Предыстория

— Ты ведь тоже изгой — после долгого молчания произнесла Кира, сидящая рядом с Денисом на крыше двенадцатиэтажного здания.

Солнце медленно заходило за горизонт, окрашивая небо оранжевыми красками, а теплый ветер обдувал лицо. Слезы уже почти высохли на щеках девочки и впервые за долгое время она чувствовала спокойствие и умиротворение.

— Разве тебе не хочется иногда закрыть глаза... — Кира опустила веки и глубоко вдохнула вечерний воздух — и забыться навсегда? Больше никакой боли, страхов, переживаний... Просто... Пустота и спокойствие.

Денис хмыкнул и, подобрав рядом с собой отколотый кусочек бетона, бросил его вниз.

— Мама очень много болела после того, как родила меня. Врачи ей рекомендовали передумать, так как вероятность ее смерти после родов была почти стопроцентной. Дважды ее возвращали с того света после операции.

Порыв ветра сорвал капюшон с головы мальчика. В его суженных зрачках отражался ярко-желтый солнечный свет, который сильно контрастировал с множеством синяков и ссадин на лице Дениса.

— Я просто не имею права даже думать об этом после того, что она пережила. Я должен жить ради нее. Иначе, ее страдания окажутся напрасными. Будет слишком эгоистично так просто уничтожить то, что она пыталась защитить ценой собственной жизни.

Кира вдруг ощутила вину за то, что несколько минут назад обвинила его в том, что он неспособен понять то, что она чувствует.

Но ради чего жить ей? Вся школа над ней смеется и издевается, а отцу и мачехе нет до нее никакого дела.

Ее только что предала одноклассница, которую она считала своей подругой, и рассказывала все свои секреты и страхи.

Девочка взглянула на Дениса. Он не производил впечатление сильного человека. Даже наоборот. Он выглядел щуплым и невзрачным. Но его слова звучали так уверенно, бесстрастно и бескомпромиссно, что буквально за мгновение он стал выглядеть иначе.

Кира опустила глаза, ковыряя бетон носком босоножки. Ей, почему-то, стало неловко от того, что она так долго на него смотрела. Впрочем, кажется мальчик этого не заметил.

— Денис...

Он посмотрел на нее.

— Я могу тебе доверять?

— Ведьма! Ведьма! Сейчас мы сожжем ведьму! — 4 мальчика собрались вокруг рыжеволосой девочки.

Двое из них трясли над головой палками, словно факелами, один скидывал ей под ноги ветки и листья, а последний зажигал спички из где-то добытого коробка и бросал в нее.

— Я... Я не ведьма... — всхлипывала Вика, сидя на корточках и пряча голову в коленях. Она искренне не понимала почему они решили, что она ведьма. Она просто хотела с ними поиграть.

— Как вам не стыдно! — откуда-то сзади послышался звонкий голос. Те обернулись. Вика с надеждой подняла голову.

Перед ними стояла черноволосая голубоглазая девочка без одного переднего зуба. Она упиралась руками в бока и недовольно смотрела на обидчиков.

— Мальчики не должны обижать девочек!

— Она не девочка! Она ведьма! — выкрикнул один из мальчиков.

— Да!

— Ведьмов не существует! — возразила брюнетка.

— Моя мама говорит, что существует! — уверенно воскликнул мальчик, держа пучок веток в руках.

— Значит твоя мама тупая!

— Нельзя обзывать родителей! — крикнул мальчик держащий в руках палку и кинул в защитницу, но промазал.

— Можно, если они тупые! — Девочка подобрала палку и кинула в мальчика с ветками, попав ему в лоб. Тот схватился за больное место и начал плакать.

— Может теперь ты будешь не такой тупой — звонко расхохоталась брюнетка.

— Бейте её, пацаны! — воскликнул мальчик, бросив на землю коробку со спичками и побежал к смеявшейся обидчице.

Девочка не растерялась и когда он оказался достаточно близко, она швырнула ему в лицо подобранную вместе с палкой горсть земли, после чего поставила подножку и тот упал.

— Тупо-о-ой! — дразнящим голосом протянула девочка, но тут же получила толчок в спину и подалась вперёд, едва удержавшись на ногах.

Через секунду она почувствовала удар в челюсть, а следом за ним удар в живот и под колено, из-за чего упала на землю.

Через несколько секунд уже все четыре мальчика пинали ее.

Вика смотрела на происходящее и не знала что ей делать. Она очень боялась этих хулиганов, но эта девочка пыталась защитить её и она не могла просто убежать.

— Кусус бодай круфус! — Во весь голос закричала Вика, вытянув руку вперёд. Её ноги дрожали от страха, но она не двигалась с места.

Мальчики прекратили бить защитницу Вики и посмотрели на "ведьму"

— Пусть у вас отвалятся ухи! — снова воскликнула Вика и начала делать какие-то жесты руками перед собой.

— А-а-а-а! Я же говорил, что она ведьма! — один из мальчиков заплакал, схватившись за уши и начал убегать. Остальные, сперва замешкавшись, тоже побежали за ним.

Вика подошла к своей защитнице. Та лежала на земле с разбитой бровью, носом и губой. Её дорогое летнее платье все было испачкано, а руки и колени были в ссадинах.

— Ну и тупые — усмехнулась брюнетка, несмотря на то, что из её глаз ручьём текли слезы. Вика помогла ей подняться и виновато села рядом с ней.

— Прости меня... Из-за меня...

Вика не успела договорить, как почувствовала руку на своей макушке и подняла голову.

— Круто ты их обманула — улыбаясь щербатым ртом сказала защитница и разворошила Вике волосы.

Её грязное лицо выглядело счастливым. Казалось, будто это не её только что отпинали четыре хулигана и не она не сидела на земле вся в синяках и ссадинах.

— Как тебя зовут?

— Вика — девочка смотрела на неё с восхищением своими большими зелёными глазами.

— А меня зовут Ева!

— Ева Кошкина... — Денис стоял напротив девушки в десяти шагах от нее. Рядом с ним стояла Кира. Они находились на школьном дворе. Уже был вечер и занятия закончились. Солнце почти село за горизонт. Стояла теплая погода.

За Евой находилась какая-то рыжая девушка из класса на год младше. Она выглядела полной противоположностью Евы.

Денис из под капюшона смотрел на голубоглазую брюнетку, не обращая внимания на собравшихся вокруг.

— Девушка из богатой семьи, катаешься как сыр в масле, всегда получаешь то, что хочешь. Учишься на отлично, участвуешь в олимпиадах и всегда занимаешь первые места. Гордость школы.

Идеальные черты лица, идеальная фигура. Все парни хотят встречаться с тобой, несмотря на твой грубый характер и фальшивую улыбку. Уверен, что это тешит твое самолюбие.

— Я же не виновата, что мне повезло в жизни больше — невинно улыбнувшись, произнесла Ева.

— Ты всегда общаешься со всеми так, будто ты лучше их. — продолжил Денис. — Всегда лезешь всем помогать, если это выгодно для тебя.

Но как только выяснилось, что Кира нравится парню, с которым ты планировала начать отношения, от этого благородства и дружелюбия не осталось и следа.

— Она знала, что он мне нравится и полезла целоваться с ним. Это предательство, которое я не могу простить. — вмиг став серьезной, сказала девушка.

— Меня просто тошнит от одного твоего вида. — презрительно произнес Денис.

— Ну так не смотри на меня, дол___б!

Вокруг прокатились смешки.

— Я хочу, чтобы ты извинилась перед Кирой и сказала всем правду о том, что все твои слова о ней — вранье.

Кто-то громко засмеялся.

— Пф! А то что? Что ты мне сделаешь?

Денис понимал, что он ничего не сможет ей сделать, но он хотел добиться справедливости. Его раздражала несправедливость, по отношению к Кире.

Денис быстрым шагом подошел к Еве вплотную и посмотрел ей в глаза. Его левый зрачок сузился.

— Ты хоть знаешь, что она пережила?! Ты знаешь, что если бы я ее не остановил, то сейчас ее бы уже не существовало?! Ей оставался ОДИН Е____ЫЙ ШАГ! — парень сорвался на крик и его левый зрачок вспыхнул желтым светом.

Ева на пару секунд пришла в замешательство, но потом ее лицо стало прежним и она мерзко улыбнулась.

— Это не мои проблемы. Я не должна беспокоиться о каждом шизике, который решит выйти в окно из-за того, что что-то там себе придумал. Кроме того, она жива, а значит не так уж и хотела уми...

Она не успела договорить, как Денис ударил ее кулаком в лицо так, что девушка не удержала от неожиданности равновесие и упала на землю. Ее рыжая подруга испуганно вскрикнула.

По толпе прокатилось тихое гудение.

Ева шокировано смотрела на парня в синей толстовке.

— Ты... Ты... Только что ударил меня?.. — Она не могла поверить в то, что кому-то хватило смелости ударить ее. Конечно, она и до этого попадала в драки, но обычно она сама была инициатором и парни в основном просто отбивались от нее, так как она, все-таки, была "девочкой" и имела влиятельных родителей, с которыми никто не хотел связываться.

— Как видишь.

К ним тут же побежало несколько парней из толпы, с желанием преподать урок Денису.

— Стоять! — властно крикнула Ева и поднялась с земли. Парни остановились на полпути в замешательстве. — Ты единственный, кому хватило наглости ударить меня. — она пристально смотрела ему в глаза — Что ж. Я извинюсь перед ней, но слухи уже не остановить. C'est la vie.

После этих слов девушка с силой ударила Дениса в лицо, так, что теперь он не удержал равновесие и упал на землю. После этого она подошла к Кире:

— Извини. Я погорячилась, распустив о тебе слухи. Надеюсь ты сможешь простить меня.

Ева разворошила волосы на голове Киры и прошла мимо.

— Всё! Здесь не на что смотреть! Расходитесь! — громко сказала она. Рыжая девушка сочувствующе посмотрев на Дениса, пошла за своей подругой. Остальные просто разошлись. Несколько парней подошли к Денису и мягко намекнули, что его жизнь теперь не будет прежней. После чего, смеясь ушли.

Кира, все это время стоявшая в оцепенении, подбежала к Денису и помогла ему встать. Парень улыбнулся:

— Я же сказал, что заставлю эту суку извиниться.

— Ева, покажи мне дневник. — над девушкой-подростком возвышалась женщина тридцати лет. Они имела волнистые рыжие локоны, черные тонкие брови и голубые глаза. Женщина стояла с протянутой рукой, застав дочь у порога большого трехэтажного дома.

— Нет... — Ева смотрела в пол, крепко сжимая ремни рюкзака. — Вы будете ругаться, мама.

Женщина хлестко ударила дочь рукой, тыльной стороной ладони. Кольца с драгоценными камнями на руке матери больно впивались в кожу.

— Покажи дневник, Ева. — все тем же ледяным тоном произнесла она. Ее ледяные глаза буквально прожигали девушку.

Ева не заплакала и никак не отреагировала на удар. Она лишь еще сильнее сжала кулаки.

— Не вынуждай меня применять насилие, Ева. Ты знаешь, что я не люблю это делать.

— Конечно не любите. Вам ведь потом снова придется натирать руки кремом. — язвительно пробурчала девушка и тут же раздался очередной удар.

— Пройдите в дом — проходя мимо по коридору сказал бородатый мужчина — Лиза, занимайся воспитанием дочери внутри. Я не хочу потом видеть осуждающие взгляды соседей — с этими словами мужчина вышел из дома, сел в одну из машин на парковке, и уехал.

— Ева. Идем. — С этими словами женщина прошла внутрь. В глазах Евы тут же блеснула надежда. Девушка развернулась и побежала прочь, стараясь как можно быстрее достичь ворот. На ходу она снимала с себя рюкзак, но тут на ее пути возник дворецкий.

— Леди Кошкина, вернитесь, пожалуйста в...

— Лови! — Ева швырнула в мужчину рюкзак и продолжила бежать. Тот растерялся и просто поймал его.

Когда оставалось всего несколько шагов, двери ворот закрылись. Стена ограждения была высокой, а на ней находились шпили, усыпанные острыми шипами.

Ева обернулась и увидела, как дворецкий передает ее дневник матери. В ее глазах отразился ужас и она, забежав на одно из рядом стоящих деревьев, прыгнула на стену. Девушке удалось зацепиться руками за край стены. Она поморщилась от боли. Но несмотря на протыкающие ладони шипы, Ева подтянулась и перепрыгнула стену, приземлившись на все четыре конечности.

Снова сморщившись от боли, она поднялась и побежала прочь.

Наступили сумерки. Ева бесцельно брела по парковой дорожке, пиная смятую банку из под газировки.

Наконец, ей это надоело и она села на лавочку, уронив голову на ладони.

— Привет! Что-то случилось? — прозвучал слева от нее только поломавшийся мальчишеский голос. Ева ничего не ответила.

— Мой отец говорит, что если мы попадаем в неприятности, то всегда есть выход. Нужно... просто его увидеть.

— Значит твой папа тупой — пробурчала девушка не поднимая головы.

— Нет, он очень умный. — нисколько не обидевшись на ее слова ответил парень. — он профессор.

Еву удивила такая реакция и она подняла глаза. Перед ней находился парень примерного одного с ней возраста. У него были серо-голубые грустные глаза, а на голове копна платиновых волос. Он был одет в старую потертую одежду, которая выглядела на пару размеров больше, чем нужно.

— У меня есть парень — солгала Ева, чтобы побыстрее отделаться от надоедливого собеседника.

— Это хорошо. А у меня вот нет девушки — ответил с широкой улыбкой он.

— "Он издевается?" — подумала Ева, а вслух сказала — Что ж, сочувствую. Здесь ты ее не найдешь.

— Но я не ищу девушку. — после небольшого замешательства ответил он — отец говорит, что девушкам надо дарить подарки. А у меня нет денег.

— "Да что с ним не так?" — Еву сбивала с толку его прямолинейность и непринужденность, с которой он это говорил. — Что ты тогда хочешь от меня?

— Я увидел, что тебе грустно и захотел помочь

— Никто не сможет мне помочь.

Парень немного задумался, а потом сказал:

— Я могу побить того, кто тебя обидел.

Ева хмыкнула.

— Маму не побьешь. — парень тут же погрустнел и после небольшой паузы сказал. — Я уверен, что она тебя любит. Просто не знает как показать это. Моя мама бы меня любила.

— Если бы любила, она бы тебя не бросила.

— Она не бросала, просто... Она умерла. От рака... Но отец говорит, что она любила меня, когда я был маленький. Хотя я этого не помню. Мы верим, что она сейчас вместе с Богиней на небесах.

Ева почувствовала себя виноватой.

— Извини, я не хотела.

— Да все в порядке. Ты же не знала этого. — парень снова улыбнулся широкой улыбкой. — меня, кстати, зовут Илья. А тебя?

— Ева. — девушка пожала ему руку и его рукопожатие на удивление оказалось сильным.

Хоть он и не выглядел красавчиком, его доброта и наивность ощущались глотком свежего воздуха среди ежедневного пафоса, кучи правил этикета и холодности, с которой общались с ней родители и работники особняка.

Он не пытался получить ее расположение и выгоду от общения, как это делали парни и девушки в школе, пытавшиеся подружиться с ней.

Он просто был собой.

В этот момент Ева поняла, что, кажется, влюбилась.

— После того разговора с Кошкиной над Денисом стали издеваться еще больше. Он ничего не говорит и не делает в ответ. Просто молчит. Но... Если начинают приставать ко мне, он защищает меня и каждый раз его бьют. Как-то раз его ударили так, что он упал со стула и ударился головой о заднюю парту. Он просто молча встал и сел за свое место так, будто только что ничего не произошло...

С началом нового учебного года, Кира попросила перевести ее в класс, в котором учится Денис. Так она чувствовала себя спокойнее, но, похоже, для самого Дениса все стало только хуже.

Кира чувствовала себя виноватой в том, что Денис почти каждый день ходит побитый. Каждый день кто-то обязательно жестоко шутит над ним или бьет. Иногда начинали дразнить Киру, чтобы злить Дениса и потом смеялись над его реакцией. Часто звучали пошлые шутки в их адрес с Кирой.

Но она единственная с кем он сейчас разговаривает. Если не считать моментов, когда он защищает ее.

До этого происшествия, она часто видела на переменах, что Денис с кем-то общался, кому-то помогал. Сейчас же все стало иначе.

Кира чувствовала, что должна что-то сделать, но не знала что. Они не общались за пределами школы, а ей не хватало смелости предложить хотя бы ходить вместе в школу и домой.

Кира положила голову на руки, повернувшись к Денису. Он во что-то играл на телефоне.

— Денис...

— М?

— Ты не жалеешь, что решил тогда высказать все это Кошкиной?

— Нет, конечно — парень улыбнулся. — я сам хотел это сделать и мне почти удалось добиться того, чтобы от тебя отстали.

— Может... Может я могу что-то сделать для тебя?.. — неуверенно спросила она — Что угодно.

— Не пытайся больше шагать с крыши — усмехнулся он.

Кира улыбнулась.

— Обещаю, что больше не буду.

— Умница.

Кира залилась краской и спрятала лицо в руки, чтобы парень этого не заметил.

— Ты хороший — гулко проговорила она, все еще уткнувшись носом в руки.

Повисло молчание. Кира повернулась к парню.

— Денис...

— М?

— А ты не перестанешь со мной дружить после того, как школа закончится?

— А как ты хочешь?

— Я хочу за тебя замуж — подумала Кира и снова покраснела.

С ранних лет Вика поняла, что не была долгожданным ребенком в семье. Отец все ее детство твердил о том, что хотел мальчика и чтобы его звали Виктор. А родилась она — Вика.

Мама, конечно, любила ее гораздо больше, чем папа и всегда защищала, если Вика чем-то провинилась. Вообще, она была очень любознательным ребенком и всегда задавала очень много вопросов. Отец лишь отмахивался от нее, а мама говорила, что девочке не нужно так много знать, потому что мальчики не любят умных девочек.

— Мне не нужны мальчики! Я вырасту, стану такая же красивая как ты и папа полюбит меня! — каждый раз отвечала девочка, а мама только смеялась, а вечером долго о чем-то разговаривала с папой.

Обычно на следующий день он не был таким грубым и иногда приносил Вике что-то вкусное.

— Вика, мы с папой хотим завести тебе братика. Ты будешь с ним играть? — однажды сказала мама, после долгого разговора с папой. Вика только испуганно посмотрела на мать и расплакалась. Она знала, что если родится братик, то папа точно ее никогда не полюбит. Мама обняла девочку и больше никогда об этом с ней не говорила. Братик не появился.

Иногда ей казалось, что после того разговора с мамой папа стал не любить ее еще больше.

Вика росла, длинные рыжие волосы, большие пышные ресницы и изумрудно-зеленые глаза стали точь-в-точь как у мамы, но папа, почему-то, все равно не любил ее.

Она часто рассматривала себя в зеркале и понимала, что ей не сравниться со стройной мамой. У Вики короткие и толстые ноги, слишком курносый нос, писклявый голос и огромные уши. Одним словом — уродина.

Тогда Вика поняла, что, наверное, она не такая красивая как мама и, наконец, смирилась с этим.