Прогибаясь под тебя

Уж если прогибаться под мужчину,

То лишь тогда,

Когда он страстно дышит в спину (с)тырино

Возрастное ограничение строго 18+
Содержит нецензурную брань.
Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.

От автора
Все герои написанной мной книги совершеннолетние, они старше 18 лет.
Спасибо!

ПРОЛОГ

Могла ли я подумать, что сама добровольно приду к нему? Приползу? Буду просить о помощи?

Нет. Никогда. Ни за что.

И вот я иду к его кабинету, по длинному темному коридору, который раньше казался бесконечным, а сегодня словно сжался до размеров тамбура. Поднимаю опухшие глаза на Катю, его секретаршу, и она, не дожидаясь вопроса, молча показывает один палец и кивает на дверь.

Хорошо. Он один. Я бы просто не смогла дождаться, когда закончится очередной прием, и все равно вошла бы. Но в том, что он сейчас один мне тоже видится знак.

Я попыталась прочистить горло, но из него привычно вырвалось короткое рыдание, которое безжалостно подавила. Олег сидел на широком кожаном диване и привычно щурился в телевизор. В уголке рта зажата сигарета, одна рука сжимает наполовину пустой бокал с коньяком, второй он гладит голые плечи Жанны.

- Мне нужны деньги…

Голос неприятно каркает, нарушая эту неидеальную обстановку.

- Бухгалтерия этажом ниже, - отрезает он.

Как же мне неприятно воспроизводить до боли заученную фразу. Именно до боли. Два дня добираясь в столицу поездом, я истерзала все руки, мысленно и шепотом повторяя одно и тоже:

- Помогите мне, Олег Константинович. Нужна очень большая сумма денег. Я отработаю, - тут голос предательски сорвался, но я вонзила ногти в ладони, чтобы закончить предложение: - вместо неё. Я хочу стать вашим питомцем.

Видела, как плечи Жанны дрогнули, и она зло бросила на меня взгляд исподлобья. Но чему ей злиться? Я же освобождаю её из рабства, предлагая себя в жертву.

- Вот это поворот, - шепчет Олег, и мое внимание целиком сосредотачивается на нем. – Признаться, я ждал чего-то подобного… Но чуть раньше или никогда. Детка, метнись-ка в приемную и посиди там с Катей.

Олег небрежно подтолкнул Жанну, и та послушно исполнила приказ, толкнув меня в плечо на выходе. Но я как кролик смотрела в глаза своему удаву и только успела подумать, что нужно будет перед ней извиниться, когда шеф приступил ко мне.

- Подойди и разденься.

Уже началось? Он принял мое предложение? Вот так сразу?

Меня хватило только на один шаг, после чего я поспешно начала скидывать с себя сапоги, пальто, кофту, юбку… Немного затормозила с трусами, но его потемневший взгляд и однозначный жест приказали избавиться и от них.

Наверное, пауза висела не дольше минуты, но мне казалось, что я стою перед ним голая уже пару часов.

- В нижнем ящике стола лежит договор. Возьми, ознакомься и подпиши, - прохрипел он, допивая коньяк из бокала и отставляя его на широкий подлокотник дивана.

Я быстро нашла документы в двух экземплярах, села за стол спиной к Олегу. Мне хватило десяти секунд, чтобы понять, что договор составлен на меня и в нем не хватает только суммы содержания.

- Олег Константинович, это… брачный договор.

- Совершенно верно, - я вздрогнула от его протяжного шепота у себя над головой. – Дело в том, что интимные обязательства в трудовой договор не вставишь, у нас, знаешь ли, государство заботится о правах работников. А вот в рамках Семейного Кодекса в договоре прописать можно абсолютно всё. Ты подписываешь и становишься моей сексуальной рабыней на законных основаниях.

Я не знала, что у него настолько всё продуманно.

- А Жанна…

- Все.

Больше вопросов не осталось. Я только вставила сумму в графу содержания, а Олег присвистнул.

- И куда тебе потребовалось такое состояние, Ксения? Девственность восстанавливать?

Его грязный и грубый юмор давно перестал меня шокировать, так что я просто уточнила смогу ли получить половину авансом.

- Все выплаты только по окончании договора.

По его ноткам в голосе поняла, что это условие не обсуждается.

- Мне нужна половина суммы до конца этой недели. Если мы не договоримся, я пойду просить деньги к другим.

Повисшая между нами тишина потрескивала от его раздражения. Я затылком это чувствовала, продолжая сидеть за столом спиной к нему, слепо всматриваясь в расплывающиеся строчки договора.

- Хорошо, тогда я внесу еще пару условий в договор перед выплатой аванса.

Я кивнула, не смея поверить, что всё получилось. Быстро расписалась в обоих экземплярах и передала ручку ему.

Олег перегнулся через меня, захватив в плен своих рук и надавив грудью, прижал меня к столу. Два широких взмаха, полёт ручки в глубину кабинета, утопающего в сумраке и хриплый приказ.

- Я долго ждал, Кс-с-сения. Встань на колени.

Почему я дрожу от страха и отвращения? Знала же на что подписываюсь и все равно меня начинает колотить нервная дрожь, когда я опускаюсь перед ним и сразу натыкаюсь взглядом на натянутую ширинку его брюк.

- Расстегни. Осторожно.

Олег продолжает говорить рубленными фразами и для моего перегруженного мозга, наверное, так даже лучше.

Дрожащими пальцами я тянусь к его ширинке и медленно опускаю собачку молнии вниз. Он не носит трусы, из ширинки моментально выбивается край заправленной рубашки, и меня бы это рассмешило в другой раз, но в ушах уже стучит следующий приказ:

- Достань и возьми его в рот.

Я знала, на что шла. Я знала, что мне придется вытворять с ним все те вещи, что он проделывал с Жанной… Но сейчас, нащупав ладонью огромный подрагивающий член, и вытаскивая его через ширинку, я еле сдерживала подступающую тошноту.

- Соси. И смотри на меня.

То, что Олег едва сдерживается, чтобы не сделать всё самому, я понимаю по тяжелому дыханию и словам, произнесенным сквозь сжатые зубы. Неужели ему действительно нравится заставлять, пугать?

Потом я обдумаю, как вести себя с ним, но сейчас нужно просто закрепить сделку. Просто взять его в рот и не стошнить. Не думать, что он делает этим членом, а просто взять в рот.

Я продолжаю держать его в руке, машинально отмечая, какой он толстый, с мягкой кожицей, с пухлыми венами, обвивающими ствол, и с гладкой, блестящей головкой. Чуть сжала пальцы и услышала сверху сдавленный стон.

Черт, не хватало еще сломать Олегу член! На этом мой договор быстро закончится. Я закрыла глаза и, стараясь не думать, что делаю, обхватила головку губами, немного ослабив хватку рукой.

- О, да-а-а… Твою мать… Такой нежный девственный ротик. Соси. Возьми в себя глубже. Давай же…

Давясь от вкуса члена, я продвинулась дальше, также как делала это Жанна, и тут же отпрянула назад.

- Еще! И смотри на меня.

Мне пришлось открыть глаза и повторно обхватить головку губами. Я стараюсь не касаться её языком, чтобы он не заметил, как меня перекашивает от его вкуса. Но напрасно. Олег запускает мне в волосы пальцы и, поглаживая, тихо шепчет:

- Ты привыкнешь и полюбишь глотать, девочка. Будешь просить меня еще и еще.

Я продолжаю насаживающиеся движения под его шепот и тяжелое дыхание. Он не помогает, только гладит виски, затылок, убирает волосы с лица и приятно гладит шею… Я зачаровано смотрю на его опьяненные похотью глаза. Никогда не видела его таким… Уязвимым? Слабым? Нежным?

- Теперь оближи мне яички.

Олег все еще перебирает мои волосы на затылке, а другой рукой водит пальцами по поблескивающему члену, натягивает кожицу на увеличившуюся головку и щурится от ощущений.

Я сглатываю, не зная как приступить к новому приказу.

- Ну же, смелее. Как кошечка, проведи языком снизу.

Не помню когда брюки оказались расстегнуты и спущены до бедер, но сейчас смотрю на яички под курчавой растительностью и внутренне давлю в себе все принципы. Всего лишь лизнуть, ведь противно будет только первый раз. Я смогу потерпеть и не такое.

Облизнулась и почувствовала, как Олег прихватил волосы у корней. Еле заметное мимолетное движение, но это снова не прямое давление, а видимость выбора. Мелочь, но она так помогает ломать барьеры.

Сейчас он не просит смотреть на него, и я опять зажмуриваюсь и тянусь языком к волосатой мошонке. Провожу, чувствуя, как под кожей перемещаются шарики, поджимаясь, убегая от моей ласки.

- Еще. Вылижи от паха, - хрипит надо мной Олег, яростнее дёргая себя за член.

Я с ужасом смотрю на багровеющую головку и, придерживая яички рукой, чтобы выполнить приказ, вожу языком от паха к мошонке, снова и снова. Сейчас я не думаю о себе, потому что мучительные стоны, которые издает Олег, пугают. Неужели ему нравится боль, которую он причиняет себе? Где граница нормальности происходящего? В договоре прописан предел истязания?

- Открой рот, - отрывисто бросает Олег, и не успеваю я исполнить, как из огромной сливового цвета головки вырывается струя и бьет мне в рот, расплываясь по губам и стекая по подбородку.

Сдерживая подступающую тошноту, я подтащила что-то из своей брошенной одежды и выплюнула сперму, остервенело оттирая её с лица.

- Совсем еще девчонка. Тебя учить и учить, - Олег насмехается, поправляя брюки, но по тону я понимаю, что ему будет в удовольствие «учить» меня.

И где-то глубоко в душе я благодарна ему и его извращенному вкусу, потому что при текущих обстоятельствах, если бы не было Олега, мне не у кого просить помощь. Никто не даст такую сумму простой девчонке, будь она даже девственницей. А я привыкну к нему и его развлечениям. Как-нибудь переживу и буду надеяться, что мной он наиграется быстрее, чем всеми своими предыдущими куклами.

- Олег Константинович, к вам пришли.

Мы одновременно обернулись на голос Кати.

И в этот момент моё сердце перестало биться. В дверях кабинета стоял Павел…

Я поспешно отвернулась. Губы щипала подсыхающая сперма, глаза – выступающие слёзы, грудь – предчувствие еще одной беды. Что сейчас успел увидеть Павел? Свою девушку, стоящую голой на коленях перед расстегнутой ширинкой мужчины? Нетрудно сделать выводы. И они окажутся верны.

- Кажется, я не вовремя, - процедил он.

Узнал?

- Нет-нет, мы уже закончили, проходи.

Олег неуловимым движением застегнул ширинку и рукой пригласил Павла присесть.

- Отлично лижешь, киса, - вдруг нагнулся ко мне Олег, пальцем стирая предательскую слезу со щеки. – Договор в силе. Ты получишь деньги.

Впервые я увидела его в клубе. Мы с девчонками как раз в тот вечер отмечали начало последней сессии, судачили про дипломы, темы и кураторов. Среди представительных профессоров и педагогов был только один молодой и красивый, и все девочки, понятное дело, хотели к нему. Я тоже хотела. Ну, кто не мечтает о романтической сказке о любви с преподавателем? И я мечтала о такой.

Вдруг сокурсницы, как по мановению волшебной палочки, заткнулись, дружно повернув голову в одну сторону, где-то за моей спиной. Я тоже обернулась.

Там, на лестничной площадке в ВИП-зону, небрежно прислонившись к перилам, стоял он, владелец этого клуба, как я потом узнала. Но тогда мы просто видели красивого, холеного мужчину в дорогом небрежном прикиде. Он прищуренным взглядом обводил танцевальный зал, словно искал себе спутницу… Или лучше сразу сказать «жертву»? И нашел.

Ни одна из нас даже не притянула его взгляд, но от той, которую он выбрал, за километр разило сексуальностью, раскрепощенностью и, как ни странно, изяществом и утонченностью.

О, как я ей тогда завидовала! В тот вечер у меня появилось два неубиваемых стереотипа, которые основательно подкорректировали мне жизнь. Первое, я хотела, чтобы меня выбрал такой как он, сильный, уверенный, самодостаточный мужчина. Второе, я хотела быть достойной его, чтобы после сделанного выбора он влюбился, не желая отпускать от себя ни на минуту.

Так что ко второй встрече с владельцем клуба я уже основательно подготовилась и даже поступила на стажировку в тот самый клуб. К тому же и специальность я получила соответствующую: event-менеджер.

Лариса, директор клуба, скептически отнеслась к моей кандидатуре. Молодость, отсутствие опыта и даже фонтанирующая инициативность ее напугали. Зато очень привлекла идея получить бесплатного помощника администратора. Так что моя стажировка оказалась безвременной, пока не освободится должность администратора или не расширят штат клуба.

Вопрос с деньгами неожиданно встал ребром. Из студенческой общаги нас выселили сразу после диплома, но мы скооперировались с девчонками и сняли на семерых двухкомнатную квартиру. Тесно, зато дешево. К тому же большинство сразу окунулись в столичную жизнь в поисках места под солнцем и практически не появлялись в квартире.

Но помимо дешевого жилья нужно было найти доход на питание и одежду. Лариса особенно обратила внимание на внешний вид и дресс-код.

- Строго, чтобы не привлекать внимание завсегдатаев, но стильно, чтобы от тебя не шарахались ВИПы.

Так что я просто скопировала стиль Ларисы, потратив все оставшиеся деньги.

За месяц работы в клубе я ни разу не встретила того мужчину. Зато нашла дневную подработку. В клуб успевала к четырем, а вот в пирожковой я отрабатывала с семи утра до трех дня, бегая от разделочного стола к плитам, потом к прилавкам и обратно.

График у меня сложился улётный: в семь в пекарне, в четыре уже в клубе и там до полуночи, потом забег до метро и мёртвый сон до шести утра. Выходные плавающие и часто не совпадающие. Зато насыщенная жизнь, двойной опыт и всё личное время на сон.

Пережив первую неделю, я еще надеялась, что привыкну к такому графику и смогу бросить работу в пирожковой, как только получу постоянную должность в клубе. Но за месяц порядком вымоталась, а должность так и не светила.

Сейчас, снимая с лица освежающую маску и натягивая клубное платье с подолом-колокольчиком, я в очередной раз задумалась, насколько правильные цели поставила в своей жизни. Уж точно не хочу всю жизнь печь пирожки и пахнуть ванильными плюшками. Тут я опрыскалась парфюмом, чтобы перебить запах выпечки. И не готова возвращаться в станицу к тётушке. Там скучно и бесперспективно. Где и кем там работать с моей специальностью? Только методистом в детском саду, проводить утренники и масштабную новогоднюю ёлку на три представления.

Как бы тяжело мне не пришлось в первый месяц, но от идеи получить работу в клубе я отказываться не собиралась. К тому же подсознательно понимала, что могу там найти любовь всей своей жизни, и он будет не ударником по вспашке полей, а классный брутальный мужчина, как тот, которого я подсознательно рассчитывала встретить в клубе снова.

Хотела ли именного его сразить наповал? Что скрывать, не отказалась бы. Для меня это стало бы экзаменом на степень достижения идеала. У мужчины явно наметан глаз на самых-самых сексапильных леди. Да, именно так я окрестила образ, к которому стремилась. Сексапильная леди. Он как нельзя лучше подходил и к моей внешности и выбранной профессии. Осталось найти тестировщика, чтобы откалибровать оттачиваемые навыки в собственном имидже.

- Сегодня ты будешь в общем зале, подстрахуешь администратора, - распорядилась моя начальница. – Приедет Олег Константинович с проверкой.

- А кто это?

- Алё, Ксюша! Это наш владелец. Очень жёсткий мужик. Ты работай в зале, к ВИПу даже близко не подходи. И не попадись ему на глаза, дорогуша.

Что-то в этих предостережениях мне показалось странным. А уже через пять минут я нашла в интернете информацию про владельца клуба. Олег был тем самым мужчиной. И тут уравнение решилось. До последнего я думала, что буду соблазнять постояльца клуба, а не владельца. Его статус же менял всё, но не отменял главного. Я все еще хотела ему запомниться.

***

- Ксения, поторопи мойщиков, у бармена чистые стаканы закончились.

- Хорошо, - прокричала я в лицо администратору Саше, стараясь перекричать клубные динамики. Бесполезно, но мы все в клубе орём, а не разговариваем.

Время десять, клуб постепенно наполняется, а «злого босса» все нет и нет. Лариса уже час пасёт вход, практически подменяя собой секьюрити и «фэйс-контроль». В ВИПе Виктория, второй администратор, вся на измене и трясется, что не сможет подтвердить свой уровень приёма. А я зловредно жду, что Вика налажает, место освободится и меня наконец-то официально примут на работу.

- Ты пропустила феерический приезд шефа! – проорал бармен, передавая мне стакан воды.

А я очень хотела снова, хотя бы украдкой, разглядеть этого мужчину, который случайно стал символом моей цели в жизни. Пусть я пропустила приезд, значит, не буду зевать, когда наступит время прощаться. Лариса заранее обговорила, что сегодня придется задержаться, а в пекарне как раз выходной по графику. В общем, я расстроилась, но настроилась увидеть «злого босса», когда он закончит свою инспекцию.

- Вика в слезах, я в ВИП. Держи общий зал! – снова проорал мне в ухо Саша и ругнувшись, шустро взбежал по лестнице ко входу в ВИП.

Вот и мой звездный час! Я уточнила, все ли в порядке в баре, потом прошла по периметру зала, отмечая охранников, заглянула в санузлы и помахала ди-джею. Закончила обход в раздевалке персонала.

Вика, кстати, совершенно не рыдала, а копалась в шкафу с хозяйственными запасами.

- Ой, привет. А ты чего из зала ушла? – растерялась я.

- Прикинь, лампа в комнате привата перегорела, сука, и я не могу найти запасную…

- А Саша сказал, ты убежала в слезах, я думала…

- Чё Сашка сказал? – Вика вынырнула из недр заваленного шкафа и сурово сдвинула брови. – Где он?

- В ВИПе…

- Вот сучонок! Решил меня подсидеть? Найди гребаную лампу и замени ее.

Виктория пулей вылетела из раздевалки, а я, перевернув содержимое шкафа, вспомнила, что лампы Лариса держит в подсобке.

В комнаты привата можно было зайти с дальнего выхода в клуб, чем я и воспользовалась. Пока администраторы выясняли друг с другом отношения, Лариса с владельцем просиживала диванчики обтянутые дорогим флоком в ВИП-зоне, я отнесла лампу в крайнюю комнату привата и попыталась найти дядь-Ваню, но тот, кажется, надежно спрятался от инспекции свыше и находиться не собирался. Второй раз, уже со стремянкой на три ступеньки, я зашла в приват и, прикрыв дверь, осталась в полной темноте комнаты с удобными диванами и подиумом-столом посередине.

Черт, можно, конечно, спуститься в третий раз за фонарем, а можно подсветить телефоном. Мне всего-то надо подняться на пару ступенек и вкрутить лампу под потолком.

И все же я не дядь-Ваня, потому что, уже находясь наверху с перегоревшей лампой в одной руке и телефоном с подсветкой в другой, попросту застряла, не решаясь спуститься с лестницы без рук.

Приоткрылась дверь, впустив неровный свет из коридора в темную комнату, и я даже задохнулась от облегчения, совершенно не подумав, что возможно кто-то из клиентов ищет свободную комнату. Я же не включила маячок «занято», когда заходила сюда.

- Пожалуйста! Не могли бы вы помочь мне?

- Что, блядь, тут происходит? – в тихом мужском голосе звучала приятная прокуренная хрипотца, так что к мурашкам от страха навернуться со стремянки, добавились будоражащие мурашки, способные погнать цунами дрожи по телу.

- Я вам посвечу, а вы заберите у меня перегоревшую лампу и подайте новую со стола.

Наверное, рано расслабилась и совершенно оказалась не готова к ситуации, что мою просьбу проигнорируют, что у мудака могут созреть другие планы. Взвизгнула, только когда почувствовала его руку у себя на бедре.

Покачнулась, телефон с перегоревшей лампой полетели вниз, а я вцепилась двумя руками в стремянку, оглушенная своим испугом и стуком сердца в ушах. Не сразу сообразила, что мужчина вплотную стоит к лестнице, прижав меня телом, почти обездвижив, и нагло водит руками под подолом, оглаживая и защипывая внутреннюю сторону бёдер.

- Руки убрал! – процедила я, пытаясь лягнуть наглеца ногой или сбросить настойчивые руки.

Но из всех попыток получилось только зажать его ладонь между ног и сильнее вцепиться руками в стремянку, когда она закачалась от моих активных взбрыкиваний.

- Рот заткни, если не хочешь остаться без работы, - тут же прохрипел самоуверенный голос, и я вскрикнула, когда ребро его ладони резко врезалось мне в промежность.

***

Не знаю, почему я его послушалась. В голове метались бессвязные мысли, что это какая-то ошибка, что такое со мной здесь произойти просто не может! С другой стороны, он зашел в комнату привата и застал тут меня. Запросто мог решить, что я совсем не против его приставаний.

Но я против!

- Подождите. Тут произошло недоразумение, - пропыхтела я, пытаясь выровнять дыхание от испуга.

- Неужели? – его смешок и наглые пальцы, наглаживающие меня через ткань трусиков, снова сбили с решительного настроя.

- Я здесь работаю!

- Об этом нетрудно догадаться, - дыхание мужчины участилось, и я почувствовала, как он одной рукой надавливает мне на поясницу, а другой стягивает трусы к коленям.

- Прекрати, я закричу. Вызову охрану!

- Ну попробуй докричись, - спокойно с характерной хрипотцой усмехнулся он и сунул свои пальцы в меня.

Я дернулась и закричала, уже не боясь навернуться со стремянки, отцепила руку и извернувшись, саданула рукой в сторону насильника. В темноте трудно понять, где он стоит, но я точно задела ногтями по лицу, потому что в ответ мудак выругался и двумя руками дёрнул меня с лестницы.

Теперь я уже закричала от страха упасть и снова вцепилась в чертову стремянку. Самое главное, он убрал руки с моей интимной зоны.

- Отпусти ты эту долбанную лестницу, - рыкнул он и снова попытался оттащить меня от стремянки.

Я повисла на руках, когда урод приподнял меня за бедра, ноги со ступенек сползли, и я болтала ими в поисках опоры.

- Отпусти меня, - наверно эта поза не самая удобная, чтобы объяснить разъяренному мужчине произошедшую ошибку, но я еще рассчитывала достучаться до него и сказать, что он перепутал стажера с клубными тусовщицами. Я бы даже простила ему поползновение в мое святое-святых, потому что отчасти виновата сама, надо было шустрее менять лампу, или настойчивее искать дядь-Ваню.

Вот на этом моменте у меня случился нервный смешок, потому что как представила, что это мудак наткнулся бы здесь не на меня в легкодоступном платье, а на дядь-Ваню, тогда еще неизвестно кто кому и куда пальцы всунул.

- Ладно, раз хочешь на лестнице, будет на лестнице, - вдруг поменял тактику мужчина и опустил меня на ноги, так что я буквально растянулась на двухметровой стремянке.

И не успела я отцепить руки, чтобы перехватиться ниже и уже спуститься с последней ступеньки, как мудак просунул между моих ног колено и снова накрыл рукой складки, проводя и углубляя пальцы от самого лобка до попы.

Я зашипела от злости, но тут же дёрнулась, как от электрического тока, когда он повторил движение рукой, надавив пальцем на клитор.

Не то, что бы я не изучала биологию, или не знала, как реагирует тело на такое прикосновение, но меня убила собственная реакция на чужое вторжение, на прикосновение насильника. Я его даже не знаю! Он может оказаться противным, безобразным, или даже больным. Но вот он против моего желания снова скользит пальцами между ног, нарочно задевает клитор и у меня подкашиваются ноги, я опускаюсь на его колено, буквально сажусь на шевелящиеся пальцы и не могу сдержать дрожь от разбегающихся по телу мурашек.

Если я сейчас еще и стонать начну – перегорю от стыда!

- Ты готова, приподнимись, - хрипит мне на ухо мужчина, и не дожидаясь моего ответа, приподнимает за бедра с колена, надавливает на поясницу, наклоняя снова к стремянке и, чтобы не упасть, я цепляюсь за ступеньку.

Готова к чему, не поняла?

И в этот момент мудак что-то приставил мне ко входу во влагалище и одновременно толкнулся и дёрнул меня за бёдра на себя.

Я вскрикнула от понимания, что только что лишилась девственности, вот так запросто, на работе, между делом, с неизвестным мудаком, с которым даже не встречалась, да что там – не целовалась! А ведь для меня секс всегда был табу, потому что это же в первую очередь доверие к мужчине, чистота, подарок…

Ну и еще кричала от боли. Этот скот, коротко рыкнув, вбивался в меня короткими сильными толчками, каждый раз только усугубляя агонию резкими ударами. От криков горло перехватил спазм, я чувствовала внутри резь от натирания, мышцы непроизвольно сжимались вокруг его члена, пытаясь вытолкнуть или остановить, но он прорывался все дальше, снова и снова выдалбливая в моих внутренностях новую дырку.

Я стонала, без сил уронив голову на руки. Содрогаясь от ударов его тела о моё, сотрясаясь от беззвучного рыдания, и моля, чтобы все поскорее закончилось и мудак выпустил меня живой.

- Ты скоро? – тяжело дыша, урод прохрипел мне в ухо, а я только и смогла сделать пару коротких сиплых вздохов, пытаясь ослабить спазм и вернуть голос, чтобы послать его к дьяволу.

Мудак вдруг с силой сжал мне бедра, еще глубже воткнулся в меня и застонал. А я, наконец, перевела дыхание от внезапно обездвиженного поршня внутри. Но вот мужчина снова зашевелился, похлопал меня по заднице и стал выходить. Там все горело адским пламенем, мышцы сжались и в ответ на хриплый стон урода, из моего горла прорезалось рваное рыдание. Голос вернулся, чтобы громко зарыдать над испачканным телом.

- Что, не получилось кончить? – я вздрогнула, когда мудак снова провел рукой между ног и зажала рот руками, испугавшись, что спровоцирую насильника к дальнейшим действиям. Молча развернулась и сползла вниз.

- Расслабься, мне понравилось. Ты по ощущениям как целка.

По звукам поняла, что он отходит от меня, открывает дверь и, когда она почти захлопнулась, я услышала его отборный мат.

- Какого хуя?..

Дверь, открытая с ноги, впечаталась в стену и я, все же завывая от страха, разглядывала силуэт насильника в освещенном проеме.

- У тебя менструация? Почему не предупредила?

Я замотала головой, все еще боясь открыть рот, чтобы снова не завыть сиреной.

- Лара! Блядь, живо ко мне!

Лариса показалась за плечом урода и в этот момент мне так хотелось броситься к ней, рассказать, как этот мудак поступил со мной, вызвать полицию, чтобы засадили его подальше и подольше.

- Это кто?

- Стажерка. Она помогает вечером администраторам по клубу. Мелкие поручения выполняет…

Мне показалось странным, что Лариса оправдывается перед каким-то посетителем, пусть даже ВИПом.

- Олег Константинович, это совершенно бесплатно. Я сразу ей сказала, что пока не пройдет стажировку, я не приму ее на работу.

И тут меня окончательно оглушило. Я все же встретилась с ним, мужчиной моей мечты. Даже привлекла его внимание, еще как привлекла, он, наверное, целый час от меня отлипнуть не мог. Сквозь собственные пальцы изо рта раздался истерический полусмех-полурыдание.

Ну что, Ксения, миссия выполнена, самец тебя отметил и отымел! Выдыхай и меняй жизненные приоритеты.

- Лара, на кой ляд брать в клуб девственниц?

- А она девственница? – Лариса сузила глаза, впервые рассматривая в темноте меня, сложенную на полу у стремянки.

- Уже нет, - устало гаркнул на нее Олег-мудак, вытягивая ей под нос окровавленную кисть руки. Даже мне было видно, насколько сильно он измазался в крови.

- Но, Олег Константинович, мне теперь лично проверять принимаемых на работу на предмет девственности? Это какой-то абсурд, чтобы в двадцать три и сохранить? Абсурд… К тому же стажерка.

- Уже нет, - снова повторил Олег и повернулся ко мне. – Считай, что ты успешно прошла стажировку. Лара, оформляй её.

***

- Что значит «передумала»?

Неужели Лариса всерьез не понимает, что после того, как меня изнасиловал владелец клуба, я меньше всего хочу здесь оставаться?

- Я не смогу работать в клубе. Лариса, отпустите меня, я хочу привести себя в порядок…

- Да, Олег Константинович велел вызвать тебе такси. Возьми вон там за дверью рабочий халат. Завтра вернешь и заодно еще раз подумаешь, потому что предложение о работе в силе. Я троих администраторов хоть на нормальный график смогу перевести, а то дурдом какой-то творится.

Я точно не хотела слушать о бедах и несчастьях Ларисы, мне своих хватало.

На меня навалилась какая-то апатия. Живот болел, внизу саднило, горло першило, нормально говорить не получалось. И очень, очень-очень хотелось отмыться, отскрести от себя его грязные прикосновения, смыть все отпечатки пальцев.

Это же надо, на протяжении нескольких месяцев он был моим идеалом! Я вызывала эротические грёзы и сама трогала себя там, скрещивая ноги и зажимая клитор, представляя, что занимаюсь с ним любовью!

И конечно, реальность порвала все мои шаблоны, спустила к чертям всю розовую дымку в унитаз, опошлила саму мечту.

Из общего санузла меня вытаскивали всем коллективом. Есть минусы в женской коммуналке – когда хочется побыть одной, ни за что не получится. Но в этом и плюсы. Вытянув все подробности ночи, девчонки впихнули в меня какие-то таблетки от залёта, заставили запить стаканом водки, продезинфицировать. Потом развели фурацилин, чтоб обработать всё внизу, и до утра строили планы, как наказать насильника.

Уже на следующий день, с утра, я стояла в дежурной части полиции и пыталась объяснить не очень молодому дежурному, что мне нужно написать заявление об изнасиловании.

- Медицинское освидетельствование проходили?

- Н-нет…

- Тогда сейчас вызовем специалиста. Присаживайтесь пока… Или не можете? Побои были?

Я задумалась. Мудак-Олег хлопал меня несколько раз по заднице, но не сильно. Вряд ли это можно отнести к побоям.

- Н-нет.

- Увечья?

- Нет.

- Повезло. Обычно нас в больницу вызывают по факту изнасилования. Описать насильника сможешь для фоторобота?

Я кивнула.

- Даже имя его скажу, и фотографии могу показать из инстаграма.

Вот тут дежурный удивился и перестал сочувственно кивать.

- Так тебя знакомый оприходовал? Или ты просто дело на него повесить хочешь?

- Что?

Пока я пыталась понять в чем дело, дежурный переглядывался с напарником, который даже разговаривать по телефону перестал, подключившись к допросу.

- Как зовут насильника? И кем он вам приходится?

- Мезуров Олег Константинович, владелец клуба, в котором я работала…

Снова эти непонятные переглядки.

- Тот самый Мезуров? Какой клуб?

Я сказала название, а второй дежурный понимающе кивнул и сказал первому.

- Очередная. Пойду позвоню его ребятам.

- Каким ребятам? – растерялась я.

- Ты звони, а я пойду допрос девчонке учиню с пристрастием, - вдруг нехорошо усмехнулся дежурный. – Мы будем в седьмой, минут пятнадцать подежурь один.

- Давай. Я следующий.

Мне очень не понравился взгляд полицейского, и я отступила от окошка, понимая, что он собирается обойти стойку и выйти в тамбур, в котором стою я.

- Вы не примете у меня заявление? – помимо воли в голосе прорезались испуг.

- Примем-примем. И орально и анально, как любишь, так и примем. Идем со мной.

Он протянул руку, намереваясь перехватить мое запястье, а я взвизгнула и выскочила наружу, сбивая с пути идущих навстречу людей.

Бежала, не останавливаясь, до самого светофора и очень боялась, что за мной организуют погоню. И только перейдя дорогу, задумалась, что же делать дальше. Заявление я на него подать не могу, от работы в клубе отказалась. Что же мне теперь всю жизнь пирожки печь?

А вот фиг ему!

Я решительно пошагала в метро, высчитывая по времени, сколько мне потребуется чтобы уволиться из пекарни и принести трудовую Ларисе в клуб. Олег хочет откупиться от меня должностью администратора? Не получится. Я тоже сорву его цветок невинности…

…Если найду у него такой.

Ларисе не понравилось, что я настояла на должности администратора ВИПа. Оно и понятно, Виктория давно высасывала эту должность, так старательно, что у Сашки не было никаких шансов проскользнуть туда. А директора Ларису очень устраивало, что на амбициях одной администраторши, она офигенно наваривает. Уже потом я узнала, что Вика отстегивала Ларисе пятьдесят процентов. Пятьдесят! В то время, как с приезжающих девочек клуб не имел ничего. Девочки тоже принадлежали владельцу клуба, так что всё и всех имел он самолично.

И тут заявилась я, сунув Ларисе под нос трудовую и сразу определив, что буду обслуживать только ВИП-зону.

- Ты совсем выводы не делаешь из добрых советов? – усмехнулась тогда Лариса.

- Все вышло против моего желания…

- Ты должна была сразу понять, что тут ничего от твоих желаний не зависит. Только от его. И тебе понравилось?

Я презрительно сморщилась. Что за вопрос такой? Как насилие может нравиться?

- Тогда что же упорно лезешь в ВИП? Или думаешь, ему не захочется повторить при следующей проверке клуба?

- Пусть попробует!

- Попробует, не сомневайся. И еще с десяток постоянных клиентов попробуют… Но раз уж ты настаиваешь…

Лариса специально сделала эту паузу, чтобы я испугалась и передумала. Но мне уже терять нечего. Я как-то быстро поняла правила игры во взрослую жизнь в столице. Можно было не держаться за свою девственность и непорочность, а становиться хищницей и охотницей, специализирующейся на таких мудаках, как Олег. Я еще не решила, что лучше, пирожки с ударником полей или клуб с развратом в привате. Но к первому я всегда успею вернуться, если сильно обломаюсь на втором.

- Настаиваю.

- Хо-ро-шо. Сама решила.

Тогда я не поняла ее саркастическую ухмылочку, но уже через вечер, когда какой-то пьяный урод ткнул меня лицом в расстегнутую ширинку и двинул по лицу на мой посыл идти куда подальше, я поумнела.

Удерживая компресс со льдом у щеки, я выслушивала злорадство Вики, понимая их нехитрую схему с Ларисой, которую по незнанию поломала.

- Вика, знаешь, я не против, если мы будем чередовать с тобой смены в ВИПе. К тому же, в моих интересах, не мешать вам с Ларисой.

Виктория ожидаемо заткнулась и почти сразу же свинтила, поделиться таким вариантом с директором.

Вот после того вечера все стало проще. Я поняла, что вместо свой морды и пизды, можно подставлять чужие, которые совершенно не против, чтоб их имели. Так что статус «сексапильной леди» наконец-то стал прирастать к моей коже как вторая, правда, радости теперь это не приносило. Местами терло, где-то висело, и я все также оставалась недовольна собой и тем, что из себя лепила.

По мере изучения извращений, творящихся под носом, с меня слетала невинность. Я не верила в справедливость, видя, как все проблемы и перекосы решаются деньгами и связями. Надежда на чудо растаяла, когда душу до краев заполнил цинизм и сарказм.

Лучшей иллюстрацией моей жизни за полгода стала поговорка: «С волками жить – по-волчьи выть». Зато теперь никакой форс-мажор в клубе не ранил моё бронированное сердце, а зарвавшихся клиентов, будь они ВИП или недоВИП, отбривала одной фразой, научившись без промаха бить в больное место.

За это время Олег соизволил навестить нас только один раз. Через месяц, как я официально устроилась в ВИП, он приехал без предупреждения, а Вика успела меня предупредить о госте. Тогда же она меня и прикрыла, так что в тот вечер мы с ним даже не пересеклись.

Но для меня эта встреча снова стала знаковой. Роковой, можно сказать.

Я сидела за мониторами, которые установили в оборудованную комнату для администраторов сразу же после моего изнасилования, наблюдала за общим залом, иногда поглядывая в ВИП-зону. Олег расслаблено сидел за столиком с партнерами, курил, пил крепкие напитки и что-то обсуждал. В общем, скучно проводил время, хотя клубные девочки крутили перед компанией задницами куда старательнее, чем обычно. Виктория ни на секунду не отходила от столика и именно по ней я и поняла, что под столом творится отдельное представление.

И я не могла оторваться от монитора, со смешенным чувством омерзения и шока, наблюдая, как Олег приподнимает бёдра, застегивает ширинку и берет в руку собачий поводок.

Боже мой, ему там собака вылизывала?

Но когда Олег потянул кожаный поводок, из-под стола показалась женская головка. Девушка так и стояла на коленях у его ног, покорно опустив голову, пока он не похлопал рукой по дивану рядом с собой. Только тогда она перетекла с пола на диван, поджала под себя ноги и прислонилась к спинке, чтобы не мешать, и как мне показалось, не отсвечивать при мужском разговоре.

- Что это? Кто она такая? – вопросы сыпались из меня, не давая Виктории вставить даже слово.

- Это его рабыня. Неужели ничего про них не слышала?

- Про «них»? Так у него она не одна?

- Нет, она одна, но они меняются каждые три-четыре месяца, пока ему не надоедят. За два года работы на Ларису, я наверное штук восемь видела… Если уж у хозяина такие причуды, то можно подыграть и сорвать джек-пот.

Мечтательный тон Виктории меня смутил, но та, заметив реакцию, быстро ввела в курс дела.

- Ой, не строй из себя ханжу! Место его питомца – самое престижное. На эту вакансию знаешь какой конкурс?

- Нет.

- Не пробиться.

- Ты пыталась? – я не смогла скрыть удивления и брезгливости к интересу в такой вакансии.

- Семь раз. Как только въехала в тему – не пропускала ни одного корпоративного объявления на место. К нему берут только работающих в корпорации. И все равно на пробах не протолкнуться.

- Пробах?

Но, кажется, Виктория не собиралась вдаваться в подробности, зато отметила, что поползав пару месяцев у Олега в ногах, можно было до пенсии обеспечить себе будущее.

- Я точно знаю, что одна открыла кафе в Париже, я на ее инстаграм подписана. Еще одна переехала в Нью-Йорк и работает на подиуме. Про остальных информации не так много, но никто не остался в столице! Там такие бабки отстёгивают, что ты просто переворачиваешь страницу альбома и начинаешь жить по-новому. Круто начинаешь жить, вот.

Я только поджала губы, потому что с ценностями Виктории новая жизнь от теперешней, наверное, мало бы отличалась. Хотя «причуды» владельца меня действительно поразили.

За полгода я случайно узнала и о нелегальном бизнесе Олега. Он не стеснялся грести деньги изо всех углов, как-то выворачиваясь между законниками и группировками. Об этом не говорили на каждом углу, но часто наблюдая сходки «особых» гостей в подконтрольную мне зону и наводя потом справки в интернете и соцсетях, кое-что сопоставить было можно.

Я не планировала резких жизненных перемен, заранее задав себе целью проработать в клубе год, а потом попробовать поискать место в агентстве или в серьезной большой корпорации. Все же пусть небольшой, но опыт администратором в ночном клубе дал бы мне надежду на хорошо оплачиваемое место.

Квартиру я все также делила с девчонками, вот только коммуналка на то и коммуналка, что каждые два месяца у нас происходила частичная ротация сожительниц. И все бы ничего, но пару раз за полгода мы всей компанией налетали на непорядочных девиц. Одна оказалась наркоманкой и прилично всех нас общипала, пока мы ее не поймали. Вторая просто брала, что плохо лежало, оправдывая, что раз никому не надо, она найдет применение.

А мне как-то не хотелось тратить деньги на съем отдельного жилья, я отлично наладила хранить костюмы в раздевалке, периодически сдавая их в химчистку, косметику и парфюм носила в сумочке, а зарплату складывала на карточку. И за полгода там накопилась приличная сумма в три мои зарплаты. С таким кэш-бэком мне не страшно было потерять работу в одночасье, хотя я к этому и не стремилась, но всякое же может случится: очередная облава на клуб, или, не приведи черт, пожар, или Олега убьют в очередной разборке, или посадят. Почему нет? С его бизнесом такое могло произойти в любой момент.

Но пока я борзела, набиралась опыта и копила деньги.

- Капец, там такой мэ-эн! – Виктория ворвалась в раздевалку и торопливо стала поправлять макияж и освежать помаду.

- Где?

- В ВИПе. Я тебе скажу, дородный. Родословная за версту чувствуется. Он мой!

- Да, пожалуйста.

Я помогла переодеться ей в латексный корсет и со смехом выпроводила на подвиги, сама привычно отправляясь в обход. Сашка после последних перестановок порывался уйти, но мы с Ларисой уговорили его остаться, поставив старшим над приватами. Иногда там случались непотребства, в которые вмешательство девушек-администраторов только разжигало огонь, требуемый погасить. А вот Сашка справлялся с ситуациями виртуозно.

Сегодня я точно могла начало вечера пропустить, но зная, что Вика, как только подцепит дородно-родословного мэна, сразу с ним свалит, выжидала, чтобы заступить на дежурство в ВИП. Только вмешаться пришлось раньше.

- Я не заказывал интим-услуги.

Тон возмущения от клиентов для меня как сигнал к действию. Я поспешила на голос и застыла в проходе увидев… Даже не знаю, от кого меня так парализовало. То ли от того, что пытались отшить нашу Викторию в ее «стопроцентном» корсете, который осечек не дает. То ли от того, кто пытался отказаться от нее. Парень действительно был... вау! Таких, наверное, делают исключительно в условиях искусственного отбора. Выбирая идеальные яйцеклетки с безупречными ДНК, внедряя в совершенную суррогатную матку, и все девять месяцев контролируют развитие плода.

В общем, парень был действительно сногсшибательный и отмахивался от Виктории и ее услуг.

- Ты гей?

А вот это уже красный свет! Я подорвалась, отпихивая Вику, разворачивая её к выходу из зала и пытаясь через плечо загладить грубость, извиниться перед клиентом.

- Мы всё компенсируем! Одну минуту. Никаких проблем. Все за счет заведения!

Сдав обиженную и упирающуюся Викторию секьюрити, я вернулась в зал и жалко, подобострастно, как только могла, потому что долго училась перед зеркалом, заулыбалась, рассыпаясь в извинениях.

Интересно, кем он может быть? Костюм дорогой, заказал хороший виски, часы брендовые. Может быть кем угодно. Даже чиновником, чему я не удивлюсь.

- Даже попробуем удовлетворить любое ваше желание. В разумных пределах, естественно.

- Мальчиков подгоните, если я действительно гей?

- Что, простите?

Вот к такому повороту я никогда не готова. Ну не может идеальный вау-парень быть гомосексуалистом! Или может? Но это же такая утрата!

- Ну-у… если вы действительно…

- Нет, я пошутил. А какие обычно вам озвучивают желания?

Я растерялась, развела руки и вспомнила из последних:

- Девочек…

- Это отпадает, у меня как раз на этой почве испортилось настроение. Что еще?

- Виски?..

- Снова мимо, уже заказал и оно меня устраивает.

- Черную икру?

Господи, наш диалог походил на какой-то бред. В конце концов, я все равно презентую ему такую же бутылку виски из бара, запакованную на вынос, и дело замнется. Но вот вау-парень засмеялся, и мои мозги снова съехали набекрень.

- А кофе у вас попросить можно? Молотое, черное и крепкое?

- Т-та, - блаженно улыбаясь промямлила я, понимая, что самолично сейчас помчусь варить ему кофе.

- Тогда несите.

- Сейчас будет исполнено.

- И возвращайтесь, - он смотрел на меня и улыбался.

Я как по облакам долетела до стойки, отодвинула бармена и, бросая на гостя взгляды, приготовила свежий кофе из пачки «для злого босса». Там отличные зерна, я сама пробовала. Парень не сводил с меня глаз и мне это так нравилось. В ногах появилась предательская слабость, а внизу живота вдруг стало сладко постанывать, хотя за все время с потери девственности, я как-то забила на свои сексуальные потребности. Не то чтобы их не было, но ни в коммуналке, ни на работе я никогда не оставалась одна, чтобы что-то с собой сделать. А тех коротких минут в ванной мне перестало хватать для разрядки. После изнасилования что-то безвозвратно изменилось. Внутри появилась сосущая пустота, которая требовала заполнения, и моих пальцев прожорливой вагине было явно недостаточно.

И вдруг сейчас от взгляда идеального мэна что-то проснулось, очнулось и расправило крылья, наполняя эту пустоту какими-то сказочными трепыханиями. Тепло изнутри выпирало наружу распрямляя мне плечи, делая походку изящной, манящей, сексуальной…

- Это мне? Очень предусмотрительно.

Кто-то нагло перехватил меня за талию, выхватывая из рук блюдце с чашкой кофе моему прекрасному незнакомцу. Я с раздражением оттолкнулась от охреневшего посетителя, сдвинула брови, чтобы поставить наглеца на место и… осеклась.

Все еще прижимая меня за талию к себе, Олег Константинович спокойно пил кофе, прищуривая глаза и разглядывая меня сквозь ресницы.

Я поперхнулась и закашлялась, непроизвольно уткнувшись в его пиджак.

- Вкусно, - выдохнул Олег мне в волосы, и я снова попыталась отодвинуться.

Теперь он позволил, сунув мне в руки пустую чашку, развернул к бару и поддал ладонью по заднице для ускорения.

Я как во сне добрела на деревянных ногах до стойки и только там решилась обернуться. Но владелец и вау-парень бесследно пропали.

***

Но, на моё счастье, вечер еще не кончился.

Пережив лёгкий стресс от разборок с Викторией и отговорившись от наезда Ларисы, я вернулась в зал, взобралась на высокий барный стул и вздрогнула от глубокого голоса за спиной.

- Очень хотел бы продолжить знакомство, но боюсь, что моё внимание не понравится вашему руководству.

Я поспешно обернулась, чтобы сразу же узнать вернувшегося вау-парня. Непроизвольно улыбка растянула моё лицо, хотя эта искрящаяся радость была крайне непрофессиональна, но я не могла сдержаться. Изящно соскользнув со стула и с благодарностью приняв поддержку клиента, я эффектно щелкнула пальцами в сторону бармена и он немедленно передал мне упакованную бутылку виски. Да, тот самый обещанный мною презент. На всякий случай я его все же приготовила. И интуиция меня не подвела.

- Вот это неожиданно, - искренне улыбнулся парень, - и приятно. Я сомневался, но теперь рискну…

Не совсем поняла его пассаж рукой во внутренний карман пиджака и попытку сунуть мне в ладонь карточку.

- Это подарок, за счет заведения. Платить не надо.

- И не собирался. Заберу бутылку в компенсацию невыпитого кофе. Здесь моё имя и номер. Личный.

Ух. Моё сердце пропустило удар и вдруг с усилием стало нагонять ритм.

- Я не думаю… Постойте, - мне кажется неуверенность отразилась на моем лице, - мы с вами снова увидимся здесь. Я почти каждую ночь в клубе.

Вау-парень смотрел куда-то поверх моего плеча, едва касаясь пальцами талии и чуть-чуть поглаживая.

- Боюсь, я не постоянный клиент в этом клубе, к тому же не думаю, что твой хозяин позволит нам познакомиться поближе.

Теперь он смотрел на меня сверху вниз все благодаря своему внушительному росту.

- А в отличие от предложения твоей напарницы, твое мне хочется принять.

По-моему он слишком торопится! Не помню, чтобы я что-то обещала вау-парню.

- Я еще ничего не предлагала, - насмешливо осадила его, вздернув бровь и сложив на груди руки. А это я научилась делать виртуозно. У меня и так примечательная грудь, но если ее снизу вот так ненавязчиво приподнять, то я моментально переключаю все внимание зрительного зала на свое декольте.

Вот и теперь парень просто утонул взглядом на моей груди, с трудом сглотнув, чтобы ответить.

- А кофе? Ты все еще должна мне.

Тут не поспоришь. Я опустила руки и захохотала. Только хотела предложить повторно сварить кофе, как вау-парень, скривившись кому-то за моей спиной, поспешно попрощался, выразив надежду, что дождется звонка.

Я облокотилась на барную стойку, продолжая смотреть вслед убегающей мечте и вертя между пальцами визитку. Как только парень вышел из зала, я с улыбкой «познакомилась» с Павлом Прохоровым, шепотом попробовав его имя на языке.

И тут же вздрогнула и застыла, почувствовав чьи-то руки у себя на талии.

- Вряд ли попытка раскрутить клиента на интим поможет тебе успешно пройти испытательный срок.

Олег.

- Какой еще испытательный срок? – не удержала я вопроса, выворачивая шею, чтобы заглянуть в глаза владельцу.

Олег прижал меня к себе одной рукой и выхватил визитку другой. Я пискнула и попыталась отобрать, но куда там.

- Это моя, отдайте!

- Не твоя. Или тебя зовут Павел? Нет? Значит, не твоя. За мной. В приват.

- З-за что?

- Заканчивать твой испытательный срок, - усмехнулся Олег Константинович, комкая визитку Павла и щурясь от дыма сигареты, зажатой в уголке рта.

Наша вторая встреча снова походила на абсурд. Какой еще испытательный срок, если мой трудовой договор подписан уже полгода назад?!

- У меня больше нет пропускного для продвижения по карьерной лестнице в вашем клубе. Тот был одноразовым, Олег Константинович, - попыталась съязвить я, вот только голос выдавал мой испуг и напряжение. Я до тошноты боялась оказаться с ним в привате.

За полгода как-то пережила и смирилась с тем, что меня поимели и даже попытались компенсировать такой секс предложенной работой. Но я ничего не могла сейчас сделать с охватившей меня паникой, возрастающей по мере приближения к свободной комнате.

- Мы просто поговорим, да? – наверное, Олег каким-то чувством, если они у него есть, уловил мое состояние. Вот только легче мне не стало. И ему пришлось силой вталкивать меня в приват, надавив на спину между лопаток.

- Присядь.

- Что, теперь как люди, на диване будем «говорить»? А то можно послать за стремянкой…

Тут из меня вылетел истерический хохот и я заткнулась, понимая, что на очереди рыдания. Что же я как расклеилась? Ну не отсосать же он меня попросит? Хотя зачем ему просить – заставит.

Снова оборвала вырвавшийся смешок и сцепила руки, чтобы не так дрожали.

Что за ерунда со мной происходит? Я уже не девственница, у меня был секс, причем с ним же был, мне нечего бояться. Но как бы я не пыталась быть логичной и рассудительной, вздрогнула, когда он подошел ко мне и поднял лицо за подбородок.

- Ты меня боишься? – он удивлен, реально всматривался в мое лицо, удивляясь реакции.

- Вот еще!

- Ты боишься! Огрызаешься, истеришь… Что-то не стыкуется. Зачем было бежать в участок, угрожать мне статьей, если ты меня боишься?

- Может потому, что насильникам именно в участке самое место?

- То есть, ты туда побежала не для того, чтобы прижать меня? Заставить жениться или откупиться?

Я вытаращила глаза. Кто в здравом уме будет писать на него заявление в изнасиловании, а потом требовать взять в жены?

Олег хмыкнул и отпустил меня, обойдя низкий столик-подиум и устраиваясь на диванчике напротив.

- Знаешь, что самое странное?

Он не ждал ответа, вальяжно развалившись на диване и закинув ноги на столик, он закурил и сквозь дым разглядывал меня.

- Я все еще хочу тебя…

Не смогла сдержать испуганный стон и отодвинулась от него подальше, вжавшись в спинку дивана.

- Я бы сейчас выпила, - просипела внезапно севшим голосом. Мне для аутотренинга точно необходимо было расслабиться. И если это его признание означает, что мы сейчас повторим, то мне надо не просто расслабиться, а надраться как следует!

- Ты на работе. Пить можно не в рабочее время.

Да что он говорит? Владелец клуба вообще знает, по каким правилам его сотрудники в клубе работают? И насчет выпивки и насчет интима с клиентами? Он как с другой планеты свалился.

- А трахаться значит в рабочее время можно? Или главное, чтобы не с клиентом?

- Снова язвишь? Странная манера защищаться. Не пойму, нравится мне или раздражает?

И мы на некоторое время замолчали. Он не делал попыток развести мне ноги и вклиниться между ними, а я немного приходила в себя, чтобы дать отпор, если придется.

- Ты… странная.

Фыркнула. Это я-то странная? И это говорит парень надевающий ошейник на шею подруги!

- Тонкая, изящная, сексуальная, когда рядом с тобой ничем не примечательный парень.

Я снова не сдержалась, потому что поспорила бы по поводу характеристики Павла. Даже Вика, отсосавшая не один член в этом клубе, сразу тавро на него поставила. Хотя на вкус напарницы не стояло равняться, она и к этому мудаку ни одной пробы не пропустила.

- Но стоит мне подойти ближе и дотронуться до тебя – становишься деревянной, неуклюжей. Лишаешься всякой грации.

Опять фыркнула, теперь возмущенно. Я точно так не делала. Я не такая.

- Прекрати плеваться. Я не договорил.

Олег погасил сигарету и поддался вперед, упираясь локтями в колени и нависая над столиком.

- Меня это заводит.

Ух. Ты. Блин. И что мне делать с полученной информацией?

- Я думал, мне понравилась твоя девственность, но три испорченные мной девчонки не вставили так, как ты. Я пробовал брать грубо…

- Ты мне сейчас признаешься в массовых изнасилованиях, что ли? – обалдела я.

Олег скривился, но кивнул, что окончательно лишило вечер реальности происходящего.

- Это быстро приедается. Дело не в девственности и не способе ее лишения. Дело в тебе. В том, как ты вздрагиваешь, как превращаешься в сосульку, даже как огрызаешься – от этого мне сносит крышу. Потому что я знаю, какой ты умеешь быть. Я наблюдал за тобой.

Пока этот змей шептал свои гадости, он перебрался ко мне и теперь стоял на коленях надо мной, перехватывая волосы и натягивая хвост, пока я не запрокинула голову и не уставилась на него снизу вверх.

И снова как дежа-вю. Мужчина смотрел на меня сверху, только теперь я не восхищалась его ростом и статью, а тряслась от страха и собственной беспомощности.

- Вот как сейчас. Ты молчишь, ничего не делаешь, а у меня торчит колом.

Олег просто прижал меня к спинке дивана бедрами, так что я грудью почувствовала через штаны его каменный член.

- Пожалуйста, не надо, - жалко всхлипнула я, а он выругался, снова вжав в меня бедра, словно собираясь пришпилить членом к дивану.

- Как ты это делаешь, блядь? Ты не представляешь, как я хочу тебя сейчас выебать …

Все это он шипел сквозь зубы, продолжая тянуть за волосы, так, что мне пришлось выгнуться, чтобы не остаться без них.

- Мы же только поговорить хотели? Только… Ой! Поговорить.

Глаза заслезились от боли, и я зажмурилась, понимая, что сейчас вцеплюсь ему в яйца, и будь что будет. Но, кажется, Олег тоже это понял, потому что резко отпустил и слез с меня, нервно прикуривая очередную сигарету.

- Да-а, - протянул он, выпуская дым через нос, - у меня для тебя есть предложение. Ты точно зарекомендовала себя на испытательном сроке, и я перевожу тебя в офис.

Что-о?!

- Я откажусь.

Он хмыкнул.

- Что? Я не хочу работать в офисе с вами. Мне нравится работать администратором. К тому же это по специальности.

И он просто захохотал. Я подождала, пока закончится его смех, но Олег вдруг заговорил совершенно серьезно, не дав мне вставить даже слово.

- Ты, правда, думаешь, что твои «хочу» будут учитываться? Давай я по доброте душевной дам тебе два варианта развития событий, и ты выберешь. Будем считать это моим подарком к началу отношений.

- Итак. Я могу заставить тебя физически. Но проблема в том, что ты лишишься своей уникальности и станешь очередным запуганным до смерти зверенышем. Поэтому у тебя будет выбор. Ты можешь сейчас согласиться и стать моей… гхм… нижней.

- Рабыней?

- Не совсем, хотя в чем-то да…

- Благодарю за столь щедрый выбор, но нет.

- Я не договорил, - мне не понравилась его хищная улыбка. – Или ты сама согласишься, или я помогу тебе захотеть, и ты все равно ей станешь. Моей. Нижней.

Господи, неужели он верит в то, что говорит? Чтобы я захотела сама стать его питомцем? Да никогда!

Я отказалась, он ушел и все закончилось. По крайней мере, в тот вечер. А потом, не успела я расслабиться и списать все на пьяную невменяемость хозяина, раздался звонок со скрытого номера.

- Да?

- Не думал, что так сложно будет заставить принять тебя предложение.

- Олег Константинович?

Я еще раз отняла телефон от уха и лишний раз убедилась, что входящий номер не определен.

- Что-то случилось?

- В том-то и проблема, что многое могло случиться, но негде и не с чем. Как так получилось, что в двадцать три года ты образованная девственница не заимела никаких точек стимулирования, а?

- В смысле?

- В прямом. У тебя нет кредитов – и срочным возвратом не прижать. Нет машины, которую можно подставить в ДТП с серьезным ущербом. Ты живешь в муравейнике, что вас даже выселить на ночь будет геморроем. Что еще?

- Не знаю… Налоги проверьте, приставов?

- Ты меня учишь? Серьезно? Первым делом. Но там несерьезный штраф в полторы тысячи и он никак не разбухнет до полутора миллионов…

Я в этот момент как раз снимала с плиты чайник, чтобы заварить себе кофе, так и застыла между плитой и столом.

- Какой еще штраф? За что?

- За несвоевременно сданную отчетность.

- Какую… Подождите, я ничего не сдавала!

- Вот за это тебе и выписали штраф, заочно осудили и приговорили к выплате. Года полтора назад, когда ты продала участок земли в Краснодарском крае.

Наверное, Олег принимает препараты, потому что нельзя быть таким хаотичным и нелогичным.

- Знаете, я, наверное, положу трубку и в следующий раз не буду ее брать.

- Не торопись, я не договорил.

- Вы не мне говорите, а Ларисе. Это она в вашем прямом подчинении, а не я.

Пауза в разговоре меня порадовала. Недолго, но все же.

- Ты не передумала перейти в мое прямое подчинение ?

Зачем он выделил последние слова интонацией?

- Нет.

- Тогда, я увольняю тебя из клуба и блокирую все карты, дебетовые и кредитки.

- Что?

- Заодно вам повышают аренду на вашу коммуналку, хозяйка через десять минут узнает, во что вы превратили респектабельную квартиру и очень расстроится…

- Вы не имеете…

- Еще все твои личные вещи… В клубе… Не знаю, что там случится, но ты остаешься без гардероба.

- Мудак.

- Что?

Я молча скрипела зубами в трубку, понимая, что вряд ли смогу повторить.

- Есть определенные правила, которые нельзя переступать со своим хозяином. Но в первый раз я готов сделать вид, что не заметил.

- Вы мне не хозяин.

- Ты хорошо подумала? Потому что если я сейчас не получу твоего согласия, то переключусь на тётку в Краснодаре. В отличие от тебя, у нее много ниточек, за которые можно дёрнуть, чтобы скрутить в узел.

Сердце сжалось. Я, как последняя бесчувственная тварь, совершенно забыла о единственном близком человеке, который у меня еще остался на этом свете. За полгода я позвонила ей только пару раз, причем быстро ответила на дежурные вопросы и даже не поинтересовалась как у нее дела.

- Что с ней?

Это мой голос? Я его совершенно не узнаю.

- Пока всё хорошо, но если я не получу от тебя нужного мне ответа, то уже завтра её положение резко ухудшится.

- Я готова поговорить.

В телефоне раздался неискренний смех.

- Мы уже разговариваем. Ты, кажется, не поняла, что мне от тебя нужно.

- Почему же, поняла. Не считайте меня тупой. Но хочу вам напомнить, что у меня есть выбор…

- Был.

- Нет, Олег Константинович, есть. У меня есть условия.

Я кожей чувствовала его молчаливое удивление на том конце трубки. Вряд ли он предусмотрел, что я поинтересуюсь правилами после нашего разговора. А я погуглила. Не скажу, что все поняла, но кое-что о нижних и девушках в ошейниках накопала. Еще соотнесла Олега с ролью доминанта и попробовала классифицировать его нездоровую тягу к извращениям. А главное, я усвоила, что в Теме есть правила ! И они касаются не только нижних, но и доминантов.

Как хороший хозяин, желающий заполучить себе игрушку, Олег обязан согласиться на мои условия… Ну или по крайней мере оговорить их.

- Хорошо.

Я ждала этого слова. Не скажу, что была уверена, но ждала.

- Приезжай.

- В клуб?

- В офис. Я не шутил. В клубе ты больше не работаешь.

***

Мы сидели напротив друг друга в просторном кабинете, поделенным условно на зону для неформальных встреч, с двумя диванами, столиком, минибаром, и рабочую зону, где стоял массивный стол с длинной широкой приставкой.

Никакого минимализма в интерьере, все «дорого-богато». Минибар – это не маленький столик с выбором напитков, а стойка на одного бармена со всей приблудой для создания коктейлей и свежесваренного кофе в сто-пятьсот вариантах. Мини – потому что на одного бармена. В клубе у нас, например, по двое-трое работают. А тут всё «по-простому» для создания уютной атмосферы для своих.

Никаких ворсистых ковров, никакой зелени в кадках, хотя вместо одной стены установлены огромные панорамные окна и света хватало.

- Ты же понимаешь, что я все равно получу твое согласие?

Я кивнула, пытаясь сосредоточиться на его лице, а не на клетке, стоящей в углу кабинета.

- Тогда ты просто оттягиваешь неизбежное. Согласись?

- Раз ты сам сказал…

- Вы.

- Что?

- «Раз вы сами сказали». Не переходи на «ты», я все еще твой начальник.

Я хмыкнула. Очень спорно, кто-то же час назад уволил меня из клуба, но еще не принял в… как это обозначить? Секс-рабство?

- В общем, раз наше с вами тесное сотрудничество неизбежно, то мне необходима недолгая пауза.

Он скептически приподнял бровь и вид стал до невозможности лукавым.

- Зачем?

- Чтобы познакомиться поближе.

- Согласись, и мы моментально начнем знакомиться ближе.

- Олег Константинович, вы просто наденете на меня ошейник и будете трахать?

Молчаливое подтверждение небрежным кивком.

- Сколько раз в день? Где? Как долго?

Он пожал плечами.

- А клетка для кого? Мне придется прилюдно делать вам минет? А если я не захочу? И что будет потом, когда натрахаетесь? Где все те девушки, которые были до меня?

- Слишком много вопросов и меньше их не станет, даже если я дам тебе время свыкнуться с мыслью…

- А я считаю по-другому. Вам же нужно мое добровольное согласие?

- Не совсем, - он закурил и спокойно разглядывал меня сквозь дымку. – Если тебя принудить согласиться, я все равно получу то, что хочу.

Вот тут я подобралась и даже поддалась к нему:

- А что вы хотите?

Вопрос его явно подвесил, или он не хотел раскрывать мне все секреты, но Олег просто съехал с темы.

- Ты говорила про условие. Что за условие?

- Я соглашусь, если вы, Олег Константинович, дадите мне возможность познакомиться с вами, лучше узнать, - и возможно, потеряете интерес к моей персоне, вдоволь насмотревшись.

Но последнее я не озвучила, достаточно того, что проявила интерес к «хозяину» и его зрачки засверкали в прорезях прищуренных век.

- Я не рассматривал такой вариант. Как ты себе это представляешь?

- Поработаю в офисе, присмотрюсь к вам, узнаю, что вы любите, от чего раздражаетесь. Мне же важно знать, как сделать хозяину приятное…

- Оу-уу…

Олег сполз с дивана, шире расставив ноги и явив мне своё «оу», бесстыдно выпирающее через брюки.

- Но пока я привыкаю, - продолжила я, стараясь не выдать голосом накатывающуюся панику, - мы не занимаемся сексом.

- Черт, а звучало так заманчиво…

Господи, неужели не согласится?

- Пожалуйста? Мне нужно время, чтобы настроиться на постоянные потрахушки… Я просто не смогу сразу…

- Вот тут притормози. Когда у тебя в последний раз был секс?

- Э-ээ…

- Ты покраснела… Ксения, ты трахалась после меня?

Черт. Я опустила голову, чтобы не смотреть в его испытывающий взгляд.

- Твою мать!..

По интонации я поняла, что он ошарашен.

- Я… согласен дать тебе время, но не дольше недели…

- Двух!

Он скривился.

- У меня все равно цикл начинается со следующей.

- Блядь. Ну, ладно. Две недели. Но со встречным условием.

- Каким? – еще, к черту, дополнительным условием? Он и так меня растянул на барабане.

- Эти две недели секса у тебя не будет ни с кем!

Пфф! Тоже мне условие!

- Согласна, - я заулыбалась, потому что получила фору в две недели. А уж за это время я что-нибудь придумаю. Или Олег передумает.

А может его грохнут за две недели. Ведь это целых полмесяца!

***

Бариста.

Шикарный карьерный рост. Но теперь я всерьез переживаю, какая запись появится в трудовой через две недели. Проститутка-любительница? Нижняя гангстера? Личный помощник в поднятии общего эмоционального тонуса?

В общем, на утро у меня было три проблемы. Куда распихать гардероб из клуба, как избавится от Олега за четырнадцать дней и как уговорить отдел кадров не портить мне карьеру последующими двумя записями в трудовую?

Мой рабочий день начинался в девять, а вот Олег Константинович, «шеф», а не хозяин, по словам Кати, его секретаря, начинал день по разному. Мог вообще не покидать офис, мог явиться к обеду. Хотя чаще приезжал между десятью и одиннадцатью часами утра.

Катя оказалась очень позитивным и правильным что ли человеком. А ведь меня посещали мысли, что вокруг чудовища в принципе не могут держаться хорошие люди. Я в каждом искала червоточину. И в себе.

Раз Олег воткнулся в меня, значит, во мне тоже что-то гнилое есть. В его интерпретации – развратное, порочное, извращенное. Но до столкновения с ним, ничего подобного я за собой не замечала.

- Все что тебе надо - находится за левой дверью. Там два помещения: хранилище и санблок. Пополнять запасы будешь раз в месяц, заранее составляя мне список и названиями товара, количеством и указанием остатков на момент составления заявки.

Я кивала и ходила следом за Катей, внимательно разглядывая все, что она мне показывала.

- А за правой дверью что?

- Уборная шефа.

- Уборная?

- Тебе туда нельзя.

Катя оставила меня в кабинете Олега и ушла в приемную готовиться к началу рабочего дня. Я залезла носом в каждый пакетик с кофейными зернами и решила побаловать себя утренним капучино.

И только сделала первый глоток, как дверь распахнулась и, цокая высокими каблуками, вошла тонкая абсолютно голая девушка. Вот так. Голая девушка в высоких ботфортах на шпильках.

- А ты кто такая?

И это выдала не я. Отставила чашку с кофе и еще раз осмотрела девицу. Это не та, которую я видела в клубе. Но голая и в кабинете Олега – значит, новая рабыня, питомец. И что это она развыступалась? Разве мы не должны быть с ней в одной лодке против мудака Олега?

- Я новый бариста.

- Н-да? Похер. Налей мне побыстрее вискаря, сразу двойную дозу.

Как по-разному начинаем мы утро! Может, через две недели я тоже предпочту виски, а не капучино?

- Замёрзла?

- Чего? А, это… Нет, только что стянула шмотки. Лишь бы следы от резинки трусов исчезли до его прихода.

- Так вы не вместе? – удивилась я, протягивая ей бокал.

- С чего бы? У меня такая же работа. Иногда со сверхурочными и дополнительно оплачиваемыми часами.

Она разом опрокинула в рот виски, выдохнула и замахала ладошкой.

- Лимон! Живее!

Ну, обалдеть! Достала, отрезала, понаблюдала, как девица забавно передернулась, от чего множество стилистических каштановых кудряшек синхронно подпрыгнули.

- Теперь мяту. Если он учует запах – убьет!

- Зачем же ты выпивала, если боишься, что убьет?

- Не меня убьет – тебя. Это ты мне налила и напоила, с тебя и спрос. А я что? Безвольная рабыня, удовлетворяющая все прихоти хозяина.

Вот теперь она изящно присела за стойку, отклячив приличный зад, и в голосе появились мурлычущие нотки.

Ну ничего себе заявочки.

- А имя у тебя есть? Или рабыням имена не положены?

Она поморщилась:

- Жанна. Но в его присутствии не советую об этом вспоминать. И вообще обращаться ко мне не советую. А тебя как?

- Ксения.

- Прими добрый совет, Ксюха. Не старайся привлекать его внимание, этого кобеля нереально удовлетворить. Засветишься – тоже разденет и будет иметь каждый час. Мне тогда халява, будем сосать по графику. Но выдержишь ли ты?

Кажется, я побледнела. По крайней мере, голова закружилась и подкатила тошнота.

- Каждый час? Такое возможно?

- А он не кончает. У него какая-то проблема. Член часто встает колом, а кончить не может. Помню семичасовой марафон…

Тут она резко заткнулась, соскочила со стула и встала на четвереньки, низко опустив голову, касаясь лбом мраморной плитки пола.

- Отлично пахнет кофе.

Я вздрогнула, резко обернувшись на дверь. В проеме стоял Олег. К счастью одетый!

- Д-доброе утро, - пролепетала я.

- Неуверен. Сделай кофе, - коротко бросил мне, поедая глазами, потом перевел взгляд на Жанну. - Детка?

Та, не поднимая головы, каким-то образом посмотрела на хозяина. Черт, вот это выучка.

- За мной.

Олег прошел в уборную, а Жанна на четвереньках поползла за ним.

Так. Значит, туда мне все таки можно будет, но раздетой и на четвереньках?

И вот тут первоначальное любопытство насчет уборной окончательно развеялось. Я обойдусь и без этого удовлетворения!

***

День на удивление прошел… скучно. Обыденно как-то. Я больше шокировалась от поведения Жанны, чем Олега.

Она сидела у ног хозяина, томно переползая на коленях от диванной зоны к рабочей. После обеда вообще уснула, сидя попой на полу и положив руки на диван под голову.

Олег трудился, практически не прекращая вести переговоры, то с посетителями, то по телефону, то вызывая сотрудников… За день у меня создалось впечатление, что он управляет как минимум целой империей.

Кнопка «выкл» сработала у Олега после пяти вечера. Вдруг перестал вибрировать телефон, перестала вбегать и выбегать Катя, закончились потоки просителей, а Олег дёрнул рубашку за воротник, одним движением ослабляя галстук и срывая первые несколько пуговиц, и развалился на диване напротив моей барной стойки.

- Кофе? – поинтересовалась я.

- Выпить, - просипел он. – Сделай что-нибудь для горла.

Я усмехнулась. Можно, конечно, сейчас высказать, что бариста не бармен и коктейли делать не обязан. Но мне стало его жалко. Кто бы мог подумать, что Олег так напрягается, что он действительно не только девчонок трахает, но еще и работает!

Поэтому нагрела чайник, приготовила марроканский чай и поставила на столик перед ним. Олег все это время лежал с закрытыми глазами и не реагировал на звуки и передвижения, даже когда Жанна в очередной раз переползла от кресла к его ногам. Но как только я наклонилась над столиком и беззвучно опустила на салфетку чашку горячего чая, его глаза открылись, моментально погрузились в вырез моей блузки, и заблестели.

Наверное, шарить глазами по телу – это заразно. Потому что я тут же перевела свой взгляд на шкалу измерения либидо хозяина. Да, на ширинку. Теперь определенно сверкание глаз Олега будет у меня ассоциироваться с явно обозначенным через штанину членом, толстеющим, распрямляющимся и натягивающим ткань брюк…

- Что это?

Я покраснела…

- Эрекция.

Олег откинул голову и засмеялся.

- Я про чай. Что в нем?

Вот теперь я действительно покраснела.

- Мёд, лимон, корица, гвоздика, мята и черный чай.

- Звучит вкусно.

Он не сводил с меня прищуренного взгляда, пока мелкими глотками пил из чашки. Я стояла перед диваном, нервно сцепляла пальцы и старалась унять дыхание.

- Спасибо.

И вот тут можно было бы расслабиться, но Олег, поставив пустую чашку на столик, взялся за ремень, расстегнул его и потянул за собачку молнии.

Черт, он же не собирается?..

Сердце предательски заколотилось в районе горла, в глазах потемнело и я покачнулась, остро чувствуя необходимость сесть.

- Думаю, на сегодня твой рабочий день закончен, - вдруг обратился ко мне шеф. – Можешь уйти.

И я не медлила ни секунды, выбегая из кабинета в приемную, где Катя любезно выделила мне место в шкафу, для раздевания, когда услышала короткую команду Олега:

- Молчи и глотай глубже. Давай, детка… Так… Да…

У меня не было сомнений, чем сейчас занимался Олег с «деткой». Как можно так быстро перейти из состояний «я устал» в состояние секс-машины? Но счастье, что он догадался меня отпустить, прежде чем вбиваться в рот Жанны.

***

Зря я примеряла над головой Олега нимб. Уже со следующего дня все резко изменилось.

Жанна пришла не в настроении. От нее я узнала, хоть мне вообще знать не положено, но так сложилось, что хозяин так и не кончил. Теперь Жанна всерьез опасалась, что Олег будет злым и жестоким. А я сочувствовала, потому что, если он заболел, то будет еще и раздражительным.

Олег Константинович полностью оправдал наши ожидания, и даже Катино, что шеф выглядит очень «напряженным и неудовлетворенным». При этом Катя осуждающе поглядывала на Жанну. А что, раз она отвечает за удовлетворение шефа, то должна лучше стараться, а не выуживать у меня запрещенную порцию виски.

А вот к тому, что происходило дальше, я оказалась не готова.

Кабинет наполнялся мужчинами, как я потом узнала, руководителями разных отделов, все чинно рассаживались за длинным столом. Я разносила напитки, кому кофе, кому газировку, кто-то просил чай. Олег дал распоряжение приготовить «вчерашнее» и жестом загнал голую Жанну в уборную.

Когда все места за столом оказались заняты, я перед каждым расставила заказанный напиток, Катя разложила рабочие материалы, дверь уборной распахнулась и Олег на руках вынес связанную Жанну с кляпом во рту.

Веревка перетягивала ее запястья за спиной, связывала руки с щиколотками ног, обхватывала колени, прижимая их к груди. Собственно, все бы ничего, пока Олег не опустил Жанну по центру стола на общее обозрение всех собравшихся сотрудников, а сам сел на свое место, удовлетворенно рассматривая вздернутую задницу девушки с раскрытыми половыми губами из-за специфической позы.

И я все это видела практически с ракурса Олега, потому что стояла рядом, оцепенев и вцепившись в чашку чая для него.

- Нравится?

- Что? – переспросила я.

- Сегодня останешься дольше, пока не отпущу.

Я поспешно поставила перед ним чашку с чаем и вернулась за барную стойку, не прекращая наблюдать за спектаклем абсурда. Олег и его подчиненные как ни в чем не бывало обсуждали рабочие моменты, периодически подпуская шуточки в части женской анатомии. Жанна пучила глаза и тяжело дышала через нос, а меня бросало то в жар, то в холод, стоило только примерить ее положение на себя. К такому я точно не готова.

- Мы обязаны удовлетворить клиента! Если кто-то из вас не знает, как это сделать – ищите другую работу, - вдруг на тон громче высказался Олег.

- Мы и так создали все условия. Не понятно, что еще нужно этому клиенту, - попробовал оправдаться один из сотрудников.

- Да-а? – вальяжно протянул Олег и я на месте того сотрудника напряглась бы. – Тогда перейдем к практике. Перед вами клиент со всеми созданными условиями. Задача – удовлетворить ее. Вопрос – что для этого нужно сделать?

Волна смешков прокатилась по кабинету. Я заметила, как дёрнулась Катя, и Олег незаметным кивком отпустил ее из кабинета. Она остановилась напротив меня, но тут шеф однозначно мотнул головой и Катя с извиняющим видом вышла.

За что она пыталась извиниться?

Жанна тихо мычала, испуганно озираясь по сторонам, когда со стороны мужчин посыпались предложения от прямого проникновения в девушку, до стимулирования клитора языком.

- Методом голосования выбираем самый популярный вариант. Итак… Кунилингус? Кто первый предложил? Ты? – Олег ткнул в того, кто сидел ближе к нему по правую руку и я заметила, как тот плотоядно облизнулся, поглядывая на открытую промежность Жанны. – Давай. Проверим, приведет ли популярный вариант к решению задачи.

Я в шоке наблюдала, как этот лизун под подбадривание коллег, развернул зад Жанны к себе и впился губами в ее промежность. Жанна вздрогнула и замычала громче. Мне хотелось отгородиться от всей абсурдности происходящего, но я могла не смотреть, усиленно протирая поверхность стойки и безостановочно промывая ёмкости кофемашины, а от звуков отгородиться не было никакой возможности.

Вот Катя знала от чего сбегает, но почему Олег не разрешил уйти мне?

Я подняла на него глаза и вздрогнула от черного бездонного взгляда, которым он меня сверлил. И снова, покраснев, опустила лицо. Но было поздно. Олег подошел ко мне, встал сзади, оперевшись руками на стойку с двух сторон от меня.

Я мелко дрожала, чувствуя его тяжелое дыхание мне на ухо, прислонившееся к спине жилистое тело, упирающееся между ягодиц мужское достоинство.

- Смотри, - прошептал он своей фирменной хрипотцой. – Ты хотела познакомиться поближе. Тогда смотри… Если я не кончаю три дня подряд – кончает нижняя, пока я не скажу стоп. Это наказание. Её наказание. Но у тебя может быть другое.

Пока он хрипел мне свои угрозы, я, пытаясь перебороть себя, смотрела на вакханалию на столе. Лизун уже уступил место другому, сам, не стесняясь, сунул руку в ширинку и двигал рукой, жадно разглядывая подергивающиеся бёдра Жанны.

Я вздрогнула, когда шепот Олега перетек с уха на шею, опалив её горячим тяжелым дыханием. Он провел губами от уха до плеча, ощутимо прикусив кожу у основания шеи.

- В партнере важна только реакция, а не слова. Сказать можно что угодно, но реакцию подделать трудно.

И я почувствовала его язык, скользящий по моей шее. Губы, прихватывающие кожу в невесомом поцелуе. Легкие впивающиеся засосы.

Глаза сами собой закатились, чувства сосредоточились в районе шеи и плеча, где ласки Олега становились все настойчивее, в районе груди, которую он сжимал в руках, в районе ягодиц, между которых требовательно терся его упакованный в брюки член, и в районе собственного лобка, который упирался в ребро нижней столешницы бара под давлением бедер мужчины.

Вот только звуковое сопровождение никуда не делось, и наваждение развеялось с первым криком Жанны. Я отпрянула от Олега под его смачный мат и опьяневшим взглядом окинула развернувшуюся групповушку.

Кто-то стащил с Жанны кляп и пихал свое достоинство ей в рот, сзади уже пристроился другой, а еще двое нахлопывали ей по заду, в ожидании очереди, и все сопровождалось сальными словечкам и тяжелым дыханием похотливых самцов на взводе.

- Твою мать, - сквозь зубы прошипел Олег, схватил меня за локоть и затолкал в подсобное помещение. – Посиди тут и не высовывайся.

Я и не собиралась. Поняла, что сдерживала рыдания, когда дверь за Олегом захлопнулась, и у меня вырвался первый скулёж.

- Какого хуя? Вы, суки, клиента насилуете, а не удовлетворяете! И к работе относитесь так же, в поисках собственной выгоды. Слезь с нее, блядь! Как ты? Нормально? Тогда начнем сначала. Задача остается прежней – доставить удовольствие. Ей.

Не знаю, сколько я просидела в хранилище. Успела поплакать, повздыхать. Проанализировать свою реакцию на приставания Олега. Поудивляться, что если бы не прыть работничков, то мы за баром устроили не менее горячее представление на публику. Покраснеть от стыда и опять поплакать, с ужасом представляя через что мне предстоит пройти, если я не найду способа избавиться от Олега.

- Подай нож, - я вздрогнула от звука его голоса, все еще властного, но расслабленного.

- Зачем?

- Просто дай!

Выбрав средний нож, я протянула ему и, выждав пять секунд, двинулась следом.

В кабинете уже никого не осталось, только Жанна без движения лежала на столе, пока Олег разрезал на ней веревки.

- Вы ее… убили?

- Да, теперь расчленим, разложим по мешкам и вывезем на кладбище, - саркастически фыркнул шеф, продолжая кромсать неудобным ножом узлы, не задевая кожу девушки. Вот к чему такая осторожность с трупом?

Я смелее подошла к столу и прощупала пульс на запястье. Жанна спала глубоким сном.

- С ней все хорошо?

- Ну-у… - задумчиво потянул Олег, - после нескольких десятков оргазмов, наверное, на некоторое время дам ей отгулы. Пусть восстановится.

- А-ааа, - протянула я, боясь задать вопрос, который как назло вертелся на языке. – А как же вы?

- До этого я как-то три дня обходился? Так и дальше обойдусь.

- Мммм…

Интересно, это можно считать ответом на мой незаданный вопрос? Он-то расслабился или теперь дни неудовлетворенности сплюсуются?

- Она останется здесь, а ты собирайся, я подвезу тебя до дома. Поздно уже.

Я с удивлением обнаружила, что время действительно позднее, приемная пуста, свет выключен, и только мы двое склонились над обнаженным телом Жанны. Как маньяки.

Нервно хихикнула и сбежала за подносом, чтобы собрать уцелевшие чашки и намыть перед уходом. Олег подхватил на руки Жанну и унес в уборную.

Все же мне кажется, у него там не уборная, а полноценная квартира. Просто я немного прикинула размеры того помещения и они впечатляющие, вполне могут вмещать в себя однокомнатную квартиру со всеми удобствами.

- Поехали?

Олег стоял в кабинете и протягивал мне руку. А глаза снова блестели тем самым светом. Может, если я его заболтаю по дороге, непрекращающаяся эрекция спадет?