Прочь с моих грядок, дракон!

 Вода, которой меня окатили, была не просто холодной — ледяной!

— Вы что творите?! — зарычала я, вскакивая с постели. Движение получилось легким и быстрым, словно…

Мое тело снова было здоровым.

— То, что давно хотели, — фыркнула девица в старомодном костюме горничной.

— Что, неприятно? — вторила ей другая девушка, мерзко улыбаясь. Она тоже была в костюме. И с ведром.

С пустым ведром!

— Ах ты! — вскипела я, бросаясь к ней. — Разве можно так с больной?

Нахалке повезло — до неё я так и не добралась. Я замерла на полпути. Но не потому, что передумала мстить за нежеланные водные процедуры — просто я увидела свои руки. Тонкие и изящные, с аккуратными узкими ладошками и длинными пальцами. Это были руки, не знающие тяжелой работы.

Это были не мои руки.

— Решила притвориться больной? — усмехнулась одна из горничных. — Думаешь, тебе это поможет?

— Хозяин ни за что тебя не простит, — злорадно протянула вторая. — Можешь хоть на голове ему сплясать!

— Не быть тебе больше его избранницей!

— И госпожой больше нашей не быть! Прошло твоё время.

Они все говорили и говорили, но я совсем их не слушала. Я занималась крайне важным делом — осматривала своё тело!

А посмотреть было на что. Длинные ноги, красивые руки, тонкая талия и что самое загадочное… бюстик! Хотя чего этого я? Это ни много ни мало бюст! Такой большой, упругий… Такой, какого у меня отродясь не было.

Что-то здесь явно не так… В свое чудесное похудение я не верила. В волшебное излечение, впрочем, тоже.

Взгляд зацепился за напольное зеркало в медной раме. О! Его-то мне и надо.

— А ну-ка в сторону! — скомандовала я, спрыгивая с кровати.

Оказавшись напротив старинного предмета, я не поверила своим глазам. Отражение явило мне невероятной красоты девушку лет двадцати. Тонкую, звонкую, с копной золотых волос и с приятным, но слегка капризным личиком.

Чудо как хороша! Вот только это не моё тело, а душа… Душа определенно моя.

Выходит, я переродилась? Операция прошла неудачно, я умерла в своем мире и… И вот.

Говорили мне подружки — читай фэнтези, читай! А я все отнекивалась. А зря. Получите, распишитесь: переродилась невесть где невесть в кого.

Плевать! Мне даровали второй шанс. И его я точно не профукаю.

Дверь в спальню открылась и на пороге возникла чопорная дама в строгом наряде и белоснежном чепчике. Поправив оный, она вооружилась самым осуждающим взглядом из возможных и проскрипела крайне недовольно:

— Элена, твой супруг желает тебя видеть.

Я снова осмотрела своё отражение. Элена, значит… Что ж, имя мне нравится. И привыкать долго не придется — в моем мире меня звали Еленой.

Так, стоп… Что значит супруг?! Мне от силы лет двадцать, а я уже замужем? Н-да, неприятное открытие. Ну ладно, разберемся! Давайте мне моего супруга, посмотрю с чем имею дело.

Горничные чуть ли не вздулись от злорадства, а дама проговорила строго:

— Генерал Рендалл очень зол. Тебе стоит поторопиться. Иди за мной. И без глупостей, Элена.

На глупости у меня пока не было ни времени, ни потенциала, ни пространства для маневра. Потому я спокойно кивнула и направилась за женщиной. Язвы-служанки засеменили сзади.

Идти пришлось не долго. Вскоре мы замерли напротив внушительных дверей. Чопорная дама чинно постучала, однако ответа не последовало. Вместо этого замок щелкнул и дверь магическим образом открылась сама по себе.

Ого! Выходит, в этом мире ещё и колдовство имеется. Интересненько.

— Удачи тебе, самозванка, — прошипела женщина, подтолкнув меня к проходу. Одна из горничных ловко подставила подножку. Споткнувшись, я ввалилась внутрь.

Но не упала — чьи-то сильные руки не очень-то ласково схватили меня за плечи.

— Здравствуйте, — прошептала едва слышно, глядя на незнакомца. Поправочка — на очень привлекательного незнакомца.

Красивая черная бровь медленно поползла наверх, придавая и без того недовольному лицу скептический вид.

— Придумала новый фокус, Элена?

Судя по его тону, единственный фокус, который ему понравится в моем исполнении — фокус с исчезновением. Увы и ах, но в цирковое меня не взяли. Так что придется потерпеть, милый супруг.

А это именно он, ведь в кабинете больше никого нет.

— Ну что ты, муж мой. Просто решила поприветствовать тебя.

Мужчина неприязненно поморщился и отпустил меня. Благо, хоть руки не вытер!

Он оглядел меня цепким взглядом. Серые глаза супруга потемнели, наткнувшись на мокрую сорочку, тонкая ткань которой облепила девичье тело.

— Это очень мило с твоей стороны, — фыркнул мужчина. — Ты так спешила поздороваться, что забыла одеться? Что это за внешний вид, жена?

В кабинет вошла злобная троица. Дама скорчила виноватую физиономию, а горничные вовсе бухнулись на колени и залепетали:

— Простите, Ваша Светлость! Мы хотели её одеть…

— Но она начала кричать!..

— Швырялась вещами!

— Обещала выброситься из окна… А потом вовсе облила себя водой! И сказала… Что пойдет к вам так!

— Она сказала, что вы посмотрите на её прекрасное тело и снова возжелаете возлечь с ней! Сказала, что ни один мужчина не устоит перед её красотой!

— А когда я попыталась накинуть на неё халат, она ударила меня по лицу и пообещала дать тридцать ударов плетью, если буду ей мешать!

Батюшки! Каков талант гниет в этих стенах. Им бы сойтись в дуэте да за перо взяться.

Взгляд супруга сделался совсем уж колючим. Мужчина некрасиво усмехнулся и спросил у чепчика:

— Они не врут?

— Чистая правда, милорд, — сказала женщина и вздохнула столь сокрушенно, что не поверить им просто не представлялось возможным.

К черту дуэт! У них уже слаженное трио. Это ведь сами сестры Бронте местного разлива!

— Оставьте нас, — произнес супруг и кабинет в тот же миг опустел.

Не думала, что скажу это — но я с этими негативно настроенными дамочками мне было куда веселее, чем без них. Может, попросить вернуть? Будет хоть кем прикрыться…

— Ни один мужчина не устоит перед твоей красотой, вот как? — хмыкнул он, угрожающе приближаясь.

Поежившись от его ледяного тона, я невольно отступила назад. Вот только далеко не ушла — за спиной возникла предательница-стена.

Муж навис надо мной мрачной скалой. Твердые пальцы грубо схватили меня за подбородок, вынуждая задрать голову.

— Ты и правда очень красивая женщина, Элена, — его ладонь обманчиво нежно скользнула по щеке. По коже побежали мурашки, а от ранее незнакомых ощущений захватило дух. Мужчина довольно усмехнулся и договорил: — но я знаю твою лживую черную натуру. Я больше никогда к тебе не прикоснусь. Можешь хоть голышом ходить.

Понял, принял. Обработал. На заметку — голой перед этим типом не ходить. Все равно не оценит.

— Я долго терпел твои выходки, Элена, — продолжил он весьма миролюбиво. — Исполнял все твои капризы, одевал тебя в лучшие наряды и осыпал золотом… Знаешь, почему?

— Потому что любил? — предположила осторожно и промахнулась. Вопросик оказался со звездочкой:

— Потому что ты была моей истинной, — рыкнул он, теряя терпение.

Ага… Пока ничего не понятно, но уже крайне интересно. Вот только разбираться совсем не хочется, а вот сделать ноги — очень даже.

Мужчина вновь поморщился, словно перед ним стояла не яркая красавица, а нечто до тошноты противное, и наконец отошел от меня. Сел на кресло, откинулся на спинку и тяжело вздохнул.

— Не знаю, кто помог тебе провернуть трюк с поддельной меткой, но будь уверена — я его найду. Найду и уничтожу, Элена. А что касается тебя…

Так-так, с этого момента давайте помедленнее. Ослу понятно, что по головке меня гладить явно не собираются. Раз он готов убить моего помощника, то даже представить страшно, какая участь ждет главную виновницу.

Да, Элена не подарок. Это я уже поняла. Но её тут больше нет, и я не собираюсь расплачиваться за чужие грехи.

Взгляд заметался по хозяйскому кабинету. Я искала пути к отступлению, но обнаружила лишь окно. Не то! Шея мне пока нужна, как и все остальные части тела.

Что ж, тогда план «Б»! Нужно найти что-то тяжелое…

Супруг едко рассмеялся.

— Думаешь, я убью тебя? Вот ещё. Я не намерен пачкать об тебя руки, Элена. Твоё наказание будет куда более суровым.

— Сгораю от нетерпения, муж мой.

Ответ не заставил себя долго ждать:

— Я отправлю тебя на медную гору. В усадьбу твоего отца.

Мне потребовалась минута, чтобы все обдумать и отреагировать по достоинству:

— Здорово!

Лицо генерала вытянулось. Наверное, он ожидал слез, истерик, валяний на полу. Вот только плакать вредно для глаз, нервные клетки не восстанавливаются, а пол… Кто знает, когда его в последний раз мыли? Я вот не знаю. А валяться на грязном такое себе удовольствие, скажу я вам.

Да и повода для сцен не было. С чего бы? У меня свой дом! Долой ипотеку на тридцать лет с конским процентом!

От соблазна броситься в безудержные пляски меня сдерживала лишь неприятная слабость в теле.

— Ну, я пойду собираться? — спросила с надеждой.

Супруг нахмурился и медленно кивнул. Я было бросилась к двери, но меня остановили:

— Ты ведь не думаешь, что я отпущу тебя так просто, жена?..

А что, нужно что-то ещё?

Могу сальто назад сделать. Но это не точно, однако в детстве пару раз получалось.

— Чем могу помочь?

Лицо генерала Рендалла приняло такое страдальческое выражение, а в глазах четко читала фраза «В гробу я видел твою помощь». Но либо он был хорошо воспитан, либо ему было просто лень со мной разбираться… Так или иначе, он проговорил весьма сдержанно:

— Кольцо, Элена. Я не отпущу тебя со своей семейной реликвией. И ты прекрасно об этом знаешь. Потому хватит строить из себя дурочку. Тебе не идет. 

Нахмурившись, я обдумала его слова и протянула понятливое «А-а-а-а». После посмотрела на руку и заметила довольно солидное украшение.

Кольцо было массивным, с россыпью бриллиантов, окружающих центральный камень — ярко-алый рубин.

Красивая вещица. И стоит, наверное, много… Жаль расставаться. Я бы купила за него коня. Хотя нет... С коня я упаду, да и кормить его нужно ведрами.
Тогда телегу! И ишачка. И морковку! Привяжу её на веревочку к палочке, а после стану рассекать по своей медной горе. Эта мысль мне так понравилась, что я резко возлюбила кольцо всем сердцем.

Но нет, вещица казенная. Надо вернуть.

Вот только отчего-то не получается.

— Эм… Уважаемый супруг, а у вас есть мыло?

— Мыло? — мужчина нахмурился так, словно впервые слышал это слово.

Может, и правда впервые? Вдруг в этом мире оно по-другому называется?

— Ну да. Такой брусочек. Небольшой. Им обычно моются, — пояснила с милой улыбкой.

— Я знаю что такое мыло! — фыркнул мужчина, теряя терпение. — Зачем оно тебе?

— Видите ли, колечко не хочет сниматься. — Я демонстрационно подергала украшение. — Можно масло… Или жирный крем.

Могу, конечно, поплевать. Я не гордая. А вот мужчина, судя по всему, очень даже. Не думаю, что ему понравится столь пренебрежительное отношение к реликвии. А злить его лишний раз не хочется.

— Элена, это отнюдь не забавно, — он устало прикрыл глаза. Глубоко вздохнув, мужчина поманил меня к себе. Видимо, подняться и подойти самому это слишком много для ненавистной супруги.

Но ничего. Повторюсь — я не гордая. Мне подойти несложно. 

Генерал взял меня за руку. Движение получилось почти нежным. Я ожидала, что его пальцы будут обжигающе холодным, словно лёд. Но нет, они были теплыми.

И ко всему красивыми! Такими длинными, ухоженными. Слегка твердыми от старых мозолей. Он совершенно точно не белоручка. Его руки знакомы с трудом.

А если уж вести логическую цепочку дальше, то он явно много и по долгу тренируется. Это видно по его внушительным плечами, мощным рукам и широкой грудной клетке. Хм… А мужчина он хоть куда. В хозяйстве лишним не будет.

Ой, чего это я?

Дернув головой, отмахнулась от странных мыслей и принялась следить за его движениями. Лорд Рендалл крутил несчастное кольцо то влево, то вправо, дергал вперед-назад, но снять тоже не мог.

— Элена, как это понимать? Ты всегда жаловалась, что оно слишком большое, и при каждом удобном случае норовила его снять.

— Кушала хорошо, — буркнула под нос.

— Сними его. Сейчас же.

Его взгляд ясно дал понять, что если я не сниму его сама, он сделает это за меня не самыми приятными методами. И что-то мне подсказывает, что в приоритете будет сохранение колечка, а не моего пальца.

— Я могу сесть на диету. Поголодаю несколько дней и верну. Честно-честно!

— Ты готова на всё, чтобы остаться в поместье, да?

Нет. Я готова на всё, чтобы оставить свой палец при себе!

Мужчина скривился и снова попытался снять с украшение, но в этот раз что-то пошло не по плану. Кольцо начало светиться, а моё плечо опалило огнем.

Нестерпимый жар распространился по всему телу. Вместе с ним на меня навалились чужие воспоминания.

Неприятные ощущения очень скоро отступили. Облегченно вздохнув, я прикрыла глаза и упала в горячие объятия супруга.

— Палец не отрезай, а то покусаю, — проговорила прежде чем упасть в обморок.

А’ртур Рендалл

Я смотрел на девицу в своих руках и испытывал… Нет, не злость. И даже не раздражение.

Мне было любопытно.

И это удивляло. Ведь моя жена, с которой я прожил целый год в браке, ведет себя совсем иначе. Любую острую ситуацию она пытается глупо обсмеять, а если не выходит начинает отвратительно громко плакать и делает это очень долго, со вкусом.

А эта женщина, которую я определенно не знаю, лишь улыбается и ко всему прочему язвит!

Она не бросается на шею. Не молит о пощаде. Говорит громко и уверенно. И даже улыбается совсем по-другому. В её улыбке нет ни тени жеманства, а в движениях отсутствует наигранная манерность.

В ней изменилось всё. Даже запах. Он другой… Такой сладкий и пьянящий.

Не сдержавшись, я склонился к тонкой шее и с упоением втянул чарующий аромат.

Весь свет твердил мне о том, что Элена Фишир хитра и опасна. Я же думал, что она просто милая дурочка, которая по жестокой шутке судьбы стала моей истинной.

Но я ошибся. Она и правда оказался крайне хитрой особой. Мало того, что смогла подделать метку, так ещё и умудрилась полностью перекроить свой характер и поведение буквально за пару часов.

Но я не поверю ей во второй раз.

— Ты подлая самозванка, которая захотела хорошей жизни. Ты никогда не получишь второго шанса. Ни от меня, ни от кого-либо ещё. Поверь мне, Элена, — прошептал ей на ухо и выжидающе посмотрел на её красивое лицо.

Я ждал, когда она наконец прекратит эту дешевую игру. Но жена и не думала останавливаться. 

Вдруг плечико её полупрозрачной сорочки сползло, оголив изящный рисунок. Рисунок, который я узнаю из тысячи.

Это метка истинности.

Она снова появилась… Вот только в этот раз она ещё ярче и немного больше.

— Элена, это уже не смешно. Ты ведь не думаешь, что я тебе поверю? — проговорил серьезно.

Её очередная попытка обмануть меня разозлила. Я было хотел сбросить девушку с колен, чтобы та наконец перестала играть эту несмешную сценку.

Но что-то внутри воспротивилось. Вернее, я прекрасно знал, что именно.

Дракон. Зверь, живущий во мне, поднял голову, принюхался и чуть не разлился блаженной лужицей от удовольствия. «Истинная!», — сообщил он, а после потребовал срочно унести это сокровище в какое-нибудь укромное местечко и больше никогда не выпускать.

В прошлый раз такой бурной реакции не было… Может быть, Элена Фишир и правда моя истинная?

Елена

Лежать на мягкой кровати приятно. А вот когда в тебя тыкают палочкой не очень.

Нечто противно холодное коснулось лба. Не получив результата, меня потыкали снова. И ещё раз. Потом ещё.

Теперь я понимаю, как чувствует себя блюдо в духовке, когда его проверяют на готовность.

Я было хотела возмутиться, но вовремя прикусила язык — люди рядом завели преинтереснейший разговор:

— Что скажите, доктор? — поинтересовался мой внезапный супруг.

— Артефакт показывает, что всё в норме. Она просто переволновалась. Женщины, они такие… Слабенькие! С ней всё будет в порядке.

— А что насчет метки?

— Исключено. Она точно не подлинная. Могу заверить вас, ваша жена снова пытается обмануть вас. Женщины, они такие…

Лживые?

— Мерзкие!

Усилиями воли я заставила себя продолжать молчать. Однако меня распирало от желания пнуть этого мизогиниста с палочкой.

— Следите за языком, доктор. Я не просил вас давать оценку моей женщин… Жены. Мы все ещё законные супруги, — произнес муж так, что даже мне захотелось извиниться. Просто так. На всякий случай.

— Простите, мой лорд. Ляпнул, не подумав. Однако я говорю правду насчет этой метки. Она определенно точно не может быть настоящей.

— Но мой дракон учуял её.

Дракон? Стоп-стоп-стоп! Генерал Рендалл — дракон?! Какая… прелесть. И жуть. Жуткая прелесть! Интересно, каково это — летать на драконе? Наверное, гораздо лучше, чем рассекать в тележке с ишачком…

— Ваш дракон учуял её и в первый раз, милорд. Прошу вас, не верьте этой женщине. Вам ли не знать, на что она способна. Сошлите её куда подальше, и вы очень скоро о ней забудете. В мире ведь так много красавиц…

— Свободны, — прервал его муж. Доктор крякнул быстрое «Да-да, конечно» и стал спешно собираться. Через несколько секунд хлопнула дверь, известив о том, что в этой комнате на одного женоненавистника стало меньше.

Проблема заключалось лишь в том, что их было два. И второй решил остаться. Мало того, он сел на кровать и взял меня за руку.

«Ой, как мило», — пронеслось в голове.

Я представила себя героиней романтического фильма, которая попала в больницу из-за козней врагов. Мой возлюбленный сидит рядышком, трепетно держит меня за руку и безустанно шепчет: «Не покидай меня! Прошу тебя, борись! Я не смогу жить без тебя…»

И тут я по законам жанра должна открыть глаза и сказать с придыханием: «Я люблю тебя».

Но кое-что пошло не по плану, ведь дракон и правда не мог жить… без кольца! Он снова попытался снять украшение и на этот раз попытка увенчалась успехом.

— Вот и всё, Элена, — генерал усмехнулся и нагнулся ко мне. Горячее дыхание опалило шею, до ушей донесся проникновенный шепот: — Твоё коварство не знает границ, но игра кончена.
Его пальцы наглым образом скользнули по моей руке. Он оттянул плечико ночной рубашки и провел ладонью по оголенной коже.

— Можешь стирать это чепуху. Я не обманусь снова, — фыркнул мужчина, вставая с постели. Раздались тяжелые шаги, скрипнула ручка двери. — Я больше не желаю видеть тебя. Даю три часа на сборы, а после чтобы духу твоего в моем доме не было. Прощай, Элена Фишир.

Дракон ушел, и сделал это тихо и спокойно, без истеричных хлопков дверьми. Судя по всему, ему и правда глубоко плевать на свою жену. 

Я приоткрыла сначала один глаз. Удостоверилась, что осталась одна, и все же открыла второй.

— Ох, головушка моя… — проскрипела, массируя виски. По телу до сих пор пульсировала неприятная слабость.

Вдруг дверь открылась. Я уж подумала, что это вернулся муж, но нет. На пороге стояли «сестры Бронте». На сей раз без ведра. Зато с чемоданчиком!

Именно этот чемоданчик был отправлен в полет прицельно в мою голову. Благо не долетел. Шлепнулся рядом с кроватью и разинул пасть — то есть открылся.

— Вот и всё, Элена Фишир! — рявкнула одна из горничных.

— Ты больше нам не хозяйка! — истерично добавила вторая. Для красочности момента она сдернула с себя передник и бросила его в ноги.

Девушки презрительно фыркнули, гордо развернулись на каблуках мягких туфелек и важно почапали прочь. Вторая, правда, очень скоро вернулась. Видно, ей стало жалко передник. Смерив меня взглядом, полным ненависти, она подхватила вещицу и ушла окончательно.

Чепчик же протянула зычно:

— И пусть Господь покарает тебя за все твои злодеяния!

Аминь.

— И вам всего хорошего, — отозвалась спокойно.

Женщина закатила глаза. Причем сделала это столь сильно, что я поежилась от страха. Не знаю, что она пыталась разглядеть в своей голове. Вероятно, мозг.

Судя по её последующему выражению лица, увиденное ей не понравилось. Скривившись, Чепчик ушла следом за служанками.

На этот раз двери не повезло: ею шибанули смачно, от души. Стекла в окнах жалобно затрещали. 

Ещё жалобнее затрещала моя голова.

Я покосилась на чемондам. Стало быть, пора собираться?

Рыться в вещах всегда любопытно. В чужих особенно, однако это порицается обществом и вообще низятакделать. Но сейчас я могу заняться этим с чистой душой и ничего не стесняться.

Начать решила со шкафа. Распахнув тяжелые створки, я на мгновение зависла. Мне показалось, что я открыла не гардероб, а портал в мир куклы Барби. Пурпурный, нежно-лиловый, персиковый, сиреневый, коралловый, фуксия… Казалось, здесь есть все известные оттенки розового и парочка ещё не открытых.

Отдельное внимание стоит уделить блесткам. Гм, пожалуй, перефразируем: отдельное внимание стоит уделить вещам без блесток. Хотя… Тоже нет. То есть их в прямом смысле нет — все платья или усыпаны переливающийся пудрой, или плотно обшиты мерцающими камнями.

— М-да…

В дебрях этого сверкающего мракобесия мне удалось найти несколько нарядов адекватной цветовой палитры. Обрадовавшись улову, принялась запихивать вещи в чемодан.

Подумав немного, решила забрать парочку платье с каменьями. Носить их я, разумеется, не буду — продам кому-нибудь.

Расквитавшись со шкафом, подступила к комоду. Шкатулку с украшениями упаковала без раздумий. Опять же — деньги никогда лишними не будут, а цацки всегда можно продать.

Косметику решила оставить. Книги, писчие принадлежности и прочую мелочевку тоже. Наконец руки добрались до последнего ящичка, внутри которого хранился кожаный мешочек.

Интересно, что в нём?

Сунув пальцы, уцепилась за что-то тонкое и гладкое. Нахмурившись, вытащила предмет наружу и оцепенела от ужаса.

Теперь понятно, почему служанки так сильно ненавидят Элену…

В мешочке лежал кнут из перевитых кожаных ремешков. Длинный, тонкий и в какой-то мере изящный. Мне тут же вспомнились слова, сказанные одной из горничных в кабинете дракона: «А когда я попыталась накинуть на неё халат, она ударила меня по лицу и пообещала дать тридцать ударов плетью, если буду ей мешать!»

Выходит, Элена и правда позволяла себе такие вольности.

— Гадость какая, — проговорила себе под нос, засовывая оружие обратно. Закрыв ящик пинком, я поежилась. Взгляд снова зацепился за отражение красивой милой девчушки: — А ты тот ещё монстр, Элена.

Горничные ещё хорошо со мной обошлись. Подумаешь — водой облили. Мелочь.

Впрочем, ещё не вечер… Муж окончательно отрекся от меня. Вон, даже колечко забрал. Теперь никто не вступится за сварливую девицу, а значит нужно валить из этого места как можно скорее.

— Ничего-ничего, и на нашей улице будет праздник, — проговорила, подходя к окну. Я нагнулась к цветку, стоящему на подоконнике и погладила его по нежным листиками. — Доберусь до усадьбы, оценю фронт работы и как заживу! Да?

Я всегда любила разговаривать с предметами. Пылесосу даже имя дала — Аркадий. Но ни разу в жизни я не получала ответа!

Ни разу, но ведь все случается впервые?

Цветок кивнул. Причем не просто качнулся от сквозняка, которого к слову не было, а именно что кивнул. И не один раз.

Отшатнувшись от цветка, я крайне удачно плюхнулась на стул, стоящий рядом с туалетным столиком. Усевшись поудобнее, начала наблюдать за растением с более безопасной дистанции.

А посмотреть было на что! Цветок согнулся пополам и принялся деловито выкапываться. Земля летела во все стороны, а оживший горшечный житель упорно работал листиками. Когда корни оказались на свободе, это чудо отряхнулось и преспокойно вылезло из горшка. Вывалившись на подоконник, существо сорвало с себя цветок и водрузило его на самый большой листок.

— Пипец… — заключила почти невозмутимо.

Растение заметило меня и… приветливо помахало рукой, то есть стебельком.

— Здрасте, — отозвалась тихо и махнула в ответ.

Растение сняло с себя цветок, который отныне исполнял роль шляпы, и учтиво поклонилось.

В жизни я встречала много чудес, но галантный гладиолус мне попался впервые!

Существо подпрыгнуло на месте, а после ринулось вниз. Вздрогнув, я бросилась спасать этого джентльмена.

— Эй, цветок-суицидник, ты чего!

Пипец, а именно так я буду называть отныне, выскользнул из рук и целенаправленно поскакал к чемодану. Запрыгнув внутрь, он ловко захлопнул крышку и каким-то одному ему известным способом закрылся на замок.

Я попыталась вытащить его, но зараза не открывала.

— Этой мой чемодан. А ну вылазь!

Тишина…

— Я серьезно! И вообще, я не общественный транспорт. Хочешь ехать со мной — плати.

Цветочек молчал.

— Ладно-ладно, так и быть. Оставайся. Только не смей там ничего портить. Иначе я из тебя суп сварю!

— Госпожа совсем умом тронулась… — донесся до меня почти сочувствующий голос горничной.

— Поделом! — фыркнула вторая.

— Элена, карета готова, — проговорила Чепчик.

Повернувшись в сторону двери, я неловко хихикнула, подхватила чемодан и бодренько вышла из комнаты.

Всё. Прощай, дракон. Здравствуй новая жизнь!

Провожать меня, естественно, никто не вышел. Впрочем, мне было решительно всё равно на людей этого дома. Я их не знаю. Они мечтаю забыть об Элене. И вскоре все будут счастливы.

Я с легкостью закинула свой полупустой чемодан в салон кареты, схватилась за поручни и влезла следом. Но не села, а обернулась, почувствовав тяжелый взгляд между лопаток.

Оглядев окна, я не обнаружила наблюдателя. Но отчего-то была уверена, что за моим далеко не триумфальным отъездом следит муж.

Усмехнувшись, я плюхнулась на мягкое сиденье и захлопнула дверь.

Всё. Поехали. Медная гора заждалась свою хозяйку.

Вдруг дверь скрипнула и распахнулась. На противоположном диванчике возникли двое: Чепчик и её глубочайшее презрение ко мне.

— Соскучились? — ухмыльнулась я, складывая руки на груди.

— Мне велено сопроводить тебя до усадьбы, — пробурчала женщина.

— Боитесь, заплутаю? Не бойтесь. Я девочка большая. Найдусь как-нибудь.

— Вот ещё! Бояться за тебя… — она выразительно фыркнула и показательно отвернулась от меня. — Весь мир вздохнет с облегчением, если ты…

Она столкнулась со мной взглядом и притихла.

Наконец карета покачнулась и принялась медленно набирать скорость. Я смотрела в окно и с интересом изучала пейзажи. Мы проезжали мимо полей, лесов, прокатились по деревянному мосту через широкую реку.

Н-да… Вот это меня занесло. Этот мир совсем не похож на мой, такой привычный и родной. Однако тем интереснее будет жить здесь.

Раз Небеса дали мне второй шанс, я воспользуюсь им с умом. В этой жизни я буду счастлива. Клянусь.

— Что ты замышляешь? — раздалось недовольное. Вздрогнув, я вытаращилась на даму.

— Черт возьми, я и забыла, что вы тут.

Женщина прищурилась.

— Вы? Ты никогда не выказывала уважения к окружающим. И уж тем более ко мне.

— Люди меняются.

— Меняются, — охотно согласилась моя невольная собеседница. — Но ты не человек. Ты — монстр.

— Спасибо за комплимент, милейшая, — отмахнулась я, возвращаясь к созерцанию природы.

Внезапно карета затормозила. Не выдержав, я вытянула шею и высунулась наружу. Оказалось, что экипаж стоит напротив величественной арки.

— Почему мы встали?

Чепчик вытаращилась на меня как на больную.

— Ждем, когда Смотритель настроит портал.

— Портал… — прошептала, не веря своим ушам.

Тут даже порталы есть! Я и правда оказалась в настоящей сказке. С драконами, магией и горшечными беженцами.

Пространство меж двух высоких столбов заискрилось и принялось уплотняться. Кучер натянул вожжи и лошади бросились вперед, прямо в водоворот волшебства и блесток.

Вжух! — и небо надо головой переменилось. Пропала яркая синева, вместо неё появились свинцовые тучи, готовые разразиться влагой в любой момент.

Видимо, моё пребытие стало отличным моментом для начала грозы. Белая вспышка света озарила Небеса, длинная кривая молния ударила в одинокое дерево и дождь полил как из ведра.

— Даже природа тебя не жалует, — буркнула Чепчик, вздрагивая от каждого раската грома.

— Очень даже жалует. Даже оркестр выкатила в мою честь.

— Твоему самолюбию нет предела.

Я было хотела сказать что-то колкое в ответ, но вдруг ощутила резкий прилив ужаса. Шестое чувство не просто шептало — оно кричало: берегись!

Но чего?

Ответ не заставил себя ждать — в окно влетела стрела. Смертоносный наконечник со всего маху ударил в бархатную спинку дивана.

— Ложись! — крикнула я, бросаясь на женщину и утягивая её на дно кареты.

— Элена, что ты… — начала было Чепчик, но тут взгляд её упал на стрелу и она резко решила начать играть в молчанку.

У меня же наоборот появилось большое желание поговорить:

— Быстрее! — рявкнула я кучеру, со всей дури ударив кулаком по стенке кареты.

— Ась?! — отозвался он прокуренным сиплым голосом, и начал сбавлять скорость. — Не слыхаю! Чевось надо?

— Ехай! Тьфу, едь быстрее! — прорычала я.

Хозяйку горы решили убить? Круто, но пусть обломятся. Мне не для того дали второй шанс на счастье.

Мужик послушался и поддал ходу. Вскоре карета резко вильнула и притормозила у заставы.

— Куда едешь и кого везешь? — спросил кто-то не очень-то дружелюбно.

— Госпожу Элену Фишер, — с гордостью проговорил кучер, а после авторитетно икнул.

Моя поробевшая провожатая предприняла попытку взять себя в руки. Она любовно поправила свой съехавший головой убор, бросила в мою сторону какой-то дикий взгляд, важно прочистила горло и кое-как выбралась на улицу.

Однако все это она сделала зря: страж подошел сам. Проигнориров старушку, которая намеревалась представить меня по всем правилам приличия, он нагло сунул свою физиономию в окно.

Стрела, живописно торчащая из спинки дивана, его ничуть не заинтересовала. Мужчина, костлявый и немного кривой, вперился в меня угрюмым взглядом.

— Сто лет вас не видел, госпожа.

И, судя по тону, не видел бы ещё столько же.

— Понимаю. Отныне мы будем видеться куда чаще, — проговорила спокойно.

— Не сомневаюсь, — фыркнул страж, и махнул рукой. — Отрыть ворота!

Я махнула даме рукой и та поспешила вернуться ко мне.

Интересно, почему караульный так не рад видеть Элену? Вопрос оказался уж слишком любопытным. Не удержавшись, я озадачила им госпожу Чепчик.

Та как-то странно ухмыльнулась.

— Ты либо очень хорошая актриса, Элена… либо настоящая дура, раз не понимаешь.

Выбор был так себе, а потому я решила скомбинировать свой. Подавшись вперед, нагнулась к женщине и прошептала доверительно:

— Можно поведать вам один секретик?

— Что ты задумала на сей раз? — пробурчала та злобно, однако все равно приблизилась ко мне и даже поглядела по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает.

— Понимаете… Я ничего не помню. Вот ничегошеньки! Ни имени, ни фамилии, ни мужа своего. Даже вас не помню! В голове словно чистый лист…

По сути говоря, я не соврала. Но и правды как таковой не сказала.

Впрочем, Чепчик все равно не поверила. Она неприязненно прищурила глаза, словно перед ней было нечто крошечное, но от этого не менее неприятное, и громко, со смаком фыркнула.

— Я не поверю ни единому твоему слову, змея.

Прошипев это, она театрально мотнула головой, отчего её чепец снова сполз — на сей раз на лоб, и принялась выразительно смотреть в… стенку. В окно, видимо, было страшно.

Как бы у неё шею не заклинило от столь агрессивной физкультуры!

Вскоре меня высадили. Причем сделали это истинно по-свински — прямо посреди дороги. Сначала из салона выгнали меня, после мой чемодан.

— Возвращаемся! — гаркнула дама кучеру и закашлялась. Мужик с веселым «агась» круто развернулся на широкой дороге и погнал назад, обдав меня облаком пыли.

— Попутного ветра тебе, флюорография носатая, — протянула я после того, как откашлялась. Обернувшись, смерила взглядом высокую гору, ровную вершину которой короновала моя усадьба.

Благо, играть в альпиниста не пришлось — рядом была обнаружена лестница. Хлипкая, из старого рыхлого дерева, местами обрушившаяся, но все же лестница.

Так, ладно, погнали. Элена молодая, ножки у неё хоть куда. Сейчас я эту громадину в один заход сделаю!

Но моим наполеоновским планам было не суждено сбыться. Сдулась я примерно на полпути. Плюхнувшись на ступеньку, оценила проделанное расстояние и устало вздохнула. Впрочем, плюсы тоже были — отсюда открывался чудный вид на деревню. Серую, мрачную и малолюдную.

Короче говоря, любоваться было решительно нечем, а потому я двинулась дальше. Наплевав на местные нормы приличия, завязала юбку в узел и бодренько поскакала наверх.

Усадьба, в которой мне предстояло страдать, думать о своем плохом поведении и молиться, представляла из себя зрелище живописно увядающее. Некогда статный дом смотрел на мир печальными окнами, белые стены почернели от времени и дождя, который, судя по разводам на фасаде, был здесь частым явлением.

Здание словно скрючилось, пригнулось к земле, чтобы окончально разрушиться.

Однако увиденное мне понравилось. Да так, что невольно захотелось всплакнуть от трепета и радости. 

Намотав сопли на кулак, я шагнула к крыльцу, обхватила тяжелую ручку и с энтузиазмом дернула дверь на себя. На этом дело грозилось закончиться, ведь ключей у меня не было.

Совсем. Абсолютно.

— Печалька… — проговорила себе под нос.

Я уж думала спуститься в деревню, постучать в первый попавшийся дом и начать бить челом, но тут меня осенила гениальная мысль!

А’ртур Рендалл

Что-то было не так.

Я ощущал это телом, сердцем и, кажется, кожей. Каждым чертовым сантиметром кожи!

Мне хотелось в срочном порядке послать всех, начиная от занудного секретаря заканчивая королем, в Бездну. А после сорвать с себя одежду, выпустить крылья и умчать в неизвестном направление.

Впрочем, я безбожно вру. Направление известное, и имя ему Медная гора. Безжизненные земли, в которые я отправил свою лживую женушку.

Целый год я не мог смириться с тем, что моей истиной оказалась столь не обремененная интеллектом дама. Пустая, поверхностная, вечно хихикающая и бесповоротно бестолковая.

Целый год я в тайне ото всех мечтал проснуться. Открыть глаза и узнать, что этот брак был глупым кошмаром или чей-то убогой шуткой.

И вот это случилось. Элены Фишер больше нет в моей жизни.

Так как Дьявола я хочу всё вернуть?!

— Эткенс, — позвал звенящим голосом.

Секретарь резко замолчал. Сложив прошение, которое он только что озвучивал, Эткенс принялся ждать.

— Моя жена… Она где?

Небо, что я несу?

Секретарь, сдается мне, озадачился тем же вопросом. Непонятливо нахмурившись, он произнес:

— Далеко. Смотритель портала сообщил мне, что леди Ренда… Кхм, леди Фишер уже как час находится в своих владениях. Не беспокойтесь, я выполнил ваше указание и приказал Смотрителю не пускать миледи в столицу. — Секретарь чуть ли не светился от радости, а мне становилось всё хуже. Пальцы сами по себе сжали железный корпус ручки. Эткинс расценил мою угрюмость как недовольство и добавил гордо: — Вы её больше никогда в этой жизни не увидете!

Црынькь! — это лопнула ручка.

Цвянькь! — это отлетела пуговица воротника, который я решил ослабить.

Тук-тук-тук! — а это Эткинс убежал прятаться в своём кабинете.

Возвращать и отчитывать помощника не стал. Вместо этого откинулся на спинку кресла и устало прикрыл глаза. Однако покоя не нашел.

«Верни сокровище!», — прорычал зверь удивительно отчетливо. Обычно его голос сливается с моим. Впрочем, наши устремления тоже обычно сливаются.

Но не в этот раз.

— Нет, — отозвался я, поморщившись. — Ей здесь не место.

Ни в этом доме.

Ни в моей жизни.

Дракон взвился и принялся сыпать в сторону человеческой сути самые крепкие ругательства. Поморщившись, я резко поднялся и направился туда, куда несли ноги.

В итоге оказался напротив спальни Элены. Распахнув дверь, вошел внутрь и сел в резное креслице напротив туалетного столика.

Глубоко вдохнув, с удивлением осознал — запах мне не нравится. Пройдя к кровати, я резко стащил простынь и притянул её к лицу.

Нет. Не нравится. Я узнаю этот запах — так пахнет моя жена. Резко, слишком сладко, слишком…

Удушающе.

Та женщина, что я проводил пару часов назад, пахнет иначе. Её аромат это луговая свежесть, это холодный ручей, это летний дождь. Это сумасшествие в чистом, прекрасном виде.

Дракон в восторге. Я тоже. И всё же, как такое возможно? Духи с феромонами? Или… что-то другое.

Открыв шкаф, обнаружил полные полки. Она ничего с собой не взяла! Ни косметику, ни одежду. Как странно.

Как… непохоже на неё.

Вдруг ручка двери дернулась. В комнату влетела взволнованная служанка. Заметив меня, она судорожно всхлипнула, стремительно побледнела и только после поклонилась.

— Приветствую, господин! Прошу прощения, господин. Я пришла за чашкой. Её нужно вернуть на кухню. Можно? — протараторила она.

Я отрешенно кивнул и вернулся в кресло. Девушка проворно юркнула в комнату, схватила с подоконника невзрачную чашку и понеслась на выход.

— Стой, — сказал резко, унюхав незнакомый душок. Горький и кислый одновременно. Непростой, одним словом.

Горничная, кажется, была готова упасть в обморок. Бросив в мою сторону дикий взгляд, выдавила едва слышно:

— Д-да?

— Что было в чашке?

— Отвар для поддержания молодости, мой лорд. Госпожа очень боится старости, вот и заваривает травки на ночь. Могу ли я идти?

— Иди, — я махнул рукой, тут же потеряв интерес к зловонной посудине.

***

— Давай, у тебя получится! Пипец, вперед! Пипец, ты сможешь! Гип-гип, Пипец! — скандировала я, увлеченно глядя на трудящееся растение.

В какой-то момент замок щелкнул, а из скважины выпал мой зеленый товарищ. Уставший, но довольный. Оказавшись на устойчивой поверхности, он учтиво поклонился.

— Ты — мой герой! — заключила весело.

Цветок отмахнулся, мол, да ладно тебе. Это ж так, пустяки!

Подхватив этого скромника, я чмокнула его в самый большой листик, который по всей видимости служил ему головой, и дернула за ручку. Попытка войти в усадьбу номер два удалась — дверь без проблем открылась, впуская меня в просторный холл.

Внутри дом был ещё прекраснее, чем снаружи. Клянусь, я словно шагнула в сказку! Или в какой-то музей…

Повсюду мрамор, античные статуи, изящная лепнина, хрусталь. Под ногами — шахматный пол, выложенный из широких срезов камня. На стенах — картины в тяжелых рамах. Под расписным потолком висит многоярусная люстра.

— Чудо! — прошептала я, оглядываясь по сторонам.

Моё чудо.

Мне только и остается, что радоваться. Однако кое-что всё равно беспокоит сердце…

Несмотря на жирный слой грязи, убранство дома осталось богатым и целостным. Сюда явно никто не заходил, что крайне странно.

Почему никто не захотел ограбить заброшенную усадьбу? Неужели Элена была столь кошмарна, что никто из местных так и не решился перейти ей дорогу?

Мысль интересная, но чутье подсказывает, что она ошибочка.

Здесь что-то другое. Или кто-то.

Нечто незримое словно прочитало мои мысли и наконец решило показаться: дверь за спиной с грохотом закрылась, поднялся ветер, люстра озарилась мерцающими огнями, разогнав мрак старых стен.

— Пф, как банально… — фыркнула разочарованно.

На стенах заплясали тени одна другой ужаснее. Я показательно зевнула.

На втором этаже кто-то протяжно завыл.

— Фальшивишь, — протянула спокойно, проходя вперед, к лестнице.

Перед лицом пронесся бюст носатой незнакомки. Угрожающе вильнув в мою сторону, он упал под ноги и раскололся надвое.

Хмыкнув, я двинулась дальше, с интересом озираясь по сторонам. Мимо пролетела вторая статуя, на сей раз ростовая. Это был широкоплечий юноша с четкими кубиками пресса и…

Листиком на самом интересном месте.

— А ну положь на место! — гаркнула я со всей серьезностью, на которую была способна. Давид местного разлива был возвращен на постамент. Подмигнув каменному красавчику, я получила от него воздушный поцелуйчик в ответ и довольная собой продолжила исследовать дом.

Теперь понятно, чего боятся местные. Их пугает не хозяйка усадьбы, а сама усадьба.

Что ж, как хорошо, что я люблю фильмы ужасов! Я пересмотрела столько сюжетов, что теперь меня практически нереально ни удивить, ни испугать. Никакая сила не выгонит Елену Краснову из этого славного места!  

Выбрав себе комнату, оставила в ней чемодан и продолжила изучать свои владения.

В ходе брождения по пустынным коридорам было выяснено, что доме шесть спален, три уборные, кабинет, зал, столовая, кухня и небольшая библиотека. Но это было не главным…

Огромный кусок земли, скрывающийся за зданием — вот что самое главное!

Глядя на девственно чистое поле, почувствовала, как внутри меня пробудился давно закопанный огородник. Раскопавшись, он надел резиновые сапоги, схватился за лопату и уверенно двинулся в сторону ближайшего рынка. За рассадой, разумеется.

Следом за ним голову подняла женщина, о существовании которой я даже не подозревала. Она надела косынку, вытащила из закромов книгу «сто и одна заготовка на зиму» и поспешила следом за огородником на рынок. За банками для будущих закруток.

— Решено! Разведем здесь огород! — сказала я своему зеленому товарищу. Пипец идею оценил и скрутил из стебельков класс.

Остаток дня провела за уборкой. Кое-как отмыв сначала спальню, а после и себя, я начала готовиться ко сну, но тут в дверь постучали.

Устало вздохнув, спустилась в холл и отворила тяжелую створку. Увидев внезапного визитера, я округлила глаза от удивления.

— Вот это да…

На меня злыми и уставшими глазами смотрела изрядно потрепанная мадам Чепчик.

— Пришли проверить, не заблудилась ли я? Не заблудилась. Можете спать спокойно.

— Пусти меня переночевать, пожалуйста, — проговорила она сквозь зубы.

Ну надо же! Она знакома с этим словом. И даже выговаривать умеет. С интонацией, конечно, стоит поработать, но в целом неплохо.

— Почему вы не вернулись к моему мужу? Пардон, к бывшему мужу.

Женщина нахмурилась, а я поняла, что немного сплоховала. Вряд ли в этом мире есть французский.

— Портальная арка сломалась. Смотритель не знает, когда её починят…

— Разве в деревне нет… — хотела сказать «отеля», но передумала и заменила на более простое слово: — трактира?

— Есть. Но все видели, что я приехала с тобой, — она сжала кулаки и выплюнула: — никто не хочет с нами водиться.

О, с моей репутацией все так плохо? Что же натворила прошлая хозяйка тела?

— А кучер где?

— В карете сидит, — хмыкнула дама. — Элена, если в твоей груди бьется сердце, то дай нам хотя бы одеяла.

— Иди к кучеру, — сказала я скучающим тоном, а после добавила с улыбкой: — зови в дом.

Женщина оторопела на мгновение. Лицо её приняло презабавное выражение. Придя в себя, она посмотрела на меня совсем другим взглядом. В нем больше не горел огонь глубокой неприязни, теперь я видела лишь легкое недоверие и искру любопытства.

— Правда?.. — уточнила она.

— Чистейшая. Ну же, скорее. Мне холодно на улице стоять! — добавила капризно, и Чепчик наконец убежала за возчим.

Мужик, довольный как слон, вразвалочку прошел в холл, восхищенно присвистнул, достал флягу, нюхнул, отхлебнул, икнул и пополз на второй этаж.

— Куда-с? — крикнул он с балкона.

— Прямо по коридору. За первой дверью ваша комната.

— Благослови вас Господь, леди Фишир. Злые языки говорили мне, что вы дрянь. Но вы не дрянь, вы лучше! — самозабвенно произнес мужик, и гордо засеменил по коридору.

О как. Даже спрашивать не буду, что он имел в виду.

Покосившись на даму, которая шептала себе под нос «ой дурак, ой дура-а-ак», я усмехнулась и проводила её в спальню.

После отправилась на кухню и принялась отмывать старый кипятильник. Попутно пыталась понять, откуда в дом поступает вода — в будущем мне нужно будет поливать грядки, а таскаться с ведрами с огорода в кухню так себе затея.

Сошкрябав грязь с тяжеленной посудины, я принялась озадаченно глядеть на местный аналог не то плиты, не то печки.

Это была странная конструкция в виде каменного шкафа, внутри которого, по логики, нужно разжигать огонь. Однако при тщательном осмотре я не обнаружила следов сажи, а значит, моя догадка неверна. Зато были найдены камни. Большие, гладкие и как-то подозрительно блестящие. Непростые камни, короче говоря.

— Уважаемый полтергейст, не желаете ли сослужить мне добрую службу? — поинтересовалась я миролюбиво. — Видите ли, в доме гости. Они устали и замерзли. Я бы хотела облегчить им жизнь и угостить горячим чаем. Подскажите, как пользоваться этой штуковиной?

Дух фыркнул. Отчетливо. С ноткой презрения. И прямо над моим ухом!

Поежившись, заявила упрямо:

— Не будешь слушаться, я стану петь. А пою я премерзко!

Угроза внезапно подействовала. Призрак снова фыркнул, обдал меня порывом ветра и «включил» камни. Они принялись медленно накаляться по краям, а через пару минут покраснели полностью. Поверхность нагрелась и была готова к использованию.

— Благодарю тебя, мой прелестный невидимый друг!

Мне не ответили, но это ничуть не умалило мою радостью.

Заварив чай, найденный в большом деревянном ящике, я отправилась к гостям. Сначала зашла к кучеру. Не знаю, чему он обрадовался больше: чаю или мне. Послав в мой адрес ещё несколько странный комплиментов, он одним глотком осушил чашку, замотался в пыльное покрывало — от одеяла он идейно отказался, и тут же захрапел.

Интересный он человек, однако.

Мадам Чепчик уже спала. Она сиротливо улеглась на краю кровати. Свернувшись калачиком, женщина мелко дрожала. Оставив чай на столе, я сбегала за одеялом и попыткалась осторожно укрыла её.

В этот момент она дернулась и принялась кричать:

— Не надо! Прошу, не надо! Помогите!

Я отпрянула и на всякий случай прижала шерстяную тряпицу к себе.

— Вам кошмар приснился? — спросила обеспокоенно.

Чепчик проморгалась и вытаращилась на меня испуганными глазами.

— Ты… Ты что делаешь?

— Укрыть вас хочу. Вам ведь холодно, вы вся трясетесь. Я вам ещё чай принесла, — я кивнула в сторону журнального столика.

Чего это с ней?

Задавшись этим вопросом, я быстро нашлась с ответом. Она что… думала, будто я удушить её хочу? М-да! Неприятно-то как.

— Держите, — буркнула тихо, бросив ей на колени одеяло. — Если бы я желала вам смерти, то не стала бы пускать в дом. И ещё… — я показательно отхлебнула чай и со звоном вернула чашку в блюдце. — Пейте, пока не остыл. Яда там нет.

Вяло улыбнувшись, широким шагом вышла в коридор.

Мне было гадко. Умом я понимала, что реакция дамы вполне логичная, но легче от этого не становилось.

Ох, Элена, сколько же грехов лежит на твоей душе?

Стоп… Мне кое-что непонятно. Это «кое-что» гложет меня с самого начала, но только сейчас я смогла сформировать неприятное чувство тревоги в четкий вопрос.

Почему Элена Фишир, молодая и здоровая, умерла? Не вынесла позора и решила наложить на себя руки? Или…

Ей кто-то помог?