Принц которого ждали

В одном из сказочных миров.

***

Принцесса оторвалась от книги, чей переплёт хранил тепло её пальцев, и скользнула к волшебному зеркалу.
— Скажи-ка мне, зеркальце, ждать ли мне принца? — спросила принцесса у правдивого зеркала.
— Жди, — ответило зеркало правду, рождая в сердце принцессы трепет надежды.

И принцесса, окрылённая предсказанием, погрузилась в ожидание принца. Она устроилась у распахнутого окна, и взгляд её, полный тоски и предвкушения, блуждал по горизонту, выискивая вдали отблеск полированных доспехов.

***

Дракон пробудился под рокот собственного брюха, голод терзал его нутро, словно тысяча голодных червей. Сонно почесав затылок мощной лапой, он решил попытать удачу на тракте, лелея надежду полакомиться зазевавшимся принцем. Скрывшись в придорожном кустарнике, он стал тенью, неотличимой от сумрака листвы, терпеливо ожидая свою добычу.

***

Благородный рыцарь, устремившийся на поиски заточенной принцессы и огнедышащего дракона, свернул к придорожному трактиру. Там, подкрепившись на славу и осушив кружку-другую отменного эля, он решил продолжить свой путь в более злачное заведение. Кабак, надо отдать ему должное, хоть и не блистал роскошью, оказался вполне пристойным местом. Вскоре, позабыв о принцессе и драконе, рыцарь уже кутил в борделе — ему стало совсем не до принцессы и дракона.

***

Устав ждать рыцаря, что, как назло, всё не появлялся на тракте, дракон, утолив голод случайной коровой, лениво взмахнул крыльями и поплыл в мареве дня к одинокой башне, что сиротливо высилась посреди поля. Кто придумывал такие башни — загадка, оставшаяся за гранью его драконьего любопытства.

Достигнув башни, дракон, с грацией, не вяжущейся с его устрашающим видом, сложил перепончатые крылья и плавно влетел в зияющее чернотой распахнутое окно.
— Всё ждёшь своего принца? — проворчал он, исторгая клубок дыма.
— Ага, — отозвалась принцесса, скучающе подперев щеку рукой. За окном догорал закат.
— А я вот ждать передумал, — пояснил дракон. — Чуть дуба не дал от голода. Давай, что ли, в дурака перекинемся, а то тоска смертная, — предложил он, расправляя колоду карт, невесть откуда взявшихся в его чешуйчатых лапах.
— А давай, — поддержала его идею принцесса.

Вдруг в окно влетел ещё один дракон — поменьше, с золотой серёжкой в ухе.
— Ты опять с ней карты играешь?! — возмутился он. — Я же говорил: принцесса — не для дружбы! Это инвестиция!
— Отвали, Эрл, — проворчал первый дракон. — Мы тут в дурака.
— Инвестиция? — удивилась принцесса. — Вы что, меня на мясо держите?
— Ну, в смысле… — замялся Эрл. — Рынок принцев падает, а ты — последний актив с ликвидностью…
Принцесса медленно перевернула карту.
— А если я сама куплю вас обоих? У меня приданое.
Драконы переглянулись.
— …А в дурака можно на деньги?

— Если явится принц, то сначала он спасёт тебя, а затем я его съем, — пророкотал дракон, и в голосе его клокотала древняя, неутолимая жажда.
— Идёт, — ответила принцесса, и в голосе её звенела сталь, отточенная временем ожидания.

***

Проснувшись, принц долго смотрел в потолок, пока хмель не выветрился, оставив после себя не пепел, а вопрос:
«А зачем, чёрт возьми, мне эта принцесса?»

Он уже спас нескольких до неё — все плакали, все требовали свадьбы. А потом он прятался: то в подвале замка, то в монастыре, то выдавал их замуж за соседских баронов.
Но женихов больше нет. Кто успел — те сбежали. Кто не успел — те теперь женаты на принцессах и плачут по ночам.

Дракон, говорят, огнедышащий. Ну и пусть дышит. Ему, принцу, и в замке жарко — от долгов и воспоминаний.

Он собрал пожитки — не торопясь, почти с облегчением — и поехал домой.
По дороге купил бочонок эля. На этот раз — не для храбрости, а просто потому, что хотел пить.

А где-то и посей день играют в дурака принцесса с драконом, ожидая его...

P.S. А может, они и вовсе не ждут принца, и с драконом принцессе намного лучше, чем с принцем...