Приключения Ширли Холлс и кока Вакса, Расследование с одним хвостом

Доброе утро, мисс Холлс! Вам телеграмма.
___________
РАНДОМ СИТИ ТЕЛЕГРАМ СЕРВИС

Адрес: улица Пекарей 222-А.

Мисс Ш. Холлс

~~

“Ширли, прошу, не лезь в это.” М. Холлс
~~
Мисс Холлс покрутила в руке телеграмму, обдумывая текст послания. Корреспонденция день ото дня становилась всё интереснее. Вчера вечером посыльный доставил в её дом письмо для Великого князя Цыбирского, сегодня утром — вот это. А день только начался, ещё даже газеты не было, что странно, обычно рандомский вестник к этому времени уже был у порога. Ширли вернулась к входной двери, открыла её, но только чтобы убедиться, что курносый мальчишка почтарь на велосипеде сегодня запаздывал. Кицунэ хмыкнула, разогнала разжигающие азарт мураши под лопаткой и поспешила обратно в дом.
Не лезть в Это… Она бы с удовольствием ослушалась или прислушалась, если бы поняла, о чём речь. Дело было в письме, доставленном вчера, или полковник Холлс узнал о договорённости Ширли и Грегории по работе консультантом короны в разных щепетильных делах? Ясности не было, как и в вопросе того, что стоит предпринять прямо сейчас. Дождаться семейного ужина в поместье полковника в выходные или незамедлительно отправить ему встречную телеграмму? Кицунэ снова задвигала плечами, разгоняя мурашки. Будь она сейчас в лисьем облике, то от нетерпения непременно почесала бы ухо и постучала хвостом об пол. В прежние времена даже двумя, но реальность была жестока. Хвост у неё остался только один. Впрочем, жизнь друга стоила такой жертвы. Хвост не голова — отрастёт, да и потом, у Ширли же есть в запасе кое-что ещё, кое-кто, если точнее. Мисс Холлс, ободряя себя, тряхнула головой и направилась в кухню. Стоило кицунэ отойти от двери, как на улицу Пекарей выехал велосипед мальчишки, доставляющего почту по утрам. Сегодня главный городской вестник действительно вышел позже из-за экстраординарного события. Свежий выпуск газеты запаздывал, по той причине, что его перепечатывали дважды. А всё из-за редактора. 
Когда велосипед поравнялся с домом 222-А, курносый мальчишка достал из корзины ещё влажный номер газеты, свёрнутый в трубку, и с силой запустил им в дверь. От удара свёрток раскрылся, обнажив равнодушной к печатным новостям улице заголовок первой полосы: “Жестоко убит самый честный журналист Рандома…”.
Мисс Холлс тихонько зашла на кухню, где, против обыкновения, не суетился Жозе. Мужчина в неизменном тельнике и таком же потёртом военном берете сидел за столом, задумчиво постукивая пальцами по деревянной столешнице. Спинку занятого коком стула украшала старая моряцкая тужурка. Несмотря на недавно обновлённый гардероб, Жозе продолжал носить привычные старые вещи, чтобы облегчить непростой после десятка лет, проведённых на корабле, переход к жизни на суше. Он не изменял морскому дресс-коду даже на кухне, на его любимой кухне. На столе дымился напиток приятного шоколадного цвета, от которого тянулся тонкий ореховый аромат. Ширли поводила носом, учуяв нотки прелой листвы, жженого дерева и чего-то незнакомого.

Несмотря на приятные запахи, атмосфера на кухне была несколько тягостной. Её бы с лёгкостью разметала хвостом проказливая огнелиска, постоянно выпрашивающая у Вакса очередной кусок сушеного яблочка, но увы.  Питомица, не отличавшаяся хорошим воспитанием, в настоящее время гостила сейчас в королевском дворце под присмотром компаньонки мисс Холлс Патриции Хапсон. Ширли не сомневалась, что терпения венценосной особы не хватит надолго и полосатохвостую Коричку в скором времени вернут в дом на улице Пекарей 222-А.
Кицунэ мысленно поводила усами прикидывая, успеет ли к тому времени найти разгадку тайны, которую подкинул ей Майкрофт Холлс. В сознании снова всплыли слова: “Ширли, прошу, не лезь в это.” Полковник редко просил, обычно просто приказывал или просто ставил в известность. Неизвестность интриговала кицунэ всё больше и больше, будь она сейчас лисой, то по обыкновению постучала бы по полу хвостом от нетерпения. 
Вакса, которого Ширли хотела привлечь к размышлению над версиями происходящего, оказался погружён в какие-то вязкие раздумья. Мисс Холлс прежде не видела таким всегда собранного и готового выполнять любые поручения Жозе. 

Коричка. Огнелиска с острова Коххайду.

— Светлого утра, Жозе, — протянула Ширли, озадаченная тем, как складывается утро.
— Ясного утра, мисс, — помощник выбрался из своих размышлений и поднялся со стула.
— Я могу рассчитывать на чашку кофе по вашему фирменному рецепту?
— Конечно, мисс.
Мужчина кивнул самому себе и охотно погрузился в процесс приготовления утреннего кофе для хозяйки дома. Ширли как обычно с интересом наблюдала за действиями своего помощника. Ей нравилось его присутствие в доме и то, что он делает с кухней и на кухне.

Жозе Вакса возится на кухне
Кицунэ не сомневалась, что Патриция тоже оценит старания и умения Вакса по достоинству, когда закончатся её каникулы во дворце. Миссис Хапсон любила свой дом, и, без сомнений, она не сможет остаться равнодушной, к тому, что на кухне снова витают восхитительные ароматы, а посуда стреляет лучиками самодовольства, отражая утренний свет от начищенных боков. 

Патриция Хапсон, известная пороком покуривать шалфей в целях защиты от злых духов.

Помешать планам подружить, наконец-то, компаньонку и помощника могло только пристрастие Патриции, с которым мисс Холлс боролась по мере сил. Последнее время дела шли хорошо до тех пор, пока не случилась вся эта история с поисками Ночного Рвача и виновных за появление в городе проклятого корабля с бесследно пропавшей командой. Проницательная Ширли с самого начала заподозрила, что два этих дела связаны, но в реальности всё оказалось совсем не так, как могла предположить кицунэ. Под ударом из-за этой истории оказалась не только своенравная миссис Хапсон, но и другие близкие для мисс Холлс люди. Хорошо, что теперь всё позади. А Патриция непременно и в этот раз справится со своей зависимостью к раскуриванию шалфея в доме, тем более, если Вакса и дальше будет также успешно экспериментировать с кулинарными рецептами, как он это делал до сего дня. Хорошая еда творит чудеса не только на уровне тела, но и духа. Наверняка, даже его кокодрища окажется намного вкуснее привычного гретанского какао, слегка отдающего гарью. Обычные люди этого, конечно, не чувствовали, но нос кицунэ всегда подсказывал, если поблизости появлялись пережаренные зёрна кофе или какао. Ширли отвлеклась от размышлений, когда Жозе аккуратно поставил перед ней чашку свежесваренного напитка, по поверхности которого жирным пятном расползался кусочек сливочного масла. 

Аромат был превосходен. Никаких посторонних запахов. Жозе не нужны были идеальные условия и лучшие ингредиенты, чтобы приготовить исключительное блюдо или напиток. Без сомнений, применение талантам Вакса нашлось бы даже на королевской кухне. Но Ширли не готова была отдавать недавно обретённого помощника никому, даже собственной крёстной матери. Может быть, в будущем, когда Вакса освоится в Рандоме и сам решит открыть кафэтэрию или наняться на службу к кому-то из высшего света, может быть, тогда кицунэ и согласиться на его уход. Но сегодня мисс Холлс лишь хитро улыбнулась, предвкушая знакомый вкус уже полюбившегося ей напитка.

— Благодарю, — кивнула помощнику Ширли, с удовольствием принюхиваясь к кофе.

— К вашим услугам, — шутливо ответил Жозе, церемониально козырнув, преподнеся к берету сложенные вместе средний и указательный пальцы.

— Вакса, — обратилась мисс Холлс, делая мелкий глоток из чашки, — если или когда захотите об этом поговорить, — кицунэ кивнула на карман потёртой моряцкой тужурки, в которой сейчас лежало письмо для князя Ваксахова, —  я тоже к вашим услугам.

— Да, мисс, благодарю, — отстранённо ответил Жозе.  

Ширли сделала ещё один глоток крепкого кофе с маслянистой плёнкой на поверхности, после чего повела лопатками. Сейчас кицунэ немного отпустила контроль над телом, позволив своему потустороннему нюху стать сильнее. Тени в комнате сгустились, словно кто-то с широкой спиной встал перед окном из которого лился яркий утренний свет. На тёмном фоне проявились тонкие цветные ниточки чужих эмоций. Они тянулись по всему помещению. Красные, синие, оранжевые, словно ленты, выброшенные из рук танцующей циркачки. Мисс Холлс наклонила голову, чтобы лучше рассмотреть узоры, в которые сплетались цветные нити. Чем внимательнее она смотрела, тем дальше оказывался от неё мир, в котором существовала чашка превосходного кофе и помощник, расчёсывающий нестерпимо зудящую грудь.

— Мисс Холлс! — не выдержал Жозе и криком выдернул хозяйку дома обратно в реальность.

— А? —  встряхнула головой Ширли.

— Ещё кофе? — прохладным тоном предложил Вакса, потряхивая кофейником.

— Прелюбопытно, —  прошуршала себе под нос кицунэ, машинально заглядывая в чашку, чтобы проверить, не требуется ли действительно наполнить её чем-нибудь подходящим.

Это был тот случай, когда в отношении стакана можно было делать предположения наполовину пуст он или же полон. Но Ширли опомнилась и осознала, что предложение Вакса было вежливым предлогом, чтобы отвлечь её от изучения его эмоций в пространстве между мирами. Лишившись второго хвоста кицунэ действительно утратила частицу лисьей, а заодно и человеческой мудрости. Поддавшись всепоглощающему животному интересу, Ширли на мгновение забыла, что Жозе способен чувствовать её магию. Нехорошо получилось, нехорошо. И как это назвать? Сначала благородным жестом обозначила, что не полезет в его дела, но в следующий же момент бесцеремонно полезла. Вакса, на сколько Ширли успела его изучить, и виду не подаст, но для самой мисс Холлс ситуация была неприятной.

— Простите, мой друг, задумалась, —  она впервые обратилась к помощнику, намекая на близкие отношения, отчего тот замялся.

— Ещё кофе? — ухватился за недавнее предложение Жозе, словно за поплавок, который не даст ему уйти под воду растерянности с головой.

— А что у нас на завтрак? — поинтересовалась Ширли, отставив чашку от кофейника так далеко, чтобы было понятно, что с напитком покончено.

— М, яйца, сыр, тосты, масло, джем. Мне потребуется четверть часа, чтобы накрыть на стол, — Вакса выглядел растерянным, когда осознал, что процесс разглядывания письма настолько поглотил его утром, что завтрак ушёл на второй план и всё ещё пребывал в сыром состоянии.

— Не трудитесь, — снисходительно улыбнулась мисс Холлс, — у меня появилось непреодолимое желание прогуляться на площадь в кафэтэрию Жульона Бульона и отведать свежей выпечки. Слышала его круассаны с шоколадом и лимонным джемом в утренние часы чудо как хороши. Я была бы благодарна, если бы вы составили мне компанию, Жозе.

Круассаны с шоколадом и лимонным джемом от Жульона Бульона
— Да, мисс, —  моментально отозвался помощник, с трудом скрывая улыбку, которая бесцеремонно заняла большую часть его лица.

— В таком случае жду вас через четверть часа в холле и захватите зонт, мне кажется, он нам сегодня может пригодиться, —  с этими словами, довольная собственной находчивостью, Ширли поспешила покинуть кухню. 

По дороге в спальню мисс Холлс снова вспомнила об утренней телеграмме. Текст был более чем лаконичен: “...прошу, не лезь в это”, Майкрофт такой Майкрофт. Кицунэ чуть не споткнулась о ступеньку лестницы, вспоминай о семейном обеде в выходные. А что если у неё не получится то самое “не лезь”? Томас по-прежнему не в форме, пусть уже и сбежал из госпиталя в свою небольшую квартирку неподалёку от Гарда. Но найдёт ли Крексон силы, чтобы явиться на ежемесячный семейный обед? Если нет, то кто прикроет Ширли от отца, велевшего не ввязываться в очередную авантюру. Не брать же с собой Вакса. 

А хотя, почему нет?  Ширли, наконец, осилила последнюю ступень лестницы и остановилась на площадке второго этажа. Похоже, она взяла слишком скорый темп в приступе задумчивости или это снова сказывалось отсутствие второго хвоста? С тех пор как кицунэ отдала одну из своих лисьих жизней Томасу Крексону, она день за днём ловила отголоски ощущения, что ей чего-то не хватает. Скорости, мудрости, выдержки, способности управляться с огнём без прикосновений… Быстро вернуть привычное двухвостое состояние помогло бы убийство врага в честной схватке. Да где же взять в Рандоме лису, да ещё такую, что было бы не жалко отправить к праматери? Нет, новый хвост придётся зарабатывать хитростью, выносливостью и умом. По всей видимости, Майкрофту в ближайшее время всё же придётся не раз отчитывать дочь за то, что она лезет в опасные авантюры. Начать можно было бы с письма Вакса, которое попахивало тайнами, неприятностями и даже опасностью. От воспоминаний по спине Ширли снова побежали мурашки. Нет, она обещала Жозе, что подождёт, и она сдержит слово. Не те сейчас обстоятельства, чтобы потерять ещё один хвост, пусть даже и метафорический. 

Отдышавшись, кицунэ поспешила в комнату, чтобы облачиться в подобающий добропорядочной гретанском даме наряд. И пусть кицунэ не любила шляпок, узких юбок в пол и блуз, завязанных под горло широкой лентой, выходя на улицу, она одевалась именно так. Было ли это бессмысленно с учётом особенностей её внешности? И да и нет. С точки зрения того, что не все прохожие заглядывают лица разгуливающих по площади дам — да. С точки зрения природных особенностей внешности Ширли — нет. Но мало кто из прохожих догадывался, что мисс Холлс могла бы придать своему лицу любые черты, но сознательно выбрала оставаться при своих. Пусть даже раскосые глаза и чёрные волосы выглядели вызывающе на улицах Рандома. Даже в комплекте с безупречным нарядом гретанкой дам или, наоборот, именно в таком сочетании. Но кем будет кицунэ, меняющая лица как перчатки только по одной своей прихоти? Беспринципной кумихо — лисой, не знающей ни чести, ни преданности, ни милосердия! А Ширли — кицунэ, и не абы какая, а цепная лиса королевы! И пусть об этом знает едва ли с десяток человек, положение обязывает соответствовать. Ширли поморщилась от воспоминаний о кумихо, поплывших из глубины её личной истории. Всё это стоило оставить где-то под камнем в самом дальнем лесу. Да, стоило бы.

Сборы были окончены. Мисс Холлс оглядела себя в зеркало и вдруг сама от себя не ожидая сменила лицо. Из зеркала на неё теперь смотрела молодая розовощёкая девушка с живым, но немного наивным взглядом.
Ширли отметила про себя, что Клое очень идёт такой стиль одежды, и надо бы сделать ей соответствующий подарок, когда приходящая помощница вернётся из отпуска. Не удивительно, что для смены внешности кицунэ использовала хорошо знакомое лицо. Верфоксы так обычно и делали. Но хищные лисы-оборотни, предварительно хорошо изучив донора, по возможности убивали его, чтобы не путал игру. Кумихо присваивали чужие личности, имущество, жизни. Им не нужны были свидетели их преступлений. Кумихо, но не кицунэ. Когда Ширли вспомнила об этом, лицо в отражении зеркала вмиг стало прежним.  Никаких больше экспериментов даже в шутку, никаких больше воспоминаний о прошлой жизни. Она кицунэ, не кумихо и предана своей крёстной матери, а лисы её рода даже перед угрозой опасности не прячут своё истинное лицо.

Фыркнув и стряхнув с себя непрошеные воспоминания о жизни на острове Коххайду в далёком прошлом, Ширли покрутилась у зеркала, проверив как сидит одежда. Всё ожидаемо было прекрасно. Захватив шляпку, купленную на днях в салоне мадам Ниппл, мисс Холлс поспешила в холл. Там, изучающе глядя на остроконечный зонт с удобной выгнутой ручкой, уже топтался на месте Жозе Вакса.
~~~

А вы уже подписаны на автора? Нет?

Утро было светлейшим лишь на словах, и когда Вакса вышел на улицу, то сразу понял, почему мисс Холл попросила его взять с собой зонт. По небу плыли тёмные облака, и даже просветы между ними были недостаточно ясными, чтобы считать их пятнами света в прямом смысле. На плечи наваливался холодный воздух и наталкивал на мысль, что зима придёт в Рандом даже раньше, чем это запланировано в календаре. Вакса с сожалением подумал о розах, которые были высажены перед домом на улице Пекарей 222-А. Ещё не скоро они снова смогут зацвести, и всласть насладиться тёплой погодой. Сейчас от них остались только унылые серые палки, едва ли напоминающей о величие былых времён. А он так бы хотел полюбоваться их цветением, насладиться ароматом, может быть даже сварить варенье. Он когда-то слышал о таком десерте, хотя и не знал пока всех тонкостей его приготовления. Придёт время — узнает.

Вакса обязательно сварит розовое варенье, когда-нибудь...

А пока Жозе снова взглянул на небо. Отчего-то ему казалось, что тучи, кучно уплотняющиеся над головой рандомцев, принесут в город даже не дождь, а снег. Странные ощущения и эмоции возникали оттого, что погода вообще может быть такой холодной. Жозе не видел снега десять лет. Всё то время, что они с командой "Эдо" бороздили морские просторы, зимние переходы приходились на водную гладь южных широт. Если хорошенько подумать, то Вакса уже даже не помнил, когда по-настоящему праздновал Крабждество, а между тем, в Рандоме уже появились первые признаки того, что жители начали подготовку к любимому празднику.

Тучи на небе сгущались. Но пока они всё ещё напоминали акварели в бледно-синих тонах. И Ширли, и Жозе не чувствовали приближающейся грозы, лишь перцовую сырость воздуха, предупреждающую о надвигающихся холодах. Мисс Холлс с любопытством скользила взглядом по улице. Ей очень хотелось бы знать, во что Майкрофт просил её не ввязываться. Именно поэтому Ширли предложила помощнику прогуляться. В глубине души кицунэ понимала, что если в городе произошло какое-то громкое событие, то улицы Рандома первые не смогут об этом умолчать. Но пока всё было тихо. Они шли с Вакса словно пара достопочтенных горожан: отставной военный в новенькой форменной шинели и образцово одетая гретанка. Плотная вуаль на шляпке дамы не позволяла распознать черты её лица даже тем, кто этого очень бы хотел. Но в сопровождении помощник, Ширли вызывала у прохожих куда меньше интереса, чем обычно. Некоторые встречные мужчины только и делали, что приподнимали шляпы или котелки. Несомненно, эти знаки внимания были адресованы Жозе, а точнее, его шинели и берету, кое-кто даже отдавал честь. Гуляя в одиночестве, Ширли редко удостаивалась каких-либо общепринятых жестов почтения даже от женщин. Ощущения были прелюбопытные. Может, и раньше стоило прогуливаться днём к компании мужчины, например, Крексона. Ширли фыркнула себе под нос. И что за бредовые идеи посещают её с самого утра? Виной тому странная телеграмма или компания Жозе? Он стал как-то меняться в последнее время.

Задумчивая мисс Холлс и её помощник шли в сторону площади, где разный люд торговал множеством разнообразных товаров. Если вам нужна была свежая рыба, зелень, сыр или даже табак и другие колониальные товары, то лучшее предложение на условиях разумного торга можно было найти именно на площади. Единственным исключением до недавнего времени были куры и яйца. Нет, их тоже можно было купить на площади, но не всегда лучшего качества. То одно-два тухлых яйца попадётся на десяток, то заезжий торговец под видом молодки попытается всучить неопытной девчонке столетнего петуха. Хозяйки из округи, когда им нужен был десяток утренних яиц или курочка, ещё до недавнего времени ходили в дом на Портовой улице к Мьорде. Теперь стараниями мисс Холлс и кока Вакса эта лавочка была прикрыта. Мысли о недавних приключениях пронеслись галопом в сознании мисс Холлс, когда кицунэ и её помощник прошли мимо поворота на Портовую улицу. Она так и не попробовала суп-лапшу руман в исполнении Вакса, и ей стало на миг любопытно, где теперь можно достать в городе курочку с пёстрым хвостом.

По мере приближения к площади уличный воздух начал наполняться живыми ароматами. Среди этой мелодии были и тонкие нотки запаха свежей выпечки, доносившиеся из пекарни Жульона Бульона и густой дух рыбьих потрохов, приносимых от торговых точек множества мелких лоточников. Жозе с наслаждением вдохнул пёстрый парфюм торговой площади, который напомнил ему о прежних временах. "Эдо", на котором Вакса с десяток лет ходил коком, нередко причаливал в мелких портах, чтобы оставить один груз и взять другой. Запах выпечки, нечистот, рыбьих потрохов и моря в той или иной композиции присутствовал там всегда. Чем глубже Вакса тогда забредал по улочкам портового города, тем меньше оставалось в воздухе духа моря и сильнее чувствовался дух, присущий людской  жизни. Для того, чья жизнь проходит преимущественно на судне — это были упоительные ароматы другой жизни. И сейчас, чувствуя соседство рыбной лавки и пекарни в отдалении Портового района, Жозе чувствовал знакомое приятное бурление крови. 

Дорога к торговой площади Рандома в ясный день
Небо всё ещё было неопределённо серым. Заплатки более насыщенных цветов на нём становились более заметными, но всё ещё были недостаточно тёмными, чтобы искать укрытие от дождя. Мисс Холлс и её помощник почти всю дорогу шли на площадь молча. Каждый думал о чём-то своём. Несмотря на молчание они, тем не менее общались. Улыбались друг другу, обменивались взглядами. И Ширли, и Жозе были готовы в любой момент начать диалог, но отчего-то этого не происходило. Они уже почти добрались до площади, когда произошли первые важные перемены в ритме их неспешной прогулки. Сперва мимо проскользнул оборванец, которого можно было бы принять за одного из “щенков” мисс Холлс, которые время от времени за монету таскали ей сведения с улиц. Но ни Ширли, ни Жозе даже при старании не смогли бы узнать того, кто прошмыгнул с ними рядом. Парень был стремительнее молнии. За ним бежал молодой помощник лавочника, судя по его серому фартуку, надетому поверх костюма. О принадлежности к опознанной профессии говорили твидовые бриджи в клетку и жилет из такой же ткани, надетый на рубашку бежевого цвета с крепко накрахмаленным воротником. Впрочем, это мог быть и не помощник, а сам лавочник, но на кого бы он тогда оставил своё заведение?

Мисс Холлс и её помощник одновременно повернули головы, чтобы проводить взглядом марафонцев, один из которых более грязный и молодой, сохранял преимущество в дистанции. Ширли пожала плечами, демонстрируя отсутствие какого-либо интереса к происшествию. Восприняв это как негласное распоряжение, Вакса продолжил путь. В свободной руке помощник мисс Холлс держал зонт, который по-прежнему мог бы ему пригодиться. Но дождь так и не начинался. Отчего-то Вакса был уверен, что тучи, сгущающиеся над городом, всё же принесли в Рандом снег. Разумных объяснений этому не было, просто Предчувствие. К последнему Жозе пока не готов был прислушаться. Одно дело, когда тело подсказывало ему, что в ближайшие сутки на море разразится шторм, а другое — неопределённое вот это. Возможно, на суше было слишком много разных опасностей, которые пыталось предсказать чутьё Вакса, заточенное под жизнь моряка. С другой стороны, Жозе понимал, что на его Предчувствие могло повлиять проклятие Мора, которое полностью так и не удалось снять. Нельзя было исключать и что возможны последствия от жизни в одном доме с мисс Холлс. Шутка ли, целая кицунэ. Не исключено, что миссис Хапсон до встречи с ней была милейшей старушкой в здравом уме…

Следующей странностью, которая поджидала Холлс и Вакса, было место недавнего пожара. Почти не тронутая, в отличие от фасада и окон, вывеска гласила: “Аптеция Черешневского”. Мисс Холлс недовольно хмыкнула, когда они с Жозе проходили мимо. Вакса покатал по закоулкам памяти увиденную фамилию. Кажется, он что-то слышал про этого аптецеря, но что и где, так и осталось для мужчины загадкой. Мисс Холлс остановилась. Она сделала это так неожиданность, что Жозе чуть не споткнулся. Дело в том, что Вакса и не заметил, что какое-то время они с кицунэ шли под руку. Не то чтобы он был против, но именно данное обстоятельство чуть не привело к его позорному падению. Когда мисс успела взять его в оборот? Пожалуй, ему следовало больше внимания уделять дороге и меньше — воспоминаниям.

Между тем Ширли с живым интересом разглядывала чёрные глазницы окон погорелой аптеции. Возможно, это именно оно? То самое, куда не стоит лезть? Поддавшись соблазну, кицунэ принюхалась, но сразу сморщила свой милый носик. Пахло гарью. Нет. Гарью нещадно воняло. Ни одной ноты, ни одной краски, сплошная чернота и сажа. Ширли поспешила ограничить собственную чувствительность к запахам и почти побежала вперёд, увлекая за собой помощника. Очевидным было, что аптеция Черешневского сгорела. Локально, не затронув ближайшие постройки. Это было странно. Словно внутри случился контролируемый пожар, целью которого было выжечь всё внутри, минимально повредив здание. Неудачный эксперимент с новым составом мази от геморроя? Возможно, но вызывает сомнения. Мурашки снова побежали по спине мисс Холлс. Вдруг это оно?! 

Почувствовав, что цель её визита на площадь может быть выполнена, Ширли поймала волну приятной эйфории. На радостях она практически втащила Вакса в новенькую кафэтэрию Жульона Бульона в самом центре площади, которая официально и была причиной их прогулки. Жозе был утрачен для общества на добрую четверть часа. Словно маленький мальчик, попавший в магазин с яркими игрушками, он прилип к витрине с корзинами свежей выпечки. Стоит ли упоминать, что запах внутри кафэтэрии стоял умопомрачительный. Кофе, ваниль, корица, кардамон, лимон, ягоды, шоколад и заварной крем исполняли свои сольные партии, сливаясь в оглушительный оркестр. Вакса, казалось, почти танцует, а Ширли почувствовала, что ей становится дурно. Сначала она получила по носу шлепком всепоглощающей гари, а теперь кулаком запахов сдобной выпечки. В какой-то момент кицунэ почувствовала, что теряет контроль над телом, и из-под верхней губы вот-вот вылезут клыки. Не тратя больше ни секунды, мисс Холлс, слегка покачиваясь, вышла на воздух. Несмотря на холодную погоду, на улице рядом с кафэтэрией стояли столики, до сих пор пользующиеся популярностью у горожан. Заметив, что в отдалении есть свободное местечко, Ширли поспешила его занять. Столик был настолько маленький, что его едва ли хватало, чтобы поставить две чашки кофе, или одну чашку и тарелочку с круассаном. Однако же стульев к нему было приписано два. Ширли присела и отдышалась. Ей повезло, что ветер сегодня дул в сторону Портового района, унося прочь какофонию сладких запахов. Нет, полностью избежать преследования ароматами пекарни не удалось, но на улице их хотя бы можно было терпеть. К чести Вакса, попавшего в чёрную дыру своих неуёмных кулинарных фантазий, он почти сразу вышел за мисс Холлс. Помощник проследовал за кицунэ до столика, и только когда она уселась, переведя дыхание, решился на расспросы. 

 — Что-то не так, мисс? — в его голосе сквозило беспокойство и  неверие.

— Нет, Жозе, — успокоила помощника Ширли, попутно отфыркиваясь от слишком плотных запахов.

— Давайте уйдём, — предложил проницательный Вакса, разочарованно.

— Ммм, нет-нет, Жозе. Давайте лучше сделаем так. Вы пойдёте обратно и возьмёте “с собой” круассаны с лимоном и шоколадом и что-нибудь ещё на свой вкус. Погода портится, и нам всё равно не удалось бы насладиться выпечкой тут. Перенесём завтрак гурманов на дом. Раз уж мы пришли за круассанами, мы уйдём отсюда только с ними! — почти лозунгом закончила своё предложение кицунэ.

— Да, мисс, — улыбнулся Вакса и отправился выполнять распоряжение, рассчитывая успеть взять помимо круассанов профитроли в форме лисьих хвостов с начинкой из лесных орехов, малины и заварного крема.

Ширли сидела за миниатюрным столиком в ожидании Вакса и наблюдала за жизнью площади. Мимо проехала телега, гружёная конским навозом, перебивая аромат пекарни пряным духом некоторых сторон лошадиной жизни. А вот прошёл лоточник с пирожками, и с ненавистью глянул на окна заведения Жульона Бульона. Наконец-то показался и мальчишка с листками, что-то голосящий на другом конце площади. Ширли вспомнила, что так и не прочла утреннюю газету, и напрягла свой потусторонний слух.

Мальчишка кричал: “Жестоко убит журналист, все подробности в нашем листке ”, “Воняйлз Джонс больше не напишет ни строчки…”.

Мисс Холлс напряглась. Аптецер? Да кому он нужен!
~~
Что же там всё-таки случилось с зонтом? Ответ близко.

Редактор Рандом Таймс убит. Да тут дело поважнее, чем горелая аптеция. Или это снова не оно? Кицунэ нуждалась в подробностях, её нос задёргался от нетерпения. Не дожидаясь Вакса, Ширли подскочила со стула и поспешила к пацану с листками, пока тот не скрылся из виду. Азарт гнал кицунэ прямиком через ручей толпы в центре площади. Если бы не эти городские правила, что она себе придумала и всегда соблюдала, то можно было бы перекинуться в лису и оказаться на другом краю площади в два прыжка. Но потом пришлось бы разбираться с последствиями. Люди ведь при виде даже мнимой опасности становятся очень пугливыми, а после злыми. Последнее, впрочем, почти всегда было разлито в воздухе при большом скоплении людей. Оттого кицунэ и не любила столпотворений.

Пацан с листками по-прежнему драл горло, но стремительно отдалялся от Ширли. Ничего не видя и не слыша, мисс Холлс неслась сквозь толпу, не обращая внимания на прохожих, которых задевала. Она наконец-то добралась до парнишки. Выудив из кармана пальто мелкую монетку, Ширли заполучила вожделенный листок. Цепкий взгляд быстро побежал по строчкам. “Возмутительно”, бла-бла-бла, “невосполнимая утрата”, бла-бла-бла, “Рандом Таймс осиротел”, бла-бла-бла, “это жестокое убийство” бла-бла-бла “брошены лучшие силы Котланд Гарда ”. Читая газету, Ширли медленно пошла в обратную сторону. Кицунэ возвращалась к кафэтэрии Жульона Бульона, где оставила Вакса,  не разбирая дороги. В голове крутилось: “это оно!”, “это точно оно!”. Мураши бегали под платьем, словно электрические разряды, на непроявленном в этом слое мира бело-серебристом лисьем меху. Деталей о душегубстве журналиста в листке было не так много, но леди-детектив зрительно вгрызалась в каждое слово. Неожиданно кто-то сильно дёрнул мисс Холлс за руку.

— Стой, курва! — загрохотал рядом с ухом голос, полный злобы и решимости.

— Что? — не успела даже толком обернуться Ширли, увлечённая чтением листка.

— Сначала швырнула в грязь мои пирожки, а теперь вернулась их топать, да я тебя…— голос принадлежал лоточнику, которого мисс Холлс недавно видела у кафэтэрии. 

Что было нужно этому человеку, от которого разило смесью злобы, торжества и нотками сомнения или совсем слабого страха? Ширли осмотрелся. Похоже, второпях кицунэ толкнула лоточника, когда бежала за листком, и теперь его товар валялся посреди площади.

Рассматривая содержимое лотка, неаппетитно рассыпанное в ароматной луже со следами конского навоза, мисс Холлс не заметила, что озлобленный мужчина замахнулся. Стремительный удар пришёлся аккурат на середину зонта, которым встретил опасность подоспевший Жозе. Ширли, привыкшая самостоятельно решать свои проблемы, с удивлением отметила, что иногда даже приятно, когда за тебя это делают другие. Складывая листок, она наблюдала за разборками Вакса и лоточника, которые закончились стремительным полётом последнего всё в ту же лужу, где ранее нашли последний покой его пирожки.

— Пойдёмте, мисс, — с сожалением рассматривая сломанный зонт, предложил Жозе.

— Эм, может быть, компенсируем этому несчастному стоимость его выпечки? — предложила Ширли, не лишённая сострадания.

— Вы задели его лишь краем плеча, мисс, он нарочно вывалил своё печиво в грязь, заметив, что вы возвращаетесь. Думаю, что он как раз хотел получить с хорошо одетой одинокой дамы компенсацию за испорченный товар. Не удивлюсь, если он этим и зарабатывает. Выпечка его даже на вид несъедобна.

— Ну что ж. Значит, сегодня не его день, — улыбнулась Ширли, — а что, Вакса, круассаны при вас?

— Да, мисс, — с улыбкой ответил Жозе, в одной руке которого был большой бумажный пакет с масляными пятнами, а в другой — сломанный зонт.

— Планы поменялись, нам нужно кое-куда заглянуть. Но, надеюсь, там нас тоже ждёт горячий кофе, если мы предложим сладкую взятку, — предупредила Ширли, попутно оценив объём пакета.

— Да, мисс, — уже не так бодро ответил Вакса.

Предчувствие не подвело Вакса и в этот раз...

— И ещё вот что, — кицунэ глянула на небо, — избавьтесь от зонта, всё, что возможно, он для нас уже сегодня сделал.

— Да, мисс, — чувствую себя причастным к порче некогда хорошей вещи, ответил Вакса и тоже поднял голову в небо.

На нос Жозе упала пухлая снежинка и мгновенно растаяла, но ещё один холодный миниатюрный многогранник в следующий миг приземлился на мужские ресницы. Помощник мисс Холлс опустил голову, вернувшись в хорошее расположение духа. Он снова мог всецело доверять себе. Предчувствие не обмануло. Тучи действительно принесли в Рандом снег.

Новость о том, что придётся куда-то зайти, не слишком порадовала Жозе. В пакете, который мужчина бережно нёс в руке, стремительно остывала отменная выпечка. Сегодня погода не располагала к выгуливанию круассанов. Тесто — оно же как девушка, долгой прохлады не любит. Ни физической, ни душевной. Стоит круассанам провести на улице пару часов, и они превратятся в обиженный безвкусный кусок теста, который в худшем случае ещё и будет злорадно крошится при каждом укусе. Жозе всерьёз раздумывал над возможностью спрятать пакет с выпечкой под шинелью поближе к сердцу. Но как на это отреагирует мисс Холлс?

С неба неспешно опускались снежинки. Они словно ленивые киты плыли по воздуху, иногда сталкиваясь друг с другом, а иногда налипая на зонты прохожих. Угрызения совести снова кольнули Вакса где-то в районе солнечного сплетения. Но мисс Холлс, похоже, вовсе не жалела о порче зонта, и даже была рада выдавшейся возможности прогуляться под лаской первого снегопада. Жозе глазам своим не поверил, когда кицунэ прямо на ходу запрокинула голову и раскрыла рот, пытаясь поймать на лету снежинку. В голове пробежала дурная мысль, что, например, степным лисам зимой приходится добывать себе еду под снегом. Кажется, по науке это называлось мышкованием. Вакса представил, как мисс Холлс в своём изящном городском пальто с массивными латунными пуговицами ныряет головой в сугроб, чтобы поймать мышь. Изо рта вместе с облачком пара сам собой вырвался смешок, и это привлекло внимание Ширли.

А где-то за хребтом Буральских гор голодная лиса в это время действительно занимается мышкованием...
— Не говорите, что сами так никогда не делали, — и не подумала обижаться мисс Холлс, решившая, что помощника позабавили её игры со снежинками.

— Как? — забеспокоился Вакса, который не был уверен на сто процентов, что кицунэ не умеют читать мысли.

— Не ели первый снег, — пояснила Ширли и снова клацнула зубами, поймав очередную снежинку.

— А, вы об этом? — улыбнулся Жозе, — конечно, но очень давно, когда-то в детстве. 

— В моём детстве снега не было, — заметила кицунэ.

— Последние десять лет в моей жизни тоже не было снега, мы даже Крабждество толком не праздновали. Нет, конечно, крабов-то мы ели, но так часто, что есть их ещё и в честь праздника уже не хотелось. Да и где в южных широтах мы бы взяли прохожих со свечами и самшит для обрядовых венков. Огонь на судне к беде. А самшит в южных широтах не растёт.

— Ну, венок при желании можно сделать из любого кустарника, это же лишь символ, — отмахнулась мисс Холлс, для которой традиции Крабждества так и остались чужими и непонятыми.

— Возможно, — решил не спорить с кицунэ Вакса.

А снег даже и не думал скромничать или стесняться, он уже валил пухлыми хлопьями, также стремительно тая на булыжной мостовой. Было что-то правильное в этой погоде, что-то светлое и радостное. И пусть этот же снег через пару месяцев всем надоест пуще прогорклого масла, сейчас он вызывал трепет и необъяснимую веру в светлое будущее. Вакса перехватил пакет с выпечкой поудобнее, смирившись с судьбой, которая ждала его ношу. Круассанам сегодня лучшее будущее не уготовано. А ведь Жозе с таким трудом определился с начинками. Это мисс Холлс сразу знала, что хочет выпечку с шоколадом и лимонным джемом, а её помощнику пришлось метаться между заварным кремом с карамелью и сырным пралине. Неожиданно Вакса поймал себя на мысли, что ему не надо торопиться на судно. Он больше не моряк в увольнительной, которому за сутки нужно прожить целую жизнь на берегу. И эта мысль была такой неожиданной, такой странной. Мужчина, уже давно отвыкший, что он не только корабельный кок, неожиданно понял, что сможет ходить за свежими круассанами хоть каждое утро и перепробовать их все. Какой-то незримый узел развязался где-то внутри, и чувство облегчения затопило все уголки сознания. Жозе наконец-то полностью осознал себя на суше и расслабился.

Мисс Холлс и её помощник уже довольно далеко удалились от площади, когда Вакса понял, что дорога ему знакома. По всему выходило, что кицунэ решила заглянуть в Гард. Мощёная булыжником дорога как раз вела по Легавой улице именно к штаб-квартире местной полиции. Однако реальность задумала другой поворот. Если точнее это мисс Холлс свернула вправо рядом с фонарём, на который кто-то заботливый навешал указатели с названием улиц, а кто-то менее заботливый помочился, выразив тем самым свою гражданскую позицию. Кицунэ повела своего помощника в тупик Борзых псов. Вакса прежде не был в этом месте, но в уме его уже родилось несколько предположений.