Проклятие древних. Любовь некроманта

Эта морозная ночь в Менском княжестве выдалась суровой. Звёзды на небе напоминали хрусталь. Казалось, дотронься, и они раскрошатся на мелкие осколки. Ветер гонял по полям снег, завывал в печных трубах, выискивая, кого бы закрутить-заморозить. Но в такую холодную погоду никто не стремился оказаться на улице. Некоторые рачительные хозяева даже собак в дом забрали, опасаясь, как бы те не замёрзли. Свитняя ночь вступила в свои права. И каждый менсковчанин знал ещё с малолетства: в ночь на Свитень выйти — смерть ледяную встретить. Так испокон веков повелось, и не единожды оказывалось верным, когда поутру находили в сугробах замёрзших глупцов, что не последовали законам предков.

Вот и в загородном княжеском тереме, возвышавшимся над землёй аж на три этажа, никто не совал нос на улицу. А если бы решились, то вполне могли услышать, как из конюшни доносятся разухабистые песни. Это два конюха, вынужденные остаться рядом со своими подопечными, так прогоняли суеверный страх перед Свитнем. Праздником, знаменующим отступление зимы и крадущиеся, робкие шажки весны.

В самом же тереме все комнаты были жарко протоплены. Слуги доделывали последние дела. Княжеская чета расположилась в уютной гостиной, перед весело потрескивающим дровами камином. А на кухне, около большой и недавно побеленной печи, на низких лавках расположились дети слуг. Они весело переговаривались, жуя ломти хлеба, смазанные малиновым вареньем. Чуть в стороне от них, рядом с полноватой пожилой женщиной, примостилась пятилетняя девочка. Она с затаённой завистью смотрела своими синими глазищами на ребят, но присесть рядом с ними не осмеливалась. Ей и так еле удалось уговорить родителей разрешить послушать сказки нянюшки. И то лишь потому, что к ним в гости не приехала противная остроносая тётка Мирта. Та, несомненно, подняла бы крик, что княжеской дочке не пристало якшаться с детьми слуг. А так мама взяла с Соньи слово вести себя прилично, как и подобает маленькой княжне.

Девочка тихо вздохнула, разгладила на коленях батистовую сорочку и посмотрела на нянюшку. Почувствовав взгляд малышки, женщина погладила её по платинового цвета кудряшкам и спросила детей, перебивая их смех:

— Ну что вам сегодня рассказать?

— Про Свитня! — попросил худой темноволосый мальчишка.

— Про это и так все знают! — Его пихнули локтем в бок, так выказывая презрение к просьбе паренька.

— Лучше про древние чудеса! — тихо попросила девочка, сидевшая у самой печи и кутавшаяся в тонкую шаль.

Карика была дочерью кухарки. Месяц назад она провалилась под лёд, а потом долго болела. И с тех пор сильно мёрзла.

— Про какие именно чудеса? — с улыбкой спросила нянюшка.

— Про страшные! — выкрикнул ещё один мальчишка.

— Так уж и про страшные? — с наигранным испугом уточнила женщина и поправила белоснежный платок, немного сползший на лоб.

— Да… Да… Да! — раздались звонкие голоса.

— Расскажи нам, почему ты всегда охранный знак складываешь, когда волчий вой слышишь? — вновь подала голос Карика.

— А не испугаетесь? — Нянюшка покосилась на маленькую княжну, тихо сидящую у неё под боком.

— Нет! — заверила Сонья, ещё шире раскрыв глаза. — Честное слово, не испугаюсь.

— Да, она не испугается, — заверили и другие дети. — Расскажи-и-и!

— Ну, ладно, — сдалась нянюшка и откашлялась. — Я ведь боюсь не волков, а тех, кто может повторить их песню.

— Так многие могут, — вскричал мальчик, который хотел послушать про Свитень. — Только дураков не найдётся. Зачем же стаю призывать на свою погибель?

— Нет, Леши, я говорю не об обычных людях. А о проклятых богами магах!

— А разве есть такие? — удивлённо спросила Сонья, и даже руки к груди прижала в ожидании ответа.

— Конечно же есть! — уверила нянюшка, а потом, воровато оглянувшись, понизила голос. — Я говорю о некромантах.

— Не-ко-ман-тах? — по слогам повторила малышка, тоже понизив голос до шёпота.

— Некромантах, дурочка! — не сдержался один из мальчишек.

На него тут же зашикали и показали кулак. Где это видано — обзывать княжескую дочку дурочкой! Если услышит домоуправительница, розог точно не избежать. Ещё и в подвал посадят, чтобы ума набрался. А там темно, и пауки бегают.

— Кто такие эти некроманты? — поспешила задать вопрос Карика. Она, как самая старшая из всех, одиннадцать лет всё же, постаралась сгладить ситуацию.

— Да, кто? — повторила за ней Сонья, даже не обратившая внимание на обидное слово.

— Когда-то давно, когда в нашем мире жили могущественные маги древности, а на земле царили мир и благодать, в горах открылся проход из другого мира, — ответила нянюшка и окинула ребятишек строгим взглядом.

— В каких горах? — тут же спросили её. — Неужто в наших?

— А кто ж их знает. — Женщина пожала плечами и потянулась за корзинкой с рукоделием. — Давно это было. Только полезли оттуда ужасающие твари. Да такие, которые и в самом больном воображении не родятся!

Детишки даже рты приоткрыли, пытаясь себе представить этих тварей. Но то ли из-за того, что ещё мало видели в этом мире, то ли из-за скудности фантазии представлялись им то коровы с острыми зубами, то волки со здоровыми когтями. А Сонья и вовсе о пауках подумала. Очень уж она не любила эту живность!

— И стали древние маги думать, как избавиться от этой напасти, — тем временем пожилая нянька продолжила свой рассказ, не забывая при этом сматывать в клубок пряжу. — А пока часть из них способ выискивала, другие вступили с иномирными тварями в бой. Да только вот беда, плохо у них это получалось.

— Почему? Они же сильные были. Мне дед так говорил.

— А мне отец.

— И мне…

Дождавшись, когда дети успокоятся, нянька продолжила:

— Да потому что на тварей этих другая магия нужна была. Более сильная и злобная.

— Магия хаоса? — испуганным голосом спросила Карика и плотнее закуталась в шаль.

— Откуда знаешь? — поинтересовалась женщина, внимательно посмотрев на девочку.

— Я слышала, как о ней управляющий говорил, когда в том году от летней грозы соседняя деревня сгорела. — Карика заправила за ухо смоляную прядь и, старательно копируя говор мужчины, повторила: — Там словно магией хаоса поработали. Всё сгорело, а что не сгорело - в труху обратилось.

— Да, такая и есть эта магия, — подтвердила женщина и обвела притихшую ребятню строгим взглядом карих глаз. — Страшная, сильная и разрушительная. И понимая, что по-другому не справиться, некоторые маги решили овладеть этой силой. Как вы понимаете, они и стали первыми некромантами.

— И смогли уничтожить иномирную угрозу? — с неприкрытым восхищением спросил один из мальчишек. — Да они же герои!

— Ещё чего! — возмутилась нянюшка и неодобрительно поджала губы. — Может, тогда они и были героями, но потом магия хаоса свела их с ума! И они возжаждали крови.

— Пить её стали? — испуганно спросила Сонья и прижалась к тёплому боку женщины.

— Может, и пить, — не стала отрицать та. — Кто ж их, проклятых, знает.

— Тогда почему их не уничтожили? — робко поинтересовалась Карика.

— Потому что они всё же тварей тех прогнали, хоть в нашем мире до сих пор полно всякой нечисти. Вот другие маги и нашли им достойное занятие. Стали те некроманты нечисть уничтожать. А потом научились мёртвых с того света призывать, а из трупов их - слуг своих верных делать.

— Зомбяй что ли? Такого же, как этим летом маб… вил… отряд скорый изловил?

— Ага, их! — подтвердила нянюшка. — А иногда и вовсе на людей охотились, словно звери дикие! Загоняли несчастных в глухие места и там замучивали их до смерти. Вот во время этих утех кровавых они и пели волчьи песни, чтобы ещё больше помучить тех, кого преследовали.

— Почему же их и после этого не наказали? — спросила Сонья.

— Так древние маги исчезли из нашего мира, — поведала нянюшка. — А эти некроманты, которые сейчас живут, на людей не охотятся. Запретили. Да только не верю я им. Всё одно прокляты они богами!

Дети на некоторое время притихли, а за окном всё так же ярился ветер. Сонья иногда косилась в ту сторону, опасаясь, что стекло разобьётся, а в кухню впрыгнет злой некромант.

— А как они выглядят? — задал здравый вопрос Леши. — Как нам их отличить от других магов.

— Очень просто, — с улыбкой ответила нянюшка. — Они всегда светловолосые и светлоглазые. Сильна в них кровь древних магов!

Дети тут же подозрительно уставились на Сонью. Да и сама малышка испугалась, что может вырасти в такого страшного мага. Ей уже давно объяснили, чем она отличается от темноволосых и темноглазых людей. Как и магам древности, и её родителям, и всем ныне живущим светлоглазым и светловолосым людям, девочке предстоит/предстояло прожить долгую и удивительную жизнь. А вот темноволосым повезло не так сильно. Они родством с исчезнувшей расой тайхар похвастаться не могли. А значит, проживут всего около ста лет, а не пятьсот. Да и магами не особо сильными будут. Если вообще дар откроется.

Всё это маленькой Сонье рассказывала мама. И девочка гордилась своим исключительным происхождением. До этого вечера, по крайней мере…

— Не смотрите на неё так, — поспешила заступиться за воспитанницу женщина. — Некромантами всегда становятся только мужчины. А на руках этих нечестивцев можно увидеть чёрные линии татуировок. Так они отмечают своё погружение в магию хаоса, и страшно гордятся этим. Вот почему другие люди никогда так не издеваются над своим телом. Чтобы не стать похожими на проклятых. Запомните, дети, никогда не связывайтесь с некромантами!

В ту зимнюю ночь Сонья клятвенно пообещала, что никогда в жизни и близко не подойдёт к этим страшным магам. Малышка была свято уверена: иначе боги её покарают.

Двадцать два года спустя.

— Леста Сонья! Леста Сонья!

Из широко распахнутых дверей выскочил мальчишка поварёнок и, споро перебирая ногами, побежал к магмобилю. Судя по объёмной плетёной корзине, он хотел что-то передать.

— Леста Сонья! — вновь воскликнул паренёк, достигнув приоткрытой лакированной двери. — Нара Велис велела вам отдать.

— Опять закормить решила? — со вздохом, полным муки, спросила княжна. — Меня в деревне накормят. Пусть не волнуется, там отличные хозяйки, умеющие хорошо угостить гостей.

— Нара Велис велела передать, что там ваши любимые пирожки, — бодро отрапортовал поварёнок и приподнял белоснежную салфетку, под которой прятались вышеозначенная выпечка.

Нос княжны тут же уловил бесподобный аромат корицы и ванили. И, конечно же, не сдержавшись, Сонья тут же выхватив один румяный пирожок. Поднеся его к лицу, она вновь сделала глубокий вдох и улыбнулась. А представив, что на это сказала бы тётушка Мирта, и вовсе хихикнула.

— Ладно, давай их сюда. — Княжна забрала корзину и поставила её рядом с собой на кожаное сидение. — Ребятишек угощу.

— Наре Велис этого лучше не знать! — пробормотал поварёнок и озабоченно почесал лоб, отчего его белая шапочка сползла на затылок.

— Вот и не рассказывай! — Сонья подмигнула ему и закрыла дверцу. — Недрик, можем ехать!

Водитель, к которому и были обращены эти слова, молча кивнул. Но, прежде чем завести мотор, не отказал себе в удовольствии посмотреть на молодую хозяйку в зеркало заднего вида. Серебристо-платиновые волосы были заплетены в две толстые косы и перевиты синими лентами, в цвет глаз княжны. Аккуратные дуги серебристых бровей и длинные ресницы делали её и вовсе похожей на зимнюю хозяйку. Да и фигурка ладная. Сейчас княжна была одета в тёмно-зелёную свободную рубашку и коричневую юбку-брюки. Вспомнив, как их домоправительница ворчала, называя такой наряд непотребством, мужчина тихо хмыкнул. Лично ему всё нравилось! Особенно то, как красиво верхняя часть новомодной вещицы мягко облегает округлые бёдра. А нижняя часть… Да она такая же широкая, как и обычные юбки! И чего только нара Басус ворчит? А ещё их княжна всегда была очень доброй и отзывчивой. Да и как иначе, если Сонья фор Маркофф слыла сильной травницей, лечившей всю округу. Вообще, здесь был и целитель, но он всегда с удовольствием делился своими обязанностями. Особенно теперь, когда нужно было проколоть вакцину всем темноволосым жителям.

— Недрик, мы начнём с Крушановки, — прервала его размышления княжна. — Эта деревня относительно небольшая, быстро управимся.

— Как скажете, — ответил водитель и на выезде из ворот поместья свернул направо. Ехать до этой деревни было неблизко. Она находилась почти у подножья гор.

Сонья бросила взгляд на деревянный терем, сейчас практически не заметный из-за зелени, и подумала, что будет совсем неплохо устроить на днях пикник. Родители как раз сумели вырваться на недельку из Перинска — столицы их княжества. Чем не повод отметить это радостное событие? Да и Ярану не помешает отдохнуть, а то младшего брата совсем учёбой загрузили. А она за эти дни управится с вакцинацией в Крушановке.

Вздохнув, княжна прикрыла глаза и откинула голову на подголовник. Эта вакцина стала полнейшей неожиданностью для всего мира. Всего год назад было сделано невероятное заявление о том, что учёные из Арайской империи нашли способ продлить жизнь темноволосых жителей до двухсот пятидесяти лет. Настоящее чудо, способное хоть немного сократить пропасть между ними и светловолосыми людьми, имевшими намного большую продолжительность жизни.

Помнится, сначала все восприняли эту новость как неудачную шутку. Некоторые общественные деятели даже предлагали наказать шутников. И только после выступления императора, подтвердившего правдивость этого заявления, все наконец поверили. А уж когда стало известно, что вакцина будет доступна абсолютно всем, правителя Арайской империи были готовы носить на руках. Хотя нашлись и те, кто осудил доброту Арвана II. И пусть другим государствам пришлось заплатить кругленькую сумму за это чудо, некоторым политикам всё было мало. Они хотели установить пусть и минимальную цену, только бы не раздавать вакцину бесплатно. Но император сумел настоять на своём, благодаря чему любовь к нему простого люда возросла ещё больше.

Открыв глаза, княжна посмотрела на светло-коричневый тканевый потолок и в который раз подумала, что некоторые люди до омерзения неприятны в своей жажде наживы. Отец в прошлом году ездил на встречу с императором, и после неё вернулся довольно мрачным. Он-то и рассказал, как некоторые аристократы были возмущены таким поступком правителя. Некоторые самые бойкие даже подготовили сметы, чтобы показать, сколько денег могла бы заработать империя, если бы вакцину продали, а не раздаривали. При воспоминании об этом разговоре Сонья поморщилась и потерла виски.

Правда, вскоре всем стало не до денег. Ведь оказалось, что для вакцинации нужно будет делать забор крови у пациентов. Тут-то и поднялась настоящая шумиха. А всё из-за событий семисотлетней давности. То время прозвали Тёмными временами, ведь маги крови держали в страхе всех жителей мира. Жестокие, коварные, способные подчинить себе любого человека, создав заклятие на крови. Понадобилось много времени и сил, чтобы стереть с лица земли всех тех, кто обладал этой страшной магией. С тех пор все те, кто по роду деятельности сталкивался с исследованиями крови, были под строжайшим наблюдением и контролем. Никто не желал повторения давних бесчинств.

Наверное, именно из-за этого многие темноволосые жители боялись делать вакцину. Императору Арвану и его приближённым пришлось знатно потрудиться, чтобы хоть немного успокоить людей. Много чего неприятного случилось за тот год. Лучше не думать об этом, чтобы не испортить настроение окончательно.

Переведя взгляд в окно, княжна залюбовалась открывшимся видом. Она до безумия любила и эти поля, золотившиеся тяжёлыми колосьями; и леса, дарившие ей разные травы; и величественные горы, возвышавшиеся к северу от поместья. Её родина, Менское княжество, находилось на самом севере единственного в мире материка. Страна сама по себе была небольшой, окруженной с одной стороны Аларайским горным хребтом, а с трёх других соседними государствами, то воюющими между собой, то заключающими хлипкий мир. И было бы княжество ничем не примечательным, если бы не месторождения алмазных залежей. Одних из самых крупных в мире, с чистейшими камнями, дорого ценившимися среди знати всех государств. И быть бы княжеству захваченным и разграбленным, если бы около тысячи лет назад князь Велиар не заключил выгодную сделку с императором Некианом, отдав за него свою младшую дочь. С тех пор Менское княжество находилось под протекторатом могущественной Арайской империи. В мире постоянно то начинались, то прекращались войны, страны сменяли свои названия, границы и правящие династии, а небольшое княжество процветало под зорким присмотром сильного соседа. Суровый, но невероятно прекрасный край. Лето здесь хоть и не было слишком долгим, зато приносило множество солнечных дней. Словно природа так просила прощения за столь короткий период тепла. Сонья была всей душой предана этим местам, и ни за что не променяла бы их на самые роскошные дворцы мира.

— Леста Сонья, мы подъезжаем, — окликнул её водитель.

Встрепенувшись, княжна посмотрела вперёд, увидев сначала поля, на которых трудились крестьяне, а затем и добротные деревянные дома. В таких пережидать суровые зимы было совсем не страшно. Выпрямив спину и легко проведя руками по волосам, Сонья убедилась, что выглядит вполне достойно. Всё же она представительница правящего рода, не стоит забывать об этом. А вот когда в очередной раз отправится за травами… Но, впрочем, не стоит сейчас думать об этом.

У входа в деревню её уже поджидал староста — высокий, крепко сбитый мужик. Хотя ему было уже около семидесяти лет, но нар Викор Турик мог дать фору молодым мужчинам. Просторная льняная рубаха не скрывала развитой мускулатуры, заработанной тяжким трудом в поле. Сонья вышла из магмобиля и тепло поздоровалась с ним.

— Я рад приветствовать вас, княжна! — Староста чинно поклонился. — А мы ждали вас ближе к вечеру.

— Я решила приехать пораньше. — Сонья осмотрелась и приметила несколько детей, с любопытством рассматривающих её.

Улыбнувшись, она достала корзину, приготовленную их сердобольной поварихой, и поманила ребят к себе. Те, нисколько не испугавшись, радостно понеслись в её сторону, поднимая голыми пятками облачка пыли.

— Смотрите, что я вам привезла! — Сонья откинула салфетку, и дети тут же ухватили по пирожку.

— А поблагодарить? — грозно спросил нар Турик.

— Спасибо, Сонья! — пропищала девочка лет четырёх.

— Княжна! — гневно повысил голос староста и погрозил кулаком малышке.

— Но она сама так велела… — растерялся мальчишка чуть постарше. Судя по внешнему сходству, он был братом девочки.

— Конечно сама, — заверила княжна и погладила малышку по кудрявой голове.

— Не дело это, леста Сонья, — недовольно проворчал староста. — Они с малолетства должны быть приучены к правильному обращению. Так для всех лучше будет.

— Не ворчите, нар Викор, лучше позовите кого-нибудь в помощь. Я привезла вакцину, хочу начать прямо сегодня.

— Так пусть Недрик проедет к вашему домику, а мы прогуляемся, — предложил мужчина. — Ребят постарше соберём, они подсобят. Вы же с детей начать хотели?

— Да, с них, — подтвердила Сонья и кивнула водителю, чтобы он исполнял наказ старосты. — Они легче всего переносят вакцинацию. Не волнуйтесь, мне всё подробно объяснили, когда я ездила за вакциной. И даже наблюдала за некоторыми пациентами.

Нар Турик покачал головой и, забрав у княжны корзину с пирожками, медленно побрёл по дороге вглубь деревни. Им предстояло пройти до другого края, где и находился домик травницы. Вообще, таких домиков у неё было шесть. По одному на каждую деревню, находящуюся на землях, принадлежащих семье правителя княжества. И в каждом из них хранился запас сухих трав и готовых мазей с настойками. В отличие от целителей, травники не могли лечить магией напрямую. Зато умели усилить свойства любого растения, что также приносило немало пользы. В основном такие маги работали аптекарями или же в больницах. Но были и такие, как Сонья, живущие на лоне природы и редко выбирающиеся в города. Среди каменных зданий особо голоса растений не услышишь и не пошепчешься с ними.

Отдельная категория травников — шептуны. Слишком малочисленные, но очень ценные. Они словно могли слышать призыв того или иного растения, а ещё чутко улавливали «настроение» окружающей их природы. Самое забавное, что и сами шептуны не могли объяснить, как это происходит. Просто однажды они начинали слышать тихий призыв.

— Нар Викор, а ваш сын… — неуверенно начала Сонья, когда они уже прошли половину деревни.

— Нет, он до сих пор не согласен. — Староста угрюмо смотрел перед собой. — Сказал, что не хочет прожить ещё двести лет одноруким.

— Но это же так… — Княжна хотела сказать «глупо», но сдержалась. — Он сильный, молодой мужчина. У него отсутствует кисть, а не вся рука, и можно было бы прожить ещё долгую и счастливую жизнь!

Нар Викор ничего на это не сказал. Он и сам всё прекрасно знал, да только Дару не мог доказать. Старший сын родился с небольшим даром к магии огня и, благодаря нынешнему князю, отучился в местном университете. А потом ушёл в армию и верно служил своему правителю на самой северной границе. Пока на их гарнизон не напала стая голодных сарбов. Та зима была слишком сурова, и хищники совсем потеряли страх от голода. Дар лично убил одного из них: крупного и матёрого зверя. Но тот успел откусить мужчине кисть левой руки.

После госпиталя Дара сразу же отправили на пенсию, выплатив приличное пособие. А в довесок подарили отлично пошитый плащ из шкуры убитого им сарба. Сорок пять лет, ни жены, ни детей, да ещё и калека. Так два года и прожил у отца. А когда узнал о вакцине, напрочь отказался от такой возможности.

— Может, мне с ним поговорить? — неуверенно предложила княжна.

— Поговорить-то можно, а толку? — нар Викор только рукой махнул и тут же зычно крикнул: — А ну-ка идите сюда, шалопаи! Дело к вам важное есть.

Обычно мальчишки от восьми лет и старше помогали взрослым по хозяйству. Но сегодня их отправляли в лес, вот они и собрались гурьбой у одного из домов и громко обсуждали кто, сколько и каких грибов набрал. Увидев старосту и травницу, они тут же подошли к ним.

— К домику княжны подъехал магмобиль, — сказал нар Викор, когда дети стали перед ним полукругом. — Ваша задача: достать из багажника коробки с вакциной…

— И мои сумки с инструментами, — добавила Сонья, когда мужчина вопросительно посмотрел на неё.

— Вы будете нас колоть? — спросил мальчик, стоявший ближе всего к ней.

— Да, Пронас. Но ты не бойся, это совершенно не больно.

— Потому что вы заранее взяли нашу кровь и всё выяснили? — тут же спросил ещё один любопытствующий.

— Конечно, Керин, — заверила Сонья и улыбнулась, глядя в сверкающие любопытством глаза ребятни. — Я всё тщательно проверила и подписала каждую вакцину. На каждой из них теперь ваши имена.

— И мы… мы правда будем жить так долго? — с восторгом уточнил Пронас.

А Сонья чуть не прослезилась. Для этих детей возможность прожить двести — двести пятьдесят лет — нереальная удача. Тогда как для неё, той, в ком сильно наследие тайхар, пятьсот лет — простая и привычная данность.

— Да, проживёте, — заверила травница. — Просто придётся ещё три раза, через каждые шестьдесят лет, сделать уколы. А может, к тому времени учёные придумают что-то ещё более действенное.

— А как мы…

— А вы будете…

— А можно…

— Так, тихо! — прикрикнул староста, и мальчишки мигом замолчали, но их глаза всё равно выдавали желание засыпать княжну разнообразными вопросами.

И даже самый старший из них, тринадцатилетний Алек, нервно покусывал губы. Он всегда старался выглядеть как самый настоящий взрослый. Но разве можно устоять, когда ему предлагают настоящее чудо? Вот он и держался как мог.

— Все вопросы потом, — мягко сказала Сонья. — Сейчас мне нужна ваша помощь. — Вытянув из кармана брюк ключ от навесного замка, она протянула его Алеку. — Бегите, Недрик уже ждёт.

В карих глазах Алека зажглась гордость из-за доверенного ему ключа. Он сразу же выпрямился, обвёл мальчишек суровым взглядом и сказал следовать за ним. Чтобы тут же сорваться на быстрый бег! Княжна только улыбнулась, глядя вслед убегающим детям.

— Нужно было их пирожками угостить, — вспомнила она и покосилась на корзину.

— Выполнят работу, можно и угостить, — степенно согласился староста и предложил продолжить их путь.

Дорога до домика травницы заняла минут пять. А там уже вовсю сновали пять мальчишек, перенося коробки с вакцинами и сумки княжны. Рядом с открытым багажником стоял водитель и зорко следил за передвижениями детей.

— Княжна! — Недрик склонил голову в приветствии. — Они уже практически закончили.

— Хорошо. — Сонья благодарно улыбнулась мальчишкам. — У старосты корзина с пирожками для вас. Возьмите по одному, а потом соберите всех детей. Я как раз всё подготовлю, и можно будет начинать.

Спустя несколько минут она уже возилась в единственной комнате, бывшей и приёмным кабинетом. Сначала протерла стол и стулья, хотя амулеты, заряженные бытовой магией, работали исправно. Но для Соньи это был своеобразный ритуал, помогавший настроиться на нужный лад. Если честно, княжна волновалась, и довольно сильно. Всё же это такой ответственный шаг.

Между светловолосыми и темноволосыми всегда было лёгкое отчуждение. И не имеет значение, простолюдины или аристократы то были. Первым досталось всё самое лучшее, по мнению вторых. Сильный магический дар и невероятная продолжительность жизни. Чем не повод злиться и на них, и на судьбу? Конечно, наследников древних магов было больше среди дворянских родов, но иногда они попадались и среди обычных жителей. И теперь появилась возможность хоть немного сократить эту пропасть между людьми. Сонья чувствовала волнение от осознания того, что будет хоть и косвенно, но причастна к этому невероятному событию.

Присев на стул, она осмотрела помещение и удовлетворённо выдохнула. Подтянув ближайшую коробку, распечатала её, дезактивировав охранную печать. Проверив целостность колб с вакцинами, Сонья провела подушечкой большого пальца по прикреплённой бумажке с именем и вернула сосуд на место. В этот момент с улицы донеслись возбуждённые детские голоса. Двадцать три ребёнка в возрасте до шестнадцати лет. Установленное ограничение, когда вакцина действует совершенно без каких-либо симптомов. Со взрослыми будет всё немного сложнее. В основном из-за гормонального фона. Чем старше человек, тем труднее будут происходить изменения. Всё же ускоренная регенерация — это стресс для организма. Особенно когда его «откатывают» назад в возрасте.

— Леста Сонья, вы готовы? — спросил нар Викор, заглядывая в комнату.

— Да, можете звать первого… пациента, — подтвердила она и встала со стула.

Конечно же самым первым вошёл Алек. Осмотревшись по сторонам, словно не бывал здесь раньше, мальчик нерешительно замер.

— Подойди ко мне, — позвала Сонья и ласково улыбнулась. — Тебе страшно?

— Нет! — решительно заверил Алек. — Просто я… А мои родители? Они ведь тоже долго проживут? Правда ведь?

Наконец травница поняла, что так волновало мальчика. И её сердце защемило от нежности.

— Не волнуйся, так и будет, — заверила Сонья. — Я буду приглядывать за ними, обещаю.

Кивнув, Алек присел на предложенный стул и вопросительно посмотрел на княжну. И в какой-то миг залюбовался красивым лицом, пока княжна закатывала рукав его рубашки и протирала кожу на внутренней стороне локтя. Таких красивых он никогда не видел. Казалось, что леста Сонья какая-то неземная. Словно её прислали сами боги, чтобы она помогала простым людям. Ведь разве могла иначе такая аристократка, как леста Сонья фор Маркофф, дочь правителя Менского княжества, быть такой доброй с деревенскими?

Алеку было всего тринадцать лет, и жил он в маленькой деревушке. Но отец часто брал его с собой в город, когда ездил на рынок продавать урожай. И мальчик видел разных людей, поэтому кое-что понимал в этой жизни.

— Вот и всё, — сказала травница, отвлекая мальчика от его взрослых мыслей. — Я ввела вакцину прямо в вену. Твой организм начал меняться с этой минуты. Теперь всё будет иначе. Как ты себя чувствуешь?

Алек посмотрел на свою руку, словно пытаясь увидеть, что происходит внутри него. Но ничего необычного не случилось. Всё было как всегда. Поэтому он пожал плечами и перевёл взгляд на княжну.

— Знаешь, а это очень неплохо, — улыбнулась Сонья. — Значит, всё идёт как надо. Можешь идти, и позови следующего.

Мальчишка резво выскочил, а спустя минуту его место заняла русоволосая девчушка, с тёмно-карими, практически чёрными глазами.

— Здравствуй, Мира, — поздоровалась Сонья. — Ты выглядишь прекрасно. Значит, окончательно поправилась после простуды.

Травница болтала без умолку, отвлекая девочку, чтобы та не испугалась укола. А потом рассказывала следующему своему маленькому пациенту, как прошлым летом ходила в горы за травами. И следующему, и следующему, и следующему… В общей сложности ушло три часа, и Сонья чувствовала усталость, а выбившиеся из кос короткие пряди волос неприятно липли к вспотевшей коже. Проведя рукой по лбу, она вытерла выступившую испарину и устало прикрыла глаза. Уже давно перевалило за полдень, и на улице вовсю жарило солнце. Даже на севере может быть невероятно жаркая и удушливая погода.

— Леста Сонья, моя жена всё приготовила, — позвал её староста, тихо входя в помещение. — Вы сможете умыться и передохнуть.

— С удовольствием! — отозвалась княжна и встала со стула. — Только возьму с собой некоторые вещи.

В каждом домике у неё хранился сменный комплект одежды. Иногда во время работы она могла испачкаться, поэтому запасная одежда была очень кстати. Особенно когда тебе предлагали принять совершенно восхитительную ванну с настоями трав. Нара Леника Турик всегда готовила её, когда Сонья оставалась на ночь. А ещё княжну всегда ждал сытный ужин-завтрак-обед, в зависимости от времени, когда она к ним попадала. И мягкая кровать.

Сегодня дома собралась вся семья. Нар Викор, нара Леника, их старший сын Дар и внучка Милика. Её родители умерли уже давно, вот дед и забрал к себе на воспитание. Девушке исполнилось девятнадцать, и осенью, после сбора урожая, она должна была выйти замуж за сына кузнеца из соседней деревни. Поэтому всё свободное время Милика проводила за пошивом приданого.

— Ну и сколько уже сундуков? — спросила Сонья, когда перездоровалась с домочадцами.

— Полных четыре, пятый вчера начала, — с гордостью ответила Милика и перекинула на грудь толстую косу, достававшую до середины бедра. — Никто не посмеет сказать, что мои узоры были простыми и незатейливыми!

— Да кому такое только в голову может прийти?! — искренне возмутилась княжна, вспомнив чудесную вышивку на постельном белье, ночной сорочке и носовых платках.

— Вот и я говорю…

— Сейчас возьму хворостину и тоже скажу! — прикрикнула нара Леника, уперев руки в бока. — Не задерживай княжну, ей нужно отдохнуть после трудного дня.

Сонья уже хотела сказать, что чувствует себя вполне хорошо, когда с улицы донеслись пронзительные, полные ужаса крики. Травница тут же выскочила из дома и быстро огляделась. Сначала она ничего не заметила, а потом разглядела бегущую женщину. Та истошно вопила, споро перебирая ногами. Сонья уже хотела броситься к ней, когда на дороге появилось нечто непонятное. Оно быстро перебирало большими тонкими ногами, возвышавшимися над длинным и немного сплющенным телом. Сонья предупреждающе вскрикнула, но та тварь неожиданно прыгнула, настигая свою жертву. Княжне хватило всего нескольких секунд, растянувшихся на целую вечность, чтобы понять, кто напал на женщину. Она даже сделала несколько шагов назад, но вновь замерла и обречённо прошептала:

— Тарки.

— Бежим! — взвизгнула Милика и, вцепившись в руку травницы, потянула её в дом. — Дедушка, быстрее!

Сонья очнулась только в доме. Дар как раз закрыл дверь на засов, когда с обратной стороны в неё что-то врезалось. Милика вновь вскрикнула, но дядя погрозил ей кулаком. С улицы доносились крики и мерзкие, наводящие ужас повизгивания. Травницы осторожно выглянула в окно и тут же зажала себе рот рукой. Прямо напротив дома старосты стоял дом кузнеца. И сейчас его хозяин, этот могучий мужчина, размахивал кувалдой, отбиваясь от тарка, пока его жена и дочь спешно прятались дома.

— Быстрее, быстрее, быстрее! — забормотала Сонья, не заметив, как из глаз потекли горячие слёзы — Пожалуйста, быстрее!

И, словно услышав её, кузнец со всей силы опустил кувалду на голову твари. Она задёргалась, лапы разъехались в стороны и замерли. Нар Балик Верас оказался не дураком и больше не стал рисковать. Бросив кувалду на улице, он тоже скрылся в доме, и Сонья с облегчением выдохнула. Как бы странно это ни было, но княжна ещё ни разу не видела смерти человека, тем более столь страшной. И теперь её колотило мелкой дрожью от пережитого ужаса и осознания, что это ещё не конец.

Тарки — проклятие и самая большая тайна этого мира. Внешне они чем-то напоминали кузнечиков. В принципе, как и кузнечики, эти твари тоже были хищниками. Достигавшими в длину полутора метров и имевшими опасные жвала, способными разорвать людей на части. Никто не знал, откуда они берутся. Раз в десять-пятнадцать лет они просто появляются в разных частях империи огромной стаей и пожирают всё на своём пути. И если их не перебить, они не остановятся. Но затем, спустя некоторое время, появляются вновь. Последний раз они появлялись двенадцать лет назад на юге империи, успев сожрать несколько деревень. Пока их не остановили около небольшого приграничного города. И вот теперь эта напасть пришла на север.

— Мне нужно… — Сонья пошарила по карманам и тихо зашипела от бессилия. — Я забыла свой смартан дома. Мне никак не позвонить отцу! Боги, они все погибнут из-за меня!

— Так отправьте вестника, — предложил Дар, тоже внимательно вглядываясь в окно. — Это были разведчики. Вскоре сюда пожалует вся стая, и нам…

Он не договорил, так как на улице появились сразу три тарка. А вместе с ними ещё какая-то тварь. Ни Сонья, ни Дар о таких никогда не слышали. Высокая, состоявшая, казалось, из сплошных мускулов, лишённых кожной оболочки, она пугала только одним своим видом. И было непонятно, что ужаснее: её острые, как иглы, клыки, или же гибкий хвост, которым тварь легко переломала хитиновый панцирь ближайшего тарка. Остальные завизжали, но даже вдвоём не рискнули напасть.

— Всемилостивейшие боги, что это такое? — охнула нара Леника и схватилась за сердце.

— Дедушка! — всхлипнула Милика, прижимаясь к старосте.

Княжна тоже с удовольствием к кому-нибудь прижалась бы, но ей это было непозволительно. И только Дар быстро метнулся в соседнюю комнату, успев рыкнуть:

— Открывайте подпол!

Нар Викор не стал расспрашивать, зачем именно, просто подчинился. А его сын тем временем уже тащил из комнаты несколько одеял. Нара Леника бросилась ему помогать. Вскоре они все спустились под землю, оказавшись в просторном погребе.

— Располагайтесь, нам здесь долго сидеть, — сказал Дар и вновь посмотрел на княжну. — Леста Сонья, нужен вестник. Я бы сам создал, но вам будет удобнее. И ещё, я погашу светлячок, чтобы не привлекать внимания.

— Да, конечно! — Сонья кивнул и, сильно побледнев, пошатнулась.

— Что с вами? — всполошилась Милика, поддержав её за плечи.

— Всё… хорошо, — заверила княжна, не став им говорить, что вспомнила о своём водителе, отправившемся на озеро. — Мне нужно сосредоточиться.

Сверху раздался звон разбитого стекла и уже знакомые повизгивания. Люди замерли, боясь даже громко вздохнуть, чтобы не выдать себя. Милика крепче прижалась к княжне и зажмурилась. А Сонья, порадовавшись уже тому, что не одна, обняла её в ответ. Сколько они так простояли, никто не знал. Даже после того, как тварь явно покинула дом старосты, никого не обнаружив, они ещё долго не шевелились. Первой отодвинулась Сонья, спеша создать магического вестника. Ей была мучительна сама мысль, что из-за нерасторопности могут погибнуть ещё люди.

Наконец создав послание, в котором содержалось всего два слова - «Тарки идут», Сонья присела на предложенное пуховое одеяло и принялась ждать. Больше ей ничего не оставалось.

Сонья потеряла счёт времени. Сначала она постоянно вслушивалась в окружающую тишину, прерываемую такими же, как и у неё, нервными вздохами и несмелым шебуршением. Каждая минута тянулась целую вечность, наполняясь тревожным ожиданием и опасением за жизни родных. Она уже не единожды корила себя за то, что забыла дома свой смартан. Раньше такое тоже бывало, но теперь ей было жизненно необходимо позвонить отцу или матери. Пусть ненадолго, но услышать их голоса. И узнать, что они спаслись.

А ещё на сознание сильно давила темнота. Никто так и не зажёг свечи. Да и откуда бы им было взяться здесь. Можно было бы, конечно, использовать магический светлячок, но страх перед хищной стаей заставлял осторожничать во всём.

Понимая, что ещё немного, и она скатится в банальную истерику, Сонья прикрыла глаза и оперлась спиной о прохладную бревенчатую стену. Дар поступил верно, прихватив с собой одеяла. В подполе было довольно прохладно. А с учётом того, как долго они здесь сидели, немудрено было замёрзнуть. Покосившись на бывшего военного, княжна попыталась рассмотреть его, но, конечно же, не смогла. Зато вдруг вспомнила, как он держит лишённую кисти руку чуть позади, словно стыдясь своего увечья. В рукав его рубашки была вдета тесьма, туго затягивающая ткань. Еле слышно вздохнув, Сонья подумала: если ему так хочется поставить крест на своей жизни, боги с ним. А она лучше представит, как поступит её отец во время такой напасти. Это хоть немного поможет успокоить тревогу за родных.

Несомненно, в первую очередь великий князь Беяр фор Маркофф прикажет всем укрыться за надёжными стенами своих домов. Правда, тарк всё равно смог проникнуть в дом старосты, разбив стекло. Но, опять же, её отец не дурак, и будет помнить о такой возможности. Поэтому обязательно предупредит людей. А затем обратится за помощью к императору Арвану. Если, конечно, не сможет справиться своими силами. Раньше Сонья с уверенностью сказала бы, что маги её родины способны самостоятельно устранить угрозу. Но только не после того, как собственными глазами увидела ту неизвестную тварь, играючи разделавшуюся с тарком. А ведь таких тварей могло быть больше.

Вздохнув, княжна зябко поёжилась. Словно почувствовав её состояние, Милика тут же протянула ей свою шаль, которую успела сдёрнуть со спинки стула. Что делала пуховая шаль в разгар лета не в сундуке, оставалось непонятным. Но Сонья и не стремилась расспрашивать, главное, что стало значительно теплее.

— По моим подсчётам, мы сидим здесь уже около трёх часов, — неожиданно нарушил тишину Дар.

Сонья испуганно дёрнулась от звука его голоса. Княжна сразу же прислушалась, но то ли от громкого стука сердца ничего не услышала, то ли наверху и правда ничего не было.

— Что вы предлагаете? — тихо спросила она.

— Ещё полчаса, и я отправлюсь на разведку, — ответил мужчина.

— Нет! — воскликнула нара Леника и, судя по звуку, быстро поднялась с пола.

В ответ Дар молча зажёг тусклый светлячок, но даже этот слабый свет резанул по глазам, заставив щуриться. Сонье понадобилось с полминуты, чтобы окончательно проморгаться и осмотреться вокруг. Милика сидела на одном с княжной одеяле, но держась на расстоянии. Староста со своей женой присели на небольшую перегородку, за которой хранились овощи. А Дар стоял как раз около лестницы.

— Мама, — сказал он, спокойно посмотрев на обеспокоенную женщину. — Через полчаса я поднимусь наверх. Тарки никогда надолго не задерживаются на одном месте. Они сжирают всё, до чего могут дотянуться, и уходят.

— А как же та тварь? — спросила Сонья. — Вы ведь видели её?

— Видел, — не стал отрицать мужчина. — Но, опять же, если она пришла вместе со стаей, ей нет смысла задерживаться.

— Но вдруг она осталась? — жалобно прошептала Милика.

— Предлагаешь жить здесь и больше никогда не выходить на поверхность? — немного грубо поинтересовался Дар.

Не найдя, что сказать, племянница понурила голову и подтянула ноги к груди. Поняв, что больше ему перечить не станут, Дар попросил княжну зажечь светлячок. Ему самому нужно было экономить силы. Сонья тут же выполнила его просьбу, с горечью подумав, что это практически всё, на что она способна. Магия травников была узконаправленной. Найти нужные травы, усилить их свойства, сделать так, чтобы в мазях и настоях они не потеряли своей полезности. Шептуньи могли «зашептать» небольшие раны через полезные травки. А вот создать какое-либо мощное заклинание они не могли. Магические светлячки, простейший щит, пара бытовых заклинаний и слабая левитация. – вот и всё, что было им доступно.

Когда прошли отведённые полчаса, Дар осторожно приблизился к деревянному люку и немного его приоткрыл. Сонья заметила то, что не замечала в самом начале из-за испуга. С их стороны на люке был большой засов. А значит, это место делали не только для хранения овощей. Но дальше развить свою мысль она не успела. Дар выбрался наружу, и потянулись тягостные минуты ожидания. Шаги мужчины были хорошо слышны, хоть он и пытался ступать очень тихо. А когда они и правда пропали, княжна заволновалась, но вида не подала. Раз криков слышно не было, значит, пока всё хорошо. Так она себя успокаивала до тех пор, пока вновь не послышались шаги, на этот раз спешные. Староста, стоявший у подножия лестницы, напрягся и потянулся за железным прутом, по какой-то непонятной для Соньи причине оказавшимся в подполе. Люк широко распахнулся и раздался голос Дара:

— Выходите, они ушли.

Милика даже всхлипнула от облегчения и заторопилась выбраться наверх. Сонья помогла подняться наре Ленике. Женщину заметно шатало, и травница сделала мысленную пометку намешать успокаивающий сбор. Ей он, кстати, тоже не помешает.

— Только не выходите из дома, — предупредил их Дар.

— Почему? — всполошилась Милика и нервно затеребила и так уже растрёпанную косу.

— Потому что… не стоит пока.

Судя по заминке, на улице было что-то страшное. Вспомнив, как тарк на её глазах разорвал женщину, Сонья тяжело сглотнула и согласно кивнула головой. Она видела раны, оставленные сабром, медведем, ножом, кинжалом, стрелой. Иногда местный целитель просил её ассистировать. Но она не находила в себе сил собственными глазами увидеть растерзанных людей. По крайней мере, не сейчас.

«Пусть их лучше полностью съедят», — подумала княжна и тут же устыдилась своих мыслей.

— Давайте пока в доме приберёмся, — предложила она и ухватилась за перевёрнутый стул.

Тарк, проникший в дом, перевернул вверх дном всё, до чего сумел добраться. На полу вместе с опрокинутой мебелью валялись черепки глиняных горшков и тарелок, а также осколки стаканов и рюмок. Занавески на окнах располосованы и сорваны, печная заслонка немного погнута, а на полу рассыпана зола. Что творилось в соседних комнатах, Сонье видно не было, но легко можно было представить.

— Что вы, мы сами всё приберём! — всполошилась нара Леника. — Вы бы присели, отдохнули.

— Наотдыхалась уже, — отмахнулась княжна, продолжая своё занятие. — Всё равно на улицу пока нельзя. С родными связаться не могу. А… — Встревоженно посмотрев на Дара, она спросила: — Вы не видели моего водителя?

— Нет, — ответил тот и отвёл взгляд. — Но я далеко не уходил. Сейчас схожу к кузнецу, и мы пройдёмся по деревне. Может, ещё кого найдём.

— Я с тобой пойду, — сказал староста и удобнее перехватил железный прут.

Сонья видела через окно, как мужчины подошли к дому кузнеца. Окна там тоже оказались разбиты. Долго на стук никто не отвечал, и травница уже решила, что вся семья погибла, когда дверь наконец приоткрылась. Коротко переговорив с пришедшими, кузнец что-то сказал, повернувшись вглубь дома, и вышел на улицу. А там уж, легко подняв свою кувалду с трупа тарка, пошёл вслед за старостой и его сыном. Их не было около двух часов. За это время Сонья и Милика успели не только немного прибраться в доме, но и наслушаться причитаний нары Леники, страдавшей над погибшим добром.

— Бабушка, хватит! — прикрикнула Милика и уперла руки в бока. — Главное, что живы остались, а добро можно и заново нажить. Лучше подумай, сколько людей погибло. Скольких мы…

Всхлипнув, девушка закрыла ладонями лицо и расплакалась. Её плечи мелко подрагивали, и княжна поспешила обнять девушку, чтобы хоть как-то успокоить. Сонья искренне жалела, что все её сборы находятся в домике. А до него пока не добраться.

«Вот же глупая! — подумала она, гладя девушку по спине. — Нужно было старосту попросить принести кое-какие мешочки. Заодно бы узнала, жив ли Недрик»

Вернувшиеся вскоре мужчины привели выживших и принесли плохие новости. Из восьмидесяти семи человек, проживавших в Крушановке, в живых остались девять взрослых, не считая Соньи, и шестеро детей.

— Может, и ещё кто-то цел остался, — предположил Дар. — Но те, кто работал на огородах, был на улице и не успел спрятаться…

— И что же нам теперь делать? — всхлипнула Милика.

Княжна осмотрела собравшихся в доме старосты. Нар Викор, нара Леника, Дар, Милика, кузнец Нарат со своей женой Илией и дочерью Сарной, молодая вдова Арика, охотник Варет. Хмуро на всех смотрящий тринадцатилетний Алек и прижимающаяся к нему семилетняя Рада, девятилетний Мирах, одиннадцатилетний Ватэм, восьмилетняя Фиара, держащая на руках своего полугодовалого брата Ворига. Сердце защемило от жалости, но на слёзы и переживания времени не было.

— Мой отец не оставит вас без помощи, — заверила она и подошла к Фиаре. — Вы сможете переехать…

— Нет уж, слишком я стар, чтобы переезжать, — перебил её нар Викор. — Детей заберите и пристройте в хорошие семьи.

— Не поеду, — зло сказал Алек и упрямо выпятил подбородок. — Никуда не поеду из своего дома!

Малышка Рада мгновенно разревелась, вцепившись в Алека, словно клещ. Другие дети тоже зашмыгали носами, а Вориг и вовсе приготовился присоединить свой голос к Раде. Сонья быстро взяла его на руки и принялась укачивать, нашептывая что-то успокаивающее. Малыш успокоился на удивление быстро и, широко раскрыв глаза, принялся рассматривать красивую незнакомку.

— Никто никуда не поедет, — подал голос кузнец и погладил широкой, словно лопата, рукой ближайшего к себе мальчишку по голове. — Детей я пока к себе заберу. Для начала нужно их родню найти, а потом уж думать, что дальше делать. А пока нужно до темноты похоронить… то, что осталось. Нельзя зверьё хищное привлекать. Хорошо, что ветер так и не поднялся, а то уже давно набежали бы.

— Нужно… — Сонья захлебнулась воздухом от волнения, но, справившись с собой, продолжила: — Нужно их не хоронить, а спалить.

— Но как же так?! — возмутилась нара Леника и посмотрела на своего мужа в поисках поддержки.

— Мама, леста Сонья права. — Дар ступил вперёд, прикрыв собой травницу. — Зверьё всё равно почует кровь. Думаю, тебе не понравится слушать, как они грызутся за куски мяса.

— Дядя! — воскликнула Милика и, побледнев, прикрыла рот руками, сдерживая тошноту.

— Прости, но лучше сразу сказать так, чтобы вы поняли всю серьёзность ситуации. У нас нет времени для споров, уже вечереет.

На этот раз никто из женщин перечить не стал. Дети тем более не лезли во взрослые разговоры. Хорошо хоть плакать перестали. Но Сонья уже морально готовилась к их вопросам о родителях. Поэтому, пока мужчины ушли убирать улицы, женщины готовили еду и решали, как будут располагаться на ночь. Расходиться по своим домам очень не хотелось. Страшно.

— Думаю, вполне можно разделиться на два дома, — сказала княжна, когда они все присели за стол. — А завтра… Завтра и решим. Я очень надеюсь, что к тому времени стая будет уничтожена.

Эта была тревожная, наполненная сумрачными мыслями ночь. Казалось, в доме старосты вообще никто не спал, а лишь притворялись, чтобы не мешать другим отдохнуть. Но как тут уснёшь, если где-то совсем рядом бродят волки, привлечённые запахом крови, но не находящие желанную добычу. Им повезло не стать закуской тарков. Теперь они и сами вышли на охоту. Но, так ничего и не найдя, вскоре ушли. А как только за окнами забрезжил рассвет, дом ожил. Нужно было накормить детей, сходить к ним домой и взять чистую одежду. Сонья же устремилась к своему домику. Ей срочно нужны были травы. Люди в такой напряжённой обстановке могут сорваться.

Ещё издалека она заприметила магмобиль. Покорёженный, словно кто-то специально старался его уничтожить. Вспомнив своего водителя, верой и правдой служившего ей последние четыре года, княжна всхлипнула и зажала себе рот руками. Не время горевать, она ещё успеет оплакать погибших. Потом как-нибудь… Решительно стерев покатившуюся по щеке слезу, Сонья подошла к своему домику и внимательно его осмотрела. Окно было разбито, но этого и стоило ожидать. Главное, чтобы травы не сильно пострадали.

Достав ключ из кармана заметно помятых брюк, Сонья отперла дверь и пошире её распахнула, чтобы впустить солнечный свет. Ужас, завладевший сердцем, перехватил дыхание и колким ознобом прошёл по позвоночнику. На полу, среди разбросанной утвари и трав, лежал огромный тарк. А под ним виднелась мужская рука. Пошатнувшись, Сонья сделала шаг назад, а потом ещё один и ещё. Но неожиданно тварь зашевелилась и немного заторможенно повела головой, будто прислушиваясь. Страх перед тарком лишил её способности мыслить, но она продолжила пятиться, не в силах отвести взгляда от наступающего на неё монстра.

Тарка шатало, словно он был пьян, и только это удерживало его от стремительного прыжка. Тихо взвизгнув, он покрутил головой, будто пытаясь избавиться от мешавшей ему медлительности. Сонья всхлипнула, понимая, что погибнет здесь. Как и почти все жители деревни. Ей бы обернуться и бежать, но ужас лишал последних остатков сил. Ей бы закричать, но из горла вырвался только полупридушенный хрип.

«Помогите! — мысленно взмолилась травница. — Помогите же мне кто-нибудь!»

Позади раздалось какое-то еле уловимое шипение. Что-то знакомое было в этом звуке, но окутанное страхом сознание отказывалось выдавать соответствующую ассоциацию. Ноги окончательно ослабли и, наверное, именно поэтому, когда раздалось громкое «Ложись!», Сонья, не раздумывая, упала на землю. Потом ей ещё долго снилось, как тарка перерубает на мелкие части чем-то невидимым, похожим на яростные порывы ветра.

— Леста Сонья, вы в порядке? — позвали её.

Оглянувшись, она увидела начальника охраны своего отца, леста Ворена фор Рескофф, и нескольких магов. Сонья даже не поняла, как оказалась рядом с лестом Вореном и, вцепившись в его мундир, громко разрыдалась. На задний план отошли мысли о том, что она княжна и должна держать лицо. Было совершенно не важно, что о ней подумают эти люди. Главное, что сейчас она не одна и её обнимают сильные руки, дарующие защиту и уверенность. Маги мудро молчали, давая ей время выплакать свой страх.

— Как… вы здесь оказались? —прерывающимся от рыданий голосом спросила Сонья и с благодарностью приняла белоснежный платок.

— Князь отправил нас, как только с угрозой было покончено, — ответил лест Ворен и отступил от княжны. — Почему вы бродили здесь одна? Неужели все погибли?

— Почти. — Сонья смущённо уставилась на синий мундир капитана, на котором хорошо виднелись мокрые пятна. Своими слезам она знатно намочила мужчине одежду. — Осталось девять взрослых и шестеро детей. А сюда я пришла, потому что мне нужны были травы. — Схватившись рукой за горло, она переждала приступ тошноты, вспомнив руку на полу. — Кажется, этот тарк схватил…

— Вашего водителя? — догадался один из магов и посмотрел в сторону распахнутой двери.

— Я видела только руку, — ответила княжна и содрогнулась.

— Схожу, проверю, — решил маг и сразу же отправился к домику.

Сонья отвернулась, не желая смотреть, как он обследует помещение. Наоборот, чтобы отвлечься, она вновь обратилась к капитану.

— Скажите, как мои родные? И люди в поместье? И… другие деревни?

Аристократ нахмурился, его синие глаза стали ещё темнее, словно он был недоволен вопросом. Но и замалчивать правду не стал.

— Пострадала ещё одна деревня. Верховье было как раз на пути стаи. Но там из двухсот жителей погибли только тридцать. Мы успели прийти им на помощь. Правда, половина домов пострадало, но князь уже распорядился восстановить их.

Пока лест Ворен вводил её в курс дела, маг, ушедший в дом травницы, успел вернуться назад. Увидев, как он хмурится, Сонья подняла руку, заставив капитана замолчать, и вопросительно посмотрела на мага.

— Я точно не знаю, был ли это ваш водитель. От него мало что осталось. Но на вашем месте - спалил бы этот дом. Там всё в крови и… — Поджав губы, мужчина вздохнул и продолжил: — В общем, сожгите его. Если вдруг что-то хотите забрать, я…

— Нет! — воскликнула Сонья и перевела взгляд на небольшое строение, служившее ей верой и правдой последние пять лет. — Кто-нибудь из вас владеет магией огня?

— Я, — коротко ответил второй маг и, повернувшись в сторону дома травницы, замер в ожидании.

— Приступайте, — разрешила княжна и вновь отвернулась.

Как она и думала, выжившие отказались переселиться во временный лагерь. Их дома были целы, поэтому смысла переезжать они не видели. Нар Викор пообещал найти родственников детей, но, посмотрев в хмурое лицо Алека, Сонья уверилась, что он точно не покинет этих мест.

— Вакцина… — вспомнила она. — Я сделаю новую, только подождите немного.

— На меня можете не делать. — Сын старосты исподлобья посмотрел на неё.

— Но…

— Простите, княжна, но своего мнения я не изменю.

Сонья была недовольна его решением, но и настоять не могла. Вакцинация была полностью добровольной. Поэтому она просто попрощалась со всеми и вошла в открытый магами портал. А выйдя на лужайке прямо перед теремом, поспешила в дом. Из гостиной донёсся голос княгини Майры, и Сонья поспешила к матери. Вот только помимо неё там присутствовали ещё несколько аристократок. Травница сразу же узнала близких подруг княгини, занимающихся благотворительностью и курирующих несколько детских домов на территории княжества.

— Мама, — тихо позвала она.

Княгиня оглянулась и, увидев дочь, бросилась к ней. Очутившись в крепких объятиях матери, Сонья наконец-то успокоилась. Теперь можно было сказать, что всё закончилось. Самое страшное уже позади.

— Милая моя, как ты? — взволнованно спросила княгиня, внимательно осматривая дочку.

Аристократки тихо покинули гостиную, оставляя их наедине. А Сонья вдруг подумала, что на самом деле могла больше никогда не увидеть родных.

— Всё хорошо, — заверила травница и сжала узкую ладонь в ободряющем жесте.

Лицо княгини разгладилось, а из тёмно-зелёных глаз ушла печаль. И леста Майра вновь стала напоминать беззаботную двадцатилетнюю девушку.

Внешность. Вот ещё один камень преткновения между светловолосыми и темноволосыми. Светловолосые тайхи — так их называли остальные жители — практически не старели. Ещё один, несомненно, прекрасный бонус к долгой жизни. Сейчас княгине было пятьдесят шесть лет, но выглядела она на двадцать. И так будет ещё очень долго. А к концу жизни княгине можно будет дать максимум тридцать пять. Так же, как и Сонье со временем.

Зато с появлением вакцины эта граница между людьми тоже окажется стёрта. По крайней мере, так было запланировано.

— Как там Яран? — спросила Сонья, когда они присели на софу, обтянутую золотисто-песочного цвета бархатом.

— Твой брат даже ничего не понял, — заверила княгиня. — Я сказала ему, что отец устраивает очередные учения.

— Хорошо, это хорошо.

Вздохнув, Сонья согнулась и положила голову на колени к матери. Так, как она делала всегда в детстве, когда ей нужны была поддержка и понимание.

— Бедная моя, — с сочувствием сказала княгиня и погладила дочь по волосам. — Сколько же тебе пришлось пережить. Как бы я хотела, чтобы ты жила с нами в столице.

— Мама, ты же знаешь, я не могу. — Сонья перехватила женскую руку и на мгновение прижала к своим губам. — Я шептунья, почувствовавшая зов этого места.

— Но почему? Почему именно ты? — задала женщина вопрос, который задавала уже не один раз. — Другие шептуньи могут сами выбирать, где им жить, а ты…

— А я особенная, — с улыбкой сказала травница. — Ты же сама всегда так говорила.

На это княгиня не нашлась что сказать, лишь с досадой дёрнула себя за слегка вьющуюся пшеничную прядь волос. Она тоже была травницей, но всего лишь собирательницей. Зато Сонья оказалась намного сильнее по дару. Да настолько, что последние годы обучения в Перинской академии пришлось обучаться удалённо. Девушка лишь иногда приезжала в столицу для сдачи экзаменов, а все домашние задания высылала магической почтой.

Такие сильные шептуньи, как леста Сонья фор Маркофф, рождались крайне редко. Но за могучий дар была своя цена. Однажды какое-то определённое место в мире начинало призывать травницу к себе. И тогда магиня становилась своеобразной хранительницей, нигде так хорошо себя не чувствующей, кроме как в «призванном доме». И не имело значения, кто она по происхождению: княжна или обычная горожанка. Перед магическим даром были все равны.

— Даже слишком особенная, — хмыкнула княгиня и чмокнула дочь в макушку. — Иди в свою комнату, прими ванну, отдохни, смени, наконец, этот потрёпанный наряд и через пару часов спускайся вниз, будем обедать.

— Наверное, папа хочет со мной поговорить, — с сомнением протянула Сонья, приподнимаясь с колен.

— Он подождёт, — заверила женщина и, встав с софы, потянула дочь за собой. — Иди, дорогая, а мне нужно закончить беседу. Теперь у нас на заднем дворе палаточный лагерь. Нужно немедленно заняться восстановлением домов до наступления холодов.

Попрощавшись с мамой, Сонья отправилась к себе и… моментально уснула у себя на кровати, проспав два часа. Если бы младший брат не заскочил к ней в спальню, она бы так и не проснулась. Поняв, что понежиться в ванной уже не получится, княжна приняла душ и подсушила волосы одним из бытовых амулетов.

— Быстрее, быстрее! — Яран прыгал по комнате, в нетерпении подгоняя сестру. — нара Велис приготовила мой любимый пирог!

— Яран! — строго прикрикнула Сонья. — Ты ведь будущий правитель нашего княжества. Веди себя хоть немного спокойнее.

— Ещё чего! — фыркнул непоседливый мальчишка, пошедший внешностью в мать, тогда как травница была копией отца. — Я и так днями следую всему, что мне говорят наставники. Можно хоть со своей семьёй вести себя нормально?

Не удержавшись, княжна хмыкнула и щёлкнула брата по носу. На что тот показал ей язык и быстро выскочил за дверь, пока Сонья не задала ему трёпку. Но шанс был упущен, поэтому она проследовала в столовую, где уже ждала её семья с несколькими близкими друзьями. Конечно, Сонья предпочла бы, чтобы никого постороннего не было, но выбирать не приходилось. Семье правителя вообще редко когда удавалось побыть наедине всем вместе. Особенно теперь, когда старшая дочь стала шептуньей предгорных районов.

Сразу по окончании князь позвал Сонью в свой кабинет. Войдя первой, княжна сразу же направилась к окну, рядом с которым стоял рабочий стол отца. В кабинете всё было лаконично и без изысков. Массивный дубовый стол без вычурной резьбы, несколько стульев с высокими спинками, книжный стеллаж и шкаф для папок с документами, а на полу тёмно-коричневый ковёр, выгодно выделявшийся на фоне светлого паркета. В правом углу от входной стены установлен небольшой камин, сейчас неиспользуемый из-за тёплой погоды. Всегда, когда Сонья приходила к отцу, она садилась на широкий подоконник. Из-за этого лест Беяр передвинул стол чуть ближе к центру комнаты, чтобы иметь возможность легко развернуться лицом к дочери.

— Расскажи, что там было, — сразу попросил князь, присев на свой стул.

Сглотнув, Сонья согласно кивнула и, разгладив складки на белом домашнем платье, постаралась вспомнить весь вчерашний день. Как оказалось, некоторые детали начали тускнеть. Возможно, так мозг пытался справиться со стрессом, но сейчас княжне нужно было совершенно противоположное. И она старательно вспоминала, говоря даже о самых незначительных деталях. Лест Беяр ни разу её не перебил, пока девушка не заговорила о странной твари, которая убила тарка.

— Ты точно никогда её не видела? — спросил князь и подошёл к книжному шкафу. — Нужно просмотреть бестиарий.

— Папа, её тут нет, — сказала Сонья, поняв, что за книгу он ищет. — Она в библиотеке столичного дворца. И да, там этой твари точно не будет. Это что-то совершенно новое.

— Понятно, — задумчиво протянул князь и уверенно добавил: — Не волнуйся, я разберусь.

А спустя неделю из столицы Арайской империи прибыли дознаватели.

Всю неделю Сонья практически не отдыхала. Ходила в лес, чтобы восстановить запас трав сразу на две деревни, пока личный артефактор отца делал для неё охранные и бытовые амулеты. Помогала княгине организовывать работы по восстановлению Верховья. Крестьяне, жившие там, старались вовсю, но одним им было не справиться. Тем более, нужно было готовить запасы на зиму. Поля с зерновыми были вытоптаны стаей. А об огородах и говорить нечего. Не всё успело вырасти, а что выросло, было безжалостно уничтожено тарками или сожжено магами. Оставлялось только удивляться, как большинству верховчан удалось выжить. Что уж говорить о крушановцах. Дома-то остались целы, только жить там было практически некому. Михора и Ватэма забрали к себе родственники. А вот у Фиары и Ворига таковых не оказалось. Поэтому вдова Арика забрала детей к себе, а охотник Варет обещал помогать им во всём. За Алеком тоже приезжали родственники, но мальчик где-то спрятался и не выходил, пока те не уехали. Кузнец Нарат решил приглядывать за упрямым пареньком. Да и Дар частенько заходил к нему. Всё это Сонье рассказал капитан Рескофф, заезжавший в опустевшую Крушановку по её просьбе. Вообще, лест Ворен в последнее время часто оказывался рядом с княжной. Но она считала, что это приказ отца, пока вчера вечером Яран с детской непринуждённостью не сказал за ужином, что у старшей сестры почитатель появился. Сонья вспыхнула от смущения и возблагодарила богов за то, что в кои-то веки они ужинали только вчетвером. Если бы болтовню Ярана услышал кто-то ещё, травница точно сбежала бы в горы на несколько месяцев.

— Что ты такое говоришь?! — возмутилась Сонья и бросила в брата салфетку.

Ткань упала мальчишке на голову, а потом сползла на колени. Будущий правитель Менского княжества только задорно рассмеялся в ответ на эту выходку, но кидать в сестру ничего не стал. Видимо, этой сознательности с его стороны поспособствовал строгий взгляд отца.

— Я, кстати, тоже заметила, что капитан увивается вокруг Соньи, — спокойно заметила княгиня и промокнула губы салфеткой.

— Мама! — Княжна с осуждением посмотрела на женщину.

— А что сразу я? — удивилась та. — Ты же невероятная красавица у нас выросла. На тебя уже давно все холостяки засматриваются.

— Только никто не спешит переезжать в эту местность, — хмыкнул князь, и Сонья тепло улыбнулась ему, благодаря за поддержку.

Действительно, когда она приезжала в столицу, многие мужчины делали ей комплименты и дарили цветы. Но ни один из них не захотел последовать за шептуньей в глушь. Они только и делали, что вздыхали по поводу того, как несчастной красавице княжне не повезло родиться с таким сильным даром. Правда, вздыхали не при ней, но это совершенно не мешало Сонье знать их настроения.

— Думаю, лест Ворен совершенно другой, — с достоинством ответила супругу княгиня. — Насколько помню, он как-то говорил, что больше всего любит своё загородное поместье. И только служба тебе удерживает капитана в столице.

— Дорогая, ты обвиняешь меня в том, что я неволю своего начальника охраны? — Князь выгнул серебристую бровь и с весёлым изумлением посмотрел на супругу.

— Ну что ты такое говоришь? — Княгиня улыбнулась и с любовью посмотрела на мужчину. — Я просто думаю, что лесту Ворену вполне может понравиться и тут. Да и Сонья будет под присмотром.

— Под каким ещё присмотром? — холодно спросила княжна.

Она всегда болезненно реагировала на такие разговоры. И леста Майра прекрасно знала об этом, но всё равно возвращалась к этой теме.

— Когда ты одна ходишь по лесам и горам, — спокойно ответила княгиня. — Милая, я прекрасно понимаю, как тебе опостылели эти разговоры, но пойми и ты меня. Я никогда не перестану волноваться. А в этот раз и вовсе могла потерять тебя!

— Со мной был Недрик, но это нас не уберегло, — печально сказала Сонья и встала из-за стола. — Простите, но я хотела бы уйти к себе.

— Милая… — Леста Майра обеспокоенно посмотрела на дочь.

— Мама, я не обижаюсь и даже понимаю твои мотивы, — заверила княжна. — Просто… мне нужно отдохнуть.

Но уйти она не успела. В столовую вошла нара Лери Басус, их домоуправительница. Судя по немного испуганному выражению лица, которое она безуспешно пыталась скрыть за маской невозмутимости, что-то случилось. Даже Яран это заметил и напрягся.

— Мой господин! — Нара Басус поклонилась. — Простите, что прерываю ваш ужин, но из Арайской империи прибыли дознаватели.

— Всего лишь… — разочарованно протянул юный княжич и вернул своё внимание тарелке с ужином.

— Проводи их в выделенные комнаты, — распорядился князь. — И скажи, что я приму их завтра.

— Но… мой господин… — Домоуправительница нервно смяла белый, накрахмаленный до хруста передничек.

— С ними что-то не так? — Лест Беяр удивлённо посмотрел на женщину.

— Один из них некромант! — выпалила она.

Сонья покачнулась и прижала руку к животу. Леста Майра с беспокойством посмотрела на дочь, но говорить ничего не стала. Зато Яран воспринял эту новость более чем воодушевлённо.

— Отец… — начал он, но замолчал под строгим взглядом синих глаз.

— Нара Басус, — спокойно сказал князь, переведя взгляд на домоправительницу, — заверяю вас, что некроманты устают так же, как и другие люди. Поэтому проводите наших гостей в их покои, а завтра я с ними побеседую.

Женщине ничего не оставалось, как выполнить волю правителя. Сонья тоже ушла вслед за ней, но не затем, чтобы посмотреть на прибывших. А для того, чтобы поскорее спрятаться в своей комнате. И не только от разговора с мамой, но и от нежданных гостей. Стремительно войдя в свои покои, княжна принялась нервно вышагивать по комнате, уже привычно обходя препятствия на своём пути. Два шага вправо, небольшая софа, а за ней круглый столик из орехового дерева, на котором лежит позабытый томик стихов. Шаг в бок, и вот уже Сонья у приоткрытого окна, через которое внутрь проникает свежий воздух, а закатное солнце клонится к горизонту. Но княжна не может устоять на месте, слишком взволнована! Поэтому ещё пять стремительных шагов, и она оказывается у широкой деревянной кровати, застеленной тонким покрывалом. Проведя рукой по вышитым золотой нитью цветам, Сонья стремительно разворачивается и падает спиной на мягкий матрас. Раскинув руки в стороны, смотрит на потолочные балки, гадая, что могло понадобиться пришлым магам. Тем более, когда один из них некромант!

Вообще, она ещё никогда в жизни не встречалась вблизи с магами смерти. Только пару раз видела их издали, когда обучалась в академии. А потом проснулся дар шептуньи, и она переехала жить в поместье. Конечно, Сонья уже не считала их исчадиями бездны и не думала, что они пьют кровь, как когда-то в детстве сказала нянюшка. Но, в то же время, подспудный страх оставался. Некроманты были, наверное, самыми загадочными магами в мире. Их всегда обучали в закрытых школах, начиная с момента пробуждения дара и заканчивая университетской программой. А эти их татуировки… Никто точно не был уверен, зачем они набивают чёрные, словно безлунная и беззвездная ночь, линии. Но бытовало мнение, что так они показывают окружающим свой ранг силы.

Лично Сонья считала это всё чепухой. Никто доподлинно не знал значение татуировок, а некроманты не спешили делиться своими секретами. А если бы предположение и было верно, то, как они собирались демонстрировать этот самый ранг? Насколько княжна знала, линии могли покрывать руки полностью. Не будут же некроманты снимать рубашки! Представив себе эту картину, Сонья почувствовала лёгкое головокружение. Перед мысленным взором предстал худощавый бледный мужчина, с жуткими чёрными глазами и столь же тёмными волосами. Пренеприятное видение! Которое травница тут же отринула, так как помнила: магами смерти всегда становились те, в ком было сильно наследие тайхар. Считалось, что рейты, как с лёгкой руки всё тех же имперцев стали называть темноволосых жителей, просто не способны вынести этот дар. Так как всегда были слабее в магическом плане, чем тайхи.

— И всё же, зачем они здесь? — пробормотала она, задумчиво хмурясь.

А на следующее утро отец вызвал её к себе в кабинет. Наверное, Сонья ещё никогда так не волновалась, как в этот раз. Всю дорогу она нервно разглаживала несуществующие складки на небесного цвета юбке. Пару раз провела пальцами по широкому поясу, на несколько секунд замирая на круглых пуговицах, обтянутых тканью. И лишь белоснежная рубашка избежала прикосновений. И то только потому, что княжна опасалась посадить даже самое маленькое пятнышко. Зато волосы, уложенные сегодня короной на голове, были несколько раз приглажены. Перед дверью, ведущей в кабинет, она и вовсе замерла. Вздохнула несколько раз, мысленно обозвала себя крепким словцом и решительно постучала. В кабинет уже входила не взволнованная девушка, а старшая дочь правителя Менского княжества.

— Лесты, это моя дочь, Сонья фор Маркофф, — сказал князь, когда она поприветствовала его. — Дорогая, это лест Марк фор Северский.

— Приятно познакомиться, прекрасная леста! — Пепельноволосый мужчина обаятельно улыбнулся и поцеловал протянутую руку.

Сама того не ожидая, княжна улыбнулась в ответ. Оказывается, перед взглядом аквамариновых глаз дознавателя очень трудно устоять. Расслабившись и отпустив своё волнение, она спокойно посмотрела на второго мужчину. Белоснежные волосы и холодные серые глаза. Лёд, способный ранить не хуже кинжала.

Поразившись этому внезапному сравнению, Сонья слегка нахмурилась.

— А это лест Марат фор Соклав, — представил незнакомца лест Беяр.

Когда второй дознаватель обхватил её ладонь длинными, сильными пальцами, княжна наконец увидела их. Острые кончики чёрных линий, начинающихся у запястья и скрывающихся под рукавом рубашки. Она честно хотела сделать всё правильно, но сердце испуганно трепыхнулось, а пальцы слегка дрогнули, прочертив несколько дорожек по мужскому запястью. Конечно же он всё понял. На красиво очерченных губах появилась кривая улыбка. Всего на мгновение, но этого было достаточно, чтобы Сонья испытала жгучий стыд за свою несдержанность. Но дальше всё стало только хуже. Лест Соклав склонился над рукой и запечатлел лёгкий, ни к чему не обязывающий поцелуй. Его губы не задержались ни на одно лишнее мгновение. Вот только глаза, серые, пронзительные, внимательно следили за мельчайшими изменениями на лице княжны.

Этот странный и немного пугающий мужчина заставил испытать её невероятную по силе эмоцию. А именно злость! Яркую и всепоглощающую. На него, за то, что провоцировал её. На себя, за то, что повела себя недостойно, не сумев совладать с собой. На всю эту ситуацию, которая заставила их встретиться. Тогда как Сонья была уверена, не случись нападения тарков, и она никогда не познакомилась бы с этим некромантом.

— Отец, зачем ты звал меня? — смотреть на князя оказалось самым безопасным для её душевного спокойствия.

— Лесты прибыли сюда, чтобы разобраться в том, что ты видела, — сообщил лест Беяр и ободряюще улыбнулся дочери.

— Ты имеешь в виду ту неизвестную тварь? — Сонья недоумённо посмотрела на леста Северского, сознательно игнорируя его напарника. — Но почему ею заинтересовались дознаватели императора Арвана?

— Так сложились обстоятельства, — дипломатично ответил мужчина и обезоруживающе улыбнулся.

Княжна тут же заподозрила, что конкретно этого мага прислали потому, что перед ним очень сложно устоять. Она точно не может, ведь он вызывает чувство доверия.

«Видимо, они уравновешивают друг друга», — подумала Сонья, мельком посмотрев на некроманта. И тут же пожалела об этом, наткнувшись на пристальный, изучающий взгляд.

— Что именно вы бы хотели узнать? — уточнила она и, немного замешкавшись, присела на один из стульев. — Право, я даже не знаю, чем смогу вам помочь. Не проще было бы изучить труп этой твари?

— Как только найдём её, обязательно последуем вашему совету.

Этот голос… Против воли Сонья замерла, вслушиваясь в слова. Казалось, он проникал в её сознание, заставляя его отсекать остальной внешний мир. И это княжне не понравилось! Сразу закрались подозрения о том, что это какие-то особые некромантские штучки.

— Вы… — Сонья постаралась отвлечься и вновь посмотрела на отца. — Разве вы не уничтожили её?

— Нет, до твоих слов мы и не знали о ней, — ответил князь и кивнул магам, чтобы они тоже присели.

Если честно, Сонья испытала облегчение, когда рядом с ней присел лест Северский. И, конечно же, лест Соклав и это не упустил из виду! Княжне ничего не оставалось, кроме как постараться взять себя в руки. Тем более, как оказалось, где-то по лесам может бегать опасный хищник.

— Я видела её совсем недолго, через окно дома старосты, — сказала она, найдя способ отвлечься от испытываемого ей дискомфорта. — Высокая, мне по плечо, а может, чуть выше. Похожа на кошку, только…

— Без меха? — предположил лест Марат, и она вновь посмотрела на него.

— Нет… Без кожи. Она была сплошь покрыта голыми мускулами. А ещё… На голове, кажется, были два костяных нароста. Но больше всего меня поразил хвост. Гибкий и невероятно сильный. Та тварь одним ударом сломала хитиновый панцирь тарка.

— Что было дальше? — спросил лест Марк, с участием глядя на неё своими аквамариновыми глазами.

— Нар Дар Турик приказал нам спуститься в подпол, где мы и просидели около четырёх часов.

— А потом вы встретились с тарком? — спросил лест Марат, заметив, как вздрогнула княжна.

— Разве это имеет какое-то отношение к вашему вопросу? — удивилась Сонья, и даже вполне спокойно посмотрела на некроманта.

— Нас интересует абсолютно всё, — заверил мужчина, не спуская с неё пристального взгляда. — Леста Сонья, вам не кажется странным, что вы остались живы?

— Кажется, — выдохнула княжна и на мгновение прикрыла глаза. — Он должен был… Я должна была погибнуть!

— Милая! — Лест Беяр подался вперёд, но Сонья остановила его.

— Нет, отец, ты и сам всё прекрасно понимаешь. Тарки слишком быстрые, а я всего лишь травница, неспособная защитить себя.

— Вы можете предположить, почему вам так повезло? — Некромант проверил записывающий кристалл, который держал в руке.

— Может, из-за трав, — предположила Сонья. — Все мои травы были разбросаны, а баночки с мазями и настоями разлиты. Там стоял невероятно удушающий запах.

— Думаете, его остановило именно это? — уточнил лест Марк и, достав небольшой блокнот, что-то в нём записал. — Или же какая—то определённая травка?

— Простите, но я не могу знать, — улыбнулась княжна, посчитав этот вопрос довольно забавным. Словно она была специалистом по таркам. — Да и проверить возможности нет, стаю уничтожили.

И каково же было её удивление, когда она заметила, как некромант переглянулся с князем, пока лест Марк вновь что-то записывал.

— Отец, — осторожно позвала она, сама ещё до конца не веря в то, что собирается спросить. — Они ведь все уничтожены?

— Понимаешь, милая, — начал князь, а Сонья подумала, что нет, не понимает. — Лет пять назад император захотел разобраться с этой проблемой. Было решено, что в следующий раз, несколько тарков нужно отловить и изучить.

«И кажется, я не хочу этого понимать», — сумрачно решили княжна.

— И где их содержат? — спросила она, хмуро осмотрев собравшихся.

— Не волнуйтесь, там они точно никому не навредят, — заверил некромант и получил в ответ недовольный взгляд.

— Сомневаюсь, что вы представляете себе всю опасность, — холодно сказала она. — Мне хватило пяти минут, чтобы понять: их нужно не изучать, а уничтожать!

И чуть не заскрипела зубами, когда увидела удивлённо выгнутую бровь. Только отработанное годами умение оставаться внешне спокойной помогло не опозориться окончательно. Она и так уже повела себя более чем несдержанно.

— Мы понимаем, — мягко заверил лест Марк, отвлекая её внимание на себя. — Двенадцать лет назад мы были в Северге в тот момент, когда напала стая. Мой друг вынужден был просидеть несколько дней под щитом с небольшим отрядом военных, окружённый сотней тарков. Поверьте, никто не хочет избавиться от этой напасти сильнее, чем мы.

Если и можно было почувствовать себя более глупо, то Сонья надеялась, что с ней такого больше никогда не произойдёт. Она впервые пожалела о том, что все тайхи выглядят так молодо. И её отцу, и дознавателям можно было дать максимум двадцать пять лет. Но князю было уже шестьдесят пять, а этим магам… Они вполне могли быть старше него в несколько раз.

— Простите, — выдохнула Сонья и сжала руки в кулаки.

— Вам не за что просить прощения, — неожиданно сказал лест Марат. — Первое время я думал точно так же. Но император прав в своём желании изучить врага. Сейчас у нас уходит много сил на уничтожение стаи. А вместе с ней мы уничтожаем дома. Конечно, их можно отстроить заново, но ведь можно поступать и иначе. Северг был спасён благодаря тому, что нас предупредили заранее. Вокруг города был выстроен мощный щит, а людей с ближайших поместий успели эвакуировать. У вашего отца такой возможности не было, потому что расстояния от деревни до деревни не такие уж и большие.

— А почему бы не установить такие щиты вокруг всех деревень и городов? — спросила Сонья, заметно успокоившаяся за время рассказа. — То есть, я понимаю, что это дело затратное, да и постоянно держать щит активированным тоже не вариант.

— Я уже разрабатываю такую возможность, — заверил лест Марк и вновь обаятельно и немножко самодовольно улыбнулся.

— Вы… артефактор? — поинтересовалась княжна, с интересом посмотрев на мужчину.

Если травники плотно были связаны с растениями, то артефакторы чувствовали металлы, драгоценные и полудрагоценные камни. Так же, как и травники, артефакторы усиливали свойства доступных им материалов, создавая поистине уникальные вещи. Княжна всегда восхищалась их умениями, так как артефакты много раз выручали её.

— Лучший, — с ухмылкой заверил некромант.

— Не хотелось бы хвалиться. — Лест Марк скромно потупился, но тут же вновь посмотрел на Сонью, озорно блеснув глазами. — Это действительно так!

Не удержавшись, Сонья хихикнула. Перед харизматичным характером этого мужчины действительно было сложно устоять. Но, почувствовав пристальный взгляд, мгновенно успокоилась и даже спину начала держать прямее. Если артефактор дарил чувство довольства беседой, то некромант словно в ледяную воду окунал.

«Кошмарный человек!» — недовольно подумала княжна.

— Что нужно конкретно от меня? — спросила она, вдруг поняв, что это не просто допрос.

— Мы хотели бы, чтобы вы помогли нам найти нужную комбинацию трав. Если, конечно, тарка не оглушило дикое смешение запахов.

— Отец? — Сонья удивлённо посмотрела на князя.

— Я не хотел бы впутывать тебя в это, — ответил лест Беяр. — Только матери ничего не говори, она будет переживать.

— Хорошо! — искренне заверила Сонья и обратилась к дознавателям: — Где именно их содержат?

— Если вы будете готовы через час, то можем показать прямо сегодня.

Недоверчиво посмотрев на некроманта, княжна вдруг осознала, что этих тарков держат где-то здесь, на её земле! И впервые пожалела, что не может почувствовать этого. Разве может подсказать растущая в горах арезия, помогающая при боли в суставах, что рядом с ней находится страшная тварь? Нет, она поведает только о том, что растёт, цветёт и набирается сил. Всё остальное шептунье недоступно.

— Мне хватит и полчаса, — заверила Сонья и поспешила к себе.