Призрачный рассвет. Прикоснуться к тебе

— С поступлением, Аня! Теперь ты — одна из нас.

У меня перехватило дыхание, когда я услышала знакомый голос. Низкий, бархатный, завораживающий. Холл университета, обрамленный высокими белыми колоннами, был полон студентов. До начала первой пары оставалось несколько минут, и ребята с разных факультетов спешили занять места в аудиториях. Только я застыла у ступеней широкой мраморной лестницы. Предстоящая лекция совсем вылетела из головы, потому что прямо передо мной стоял парень моей мечты.

— Привет, Егор.

Я мельком взглянула на него и тут же опустила голову. Одной секунды хватило, чтобы заметить его взъерошенные темные волосы и рассеянный вид. Егор выглядел так, будто запрыгнул в любимые черные джинсы и набросил рубашку поверх футболки за пару минут до выхода из дома. Он даже не попытался одеться чуть более официально по случаю начала нового учебного года.

В руке Егор сжимал картонный стаканчик с кофе. Несмотря на сонный вид, на его губах играла легкая улыбка, а глаза цвета темного янтаря светились изнутри в лучах осеннего солнца, проникавших в холл сквозь арочные окна.

— У тебя все в порядке? Осваиваешься тут? — поинтересовался он, сделав глоток из стаканчика.

Я кивнула, робко улыбнулась в ответ и поправила невидимую складку на сарафане. Волнение накрыло меня, будто приливная волна, а щеки обдало жаром. Только бы он ничего не заметил!

— Да… Как раз искала кабинет триста шестнадцать, — сказала я, чувствуя, как слова застревают в горле.

— Тогда тебе на третий этаж. А что за предмет?

— Общая психология.

— Понятно… Должно быть поинтереснее, чем наше наследственное право, — протянул Егор. — Ты обращайся, если что. Не стесняйся. Я здесь все знаю.

С этими словами он подмигнул мне и поспешил вверх по ступеням к группе третьекурсников, которые ждали его на лестничной площадке. Я же осталась стоять на месте, бездумно улыбаясь.

Кажется, мы с Егором не виделись целую вечность, хотя жили через дорогу друг от друга и были старыми знакомыми. Такими старыми, что я помнила, как десять лет назад Егор играл в приставку с моим старшим братом Сашкой.

Той осенью мы с родителями переехали от бабушки в другой район города. Сашка быстро завел друзей в новом классе и некоторых из них стал приглашать домой. Чаще всего он звал именно Егора. В гостиную как раз купили телевизор с плазменным экраном, к которому мальчишки бросались, едва переступив порог квартиры. Джойстиков у приставки было всего два, поэтому мне оставалось наблюдать со стороны, как ребята, сидя по-турецки на диване, соревновались в гонках. Егор почти всегда побеждал, а Сашка снова и снова обещал взять реванш, но обогнать друга у него получалось редко.

Мама угощала всех фирменной шарлоткой, отчего дома пахло корицей и кисло-сладкими яблоками. Мальчишки обожали мамину выпечку. Они продолжали иногда собираться у нас и после окончания школы, чтобы вспомнить детство и поиграть в Need For Speed, но я обычно их не заставала.

За последний год мы с Егором пересекались всего пару раз, потому что я училась в выпускном классе. И это время оказалось самым сложным в моей жизни.

Каждый день я до глубокой ночи готовилась к ЕГЭ, жертвуя сном, едой и даже любимыми дорамами, хотя они для меня — святое. В голове не осталось места ни для чего, кроме логарифмов, правил пунктуации и последовательностей нуклеотидов в ДНК. Причем учиться приходилось под шум кондиционера, но без него я бы точно не пережила тридцатиградусную жару, которая накрыла город уже в конце мая. Видимо, в новостях говорили правду про глобальное потепление.

За нервной сдачей экзаменов последовало не менее нервное ожидание результатов. Я очень старалась поступить на бюджет и прошла. Конечно, в этом была огромная заслуга репетиторов по биологии и математике — иначе у меня в жизни не получилось бы набрать нужное количество баллов. Из-за большого числа олимпиадников я и так обнаружила свою фамилию ближе к концу списка зачисленных в университет.

Но прежде чем я его увидела, мне приходилось по нескольку раз в день дрожащей рукой обновлять сайт вуза. А когда списки наконец-то опубликовали, я ракетой носилась по квартире и обнимала маму с мыслями о том, что моя мечта скоро станет реальностью, а папе не придется ни за что платить. О Егоре я тогда не думала от слова совсем.

Но теперь все изменилось.

Теперь мы учимся вместе.

От этой мысли в груди будто зажглось маленькое солнце. Тепло медленно начало разливаться по телу от сердца к самым кончикам пальцев, и больше всего на свете душа желала петь и танцевать. Но я боялась пошевелиться, чтобы случайно не спугнуть ощущение волшебства, которое так давно меня не посещало. Произошедшее минуту назад казалось сном, и если бы я могла, то осталась бы в нем навсегда.

Когда мне наконец-то удалось оторвать взгляд от кроссовок и вернуться в реальность, я вдруг осознала, что однокурсники Егора наблюдали за нами. Эти ребята наверняка не понимали, зачем ему общаться с первокурсницей. Они не должны были узнать мой секрет. Захотелось как можно скорее скрыться от их оценивающих взглядов. Спрятаться куда угодно, лишь бы не дать им меня запомнить. И я не придумала ничего лучше, чем повернуть к кофейному автомату вместо того, чтобы тоже идти наверх.

Спрятавшись в углу, я пыталась унять сердцебиение и дышать глубже, но тщетно. Победить внезапные проявления чувств никак не получалось. Румянец продолжал жечь щеки, а тело отказывалось подчиняться, как будто вовсе мне не принадлежало.

Вдруг кто-то резко схватил меня за плечо и вырвал из транса.

Это оказалась моя одногруппница Ника, маленькая блондинка в белой футболке, заправленной в широкие полосатые штаны.

— Аня, ты чего здесь застряла? — Она явно не ожидала встретиться со мной в опустевшем холле.

— Ника? — Я растерянно глядела на нее, все еще не оправившись от воспоминаний.

— Идем! Пара уже началась. Молись, чтобы нас впустили!

Она схватила меня за руку и силой потащила к лестнице. Мы бегом поднялись на третий этаж, а потом свернули в коридор в поисках нужной аудитории. По счастливой случайности мне удалось ни разу не поскользнуться на мраморных ступенях, вытертых до блеска сотнями ног.

— Ладно я всегда опаздываю... Но ты, Астафьева? — продолжала удивляться Ника, хватая ртом воздух.

Моя одногруппница действительно не отличалась пунктуальностью. Вчера она в последний момент влетела в большой зал, где с обращением к первокурсникам выступал ректор, и упала на сидение рядом со мной. В школе мы с Никой учились в параллельных классах и периодически здоровались в коридоре, но дальше «привет-пока» общение не заходило. Поэтому я понятия не имела, что она тоже решила поступать на психфак, пока с удивлением не обнаружила ее в списках зачисленных абитуриентов. До бюджета она, правда, не дотянула. Но материальное положение семьи вполне позволяло ей учиться платно.

Ника замерла перед массивной дверью из лакированного дерева. В этот момент я наконец смогла ее догнать. Она отдышалась, поправила модную стрижку и обернулась ко мне.

— Ну что, готова?

— Нет, подожди! — Я остановила ее, доставая из сумки карманное зеркало.

После марш-броска вверх по лестнице мое лицо горело еще ярче, но хотя бы прическа не растрепалась. Хорошо, что утром мама помогла мне заплести французскую косу. Густые от природы русые волосы были моей гордостью, хотя возиться с ними приходилось немало, ведь за последние пару лет я отрастила до их пояса.

— Заканчивай. Ты прекрасно выглядишь. — Моя одногруппница распахнула дверь, прежде чем я успела сказать что-то еще.

В огромной аудитории, устроенной по принципу амфитеатра, практически все места оказались заняты. Сухопарый преподаватель в строгом костюме уже стоял за кафедрой. Проплешина на его затылке блестела в свете люминесцентных ламп, а рядом на столе высилась Вавилонская башня из книг.

— Извините, можно войти? — Ника вложила в свои слова максимум обаяния.

Но преподавателя это ничуть не впечатлило. Он поправил прямоугольные очки в тонкой оправе и, как ястреб, впился взглядом в наши лица, отчего внутри у меня все похолодело. Теперь точно запомнит и завалит на экзамене.

— Вы умудрились опоздать на первое же занятие в первый учебный день, — скрипучим голосом произнес он.

— Мы не могли найти аудиторию, — нашлась Ника.

— Ладно. Сегодня я вас прощаю, — смягчился лектор. — Займите свободные места.

Под взглядами всего потока мы с Никой поднялись по ступеням амфитеатра и сели с краю в четвертом ряду. Как только моя одногруппница опустилась на скамью, то сразу же толкнула меня локтем в бок.

— Ань, с кем это ты болтала в холле?

— Расскажу после пары, — тихо ответила я, покосившись на преподавателя. Не хватало еще, чтобы он выгнал нас после того, как впустил. Такого позора в самом начале учебы я бы не вынесла.

— Для новоприбывших, — обратился к залу лектор, пристально глядя на нас с Никой. — Меня зовут Владимир Сергеевич Коновалов. Надеюсь, вы запомните мое имя.

Я судорожно сглотнула, подумав, что этого человека вряд ли можно забыть.

Во время занятия Ника смотрела в мою сторону, практически не отрываясь. Снедаемая любопытством, она так активно ерзала на скамье, что постоянно меня отвлекала. Я честно пыталась не обращать внимания на соседку и слушать преподавателя, но игнорировать ее хитрую улыбку оказалось непросто.

— Как видите, на протяжении веков мыслители пытались ответить на вопрос, что такое сознание и как разум и тело связаны между собой, — вещал лектор с кафедры. — Сегодня мы познакомились со взглядами ранних философов…

Он обернулся и посмотрел на большие часы в деревянном корпусе, висевшие на стене. Судя по времени, лекция уже подошла к концу.

— А истоки психологии как науки рассмотрим на следующем занятии.

С этими словами преподаватель начал собирать свои вещи. Студенты спешили попрощаться с ним и покинуть аудиторию, ведь на перерыв давалось всего десять минут. Как только мы с Никой вышли за дверь, она заговорщицки взяла меня под руку и потащила по коридору в сторону кабинета, где должна была пройти следующая пара.

— Ну, выкладывай! Кто тот парень? — подмигнула Ника.

— Он мой друг, — выдавила я, прочистив горло.

— У тебя есть тут друг? Старшекурсник?

— Да, он на третьем.

— На нашем факультете?

— Нет, на юрфаке.

— Черт, а я думала взять у него старые конспекты. — На секунду Ника нахмурилась, но ее круглое лицо тут же прояснилось. — Твой друг — нереальный красавчик!

— Наверное… — Я почувствовала, как кровь приливает к щекам в очередной раз за день.

— Он тебе нравится, — со знающим видом улыбнулась она.

— С чего ты взяла?

— У тебя на лице все написано, — сказала Ника, и я поняла, что отпираться дальше бесполезно. — Слушай, а как его зовут?

— Егор… Егор Свиридов.

Дверь нужной аудитории была открыта. До нее оставалось пройти метров пять, но Ника внезапно замерла, отчего пришлось остановиться и мне.

— Хм… — протянула она, задумчиво накручивая светлый локон на палец. — Какое знакомое имя… Твой краш, случайно, не музыкант из группы «После заката»?

Я смущенно кивнула.

— Да ладно! Откуда ты его знаешь?

— Егор — лучший друг моего брата.

Удивленные глаза Ники округлились еще больше.

— Офигеть! — выпалила она.

Ее реакция ничуть меня не удивила. Слава о такой восходящей звезде, как Егор Свиридов, уже вышла далеко за пределы университета. После школы они с Сашкой поступили на один факультет и основали инди-группу, где Егор пел и играл на гитаре, мой дорогой братец — на барабанах, а их однокурсник Кирилл — на басу. Они пока выпустили всего пару синглов, но я в них верила, лайкала посты группы в соцсетях, старалась ходить на выступления и надеялась, что когда-нибудь они станут так же популярны, как мои любимые BTS. Или почти так же.

Тем временем Ника вытащила из кармана брюк смартфон и сделала несколько кликов.

— Ого!

Она прикрыла рот рукой, а потом показала экран мне. На нем красовалась до боли знакомая аватарка — концертный снимок Егора, стоящего у микрофона в клубах тумана, а ниже — объявление о записи альбома. Я не могла не заметить, что со вчерашнего дня число подписчиков аккаунта перевалило за десять тысяч.

Ника пролистала новости и нажала на одну из фотографий, где Егор был изображен по пояс на фоне кирпичной стены.

— И вправду он! — не могла успокоиться моя одногруппница, разглядывая его высокий лоб, острый прямой нос и гладко выбритый подбородок.

А мне в глаза бросились сотни сердечек и признаний в любви, отчего в груди предательски кольнуло. Если до истории с группой еще оставались какие-то шансы привлечь внимание Егора, то с каждым таким комментарием они стремительно таяли.

Зачем ему сестра лучшего друга, если он без труда может получить практически любую девушку в нашем городе с миллионным населением? Только в корейских дорамах красивый чеболь или айдол влюблялся в Золушку, а потом жили они долго и счастливо. Я любила смотреть эти сказки, но после приходилось возвращаться в жестокий реальный мир. И в нем Егор имел армию фанаток, о которой Сашка и Кирилл могли только мечтать.

Пока я ушла в свои мысли, Ника вовсю листала список друзей фронтмена группы.

— О, а вот и ты! — обрадовалась она, найдя мой ник. — Как же круто, что он на тебя подписан!

— Да, круто, — согласилась я, хотя никакой радости не испытывала.

С одной стороны, мы с Егором были очень близки, но в то же время между нами лежала пропасть, ведь приятели Сашки воспринимали меня как ребенка. Они дарили плюшевых панд на день рождения, но не предлагали встречаться.

— Познакомишь меня со своим братом и его симпатичными друзьями? — Ника бросила на меня хитрый взгляд.

— Я подумаю.

— Ну пожалуйста!

— Будешь ныть, не познакомлю!

— Ладно.

— Пойдем, а то опять пропустим начало лекции, — сказала я и подтолкнула ее ко входу в аудиторию.

Переступив порог дома ближе к вечеру, я закрыла за собой входную дверь и прислонилась к ней спиной. После возвращения с улицы, где буквально плавился асфальт, было особенно приятно ощущать прохладу. Судя по сегодняшней температуре воздуха, лето пока не собиралось отдавать бразды правления осени. Моей первой осени в качестве студентки.

Вчера прошла официальная часть с выступлением ректора и знакомством с группой, большую часть которой составляли девушки. Сегодня же начались трудовые будни. После трех пар я с трудом держалась на ногах, а голова пухла от количества новых впечатлений. Но несмотря на дичайшую усталость, хотелось закружиться в танце и не останавливаться.

Наконец-то началась новая жизнь!

Конечно, было грустно прощаться со школой. Ее светлые классы и пахнущие мастикой коридоры за одиннадцать лет стали до боли родными. Они помнили, как мы с лучшей подругой Дарой играли в догонялки на перемене, какими красными все выходили из спортзала после физкультуры и даже как в четвертом классе я с трудом сдержала слезы, впервые получив тройку за контрольную по математике.

Помимо той контрольной у меня осталось мало неприятных воспоминаний о школе. Наверное, просто повезло, что ребята в моем классе хорошо общались между собой и никого не травили, а учителя старались объективно оценивать наши знания.

Однако время неумолимо бежало вперед. Последний звонок, выпускной, ЕГЭ и даже лето оказались позади, а впереди ожидало нечто совершенно неизвестное.

Сейчас я стала еще на шаг ближе к мечте, получив право каждый день входить в двери величественного здания, мимо которого много раз проезжала на автобусе. Оно поражало воображение своими размерами. Пять этажей, высокие потолки, покатая крыша. Боковые крылья университета обрамляли зеленый сквер с фонтаном, где в теплое время года часто можно было заметить студентов. Я представляла, как сижу рядом с ними, смеюсь, делюсь конспектами и обсуждаю преподавателей.

До сих пор не верилось, что теперь это — моя реальность.

— Мелкая, ты? — послышался голос из комнаты брата.

— Да, — пробормотала я, развязывая шнурки.

Когда мне наконец-то удалось стащить с ног кроссовки и переобуться в любимые тапочки с пандами, в коридор вышел Сашка. Видимо, он давно вернулся домой, раз успел переодеться в домашние штаны и футболку с кубическим человечком из Minecraft.

— Ты могла бы говорить еще тише? Я подумал, родители вернулись, — упрекнул меня он, взъерошив рукой короткие русые волосы.

— А они уже уехали?

Я удивленно взглянула на него снизу вверх. За последние годы Сашка так вымахал, что теперь мне приходилось задирать голову, разговаривая с ним.

— Да. Не представляешь, чего мне стоило убедить их оставить нас дома, — брат картинно закатил глаза.

— А почему ты был против?

— Потому что в мои планы не входило гнуть спину все выходные. Хотел сплавить предкам тебя, но ты что-то опоздала.

Километрах в двадцати от города располагалась наша дача. Родители отправились туда, чтобы убрать оставшийся урожай и подготовить дом с огородом к осени и зиме. На самом деле я бы с радостью поехала с ними. Мне нравилось просыпаться в деревенском доме, когда утренний туман тает в лучах восходящего солнца. Нравился аромат роз под окнами. И я, в отличие от Сашки, не боялась перетрудиться, собирая яблоки с пары яблонь, растущих ближе к границе участка.

— Извини, оппа. Не смогла отменить последнюю пару, — съязвила я.

— Конечно, ты же у нас отличница. Тебе слабо прогулять, — ухмыльнулся в ответ Сашка.

— Прогулять в первый день учебы? Ты в своем уме?

— Вот и я говорю, что тебе слабо! Скорее Marvel перестанут снимать фильмы по комиксам, чем Анна Астафьева пропустит хоть одно занятие. И сколько раз я просил не называть меня оппа! Совсем помешалась на своей Корее.

— Бесишь, — буркнула я себе под нос.

Братец прекрасно знал мои болевые точки и не упускал случая отпустить какую-нибудь колкость, особенно про Азию или оценки. Я училась лучше него и была уверена, что он обесценивал это из зависти, ведь ему удалось поступить только на коммерческое отделение. Именно из-за Сашки я так стремилась на бюджет — не хотела увеличивать финансовую нагрузку на родителей.

— Они могли хотя бы предупредить, что уезжают, — поджала губы я.

— Так они и пытались! Но ты трубку не брала и сообщения не читала.

Я достала из сумки телефон и, действительно, обнаружила несколько пропущенных вызовов. Включив беззвучный режим в начале дня, я забыла его отменить, поэтому ничего не услышала, когда читала книгу по психологии в автобусе.

— Короче, мама с папой не могли ждать тебя до ночи. К тому же я убедил их, что начало учебного года — это очень серьезно, и мы будем усердно заниматься.

Сашкино объяснение звучало вполне разумно. Я бы даже поверила, если бы не знала своего брата.

— И чем же мы будем заниматься? — спросила я, подняв бровь.

— Конечно, «Мафией» и пиццей. А еще я сто лет не рубился в плойку, — сказал Сашка и повернул в сторону кухни.

Я на автопилоте последовала за ним. При упоминании пиццы чувство голода явственно напомнило о себе. Только сейчас я осознала, что забыла пообедать.

— Собираешься устроить вписку? — поинтересовалась я.

Мой брат обожал встречаться с друзьями, как только подворачивалась возможность.

— Я не видел ребят целую вечность!

— Но мы же уезжали на море всего на две недели!

— А мне показалось, что на десять лет.

Сашка набрал воды в электрический чайник и включил его. Не в состоянии больше стоять на ногах, я безвольно опустилась на стул перед широким обеденным столом. Брат достал из холодильника яблочный пирог и поставил его передо мной.

— Мама оставила тебе. Будешь? — спросил он.

— Мм… — Вместо ответа я протянула руки к пирогу, который так и манил хрустящей корочкой и волшебным запахом корицы. Однако Сашка тут же забрал у меня тарелку.

— Эй! — возмутилась я. — Отдай по-хорошему!

— Будешь холодный? — вскинул брови брат.

— Мне все равно. Он и так вкусный, — сказала я, гипнотизируя взглядом пирог.

— И чая не дождешься?

Я отрицательно покачала головой.

— Издеваешься над голодным человеком!

— Ладно, как хочешь.

Он снова подвинул пирог ко мне, и я с жадностью схватила кусочек. Когда наконец-то удалось утолить голод, в голове всплыл один важный вопрос. И я должна была получить на него ответ. Немедленно.

— Очень надеюсь, вечеринка не сегодня? — с беспокойством в голосе спросила я. На безудержное веселье, которое планировал устроить братец, совершенно не осталось сил.

Сашка сидел напротив меня, держа в руках горячую кружку с чаем. По кухне разносился терпкий аромат бергамота.

— Конечно же завтра. Сегодня я сам не в настроении, — протянул он устало.

— Рада, что в этом мы сходимся. И спасибо за ужин, — я встала из-за стола и поставила тарелку в посудомойку.

— Маму благодари, — бросил он мне вслед.

Подумав, что стоит действительно написать маме, я вошла к себе в комнату и упала на кровать. После такого насыщенного дня голова и ноги гудели. Хорошо, что завтра суббота. Можно хотя бы выспаться. Но я боялась, что уснуть не получится, ведь меньше чем через сутки к нам в гости придет Егор.