом.

– Ого, могу поспорить, что у нас один такой в городе, – два паренька обсуждали байк, вглядываясь в удаляющуюся фигуру.

– Если их не десяток на всю страну…

Через минуту вновь послышался рев мотора.

– Смотри, опять он. Круто! – Пареньки подошли ближе к обочине, чтобы рассмотреть уже медленно кативший байк.

Лиля же инстинктивно шагнула за спину какого-то мужчины. Просмотр утренних новостей и вчерашние события разыгрались в ее голове паранойей. Девушка чувствовала взгляд человека на мотоцикле сквозь затемненное стекло шлема, и была уверена, что смотрит он именно на нее. Да и не просто же так он проехал второй раз.

Выглянув из-за мужского плеча, она проводила мотоцикл взглядом, стараясь запомнить и фигуру мужчины, и сам байк. Вдруг это не ее разыгравшееся воображение – а их с Элькой действительно ищут?

На счастье девушки, к остановке приближался нужный автобус. Лиля первой забежала в салон и прошла в толпу.

***

Эля не пришла на занятия в этот день, и в течение двух недель она не давала о себе знать – не появлялась на учебе и не отвечала на звонки.

– Цветочек, привет. – У главного входа в универ стоял Дмитрий. – Опаздываешь? Я вот зашел вашего кофе выпить. – Он повертел в руках бумажный стаканчик.

Парень выглядел ужасно, и Лиля не сразу узнала в нем улыбчивого здоровяка.

– Дим, что с тобой?

Да, некультурно говорить кому-либо о том, что он плохо выглядит. Но Лиля не смогла сдержать эмоций. Худой, с потухшим взглядом и подобием улыбки на губах.

Что могло так подкосить молодого здорового парня за две недели?

– Вирус подцепил, – ответил тот. – Ты знаешь, когда и верхом, и низом из тебя прет? Температура и всякая подобная лабудень.

– Ничего себе лабудень… – Девушка попятилась.

– Не переживай, Цветочек. Я уже незаразный, – Дмитрий попытался успокоить.

– Ну, знаешь ли, это еще бабушка надвое сказала, – заметила Лиля. – Как ваш дядя? Я репортаж смотрела, – мысль о пострадавших не давала ей покоя.

– Все с ним отлично. Он успел уехать до заварушки, – ответил парень. – Ты беги, скоро занятия начнутся. На Эльку не обижайся, что не звонила. Мы всей семьей переболели. Сама понимаешь.

– Угу.

«Конечно понимаю. От Рокотовой нужно сесть подальше!» – подумала Лиля.

Девушка забежала перед самым звонком; в аудитории царило оживление. Преподавателя еще не было, и Лиля спокойно заняла место, ответив на приветствия.

– Курбатов сегодня опоздает. – В помещение влетела староста. – Он в ДТП попал. Так что первой пары не будет. – Радостные вопли однокурсников огласили аудиторию. – В деканате сказали, если посидим тихо и не будем шляться по корпусу, замену не поставят. Все поняли? – с нажимом спросила бойкая девушка.

Донеслось стройное «Да», и каждый вернулся к своему прежнему занятию.

– Еще: Рокотова хотела сделать небольшое объявление, – староста вновь привлекла к себе внимание. Группа недовольно загудела. – Вам понравится.

Лиля отвлеклась от телефона. Третий день она не могла поймать Даню, своего парня, онлайн. Да и сейчас его не было в сети.

– Всем привет. – Эля неуверенно подняла ладошку. – Я хочу всех пригласить отметить сдачу сессии. Двадцать первого июня жду у себя дома…

– А что мы там будем делать, в карты играть? – спросил с издевкой один из однокурсников – Трубников, нахально развалившись на стуле.

– Если хотите, то и в карты. А вообще, у меня есть бассейн, бильярд, настольный теннис, большой мангал, и рядом хвойный лес. Очень красиво и запах сумасшедший. Берите палатки, приглашаю на все выходные.

«Ох, Рокотова, это не хвойный запах сумасшедший, а ты! – покачала головой Лиля. – Разве можно приглашать тридцать любителей халявы одновременно?!»

– Мировая ты девчонка, Элька! – выкрикнул Трубников. – Всегда мне нравилась!

– Клоун, – проворчала Лиля себе под нос и вернулась к телефону.

Монотонный галдеж перерос в громкое обсуждение будущих выходных. О том, что еще надо сдать зачёты и экзамены, никто больше не вспоминал. За соседней партой парни высчитывали, сколько алкоголя нужно купить на два дня и что лучше выбрать.

– А ты придешь? – Элька пересела на ближайшей к подруге стул.

– Не знаю, я хотела сразу после сдачи сорваться к Дане. Билет взяла на автобус. Ты зря вообще все это затеяла, они же ради халявы припрутся, – тихо произнесла Лиля.

– Ну и что? Надо же с чего-то начинать заводить друзей. Лиля, извини, что не отвечала на звонки…

– Считай – извинила.

– Нет, правда, мне стыдно. В семье были проблемы, я не могу всего рассказать. Но ты моя первая нормальная подруга, и я очень хочу, чтобы ты ей и оставалась, – тихо говорила Эля. – И спасибо, что не бросила меня в баре.

– Не говори глупости, ты бы меня тоже не бросила, – заверила Лиля. – Я встретила твоего брата, он мне рассказал о болезни. Но в следующий раз отпишись, что ты жива, хорошо? Я успела много нафантазировать.

– Обязательно. – Элька села ближе к подруге, бросила мельком взгляд на Хвостову и шепотом поинтересовалась: – Она ничего не спрашивала?

Лиля осмотрелась.

– Нет, как будто мы и не встречались тем вечером. Ты видела репортаж на следующее утро?

– Ну да, – неуверенно кивнула подруга.

– Очень странно, Эль. По местным новостям рассказали, что была драка и пострадавшие. Я пыталась найти информацию в интернете, но ни слова. Нигде! Даже запись новостей не нашла на следующий день.

– Странно. – Рокотова удивленно вытянула личико.

Дома она смогла услышать лишь обрывки фраз, но сколько не пыталась собрать воедино, четкой картины не получила. Ее не посвящали в дела стаи, и она всегда имела лишь общее представление о происходящем. Действительно, игрушка – лучшего слова и подобрать невозможно.

– Эль, а ты все время была дома? Ничего странного не замечала?

– Нет, все как обычно. – Девушка пожала плечами. – У тебя что-то случилось?

– Нет, просто спросила. Мало ли…

Лиля промолчала о том, что последние несколько дней чувствовала себя словно букашка под микроскопом. Что время от времени ощущала на себе чей-то взгляд. Тяжелый и внимательный.

И девушка осознанно выбирала самые людные маршруты, больше не срезала дорогу через дворы. С наступлением темноты вызывала такси и просила маму под каким-либо предлогом встретить ее у подъезда.

Вчера паранойя достигла своей вершины. В очередной раз ощутив жжение в затылке, Лиля остановилась и резко обернулась. Здравый смысл подсказывал, что никого за спиной нет, это стресс на фоне приближающейся сессии и чересчур живая фантазия.

Девушка внимательно осмотрела окна припаркованных автомобилей, тротуар и узкую тропинку между домов на противоположной стороне дороги. С минуту слушала в груди гулкие удары испуганного сердца. Крикнула: «Что тебе нужно?!» Но ей никто не ответил.