Приручить истинную

— Проклятые каблуки! — выругалась я, сбегая по крутой лестнице и отбрасывая длинный шлейф, мешавший припустить побыстрее.

Позади раздавались громкие шаги, словно за мной помчалась целая армия драконов. Впрочем, так оно и было.

— Ловите ее, ловите истинную! — кричали стражники.

Лишь один мужчина продолжал сохранять невозмутимость. Ненавистный мне герцог Рэйвенский, когда-то заклятый враг моего отца.

Нет, я не согласна! Участвовать в выборе меня обязали, но получить противную метку, выходить замуж, рожать ему детей... Лучше смерть.

Выход из замка перекрыли. Два дракона сложили пики буквально перед моим носом, а после заломили руки и держали, пока герцог не подошел поближе.

— Противишься, значит, — схватил он меня за подбородок. — Будем приручать. — Махнув рукой прислуге, он приказал: — уведите истинную и готовьте к свадьбе.

❤️Властный герой

❤️Нежная героиня

❤️Измена

❤️Истинная пара

❤️Обязательно хэ.

— Никки, иди скорее, иди сюда! — затараторила матушка в доме.

Ее голос раздавался на всю улицу. Судя по всему, случилось что-то невероятно важное, раз она вопит словно обычная горожанка. Мистрис Элизабет Весс никогда не позволяла выходить себе за рамки приличий.

Оторвавшись от разведенного огорода на заднем дворе, я встала, отряхнула руки о цветастый передник и хмуро побрела в прихожую.

— Что случилось? — вяло спросила я, но моментально посерьезнела.

В дом пришли посторонние мужчины, одетые в строгую, военную форму.

— Мистрис Николетта Весс? — посмотрел на меня один из стражников.

— Да, — произнесла я, не понимая, чем могла заинтересовать драконов.

— Хорошо, — кивнул незнакомец и вручил мне свернутый пергамент. — Завтра вам надлежит явиться в замок герцога и пройти церемонию отбора. Его светлость намерен жениться и отыскать свою истинную.

— Я? — ошалела окончательно, разворачивая приказ. — Вы понимаете, кого об этом просите? Я дочь мятежника, признанного преступника.

— Это неважно, — нахмурился стражник. По-моему, он впервые встретил сопротивление. — Вы девушка? Незамужняя? Одаренная магией?

— Все так, — подтвердила я, но поджала губы. — А если я откажусь? Я не собираюсь связываться с узурпатором.

— Никки, — охнула от моей дерзости матушка. — Не переживайте, господа, она шутит.

Полностью проигнорировав пожилую женщину, мужчина сдвинул брови, помрачнел, а потом с нескрываемым презрением заговорил:

— Вам оказана великая честь, мистрис. Вы можете загладить грехи отца и вернуть положение семьи. И да, — он хищно ухмыльнулся. — У вас нет выбора.

Хлопнув дверью, драконы вышли, а я, с трудом дойдя до комнаты, упала в кресло и прикрыла глаза. Боги, что за блажь и каприз у Бастиана Рэйвенского? Он выжил из ума?

Словно это было вчера, я вспомнила появление чешуйчатого мерзавца. Он выдворял нас из замка, невзирая на то, что вдова и совсем юная девочка только потеряли главу семьи. Мой отец погиб на поле боя, на проклятой войне с драконами, защищая территорию государства. И погиб он именно от руки нынешнего правителя.

Злой, жесткий, требовательный, Бастиан не прощал ошибок, слабости или лжи. Да, я помнила тот день. Как напугалась при виде внушительного мужчины с черными волосами, как притаилась под лестницей, наблюдая вынос вещей, как слышала его рев и пронзительные стенания мамы. Он меня заметил, вытащил за шкирку, принюхался и присмотрелся.

— Николетта, да? — спросил он мое имя.

Обезумев от горя и страха, я молчала, а слезы лились по щекам.

— Заберите ее, — прикрикнул его светлость стражникам. — И да, проследите, чтобы мистрис Весс получила вдовью долю. Я не вор, а победитель.

Побитые, печальные, мы переселились в скромный домик на отшибе Гринбэроу. Забыли, что такое достаток, зато принялись упорно работать, лишь бы получить деньги на содержание лачуги и свой быт.

Я ненавидела герцога Рэйвенского и искренне не понимала, по какой причине меня позвали на отбор.

Читала, искала лазейки, чтобы не участвовать, но текст был сух и предельно ясен. Все незамужние, одаренные магией девушки обязаны явиться в замок. Тем, кто решился пропустить данное мероприятие, вменялось строгое наказание. Всю семью бы лишили имущества. Посмотрев по сторонам, я поморщилась. Будто нас есть чего лишать.

Я почти уверена, что жительницы, в отличие от меня, были готовы бороться за честь стать невестой Бастиана. Он считался красивым мужчиной, властным.

— Что ты будешь делать, Никки? — рядом устроилась матушка и погладила меня по голове. — Может, тебе нечего бояться? Мало ли в нашем городе девиц. Вполне возможно, участь стать его избранницей тебя минует.

— Просто не хочу туда идти и делать реверанс дракону, — скрипела я зубами.

— Но обещано денежное вознаграждение, — ткнула пальцем в пергамент мама. — А деньги никогда не бывают лишними, особенно в нашем положении. Никки, милая, умерь ненависть и злобу, — умоляла она меня. — Что тебе стоит? Постоишь, подождешь церемонию от жреца, а после мы сможем уехать из Гринбэроу.

Она меня уговорила. Предложение от герцога действительно выглядело щедрым. Потом мы долго спорили о моем наряде. Я-то намеревалась явиться в обычном, деревенском платье, но мистрис Весс меня удивила. Встала в позу, топнула ногой.

— Даже не думай, Никки! Пусть мы обеднели, но я не позволю облачиться тебе в простушку. Ты Весс, а мы не оборванцы!

От дальнейшей тирады меня спас стук в дверь.

— Кого там еще принесло? — прищурилась мама.

Чтобы не томить человека в ожидании, я открыла неизвестному гостю. К счастью, это были не очередные драконы, не болтушки-соседки, а Дрейк Мэтьюс, мой друг. Отчего-то Элизабет Весс его недолюбливала, видимо, считала парня чересчур молодым и бесхитростным, но в отношения не лезла. Она сухо поздоровалась, бросила на меня укоряющий взгляд и ретировалась в другую комнату. Предполагаю, чтобы наглаживать алое платье, чудом оставшееся у нас после всех неурядиц.

— Никки! — едва матушка пропала, Дрейк подбежал, поднял меня на руки и закрутил. — Представляешь, меня взяли. Меня взяли на службу, — тараторил он словно полоумный.

— Ничего не понимаю, — попыталась вырваться из захвата. — Куда тебя взяли? Какую службу?

Семья Мэтьюсов жила неподалеку. Они тоже хлебнули горя после учиненной войны. В данный момент юноша взял на себя нелегкое бремя — стал главой и содержал мать и двух сестер. Дрейк был ненамного старше меня, зато отличался крепким телосложением.

— В городские стражи, конечно, — наконец, он поставил меня на место. — Больше никаких сложностей с деньгами, никаких ночных смен. Да я даже жену потяну, — с намеком воззрился на меня.

Скептически поглядев на парня, я невольно улыбнулась. Ну какая ему жена? Он не пропускал ни одной юбки в нашем районе. Светловолосый, добродушный, харизматичный. Девушки сами падали в его объятия. Лишь со мной у него ничего не получалось, потому что мать не позволяла мне лишнего. Я была воспитана в иной манере, как аристократка, а не как поселенка.

— В стражи? Дрейк, а ты хорошо подумал? Все-таки это работа у герцога, которого мы оба ненавидим.

— Никки, перестань, — расстроился моим словам друг. — Все уже закончилось. Пора смириться и смотреть в будущее.

— Наверное, ты прав,— я неопределенно пожала плечами, но лукавила.

Не собиралась я ни с чем мириться. Жаль, что у меня нет возможности отомстить. Слишком мало у меня сил, чтобы бороться с мерзавцем и провозглашенным деспотом.

— Ты о моем предложении подумай, — снова завел свою шарманку Дрейк. — По поводу жены я не шутил.

— Ты меня замуж позвал? — я изумилась.

— А что? — он, наоборот, ничуть не смутился. — Вам нужен защитник, мужчина. На тебя уже половина улицы глаз положила. Рано или поздно случится беда. Меня ты знаешь, доверяешь, чем я тебе не подхожу?

Тяжело вздохнув, оглянулась проверить, не подслушивает ли меня мама. В самый неподходящий момент ее уши ловили любой, еле уловимый шум, что говорить о замужестве.

— Я подумаю, Дрейк, — не стала сразу отказывать парню, боясь его обидеть. — Все равно до завтрашнего дня я не имею права становиться чьей-нибудь невестой. Бастиан Рэйвенский объявил отбор, ждет приглашенных претенденток и намеревается выбрать истинную.

— Тебе пришло? — поразился друг и кандидат в женихи. — Тебе? Николетте Весс?

— Почему нет? — фыркнула я, хотя сама недавно задавала подобные вопросы драконам.

— Сама понимаешь, — растерялся юноша. — А мои сестры приглашение не получили, — заметил он раздраженно.

— Они же неодаренные, — терпеливо пояснила я. — Рэйвенский возжелал себе супругу с магией, — меня передернуло от омерзения.

Девицам Мэтьюс и позавидовать успела. Какой толк в магии, если с помощью нее я не могу пропустить отбор?

— Ладно, — почесал свой затылок Дрейк. — Тогда я вернусь завтра. Никки, слышишь? Вернусь завтра и опять спрошу.

— Да, да, — я старалась не закатить глаза. — Приходи.

Ни он, ни я не верили, что жрец и древний обряд укажут в мою сторону. Да ящер себе на хвост наступит, но с дочкой мятежника не свяжется.

Проводив парня, я закончила с домашними делами, убралась, обходила комнату матушки и приготовилась ко сну. А лежа в постели долго ворочалась.

И почему мне Дрейк не нравится? Ведь все при нем, и внешность, и доброта, и он готов меня на руках носить. Но сердце при виде друга совсем не замирало. Мне мечталось о любви, настоящей, искренней, как в романах, тайно выписанных с подругами. И главное, не похожей на союз моих родителей. Оба уважали друг друга, ценили, относились к браку как к выгодной сделке. Пожалуй, для бывшей аристократки я слишком романтичная натура.

Заснув почти на рассвете, была жестоко разбужена мамой.

— Никки, дорогая, — теребила она меня за плечо. — Вставай, у нас совершенно нет времени.

— И ладно, — отмахивалась я, чувствуя себя разбитой и злой, — наказания за опоздания не предусмотрены.

— Потому что никто в своей жизни не додумается задержаться, если тебя позвали к его светлости. Дочь, вставай, — в конце концов, она не выдержала и стащила с меня теплое одеяло.

Что-то пробурчав, проклиная все на свете, я сверкнула глазами. Осознав, что она от меня не отстанет, да и нет никакого смысла препираться, я поползла в купальню, а после долго ждала, пока мама колдовала над прической.

Облачившись в платье, я выглядела словно принцесса. Оно сидело как влитое, подчеркивало фигуру, приподнимало грудь. Волосы мы закололи, но непослушные пряди то и дело выбивались, сбивая дешевый гребень. В итоге мистрис Весс смирилась, отправила меня со свободными локонами. Мама настолько прониклась образом Бастиана Рэйвенского, что даже потратилась на наемный экипаж.

— Не пешком же тебе идти? — хмыкнула она, подразумевая наряд, мой великолепный вид и жутко неудобные туфли.

— Складывается впечатление, — заворчала я, — что ты хочешь, чтобы он меня выбрал.

— Я? Никогда, — женщина скривилась, — но пусть его светлость знает, Вессы ни в чем не нуждаются и не потеряли гордость.

Я была иного мнения. По мне, нас буквально унизили подобным предложением и приказом, но разве я могла спорить?

Вскоре подъехала крытая повозка. Я вышла во двор, а кучер и другие, проходящие мимо нас маги, пораскрывали рты. За спиной я услышала злобные, завистливые шепотки:

— Никки на отбор? Преступницу?

— Да ее из жалости пригласили.

— Почему ее взяли, а нас нет?

Старательно не обращая внимания на сплетни, я гордо выпрямила спину. Краем глаза отметила Дрейка, не отводившего от меня восхищенного взгляда, и дружелюбно помахала ладонью. Сразу получила нагоняй от матери.

— Перестань давать парню бесплотные надежды, Николетта, — процедила она сквозь зубы. — Пусть мы обеднели, но ты остаешься аристократкой. Рано или поздно, но я смогу подобрать тебе стоящую партию.

Интересно где? В трущобах, на самом отшибе Гринбэроу?

— Между прочим, он первый, кто приходит к нам на помощь, — возмутилась я от дикой неблагодарности.

— Это ничего не меняет,  — отрезала мистрис и чуть ли не впихнула меня в экипаж. Собрала шлейф, закинула его и дала последнее напутствие. — Никки, не поднимай голову, будь скромной и незаметной. Я буду молиться, чтобы напасть тебя миновала.

— Хорошо, — послушно кивнула я и поцеловала матушку в щеку. — Я вернусь к вечеру.

Колеса покатились по вымощенной дороге. Наблюдая за сменой пейзажей, от маленьких избушек до больших, помпезных особняков, я, правда, молилась высшим силам. Боги, как мне было страшно. Нет, в том, что магия укажет на кого угодно, кроме меня, я не сомневалась, но боялась, что старый враг отца меня узнает. Вписали же мое имя в список? С другой стороны, Рэйвенарский мог, вообще, не иметь никакого отношения к выбору претенденток. По условиям я проходила, и этого оказалось достаточно.

Примерно через полчаса я достигла ворот замка, но простояла в долгой очереди. Со всей округи съезжались девушки, готовые покорить сердце правителя.

Суровый воин открыл передо мной дверь, сначала изучил пергамент, выданный другими драконами, и только после прочтения помог мне спуститься со ступеней.

— Вас проводят, — передал он меня следующему стражнику и невежливо отвернулся, встречая следующую повозку.

Я молча шагала за провожатым, и с тоской рассматривала стены. Когда-то это был мой дом. Я бегала по этим лестницам, смешила прислугу и совершала различные проделки. Теперь он принадлежал Бастиану.

Обстановка на меня давила. Возможно, мне казалось, но помещения стали мрачнее, темнее, удушливее.

Поднявшись на третий этаж, дракон привел меня в святилище, где проходили важные обряды и магические ритуалы. Здесь же находился источник, алтарь. Постамент, посреди которого сиял яркий золотой свет, а поверхности по краям испещрена рунами. Его светлость смешает свою кровь с каждой из нас, а волшебство укажет мужчине, кто лучше всего подходит в жены. И все... Никакой романтики, никакого таинства, голый расчет, лишь бы заполучить могучее потомство и женщину, способную рожать здоровых драконов.

Дайте свою руку, — сказал мне воин.

Не ожидая никакого подвоха, я подала ладонь, а он, бесстыдник, не предупредив, не спросив у меня разрешения, проткнул мой указательный палец иголкой.

— Ай! — выкрикнула я, сдерживаясь, чтобы не обругать мужчину.

Процедуру он завершил, выдавил несколько капелек крови на белую тряпицу, отпустил меня и показал на сбившуюся стайку предполагаемых невест.

— Вставайте рядом!

Все-таки прошептав ругательство, я посмотрела в указанную сторону и некультурно присвистнула.

Боги, я-то думала, что оделась чересчур вычурно и празднично. Как же я ошиблась. Мечтательницы перещеголяли друг друга в нарядах. Кто-то выбрал узкие платья, стягивающие фигуры и мешавшие нормальной ходьбе, кто-то, наоборот, облачился в пышное и объемное. В любом случае мама оказала мне услугу. Определенно я бы сильно бросалась в глаза, надень льняную рубашку с юбкой.

На негнущихся ногах приблизилась к барышням. Меня встретил другой, теперь пожилой мужчина. Жрец, держащий посох и расставлявший участниц в одном, известном ему порядке.

— Имя? — холодно обратился он ко мне.

— Николетта Весс, — отозвалась робко.

— Хм, — нахмурился священнослужитель. — Вставай позади, в самый конец, а лучше забейся в угол.

Другие девушки зароптали, испугались, что и их могут задвинуть, но я покорно согласилась. Меня его требование полностью устраивало.

— Итак, — провозгласил жрец, прождав еще какое-то время и сверившись со списками. — Все на месте. Мистрисы, вам оказана величайшая честь. Каждая из вас, — он скользнул по мне неприязненным взглядом, — может получить метку истинности. Вы получили невероятную возможность стать парой одного из сильнейших драконов.

Естественно, все заблагоговели, вздохнули, умоляли мысленно богов подарить им счастье. Я же оглядывалась, задумавшись, откуда выйдет проклятый герцог. Но я точно не могла предугадать дальнейшего.

Позади я почувствовала какое-то движение. В святилище вело несколько входов и выходов. По сути, алтарный зал представлял собой центр древнего замка. За мной тоже была дверь.

Обернувшись, зажала рот рукой. Даже в сумраке разглядела суровое лицо герцога.

— Позвольте пройти, — мужчина аккуратно пододвинул меня, тем самым привлекая к себе внимание и других девушек.

— Ваша светлость, — обрадованно воскликнул жрец. — Все готово к ритуалу.

— Хорошо, — Бастиан задержал свои глаза на мне, — ее, — он имел в виду меня, — поставь вперед.

Изумленный священнослужитель хотел было воспротивиться, объяснить, кто я такая, но, завидев выражение лица Рэйвенского, взял меня за руку и поставил в первом ряду, наряду с самыми богатыми в нынешнее время барышнями.

Сам Его Светлость прошел мимо собравшихся, поздоровался с нами, а после медленно, чеканя каждый шаг, подошел к источнику. Все его жесты были нарочито показательными. Он, не торопясь, взял клинок, порезал свою ладонь и сжал ее в кулак, поднося к изливавшемуся магическому свету. Казалось, что капли, стекавшие на каменную поверхность, падают словно перышки, парят, летают, не касаются алтаря. Но нет. Стук каждой капли гулко отдавался эхом у меня в висках.

К Бастиану подскочил жрец. Пробормотал заклинание и вбросил в волшебные потоки тряпицы с уже нашей кровью.

По залу будто взрыв прошел. Золотой луч разрезал пространство и озарил помещение. Все девушки, и я в том числе, с трудом устояли на ногах. Драконы, наоборот, и с места не сдвинулись.

А потом...

Потом мужчины уставились на нашу напуганную стайку. Сначала мы жались к друг другу, но одна из претенденток отпрянула от меня. Я повернулась, хотела узнать, что случилось, но отпрянула и вторая с другой стороны.

Ничего не понимая, я взглянула на руки, на предплечья, посмотрела на грудь. Каждый сантиметр был испещрен рунами, словно свет от источника оказался под моей кожей. Я застыла, ощутила мурашки и до меня дошло.

Боги, как отвратительно они надо мной надругались.

Ошалевший жрец приблизился ко мне.

— Не бойся, — по-моему, он пребывал в еще большем ужасе, чем я. — Истинная выбрана! Источник указал на нее! — крикнул он так, чтобы каждый в зале его расслышал. — Ей стала Николетта Весс!

Нет, этого не может быть. Просто не может быть. Тяжело дыша, я лихорадочно соображала, как выбраться из западни.

— Подойди к жениху, дитя, — теперь добрым, елейным голоском он обращался ко мне. — И склонись в знак покорности.

Покорности? Ни за что!

Мне повезло, что замок я знала, как свои пять пальцев. Резко развернулась, взмахнула подолом и растолкала девушек в стороны, выбегая через первую попавшуюся дверь.

Чудом прошмыгнула через охранявших коридор воинов, выпалила единственное известное мне боевое заклинание и достигла главного холла. Мне оставалось совсем чуть-чуть...

— Проклятые каблуки! — выругалась я, сбегая по крутой лестнице и отбрасывая длинный шлейф, мешавший припустить побыстрее.

Позади раздавались громкие шаги, словно за мной помчалась целая армия драконов. Впрочем, так оно и было.

— Ловите ее, ловите истинную! — кричали стражники.

Лишь один мужчина продолжал сохранять невозмутимость. Ненавистный мне герцог Рэйвенский, когда-то заклятый враг моего отца, а ныне жених, потому что так решили боги.

Нет, я не согласна! Участвовать в выборе меня обязали, но получить противную метку, выходить замуж, рожать ему детей... Лучше смерть.

Выход из замка перекрыли. Два дракона сложили пики буквально перед моим носом, а после заломили руки и держали, пока герцог не подошел поближе.

— Противишься, значит, — схватил он меня за подбородок. — Будем приручать. — Махнув рукой прислуге, он приказал: — уведите истинную и готовьте к свадьбе.

Ненавижу!

Меня под конвоем отвели в комнату. Некогда это были покои моей матери, смежные с покоями отца. Я узнала их с первого взгляда, даже запах ее сохранился. Войдя с десятком воинов драконов, я не вызвала удивление у служанок. Похоже, тех успели предупредить, что невеста его светлости Рэйвенскому досталась упрямая и до безумия строптивая. При виде меня все горничные припали вниз, заявляя о своем почтении.

— Рады познакомиться, госпожа.

Закатив глаза, я вырывала руки, но главный стражник крепко удерживал меня.

— Перестаньте буянить, госпожа. Не доставляйте проблем.

Я остановилась, громко фыркнула, но изобразила искреннее покаяние. Временно.

Дракон меня отпустил. На моей коже остались следы от его захвата, но он вины за увечья не испытывал.

Сердце стучало не в груди,  упало вниз и громким пульсом отбивало ритм в моих пятках.

— Я не подчинюсь, — огрызнулась я. — Пусть выберет другую!

— Известите об этом источник! — отрезал мужчина и громко хлопнул дверью.

Позже я ощутила заклинания, накладываемые на комнаты. Меня заперли, закрыли, оставили в окружении незнакомок.

— Госпожа, — самая старшая подошла ко мне. — Не нужно бояться. Это же великая честь.

Она была пожилой. С видневшейся сединой у корней, со множеством морщин.

— Вы из драконов, да? — со слезами на глазах спросила ее, но заранее знала ответ.

Мерзкие ящеры не допускали в дом кого-то не их расы. Людей они презирали, считали отбросами, но не могли на нас не жениться. Дракониц почти не рождалось.

— Да, — кивнула служащая, — а вы чересчур молоды, чтобы судить об их действиях. Я понимаю ваши чувства, но не приемлю. Вас зовет долг.

— Вы знаете, кто я такая? — дернула подбородком. — Из какого рода происхожу?

— Кто? — вежливо поинтересовалась фрейлина.

— Я дочь бывшего правителя, который боролся против герцога, ненавидел его и не хотел, чтобы наша страна оказалась под гнетом. Мы в рабстве, — я расхохоталась словно сумасшедшая. — И вы, и я. Я не соглашусь на замужество.

— Источник вас выбрал, — попыталась образумить меня служанка.

Мне было плевать. Что скажет моя мать? Как она отреагирует на свадьбу с убийцей ее супруга? А что случится с духом отца? Его пепел развеяли над полем боя. Единственный благородный поступок герцога. Часть останков он прислал нам, но они мало успокаивали души родных.

Боги, а я еще что-то собиралась ответить Дрейку. Парень определенно будет ждать меня возле дома, когда повозки начнут отъезжать от дворца.

Я развернулась к горничным.

— Моих родных известят? — спросила отрывисто.

— Да, конечно, — другие девушки не были наглыми и поняли мое состояние. Ко мне они не рвались, держались в отдалении, но каждая вторила друг другу. — Скорее всего, к вашим родителям уже отправился извозчик. Он привезет вашу матушку на обряд, снабдит ее средствами. Госпожа, его светлость безумно щедр.

Мне было все равно. Родилась отчаянная мысль, которую я вознамерилась проверить.

— А вы можете покидать комнаты? Принести, что я попрошу?

— Да, конечно, — грустно ответила одна из младших. — Что вы хотите получить?

Мне по очереди подносили свадебное платье, украшения, но самым ярким жестом была ночнушка, подготовленная к брачной ночи. Белая, невесомая, отделанная кружевами и серебряной тесьмой.

Словно мне в насмешку.

Лечь в постель с Бастианом?

— Уйдите все! — завопила я, отталкивая девушку, держащую в руках нескромный туалет.

— Госпожа... — округлила глаза их старшая.

— Вы можете уйти, а я нет, — воссоздала на ладони огонек.

Огонек. Так меня ласково называл меня отец, поглаживая по голове. Сколько я сожгла вещей, сколько комнат, всего не перечесть. Я не сразу обуздала дар, мне присылали лучших учителей, но я с трудом их выслушивала, теряя терпение. Не сразу, да. Зато теперь пламя было мощным и не тухло от случайного дыхания. 

При виде пламени горничные стушевались.

— Уходите, — приказала им. — Хотите жить, уходите!

Естественно, большинство девушек дало деру, выбегая через соседнюю комнату. А я... Я словно разум потеряла. Подожгла ненавистную постель, где намеревался возлечь со мной после обряда жених, щелкнула пальцами и кинула искры на подобранное одеяние.

Потом, специально заперла дверь. Я ведь владела магией. Драконы позаботились о том, чтобы я не вышла, но позабыли позаботиться о том, чтобы они могли войти.

Когда я думала, что лучше смерть, я не шутила. Она лучше, чем свадьба с непримиримым врагом.

Смотря на учиненное злодейство, мысленно молилась богам, умоляя принять мою душу. Дым, копоть, они заполонили собой все пространство.

Позади раздался шум, я полагала, что стены не выдержали температуры, что вскоре обрушится этаж, попадают картину, но...

Меня смели. Набросили на тело одеяло и вытащили из пылающей комнаты. Я брыкалась, желала остаться на своем месте, но кто бы меня слушал. Наконец, ткань стащили с моего лица.

Его Светлость перенес меня к себе. Усадил на кровать, а сейчас нависал надо мной.

— Ты понимаешь, что ты натворила?

— Перенесла свадьбу? — кашляла я.

Сколько сил ему потребуется, чтобы восстановить этаж? Полагаю, комнаты и не потушены до конца. Я была весьма старательна.

— Нет, — рыкнул Бастиан. — Ускорила. Я намеревался быть нежным, понимающим, но ты же все равно не оценишь.

Рывком потянув себя, он поставил меня на ноги, посмотрел со злым прищуром и потащил за собой.

— Куда мы? Куда? — брыкалась я, но дракон лишь сильнее сдавливал запястье.

— Закончить обряд, — обернулся на секунду Рэйвенский.

По его выражению лица поняла, он не шутит. Своим непокорным поведением я лишь разозлила его, но он не отступит от задуманного.

— Как же платье? — сделала последнюю попытку отдалить ужасное событие. — Не притащите же вы меня в зал, полный гостей в жженом наряде с подпалинами?

— Мне все равно, — отрезал герцог. — Заодно твоя мать поймет, что плохо тебя воспитывала.

Мгновенно побледнев, я с трудом справлялась с подступившими слезами. Значит, он меня наказывает. Хочет опозорить, опозорить всех Вессов, потому что я не восприняла истинность, как благословение богов.

Мы шли и шли, кисть, зажатая в руке, уже начинала побаливать, но я больше не жаловалась. А смысл? Разве я смогу слезами, истериками повлиять на его волю?

Я снова оказалась в алтарном зале. Поразительно, но никаких гостей и не было. Множество стражников, прислуга, в отдалении стояла моя плачущая мать, еще одна женщина и жрец. Его светлость никого не позвал, да и по нему не скажешь, что тот рад обстоятельствам и женитьбе на дочери побежденного врага.

— Дочка, — всхлипнула мистрис Элизабет. — Я могу к ней подойти?

— Нет, — ответил ей Бастиан, не проявляя и капли сочувствия. Меня он выпустил и подтолкнул в середину, показывая всем мой полуголый вид и испачканные в золе ноги.— Вы вырастили дикарку и полную дурочку. Она едва не убила себя, спалила женские покои и продолжает дерзить. Благодарите за то, что я вообще позволил вам находиться здесь.

— То есть, — задрожала матушка, — я больше не увижу Никки? Никогда? Это чересчур жестоко даже для вас.

— Будет зависеть от моей супруги, — холодно отозвался дракон. — Я незлопамятен. Смирение, кротость, почтительность, если она перестанет буйствовать, я не буду препятствовать вашим встречам.

— Никки, — мама вздохнула.

Вложила в этот вздох невысказанную просьбу. Ни у нее, ни у меня никого больше не было. Она умоляла подчиниться.

Я кивнула ей и встала поближе к источнику, показывая, что готова. Мне не убежать. Сейчас все случится.

Герцог Рэйвенский усмехнулся, сам подошел поближе и взял меня за руки. Священнослужитель осторожно, словно опасаясь, что я опять что-то выкину, повязал наши ладони одной белой лентой. Запел слова молитвы, побрызгал маслом.

— Да будет этот союз плодородным как земля, — обошел он нас один раз по кругу.

Свет от источника поднялся вверх, освещая все темное помещение.

— Да будет он страстным, словно огонь, — жрец сделал второй круг.

Повязанная лента засияла золотом.

— Да будет союз сильным, как потоки воды, — третий круг.

Лента рассыпалась искрами по коже. Зная, что произойдет дальше, я прикрыла глаза.

— Да будет этот брак легким и счастливым для вас словно ветер, — пожилой мужчина вновь обошел нас.

Теперь вместо ленты на наших запястьях образовалась брачная метка, служившая подтверждением брака. Я действительно стала женой Бастиана Рэйвенского.

— Да благословят ваш союз все боги, — последний круг, который жрецы совершали, отдавал дань высшим силам.

Служанки положили на алтарь дары: золото, украшения, много угощений. Они должны были сгореть, как бы сообщая образованной паре, что боги одобряют свадьбу. Магический свет вспыхнул. Все пошатнулись. Бастиан удержал меня от падения, а потом посмотрел в сторону каменного жертвенника. Все осталось на месте.

Ото всюду постепенно начали раздаваться шепотки.

— Боги их не одобрили. 

— Какая напасть.

— Виновата невеста.

Одним рыком его светлость оборвал нарастающие сплетни.

— Тихо! Всем молчать! — он повернулся к жрецу, чье лицо походило на образ покойника, настолько тот перепугался. — Объясни, что это значит? Свадьба состоялась? Мы женаты?

Мужчина приблизился к нам, взял ладони, проверяя поставленные метки.

— Да, ваша светлость, по ауре видно, что девица ваша. А боги... — он плаксиво уставился на алтарь, — видимо, они негодуют в связи с эмоциями истинной.

Внутренне я торжествовала. Хоть кто-то не оставил меня в этой беде. Да, я замужем, но много ли радости принесет брак мужу?

— Плевать мне на их мнение, — фыркнул он, — главные условия выполнены. Ты, — обратился дракон ко мне. — Прощайся с матерью и иди готовиться к ночи.

— Хорошо, — скрипнула зубами.

Боги, проклятая ночь, но о ней я старалась думать поменьше. Накрутив себя, я моментально рухну в обморок, а перекинуться словечком с матушкой мне было необходимо.

— Никки, милая, — ее и меня оставили наедине. Точнее, стражники подальше отошли, но продолжали внимательно за нами следить. — Держись, не перечь супругу. Я не хочу окончательно потерять тебя.

— Поперечишь ему, как же? — злобно выговорила я. — Даже раздетую на свадьбу потащил.

— Я постараюсь что-нибудь сделать, дорогая. Попробую вытащить, — зашептала мама. — Обращусь...

Я прислушалась. К кому? Кто защитит меня от самого герцога? Его друг король? Захватчик, ничем не отличающийся от Рэйвенского?

Но договорить ей не дали. Незнакомая женщина приблизилась к нам и брезгливым тоном приказала стражникам, чтобы те меня увели.

— Заберите госпожу, — кажется, я по каким-то непонятным причинам вызвала у незнакомки ненависть. — А мистрис Весс проводите из замка? Ваше вознаграждение, — она обратилась к матери, — передадут на выходе.

Матушка не спорила. Обняла меня на прощание, поцеловала и склонила голову, выказывая почтение. Я, наоборот, гордо расправила плечи, рассматривая неожиданную противницу.

Она была явно старше меня, выше. И без магии я догадалась, что леди принадлежит драконьей расе. С черными волосами, доходящими до груди, пронзительным взглядом ледяных глаз, она чем-то напомнила Бастиана. Его сестра? Кузина? Вряд ли фаворитка. Ни одна женщина в своем уме не согласится нянчиться с непокорной невестой, а эта была гордой и знающей себе цену.

— Меня зовут Кайман, — представилась она, дождавшись, когда посторонние покинут алтарный зал. — Я сестра Бастиана. Ты будешь слушаться меня и во всем подчиняться. Прежде чем вывести тебя в свет, я должна удостовериться, что ты не дикарка.

— Дикарка? — зашипела я, словно взбешенная кошка. Они называют меня дикаркой, хотя силой заставили выйти замуж? — Пусть ищет новою жену, я не буду никому подчиняться.

— Тем хуже для тебя, — Кайман была до омерзения спокойной.

Она щелкнула пальцами, из ниоткуда выскочил жрец, несущий два красивых, увесистых браслета. Еще издалека я догадалась об их свойствах.

— Нет, — заметалась, пока стражники меня держали, — не трогайте! Не смейте!

— Когда научишься себя вести, тогда и поговорим, — хмыкнула холодная красавица, лично защелкивая артефакты на моих запястьях. — Не хватало, чтобы ты и хозяйские покои уничтожила.

Меня отпустили, а я попыталась несколько раз призвать внутренний огонь. Один, второй, третий. Ничего не происходило. Негодяи лишили меня магии.

Дальше я смутно помнила происходящее. Устала. Устала бороться за себя и свободу. Сказывался страх, новые, грустные впечатления и ненависть ко всей семейке Рэйвенских.

Драконы увели меня в покои его светлости. Вокруг меня снова засуетились девушки с той же фрейлиной во главе. Они отвели в купальню, нагрели ванну и натирали душистыми маслами, будто проклятому герцогу не все равно, в каком виде я буду. После сушили и укладывали волосы. Оставшись в новой ночной рубашке и тонком халате, я дышать боялась, думая о предстоящем действе. Искала глазами острые предметы, осколки, но девушки предусмотрительно не покидали комнату. Наоборот, все расселись и молча дожидались хозяина.

Судя по темени за окном, наступила ночь, а значит, Бастиан не станет медлить. Сердце забилось словно заведенное, пот проступил на висках. Я умирала, не в физическом смысле, конечно, но эмоционально от Николетты Весс почти ничего не осталось.

Дверь со скрипом распахнулась.

— Уходите, — рявкнул Рэйвенский, уставившись на меня.

Я сидела возле будуара, к нему спиной и в зеркале встретила его тяжелый взгляд.

— Ложись, — приказал он мне, стягивая с себя жилет и рубашку.

Боги, я понимала, за что девицы восхищаются им, все же его светлость был красивым мужчиной, но я раньше его и раздетым не видела. Точнее, я, вообще, никого раздетым не видела.

— Нет, — я опустила глаза, лишь бы сдержать предательски возникший румянец.

— Что значит, нет? — нахмурился дракон.

— Добровольно нет, — залепетала я. — Заставьте, возьмите силой, подчините магией, но добровольно нет, — и окончательно подверглась истерике.

Это был долгий, изматывающий день. Сначала источник, будто издеваясь, выбрал меня. Потом меня принудили к свадьбе с жестоким тираном и лишили волшебных сил, а теперь я должна провести ночь в объятиях убийцы? Я скорее скорпиона проглочу.

Вскочила со стула, развернулась и начала бросаться в мужчину предметами, попавшимися под руку. Летело все. Расчески, флаконы с духами, шкатулки с подаренными украшениями. Естественно, ящер, обладая драконьей реакцией, от всего играючи уворачивался. Но я его разъярила. Как пить дать, разъярила.

Он после пожара был спокойнее, чем сейчас. По его обнаженному торсу, по рукам, по скулам побежали мелкие, алые и блестящие чешуйки, взгляд налился кровью.

За один шаг он преодолел расстояние, разделявшее нас. Одной рукой схватил мою кисть с тяжелым пузырьком, второй подхватил за горло и вжал в стену.

— Успокойся, — зарычал на меня как зверь. Я вдруг на секунду увидела его звериную ипостась вместо лица. — Успокойся! Я сказал.

Открывая и закрывая рот, тянувшись к воздуху, я сдалась, расслабилась. Повисла в этом стальном захвате. Пусть делает, что хочет, главное — быстро.

Но Бастиан удивил. Почувствовав, что я перестала сопротивляться, он взял меня на руки. Донес до кровати, небрежно скинул.

— Укройся, — мрачно возвестил герцог. — Я не насильник и никогда не заставляю женщин разделить со мной ложе. Я тебя не трону. Ты придешь сама и попросишь об этом сама, а до тех пор привыкай к моей близости.

Приду? Попрошу? Я была благодарная за проявленный жест, но даже тогда съязвила.

— Скорее преисподняя замерзнет.

— Посмотрим, — и бровью не повел мой мучитель.

Подхватил одежду и ретировался в купальню.