Предел мира: За стеклом.

Эта книга содержит сцены, которые могут быть неприятны для некоторых читателей, включая описания смертельной болезни, апокалипсиса, смерти и крови. Читатели, чувствительные к подобным темам, должны проявлять осторожность. Все события и персонажи являются вымышленными, любые совпадения с реальными людьми или событиями случайны. Книга предназначена для лиц достигших 16 лет.  

Наверное, эту историю лучше начать с самого начала.
Когда мне было двадцать два, я закончил медицинский университет и удачно устроился медбратом в государственную больницу, а вскоре меня повысили до врача-дерматолога — моя специальность.

Это был ничем не примечательный день.
 В дерматологический отдел поступил пациент, жалующийся на зуд и покраснения на руке. В целом, ничего странного, но он запомнился мне своим видом: бледный как поганка, хромающий, говорящий шепотом и заикающийся, с грязными, лохматыми волосами. Его направили ко мне. 

Я, будучи неопытным, начал заполнять анкету пациента. 

— Как давно это началось? — спросил я.
 

— З-засыпал с об-быычной р-рукой, п-п-проснулся с в-воспалением, — ответил он. Многие отвечают так, потому что тянут до последнего, а потом признаваться стыдно.

Посмотрев на его руку, я подумал: "Ну вот, чего ты врешь? Не бывает просто так такого".

— Может быть, вы использовали какие-нибудь средства: крема, мыло, мази, салфетки?

— Н-н-нет.

— Может быть, вы принимали лекарства, пробовали что-то новое в еде?

— Н-нет! — его глаза забегали по сторонам.

— Ладно, — я посмотрел еще раз на его руку.
Честно сказать, сам впервые такое вижу. Ни на картинках, ни вживую не сталкивался с подобным.
Я поступил, возможно, плохо, но другого выхода у меня не было: я перенаправил его к другому врачу, — более опытному коллеге. 

Когда моя рабочая смена закончилась.
На выходе я встретил врача, к которому перенаправил пациента.

— Слушай, Янчик, кого это ты мне перенаправил?

— Я не знаю, что у него с рукой.

— Так я тоже не знаю. Выписал бы что-то классическое, мази да диету какую-нибудь.

— Сергей Павлович, как можно лечить, не зная от чего?

— Обычно так все делают. Мы же тоже не все знаем, главное — дать направление, может быть, и поможем. Давай, учись пока я здесь, — коллега подмигнул и улыбнулся, затем надел шапку и вышел на зимнюю ночную дорогу.

Люди, которые меня старше, часто называют меня Янчиком, хоть имя у меня и Ян. Несколько раз пытался сказать, чтобы они так не делали, но без толку. 

Я тоже не стал задерживаться в больнице — еще успею тут посидеть.
Застегнув пальто, вышел на улицу.
Лицо сразу обдало холодом. Шел мелкий, частый снег, он падал мне на одежду и таял.
Ночные фонари освещали дорогу, плотно забитую машинами. Доехал я по пробкам за два часа.
Зашел в свою квартиру и сразу лег спать.

Для нашего региона это достаточная редкость — холодная зима, но сейчас все меняется, так что и климат это тоже затронуло.

На следующий день ничего особенного не произошло, но в пятницу к нам поступило еще четыре человека с такими же симптомами.
Это была компания, отдыхавшая в торговом центре. Им стало плохо, и они вызвали врачей, думая, что отравились.
На этот раз их отправили на полное обследование и только потом направили к дерматологам и инфекционистам.
В наших краях, если направили к инфекционистам, то это уже серьёзный случай, так что я тоже напрягся.

"Ну должно же быть хоть какое-то лекарство!" — думал я, заполняя документы.

В комнату зашёл Сергей Павлович.

— Привет, Янчик. Дай-ка мне медкарту Натали (одной из заболевших), — я взял из небольшой стопки документов синюю книжку и протянул Сергею.

— Ты тоже не расслабляйся, сейчас остальные обследования закончат, и к тебе придут.

— Спасибо, — я привычно поклонился.

— Так, Ян, давай заканчивай, мы не в Китае.

— Прости, привык... — я выпрямился и вернулся к своим делам.
Коллега взял книжку и вышел из кабинета.
Я посмотрел на настенные часы у входа. Полседьмого вечера, моя смена вот-вот должна закончиться. Я снова сел за стол и продолжил заполнять бумаги.

Через некоторое время в кабинет постучались. 
Зашла девушка, на вид лет семнадцати.

— Здравствуйте... — неуверенно начала она.

— Здравствуйте. Назовите своё имя и фамилию, пожалуйста.

— Синицына Кира... — так же неуверенно сказала девушка, проходя немного вперёд.

— Хорошо, можно обращаться к вам по имени?

— Да... — Я достал из бумаг её медкнижку.

— Когда начались первые симптомы?

— Пять часов назад.

— На что конкретно жалуетесь? — она убрала руки из-за спины и показала мне.

— Чешется и болит, — на обеих руках были красные пятна. Контур пятен голубой, на самих покраснениях белые и зелёные точечки.

— Садитесь, пожалуйста, — она села на стул, а я, помыв и обработав руки, начал надевать перчатки для осмотра.
Как только я потрогал её руку, увидел, что остались углубления. Проверил на её коже без воспаления — вмятин нет. 

— Когда трогаю, болит? — девушка покачала головой. Я прописал возможные лекарства, которые хотя бы немного подходили под случай.

Закончив работу, меня сменил коллега.
Не раздумывая, я быстро вышел из больницы. Чувство, что это далеко не конец и даже не середина, не давало мне покоя. Я решил: если случаи повторятся, возьму отпуск или уволюсь. Моя жизнь в здоровом теле намного важнее денег.

Сев в машину, проехал несколько кварталов и припарковался недалеко от дома.
Шёл по ночной улице. Машины изредка проезжали по освещённой фонарями дороге. В голове крутилась рождественская песенка, я тихо напевал её куплет себе под нос.
Несмотря на не очень счастливый день, настроение у меня было на высоте.
Подойдя к своей многоэтажке, неожиданно встретил возле неё бомжа, ну или человека, выглядявшего так.
 Он схватил мою ладонь и начал кричать что-то на своём, в голове я подумал: «Ну, сумасшедший и сумасшедший».
Вытащил руку из его хватки и уже хотел зайти в подъезд, как случайно посмотрел на его запястье. Оно всё было в этих пятнах, таких же, как и у других пациентов.
Немедля, забежал к себе на этаж, а потом и в квартиру. Взял всю одежду и поставил стираться, ну а сам зашёл под душ.
Тёплая вода стекала по волосам, руки и лицо наконец-то согрелись.
Оделся. Взял утром сваренный рис и сел за стол.
Открыл новости — ну конечно, ничего не написано. Пока полмира не заболеют, в новостях ничего не скажут.

Немного отдохнув, лёг спать.

На утро я проснулся с болью в руке.

Приглядевшись, заметил небольшое бледное пятно — такое же, как у тех, кого я лечил.

Решил, что нужно принять меры: обработал руку, нанес мазь и забинтовал её.

Собравшись, поехал на работу.

Не только у меня были проблемы.

Сергей, обычно веселый и общительный коллега, стоял в углу комнаты и нервно теребил рукав халата.

— Что случилось? — спросил я его.

— Ян! Ты чего так пугаешь! У тебя как? — он вздрогнул, повернувшись ко мне.

— Не очень, у тебя тоже, да?

— Ага, — он выругался, надел маску и пошел в свой кабинет.

Когда я встретил сменщика, он устало посмотрел на меня.

— Сочувствую, они сейчас снова придут.

— Кто они?

— Семейка. Когда встретишь, сам поймешь, — он похлопал меня по плечу и вышел.

Я сел за свой стол и посмотрел в окно.

Снег шел весь день, и большие хлопья падали на белые сугробы и крыши домов.

Светало, но солнца не было видно. 

— Извините, — в комнату вошла женщина с маленьким ребенком.

— Что вы хотели? — спросил я.

— Нам дадут лекарство или нет?! Битый час тут ходим, никто ничего не знает! У меня ребенок спать хочет! Я же мать, мне нужно быстрое лекарство! Эти ваши врачи вообще учились?! — она накричала на меня, и я понял, что это та самая семейка, о которой говорил сменщик.

— Конечно, дам вам направление, — я пытался говорить спокойно, но она перебила меня.

— Да зачем мне ваше направление! Лекарство дайте и всё!

— Вам или ребенку?

— Конечно ребенку! — она подошла ко мне и усадила ребенка на стул. — Вот, посмотрите! Что скажете?

— Я вообще-то взрослый врач… — начал было я, но она меня перебила. 

— И что? Это же ребенок! Чего один раз посмотреть не можете?! Детский врач к вам отправил! Тут другой врач опять туда меня послал, определитесь уже!

— Можно я сначала перчатки надену? — я обработал руки и надел перчатки. 

— Ну чего вы так долго?! Можно быстрее?! — ребенок заплакал.

"Что за дурдом…" — я осмотрел ребенка, стараясь игнорировать крики матери.

— Нельзя его так трогать! Он чувствительный!

— Пожалуйста, дайте мне нормально его осмотреть!

Закончив осмотр, я прописал ей лекарства. У ребенка была та же болезнь, что и у других пациентов.

Эта зараза передавалась через прямой контакт, так что ношение перчаток могло бы помочь.

После того как женщина с ребенком ушли, я заварил себе чай.

Привычка постоянно пить помогала мне успокоиться.

 Закончив работу над документами, я вернулся к чтению книги о психологии, которую купил в Китае. Боль в руке мешала сосредоточиться. Сняв бинты, я увидел, что пятно стало более ярким и расползлось. Забинтовал руку снова. Открыл новости.

Первая ссылка была о том, что Канада объявила карантин из-за новой болезни.

 Оказалось, что болезнь появилась из за маленьких, зеленых насекомых, которых невозможно уничтожить никакими средствами. Да и дальше по классике: через любые прикосновения.

Казахстан и Египет тоже закрыли воздушные пути.

Заболели уже около 30 000 человек, а смертность составила 8%.

Остальной рабочий день прошел как обычно.

Пациенты приходили и уходили. Коллеги пытались справиться с нарастающим хаосом.

В конце дня я попрощался с Сергеем — в последний раз. 

Дни шли, и с каждым днем больных становилось все больше.

Смертность росла.

Сергей больше не появлялся на работе, и это подтолкнуло меня к решительным действиям.

Я выжег участок кожи, где было пятно, и начал пить таблетки. Противовоспалительные и все в этом роде.

Возможно, это и спасло меня.

Взял отпуск за свой счет и начал замечать все больше людей с пятнами за окном.

Электричество стали чаще выключать, и я экономил его, будто боясь, что оно когда-то закончится.

Оставаться в городе стало невыносимо. Люди, зараженные вирусом, менялись. Сначала на их коже появлялись отвратительные, большие пятна. А после все становилось хуже. 

 Из окна своего дома я видел, как по улице ходили усохшие до костей "люди", но назвать их людьми уже было сложно.
Именно после этого я решил покинуть город.

10.02.2023.

Я наконец решился выйти из подъезда, и каково же было мое удивление, когда у своей двери я обнаружил коробку.
Рисковать еще раз мне не хотелось, поэтому я надел перчатки и маску, прежде чем взять ее. Я ничего не заказывал, и отправить мне что-то тоже никто не мог.

В коробке оказалось четыре запечатанные бутылки воды.
Вот это спасибо. 
Вытащил их из коробки и заметил на дне записку. Она была написана от руки, но почерк был разборчивым. В ней говорилось: 

"Надеюсь, это тебе поможет. Береги ребенка."

Это все, что там было. Хотя я и не был местным, соседей я знал. Это были пожилые люди, у некоторых даже детей не было.
Кому это предназначалось, я не знал. На ней не было даже адреса. Вода явно была из магазина, никто ее не открывал, это было видно.
С учетом последних событий и того, что люди давно уже сгребли все бутылки с жидкостью, такой подарок был никак кстати.
Я снова открыл дверь, надеясь найти адрес доставки или марку, но ничего не было.
Вместо марки я увидел то, что когда-то было моим соседом.
 Единственного мужчину тридцать лет в нашем дворе. Я бы и не узнал его, если бы не татуировка на обеих руках.

Он выглядел как классическое чудовище из фильмов: белая кожа, выцветшие глаза, худой, будто из него высосали всю воду, лысый, были неестественно длинные руки, пальцы и уши срослись. Ладони превратились в острые палки.
По местам, где он ходил, оставалась белая слизь, как у улитки.
Существо не обратило на меня внимания, но для моего сознания это стало последней каплей — оставаться в этом доме нельзя, ни при каких обстоятельствах.
Когда я закрыл дверь и оказался в "безопасности", меня начало выворачивать. Да, я врач, и порой приходилось видеть всякое, но открытые раны, из которых сочится жидкость, прилипшие мелкие зеленые насекомые — это было впервые.

Я решил, что в последний раз хорошо посплю и отправлюсь в путь. В конце концов, в лесах, горах и подобных местах, где нет людей, опасности должно быть меньше.
Дикие звери сейчас безопаснее людей. Да что уж там, люди — такие же животные, просто с чуть большим сознанием. 

Достав из шкафа тревожный рюкзак (рюкзаки, которые собирают на случай катастрофы, например, землетрясения), я начал проверять его содержимое.
Там оказалось все необходимое: медикаменты, салфетки, фонарики, батарейки, заряженный повербанк и шнур для телефона, деньги, немного еды и воды. Поскольку возвращаться сюда я не планирую, кое-что вытащил и добавил: веревку, масло (чтобы можно было развести небольшой огонь), коробку спичек, две зажигалки, нитку с иголкой, ножницы и резинку для волос.

— Ну, вроде ничего не забыл… — я еще раз проверил весь список. — Да, все на месте.

Положил рюкзак в прихожей, подготовил одежду на завтра.
 Каким-то чудом вода еще была. Решил воспользоваться последней возможностью и принял душ. 
***

— С такими волосами тяжеловато будет… — стоял перед зеркалом, держал в руках ножницы.
У меня длинные волосы, которые я очень люблю, но настало время с ними попрощаться.
Очень не хотелось, но понимание того, что за такими волосами нужно ухаживать, часто мыть, тратить на это мыло и воду, давало рукам волю.
 Я провел ножницами по волосам, — отрезал половину длины. Теперь у меня волосы выше плеч, а были почти до талии.

Выкинув отрезанные волосы, лег спать.
Это был последний раз, когда относительно хорошо выспался.
Обстановка, наводящая страх, сказывалась и на сне. Я постоянно просыпался, даже из-за малейших звуков, но все же, сравнивая с последующими сновидениями, это был прекрасный сон.

Проснулся от странного звука за окном.
Звук был, будто кто-то тащит по земле мешок с картошкой. Мне стало интересно, и я, встав с кровати, подошел к окну. Аккуратно заглянул.
На улице шло похожее существо на моего бывшего соседа. За ним тоже оставался белый след, но в отличие от соседа, это существо сразу меня заметило, несмотря на то, что я живу на пятом этаже, и даже смогло дотянуться к моему окну.
Только сейчас я заметил, как умер город. Пришло осознание, что как раньше УЖЕ НЕ БУДЕТ: не будет счастливых, здоровых людей, которые ходят по парку, пьют кофе и едят выпечку. Не будут работать магазины. Не будут производить лекарства и электричество. Сеть перестанет работать навсегда.

Оно подошло к окну и я смог рассмотреть его получше: все его тело покрывали эти пятна, сотни голубых кружочков, из которых вылетали эти маленькие паразиты. Судя по его виду, он не видел меня, но слышал. Поэтому я старался не шевелиться и даже громко не дышать, будто думая, что он, по ту сторону стекла, может услышать такие тихие звуки моего тела. Он еще немного постоял, потом положил свою "руку" на стекло.
Мне стало его жаль. Конце концов он не виноват в том, что стал, этим. 

"А ведь когда-то ты тоже был человеком…" — на душе поселилась тоска, в мыслях вспомнились родители. — "Как они там? Как братик? Все ли у них там хорошо…?"
Существо потеряло ко мне интерес и ушло, таща за собой свои длинные, белые, похожие на пилки, руки.
Не могу сказать, что я верующий, но в тот момент мне захотелось помолиться за здоровье своей семьи. Позвонить я им не могу, связь уже не ловит. В последний наш разговор (неделю назад) у них все было хорошо. Надеюсь, так оно и осталось.

Посидел на кухне. Позавтракал хорошей едой, самой обычной кашей. В следующие месяцы можно будет забыть про такой непринужденный прием пищи.
Взял все нужные вещи и покинул квартиру.
Зачем-то я закрыл дверь на ключ.
"Ну что ж, прощай…"  — Мне не хотелось покидать квартиру, но пришлось.
Где-то в глубине мыслей я еще надеялся найти таких же людей, как я. Надеялся, что не по всему миру происходят подобные вещи. Надеялся встретить свою семью.
Единственное напоминание о ней — это кулон, что я всегда ношу, — его сделала моя сестра. Как вчера помню, она прибежала ко мне в комнату и протянула его, со словами: "Обещай, что будешь нас помнить и приезжать!" — помню ее довольное лицо, когда я сказал, что обязательно приеду и привезу ей игрушку.

В подъезде я никого не встретил, — только на улице ходили новые жители этого города, но, слава богу, они меня не замечали.
 Решил выйти из города.
К моему удивлению, ближе к концу города я увидел автобус с, судя по всему, еще здоровыми людьми.

— Подождите! — я подбежал к нему, и передо мной открылись двери.

— Здоровы?

— Да, не болею!

— Садись, — водитель кивнул на место у окна.
Я зашел в автобус. Там было, не то чтобы много людей, но я насчитал человек пять.
Прошел на место в конце автобуса, сел и положил рюкзак себе на ноги.
 "Вот так повезло." — и все же, плечи оставались напряженными. 

Я был рад, что смог найти хотя бы немного здоровых, живых людей. Но это не означало что можно было полностью расслабиться.