Приворот на Новый год и 100 забот

- Не реви! Слезами горю не поможешь. И вообще, это не конец света.
Одной рукой я протягивала младшей сестре платок, другой рисовала в воздухе витиеватые знаки, чтобы зелье, оставшееся без присмотра на кухне, не убежало и не украсило всё вокруг затейливыми узорами ядовито-зеленого цвета.
- Тебе легко говорить! – еще громче заревела Валенсия, хлюпая носом. – Ты кра-а-асивая. Красивым всё нипочем. А мне теперь год из дому выходить нельзя. Все будут пальцами показывать!
- Нет, ты не…
Я замолчала на полуслове, ибо понимала, что сестренка права. Так уж устроен мир. Красивым девушкам многое прощают. Особенно, если они не блещут умом или притворяются глупышками. Наша соседка Дейзи вечно попадает в нелепые ситуации. И ничего. Кавалеры в ряд выстраиваются, чтобы выручить незадачливую девицу. К дурнушкам, вроде Валенсии, совсем другое отношение. Нет, моя сестренка не уродина. Разве что нос длиннее, чем надо. Просто нет в ней утонченности. Не умеет хлопать ресницами и надувать губки. Еще и ножищами вечно шаркает.
- Ладно, ситуация не простая признала я. - Но кто тебя, ради всех святых, заставлял верить Лайонелу Ричмонду?! Это же Лайонел!
Честное слово, мне хотелось треснуть сестренку половником, лежащим рядом на столике. Я невольно притащила эту утварь с кухни, услышав рев.
Если тебя – не красавицу – зовет на свидание лучший жених города, есть смысл сразу заподозрить подвох, а не лететь на встречу, как на крыльях.
Но где я, а где Валенсия, всю жизнь славящаяся наивностью. Она легко купилась на болтовню Лайонела.
- Он сказал, что устал от дурочек с их бесполезной трескотней, - прохныкала сестренка. – А я… Со мной интересно, можно поговорить.
Я с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Лайонел Ричмонд, оставаясь с девушками наедине, точно не разговорами заниматься привык.
- Я пришла на свидание, а они… они… - Валенсия заревела громче прежнего.
- Они поступили мерзко, знаю, - проговорила я и заставила-таки сестренку взять платок.
Она уже успела рассказать, что случилось. Еще пятнадцать минут назад. Просто водопад, льющийся из глаз, никак не желал заканчиваться.
История вышла довольно прозаичная, пусть и гадкая. Красавчик приглашает простушку на свидание, а встречает ее целая толпа. И поднимает на смех за то, что такая, как она, посмела считать себя равной парню, вроде Лайонела Ричмонда. Обидчиков набралась целая толпа. И сам Лайонел, и его приятели – такие же богатые и избалованные, и их девушки – первые красотки в городе. Они все просто заклевали глупышку Валенсию. Прямо на главной площади – при свидетелях. И теперь история о ее позоре распространится по городу со скоростью зимнего ветра.
- Может, мне уехать? – сестренка вытерла нос рукавом новой блузки. – Далеко-далеко?
- И на что будешь жить? Профессии нет, наследство получишь только после замужества, - напомнила я. – Да и не выживешь ты сама. Недели не пройдет, как попадешь в новую историю.
- Что же делать? – Валенсия посмотрела с надеждой. Мол, ты же умная, Лайла, обязательно что-нибудь придумаешь.
Я сердито потерла лоб.
Помощь родственников исключалась. Бабушка сама на старости лет витает в облаках. У отца после праздников слушанье в городском совете. Будут утверждать проект застройки на левом берегу. Наш родитель-архитектор всю душу в него вложил. А в совете сплошь да рядом папеньки обидчиков Валенсии. С ними ссориться нельзя. Там же новый муж нашей маменьки. Вот уж кто будет метать громы и молнии, если начнутся ссоры. А он ещё и помощник мэра.
- Если только… - прошептала я, не видя иного выхода.
- Колдовство? – пискнула Валенсия.
- Оно самое, - подтвердила я.
На душе было неспокойно. Да, я – хорошая колдунья. Но одно дело – колдовать помаленьку для пользы семьи. И совсем другое, когда замешана целая толпа местных богачей.
Впрочем, все они заслуживали порки. Да и перебить скандал с Валенсией можно только другой громкой историей. Не зря же говорят: клин клином вышибают. Если вся эта гадкая компания загремит в неприятности, о позоре сестренки моментально забудут.
- Мне нужны имена всех, кто там сегодня был, - я потащила сестренку в отцовский кабинет, взяла из ящика стола лист бумаги, обмакнула перо в чернильницу. – Никого не забудь.
- Хорошо, - Валенсия, наконец, прекратила лить слёзы и сосредоточенно принялась перечислять обидчиков.
- Увлекательный список, - процедила я, перечитав имена. Ровно двенадцать.
- О! Там был еще Кристиан Прайс! Я не сразу вспомнила, потому что он стоял отдельно. И он… - лицо Валенсии вытянулось. – Ох, прости, я совсем забыла, что Кристиан тебе нравится.
- Ничего он мне не… - я заскрежетала зубами. Смысл врать? Валенсия наивная, но не глупая. Прекрасно замечала, как я из раза в раз на мероприятиях демонстративно не замечаю Кристиана Прайса. – Ладно, нравится. Но это не имеет значения. Бабушкино рубиновое ожерелье чудо как прекрасно. Я им любуюсь, но в жизни не буду носить. Потому что оно массивное, и мы друг другу не подходим. То же самое с Прайсом. И если насмехался над тобой, получит по заслугам.
- Насмехался, - признала Валенсия. – Он ждал кого-то на площади. С незнакомой мне девушкой. И… когда остальные говорили мне гадости, Кристиан… Он посматривал на нас и что-то шептал спутнице. А та смеялась. Потом я побежала и упала. Как раз рядом с ними. И он сказал: шла бы ты прямиком домой, мышка-глупышка. И снова засмеялся.
- Засмеялся, значит, - процедила я. – Вносим в список. И раз девицу ты не знаешь, у нас чертова дюжина обидчиков. Веселое число. Но ничего не поделаешь. Что есть, то есть.

Оставшуюся часть дня я провела в заботах. Доварила целебное зелье для бабушки, чтобы ее рассудок оставался по возможности ясным. Затем другое – для отца. Оно поддерживало душевное здоровье, а в этом наш с Валенсией родитель нынче очень нуждался. Новый проект отнимал не только физические силы, но и моральные. Если не использовать подпитку, можно и в госпиталь загреметь. А это нам всем без надобности.
- Думаешь, это хорошая идея – вредить обидчикам сестры? Всё-таки их отцы – в совете.
Я уронила ложку, которой только что закончила помешивать остывающее зелье. Ибо, задумавшись, пропустила момент появления фамильяра. Он бесшумно вылез из норки и вскарабкался по стене на столик рядом с плитой. Его звали Рик. И он был самой обычной мышью. Серой, с длинным хвостом.
Да, я понимала, что это странно. Читала в книгах, что колдуны выбирают в фамильяры кого-то солидного – котов с хорошей родословной, волков или на крайний случай воронов. Но я не знала, как их правильно призвать. Точного текста призыва не нашла, только общие сведения. Меня же некому было учать. Сама постигала все премудрости колдовства. По старым книгам. Или методом проб и ошибок. Вот и с призовом фамильяра вышла незадача. Составила текст, прочла посреди ночи. И стала ждать. Ни волк, ни ворон не появились. Зато на середину кухни выскочила мышь. А я возьми и щелкни пальцами. Вот связь и образовалась. С тех пор Рик мне служил, а я прекрасно понимала его речь.
Разумеется, он знал новости. Всегда был в курсе того, что со мной происходило.
- Ты чем мне советы давать, лучше б за своими кузенами следил, - попеняла я мышу. – Договорились же, что на кухне им делать нечего. Еду я передаю исправно. Но нет, опять пытаются сыр таскать. Хочешь, чтобы они бабушку до приступа довели? Знаешь ведь, как она вашего брата боится. На стол готова запрыгнуть, коли увидит.
- Это они на спор, - посетовал Рик. – Но я проведу воспитательную беседу.
- Уж проведи. Что до красавчиков-мерзавцев, это вопрос решеный. Месть состоится. Нельзя, чтобы они теперь полгода насмехались над Валенсией. Пусть лучше весь город над ними самими потешается.
- Но обидчиков целая чертова дюжина, - справедливо заметил Рик. – Уверена, что силенок на всех хватит? Месть – дело хлопотное.
- Так я одним ударом. Попрошу тетку Ивонну подсобить. Подлить паразитам особой настойки. А дальше… Дальше у нас будут билеты в первом ряду. Понаблюдаем за позором года.
Тетка Ивонна не была нашей родственницей по крови. Но когда-то бабушка наняла ее в свой ресторанчик помощницей. Женщины обладали похожими характерами и крепко подружились. Бабушка Ивонну даже племянницей звала, а та ее тетушкой. Теперь ресторан был передан в управлении Ивонны. Причем, ей даже принадлежала половина заведения. Всех это устраивало. Я знала, что она не откажет в помощи. Ивонна знала мой секрет, а я не раз ее выручала колдовством. Кроме того, она очень любила нашу незадачливую Валенсию.
План был прост. Разослать обидчикам (только парням) письма с приглашением посидеть в ресторане перед балом. Будто друг от друга. Они явятся. Всенепременно. Особенно, если отправитель пообещает поведать некие важные новости, которые необходимо обсудить до прибытия в ратушу на бал. Ивонна подольет им моей настойки. И… парни потеряют голову от некой красотки. На балу постараются добиться ее внимания и, наверняка, перессорятся прилюдно, если вообще не передерутся. Приворот, пусть всего на день – вещь мощная.
- И кто та девушка? – напрягся Рик. – Ты же не хочешь, чтобы они все бегали за Валенсией?
- Нет, конечно. Хотя было бы забавно посмотреть, как обидчики объясняются ей в любви у всех на глазах. Но моя сестра такого точно не выдержит. Да и вряд ли парни под действием приворота будут вести себя особенно учтиво. Есть у меня кандидатка. Которая сама напросилась.
- Уж не дочка ли мэра? – фамильяр глянул тревожно.
- Она самая, - припечатала я мстительно. -  Синтия Клентис.
Ух, как допекла меня эта наглая особа! Мало того, что постоянно унижала всех вокруг. Так недавно на одном из девишников, где присутствовала наша соседка Дейзи, посмела сплетничать обо мне. Рассказывала, закатывая глаза, что я – нагулянная. Мол, матушка моя оказалась брошенной кавалером в интересном положении. А Роберт Брукс, которого я всю жизнь считала отцом, вовсе таковым не являлся. Он просто был влюблен в мою матушку и решил спасти от позора. Положа руку на сердце, я допускала, что это правда. Откуда-то же у меня взялся колдовской дар, хотя им в роду (с обеих сторон) никто не владел. И всё же рассказывать подобное мерзко и чревато последствиями. Это ведь моя репутация. И пятна, которые Синтия усердно на нее сажала. Лучше бы поведением собственного папеньки озаботилась, регулярно ходившего от маменьки налево. Любовные приключения мэра якобы хранились втайне, но о них знал весь город. Правда, лишний раз никто не сплетничал. Это же мэр.
- Синтия у меня попляшет, - пообещала я. – И даже не пытайся отговаривать. Она заслужила. Теперь главное раздобыть ее волос. Остальное – раз плюнуть.

- Мне не нравится, что ты выбрала дочку мэра, но, в целом, план хорош, - тетушка Ивонна поставила передо мной тарелку с мясным пирогом. Всегда считала, что я слишком худая, и меня надо подкармливать.
- Мне в любом случае нужна девушка для реализации плана, - я развела руками. – У Синтии, конечно, есть вредные подружки. Но все они не такие гадкие, как она сама. Да и размах с ее участием будет больше. И парни своё получат, и злыдни-подружки. Вообще не понимаю, как так можно? Они же – девушки! И подставляют под удар одну из нас.
- Это обычное дело, дорогая Лайла, - тетушка Ивонна вздохнула и кивнула на пирог. Мол, ты говори-говори, но и есть не забывай. – Некоторые гадюки всех готовы извести, лишь бы не смели смотреть на кавалеров. А ты не думала и их опоить? Девчонок этих?
- Думала, - призналась я. – Но это перебор. Я ж не такая беспринципная, как они. Парни-то позор переживут, а вот девушкам отмыться трудно. Не могу я так поступить. Даже с гадюками. Это не мой вариант. Пусть будет «порка», но не унижение года.
- Ладно, я в деле, - тетушка Ивонна оглядела зал. – Посажу парней вон за тот стол в углу – за елкой, чтоб раньше времени внимания не привлекали. Зелье твое в кувшин добавлю. И пусть разливают и подливают сколько влезет. Только ведь они быстро поймут, что это подстава, как только разберутся, что никто никого сюда не звал.
- Не разберутся, - пообещала я. – Уж точно не сразу. Всё продумано, тётушка. Мне, главное, чтоб они зелье приворотное выпили. С остальным я справлюсь. Знаю, что делаю. Парни и сами не догадаются, что их тут опоили. Я устрою им небольшое магическое «приключение» по дороге отсюда к ратуше. Решат, что тогда их и околдовали. Нас никто не заподозрит. С какой стати? У заведения прекрасная репутация. А в нашей семье колдунов в жизни не было. Да и в городе, говорят, они лет тридцать не появлялись. Все подумают, что дело в мэре. Его многие не любят. Вот народ и сделает вывод, что ему мстили через дочку. Раздобыли в чужих краях колдовские «штучки». А парни так, под горячую руку попали.
- Тут ты права, - признала тётушка Ивонна и широко улыбнулась. – Господин мэр давно напрашивается. Никто не удивится, что с ним решили поквитаться. До самого не добраться. Вечно с охранниками ходит, опасается народа. А вот дочка… Дочка на виду. Кстати, а как ты ее волос достанешь?
- Рика запущу в ее дом. Он мигом управится.
- Ты в курсе, что жена мэра обожает кошек? – тетушка встревожилась. – Говорят, их там не меньше дюжины.
- Там подушки диванные, а не кошки, - отмахнулась я. – Из них охотницы, как из меня – королева бала. И вообще, Рик несъедобный. С ним ни одна кошка не справится. Это раньше он был мышом, а теперь фамильяр.
- Ну, раз ты уверена, - она похлопала меня по руке и улыбнулась, заметив, что тарелка опустела.
- Я побегу, тетушка Ивонна. Всего два дня в запасе. Дел невпроворот. Не говоря о подготовке к балу. Маменька лично озаботилась нашими с Валенсией нарядами, чтоб ее не опозорили. Хоть и не живет давно с нами, а вздохнуть до сих пор свободно не дает.
Тётушка только возвела глаза к потолку. Мол, терпения тебе, дорогая.
 
****
Как ни странно, подготовка прошла, как по маслу. Я даже тревожиться начала. Уж не дурной ли это знак. Говорят, чем больше проблем в процессе, тем лучше результат. Я же пока не столкнулась ни с единой сложностью. И тетка Ивонна согласилась сходу, и все ингредиенты для приворотного зелья нашлись без труда. И даже волос Синтии мы с Риком раздобыли за считанные минуты. Я в сумерках прогуливалась рядом с домом мэра, закутавшись в шаль, дабы остаться не узнанной. Аккуратно выпустила фамильяра возле забора. Тот вмиг скрылся из виду, а вскоре вернулся, держа в зубах «добычу». Стащил из спальни Синтии – с расчески. И даже ни одной кошки по пути не встретил.
- Просто удача на нашей стороне, - заверил Рик, когда я поделилась мыслями. – А мы на стороне справедливости. Вот и весь секрет.
Увы, на следующий день стало ясно, что мой план может оказаться на грани срыва. Ну, или его часть. Приехала маменька. С нарядами. Голубым с блестками платьем для Валенсии и красным со вставками цвета темного шоколада для меня.
- Тебе не кажется, что оно чересчур воинственное? – спросила я, хмуро разглядывая отражение в зеркале. Да, конечно, я собиралась выйти на тропу войны в ратуше, но никому об этом знать не полагалось.
- Нам с тобой идеально подходят эти цвета, - объявила маменька, поправила у зеркала локоны и глянула в мою сторону немного ревниво. – Тебе вообще повезло, что ты похожа на меня, а на отца, как Валенсия.
Сестра, всё прекрасно слышавшая, тут же сникла. Но нашу родительницу это мало волновало. Больше заботило то, что я – ее копия – гораздо моложе.
- Кстати, Лайла, ты идешь на бал с кавалером. Он заедет за тобой.
- С каким еще кавалером? – я вытаращила глаза.
Этого мне только не хватало. Столько дел, а маменька решила повесить на шею хомут, который запросто всё испортит.
- Не кривись. Это честь – явиться на бал с юношей из благороднейшего семейства города. Не представляешь, сколько трудов мне стоило это организовать. Но его дядя – должник твоего нового отца.
- В смысле, отчима, - поправила я, чем заслужила яростный взгляд.
- Будь мила с юношей, Лайла. А то останешься старой девой.
- Ну, и кто он? – осведомилась я, понимая, что отвертеться не удастся.
Ответ поверг в шок.
- Кристиан Прайс.

- Не хочу идти с ним. Он – сноб!
Слова вырвались прежде, чем я успела хоть что-то обдумать. А обдумать точно следовало очень многое. Во-первых, я понятия не имела, как вести себя с красавчиком Кристианом. Ведь он из тех, кем приятно любоваться, но лучше держаться подальше. Во-вторых, этому самому красавчику перед балом полагалось ехать не за мной, а сидеть в ресторанчике с другими объектами мести и угощаться приворотным зельем моего приготовления. В-третьих, мне стоило держать рот на замке и не возражать маменьке, ибо…
- Лайла, этот юноша делает одолжение, соглашаясь вывести тебя в свет. После такого выхода отношение к тебе среди местной элиты моментально изменится. Посыплются приглашения в лучшие дома. Возможно, даже в дом мэра. Синтия Клентис, наверняка, согласится видеть тебя среди своих подруг.
Ужасно жалея о собственной поспешности, я постаралась придать лицу благосклонное выражение и кивала после каждой маменькиной фразы. Понимала, что иначе она не отстанет.
- Посмотри на Валенсию. Она бы полжизни отдала, чтобы пойти на бал с кем-то вроде Кристиана!
Сестричка аж закашлялась от столь смелого заявления, но возражать, разумеется, не стала.
- Сноб! Тоже мне придумала! – не унималась наша общая маменька. – Ты сама высокомерная до невозможности. А уж избирательная – просто кошмар! Все ей, видите ли, не нравятся. Думаешь, ты сама – подарок?
«Я – кара небесная. Особенно для тех, кто обижает близких», - пронеслось в голове.
Вслух, разумеется, я сказала совсем другое.
- Прости за мои слова. Просто… я подумала, что Кристиану самому будет это в тягость. Не хотелось бы никого утруждать.
- Он дал согласие, Лайла! – маменька всплеснула руками. – Будь с ним учтивой. Я, кстати, не против породниться с его семьей.
- Буду иметь в виду, - пробормотала я, а у самой в голове взрывались фейерверки.
Ого, какие далеко идущие планы у родительницы.
- Для тебя, Валенсия, кавалеров не нашлось, - маменька хмуро покосилась на кудрявую шевелюру младшей дочери, которая никогда не желала лежать аккуратно. – Придется идти на бал одной.
Сестренка достоверно изобразила печаль. Хотя было очевидно, что она предпочла бы вообще пропустить этот бал. И все будущие балы тоже.
 
****
- Значит, Кристиан Прайс вычеркивается из списка? – спросила Валенсия, когда маменька соизволила оставить нас в покое и удалилась.
- Ни за что! – прошипела я. – Никто не уйдет от ответа. Задача усложняется, да. Но не на ту напали. Во всех смыслах.
- Но как ты собираешься…
- Шаг за шагом, - перебила я. – Колдунья я или кто? Сделай одолжение, займись своими делами. Мне пора приступать к приготовлению зелья. И…
- Тебе лучше не мешать, - сообразительная Валенсия благодарно поцеловала меня в щеку и унеслась к себе в спальню – где ждали любимые куклы, с которыми она не желала расставаться, и книги.
Я же отправилась в зал – к наряженной елке. Слуг у нас насчитывалось всего трое, считая кухарку. Но они потрудились на славу. Украсили и сам зал, и новогоднее дерево. Валенсия тоже им помогала. Ее рука чувствовалась во всем – от красных бантиков на ветках до плюшевых игрушек, сидящих под елкой. Но меня мало волновала эта детскость. Важно было ощутить волшебство предстоящего праздника. Новость о Кристиане выбила из колеи. Требовалось восстановить душевное равновесие. Иначе я рисковала испортить зелье. Десятки раз доказывала сама себе: нельзя заниматься колдовской готовкой в дурном настроении. Чары этого не любят, и всё выходит боком.
Увы, в зале кое-кто был.
Бабушка Валентина.
Нет, она не думала дремать в кресле или любоваться елкой. Бабушка танцевала вокруг нее. Напевала под нос и выделывала всевозможные па. Выглядело несколько комично и в то же время опасно. Она и в моменты просветления не всегда твердо стояла на ногах, а сейчас запросто могла завалиться на бок или на спину и что-то сломать.
- Бабушка Валентина! – я ловко перехватила ее и усадила в кресло у стены. – Музыка смолкла. Пора отдохнуть. Не желаешь чего-нибудь выпить? Ягодного морса? Или медового напитка?
Обычно пожилая родственница реагировала на меня благодушно. Я вообще была той, кто умел ее успокоить лучше других. На Валенсию она только ворчала, а от слуг отмахивалась. Папеньку же (собственного отпрыска) почему-то называла медведем. Мы подозревали, путала с нашим давно почившим дедушкой, который по слухам, был довольно неуклюж. Однако сегодня бабушка глянула на меня сердито.
- Отойди от меня, нахальная девка! – приказала с неприязнью. – Мало того, что прибрала к рукам моего бедного Роберта, так еще и меня со свету сжить хочешь?!
- Э-э-э…
В первый миг я растерялась, но быстро сообразила, что бабушка приняла меня за маменьку. Видно, ее сегодняшний приезд всколыхнул неприятные воспоминания.
- Нагуляла ребёнка непонятно от кого, а потом заставила моего дурачка жениться. Колдовством, не иначе! И где только нашла его – колдуна?
Я попятилась.
Да, подозревала, что такой вариант моего происхождения возможен. Но думать и знать – разные вещи. Стало быть, сплетни, распространяемые Синтией, вовсе не ложь. Отец с бабушкой мне не родные, а Валенсия – сестра лишь наполовину.
- А, это ты Лайла, дорогая, - у бабушки внезапно случился миг просветления, и она уже забыла, что говорила минуту назад. – Какое платье наденешь завтра на бал?
- Точно не красное… - пробормотала я.
Больше всего на свете мне захотелось быть непохожей на собственную мать.

Я нашла способ улучшить настроение. Прогулялась полчаса по морозцу, потом заглянула в кофейню на одной из центральных улиц. Заказала шоколадное пирожное и кофе со взбитыми сливками. Ела медленно, смакуя каждый кусочек и глоточек. А потом, увидев, как в заведение заглянула Синтия Клентис с подружками, быстренько унесла оттуда ноги. Не хватало, чтобы они меня заметили и сказали гадость. Девушки выглядели хмурыми и определенно нуждались в объекте для насмешек.
После сладостей и удачного избавления от неприятностей я чувствовала себя отлично. Но домой не вернулась. Раз уж вышла, решила озаботиться другими приготовлениями к завтрашней мести. Зелье подождет. Им можно и ночью заняться. Время есть.
- Приступим, - сказала сама себе и… потянулась к собственной магии.
Та бежала вместе с кровью по венам довольно резво и была готова к работе. Я щелкнула пальцами и пошла неторопливо в сторону рассыльной конторы. Теперь все будут видеть не меня, а старушку в шали и с клюкой. Довольно неприметную – одетую небедно, но и небогато, таких на улицах можно встретить довольно часто. Этот трюк я использовала в крайних случаях, ибо требовал мощных магических затрат. Но сегодня без него было не обойтись.
- Что вам, бабушка? – спросил сотрудник конторы.
- Письма отправить. Надо, чтоб завтра утром разнесли, - я положила на прилавок запечатанные конверты и несколько монет.
- Сколько всего писем?
- Шесть.
Да, в списке, куда я старательно внесла всех обидчиков Валенсии, было тринадцать имен. Семь парней и шесть девушек. Но опаивать я собиралась только парней. И не семерых, а шестерых. Нет, завтра избежать похода в ресторан к тетушке Ивонне предстояло вовсе не Кристиану Прайсу, а кое-кому другому. Лайонелу Ричмонду. Тому самому паразиту, который и пригласил наивную Валенсию на свидание, чтобы потом выставить на посмешище перед приятелями и их подружками. Ему во всей этой истории предстояло сыграть иную роль. Особую.
Отправителем писем, которые я написала левой рукой (владела ей ненамного хуже правой), значится именно Лайонел – вечный зачинщик всяческих мерзостей и негласный предводитель всей компании. Прочтя послание от него завтра утром, парни точно явятся в ресторан до бала. И не сразу заподозрят подвох. Будут ждать Лайонела, попивая зелье. А когда время будет поджимать, отправятся на бал злые на предводителя. Вот тут и случится «магическое происшествие», призванное снять подозрения с тетушки Ивонны и других работников ресторанчика. Что до Лайонела, я придумала ему иное наказание. Помимо претензий дружков.
Покинув рассыльную контору, я направилась к ресторанчику. Под видом всё той же старушки. Внутрь заходить не стала. Остановилась у фонарного столба и немного поколдовала. Удостоверившись, что чары сработали, я улыбнулась и пошла домой. Оставалось только приготовить зелье. И всё. Держитесь, самодовольные паразиты!
 
****
Дома ждал сюрприз. Гостья, которую не приглашали. Наша соседка Дейзи. Та, что вечно попадала в истории, но всегда легко выпутывалась. Парни, глядя, как эта тростиночка хлопает ресницами, жаждали растолкать всех и помочь очаровательной леди.
- Она к тебе, - объявила Валенсия, округляя глаза. Видно, за время моего отсутствия успела устать от Дейзи. Та умудрялась быть ужасно утомительной.
- Ко мне?
Я искренне удивилась. Мы не были подругами. Да и безотказная Валенсия обычно была согласна безропотно слушать пересказываемые Дейзи сплетни. В отличие от меня.
- Завтра на балу будет скандал, - объявила гостья, поднимаясь с дивана.
- Неужели? – я несколько растерялась.
Разумеется, будет. Я уж постараюсь. Зря что ли трачу столько сил на подготовку.
Но ведь Дейзи определенно не мою месть за сестру имеет в виду.
- Разве ты не знала, что Синтия Клентис без ума от Кристиана Прайса?
- Нет, - ответила я, не покривив душой. – Откуда мне знать, по кому сохнет Синтия, если я не вхожу в ее ближний круг?
- Теперь знаешь, - Дейзи заговорила зловещим шепотом. – Она в ярости, что Кристиан идет на бал с тобой. Ты должна всё отменить.
- Не могу. Это договоренность семей.
Дейзи всплеснула руками.
- Сама напрашиваешься на неприятности, Лайла. Синтия это просто так не оставит.
- У меня нет выбора. Но спасибо, что предупредила, Дейзи. Это важно.
Та только вздохнула тяжко. Мол, да, предупредила. Но толку-то?
После ее ухода, с расспросами пристала Валенсия, посчитав, что план мести теперь претерпит серьезные изменения.
- Нет уж, – я усмехнулась. – Завтра Синтии определенно будет не до меня, когда приворотное зелье подействует. Да и с какой стати ей жаловаться? Среди привороженные обожателей будет и Кристиан.
- Но эффект временный. Представляешь, как распалится Синтия потом?
- А я причем? Между прочим, это меня Кристиан бросит на балу. Как и остальные парни своих подружек. Я окажусь среди пострадавших. Своего рода утешительный приз для Синтии. И вообще, я не боюсь эту нахалку. Ее папенька не будет мэром вечно. А сама по себе она – пустышка.
- Значит, всё в силе, - протянула Валенсия.
Кажется, она начала сомневаться, стоит ли мстить обидчикам. Сестренку пугали возникающие сложности вроде моего похода на бал Кристианом и ревнующей Синтии. Меня же ничего не могло остановить.
- Пойду готовить зелье, - я улыбнулась довольно злорадно. – Время пришло.
Валенсия только вздохнула тяжко, но возражать не стала. Знала, это бесполезно.

- Так, а эти двое что тут забыли?
Моей челюсти полагалось отвиснуть при виде трех мышей в поварских колпаках, но за последние пять лет я привыкла к чудачествам Рика. Он умел колдовать. Совсем чуть-чуть, но умел. Способность передалась от меня. А его шалопаи-кузены и раньше приходили понаблюдать за моей работой. Особенно если готовилось что-то серьезное. Так что ничего нового.
Два мыша пискнули, а третий – мой Рик – щелкнул хвостом о пол и признался виновато:
- Я пари проиграл. Позволь им остаться. Либо это, либо путешествие к тетушке в
деревню. На все новогодние праздники.
- А причина спора?
- Одна вдова. Хорошенькая, просто загляденье. Кузены утверждали, что не пойдет она со
мной на свидание. И выиграли.
- Чем же ты не угодил вдове?
- Сказала, я странный, раз с колдуньей общаюсь. А ей проблем с мужем хватило. Мол, был с прибабахом. Теперь только обычные нужны.
Рик поглядел проникновенно. Я прекрасно понимала, в чем расчет. Странный он в глазах
мыши-вдовы из-за меня. Значит, должна помочь.
- Пусть остаются, но под руки не лезут, - согласилась я без особой охоты. И вовсе не потому, что признание Рика растрогало. Мне не нравился второй вариант расплаты. Это плохо, коли мой фамильяр укатит на все праздники. Мало ли что может от него понадобиться.
Мыши радостно засуетились, и один что-то пискнул, обращаясь к Рику.
- Да, сегодня нужен самый большой котел, - объяснил тот. - Зелье будет похожим на обычный напиток. Парни не должны ничего заподозрить.
А тот уже летел по воздуху с чердака. Котел, в смысле, не мышь. Завис посреди кухни, крутясь вокруг своей оси. Остановился минут через десять. Но на пол так и не опустился.
- Да, так задумано, - подтвердила я, отвечая на очередной писк. И так было понятно, в чем суть мышиного вопроса. – Особое зелье готовиться по-особенному.
Я постучала по котлу кулаком три раза, прислушиваясь к звуку. Посудина была в порядке, готова к работе. Пара колдовских приказов, и внутрь полилась вода. Будто из ниоткуда, хотя я ее позаимствовала из бочки в соседнем с кухней помещении. Ничего сложного, зато кузены Рика были в восторге. Пищали так, что я даже встревожилась, не услышит ли бабушка. Она мышей боялась до ужаса.
Мне вообще очень повезло с даром. Я читала в старинных книгах, некоторым колдунам требовались особые пассы или заклинания, чтобы добиваться желаемого. Оба варианта усложнили бы мне задачу. Не будешь же размахивать руками у всех на глазах. А заклинания в книгах не пишут. Только в особых дневниках, передающихся в колдовских семьях из поколения в поколение. Я же управляла даром мысленно. Физически его чувствовала. И направляла туда, куда требовалось.
- А ну, не шуметь! – приказал Рик кузенам и те немного притихли, наблюдая, как вода в котле начала закипать, будто под ним горел огонь. – Да-да, сейчас появятся ингредиенты. Лайла их заранее приготовила.
- Ш-ш-ш… - приказала я и заставила прилететь на кухню скрипку со смычком. Захотелось музыки. Желательно веселой.
Инструмент не заставил себя ждать. Смычок бойко принялся бегать по струнам, да и сама скрипка заплясала в воздухе под кадриль, которая лилась, как быстрая река.
- Вот и славно, - одобрила я выбор мелодии и принялась за основную работу.
Ошибаться было нельзя. Ни в коем случае. Особенно со столь важным зельем. Ингредиенты следовало добавлять в строгой последовательности. Но я свое дело знала. Внимательно изучила рецепт, и он, как это происходило всегда, впечатался в память. Впрочем, сегодня я перестраховывалась и поглядывала в лист бумаги, лежащий на столе. Ингредиенты прилетали один за другим из моей комнаты. Сыпались в котел в нужный момент, а большая деревянная ложка усердно всё перемешивала. Иногда делала пару кругов по часовой стрелке, но чаще кружилась в обратную сторону по много-много раз.
Один из кузенов Рика что-то снова пискнул.
- Нет, Лайла не боится, что ее работу увидят посторонние, - объяснил фамильяр. - Члены семьи привыкли, что она постоянно варит зелья, а слуг сегодня в доме нет. Выходной им дали. А если б и были, моя хозяйка столь могущественна, что умеет заставить их не видеть ничего, дальше собственного носа.
Я бы предпочла, чтобы мыши обошлись без разговоров. Но гордость, прозвучавшая в голосе Рика, мне польстила.
- Осталось совсем немного, - напомнила я себе, глядя на старания ложки.
Действительно, еще чуть-чуть. Несколько щепоток заговоренного сахара, сливки с добавлением тертых орехов, сушенный имбирь и о-о-очень странный ингредиент – шерсть кролика, которого, на мое счастье, держала соседка Дейзи.
- Как бурлит! – восхищался Рик. – Надеюсь, завтра вся общественность забурлит, когда эти гады ползучие начнут приставать к Синтии.
- Не накаркай, - я постучала пальцем по столу и ахнула.
Рядом с рецептом полагалось лежать волосу только что упомянутой дочки мэра. Однако его не было. Волос будто ветром сдуло.
- Искать! Живо! – приказала я Рику. Уж ему-то полагалось найти пропажу по запаху. Сам же волос доставал накануне.

Мыши засуетились в поисках пропажи. Только длинные хвосты замелькали. А я сжала зубы, стараясь сохранить позитивный настрой, дабы не испортить зелье. Ничего. Всякое бывает. Дальше пола волос Синтии «убежать» не мог. Найдется. Всенепременно найдется. Удача на моей стороне, верно?
Потому что накладка – это не просто проблема. Это катастрофа. Да, можно снова отправить Рика за ценной добычей в дом мэра. Время есть. Только вот зелье в котле созрело. Пора добавлять волос. Если промедлить, придется начинать всё сначала. А у меня нет некоторых ингредиентов, считая кроличью шерсть, а сахар заговоренный надо заказывать в столице! Последнюю порцию в котел отправила!
Конечно, месть можно и перенести. Но уже и письма отправлены, и столб, что рядом с ресторанчиком, готов к работе. Но даже не это главное. Если не приготовить приворотное зелье, вся мерзкая компания завтра будет не за Синтией бегать, а хихикать и показывать в сторону Валенсии, вспоминая ее недавний позор. А мне придется коротать вечер в копании Кристиана под яростным взглядом всё той же дочки мэра. Как бы уже она не вышла на тропу войны и не принялась мстить.
- Нашел! – завопил Рик, держа в лапе волос.
Но в тот же миг запищал и один из его кузенов. В его коготках тоже мелькнула находка.
А дальше… Я сама не поняла, как это случилось. Видно, Рик заволновался, ибо из него полилось колдовство. Оба – и мой фамильяр, и кузен, взлетели в воздух. Аккурат над котлом. Второй грызун истошно завопил и выпустил добычу. А зелье… Оно радостно поглотило заключительный ингредиент. Ложка довольно заплясала, размешивая почти готовое пойло.
…Пять минут спустя я хмуро разглядывала волос, который нашел Рик.
- Он мой. Без сомнений.
- Значит, в котел улетел волос Синтии, - изрек фамильяр. – Других на полу нет. Мы всё обыскали.
- Подозреваю, ты прав, - протянула я задумчиво. – Какой еще можно сделать вывод? Что волос нахальной девчонки испарился?
- Конечно, нет. Он в котле. Там, где и полагалось быть.
- Проверить теперь невозможно.
- Волос в котле! – упрямо повторил Рик. – Нету больше волос. Ну, кроме как у тебя на голове. А на полу ни единого. Так что не переживай. Иди отдыхать. Завтра день предстоит насыщенный.
- Хорошо, - пробормотала я. – А зелье пусть остывает. Главное, чтобы бабушка Валентина не глотнула, решив, что для нее приготовили.
- Вот будет конфуз, - хихикнул фамильяр.
- Не смешно, - я погрозила Рику пальцем и зевнула. – Сейчас поставлю за-защиту. Ох…
Я, правда, устала. Потратила много сил на всевозможные колдовские манипуляции. А еще завтра работать. Основательно.
- Пожалуй, стоит оставить подпитывающую свечу на ночь, - посоветовал Рик. – Я покараулю.
- Хорошая идея. Мне точно не помешает восстановление. Во всех смыслах сразу.
Подпитывающие свечи я делала сама. Кое-что вычитала в книгах, остальное додумала. Вот и изготовляла длинные свечи из воска, пропитанного ягодными соками и собственной магией. Работа кропотливая, долгая, но полезная. Оставишь такую свечу возле кровати после изнурительного дня или, наоборот, перед днем крайне ответственным. А утром проснешься полная сил. Как физических, так и колдовских. Главное, чтобы за свечой кто-то присматривал, дабы обошлось без проблем. Я-то сплю и точно не увижу, коли та завалится набок.
Возле спальни я столкнулась с Валенсией, которая явно меня ждала и вылетела в коридор, заслышав шаги.
- Всё готово? – спросила, волнуясь.
- Да. Завтра твои обидчики будут хвостами бегать за Синтией. И уже над ними будут потешаться, а не над тобой.
- Может, тебе не стоит опаивать Кристиана Прайса? – сестренка выглядела смущенной. – Ну… он же тебе нравится. Может, лучше потанцевать с ним на балу самой. Представилась та-акая возможность.
- Кристиан – красавчик, - я погладила Валенсию по щеке. – И, да, он мне нравится. Но будет страшной ошибкой сближаться с таким, как он. Его интересуют хорошенькие глупышки, вроде Дейзи.
- Ты очень красивая, Лайла, - заверила она.
- Знаю. Я еще в голове у меня не гуляет ветер. Красавчики таких не любят. Да и большинство парней тоже. Лучше я потерплю Кристиана минут сорок, а потом отпущу к Синтии. Так будет лучше. И не переживай. Однажды я встречу парня, который полюбит настоящую меня, а не доставшуюся от маменьки внешность. И ты тоже обязательно найдешь того, кто по достоинству оценит твою чистую душу. Поверь, Валенсия, так и будет.
- Уж точно не на завтрашнем балу, - сестренка грустно улыбнулась.
- Кто знает. Новый год – волшебный праздник. Случаются чудеса.
На этом мы попрощались. Обеим следовало выспаться. Я зажгла свечу, оставила Рика за ней приглядывать и закрыла глаза. Но прежде, чем сон принял меня в объятия, перед глазами появилось лицо Кристиана Прайса – аристократические черты, чуть вьющиеся темные волосы, прищуренные серые глаза. Яркие и притягательные до невозможности.
Что тут скажешь? Даже умные девушки иногда бывают глупыми…

Утром я проснулась отдохнувшая, бодрая, в отличном настроении. Спасибо свече и Рику. Фамильяр честно отдежурил, дождался, пока свеча догорит, а теперь спал на тумбочке в корзинке, свернувшись клубочком, как кошка. Я не стала будить труженика. Пусть досмотрит сны. До выхода время есть. Однако он услышал, как скрипнула дверь, и рванул за мной через щель под ней. Правда, тут же пришлось прятаться. Дабы идущая по коридору горничная не заметила. Ее звали Полли. Она мышей не шибко боялась. Но шум бы подняла знатный. Ну как же! Грызуны в доме!
- Я приготовила ваше платье, леди Брукс, - сообщила Полли. Она явилась на работу рано-рано и уже вовсю занималась делами. – То, что выбрала маменька.
- Ох… - я всплеснула руками. – Прости, вчера так устала, что забыла оставить тебе записку. Я пойду на бал в другом платье. Красное мне совершенно не подходит. Тебе не трудно приготовить еще одно? Зеленое?
- Конечно, нет, леди. Я всё сделаю. И вы правы, - девушка подмигнула. – Зеленое вам больше подходит. В нем вы будете, как елочка!
Такое сравнение меня, признаться, не вдохновило. Но хоть горничная не расстроилась, что приходится делать двойную работу.
- Пахнет невероятно, так и хочется попробовать, - поделилась впечатлениями Валенсия, которую я застала у котла с зельем. Другие обитатели дома его не видели. Я «запретила».
- Попробуй, - разрешил наглец Рик. - Если тоже хочешь весь бал бегать за Синтией.
Валенсия его слов не поняла, но я «перевела» шутки ради.
- Ха-ха, - сестренка закатила глаза. – Я вообще не понимаю, как парней привлекают такие девушки, как Синтия. Сплошная надменность. Еще и смотрит на всех презрительно.
- Там привлекает на сама Синтия, а денежки и положение отца, - я тоже понюхала зелье. Пахло оно правильно – медом и чуток корицей. А цвет за ночь поменяло с голубого на желтый, как и полагалось. – Муж Синтии тоже будет из богачей. Деньги к деньгам, как говорится.
- Наша маменька богачкой не была даже близко, а за папу вышла, а теперь и вовсе – жена помощника мэра.
- Наша маменька умеет себя подать. Именно тем мужчинам, которые готовы обманываться. И… Стоп! Мы сейчас о чем вообще? Разве вчера не договорились, что ты встретишь парня, который полюбит твою душу?
- Помню, - Валенсия закивала и непослушные обычно локоны заплясали в такт. – Просто хочется не только любви, которая появится потом, когда мою душу оценят, но и немного влюбленности. Той, что с первого взгляда приходит.
Я покосилась на сестру с подозрением. Ей мало обманщика Лайонела?
С другой стороны, пусть сегодня немного повитает в облаках, нежели разревется перед балом. Ясно же, что на нее будут поглядывать насмешливо, вспоминая недавний позор, пока внимание не привлекут объекты моей мести и дочка мэра.
- Ладно, надо перелить зелье в бидон и доставить тетушке Ивонне в ресторанчик, - я вспомнила о делах. Нечего терять время, болтая о всякой ерунде.
- Ты снова применишь иллюзию? – глаза сестренки вспыхнули. – Хочу посмотреть.
- На тебя не подействует. Я же давным-давно применила чары, чтобы мое колдовство тебя не задевало.
 - Ах, да.
- Валенсия, где твои мысли сегодня? – начала тревожиться я.
- Далеко, - призналась сестренка грустно. – Как можно дальше от бала. Если бы можно было туда не ходить. Знаю-знаю, ты затеяла всё это ради меня. Но я бы предпочла переждать дома, пока творится твоя месть.
- Не печалься, - я сжала ее руку. – Внимание к тебе будет приковано совсем чуть-чуть. Нужно просто перетерпеть. Ты справишься. Я в тебя верю, - я подбадривающе улыбнулась и добавила: - Ладно, мне пора в ресторанчик.
Однако сестренка огорошила.
- Сначала завтрак. Папа дома. Сказал, что будет ждать нас в столовой через… - она посмотрела на настенные часы, - через пять минут.
Я подавила вздох. Совместная трапеза с родителем не мешала планам. Я нарочно хотела выйти из дома пораньше, чтобы было дополнительное время на решение возможных проблем. Так что я могла себе позволить посидеть минут пятнадцать в столовой. Огорчало другое. Я не видела папеньку с тех пор, как получила подтверждение нашего не родства. И сейчас общение с ним – не очень удачная идея. Мне необходимо хорошее настроение.
Но я не могла привлекать внимание к побегу. Всё следовало сделать тайно. А отказ выйти на завтрак это самое внимание точно обеспечит.
…Мы с Валенсией вошли в столовую на три минуты раньше назначенного срока, но отец нас уже ждал. Он всегда и везде приходил раньше.
- Доброе утро, девочки, - поприветствовал он нас, когда мы поздоровались. – Сегодня ответственный день. Я ненадолго съезжу на работу, а потом вернусь, чтобы сопроводить тебя, Валенсия, на бал. Тебе нужен спутник, раз у Лайлы будет кавалер. Не одной же заходить в ратушу. И мешать сестре неправильно. Третий лишний. Кстати, Лайла, я буду только рад, если Кристиан Прайс станет моим зятем. Его дядя очень влиятельный человек в городе. Родство с банкиром – всегда выгодно.
Я подавилась. В буквальном смысле, ибо глотнула кофе аккурат перед тем, как папенька одобрил мое замужество.
Боги! И он туда же?! Ладно маменька. Что с нее взять? Но он?!
Или семейные дела настолько плохи, что папенька видит лучший способ их поправить – удачно пристроить меня замуж?

- Я пока не общалась с Кристианом, но, если сделает предложение, учту твое пожелание и скажу «да».
Теперь подавилась Валенсия. А папенька уставился так, будто видел меня впервые в жизни. А я… Я подумала, что зря всё это сказала. Просто вырвалось. Сработал эффект неожиданности.
- Дело, конечно, твоё, - добавил отец, когда перестал прожигать изумленным взглядом. – Но думаю, для любой леди будет лучше жить в достатке, чем в бедности. Я поеду, - он поднялся из-за стола. – Вернусь к двум часам. Будь готова, Валенсия.
- Да, папенька, - пролепетала та и заулыбалась, стараясь сгладить мой выпад. А когда он удалился, глянула на меня округленными глазами.
- Знаю, не стоило, - ответила я. – Просто… Не хочу, чтобы выбирали мужа за меня. Но не будем об этом. Дел невпроворот. Будь паинькой. А я побежала.
Разумеется, это была фигура речи. Бежать, когда везешь санки с большущим бидоном, априори, невозможно. Да еще по заснеженной улице. За ночь, как назло, потеплело, и сугробов намело пусть и не по самые уши, но такие, которые дворникам еще разгребать и разгребать. Потому мы с бидоном и санками продвигались очень медленно. Путь до ресторана занял в два раза больше времени.
- Это я, - шепнула тетушке Ивонне, когда, наконец, добралась до пункта назначения и вошла в черного входа. – На мне иллюзия.
Сегодня я выглядела невзрачной дамой средних лет с расплывчатыми чертами лица. На таких обычно не обращают внимания. А если и смотрят, потом не могут толком описать.
- Слава богам, - обрадовалась тетушка Ивонна. – А то я на часы смотрю и волнуюсь.
- Всё хорошо. Пойло в бидоне. Пахнет изумительно. Насчет вкуса ничего сказать не могу. Пробовать, как сама понимаешь, нельзя.
- Ты уйдешь или…
- Буду наблюдать на случай непредвиденных обстоятельств. Выйду тем же путем и зайду через главный вход. Посади меня за одиночный столик. Подальше от зарезервированного для парней. Но так, чтобы я их видела. И вели официантам подливать зелье. Чем больше выпьют, тем дольше продлится эффект. Пусть гады ползучие до завтра или даже послезавтра стенают по Синтии.
- Всё сделаю в лучшем виде, - пообещала тетушка Ивонна. – Пусть опозорятся за то, что обидели нашу славную Валенсию.
Через пять минут я сидела за столиком в уголке и потягивала кофе со сливками. Пока ждала появление объектов мести, думала о словах отца. Никак не могла выбросить из головы. Не понимала, как он может пытаться поправить свои дела за мой счет. Хотя… Я ведь не его родная дочь. А Валенсия… Да, я очень любила сестру. Но благодаря ей положение семьи не поправишь. Отец тоже должен это понимать. На ее руку желающие в очередь не выстроятся. А у меня маменькино лицо.
Впрочем, оставался шанс, что семейные дела тут ни при чем, и отец просто желал мне благополучия, как и объяснил. Он сам женился по любви. И какой результат? Жена использовала, а потом спихнула обеих дочерей: родную и чужую, а сама нашла себе нового олуха, готового выполнять каждый каприз. Только гораздо богаче.
Как бы ни было, замуж за Кристина Прайса я точно не пойду. Да и он вряд ли горит желанием связать со мной жизнь. Вокруг него вечно стайками вьются самые красивые и богатые девицы города.
Кстати, о Кристиане.
Он пришел первым и вальяжно расположился за столиком, за который его проводила лично тетушка Ивонна. Заказывать ничего не стал. Покосился на часы, висевшие недалеко от меня, и нахмурился. Ему была не по нраву назначенная Лайонелом встреча. Ведь следовало забрать перед балом меня. Но он явился-таки. Тон письма не оставил выбора. Теперь Кристиан сидел и ждал, нетерпеливо постукивая пальцами по столу. Я старалась не пялиться на парня. Но не любоваться им было выше моих сил. Было в нем нечто такое… такое… Притягательное, загадочное, чарующее.
Внезапно я ощутила пристальный взгляд на себе. Быстро обвела зал в поисках смотревшего и обнаружила пожилую леди Глэдис Митчелл. Она сидела в компании незнакомого седого бородатого джентльмена. Взирала на меня будто бы озадаченно. Но поймав ответный взгляд, отвернулась и продолжила разговор с мужчиной. Тот выглядел обеспокоенным. Белые брови сошлись на переносице. Он словно жаждал решить некую проблему, но не видел выхода.
Наконец, дверь отворилась, и явились еще два интересующих меня парня.
- Где Лайонел? – спросил один из них Кристиана на весь зал.
- По-твоему я похож на его секретаря? – усмехнулся тот. – Хотя обзавестись оным Лайонелу точно не помешает, дабы следил, чтобы хозяин не опаздывал.
Кристиан ответил негромко, но я расслышала каждое слово благодаря колдовству. Мне было важно знать, о чем говорят за столом у наряженной елки.
Вскоре друг за другом явились еще трое обидчиков Валенсии, и ловушка захлопнулась. Тетушка Ивонна отправила к ним официанта. Кристиан попытался отмахнуться. Но остальные были не прочь подкрепиться.
- Мы этого не заказывали, - удивился один из парней, когда перед ними появился мой медовый напиток.
- Подарок от заведения для важных клиентов в честь праздника, - официант отвесил поклон.
«Дар», разумеется, приняли и начали разливать по бокалам.
Как вам такой Кристиан?

Я делала вид, что занята собственным кофе, но краем глаза наблюдала, кто и сколько пьет. Сердце замерло, когда Кристиан понюхал содержимое бокала. Подумалось, что он сочтет напиток сомнительным и откажется. Но нет. Парень сначала пригубил зелье, распробовал, затем выпил залпом. Официант тут же услужливо наполнил бокал заново. Ему были даны четкие распоряжения от тетушки Ивонны.
Минуты бежали, и парни начали злиться.
- Ну и где его черти носят? – спросил широкоплечий громила по имени Виктор, подразумевая Лайонела. – Он думает, мы тут будем сидеть и ждать, как личная свита?
- Полагаю, именно так он и думает, - проворчал Кристиан. – Придется вернуть его с небес на землю.
- Это Лайонела-то? – усмехнулся Тим – рыжий паренек в веснушках. Довольно щуплый на фоне остальных. – Ну, успехов тебе. Кстати, как думаете, та дурочка, которую Лайонел на днях привел на площадь, посмеет явиться на бал?
- Определенно нет, - бросил Виктор и хохотнул. – Но можно делать ставки.
Я чуть чашку не опрокинула, когда это услышала. Вот, гады! Ставки они делать собрались. Особенно взбесил Тим. На самого без слез не взглянешь, а мнит о себе невесть что. А всё потому, что папенька в городском совете, а сам попал в элитную компанию. Опять же не просто так, а благодаря родителям. И не только отцу. Его матушка дружила с родственницами Лайонела.
«Ничего, вы у меня сегодня все попляшете», - пообещала мысленно, пока они дружно ржали, вспоминая лицо моей сестры на площади.
А потом я вдруг заметила, что Кристиан не смеялся. Единственный из всех. Сидел задумчивый.
- Держитесь сегодня подальше от Валенсии Брукс, - велел он, когда парни нахохотались. – Даже взгляды в ее стороны бросать не смейте.
- С чего это вдруг? - поинтересовался Виктор.
- С того, что я сопровождаю на бал ее сестру. Дядя велел.
- О! И ты послушался? – тот снова засмеялся.
- А ты разве встречаешься с Реджиной Дюваль не потому, что так решили семьи? – спросил Кристиан очень холодно.
Виктор издал звук, похожий на кряканье утки. Остальные быстро уткнулись взглядами в тарелки. Они были бы и рады снова заржать. Но одно дело насмехаться над бедняжкой Валенсией, и другое – над Виктором. И дело не только в том, что он один из них. Учитывая его габариты, насмешки крайне плохая идея. Двинет так, что месяц из госпиталя не выйдешь.
- Ну, у Валенсии сестра хотя бы красивая. Не придется с ней позориться на балу, - вствил Тим небрежным тоном. – Хотя она немного странная. Дикая, что ли.
Мои зубы сжались до хруста. Ну вот, теперь они и меня смеют обсуждать. Ух, паразиты!
Сейчас я старалась не думать о словах Кристиана. Дядя, видите ли, велел! Пока злилась больше на Тима, посмевшего оценивать мою внешность. С его-то кривыми зубами! Ах, дикая? Отлично, скоро он оценит мою «дикость» на собственной шкуре. Я и после бала ему проблем подкину. Дополнительно. За эти слова. Сделаю так, дабы прыщами покрылся. Да так, чтоб месяц из дома носа не казал. Иль лучше до самого лета!
- Похоже, Лайонел не придет, - констатировал Кристиан еще через двадцать минут, за которые парни успели обсудить общие увлечения, вроде конных скачек или театральных поставок. Точнее молоденьких актрис, ведь многих знали лично.
- Я ему это припомню, - пообещал высокий блондин Алекс и допил остатки настойки в своем бокале.
- Лучше я, - пообещал громила Виктор. Да так недобро, что остальные определенно поежились и точно не хотели бы оказаться на месте Лайонела. – Может, и неплохо посидели. Но обращаться, как с прислугой – не дело.
- Я поехал, - Кристиан поднялся первым. – Нужно заглянуть домой – переодеться – и забрать леди Брукс.
Остальные тоже засобирались, а я усмехнулась. Переодеться, ага. Еще и помыться придется. Ибо и Кристиана, и остальных ждал сюрприз на выходе. И отнюдь не приятный.
Я почти с любовью глянула на столб, над которым поколдовала вчера. А парни уже покидали ресторанчик один за другим.
Вот сейчас. Еще чуть-чуть.
Да!
Я щелкнула пальцами под столом, призывая заложенной в столб магию проснуться.
Она отозвалась мгновенно. Раздался звук, похожий на взрыв фейерверка, и… полилось много-много фиолетовой краски, забрызгав тех, кто стоял рядом. А именно шестерых паразитов, считающих, что имеют право делать ставки на девушек, будто на лошадей на скачках.
Нет, вреда этот фокус не причинил. Это была просто краска. Она испачкала волосы и лица, испортила недешевую одежду. Но главное, теперь парни решат, что заколдовали их всех именно сейчас. Что дело в сиреневой гадости, от которой все шестеро пытались избавиться – кто платками, кто салфетками, что вынесли официанты.
А я… Мне нравилась эта картина. Я наслаждалась моментом.
И это, гадкие мальчики, только начало…
 
****
- Где же вы были, леди! – вскричала Полли, когда я вошла в дом через вход для прислуги. – Ваш папенька приехал раньше и спрашивает, можно ли увидеть вас в бальном платье. А я не знаю, что ему говорить. Придумываю отговорки. Вам же полагается быть одетой и причесанной. А вас нигде нет.
- Уже есть, - я подарила Полли виноватую улыбку. – Готова преображаться.
Девушка только руками всплеснула. Мол, она тоже готова. Но за пять минут чуда не сотворить. Даже со столь красивой леди.

Впрочем, зря Полли переживала. Хоть колдовством она не обладала, но была волшебницей в ином смысле. Через полчаса я была готова к выходу и выглядела потрясающе. По крайней мере, по мнению Валенсии и папеньки.
- Ты восхитительна, Лайла, - проговорил он и чуть не прослезился. Быть может, я напомнила ему маменьку в юности. – А вот твой жених, в смысле кавалер, опаздывает.
Я сделала вид, что не заметила оговорки.
- Это многое говорит о Кристиане Прайсе, не так ли? – протянула многозначительно, хотя сама прекрасно знала о причине опоздания. Если бы не моя краска, он прибыл вовремя. А быстро от нее отмыться при всем желании не получится.
- Вы с Валенсией можете ехать, - предложила я и повернулась к сестре. – Ты сегодня тоже выглядишь замечательно.
Та кивнула, но не поверила. А я ведь говорила от чистого сердца. Полли умела подчеркнуть достоинства и скрыть недостатки.
- Подожди, а ты разве не должна быть в красном? – сообразил вдруг папенька.
- Это не мой цвет, - ответила я. – Хочу, чтобы на балу мне было комфортно.
Он хотел что-то возразить. Наверное, напомнить, что маменька придет в ярость. Но появилась бабушка Валентина. Она шла в задумчивости, бормотала под нос что-то неразборчивое. Но при виде меня резко остановилась.
- Ты не должен на ней женится, Роберт! – объявила жестко. – Она – гулящая девка!
Валенсия открыла от изумления рот, а щеки папеньки залила краска.
- Мама, это Лайла, а не Карэн. Ты запуталась.
- Кто такая Лайла? – спросила та, сильнее хмурясь. – А это кто? – она указала на Валенсию.
Папенька решил обойтись без объяснений. Всё равно бесполезно. Велел Полли позаботиться о пожилой родственнице в наше отсутствие. Я же подумала, что надо поработать над составом зелья для бабушки. Прежнее со своей задачей перестало справляться. Понятно, что болезнь свое возьмет. Но и я способна дать ей отпор. Хотя бы на некоторое время.
Папенька с Валенсией вскоре уехали, сдавшись под моими уговорами. Мне, признаться, не хотелось, чтобы Кристиан встречался с родней. Тем более, зелье скоро начнет действовать. И еще неизвестно, как парень себя поведет. Что мне точно не нужно, так это, чтобы он пел дифирамбы Синтии перед мои отцом. Это лишь унизит меня и расстроит родителя. Да, на балу Кристиан всё равно сбежит. Но так поведет себя еще пятеро парней.
- Ты же возьмешь меня с собой? – спросила Рик, дождавшийся отъезда моей родни. При отце он предпочитал не появляться. Тот его не жаловал.
- Да, - я открыла ридикюль, в котором специально сделала дырочки и замаскировала бусинками, дабы фамильяр мог свободно дышать. – Главное, веди себя… Ох…
Внизу раздался звон колокольчика. Стало быть, Кристиан прибыл.
Я рванула в сторону холла, позабыв и о Рике, и о сумочке. Но через несколько шагов остановилась. Совсем с ума сошла? Негоже вылетать навстречу кавалеру. Я же приличная леди, а не какая-нибудь там Синтия, которая не в состоянии держать рот на замке и прятать собственную глупость.
- За вами прибыл господин Прайс, - объявил наш слуга Питер, когда я чинно вошла в холл.
- Добрый день, леди Брукс, - поприветствовал меня Кристиан и слегка поклонился. – Прощу прощения за опоздание. Задержали семейные дела.
Я мысленно усмехнулась. Семейные дела, ага. Щеки-то красные. Ох и сил пришлось потратить, чтобы оттереть с них фиолетовую краску.
- Вы опоздали? Правда? – осведомилась я довольно равнодушно. – А я и не заметила.
Полли уже несла мне шубку. Накинула на плечи.
- Вам очень идет этот цвет, - попытался Кристиан проявить вежливость. Подразумевал он, разумеется, зеленое платье.
- Благодарю, - ответила я. Собралась было выйти в распахнутую передо мной дверь, но вспомнила о Рике. – Полли, я забыла сумочку наверху. Будь добра…
- Сейчас принесу, леди, - горничная умчалась выполнять распоряжение, а я застыла, разглядывая стены.
И вот о чем говорить с этим болваном? Не о лошадях же, в самом деле? Вообще я была способна поддержать любую тему, даже политическую. Но обычно этого не делала, дабы не смущать сильный пол. И всё же с Кристианом, пока он не сбежал к Синтии, нужно общаться. Но я была не в силах открыть рот. Да и он, как назло, молчал. Наверное, тоже не представлял, о чем со мной говорить.
Полли отчего-то задерживалась, и Кристиан не выдержал.
- Сегодня очень снежно.
Я чуть глаза к потолку не возвела. Он решил поговорить о погоде? Как примитивно. Очередное доказательство, что кроме красивой внешности, боги его ничем не облагодетельствовали.
- Я предпочитаю морозную погоду, - ответила первое, что пришло в голову. Этого же требовал этикет.
- Почему? – спросил Кристиан зачем-то.
- Люблю узоры на стекле, - брякнула я.
На мое счастье, появилась Полли с моим ридикюлем. Я прикрепила его к поясу, и мы покинули дом. Снаружи Кристиан услужливо открыл передо мной дверь кареты. Я устроилась на мягком сиденье, стараясь вести себя непринужденно. А сердце стучало, как безумное.
- Надеюсь, вам понравится сегодняшний вечер, леди Брукс, - проговорил Кристиан.
- Я тоже, - ответила негромко, вкладывая в слова совершенно иной смысл. И уставилась в окно. Лишь бы не смотреть на красавчика-кавалера.

Так странно. Чем ближе карета подъезжала к ратуше, тем неспокойнее становилось у меня на душе. Я не могла объяснить, почему тревожусь. Дело точно было не в Кристиане, сидящем рядом. Из-за него я испытывала обычную неловкость.
Неужели, это некое предчувствие? И всё пойдет наперекосяк?
- Вам нехорошо, леди Брукс? – осведомился спутник. – Вы побледнели.
- Всё в порядке, - заверила я. – Меня немного… хм… укачивает.
Глупая отговорка. Будто я елейная девица, падающая в обмороки по любому поводу. Но ничего другого в голову не пришло.
- Осталась пара кварталов, - напомнил Кристиан. – Кстати, на балу необязательно танцевать. Если вы неважно себя чувствуете.
На это ничего не ответила.
Какая прелесть. Он даже танцевать со мной не желает. Признаться, я и сама не горела желанием кружить с ним в вальсе. Но слова Кристиана покоробили. А родители еще хотят меня замуж отдать за этого сноба!
А может, это свидетельство, что зелье начало действовать? Кристиан просто хочет поскорее от меня избавиться и рвануть к Синтии?
Впрочем, что гадать, скоро узнаем.
Карета как раз остановилась возле парадного входа в ратушу. Кристиан вышел первым и подал мне руку. Мои пальцы не дрогнули. Будто и не было никакой неловкости, а сердце не стучало сильнее. Зато подвела нога. Заскользила по снегу. Миг, и я оказалась в объятиях спутника, сумевшего быстро сориентироваться и подхватить меня в падении.
- Извините, - пробормотала я, чувствуя, как лицо заливается краской.
- Ничего страшного, зимой бывает скользко, - заверил Кристиан, почему-то не торопясь меня отпускать.
Я же окончательно растерялась. Уставилась на него, как завороженная. Еще и выглядела при этом, наверняка, очень глупо. Будто влюбленная девчонка, честное слово!
В чувство меня привел Рик. Заерзал в ридикюле на поясе. Да так рьяно, будто не один там сидел, а в компании.
- Полагаю, нам пора внутрь, - проговорила я довольно холодно.
- Да-да, конечно, - Кристиан будто очнулся и отпустил меня.
Внутри к нам подскочили слуги и забрали верхнюю одежду. А в следующем помещении встретила музыка и много огней. Украсили, казалось, каждый сантиметр. Везде елочные ветки, шарики, фигурки, разноцветные свечи на вычурных подставках. Хотя чему удивляться? Подготовкой к празднику руководила жена мэра, а ей чувство меры никогда не было свойственно.
- Надеюсь, мы сегодня не сгорим, - пробормотал Кристиан, глядя на обилие свечей, стоявших везде, даже близко к легковоспламеняющимся предметам.
- О! Крис! Вот и ты! – к нам подскочил Тим – рыжий в веснушках парень, тот самый, который считанные часы назад называл меня дикой. – Представляешь, Лайонел клянется, что не рассылал нам никаких приглашений. Кто-то отправил их от его имени. Видно, хотел… - он замолк под грозным взглядом Кристиана, который явно не хотел, чтобы все узнали о сегодняшнем казусе с краской. – В общем, это был не он, - промямлил Тим, перевел взгляд на меня и выдал: - Привет, Лайла. Ты сегодня такая красивая. В этом платье похожа на елочку.
«А ты на клоуна!» - чуть не брякнула я.
В самом деле, ну кто выбирает красный костюм к огненно-рыжим волосам. Да еще такой, который сидит на тебе нелепо.
- Какой странный комплемент, - протянула я и обмахнулась веером. Мне вдруг стало жарко от негодования. Впрочем, натопили в ратуше, впрямь, знатно.
- Я старался, - выдал еще одну глупость Тим. Он вел себя до тошноты фамильярно.
Кристиан кашлянул, удивившись идиотскому поведению приятеля, и попытался увести меня в другой зал, но к нам уже спешили мои родственники. В полном составе. И родители, и сестра.
- Добрый вечер, Кристиан, - моя мать подала руку для поцелуя. – А я как раз общалась с твоим дядей пять минут назад. Он рассказал о вас много хорошего.
- Дядя любит преувеличивать, леди Хартли, - мило улыбнулся Кристиан. Просто само обаяние. – Но я постараюсь не разочаровать ни вас, ни леди Лайлу.
- О! А вот и он! – воскликнула маменька.
Дядя Кристиана – банкир Антуан Прайс – действительно, направлялся в нашу сторону в развалку. Поприветствовал всех и, широко улыбаясь, добавил:
- Вы не против, если я похищу племянника? Буквально на пять минут, - и не дожидаясь ответа, потащил Кристиана в сторону.
- Почему ты в не в красном? – зашипела на меня маменька. – Я же привезла платье.
- Это не мой цвет.
- Еще как твой.
- Нет. Твой.
Я пыталась сосредоточиться, чтобы с помощью колдовства подслушать, что такого срочного вознамерился обсудить с племянником банкир. Но маменька продолжала шипеть. Мол, я – неблагодарная, а она так старалась. Ради моего же блага. Ведь это невероятно важно, подать себя на первом совместном с женихом балу. Важна каждая мелочь. А уж платье особенно.
Я сжала зубы, ибо опять прозвучало это слово. Жених.
- Не морочь мне голову! – ругался тем временем на Кристиана дядюшка. Его голос с трудом пробивался сквозь маменькино шипение.
Парень что-то ответил, но я не расслышала.
- А если кто-то узнает? – не унимался банкир. – Ты хоть представляешь, что будет с семьей? Мы с твоей тетушкой и так многим пожертвовали. А ты даже серьез не пытаешься ЭТО воспринимать.
- Ты меня вообще слышишь, Лайла? – неугомонная родительница, кажется, заметила мой отсутствующий взгляд.

- Слышу, - ответила я, пока в душе всё клокотало.
Из-за нее я пропускаю нечто важное! У меня месть в самом разгаре, а у так называемого жениха тайны, которых боится дядя-банкир.
- Это не из-за меня! – услышала я, наконец, голос Кристиана. – Я держусь подальше, как и обещал. И не знаю, почему он…
- Лайла, ты не понимаешь! – маменька не позволила мне дослушать.  – Выдать замуж Валенсию будет самой непростой задачей на свете. Я пытаюсь устроить хотя бы твою судьбу. Казалось бы, что тут сложного? С твоей-то внешностью! Но ты умудряешься всё усложнить.
Боги! Каких же усилий мне стоило сдержаться и не высказать этой женщине всё, что я о ней думаю. Валенсия же здесь! Она всё слышит! Как можно быть такой бестактной и беспощадной к собственному ребенку?
К счастью, отцу тоже не понравилось, как бывшая жена отозвалась об их общем ребенке.
- Хватит, Кармен, - велел он. – Не время и не место.
- Но…
- Тебя новый супруг не потерял? Разве вам двоим не нужно крутиться возле мэра или других важных персон? Оставь девочек в покое. Они и без тебя прекрасно справляются.
Маменька сердито фыркнула.
- Какой же ты медведь.
Но всё же соизволила удалиться к нашему общему облегчению.
- Не слушай ее, дорогая, - посоветовал папенька Валенсии. – Ничего она не понимает.
Я же снова сосредоточилась на Кристиане, но, увы, дядя успел уйти, а рядом с парнем стоял громила Виктор и обсуждал Лайонела.
- Похоже, правду говорит, - рассказывал он басом. – Не рассылал он приглашений. Но кто? Найду и ноги поотрываю. Я чуть кожу не содрал, пока краску отмывал.
- И как ты собираешься искать?
- Очень просто. Отправил слугу в рассыльную контору. Он выяснит, кто треклятые письма принес. А потом… Ух!
Я усмехнулась мысленно. Успехов и слуге, и Виктору. Письма принесла старушка. Неприметная, никому неизвестная. Пусть гадают до бесконечности, кто она такая.
- Синтия приехала? – спросила я сестру, заметив, что Кристиан направляется в нашу сторону. Отец отвлекся на кого-то из знакомых, и не слышал, о чем шептались мы.
- Пока нет, - ответила Валенсия. - Она всегда опаздывает.
- Ладно. Ждем. Зелью полагается начинать действовать.
- Что-то мне не по себе.
- Всё будет хорошо, - я сжала ее руку и вдруг поймала взгляд Виктора.
Тот смотрел на нас недоуменно, будто видел впервые. Но быстро отвернулся, передернув плечами. Мне это показалось странным, но раздумывать было некогда. Подошел Кристиан и едва ли не волоком потащил меня в зал для отдыха. Дядюшка определенно его разозлил, и ближайшее время терпеть дурное настроение парня предстояло мне.
- Хочешь что-нибудь? Еды, напитков? – спросил он, когда насильно усадил меня на диван. Вся бальная почтительность испарилась, и он перешел на «ты». Обычно мы все так общались. Просто на балу было принято вести себя иначе.
- Не отказалась бы от сока, - ответила я, стараясь не показать, что сердита. Еще препираться с ним не хватало.
Кристиан умчался, а я снова почувствовала шевеление в ридикюле. Слишком сильное. Открыла сумочку, чтобы проверить, как там Рик, и ахнула. На меня уставились три пары глаз-бусинок. Один из мышей по-человечьи развел лапками. Мол, извини, так получилось. Я на миг зажмурилась, пытаясь справиться с гневом. Ну, Рик! Паразит хвостатый! Будто без его кузенов бал обещал быть скучным.
- Может, выпустишь нас? – предложил фамильяр. – Мы обстановку разведаем.
- Легко, - прошипела я, почти не разжимая губы. – Но, если вас прибьют, сами будете виноваты.
 - Мы незаметные, - заверил Рик.
Но я больше не желала ничего слушать. Аккуратно опустила сумочку за диванный валик, чтобы мыши выбрались и сбежали. Они всегда находили щелочки, а Рик еще и магией владел немного. Не пропадут. По крайней мере, я на это очень надеялась. Уж очень не хотелось нести ответственность за жизнь шалопаев-кузенов.
- О, Лайла! Неужели, тебя уже бросили? – ко мне подсела одна из подружек Синтии. Белокурая, пухлая, с кукольным личиком. Ее звали Китти. – Ходили слухи, что ты придешь на бал с Кристианом Прайсом.
«Ходят слухи, что ты безответно влюблена в Лайонела Ричмонда. Но он выбрал в подружки дочку известного доктора, а не кондитера, пусть тот и поставляет сладости в дом мэра»
Разумеется, вслух я сказала совсем иное:
- Кристиан сейчас подойдет.
- Неужели? – усомнилась Китти. – Я понимаю, неприятно призна… Ох…
Нахальная девчонка чуть не подпрыгнула на диване, увидев, что Кристиан действительно направляется к нам. С двумя бокалами сока.
- Значит, это правда, - пробормотала она. – Говорят, что вы поженитесь весной. Что семьи уже всё решили.
От неожиданности я уронила ридикюль. Хорошо, что без мышей, а то бы серым бокам досталось. Впрочем, удивилась не я одна. Бокалы подпрыгнули в руках Кристиана, сок брызнул и «украсил» фрак. Ладно хоть не лицо, которое сегодня уже отмывалось от краски. С другой стороны, кожу очистить проще, чем ткань.
- Прошу прощения, леди, - процедил Кристиан сквозь зубы. – Я оставлю вас ненадолго.
И ушел. Вместе с полупустыми бокалами.
- Кто говорит о нашей свадьбе? – пристала я с расспросами к Китти. – От кого ты это слышала?
- Да все говорят, - отмахнулась та. – А чем ты недовольна? Такого красавчика в женихи отхватила. Тебе все девчонки завидуют. Особенно… хм… - она кашлянула, вовремя сообразив скудным умишком, что имя Синтии называть не стоит.