Призванная для некроманта

— Я призываю духов, явите мощь и верните мне любимую! — донеслось словно из глубин моря. 

Его голос звучал как раскаты грома, пробивающиеся сквозь завесу тумана. Слова, словно острые стрелы, вонзались в моё сознание, вызывая дрожь. Запах ладана окутывал меня, словно густое облако, мешая дышать и думать. Я открыла глаза, и тьма рассеялась, обнажив передо мной сцену, похожую на полотно художника, где главный герой — темноволосый мужчина, занесший над мной серебряный кинжал.

— Черт побери! — воскликнула я, спрыгивая с каменного ложа, на котором лежала…

Мужчина распахнул глаза и замер, раскрыв рот. Он выглядел ошеломлённым. Ещё бы! Я тоже была в шоке, когда случайно уснула дома на мягком диванчике за просмотром фильма, а проснувшись, обнаружила рядом с собой маньяка, который пытался принести меня в жертву.

Его взгляд был холодным и бездонным, как ледяное озеро, в глубине которого скрывалась опасность. Я чувствовала, как моё сердце бьётся, словно птица в клетке, пытаясь вырваться на свободу. Его действия были стремительны и решительны, как буря, обрушивающаяся на берег.

В этот момент я ощутила себя как Алиса, падающая в кроличью нору, в мир, где реальность и фантазия переплетаются в безумный танец. Я спрыгнула с каменного ложа, словно птица, взлетающая из клетки, и мир вокруг меня снова начал обретать краски и звуки

— Ты кто будешь? — спросил он, часто моргая.

Мне хотелось ответить что-нибудь едкое, чтобы он запомнил этот момент на всю жизнь и начинал заикаться, вспоминая его. Но я сдержалась и сделала шаг в сторону. Он тут же повторил за мной этот жест, словно отражая его в зеркальной глади. Его наряд был как чёрная тень, обволакивающая стройную фигуру. Рубашка с закатанными рукавами обнажала сильные запястья, а пышный галстук казался старинным артефактом, придающим ему ауру элегантности и таинственности. Глаза его были как бездонные омуты, цвет которых невозможно было разглядеть в тусклом свете. Но ямочка на подбородке сияла, как маяк, привлекая внимание и заставляя сердце биться быстрее.

Мне хотелось ответить что-нибудь едкое, чтобы он запомнил этот момент на всю жизнь, словно выжженный на сетчатке глаз. Но я сдержалась.

Сделала шаг в сторону, и он тут же повторил его, словно эхо в пустынной ночи, отражающее каждый звук.

Наряд на мужчине был странный. Чёрная ткань, обтягивала стройную фигуру. Рубашка с закатанными рукавами обнажала сильные руки. Пышный галстук казался старинным артефактом, придающим его образу ауру элегантности и таинственности, как древний свиток, хранящий в себе тайны веков.

Глаза его были как бездонные омуты, цвет которых невозможно было разглядеть в тусклом свете, словно звёзды, затерянные в бескрайнем космосе. Но ямочка на подбородке сразу привлекла внимание и заставляла сердце биться быстрее, как птица из клетки.

— А ты? — не осталась я в долгу.

К чему условности, ведь всего миг промедления, и меня бы принесли в жертву, как какую-нибудь овцу. Мне даже в голову не приходило, что этот мужчина мог оказаться плодом моего воспалённого воображения, пришедшим ко мне во сне. Нет. Жизнь не могла меня так порадовать. Хотя даже во сне мне обычно являлись абьюзеры, тираны и деспоты. Обалденное «разнообразие»! Бери — не хочу!

— Флэт Бронувей, граф Морн — некромант, — ответил он ровным голосом с бархатной хрипотцой, отчего мурашки пробежали по коже, призывая меня не сопротивляться и отдаться этому типу, даже в жертву. — Как ты здесь очутилась?

Очень интересный вопрос. Самой даже любопытно.

— Могу предположить, что ты меня выкрал из квартиры, — и тут я вспомнила, что живу на двадцать пятом этаже недавно сданной многоэтажки. У меня не было ни соседей, ни тараканов (те, что в голове, были не в счёт). Вероятность, что в мою ипотечную студию припрется маньяк, выкрадет меня, а потом при неработающем лифте допрёт так, чтобы я не проснулась, была очень низкой. Разве что он воспользовался какой-нибудь гадостью, чтобы усыпить меня.

— Вот еще! Я призывал дух своей невесты, чтобы наконец проститься с ней, — мужчина всё ещё находился в шоке. То ли он не видел никогда девушек в скинни, то ли не ожидал, что я так быстро приду в себя и стану сопротивляться, потому что его ответ был самым нелепым из того, что я слышала в жизни.

— А кинжалом махал зачем надо мной?

— Так ритуал же! Нужно было царапнуть руку и пролить каплю крови на алтарь, чтобы материализовался дух моей Офи.

В его слова верилось с трудом. Всё это казалось полным бредом. Нужно было срочно выбираться отсюда, причём быстро, пока мужик не опомнился.

— Что ж, Флэт, не могу сказать, что было приятно познакомиться. Бывай.

Я круто развернулась и совершенно не заметила стоящего высокого подсвечника на одной из каменных плит, смахивающих на надгробные. Свечи попадали на пол, и занялся огонь.

Черт.

— Ты!.. — вскричал маньяк и бросился тушить пламя. — Тут же масла и благовония.

Ага. Очень жаль, но так даже проще будет свалить из этого странного и страшного помещения, так напоминающего склеп.

Говорила мне мама, двери запирай. Зря её не слушала. Но кто же мог подумать, что может найтись идиот, который позарится на официантку из заправочного кафетерия с ипотекой в четверть века!

Снаружи было не лучше, чем внутри. Ночное небо озаряла полная луна, словно огромный фонарь, проливающий холодный свет на безжизненную пустошь. Несколько звёзд мерцали, как далёкие огоньки в бескрайнем океане ночи. Вокруг простирался погост, словно кладбище забытых мечтаний, где каждый надгробный камень — это молчаливый свидетель ушедших надежд. Я огляделась, чувствуя, как холодный ветер пробирается сквозь одежду. Вдалеке что-то светилось, словно маяк в бушующем море, давая слабую надежду на лучшее. По крайней мере, там не было мужчины в чёрном с ритуальным кинжалом, который мог бы стать воплощением моих самых страшных кошмаров.

Пока он продолжал возиться и тушить быстро разгоревшееся пламя, я постаралась удалиться как можно дальше от него, осторожно переступая через могилки и оградки. Черт бы побрал этого недоделанного некрогада!

Флэт Морн

Мне было некогда гадать, кто была эта загадочная девица с ядовитым языком. Одного взгляда на нее хватило, чтобы понять – это не Офи. А я ведь так хотел попрощаться.

Пытаться оживить мертвого было преступлением, если докажут, что в корыстных целях, да и изменения мозга, произошедшие после смерти, не могли вернуть мне прежнюю любимую и нежную девушку, только ее сухую оболочку, которая не способна подарить прежнее тепло и любовь.

Одного лишь мига рядом с любимой было бы достаточно, чтобы я смог примириться с ее уходом, но и тут вмешался злой рок, который не позволил этого сделать. А ведь гадалка мне четко сказала, что именно в эту ночь, если я проведу ритуал, то обрету свою любовь. Так странно, пришла-то вздорная баба с белыми кручеными волосами и крутым норовом.

Все было бы ничего, но ее нужно было отправить туда, откуда она и пришла. Иначе баланс сил будет нарушен и тонкая грань, разделяющая миры, порвется, впустив к нам полчища нечисти или чего-то не менее страшного. Я нисколько не сомневался в своих способностях, да и в магии, которой можно было смело делиться с другими, было бы только желание. Просто все свалилось очень неожиданно и перевернулось с ног на голову. 

Девица, сверлила меня глазами, как вдруг встрепенулась и выдала:

— Что ж, Флэт, не могу сказать, что было приятно познакомиться. Бывай, — она круто развернулась, совершенно не глядя никуда и опрокинула высокий подсвечник с восковыми свечами, пропитанными благовониями для лучшего контакта при призыве души.

Все полыхнуло и занялось пламенем, в том числе и запасные принадлежности для проведения ритуала, способного вернуть назад призванную.

— Ты!.. — вскричал я и бросился тушить пожар. — Тут же масла и благовония.

Я быстро внял с себя сюртук и принялся им бить по пламени, чтобы как-то остановить процесс. Действовал быстро и четко, сквозь зубы ругаясь. Можно было бы сразу применить магию, но тогда все заряженные артефакты и элементы могли бы сдетонировать и получился бы большой взрыв. Была небольшая надежда, что я смогу все же, хотя бы какую-то малость спасти. Когда надежды не осталось, а все самое ценное сожрал пожар, я бросил в огонь свой сюртук и махнул рукой, оплетая магической сетью все вокруг. Капли пота стекали по лицу, испачканному сажей. Миг и все потухло, разве что огарки свечей чуть заискрили, но быстро выгорели до конца. 

Теперь моя главная мастерская была полностью уничтожена, как и склеп семьи Бронувей. Тела, разумеется, не были повреждены под толстыми каменными плитами, а вот все остальное… Увы.

Я поднял глаза, но девицы и след простыл. Одна, в незнакомом месте, она могла натворить дел, но я знал единственное место, куда она могла отправиться на всю округу. Конечно же в замок.

Я подкинул кинжал вверх и поймал на лету за рукоятку. Что же, красотка, давай поиграем.

Добро пожаловать в наш моб

Я не могла понять, в какой части города находилась. Никогда раньше не бывала на кладбищенских тусовках, да и с последователями Преисподней меня ничего не связывало. Но кто знает, на что способны эти сумасшедшие и сектанты? Хорошо, что мне встретился одиночка, а не «весёлая» компания. Тогда мне пришлось бы несладко.

Строение, которое светилось в ночной темноте, оказалось старым готическим замком. Его внушительные размеры говорили о былой мощи и величии. Сейчас такие замки не строят, если только олигархи не складируют там золотые унитазы или коммерсанты не организуют хоррор-квесты.

На двери не было звонка, но висела круглая ручка с мордой волка. Я осторожно подняла её и постучала пару раз. Никто не ответил, но дверь, видимо, была автоматической, потому что она сама открылась.

Я вошла внутрь, и меня окутала атмосфера таинственности и запустения. Казалось, что замок замер во времени, как будто его обитатели покинули его много лет назад. Стены, покрытые мхом и паутиной, шептали истории, которые уже никто не услышит.

— Есть тут кто-нибудь? — вспомнилось, что с этого момента во многих ужастиках начинался кровавый треш.

Откуда-то дунуло ветром мне прямо в лицо, а затем все стихло. М-да, у них еще и проблемы с кондиционером или все это часть атмосферного местечка, которое рассчитано на запугивание своей аудитории. 

В любом случае ночью идти непонятно куда и пытаться поймать такси было безрассудством, поэтому я решила заночевать тут. Нужно было отыскать укромный уголок, где меня не найдет никто, особенно этот Флэт. Я решила осмотреться.

В темноте, казалось, что бродили призрачные фигуры, скользящие по коридорам. Их глаза светились, как у кошек, а шаги были беззвучными. Я почувствовала, как холод пробирается под кожу, и попыталась ускользнуть, но замок не желал отпускать свою гостью.

Я шла по извилистым коридорам, пока не наткнулась на массивную дверь с вырезанными на ней символами, напоминающими древние руны. Дверь была заперта, но я почувствовала, как её можно открыть. Приложила руку к замку, и он начал медленно открываться, словно чувствуя моё присутствие.

За дверью оказалась комната, освещённая тусклым светом свечей. В центре комнаты стоял старый алтарь, на котором лежали странные предметы: черепа, свечи и свитки с непонятными письменами. Воздух был наполнен запахом благовоний и чего-то ещё, что я не могла определить.

Я почувствовала, как моё сердце начинает биться быстрее. Это место было живым, оно дышало, оно ждало. Я знала, что должна покинуть его, но что-то удерживало меня здесь.

— Божечки! — испуганно взвизгнула я, но вспомнила, что тут все должно устрашать, согласно направленности бизнеса данного заведения.

Почему-то у меня даже не было сомнений, что здесь либо однажды снимали хоррор, либо устраивали квесты. Быстрым шагом покинула эту страшную комнату и готова была уже перекреститься, как послышался шорох.

Бежать. Бежать. И еще раз бежать.

Плутание по комнатам длилось достаточно долго, прежде чем я отыскала укромный уголок, в котором можно было скоротать остаток ночи. Главное, чтобы некрогад успел испариться с первыми лучами солнца.

Послышалось клацанье по полу. Я замерла, затаив дыхание.

— Мяу!

Это была всего лишь на всего кошка. Но какая! Белая длинная шерсть серебрилась в свете, падающем из окна, и придавало ей совершенно волшебный вид.

— Ты ж моя прелесть, — я протянула руки и взяла пушистую красотку. — Эти изверги, того жди, и в жертву тебя могут принести, а я тебя спасу.

Кошечка повернулась ко мне и пронзила вполне осмысленным взглядом желтых глаз.

— Ирма-а-а… — повеяло жутью. — Ирма-а…

— Кто здесь? — прошептала я, нисколько не заботясь услышат ли меня и начала мотать головой во все стороны. 

Было слишком страшно. Голос доносился отовсюду и ниоткуда. Это было трудно правильно сформулировать, но что-то подобное было в фильмах про приведения.

— Ирма…

Это на самом деле походило на какой-то кошмар, а мне нужно просто проснуться.

— Эх, киса, и куда мы с тобой угодили, — шепотом проговорила я, — Давай-ка выбираться.

Разговоры с кошками могли бы показаться бредом, но не в моем случае. Хотя, кошатницей меня тоже было трудно назвать. Я чувствовала, как пушистый комочек в моих руках — словно маленькая звезда, согревающая меня своим теплом, — вдруг стал частью меня. Перехватив кошку поудобнее, я начала красться в сторону выхода, словно тень, скользящая по стенам. Впереди простирался лабиринт, полный загадок и тайн, а мне предстояло преодолеть это расстояние, чтобы спуститься вниз и там уже искать путь к дороге.

— Тебе не убежать, Ирма-а…

Это мы еще посмотрим!

Свечи вдруг погасли. Тьма окутала все вокруг. Я затаилась. Дверь распахнулась, и я поняла, что больше не одна в этом мраке. Но вдруг раздался щелчок, и свечи вновь вспыхнули, осветив все вокруг. Прямо передо мной стоял мужчина. Медленно подняв глаза, я увидела того самого маньяка, от которого чуть раньше успела сбежать. В его руке блеснул кинжал. Я выставила ладонь вперед, упершись ему в бедро, и зажмурилась, пытаясь вспомнить хотя бы одну молитву, но все мои мысли смешались.

— Не думал, что выгляжу на столько печальным, чтобы меня стремились утешить таким образом, — то ли пошутил, то ли нет этот сумасшедший.

— Хам! — будет грустно, если это окажутся мои последние слова.

Я храбрилась как могла и посмотрела на свою руку. Она упиралась не в бедро, а в пах. Тут же отдернула ее, словно обжегшись.

— Истеричка!

— Некрогад!

— … Все равно, истеричка! — не нашелся что сказать мужчина, но руку подал, чтобы подняться. — Не собираюсь я тебя убивать. Я нормальный.

Трудно было поверить, но что-то в его словах словно пробудило во мне эхо забытых тайн. Мрачная, готическая атмосфера этого места окутывала нас, как густой туман, скрывающий истину. Она нависала тяжёлой завесой, готовой в любой момент обрушиться на нас как лавина. Я привыкла полагаться только на себя, быть гордой и независимой. Но в тот момент, словно хрупкий цветок, пробившийся сквозь трещины в асфальте, я не смогла отказаться от его помощи. Лишь крепче прижала к себе кошку. Её тепло и спокойствие казались островком безопасности в бушующем море, помогая мне собраться с мыслями и сделать шаг вперёд.

— Спасибо, — по привычке поблагодарила я.

— Языками жаб отдашь, — отмочил колкость он и впялился взглядом в мою пушистую спутницу. — Только кошек мне здесь не хватало.

Я открыла рот, пытаясь подобрать достойный ответ, когда дом вновь сотрясся.

— Ирма-а-а…

— Что?! — уже не скрывая негодования заорала я в ответ.

— Да ничего, — оторопело вылупился на меня мужик.

— Да я не тебе, — отмахнулась от него, словно от назойливой мухи и заозиралась по сторонам. — Тут стены разговаривают.

Мой занятный собеседник издал звук, очень похожий на «ик» или «кряк», а затем присвистнул.

— Так тебе лечиться надо. У нас тут при дворце отличную лечебницу открыли…

Да быть того не может, это я-то тут сумасшедшая?! А не он ли надо мной кинжалом махал!

Мужчина вызывал тревожные мысли. Но в глубине души теплилась слабая надежда, что это всего лишь чья-то неудачная шутка. Разве не бывает, что коллеги или друзья устраивают розыгрыши? Но этот розыгрыш оказался совсем не смешным, а холодным и пугающим, как леденящий ветер, проникающий под кожу.

— Подскажите, — мой голос дрогнул и превратился в нервный смешок, похожий на эхо в пустой пещере. Я с трудом сглотнула, чувствуя, как сердце забилось быстрее, а ладони стали влажными. — А далеко до города?

Мой вопрос прозвучал как эхо, затерявшееся в лабиринте его ответов.

Брюнет, небрежно взмахнув рукой, будто дирижер, управляющий оркестром, зажег свечи. Они вспыхнули, как факелы в ночи, озарив всю комнату. 

Флэт замер, погруженный в раздумья. В его глазах, словно в бездонных омутах, отражалось трепетное пламя свечи. Они были черны, как сама ночь, и в их глубине можно было утонуть, словно в непроглядной тьме.

— До ближайшего? — он дождался, пока я кивну и продолжил совершенно спокойно. — Сутки, может, чуть больше, зависит от резвости коня.

Коня? Сутки? Он просто надо мной издевался! 
Да я за сутки до Владивостока могла бы добраться на хромых собаках!

— А как же мне тогда вернуться домой?

Хотелось вспыхнуть, как спичка, и закричать, чтобы он вернул меня домой. Но он был словно гранитная скала, которую невозможно сдвинуть с места. Твердый и убежденный в своей правоте. И как с таким договариваться?

— Все очень просто. Мне нужно снова провести ритуал и тогда есть шанс, что ты отправишься туда, откуда и прибыла. Надеюсь, что грань выдержит эту нагрузку и не подарит нам толпы гадости, прущей с другой стороны.

Что, простите?! Казалось, что мы с ним вообще говорим на разных языках. Я ему про Фому, он мне про Ерёму.

— Ирама-а-а, — снова повеяло холодом отовсюду, и я зябко поежилась. 

— Хватит меня запугивать! — все же психанула я.

— Да и не пытался, — пожал плечами Флэт. — Может все же, прокатимся в столицу? Там лекари хорошие, они тебе обязательно помогут.

Предложение было интересным. Я понимала, что не сошла с ума, и люди в белых халатах не были нужны мне. Пока что.

Мысль о смирительной рубашке и «веселеньких» препаратах вызывала у меня отторжение, как если бы я пыталась проглотить горький леденец. Возможно, это был первый тревожный звоночек, предвестник того, что мой разум начал строить свои собственные мрачные лабиринты.

— Я серьезно. С тех пор как я оказалась в этом замке, мне чудится голос, который зовет меня по имени, — попыталась оправдаться, понимая, что звучит смешно.

— Голос? — мужчина изогнул скептически бровь. — Странно. Дух замка не просыпался почти три сотни лет, если верить преданиям.

— Какой еще дух? — нет, мужик сто процентов был повернутым психом, если думал, что я поверю в эти байки.

— Дух замка. Я уже и не вспомню, как его зовут, но поговаривали, что это душа усопшего первого владельца замка, который направлял своих потомков по нужному пути.

Я вскочила со своего места и бросилась к двери, как испуганная птица, стремясь вырваться из этого сумасшедшего цирка. Этот человек, словно искусный иллюзионист, пытался запутать меня своими невероятными историями, надеясь, что я приму их за чистую монету. Но я видела его насквозь — он был мастером обмана, который сам запутался в своих фантазиях. Его слова были как паутина, опутывающая разум, но я разорвала её, понимая, что нельзя позволять себе увязнуть в этом болоте больного бреда.

— Ирама-а-а, тебе не спрятаться…

— Да что ты заладил, «Ирма-Ирма» — я знаю, как меня зовут!

— А я не знал. Имя-то какое интересное, — Флэт явно начинал потешаться надо мной.

Зарычав от досады, я выбежала из комнаты, пустившись к лестнице, чтобы поскорее убраться от сюда. Свечи полыхнули и вдруг погасли. Кромешная темнота накрыла меня с головой. Не удержавшись, я потеряла равновесие и полетела вниз, сбивая о ступеньки себе локти и ребра.

— Да чтоб тебя, чертово ты приведение!

Послышался шум и свечи снова вспыхнули огнем. Флэт уже во всю спешил ко мне, перескакивая через ступеньку, чтобы поскорее оказаться рядом.

— Жива?

— Жива, — простонала я, боясь пошевелиться.

— Цела?

—Местами, но не очень, — снова простонала, пытаясь вытащить руку из-под своего же тела.

Крепкие руки мужчины пресекли мою попытку подняться.

— Лежи, я осмотрю травмы, — скомандовал он, присаживаясь на корточки, и я постаралась расслабиться. 

Выходило плохо, потому что все болело и ныло, требуя принять более удобное положение, чем лицом вниз, распластанной на полу с вывернутой рукой.

— Я в норме, — дышать в таком положении было тоже проблематично, ребра словно сдавливало изнутри.

Ладони Флэта шарились по моей спине, шее и голове. Особенное внимание он уделил, как настоящий мужчина, пояснице. Каждое его прикосновение отдавало болью в затылке. 

— Не шевелись, я попробую тебя поднять. На первый взгляд все ушибы не критичные, но возможно, будет больно.

Больно? Что он знал о настоящей боли? Вот если бы он отпахал практику на луке в жаркий летний день в полях, в сорокаградусную жару, скрючившись в три погибели, тогда бы немного приблизился к этому понятию, разгибая спину к вечеру, когда солнце уже клонилось к закату. А пока, все что он знал, было не больше, чем трёп подростка, решившего, что он познал жизнь.

— Ой, мамочки, — а ведь и правда, было на столько больно, что казалось, я вот-вот лишусь чувств.

— Терпи, а то умертвием станешь, — приговаривал он, перехватывая поудобнее мою измученную тушу.

Всхлипнув, я уткнулась носом в шею спасителя, пряча от него слезы, которые готовы были сорваться с ресниц в любую секунду.

Флэт Морн

Поведение девушки все больше озадачивало. Она, словно мотылек, летела на огонь, и неприятности сами находили ее.

— Не шевелись, — приказал я, укладывая ее на кровать.

Спальня тетушки давно пустовала. После того как она вышла замуж и покинула наш дом, она напоминала о себе лишь редкими письмами из путешествий, в которых хвалила местный быт и просила меня навестить. А потом, после смерти мужу, стала наносить частые визиты, которые сводили меня с ума. Она тешила себя надеждами найти мне более подходящую партию, чем моя нежная Офи. О моих чувствах она почему-то забывала.

Будь я глупцом, я бы воспользовался ее предложением. Но мне и на родных просторах было неплохо. А теперь, когда невеста покинула меня, я и подавно не мог никуда деться. Здесь были корни, которые не позволяли мне просто взять и все забыть. Это было невозможно.

— Ай, — простонала девушка, поморщившись, когда я прикоснулся к ее ободранному локтю.

— Прости.

— Да чего уж там. Хорошо, что вообще живая осталась.

— Согласен, какая-то ходячая катастрофа, — кивнул, подтверждая ее слова. — Тебя значит, Ирма зовут?

— Меня не зовут, я сама обычно прихожу, — она попыталась шутить, но в нашем случае это было действительно так.

Я пытался сдержать улыбку, но она прорывалась наружу. Её задор и лёгкость были как солнечные лучи, разгоняющие серые тучи печали и скорби по утерянной любви. Даже кудряшки светлых волос, словно маленькие барашки, игриво подпрыгивали, вызывая улыбку.

— Это уж точно. 

— А ты правда не собирался меня приносить в жертву? — она спросила это с надеждой, которая проскальзывала в голосе, что вызвало невольный приступ нежности.

Откуда во мне эти странные чувства? Казалось, с уходом Офи из моей жизни часть моей души растворилась в утреннем тумане как тень. Теперь я думал, что больше не способен чувствовать. Но в Ирме было что-то, что заставляло меня усомниться в этом. Ее голос был как тихий шепот ветра, пробивающийся сквозь густую листву. Ее глаза — как два бездонных озера, в которых можно утонуть, не замечая времени. Ее улыбка — как луч солнца, пробивающийся сквозь тучи, дарящий тепло и надежду. Она была как звезда, свет которой не гаснет даже в самые темные ночи.

— Не собирался, — кивнул, обрабатывая рану, — Я некромант. Мои жертвы умертвия и тела. 

— Бр-р, не люблю мертвечину. Ради этого я даже от мяса отказалась когда-то.

Это будет ударом для поварихи, которая каждое утро приходила, чтобы заботиться о моём питании. Снова. В последние месяцы она почему-то решила, что меня обязательно нужно кормить четыре раза в день строго по расписанию, не допуская ни малейших опозданий к столу. Порой даже казалось, что не я ей плачу, а она меня воспитывает.  

Её забота проникала в самые потаённые уголки души, вызывая то смех, то раздражение.  

Она была как заботливая мать, которая знает, что нужно её ребёнку, даже если он уже давно вырос.

Я пытался объяснить ей, что мне не нужно столько еды, что я могу сам решать, когда и что мне есть. Но она была неумолима, как скала, и стояла на своём.

Как будто мне не хватало тетушки, которая вечно влезала в мою жизнь, как незваный гость, и начинает раздавать советы, словно она знает всё лучше меня. 

— Не говори этого сразу Делис. Она расстроится.

— Это твоя девушка?

— Небеса, сохраните! — в испуге прошептал я, — Это моя кухарка. 

— Грозная, наверное, женщина, — девушка зевнула.

Это начала действовать мазь. Она хорошо заживляла раны, но действовала, как снотворное даже на сильных и крепких воинов.

— Не то слово, — согласился я, наблюдая, как веки Ирмы смежились, и она засопела.

Девушка лежала, ее волосы разметались по сторонам, а глаза были закрыты. Она была одета в обтягивающие плотные брюки синего цвета с потертостями и блузку с короткими рукавами, ткань которой была тонкой и прозрачной, открывая вид на изящные изгибы тела.

На руках девушки виднелись глубокие раны, кровь из которых уже начала запекаться. В воздухе витал запах металла и чего-то горького, но не отталкивающего.

Вокруг царила тишина, нарушаемая редким гулом ветра за стенами замка. Лунный свет проникал сквозь узкие окна, создавая причудливые тени на полу и стенах. В воздухе витало ощущение тайны и чего-то необъяснимого.

Я осторожно подошел ближе, стараясь не потревожить девушку. Ее дыхание было слабым, но ровным, а кожа холодной на ощупь

С одной стороны, я мог оставить ее здесь и надеяться, что она очнется сама. С другой, я нельзя было просто так бросить человека в беде. Я вспомнил слова гадалки, что в моей жизни скоро появится любимая женщина, и почувствовал укол в сердце. Но это было невозможно. Мое сердце зачерствело после смерти невесты, и я не мог позволить себе снова кого-то полюбить.

Я аккуратно перевернул девушку на спину и начал обрабатывать ее раны. Мои руки дрожали, но я старался не показывать этого. Я понимал, что она может быть опасна, но в тот момент я не думал об этом. Я просто хотел помочь ей.

Закончив с ранами, я сел на пол и задумался, что делать дальше. Я знал, что должен дождаться следующего полнолуния, чтобы провести ритуал и отправить девушку восвояси. Но что, если она не очнется к тому времени? Что, если она умрет у меня на руках?

Я посмотрел на девушку, пытаясь понять, кто она такая и как она оказалась здесь. Ее лицо было бледным, а губы слегка приоткрыты, словно она пыталась что-то сказать. Я наклонился ближе, чтобы услышать ее дыхание, но вдруг почувствовал, как что-то теплое коснулось моей руки.

— Альк, — крикнул я в пустоту. — Я знаю, что ты рядом. Зажги камин и позаботься о том, чтобы девушка была в покое и ее ничего не тревожило.

Искра в камине вспыхнула пламенем, а посреди комнаты материализовался бестелесный дух в голубом сиянии.

— Как прикажешь, мой господин, — он закатил глаза, выражая несогласие.

— И прекрати ее пугать уже. 

— Но...

— Не хватало нам еще, чтобы она начала заикаться.

— Но я ведь чуть-чуть... И вообще, это я твой предок, который молчал почти триста лет, — хмыкнул этот самый предок и сверкнув синевой, растворился в комнате.

Да уж, чего только не придумаешь, чтобы не напугать юную девицу из другого мира.

Я открыла глаза и почувствовала себя заново родившейся. Мир вокруг казался ярким и живым, словно я только что шагнула в новую реальность. Солнечные лучи пробивались сквозь легкие занавески, создавая на полу причудливые узоры.

Мое тело все еще пребывало в сладкой полудреме, словно окутанное мягким одеялом. Каждая клеточка чувствовала себя расслабленной и отдохнувшей, как после долгого сна.

Мозг, напротив, уже проснулся и был готов к действию. Мысли текли плавно и ясно. Я чувствовала, как каждая клетка моего тела наполняется энергией и готова к новым открытиям. Все тревоги и сомнения, которые обычно преследовали меня, исчезли, оставив лишь чистое, спокойное пространство для размышлений и анализа.

Все, что здесь происходило, напоминало странный каламбур. Мужик с ножом, хоть и казался ершистым собеседником, оказался внимательным и заботливым. Перед глазами всплыл его образ: лицо покрытое густой щетиной, черные глаза, низкий и хрипловатый голос.

Замок, куда я попала, таил массу сюрпризов. Стены, покрытые пылью и паутиной, словно шептали древние тайны. Электрика, древняя и капризная, то вспыхивала яркими огнями, то гасла, оставляя нас в полумраке. Казалось, она играла с моим сознанием, как кот с мышкой, то давая свет, то погружая в темноту. Вчерашние воспоминания рассеялись и уже не имели ничего общего с тем, что я видела сейчас. Все было вполне цивилизованно, но с нотками готического гостеприимства, если так можно было сказать.

Я была жива, хотя и не понимала, как это возможно. Все это казалось каким-то абсурдным сном, где реальность и фантазия переплетались в причудливый узор. Я чувствовала себя героиней странного романа, где каждый шаг мог привести к неожиданному повороту сюжета. И, несмотря на все опасности и загадки, я знала, что должна продолжать идти, потому что только так я могла найти ответы на свои вопросы и найти дорогу домой.

Глянула на ноги, пошевелила пальцами — вроде все конечности целы и дееспособны. Кошка, спящая поверх меня на одеяле, заметила мой взгляд и сладко зевнула.

— Ну что, Бесси, мы живы, — резюмировала я, немного приподнимаясь на локтях. — А это значит, что всё не так уж и плохо.

— Уже проснулась? — послышался одновременно звук отворяемой двери и голос... Флэта? Кажется, так его звали.

А я уж надеялась, что язвительный мужчина был просто плодом моего воспаленного воображения.

— Как видишь, — я хлопнула руками по одеялу, чем потревожила чуткий сон кошки.

Белая красавица поднялась, недовольно фыркнула, глянула на нашего посетителя и решила на этом покинуть ложе, спрыгнув с постели на пол, только, чтобы забраться на кресло с мягкой подушечкой.

— Можно я тебя осмотрю? — Флэт протянул руки в направлении моей тушки, и я напряглась.

Ух ты! Интересно, врачом какого профиля он был, хотя помнится, что назывался некромантом. А это, если мне не изменяла память было что-то связанное с разделыванием мертвых.

— Э, нет, я пока еще на этом свете, — выставила руку вперед, как только он двинулся в мою сторону. — Ты же этот... любитель мертвецов?

— Я могу вернуть душу усопшего на какой-то момент или оживить его, но, — Флэт развел руками, — Это будет уже не тот человек, который ушел. Мертвые никогда не возвращаются из-за Грани целыми, часть их души и воспоминаний навсегда остается там.

Его слова прозвучали очень печально. А ведь я не раз слышала, как обсуждались походы на спиритические сеансы, да вот только считала это сплошным надувательством и выкачиванием денег, а не особой отраслью магии. 

О чем я только думаю, ну какая магия?

— То есть, ты реально пытался вернуть свою невесту? А как же все вышеперечисленное? 

— Я хотел временно вернуть ее душу, чтобы попрощаться. Это то, чего не хватает многим людям, потерявшим близких.

С этим было сложно поспорить. Я и сама когда-то потеряла одноклассника. Одна случайность, кома и всё, человека — молодого и полного сил парня, не было в живых. Это было трудно принять и совсем не укладывалось в голове, но в жизни много моментов, а смерть — одна. Именно поэтому нужно было ценить каждый миг, который нам даровали Небеса.

— Ты ее очень любил? — смешной вопрос, если он был готов на все ради того, чтобы просто попрощаться, то скорее всего это было даже больше, чем просто любовь.

— Она была моим миром, тем якорем, который удерживал мой нестабильный дар. Лучик света, который рассеивал тьму в душе. Ты пришла из другого мира и не можешь сразу понять, как устроено все здесь. Именно по моей ошибке ты оказалась тут, и я ее исправлю.

Минуточку!

— Да здесь не так уж всё и плохо... — начала я нерешительно, вспомнив, что впереди на работе меня ждало шесть смен подряд по двенадцать часов на ногах. — Я бы может и задержалась у тебя в гостях...

Мужчина ухмыльнулся, прогнав грустное выражение с лица. В миг пропала и усталость из его глаз. 

— У нас с тобой месяц до следующего полнолуния, когда можно будет совершить ритуал и вновь закупить сожженные ингредиенты. 

Ох, и натворила я делов. Не зря мне говорили, что я человек-катастрофа.

— Чудесная новость! — обрадовалась я, вызвав скорбную гримаску у некроманта.

— Располагайся и чувствуй себя как дома, но не забывай, что ты в гостях, — бросил Флэт, развернулся и покинул комнату. 

Рада, что он забыл о желании осмотреть меня. Мы были еще не на столько хорошо знакомы, чтобы допускать подобные вольности при неимении медицинского образователя обозревателя.

Воспряв духом, я выползла из постели, чтобы привести себя в порядок и отправиться на поиски новых приключений. Которые не заставили себя ждать, как только вышла из комнаты. 

Грохот посуды и всё полетело на паркетный пол, впрочем, как и я, когда, не заметив розовощекой женщины, врезалась в нее, окрыленная и готовая познавать этот мир. 

— П-простите, — простонала, понимая, что копчику каюк.

— А ведь это был Ваш завтрак, — расстроенно произнесла женщина.

Да что ж это такое! Почему неприятности так и преследуют меня?

Кухарка оказалась милейшей женщиной, которая препроводила меня в столовую, раз уж я в добром здравии и усадила за щедрый стол. Здесь было все, что только можно: различные варенья, тончайшая ветчина, сыр, печенье, бисквитный пирог с яблоком, компот... Этот список можно было еще долго оглашать, но я отвлеклась на суету поварихи. Мне даже показалось, что она просто побоялась оставлять меня одну от греха подальше.

Шустрые девчонки ловко приводили в порядок коридор, но меня все равно мучила совесть. Или это было уже профессиональное? Гость кафетерия насвинячил — официантка убрала. Все было просто. Правда этот срач устроила я, поэтому еще больше чувствовала ответственность за содеянное.

— Как тебе пирог? — спросил Флэт, отрезая кусочек выпечки ножом и поддевая его вилкой, чтобы отправить в рот.

Увиденная картина вызвала у меня зверское чувство голода. Но на столько эстетично употреблять сие угощение я не умела. Да и нужно было ли? Поэтому, плюнув на приличия, я схватила кусок и откусила почти половину его. Ум-м, блаженство. Нежный, таящий во рту и совершенный сливочный вкус не оставили бы никого равнодушным. А уж я была большим любителем вкусной калорийной еды, благо пока это не сказывалось на фигуре. Но как знать-как знать...

— Восхитительно, — протянула я, подхватывая еще один кусочек. 

Флэт наблюдал за мной с ленивой улыбкой, блуждающей на губах. Я, невольно, и сама начала бросать на него любопытные взгляды из-под полуопущенных ресниц. Темноволосый, загорелый, черноглазый... Он бы мог стать мечтой любой девчонки, в том числе и меня. Но оказался почти занят. Стоило уважать его привязанность и чувства к покойной невесте. Хорошо, что он еще не падал духом. И раз уж нам предстояло провести вместе целый месяц, то нужно было бы его поподробнее расспросить о том, как тут все устроено. Не хотелось быть сожженной на костре за дырки на коленях джинс и обтягивающую грудь майку.

— Флэт, — я старательно подбирала слова, в отличие от прошлых раз, ссылаясь на его менталитет и воспитание. Судя по его одежде, на дворе было битое средневековье или чуток ближе к нашей эпохе, но до смартфонов им было далеко. — А как у вас тут всё устроено? 

— Тебя интересует политика, мода или...

— Всё! Мне бы не хотелось оказаться жертвой инквизиторов или иной подобной организации. Я понимаю, что ты и сам скоро взойдешь на костер, но я бы хотела дожить до перехода домой, — я старалась выглядеть по-взрослому и говорить так, словно находилась на собеседовании в отделе по найму персонала. 

Мужчина промокнул губы салфеткой и отложил ее в сторону, бросив на меня загадочный взгляд. Эта интрига затягивалась и немного нервировала. От нетерпения, я прикусила нижнюю губу, чтобы не броситься на него с сотней накопленных вопросов.

— Что ж, тогда пройдем в мой кабинет, — он поднялся и протянул широкую ладонь, в которую я тут же вложила свою, словно загипнотизированная его глазами.

Было в них что-то колдовское, мистическое.

Мы вышли в коридор и прошли немного дальше. Я старалась отвлечься, разглядывая предметы интерьера и мебель. Подобная красота, несмотря на готический отголосок, была известна мне исключительно по картинкам и романам. Оказаться в сказке было удивительным приключением. В это до сих пор верилось с трудом, но возможно, моя психика была неоднократно испытана собственным миром, поэтому наступившая действительность не была ужасающей.

Здесь все отдавало стариной. Этот коридор напоминал галерею, на одной из стен которой висело множество картин, изображающих поля битв с непонятными крылатыми созданиями и рыцарей в доспехах. Но было кое-что общее у всех работ — замок на заднем фоне. Разное время, он достраивался и перестраивался, но это был точно он. Что такого необычного в этом месте или предки Флэта просто фанатели от своего жилища?

Хозяин дома остановился у одной из дверей, чтобы дождаться пока я насмотрюсь по сторонам и все пощупаю. 

— Нравится? — спросил Флэт, не выдержав ожидания.

— Нет. Слишком мрачненько — не в моем вкусе, — заметила я, прицокнув языком и проводя пальцем по краске на полотне. — Ай.

Я отдернула палец и посмотрела на него. Алая капля увеличивалась в размерах прямо на глазах. Мужчина тут же бросился ко мне, вытаскивая белый платок из кармана, чтобы приложить к ранке. В его взгляде скользило беспокойство.

— Да, пустяки, — попыталась успокоить то ли его, то ли себя. 

Да я столько раз в жизни резалась новой пачкой бумаги для принтера, что и не сосчитать, что уж говорить про уборку битой после клиентов посуды. 

— Ты моя гостья, и мне бы не хотелось, чтобы ты пострадала, — Флэт внимательно посмотрел мне в глаза, держа мою руку в своей.

Не выдержав взгляда, я отвернулась. Было неловко молчать, но и говорить что-то было не к месту.

— Мы хотели поговорить... — напомнила, чтобы сменить тему и замять паузу, которая повисла между нами.

— Да, — спохватился мужчина, беря себя в руки и отводя пытливый взгляд черных глаз, который словно магнит притягивал меня. — Прошу в мой кабинет, пройдем.

И мы пошли, разве что руку мою он так и не отпустил.

В кабинете Флэт усадил меня на мягкий стул и посмотрел на наши руки. До него только дошло, что мы все еще касаемся друг друга. Он казался несколько озадаченным. Знал бы он, как сильно меня смутил своим поступком, закачался бы. Но мне была приятна его близость и терпкий аромат, исходящий от него, и блеск в глазах, и... многое другое.

— Вина?

— Прямо с утра?

— Просто хотел быть учтивым, — словно извиняясь, произнес хозяин замка. 

— В моем мире говорят, что алкоголь по утрам пьют либо аристократы, либо маргиналы. Про вино все то же самое, — хмыкнув, проговорила я, заглядывая в эти черные глаза напротив.

Они словно темные омуты манили меня и притягивали, обещая нечто особенное. Вполне возможно, что Флэт просто на столько подружился с тьмой, которая окутывала тайной мир усопших, что это стало вроде "фишечки" или "визитки".

— Не могу не согласиться, — поддержал мужчина, наконец выпуская мою ладонь из своей, а затем занимая место напротив через стол.

Все здесь тоже несло в себе отпечаток времени. Потертые вытканные картины, напоминающие скорее карту, большой глобус у стола, кресла с резными элементами. Столешница была завалена бумагами и письмами, перьями и парочкой светящихся голубых шариков, которые привлекли мое внимание, но я пока не решалась спросить об их предназначении.

— Итак, — начала я нерешительно.  — Приступим?

Флэт кивнул. На его лице словно застыла маска отчужденности, как у важного дипломата или же доктора наук. Сразу было понятно, что впереди меня ждала лекция на пространственную тему.

— Мы живем в мире, где магия — привилегия избранных. Она есть не у каждого, но ее можно отобрать, подарить или же использовать с умом. Я родился магом, меня воспитали магом, обучили правильному ее направлению. Разумеется, никто не мог изначально предположить, что я буду лучше всего контролировать смерть, а когда узнали, то тетушку ждал шок. Конечно же, в годы юности я тренировался на кошках и прочей живности. Выходило иногда хорошо, но бывало, что эксперимент проваливался, а смердящая туша все еще шевелилась и даже пыталась подавать признаки жизни. Но я сделал выводы и теперь слежу за четкостью и правильностью ритуалов. С этим все понятно?

Я на миг задумалась, чтобы впитать в себя услышанное и кивнула, когда информация дошла до подкорки.

— А может ли быть, что волшебство или магия не удается контролировать?

Флэт на миг прикрыл глаза. Показалось, что эта тема была ему не очень приятна или удобна.

— Да. Я до сих пор учусь этому, но никто не застрахован от вполне возможного сумасшествия и палаты с белыми стенами в лечебнице при дворце короля. Королевству не нужны маги, которым неподвластна собственная суть. 

От такой информации захватывало дух. В моем родном мире это было на уровне сказок, легенд и сектантов, а тут была возможность соприкоснуться с чудом.

— Но если маг очень сильный и не поддается контролю, то как же его можно отправить в лечебницу? Он же по своей воле туда не пойдет.

Взгляд Флэта устремился в сторону окна и стал задумчивым и немного грустным. Почему-то показалось, что итог он множество раз прокручивал в своей голове, примеряя на себя уже смирительную рубашку.

— У нас есть особые маги, их немного, но они умеют выкачивать магию из других. Когда у кого-то сила вырывается из-под контроля, то они вступают в дело, а сумасшествие это как побочный эффект: опустошенный и бессильный, человек теряет часть своей души, что и приводит к расслойке сознания.

Ого. 

Слушала я очень внимательно, разве что стараясь еще и следить, чтобы челюсть не сильно отвисала от удивления.

— Мрачненько. Значит, на верхушке власти стоят королевская семья, а затем вся знать, при этом в первую очередь та, которая обладает магией, а затем прочая, — резюмировала я услышанное.

Флэт кивнул, а у меня появился повод, чтобы подумать на эту тему.

— Вся знать на одном уровне, с разницей лишь в положении. Король, принц, герцоги, графы, уважаемые господа — все они верхушка знати. Так же, если маг, даже если он из простолюдинов, но прошедший обучение в академии, то тоже становится уважаемым господином, отрекаясь от своего рода, как в целом и любой знатный человек, который становится придворным магом. Пасынок короля у нас зовется "господин", потому что состоял на службе у короля, либо "профессор" — потому что имеет научную степень и обучает студентов. Он женился на моей родственнице — дочери графа, которая стала именоваться "госпожой".

В общем, сложная система. Уверена, что если ко всем просто обращаться "на Вы и шепотом", то никто не обидится, чтобы не напутать во всех их титулах.

— Ты владелец огромного замка, как же обращаются к тебе? — не смогла я удержаться от вопроса.

Флэт встрепенулся и улыбнулся, медленно растянув губы. В его глазах запрыгали чертики, блеснув бездонной чернотой.

— Граф Морн. Флэт Морн. 

Ого. Круто. Никогда даже не могла представить, что познакомлюсь с самым настоящим графом.

— А есть ли у тебя родственники?

Хозяин замка растерял быстро всю свою веселость и стал в миг серьезным. Он поднялся со своего места и прошел к окну, оказавшись совсем поблизости от меня.

— Есть. Вдовствующая графиня Морн. Прекрасная женщина, но немного... того, — Флэт покрутил пальцем у виска, — Хотя у многих есть свои причуды. Еще дядя и его семья — Абертан, сестра — госпожа Грантербер. Почти вся знать так или иначе связана между собой через браки и прочее родство. Все сторонятся общения со мной, чтобы никак не соприкасаться с темной стороной.

Хм, в каждом из нас, так или иначе, есть тьма, но разве это делает нас плохими людьми? Нет, скорее это испытание, которое мы должна пройти, чтобы остаться собой и не запятнать свою душу.  

— Так того глядишь и не останется невест, если все друг другу родственники, — осторожно заметила я, боясь, что мои слова его заденут. 

Лишние напоминания о потере ему причиняли боль, а мне этого не хотелось.

— Возможно, это наступит когда-нибудь, но пока об этом рано говорить. Моя Офи...

Скрипнула дверь, и я вздрогнула, отвлекаясь на пушистую белую Бесси, которая плавной походкой вошла в кабинет. 

— Бес! — улыбнулась я и позвала красотку. — Кис-кис.

— Я одного понять не могу, — задумчиво проговорил Флэт, рассматривая кису и слегка склонив голову на бок. — Я призывал одну человеческую душу, а пришло две. Никогда не слышал даже ни о чем подобном. Нонсенс.

Не то слово, а я уж думала, что она местная.

— Так она не твоя? — удивилась я, присаживаясь на корточки, чтобы взять кошку на руки.

Медленные поглаживания нравились ей, но слишком уж пристально на меня смотрели эти желтые глаза. 

— Моя? Я не увлекаюсь живыми питомцами.

Время тянулось мучительно медленно. Вокруг не было ни души, только тишина, нарушаемая только скрипом половиц в коридорах замка. Одиночество давило, но я не спешила жаловаться на судьбу.

Я размышляла о Флэте, ярком мужчине со скверным характером. Его резкие черты лица, пронизывающий взгляд и вечно хмурые брови притягивали меня, словно магнит. Я ловила себя на мысли, что он интересен мне не только как человек, но и как загадка, которую хотелось разгадать.

Его характер был сложным, но именно это делало его таким привлекательным. Он мог быть грубым и резким, но в глубине души я видела боль и одиночество, которые он тщательно скрывал. Я понимала, что его горе требует уважения, и не хотела навязываться.

Но иногда, когда я оставалась одна, я представляла, как могла бы подойти к нему, заговорить, попытаться понять его лучше. Я знала, что это было бы неправильно, но сердце предательски замирало от этой мысли. Мне хотелось быть рядом с ним, поддерживать его, быть той, кто поможет ему справиться с болью.

Но пока я могла только наблюдать издалека, надеясь, что однажды он сам откроется мне. А пока я продолжала ждать, время тянулось, словно бесконечная лента.

Блуждания по коридорам замка с Бесси на руках привели меня на небольшую площадку на крыше. Оттуда открывался захватывающий вид на бескрайние поля, простирающиеся до самого горизонта, и старинный погост, укрытый мхом и обрамленный вековыми деревьями. Внутренний двор замка, с его мощеными дорожками и каменными стенами, казался маленьким островком порядка среди этого природного хаоса.

Вдалеке, среди зелени, мелькали фигуры работников, занятых своими делами. Они торопливо сновали туда-сюда, словно пчелы в улье, каждый с важной задачей.

Впереди, за полем, виднелось небольшое поселение с темными крышами, будто нарисованное на фоне чистого неба. Это была та самая деревушка, о которой недавно упоминал Флэт. Я могла различить несколько деревянных домов с резными ставнями и дымящимися трубами. Деревня казалась живой и уютной, словно спрятанная в объятиях природы. 

Казалось, словно я угодила в средневековый мир, со своими порядками и первозданной природой, той самой, которая в моем мире доступна лишь на затерянных клочках земли. Все-таки прогресс забрался слишком далеко, уничтожив нечто волшебное.

Полной грудью я вдыхала чистый воздух, насыщенный ароматами трав. Здесь даже дышалось легче, чем в нашем мире. Теплый ветер нежно касался лица, принося с собой шепот леса. Деревья, окружающие замок за стеной, стояли как стражи древнего знания, их ветви переплетались, образуя своеобразный зеленый купол.

В воздухе витал аромат свежей земляники, смешанный с нотками дикой мяты и цветущего клевера. Эти запахи окутывали меня, даря чувство спокойствия и умиротворения.

Я чувствовала, как каждая клеточка моего тела наполняется энергией. Казалось, что этот мир, полный чудес и загадок, может подарить мне ответы на самые сокровенные вопросы. Тут все было иным: воздух чище, звуки тише, а время словно замедлилось. Я бы с удовольствием осталась здесь подольше, если не навсегда.

Правда, дома меня ждала семья. Помнили ли они обо мне? Кто знал, возможно, однажды я вернусь к ним. Но сейчас я наслаждалась моментом, чувствуя, как каждый вдох наполняет меня новыми силами и надеждой.

Бесси заерзала на руках, когда я приблизилась к перилам, ограждающим площадку. 

— Ну, что ты? — я подхватила поудобнее кошку и погладила по длинной белой шерстке.

Пушистая потерлась носом о мою руку и расслабилась, но вдруг встрепенулась и приподняла голову.

 — Что там? — я встрепенулась и посмотрела вдаль.

Флэт шел снизу. Его шаги были легкими и уверенными. Он пересек маленький дворик.

Погост, к которому он направлялся, был окружен высокими деревьями и старыми надгробиями. Они стояли рядами, как молчаливые стражи, охраняя покой усопших. Флэт прошел мимо нескольких мраморных фигур и остановился у склепа. Это было небольшое каменное сооружение с массивной дверью, покрытой мхом и плющом.

Откуда взялась Бесси он так и не смог ответить, значит приблудная. Что ж, главное, что сейчас у нее оказалась любящая семья в моем лице. Но что с ней станется, когда я вернусь обратно домой? Думать об этом не хотелось, но теплилась надежда, что Флэт позаботится о пушистой красавице вместо меня, ну не может же он быть бесчувственным сухарем, неправда ли?

— Ты окажешься в надежных руках, — задумчиво проговорила я, поглаживая Бес.

Странно, но у меня не вызывало никакого отторжения ее имя. Значит, что я правильно назвала красавицу. 

Тихонько вздохнув, я отправилась обратно. Чем заняться, я даже не представляла. Было страшно что-нибудь еще учудить. Боюсь, что местные работники напишут поголовно прошение об увольнении, если со мной приключится очередная беда.

Внизу уже витали в воздухе ароматы жаркого. В животе противно заурчало, напоминая, что скоро обед. А что, молодому организму требовалось немало подпитки, чтобы восстановить свои силы. Нервное потрясение, пережитое при переносе в этот мир и бегстве от некроманта растратило все мои накопленные калории, поэтому их требовалось восстановить. Хотя, не исключено, что меня просто проще убить, чем прокормить. Будем надеяться, что Флэта не озарит столь же занятная мысль, иначе в следующий раз мне не улизнуть из-под ритуального ножа.

— Госпожа, — послышался голос кухарки, и я обернулась.

Ко мне спешила Дэлис. Она так торопилась, что приподняла длинные полы платья, быстро перебирая ногами. Я позавидовала ее скорости, когда она притормозила около меня, и едва переведя дыхание затараторила:

— Госпожа, графиня прибудет через час?

— Графиня? — я никак не могла сообразить, о ком идет речь.

Если Флэт был графом, то значит, что его жена теоретически была графиней, если логика меня не подводит. Но если единственная невеста умерла, то...

— Да, дорогая тетушка Его Светлости.

— А-а, — задумчиво протянула я, пытаясь теперь понять, что мне следует делать и к чему мне эта информация.

Разумеется, лучше всего это рассказать самому горячо любимому племянничку гостьи. 

— Какие будут распоряжения?

Интересно, а Дэлис точно уверена, что подобные вопросы следовало задавать именно мне?

— Все, как всегда: вкусный обед и ужин, а затем мягкая и чистая постель, — нашлась я, уже мысленно летящая к хозяину, чтобы обсудить с ним этот вопрос.

Вот только родственников Флэта мне тут не хватало, чтобы потом объясняться что к чему. Сомневаюсь, что им можно будет спокойненько сообщить, что я пришелец из другого времени и мира и джинсы — это не порождение темных сил, а вполне себе удобная одежда, как и футболка. Но это было все мелочи, я была просто абсолютно не готова к знакомству. Это ведь словно смотрины дома у парня. А к такому повороту событий я не была готова.

— Будет исполнено, — Дэлис, подхватила юбки, оголив щиколотки и понеслась на кухню, оставив меня размышлять. 

— Ну что ж, Бесси, будем надеяться, что у нее нет аллергии на домашних кошек и пришлых иномирных барышень, — задумчиво проговорила я, отправляясь сообщать "радостную" новость хозяину замка.