Приворот на истинность

Стук в дверь повторился, и я поморщилась.

— Иду я, иду! — пробормотала я, спуская ноги с кровати.

Туфли я не нашла и, махнув рукой, пошлёпала к двери босыми ногами. Пол в комнате был на удивление тёплым. Так и не скажешь, что академия находится внутри скалы.

И снова стук. Кому же там не терпится?!

— Да сколько можно! — рявкнула я, распахивая дверь.

О чём тут же пожалела.

За порогом стоял Марсель. Марсель Норфилд собственной персоной. С короткими белоснежными волосами и льдистыми глазами.

— Элис-сон, — прошипел он и оскалился.

Я моргнула. А этот-то что делал на пороге моей комнаты с утра пораньше? Я его не звала! О чём тут же не постеснялась ему сказать.

— Не звала, значит? — переспросил он с ледяной яростью, и в недавно тёплой комнате словно стало на пару градусов холоднее.

А ещё совершенно иррационально захотелось погладить его по щеке.

Стоп! Да что происходит?!

— Что тебе нужно? — спросила я, отступая на шаг, чтобы увеличить расстояние.

Жаль, этот придурок расценил мой жест совершенно неправильно и шагнул следом. Мягко, бесшумно. И так же бесшумно прикрыл дверь за своей спиной.

— Эй! — возмутилась я. — Я тебя не приглашала! А ну свалил из моей комнаты!

— Ну уж нет, — возразил он с полубезумной улыбкой. — Уйду не раньше, чем ты снимешь с меня эту дрянь.

А в следующую секунду шагнул вперёд и без предупреждения обхватил руками, прижимая меня к себе. Я впечаталась в твёрдую грудь. Лёгкие заполнились морозным запахом ментола. Тело моментально захлестнуло волной счастья. Стало тепло, хорошо, безопасно.

Я на несколько секунд замерла в странном оцепенении, не в силах пошевелиться… А потом до меня дошло!

Я ведь сейчас обнималась не с кем-то там, а с Марселем! Марселем, мать его, Норфилдом! Которого ненавидела всей душой!

И мне это… нравилось?! Да ну, что за бред!

— А ну пусти! — рявкнула я и принялась вырываться. — Пусти, слышишь?! Не то я пожалуюсь куратору…

— Ваш куратор я, — невозмутимо отозвался он.

Да, точно. И тут облом.

— Тогда ректору! Или декану! Родителям твоим напишу! Пусти, слышишь? Сейчас же!

Марсель медленно, словно лениво, отстранился. Взглянул мне в глаза, и я застыла, словно меня заморозили.

— Как же ты меня бесишь, Эллисон, — совершенно искренне поделился он. — Ненавижу тебя.

А в следующую секунду он впился в мои губы болезненным поцелуем.

За день до этого

Перемещение прошло относительно легко. И уже через несколько минут я с наслаждением вдыхала морозный запах академии Рокмор-Тауэр. Здесь пахло ледяным камнем, серой и немного озоном. Но самое главное, что в ближайшую неделю я проведу здесь.

А не в родной академии Этфорд, под боком у предателя Гастона Боггарта.

У-у, ненавижу!

Стоило только вспомнить его имя, как в памяти всплывала картинка. Как Гастон стоит в пустой аудитории со спущенными штанами, а на парте, откинув голову, сидит длинноногая блондинка с третьего курса.

«Элис, детка, ты всё не так поняла! Мы просто делали вместе доклад по истории!»

С-скотина.

Плотнее натянув шапку, прячущую вишнёвые волосы, я стряхнула с себя мрачные мысли. И покатила чемодан ко входу в академию. Половина делегации уже скрылась внутри, и отставать мне не хотелось.

К моменту, когда я оказалась в просторном холле, все наши собрались у правой стены. Поудобнее перехватив ручки чемодана и саквояжа, я ускорила шаг. И едва не споткнулась, услышав знакомый голос:

— Элис, это ты! Ну наконец-то, я думала, что это тебя в академии забыли!

Мы разве забыли кого-то в академии?

Впрочем, неважно. Ко мне на всех парах через всю площадку неслась Моника. Во всём своём неуёмном великолепии. Разноцветные пряди волос подпрыгивали в такт ходьбе, к груди был прижат бессменный блокнот.

— Наконец-то ты приехала! — заявила Моника, крепко меня обнимая.

Я обхватила подругу в ответ и выдохнула:

— Это тебе спасибо. За то, что смогла внести меня в список делегации в последний момент.

Если бы осталась в одной академии с придурком Гастоном, точно бы его прибила. Возможно, меня бы даже оправдали.

— Я же говорила: для меня нет ничего невозможного, — кивнула подруга и хитро улыбнулась. — И раз уж мы сошлись на том, что ты у меня в долгу, готовься. Чуть позже выдам тебе задание на эту неделю. А пока вот, держи.

Она деловито протянула мне сложенный вдвое листок. Исписанный с двух сторон. Мелким почерком.

— А это точно всего на неделю? — уныло уточнила я.

Моника только глаза закатила.

— Это список ваших мероприятий. Черновик. Красивая версия – у главы делегации и вашего куратора. Которого, кстати, где-то носит. Должен уже быть здесь.

— Кстати, — спохватилась я. — У тебя вечером будет время? Может встретимся, посидим? Ну, как в прошлый раз?

— Конечно, встретимся. И обязательно поболтаем, все вместе. Только сначала надо найти вашего куратора и отдать ему обновлённый список участников. И потом ещё дела закончить…

Она обвела холл задумчивым взглядом и просветлела:

— А, вот и он.

Я проследила за её взглядом… и почувствовала, как моя улыбка медленно сползает с лица.

К сожалению, куратор был мне знаком. Слишком хорошо и, увы, печально. Мы, мягко говоря, на дух друг друга не переносили. С самого раннего детства.

— Что он здесь делает? — спросила я резко севшим голосом.

— Как это, что? — удивилась Моника. — Пришёл встречать вас, разумеется. Он ведь ваш куратор.

— Но почему…

Вопрос о том, каким образом человеческий маг оказался в драконьей академии, застрял в горле. Ведь к тому, что Марсель Норфилд в своё время с треском провалил вступительные экзамены в Этфорд, я приложила руку лично.

Не сказать, что незаслуженно. За пару месяцев до этого он сорвал мой дебютный бал. И заодно – лишил любого шанса выгодно выйти замуж. Конечно же, доказать вину Марселя оказалось невозможно. Но по его лицу в момент моего позора всё было очевидно.

Уверена, он тоже догадывался о том, кому был обязан проваленными экзаменами (хотя признаваться я, конечно же, не собиралась).

После того случая отец Марселя подсуетился, и сына приняли в какую-то заграничную академию. Но куда именно, мне тогда не сказали – да я и не интересовалась. Просто наслаждалась тем, что уже несколько лет не сталкивалась с ним лично.

Теперь-то было очевидно, почему: Рокмор-Тауэр находился в прямо противоположной части света от Каэлдора. Так что у меня были все шансы так и не встретится с этим гадом до самого выпуска.

Кто мог знать, что сегодня, сбегая от предателя Гастона, я угожу прямиком в академию, где учится Марсель. Кто вообще додумался сделать его куратором? Да бог с ним, с куратором – как он умудрился попасть в драконью академию?!

Обернувшись на сбежавшую Монику, я вздохнула и на негнущихся ногах пошла к группе. Подходить к Норфилду не хотелось. Но стоять одной посреди зала было ещё бессмысленнее.

— Нужно немного подождать, — втолковывал профессор Хансен, невысокий мягкий мужчина средних лет. Глава нашей делегации и очень неслабый маг. — У нас небольшие изменения в составе, и один человек задерживается.

— У меня указание довести вас до общежития и проследить за заселением, — возражал Норфилд своим бесяче-бесстрастным голосом. — Опоздавший может добраться самостоятельно.

— Вы ведь курируете нашу группу?

— Всё верно. Но я не обязан сопровождать вас целый день. К тому же, через час у меня тренировка.

Он скользнул взглядом по присутствующим и слегка вздрогнул, когда взгляд коснулся меня. И всё. Ни единого намёка на то, что мы с ним вообще знакомы.

И отлично. Если так продолжится, у нас будет шанс дожить до конца недели, ни разу не отравив друг другу жизнь.

Во всяком случае, так я думала.

Дорогие читатели, добро пожаловать в мою новинку.
Книга входит в литмоб . Монику вы уже видели, а скоро к нам присоединятся ещё девушки.
Все истории литмоба тут:
По объёму планирую уложиться в небольшой однотомник, и пока всё к этому идёт. Но неожиданности возможны.
В первую неделю проды будут выходить ежедневно, дальше - по мере готовности. Сейчас, к сожалению, чёткий график задать не могу.
Следующая прода выйдет завтра, в 18:00
Всем спасибо за то, что вы со мной.
Приятного чтения)))

1-3

Впрочем, пока всё шло неплохо. Отставшего студента мы бестолково прождали ещё минут пятнадцать. За это время выяснилось, что в Рокмор-Тауэр с тяжёлой руки Моники приехали ещё две моих подруги – Лия и Бейли. Значит, Рина тоже была где-то здесь.

Но этого я выяснить уже не успела. Наш заносчивый куратор всё-таки добился своего – дожидаться отставшего мы всё же не стали. Подхватили чемоданы и потащились прочь из холла.

К счастью, к жилым помещениям вела подъёмная платформа. И это стало действительно приятным сюрпризом. Спускаться по лестницам через несколько ярусов мне совершенно не хотелось. Во всяком случае, чемодан совершенно не располагал к пешим прогулкам.

К сожалению, на этом приятные сюрпризы закончились.

О том, что затевается какая-то подлянка, мне стоило догадаться сразу. Ещё в тот момент, когда Марсель заявил, что расселять будет сперва преподавателей, потом парней, и лишь после этого – девушек.

Надо сказать, в нашей делегации девушка была всего одна (не считая профессора Рейс, впрочем, и она была уже лет пятьдесят как не девушка). Наши педагоги решили подойти к вопросу разумно, и в мужскую драконью академию (Рокмор-Тауэр, то есть) отправили исключительно студентов мужского пола.

Я до сих пор удивлялась, как Моника умудрилась протащить в портал меня, да ещё и в последний момент.

Так вот, учитывая все обстоятельства, я была морально готова к некоторым неудобствам. Даже допускала, что меня могут подселить к другой делегации… Но вышло всё намного хуже.

— Это что за кладовка? — выразительно уточнила я, застыв на пороге доставшейся мне комнаты.

Я бы решила, что вовсе попала не туда, но номер на двери показывал номер двадцать шесть. Как и ключ у меня в руках. Я растерянно огляделась. Впрочем, как раз оглядывать здесь было и нечего. Кладовка – и есть кладовка.

— Тут даже кровати нет.

Только брошенный на пол матрас. Который, мягко говоря, не влезал по длине.

— Как грубо, — издевательски отозвались из-за спины. — Это твои личные индивидуальные апартаменты. Экс-клю-зивные. Всё твоё.

Я стрельнула ненавидящим взглядом в стоявшего за моей спиной куратора.

— Ты это специально устроил, да?

— Что именно? — картинно изумился Марсель. — Выбил для тебя отдельную комнату на жилом этаже? Не забывай, что тебя в делегацию включили в последний момент. И ты единственная представительница женского пола. Ничего лучше найти не успели.

И, конечно же, логика у него как всегда безупречна. Как же бесит.

— Как-то это всё-таки мелочно, — отметила я. — Даже для тебя. Или ты всегда так себя с девушками ведёшь?

Его глаза опасно блеснули. Он резко склонился ко мне.

— О, поверь, с девушками я обращаться умею. Ни одна из них не осталась недовольной. Но ты – особый случай.

Я криво усмехнулась, и не думая отступать.

— Да что ты? Правда, особый? Неужто ты в меня влюбился?

Я не успела моргнуть, как оказалась прижата к стене коридора. Марсель нависал сверху, опираясь ладонями по обе стороны от меня, и излучал ледяную ярость. Вот теперь всё вставало на свои места. Эту эмоцию я знала прекрасно – годы общения всё-таки.

Судя по всему, я его всё-таки достала.

Я широко улыбнулась, уже предчувствуя, как парень сорвётся, и я с чистой совестью нажалуюсь главе делегации. И потребую смены куратора.

Увы, выдержка парня с годами улучшилась.

— Как… — процедил он, яростно сверкая глазами. — Как тебе совести хватило сюда приехать? Думала, я тебя встречу с распростёртыми объятиями? После того, как провалил экзамены из-за тебя?!

— Остынь, Норфилд, — фыркнула я. — Я понятия не имела, куда тебя пристроили. Знала бы, что ты тут учишься – в жизни бы не поехала. А насчёт экзаменов – ты ничего не докажешь.

Он криво улыбнулся, обнажая ровные зубы. На висках засеребрился иней, оттеняя белоснежные волосы.

— Конечно, не докажу, — согласился он. — Кто-то очень тщательно стёр с моего волшебного пера все отпечатки силы. В противном случае мой отец…

Я закатила глаза.

— Ой, ничего бы он не сделал. Детская шалость, не более. Так ведь мне сказали, когда моё платье случайно разорвалось на дебютном балу?

Надо сказать, очутиться посреди переполненного зала в нижнем белье – оказалось удовольствием ниже среднего. Меня до сих пор передёргивало от взглядов, которыми меня в тот день провожали. Насмешливые. Масляные. Мерзкие.

Не уверена, что хоть когда-нибудь соглашусь вновь выйти в бальный зал. В родной академии я эти мероприятия игнорировала. Даже тот, что готовила Моника в Рокмор-Тауэр через неделю (ради чего она меня, собственно, и вытащила) я планировала пропустить. Собственно, я и платье с собой не привезла.

Но – сюрприз – виновника после того случая так и не нашли. Все печати силы тоже оказались мастерски потёрты.

Несколько секунд Марсель молча смотрел на меня. На скулах играли желваки, а глаза продолжали сверкать яростью.

— Ты ничего не докажешь, — выплюнул он наконец.

— Безусловно, — согласилась я. — Пожалуй, на этом и закончим. А теперь – найди для меня нормальную комнату.

Парень усмехнулся и отступил на шаг.

— Могу подселить тебя к вашему профессору. Как там её? Профессор Рейс?

Я поёжилась. Жить с профессором хотелось ещё меньше, чем в этой каморке. Хильда Рейс, в своём строгом сером платье и с гладким пучком на голове сильнее всего напоминала спицу. Если окажусь в её комнате, о работе по ночам можно забыть. Как и о встрече с подругами. А ведь у меня сегодня были планы на ночь – как минимум, поплакаться на горькую судьбу и гадкого бывшего. Который не просто мне изменил, но и отказывался оставлять в покое.

— Нет? — Марсель усмехнулся на мой мрачный взгляд. — Тогда могу предложить место в заброшенных казематах под пятым ярусом. Сыро, мрачно, зато просторно. Компания интересная, опять же. Может, хоть там тебя наконец сожрут.

— Спасибо, — с ненавистью выплюнула я, — меня всё устраивает.

Спать, конечно, придётся, поджав ноги. А куда впихнуть чемодан, вообще непонятно. Но как-нибудь справлюсь.

— Верное решение, — похвалил он. И снова склонился ко мне. — И запомни…

Какую светлую мысль мне собирался передать, я так и не выяснила. Потому что в этот момент послышался ещё один знакомый голос. Который я надеялась никогда не услышать:

— Элисон, детка, кто это такой? Почему вы стоите так близко?!

Я медленно повернула голову и нелитературно выругалась.

Похоже, последний член нашей делегации всё-таки прибыл.

Гастон стоял в нескольких шагах от меня. В расстёгнутом пальто и с чемоданом. Высокий, широкоплечий, с чёрными как смоль волосами и мощным подбородком. Когда-то он мне казался мужественным и надёжным. Сейчас же…

— Ты что здесь делаешь? — обречённо спросила я. — Тебя ведь не было в составе делегации.

Я лично проверяла. Между попытками Гастона завязать разговор и моими попытками от этого разговора скрыться, я получила письмо от Моники.

Подруга говорила о том, что драконья академия Рокмор-Тауэр организует какое-то мероприятие по обмену опытом, и приглашает делегации из лучших академий дружественных стран. И академия Этфорд как раз вошла в их число. Сама подруга была ответственна за организацию бала в конце этой встречи.

Разумеется, я тут же выяснила всё, что могла – и слёзно попросила подругу включить меня в список. Учитывая, что отец Моники был очень и очень влиятелен в высших драконьих кругах, для неё это не создало проблем. Так я и оказалась единственной девушкой в делегации. И улизнула прямо из-под носа у Гастона.

Во всяком случае, так я считала.

— Там один парень заболел, — мрачно объяснил бывший. — Я с утра бегал, оформлял документы. Даже к отправлению опоздал. Но ты, очевидно, без меня не скучала.

— Так не терпелось попасть к драконам? — ехидно уточнила я. — Ну так сказал бы, я бы тебе место уступила.

— Шутишь? — В его голосе проскользнула злость. — Я приехал за тобой. Тут-то ты от меня не сбежишь.

— Гастон… — прорычала я, чувствуя, как к горлу подступает ком ярости. — Ты вообще намёков не понимаешь? Повторю ещё раз: я видеть тебя не хочу, слышишь? Никогда больше!

Парень на секунду прикрыл глаза, словно прося сил у Всеединой матери. А когда открыл, голос его звучал почти ласково. Так, словно он успокаивал неразумного ребёнка, ей-богу!

— Морковочка, ну пойми: это была ошибка. Все совершают ошибки, ты ведь знаешь?

— Ошибка – это когда ты пришёл на свидание без цветов. А секс-марафон в лаборатории с незнакомой блондинкой…

— Её зовут Шелли…

Я аж задохнулась от возмущения. А ещё испытала непреодолимое желание запустить в Гастона чемоданом. А ещё лучше – облить какими-нибудь реагентами. Например, радужным концентратом. А что? Этот гарантированно не смоется как минимум неделю, и Гастон будет сверкать как новогодняя ёлка до самого зимнего бала. Можно смело в центр зала ставить вместо праздничного дерева.

Вот только реагенты дорогие, зараза…

— А секс-марафон с Шелли, — прошипела я наконец, — это не ошибка, Гастон. Это предательство. И если тебе всё понятно…

— Ну уж нет, — отрезал он. — Я тебя не отпущу, даже не надейся. Да, я понимаю, что тебе нужно время, чтобы успокоиться. Вы, девушки, очень эмоциональные…

Я чуть не зарычала.

— Но… — продолжил он. — Чтобы я не видел тебя рядом с другими парнями, это понятно?

Он выразительно взглянул мне за спину. И только теперь я вспомнила, что у нашей беседы был свидетель.

Чтоб тебя, Норфилд!

Я обернулась через плечо. Марсель стоял, расслабленно прислонившись плечом к стене и явно наслаждался зрелищем. Поймав мой взгляд, он широко улыбнулся и подмигнул.

— Ну что вы, не обращайте на меня внимания. Кстати, Элис, рад, что ты нашла себе парня. Я был уверен, что с твоим характером ты так и останешься одна.

Вот про характер – кто бы говорил.

— Ты что здесь забыл? — огрызнулась я. — У тебя ведь, кажется, тренировка?

— О, ни в коем случае! — издевательски усмехнулся он. — Тренировки у меня по утрам. А сейчас я обязан выполнить свой долг куратора и поселить этого парня…

— Да как же ты меня достал! — рявкнула я. И добавила, обернувшись к Гастону. — Оба!

Развернувшись, я ногами затолкала чемодан в свою кладовку, подхватила саквояж – и захлопнула за собой дверь.

— Элис! — раздалось возмущённо из-за двери. — Мы не договорили!

— Мы и не начинали, идиот, — прошептала я и прижалась ухом к двери.

Там, в коридоре, Марсель что-то втолковывал Гастону. Я представила, как он закидывает моему бывшему руку на плечо и улыбается краем губ. Почему-то я помнила это его выражение. Каждый, кто его хоть раз видел, знал, что ничего хорошего после него ждать не стоит.

— …Организую вам встречу, — донеслось до меня. — Элис, она… никогда не говорит то, что думает. Просто будь посмелее.

Вот же… С-скотина. Если Гастон и тут продолжит меня преследовать… Впору в самом деле проситься жить в казематы.

Кстати об этом…

Голоса за стеной стихли, и я ещё раз огляделась, подсвечивая себе пространство магией. И лишний раз убедилась, что оказалась именно в кладовке. Тут не было ни света, ни вентиляции. И по длине она совершенно никак не вмещала человека. Метра полтора от силы – неудивительно, что кровать не влезла. Ещё и пахло моющими средствами и какими-то отдушками.

Похоже, Марсель всё же решил оторваться за тот провал экзаменов. Вот только если он решил, что я это проглочу, он сильно ошибался. За последние несколько лет мои навыки в артефакторике сильно улучшились. И мне было, чем ему ответить.

Но сперва нужно было разобраться с комнатой. Вот ни за что не поверю, что члена делегации действительно могли поселить в такое… недоразумение.

И мне было необходимо найти коменданта.

Осторожно приоткрыв дверь своей кладовки, я выглянула в коридор. Ни Гастона, ни Марселя видно не было. Что ж, и слава богу. Если повезёт, в ближайшее время я с ними и не встречусь.

Увы, разборки с комнатой затянулись дольше обычного. Сперва я оббегала несколько этажей в поисках коменданта. Бегала бы дольше, но мне помогли какие-то студенты-старшекурсники. Довели прямиком до кабинета и бросили в дверях.

— Все вопросы делегаций решаются через кураторов, — проскрипел комендант, сморщенный старичок с кроссвордом в руках. На вид ему было лет двести.

— Но наш куратор поселил меня в кладовку!!!

— Все жалобы на комнаты и жилищные условия подаются через кураторов, — повторил он, не поднимая взгляда. И, послюнявив карандаш, принялся вписывать в кроссворд новое слово.

Прорычав неразборчивое ругательство, я направилась на преподавательский этаж. Немного поразмыслив, постучала в дверь к профессору Рейс. Подождала. Постучала ещё раз. И лишь после пятой попытки пришла к неутешительному выводу: профессор куда-то ушла.

Скривившись, я перешла к плану Б: постучала в дверь Николаса Хансена, главы нашей делегации.

И снова тишина.

Спустившись на этаж, я пошла к комнатам парней – но и там никто не открыл. Очевидно, все члены делегации ушли куда-то все вместе, радостно держась за руки (или нет). А меня не взяли, потому что я в этот момент носилась по этажам в поисках коменданта. Который всё равно ничем не помог.

— Да что за невезение-то!!! — простонала я, вцепившись в волосы. — Они издеваются, что ли?!

— Ты чего тут делаешь? — послышалось из-за спины, и я вздрогнула от неожиданности. — Кстати, ты случайно, не видела Монику?

Точно! Моника! Вот кто мне поможет!

Я резко обернулась и широко улыбнулась. За моей спиной стояла Лия, ещё одна подруга из нашей дружной компании. Светлые волосы, бессменный голубой свитер и серые брюки. Только глаза были подозрительно красными, а губы искусаны.

Да уж, похоже, у неё тоже были проблемы. Да что ж за день-то такой?!

— Монику не видела, но она мне тоже нужна, — выпалила я.

— Вам тоже с куратором не повезло, да? — понимающе уточнила она.

— Скорее только мне.

Я резко выдохнула и, схватив подругу за руку, потащила к себе. С третьего раза попала ключом в замочную скважину и распахнула дверь.

— Вот! — выдохнула я. — Видишь? Видишь?

Лия окинула озадаченным взглядом крохотное пространство. Сиротливо скрутившийся тонкий матрас, чемодан и саквояж. И отметила:

— Это же кладовка?

— И я о чём! — возмущённо согласилась я. — Этому гаду хватило наглости меня сюда поселить.

— А комендант?

— Заявил, что все вопросы решаются через куратора, — пожаловалась я. Надо будет ему кроссворд нерешаемый подкинуть. Чтобы помучился.

— Ну и денек, — поджала губы подруга. — Нам точно нужна Моника.

Я согласно кивнула. Подтолкнула ногой чемодан, так и норовящий выкатиться на свободу, и заперла дверь.

Следующий час мы искали Монику по этажам. К сожалению, разобраться без неё было невозможно. И если мне просто не повезло с жильём, то Лия по вине куратора лишилась артефакта-накопителя, который был ей жизненно необходим. Очень мощная штука. Достать такой было почти невозможно. А впрочем…

— Если хочешь, могу попробовать сделать что-то похожее, — предложила я. — надолго не хватит, но на какое-то время…

— Ты меня очень выручишь! — искренне выдохнула Лия. И, кажется, даже немного посветлела лицом.

Я кивнула и сосредоточилась на цели. Теперь мне ещё сильнее была нужна нормальная комната – работать в кладовой без вытяжки было попросту невозможно.

Моника нашлась в церемониальном зале на первом ярусе. Стояла и раздавала указания студентам. Которые вздохнули с явным облегчением, когда мы приблизились. Пара минут объяснений – и глаза драконницы опасно сверкнули.

— Разберёмся, — сдержанно пообещала она. — А с вашими кураторами… я поговорю.

И – о чудо! Стоило Монике вмешаться, как всё заработало. Комендант оторвался от кроссворда и отправился проверять, на что там жалуется неугомонная красноволосая девица из человеческой академии.

— Дамочка, это ж не ваша комната, — удивился он, открыв дверь. — Вы почто в кладовку-то залезли? И куда дели уборочный инвентарь?

Я едва не зарычала. Но орать на старичка было мягко говоря, невежливо.

— Поверьте, я его никуда не девала, — терпеливо объяснила я. — Мне дали ключ и сказали, что моя комната здесь.

Комендант изумлённо посмотрел на протянутый мною ключ. Сверился с какими-то записями в блокноте.

— Странно, — изрёк он. — Судя по бирке, ключ действительно ваш.

Я поджала губы.

— Но ведь это кладовка, — закончил он мысль, и я согласно закивала. — Да-а, дела… Подождите-ка здесь, юная леди.

И он практически испарился – во всяком случае, подобной скорости передвижения я от такого тщедушного старичка точно не ожидала.

Впрочем, вернулся он так же быстро. Держа в руках ещё один ключ.

— Что-нибудь выяснили? — взволнованно уточнила я.

— Выяснил, — недовольно проскрипел он. — Кто-то поменял бирки от ключей. Этот от кладовой, — он продемонстрировал мне уже знакомый ключ с числом двадцать шесть, — а этот, — поднял другой, с невзрачным номерком, — от вашей комнаты.

Я выразительно покосилась на дверь моей кладовки.

— Ещё и номер переставили! — правильно понял мой взгляд комендант.

Оглядевшись, он безошибочно отыскал единственную в коридоре дверь без номера и подошёл к ней. Поверхность оказалась гладкой, но в одном месте краска была чуть темнее, и смутно угадывались цифры два и шесть.

— Ну попадитесь мне только, — прошипел он. — Я вам покажу, как имущество портить! На отработку отправлю!

Я украдкой улыбнулась. Моника, узнав о выходке моего куратора, сказала примерно то же самое. И что-то мне подсказывало, что одной отработкой для Марселя дело не ограничится. Он просто не представлял, с кем связался.

Ну и я, разумеется, тоже в стороне не останусь.

 -----------------
Дорогие читательницы, сегодня вы познакомились с Лией Кейн. В истории прекрасной Арданы Шатз, вы можете прочитать полную историю девушки. А заодно узнать, что же это за артефакт такой, который разбил куратор))
Что может быть хуже потери контроля над магией перед самыми экзаменами? Только участие в Зимнем Бале, который должен пройти в мужской академии. И это вместо того, чтобы спокойно учиться и готовиться к экзаменам!

А еще есть куратор, который задался целью превратить мою жизнь в кошмар... Этот парень каждый день испытывает на прочность меня и мое терпение. Но тогда почему рядом с ним я чувствую себя по-настоящему живой? Почему позволяю ему все сильнее завладевать моими чувствами?
У меня есть всего семь дней, чтобы не влюбиться!

2-2

Комната оказалась совсем небольшой. Да и обстановка не поражала роскошью. Одна кровать, тумба, стол, узкий шкаф и комод. Но зато – отдельная уборная с самой настоящей ванной.

— Вот это я понимаю, жизнь, — одобрила я. — Целая комната, и всё мне одной.

Разбор вещей занял не больше десяти минут. Предметы гигиены отправились в ванную комнату, одежда – в комод. А всё, что не влезло, осталось в чемодане, который я попросту задвинула под кровать.

Ну а после этого пришла очередь саквояжа. Поставив его на стол, я расстегнула застёжки и замерла в нерешительности, критически оглядывая пространство. Что-то мне подсказывало, что вся моя походная лаборатория на стол не влезет.

Так что пока я решила обойтись минимумом.

Сперва достала компактную горелку и магический гравировщик. Затем вытащила минимальный набор алхимика (сложные составы я смешивать не рисковала, но базовый минимум входил в образование любого артефактора) и пристроила на край стола весы. После чего принялась расставлять на полках в шкафу всякую мелочь. Самые ходовые реагенты, заготовки, инструменты, справочники… Место стремительно заканчивалось, а саквояж и наполовину не опустел.

И я лишний раз порадовалась тому, что в своё время очень удачно прикупила его на распродаже. Он, конечно, обошёлся мне почти в трёхмесячную стипендию, но определённо того стоил.

Я как раз утрамбовывала саквояж под кровать (не скучать же чемодану в одиночестве), когда раздался стук в дверь. Я настороженно замерла, гадая, кого же принесла нелёгкая. И тут же выдохнула: послышался голос профессора Рейс.

— Через пять минут общий сбор в гостиной!

Я выглянула в коридор, но профессор уже стучалась в другую комнату, за несколько дверей от меня. Похоже, меня поселили в стороне от делегации. Впрочем, это было даже хорошо – меньше шансов, что Гастон придёт ко мне мириться. Если повезёт, он вообще мою комнату не вычислит.

На месте сбора я оказалась первой. Только успела переодеться в брюки и блузку и переплести растрепавшиеся с дороги волосы – и прямиком направилась туда.

Гостиная оказалась просторным холлом. Мы проходили мимо неё, когда шли от лифтов к комнатам. По центру помещения размеренно горел открытый очаг, вокруг него в свободном порядке стояли кресла и даже диваны. У стены виднелись рабочие столы. И – ни души, надо же.

Я выбрала себе место возле прохода и притихла. Отсюда была видна большая часть коридора, зато меня прикрывал раскидистый астроцитус, относительно большое растение с толстыми стеблями и разлапистыми листьями. В детстве у меня был такой. На Мранмаре подобные растения были экзотикой, а мне привёз его в подарок отец. Я с гордостью владела им целых восемь дней…

Пока его не заморозил Марсель.

Я помотала головой. Думать про этого гада не хотелось. Тем более, что наша группа уже начала собираться по центру гостиной, возле очага. Но преподавателей пока не было.

Астроцитус, конечно, не давал полной защиты, но если не приглядываться – меня было заметно не сразу. Так что я с удовольствием понаблюдала за тем, как Гастон по пути к месту встречи с минуту мялся на пороге кладовки. Стучал в дверь, шептал что-то в замочную скважину, даже злился.

Ровно до того момента, как его не подогнал профессор Хансен. И только распрямившись, Гастон заметил меня.

И сразу расплылся в довольной улыбке.

— Элис, детка, — протянул он, подходя ближе, — а я хотел проводить тебя до гостиной. Помнишь, мы раньше ходили вдвоём на все пары?

Да-да, примерно до тех пор, пока ему не задали тот самый доклад по истории.

— Гастон, — прошипела я дружелюбно, — шёл бы ты… обратно в Этфорд. Тебя там, наверное, подружка потеряла.

— Ревнуешь, — ухмыльнулся он и продолжил прежде, чем я успела возмутиться: — Она мне не подружка. То было временное помутнение, а люблю я только тебя. Ну? Хватит дуться…

— Боггарт и Лангер! — окликнул нас профессор Хансен. — Вам отдельное приглашение нужно?

Оказывается, наша делегация уже успела собраться в полном составе – все десять парней и трое преподавателей. Не хватало только нас с Гастоном.

— Знакомая ситуация, скажи? — отметил он вполголоса. — Раньше мы тоже…

— Не напоминай, — отрезала я и, соскользнув с дивана, направилась к остальным.

Заодно сделала себе пометку, что ситуацию с Гастоном пора решать. Раз избегать его не получается, надо придумать что-то более действенное.

На общем сборе нам прочитали краткую лекцию, где ещё раз перечислили все наши обязанности: вести себя цивилизованно, ни во что не влипать, не позорить честь родной академии Этфорд.

— А чтобы вы всегда были на связи, — торжественно произнесла профессор Рейс, — мне поручили раздать вам вот это.

Она по одному выдала нам на руки по небольшому металлическому кругляшу, напоминавшему карманные часы. Я озадаченно откинула крышку и уставилась на абсолютно пустую глянцевую поверхность. Чёрную и совершенно не прозрачную. Циферблата не было.

— Что это? — озадачился кто-то из парней.

— Малый оповещатель, — с гордостью сообщила профессор. — С его помощью можно отправлять и принимать короткие сообщения. Впредь именно через него я стану предупреждать об общих сборах и задачах. Так что всегда носите его с собой.

Вот это здо-орово… Артефакт такого уровня… Да я просто обязана его разобрать и выяснить, как он работает!

— Профессор, — подал голос Гастон, — а друг с другом можно обмениваться сообщениями?

— Можно, если вы знаете индивидуальный номер оповещателя собеседника, он написан на внутренней стороне крышки. В противном случае сообщение улетит в никуда.

— Элис, детка, — прошептал Гастон, — поделишься номером?

Он попытался меня приобнять, но я раздражённо скинула руку, спрятала оповещатель в кулаке, хлопнув крышкой… и замерла. Потому что на миг показалось, что в комнате резко похолодало.

— А вот и последний пункт нашей встречи! — обрадовался профессор Хенсли. — Позвольте ещё раз представить вам нашего куратора, Марселя Норфилда.

Я медленно обернулась. Марсель стоял, заложив руки в карманы, и почему-то пристально смотрел на меня.

Марсель

Вид Элисон Лангер, воркующей со своим бывшим, вызывал глухое раздражение. Впрочем, вид Элис вызывал во мне раздражение абсолютно всегда. Примерно с того самого момента, когда она мне подмешала в чай какую-то гадость, вызвавшую полное облысение.

Нам тогда было лет по семь. И Элисон таким образом отомстила мне за замороженное экзотическое растение. Астроцитус, кажется. Якобы, такое растёт только в Римари, и в Мранмаре его попросту не достать. А у неё были на него планы.

Нашла из-за чего беситься!

Волосы у меня, конечно, отросли, но поменяли цвет. Когда-то они были угольно-чёрными, а после того раза полностью побелели.

Конечно, я тогда в долгу не остался. Растение-то я заморозил случайно, а вот зелье она подливала вполне целенаправленно.

Уже не помню, что я тогда сделал. То ли запустил крыс к ней в спальню. То ли спрятал таракана в сумочку. Или стащил и спрятал любимую куклу? Взаимные уколы продолжались при каждой встрече, постепенно становясь всё более жестокими. А встречались мы часто: наши отцы дружили. И любую выходку, бездна раздери, списывали на обычные детские шалости.

Якобы, повзрослеем – и обязательно найдём общий язык.

Разумеется, всё вышло совершенно не так. И последняя выходка Элисон привела к тому, что я провалил вступительные экзамены в Этфорд. С треском!

И стоило-то ей это всего ничего. Она просто подменила моё перо другим. Новый пишущий артефакт выглядел точно так же, как мой собственный. С одной лишь разницей: высыхая, чернила менялись. Не сразу – где-то часа через три-четыре. Достаточно для того, чтобы я успел дописать экзамен и сдать работу. И катастрофически мало для того, чтобы мою работу успели прочитать и проверить.

Увы, к моменту, когда профессора приступили к проверке, в листке была написана какая-то ерунда. Ни одного правильного ответа.

Отец бы, конечно, мог добиться пересдачи: надавил бы положением, затребовал экспертизу магического вмешательства… Но проблема в том, что он уже давно хотел отправить меня учиться за границу.

Поэтому вместо пересдачи я был отправлен в Римари, в академию Рокмор-Тауэр. Здесь как раз открылось три вакантных места для обучения, и отец утверждал, что это отличный способ улучшить позиции на международном рынке.

Три раза ха.

Одной Всеединой матери известно, скольких трудов мне стоило удержаться здесь. Те двое, с кем мы приехали из Мранмара, не выдержали нагрузки. Были отчислены в первый же год. Остался только я. И я зубами выгрызал себе место под солнцем.

Человек в академии драконов. Я заранее проигрывал им всем.

Приходилось работать на износ. Не спать ночами, тренироваться до кровавых соплей, снова и снова.

Я справился. Развил свой дар, заставил себя уважать, и даже пробился в команду по Спеллкрафту. Что до сих пор казалось вовсе невозможным для человека. Туда брали драконов, сильнейших из сильнейших. И меня.

Несмотря на дурацкую шутку Элис, я смог не только выжить, но и преуспеть.

О, я собой гордился. Писал отцу. Надеялся, что он сможет приехать на игру…

А вместо этого приехала Элисон.

Вот уж кого я увидеть не ожидал, особенно с учётом того, что изначально мне обещали, исключительно мужскую делегацию. И когда я соглашался стать куратором группы, речи об этой вздорной девице, разумеется, не шло.

Кураторство давало мне дополнительные очки в выпускном табеле, и отказываться от них я не собирался. Со стороны академии логика тоже была вполне понятна. Выпускной курс, единственный студент из Каэлдора. Кого ставить, как не меня? А то, что в своё время я провалил вступительные именно в академию Этфорд – так это никого волновать не должно.

Справлюсь.

Хуже всего то, что из-за этого кураторства я пропустил утреннюю тренировку – и это накануне игры. Да и в целом выяснилось, что времени это занимает куда больше, чем я рассчитывал поначалу.

Впрочем, плюсы в этом всём тоже были. Да, Элисон сейчас находилась в моей академии. Но при этом именно я был её куратором, что давало мне определённое преимущество. Никто ведь не говорил, что положением куратора нельзя злоупотреблять. Тем более, что с нашей последней встречи я сильно изменился. И воспоминания об Элисон давно не вызывали во мне ничего, кроме того самого глухого раздражения.

Или так я думал. Но стоило увидеть росчерк вишнёво-красных волос, как чувства, казалось, давно забытые, снова вырвались наружу. Ненависть, ярость и… отчего-то, лёгкий азарт.

Увидеть, как она яростно заталкивает вещи в кладовку? Бесценно. Разумеется, я планировал указать ей на ошибку. Позже. Когда она как следует прочувствует собственное положение.

Или нет.

Увы, затея провалилась. Элис всё-таки заехала в предназначавшуюся ей комнату. А меня теперь меня по всему общежитию искал комендант, да ещё где-то там гонялась бешеная драконница с разноцветными волосами. Но оно того определённо стоило.

А ещё я готовился к ответному удару. Потому что кто-кто, а Элис в долгу не останется. Ну а у меня уже будет ответный ход. Довольно очевидный, к слову. Очень уж явно девушка кривилась при виде своего бывшего парня.

Подсказать пару мест для встречи, помочь ему остаться с девушкой наедине, перечислить самые частые маршруты, которыми ходят студенты…

Во всяком случае я так думал, пока не увидел, как Гастон по-хозяйски обнимает Элисон за плечи. И вот теперь внутри зашевелилась мысль, что, возможно, план придётся пересмотреть.

Придумаю что-то ещё. Что-то особенное. Вариантов у меня, разумеется, множество.