Проспорь свое сердце

Мягкая кисть бабочкой порхала по коже девушки, придавая ей идеальный тон. Далее в ход пошла другая кисть, окрашивая губы в кроваво-красный цвет и придавая задорный, слегка раскованный вид. Двумя руками Вероника слегка взбила волосы и улыбнулась, глядя в зеркало. Но долго любоваться собой ей не позволили.

- Ну-ка, посмотри на меня, - Данил завертел ее вокруг оси, как куклу, придирчиво оглядел со всех сторон. – Прекрасно.

Его одобрительный взгляд говорил куда больше слов – даже он, хорошо с ней знакомый, не мог отвести от приятельницы взгляд.

- Сойду для сельской местности, так? – не удержалась и съязвила Ника. Она до сих пор не могла поверить, что согласилась на эту дурацкую авантюру. Глупую, несуразную, но такую манящую… У нее не было ни возможности, ни желания отказаться. Дан прекрасно ее знал и умел надавить на нужные точки.

- Ну, своего братца я сельской местностью точно не назову, - хмыкнул тот. – Но сейчас тебя даже жалко отправлять на съедение этому матерому волку, красная шапочка.

- Иди к черту, - буркнула Вероника, которую уже изрядно подбешивало прозвище, которым ее окрестил друг, увидев в ярко-алом мини-платье. Газовая ткань в греческом стиле с открытым декольте и полупрозрачной ассиметричной юбкой вроде и казалась неприличной, но при этом придавала ей загадочности и заставляла кожу сиять. Ярко-алый блеск для губ и аккуратные черные стрелки на глазах завершали образ женщины-вамп, но успокоения девушке почему-то не придавали.

Дангулов к черту пойти не пожелал, лишь многозначительно хмыкнул.

- Вот скажи мне, - Ника спешно поправляла помаду, глядя на себя в карманное зеркальце. – Чем тебе твой братец так не угодил, что ты все это придумал? Только не говори, что за бедных влюбленных в него девушек вступиться решил.

- А почему тебе эта версия кажется невероятной? – Данил явно развлекался, строя из себя невинного младенца.

- Потому что я тебя знаю. Тебе все это па-ра-лель-но, - по слогам произнесла Вероника. Ну да, ее-то заставило согласиться шило в пятой точке, а вот друг придумал этот план буквально на трезвую голову. Ну… Наверное, на трезвую.

- Мне скучно, - честно признался Дангулов. А вот это уже явно было ближе к истине. Скучающий Дан – это опасно для окружающего мира.

- А мы тебе два клоуна, что ли?

- Именно! – не стал отрицать Дан и достал телефон. – Посмотри внимательнее, вот его фото. Запомнила?

Угу, такого красавчика грех забыть. Одни эти синие глаза чего стоят. Очень скучающие синие глаза. У них это семейное, что ли? Ну ничего, она ему скуку развеет. Берегись, красавчик, Вероника Северцева уже готова свалиться тебе на голову. На один вечер, не больше. Иначе надорвешься от такого счастья!

Познакомиться с ним труда не составило. Сам подошел, стоило ей лишь усесться у бара, живописно расправив подол наряда. Газовая юбка не скрывала стройные длинные ноги. Да и в целом девушка казалась уверенной, скучающей, легкомысленной – вполне подходящей для знакомства. Вот только внутри все дрожало, то ли от азарта, то ли от страха, то ли от предвкушения.

- Скучаете? – у него был низкий бархатистый голос, который она почему-то легко расслышала в шумном клубе.

- Нет, веселюсь, - машинально ответила Вероника, на мгновенье выходя из роли. – Здесь своего рода местный филиал зоопарка, не находите?

Судя по смешку, собеседник находил.

- А вы кем себя в этом зоопарке ощущаете? – ехидно поинтересовался он. – Дрессировщицей?

Тут уж сам бог велел повернуться к собеседнику. И… К такому она была не готова. Просто на фото он был другой. Совсем другой. Этакий уверенный в себе то делец, то плохой мальчик. И эти вечно скучающие глаза… А в жизни он рассматривал ее с плохо скрываемым интересом. Как ту же редкую зверюшку в уже упомянутом ранее зоопарке. И еще в его глазах было что-то такое, что определить она не могла. Вот только от этого взгляда она на мгновение стушевалась, и только данное другу обещание заставило ее собраться и, пристально глядя ему в глаза, произнести:

- Каждый выбирает по себе… Вот кем сейчас себя ощущаете вы? – легким движением она перекинула волосы на одну сторону, ощущая, как он следит за каждым ее движением.

- Мужчиной, - хмыкнул Дангулов-старший и повторил. – Мужчиной, который хочет пригласить вас на танец. Не откажете?

- Как можно, - насмешливо протянула Ника и одним глотком допила коктейль.

- Влад, - подавая ей руку, представился он.

- Вероника, - отозвалась девушка, следуя за ним на сияющий огнями танцпол. А внутренний голос в это время истошно вопил, чтобы она не смела увлекаться, ведь у нее есть только один вечер…

На всю комнату играла музыка, довольно тяжелый рок. Только это проносилось словно мимо сознания лежащей на диване девушки. Вероника Северцева, завернувшись в кокон из подушки и одеяла, пустым взглядом смотрела в потолок. Хотелось одного – чтобы ее не трогали. Еще никогда в жизни она не ощущала себя таким ничтожеством, как в последние полтора месяца. Принесший ей очередное разочарование смартфон бестолково валялся возле спинки дивана, куда отлетел после раздраженно-обреченного броска. Отказали. Опять отказали! Наверное, она уже никогда не найдет нормальную работу. Все не то – либо низкая зарплата, либо она не подходила. Отличница, краснодипломница, одна из лучших студенток курса! И это самое обидное. Она не справилась. Не смогла. И этот вызов, который она проиграла самой себе, жег больнее всех отказов. Получается, она слишком бестолкова, чтобы чего-то добиться?

Ника по жизни была оптимисткой, старалась никогда не унывать. Вот только в этот раз не получалось. Неудачи подкосили. И оставалось только лежать пластом и лопать каждый вечер мороженное, словно это могло что-то изменить.

- Ника, к тебе пришли, - раздался мамин голос за дверью. Вот, она даже родителей подвела. На сколько бы собеседований она не бегала, все без толку. Мама, конечно, поддерживает, но все равно безумно стыдно.

- Прячемся? – вошедший в комнату парень не стал терять время на приветствия, беззастенчиво стянул одеяло и защекотал девушку. На ее протестующий взгляд только расхохотался, а брошенную подушку перехватил как почетный орден. – Зато ожила.

- Дан! – возмущению Ники не было предела. А подушек на диване было много. И вскоре расправленное ложе превратилось в поле битвы, которая продолжалась до падения всех снарядов на пол.

- Хватит киснуть! – Данил дернул подругу за растрепавшиеся пряди. – Все о’кей будет.

- Ага, у меня уже полтора месяца все о’кей, - скривилась Ника.

- Опять отказали? – сочувственно уточнил лучший друг. Он уже устал наблюдать за метаниями приятельницы, ее попытками найти себя и очередной волной депрессии. Вот только помочь ничем не мог – их профессии не пересекались никак. В работе, как говорится, математик гуманитарию не товарищ.

- Сказали, что опыта работы мало. А на прошлой работе мне культурно намекнули, что я вообще ничтожество и звать меня никак, - хмыкнула Вероника. – Уже начинаю в это верить.

- Глупости не говори! – спокойно возразил Данил. Он, несмотря на склонность к авантюрам, внешне частенько оставался равнодушным. И только самые близкие знали, сколько чертят и таракашек пляшут в его голове лезгинку. Впрочем, когда-то они и подружились на почве авантюр, еще в университете. Сколько воды с тех пор утекло…

- Николетта, - он всегда называл ее так, когда взывал к логике, разуму, совести и прочим качествам, которые у его приятельницы проявлялись далеко не всегда. – Подумай логически. Ты в коллективе была самой младшей, коллектив женский. Неудивительно, что тебя вечно шпыняли и упрекали. Хотя еще недавно я вообще сомневался, что такое возможно.

- Не делай из меня чудовище, - надулась Ника.

- Ты сама его из себя делаешь, - парировал Данил. Впрочем, он был прав. Бойкая, неугомонная Вероника – вечная участницей авантюр, а нередко и зачинщица. Ее всегда было легко втянуть в спор, эксперимент или еще какую-нибудь ерунду.

- Так что не надо тут придуряться. Выползай из-под одеяла и шуруй покорять мир. Ты у нас умница, красотка, егоза, зараза. Иди оправдывай звание.

Посыл услышан не был, устраивать блицкриг никто не побежал. Девушка только подтянула колени к груди и обняла их руками. Приятно, конечно, что в тебя так верят, но изменить это все равно не может.

- Безработная умница. Это почти такой же оксюморон, как живой труп, - мрачно пошутила Ника. – Впрочем, по сути одно и то же получается. Вот, посмотри, - она подтянула поближе ноутбук и ткнула в экран. – Мне тут должность продавца-консультанта предложили. А здесь менеджер по связям с клиентами в брокерской конторе. Может, стоит согласиться? Зарплату не самую плохую обещают, тридцатку. Не вау, конечно, но лучше, чем то место, на которое меня с удовольствием взяли сегодня. Там вообще семь тысяч плюс проценты от доходов. Идеально, да? Я именно об этом и мечтала.

Данил слушай ее разглагольствования с каменным лицом, с каждой репликой все больше напоминая натянутую струну. На последних словах он не выдержал:

- Так, все, ты меня достала, - резко бросил он. – Будет тебе работа. Не совсем то, что ты хочешь, но зарплатой точно не обидят.

- Какая еще работа? – Ника недоуменно заморгала глазами. Она-то прекрасно знала, что еще вчера вариантов у друга не было. А теперь вдруг такое категоричное заявление.

- Такая. Не факт, конечно, что согласишься, но вариант неплохой, - начал рассказывать Данил. – Пахать, правда, придется, и начальник… - тут он запнулся, подбирая слово. – своеобразный. Но зарплата хорошая. Да и ты у нас трудности любишь, тебе интересно будет.

- Дан, - с нажимом протянула Вероника, всеми фибрами кожи ощущая подвох. – Что за работа? Что за начальник?

Каждое слово она произносила с паузой, словно пытаясь таким образом остановить поток вылившейся на нее рекламы. Это подействовало – друг немного стушевался, но пыл не умерил.

- Ассистентом директора туристической компании, - важно произнес он. – Не самая крупная, но и не шарашкина контора. У них туры весьма любопытные, всегда их услугами пользуюсь.

- А директора зовут… - подсказала Ника, уже понимая, в чем подстава со стороны друга.

- Влад. Мой двоюродный брат. Я договорюсь, на испытательный срок тебя возьмут точно. А там уже все от тебя зависит, - убеждал воспользоваться его связями Данил. Впрочем, он уже предугадал реакцию собеседницы.

- Что? К нему? – возмутилась Вероника, в единое мгновение вскакивая с дивана. Ноутбук покачнулся и свалился бы на пол, если бы не быстрая реакция гостя. – Нет! Ни за что в жизни!

- Вероника Владимировна, подождите, пожалуйста, пару минут, Владислав Олегович скоро освободится, - молодая девушка по имени Алина извиняюще посмотрела на посетительницу. Ника уже успела выяснить, что она работает менеджером и временно исполняет обязанности секретаря и ассистента. И явно радуется заранее, что вскоре эти обязанности могут перейти к другому человеку.

- Никаких проблем, - улыбнулась Ника и машинально потеребила кончик длинной и пышной косы, в которую сегодня убрала свою непокорную гриву шоколадного цвета. Сегодня она собиралась очень усердно: спрятала блестящие, волнистые пряди, нанесла минимум макияжа, запихнула в шкаф любимые черные лодочки под змеиную кожу на высоченных каблуках и обула простые балетки. Вместо стильного делового костюма – строгая юбка чуть выше колена, белая блузка. Образ завершали строгие очки в синей оправе – ранее Ника использовала их только при работе за компьютером или при чтении. В общем, сегодня она была ничем не примечательной серой мышкой. Ничего общего с ее обычным внешним видом, порою слегка вызывающим. Но в ином облике она бы сюда ни за что не пришла. Впрочем, она и не собиралась.

Бросив беглый взгляд на часы, девушка задалась вопросом, как она здесь оказалась. И в очередной раз прокляла свой характер, который не позволял ей оставить без ответа ни один вызов. Данил просто взял ее слабо! Пару фраз, ехидный взгляд – и вот, она уже терпеливо ожидает собеседования, хотя больше всего на свете мечтает сбежать без оглядки. Инстинкт самосохранения истошно вопил, что с директором фирмы встречаться не следует.

Хватит. Один раз повидались. Так, что до сих пор при его имени хочется заикаться. Слишком уж усердно он проклинал девушку, которую втянул в авантюру его братец.

Запиликал коммуникатор, и Алина предложила пройти к директору. Может, еще не поздно сбежать? Подумаешь, работа… В магазин парфюмерии, если что, пойдет. Или в ювелирный, благо, страсть к украшениям у нее в крови.

Поздно. Слишком поздно. Ощущение, будто она несчастный маленький волшебник, которого распределительная шляпа вот-вот отправит не на тот факультет.

Соберись, тряпка, соберись! Ты же авантюристка, Ника. Расправь плечи – и вперед. Он и не узнает, зря, что ли, столько усилий приложила?

- Добрый день, Вероника, - хозяин кабинета не приподнялся, приветствуя вошедшую. – Присаживайтесь.

Ага, сразу видно, кто здесь властный герой. Еще сигару в зубы и плетку на стол – вообще предел мечтаний.

Внутренний голос пришлось заткнуть. Хотя правдивость мысли признать стоило.

Потенциальный босс был таким, как любят изображать в кинофильмах и романах. Красивый, уверенный в себе, в темно-синем костюме, безукоризненно подчеркивающем широкие плечи. Не мужчина, мечта! Вот только не ее мечта.

А синие глаза с насмешкой следили за девушкой, сложившей руки на коленках, как примерная школьница.

- Итак, Вероника, расскажите о себе и своих ожиданиях от этой работы.

Сейчас она ждет немногого – что он ее не узнает. Но озвучивать это явно не стоило. И Ника начала отвечать стереотипными фразами на шаблонные вопросы, те, без которых не бывает ни одного собеседования. Бессмысленные и пустые.

В таком ключе беседа продлилась минут двадцать. Он давал подачу, она отбивала. И все это спокойным, размеренным тоном, без тени волнения, возмущения и даже полуоттенка эмоции. Лишь стандартная улыбка, которой полагалось быть на лице при деловом разговоре. Но вот потенциальный работодатель, кажется, выдохся.

- Ну, что ж, - он взял со стола карандаш и откинулся в кресле, задумчиво вертя его в руках. – В принципе, меня все устраивает. И я вполне готов с вами работать.

В первое мгновение Нике показалось, что она ослышалась – так не верилось в сказанное. Хотя, скорее всего, большую роль сыграла просьба друга. Несмотря ни на что, братья были близки. Видимо, придется привыкать к такому внешнему виду. Зато у нее, кажется, появится настоящая работа!

- Но на определенных условиях, - в голосе Владислава Олеговича возникла непримиримая жесткость, а в глазах появилась насмешка. От такого человека, похоже, можно было ожидать всего – от требования каждое утро варить кофе с солью до дополнительных обязанностей «на офисном столе».

- И на каких же? – не опустила взгляд Вероника. На вызов она отвечала всегда. В крайнем случае, если условия ее не устроят или работодатель выдаст что-то неприличное, можно взять вазу с конфетами и опрокинуть на столь безупречную прическу. И уйти, точнее убежать, благо, балетки вполне позволяют.

- Их будет несколько, - собеседник не спешил с ответом. Видимо, он искренне упивался этим моментом власти над соискательницей работы. Оценивающе оглядел ее прическу, лицо, высокий ворот закрытой блузки, усмехнулся и вновь посмотрел в глаза.

- Для начала, - и снова мхатовская пауза. Затем прозвучало неожиданное. – Сними очки, Ника. Это бесит. Ты и без них прекрасно видишь, девочка, - и он криво улыбнулся, словно ставя на предыдущем шаблонно-деловом разговоре раскормленную до невероятных размеров точку.

***

Владислав насмешливо смотрел на барышню, сидящую перед ним. Наивная. Неужели она думала, что, изменив прическу, одежду, убрав макияж и напялив очки, станет другим человеком? Что он ее не узнает? Впрочем, такое вполне могло бы прокатить. Если бы не редкое имя, рекомендация от Данила и его ярость на нее за участие в глупом розыгрыше брата. В чем-то он сам виноват, ляпнул перед кузеном, что все барышни у его ног будут, если захочет. Как результат – тот подослал к нему в клубе свою подружку, которая, стоит признать, сильно его заинтересовала. А потом жестко продинамила. Когда братец рассказал ему, довольно скалясь, о своей проделке, хотелось ему прикус поправить, а девчонку выпороть. И вот, она снова перед ним. Практически в его власти. Ведь хочет же она получить работу? Если это, конечно, не очередная авантюра Дана. В любом случае, в этот раз он отыгрывается.

- Сними очки, - повторил Влад. Девушка испуганно на него посмотрела и даже слегка вжалась в спинку кресла. Дай ей волю, и она сейчас соскочит с места и сбежит. Забавно, в клубе она посмелее была. Но одно мгновение – и взяла себя в руки, упрямо вздернув подбородок.

- Владислав Олегович, я не понимаю, какое отношение мое зрение имеет к моим обязанностям? - сухо произнесла она. Только сжатые кулачки слегка побелели.

- Очень простое, Вероника, - в его голосе слышалась насмешка. – Твое настоящее лицо я и так знаю, встречались. Судя по твоему маскараду, ты это тоже прекрасно помнишь. Или так и собиралась строить из себя серую мышь в черной комнате?

- Может, я обычно так и выгляжу, а тогда была в образе? – дерзко произнесла Вероника, не став оспаривать факта их прошлой встречи. Да, тогда она поддалась на идею Дана проучить немного этого кобеля. Впрочем, ничего противозаконного или неприличного она не делала. Так, немного пофлиртовала (ну ладно, много), пообещала поехать к нему и сбежала. Дан в красках описал, как этот субъект тогда злился, узнав об их проделке. Ника тогда даже впечатлилась. Так, что поклялась самой себе никогда в жизни больше не попадаться Владиславу на глаза. Не попалась… Сама же и притопала в логово зверя. Интересно, если он сейчас начнет реализовывать свою угрозу и пороть ее, хоть кто-нибудь поможет? Вряд ли. Он же БОСС.

- С трудом верится, - по губам собеседника проскользнула змеиная улыбка. – Итак, обговорим условия?

Вероника подалась вперед, поставила локти на стол, пристроила на руках подбородок и елейным голоском проговорила:

- А в этом есть смысл? У меня ощущение, что мое собеседование было жестокой ошибкой.

Лучшая защита – нападение, не так ли? Особенно в случае Вероники Северцевой, у которой настроение могло скакать каждую минуту. От страха к вызову, от дерзости к скромности. Вообще встать и уйти, наверное, действительно было бы самым разумным выходом. Вот только одна проблема. Ей стало интересно.

- Возможно. Но ты ведь сейчас не уйдешь, - прозорливо заявил Влад. – Не в твоем характере это. Да и работа тебе нужна. Если это, конечно, не очередной ваш с Даном розыгрыш.

- Работа мне действительно нужна. А вот жаждущий мне отомстить начальник не очень, - предельно откровенно сказала Вероника.

- А если мы сработаемся? – предположил Владислав, оценивая реакцию своей визави. Он уже понял, на что ее можно поймать. Так просто она отсюда не уйдет, это точно. А там и посмотрим, что это за цветочек и с чем он сочетается.

- Ты сам в это веришь? – ее тон был наполнен скепсисом. Она не верила точно. Не похож он был на человека, с которым будет легко работать. Особенно учитывая их общее мимолетное прошлое. Хотя, пожалуй, извиниться будет не лишним. – Я знаю, та ситуация была не самой лучшей. И, в общем, извини, мне жаль, что так получилось.

В тоне слышалась недосказанное: «Но ты сам виноват», и он это понял. Занятная малышка. Это в каких же красках братец пересказал ей их разговор, что она так уверена в их правоте?

- Что ж, принимается, - кивнул Влад. – Итак, попробуем начать сначала?

- То есть условия отменяются? – приподняла брови Вероника. Работа ей действительно была нужна. Если он засунет свою злость куда подальше, возможно, они даже смогут поладить.

- Отнюдь. Условия остаются, даже не надейся, - разрушил и без того хрупкие надежды Влад. – И, да, условия персональные для тебя. Можешь считать это вызовом.

Ну кто бы сомневался! Он ее в рабство хочет продать, что ли? Так она не готова пока. То есть какое «пока», вообще не готова. Если только в трудовое. Черт, Ника, уйми фантазию.

- Может, не будешь тянуть уже? – девушка не видела смысла обращаться к нему на «вы». Собеседование уже давно вышло за грань нормального. Не называет потенциального работодателя козлом – уже хлеб. Во всяком случае, вслух.

- Не буду, - усмехнулся Влад. – Все просто. Я предлагаю следующее. Я принимаю тебя с испытательным сроком на полтора месяца. За это время ты показываешь себя как отличного специалиста. Доказываешь, что ты можешь действительно работать на этом месте.

- В чем подвох? – в его словах так и слышалось какое-то «но», и это не давало девушке покоя. Не верит она в альтруизм и гуманизм собеседника.

- Все просто. Мы с тобой поспорим. Ежедневно мы будем по очереди давать друг другу задания не по работе. По очереди. Чтобы было честно. Сможешь их выполнить, выигрываешь в основном споре и получаешь эту работу. Нет – ты снова в поисках и, кроме того, должна мне желание. А оно будет грандиозным, - и снова эта коварная усмешка на губах.

***

Нике показалось, что она ослышалась. Он что, спорит на должность? Он вообще нормальный? А если она выиграет? Ее же очень легко взять на слабо, пойдет и сделает. Но откуда он знает, может, она вообще дурочка непроходимая? Как он ее тогда оставит работать на столь ответственной должности? Ах да, он же говорил, что она должна показать себя хорошим специалистом. И все же, зачем ему это? Повеселиться? Отомстить за то, что произошло год назад? Глупость какая. Вроде взрослый успешный человек, а ведет себя как маленький ребенок, у которого отняли игрушку, и он всеми силами пытается вернуть ее назад.

- А почему я должна тебе верить, что ты через месяц после выигрыша меня не уволишь? – полюбопытствовала Вероника. И только потом поняла, какую глупость сморозила. Она же практически согласилась на это его нелепое предложение! Интересно, все Дангулова безбашенные? Вроде к Даньке она уже привыкла, но братец его, похоже, переплюнул. А самое ужасное, что она действительно согласится. И не только из-за работы. Просто в последнее время ее жизнь была слишком однообразна. Собеседования, самоанализ под одеялом и нечастые прогулки с друзьями. Все это не особо способствовало ярким эмоциям, которыми она раньше буквально питалась, искрилась. А это пари вполне может ей их подарить. Слишком уж непредсказуемый ей попался в этот раз противник.

- Ты так уверена, что выиграешь? – прищурился Влад. – Я тоже не собираюсь сдаваться.

- Брось, - рассмеялась Вероника. – Что стоит какое-то желание против успешной работы? У меня стимул выше.

- Странно, что ты не оговорила условия желания, - задумчиво разглядывал ее босс.

- Ты бы не позволил мне поставить рамки, - пожала плечами Ника. – В этом я практически уверена. И вряд ли твое желание будет простым, иначе ты бы его на кон не ставил. Так что мне проще не знать, что ты там задумал.

Даже если это что-то не совсем приличное. Или пошлое , - внутренний голос успокаиваться не хотел, то и дело подкидывая ее воображению жаркие сцены. Ну, а что поделать, если ее босс – воплощение харизмы?

- Разумно, - судя по тону, Влад с этим согласен не был. – Что касается твоего вопроса. Если тебе так спокойнее, предлагаю такое условие. Если ты выигрываешь пари, в течение трех лет я не могу тебя уволить.

- А на три года и один день шуруй с вещами на выход, - хмыкнула Вероника, впрочем, оценив такую уступку. Похоже, у него есть, пусть и своеобразное понятие чести. Кстати, о чести и прочем.

- Меня устраивает такой вариант, - кивнула она. – Что касается заданий. Я так понимаю, это будут небольшие споры на слабо? – и, получив подтверждение своих слов, добавила. – Я требую, чтобы все было относительно в пределах приличия. То есть, как минимум, ты не пытаешься меня под кого-то подложить.

Почему-то это требование вызвало взрыв хохота. Отсмеявшись, Влад пояснил:

- Странно слышать это от тебя, учитывая обстоятельства нашего знакомства.

- Владислав Олегович, я бы вас попросила, - укоряющее произнесла Вероника. – Данил меня под вас не подкладывал, он лишь попросил вас слегка проучить.

- Какая прекрасная формулировка, - съехидничал Влад. – А, главное, звучит прилично. И вы сразу такие белые и пушистые, а я бесчувственная тварь и тиран.

У каждого своя правда – эту истину Вероника впитала с детства. И каждый за эту правду готов бороться. Вот только на деле она искажена всегда из-за призмы собственных взглядов. Так и сейчас Владислав чувствовал себя несправедливо оскорбленным, а она по-прежнему была уверена в правильности собственных действий. Ну как, почти уверена. А ведь была еще правда Данила, который тогда решил прикольнуться над братом.

- Как вам будет угодно, - мило улыбнулась Ника. – Вы - начальник, скажете быть белой и пушистой, такой и буду. Наверное.

А скорее всего не будет. Жизнь покажет. В любом случае, кажется, сейчас она почти добровольно вляпывается в самую грандиозную авантюру из всех, что были в ее жизни.

- Прямо, как и скажу? Ну-ну. И не переживай, подкладывать тебя точно ни под кого не собираюсь, - он резко подался вперед, перегнулся через стол и стянул с ее носа очки. Спокойно встретил злой зеленый взгляд, который раньше успешно скрывали стекла. – Так-то лучше. Реально бесит. Завтра придешь на работу в нормальном виде. Быть серой мышкой не в твоем характере, Ника. И не говори мне «вы». Тоже бесит.

- Если я так тебя бешу, может, мне лучше другую работу подыскать? – предложила девушка, прекрасно понимая, что он откажется. Да, она его бесит. И злится он на нее до сих пор, как бы этого не отрицал. Вот только на попятную он не пойдет, доведет это дурацкое пари до конца. Как раз-таки потому что она его бесит, он и попытается ее проучить. Они слишком похожи, этот момент она отметила еще год назад, при «случайном» знакомстве в клубе. Тогда она «на слабо» станцевала на барной стойке, а он стал «жертвой» девочки на разогреве. Неудивительно, что она тогда так разозлила его своим побегом. Просто не вписалась в привычные для него стандарты. И, возможно, в эти самые стандарты он теперь и попытается ее впихнуть.

- Я думаю, мы с этим справимся, - Влад явно чувствовал себя хозяином положения. – Не считая этих ерундовых возражений… Судя по всему, ты согласна. Спорим?

В его ленивом голосе слышался вызов, на который она не могла не ответить. Во всяком случае, та, прежняя, Вероника Северцева, которая не страдала комплексом неполноценности последние полтора месяца и не лезла на стенку от чувства собственной никчемности.

- Спорим! – твердо произнесла Вероника. Голос слегка охрип от волнения, а предательское сердце вдруг забилось в горле. Почему у нее возникло ощущение, что сейчас она заключила сделку с дьяволом?

- Ника, ты? – крикнула Лариса Юрьевна с кухни, где уже одуряюще пахло свежей выпечкой. – Иди ужинать.

- Сейчас, мамочка, только руки помою, - девушка забросила сумку на тумбу в прихожей и направилась в ванную. Ополоснув руки, она приложила мокрые ладошки к щекам, стремясь унять красноту, проглядывающую даже через толстый слой пудры. Сейчас, час спустя после собеседования, уже хотелось пойти на попятный, не дать собой манипулировать. А вместе с тем… Это же будет весело! Должно быть, во всяком случае. После того, как она прибьет Дана, который втравил ее в эту историю.

Интересно, чего добивается Влад? Потешить самолюбие? Наверное. Даже если год назад он и запал на нее под действием алкоголя и клубной атмосферы, сейчас от этой симпатии не осталось и следа. Мужики не любят, когда их динамят. Тем более, такие, как Владислав – знающие себе цену. Красивый он все-таки. И умный – глупый бы не смог так раскрутить и держать компанию на плаву, даже если ему помогали на первых порах родители. А еще он наверняка циник. Поэтому простых заданий от него ждать не стоит. Его цель – немножко поиздеваться. Значит, нужно придумать достойный ответ. Сейчас бы Дана привлечь, вот кто специалист по всяким каверзам. Но слишком опасно. Кто знает, на чью сторону он станет в итоге? Значит, пока надеяться стоит только на себя. Но она справится, тоже не лыком шита.

Осталась самая малость – придумать, чем же занять босса. Ну и, конечно, рассказать проницательной маме о собеседовании. За исключением пикантных деталей, разумеется.

На столе ее ждала уже тарелка с аппетитно пахнущим грибным супом и домашний хлеб.

И мама, сгорающая от любопытства.

- Ну, рассказывай, как все прошло? – спросила она, помешивая что-то в сковородке.

- Можешь меня поздравить, - гордо произнесла Вероника. – Твоя дочь теперь работает.

- Отлично! – мама чмокнула ее в щеку, не отрываясь от процесса готовки. – Чем будешь заниматься? Это то место, где тебе устроил собеседование Даня?

- Да, начальник – его двоюродный брат. А я буду его ассистентом. По сути, секретарем, помощником, только полномочия у меня будут несколько шире. Придется помогать во всем, - Вероника бодро заработала ложкой. Грибной суп она обожала, как и грибы в любом виде. – Пока с испытательным сроком, а там видно будет. В любом случае, плевание в потолок пока откладывается.

- Дуреха, - рассмеялась Лариса Юрьевна. – А сколько лет брату? Симпатичный?

- Мама! – от возмущения Ника даже выронила ложку. – Ты о чем вообще? Он мой начальник. Мне работать надо, а не романы крутить.

Ага, работать. Интересная у тебя будет работа – выполнять капризы начальства. И спорить с ним на должность. Кстати, интересно, какое задание ждет тебя завтра? И что за желание он потребует, если ты все-таки проиграешь?

Ника только отмахнулась от коварного предателя. Сейчас отвлекаться не стоит, а то мама уже мысленно ей троих детишек от Влада организует.

- Одно другому не мешает, - подтверждала тем временем ее опасения Лариса Юрьевна. – Тебе уже двадцать три, можно уже и о личной жизни подумать. Даня вон какой хороший мальчик, у него вряд ли будет плохой брат.

Если бы ты, мамочка, знала, при каких обстоятельствах твоя дочь познакомилась с этим братом, ты бы ничего такого точно не сказала.

- Мамуль, я хочу работать. Я хочу стать хоть кем-то, - умоляюще посмотрела на нее Вероника. – Согласись, это не очень получится, если я с первого дня буду вешаться на начальство.

- Глупостей не говори, - погладила ее по голове родительница. – Просто, если что, шарахаться не надо. А то знаю я тебя.

Лариса Юрьевна почему-то была убеждена, что дочь сама всех ухажеров распугивает своим неугомонным характером.  Отчасти так и было. Для кого-то девушка слишком много умничала, а для кого-то была просто своим парнем. Долго мама лелеяла надежду, что дружба с Даней перейдет в нечто большее, только пока этого не произошло.

- Буду паинькой, клянусь, - торжественно пообещала дочь и сменила тему в сторону ее новых обязанностей. Они еще долго бы мусолили все детали собеседования, но Нику спасла мелодия входящего вызова. Данил.

- Ну что, как все прошло? – поинтересовался он. – Судя по тому, что братец скинул смс с благодарностью, тебя взяли.

Извиняюще кивнув маме, Ника ушла в свою комнату:

- Судя по благодарностям, он вполне мог меня прибить и закопать мой хладный трупик на опушке леса, - пробурчала она.

- Да ладно, зная тебя, ты так замаскировалась, что он и не чухнулся, - рассмеялся друг. – Он и видел тебя всего один раз.

- В том-то и дело, что узнал. Ты во что меня втравил, чучело соломенное? – напустилась Вероника, выплескивая весь свой страх, который испытала во время столь странного собеседования.

- И…Как отреагировал?

- Я перед ним извинилась, - процедила Ника, остальные ее слова потонули в громовом хохоте.

- Ты что?! – не верил своим ушам Дан. – Свершилось чудо? Так, а он тебя на работу взял же, - и, получив утвердительный ответ, продолжил. – Интересно, кто из вас кого допечет первым. Делаем ставки, миледи?

- Иди ты к черту! – ласково указала ему направление Ника и добавила. – Ставлю на себя.

- Идет, а я тогда на братца. Срок – один месяц. Приз - бутылка Кьянти. В ход событий я не вмешиваюсь, так что все зависит от тебя, детка, - и, смеясь, Дан положил трубку. Ника лишь сильнее сжала в руках смартфон. Сумасшедшая семейка Дангуловых уже в выигрыше. Но даже сейчас это все кажется лишь затишьем перед бурей. Что же будет дальше?

Первый рабочий день Ника провела как на иголках. Все время ждала того самого первого задания из пари. Но получала только обычные рабочие распоряжения.  И это ничуть не успокаивало, лишь заставляло нервничать еще больше. Когда девушка появилась на работе, непосредственный начальник довольно-таки ехидно заметил:

- Ну, наконец-то, на человека стала похожа, а не на любительницу крысиного яда, - и оглядел ее с ног до головы, заставив буквально подавить желание стукнуть по голове хотя бы вон той толстенькой папкой.

Любительницу крысиного яда? Это крысу, что ли? Сам ты козел общипанный, дорогуша.

Впрочем, его реакцией Ника осталась более-менее довольна. Сегодня она опять долго собиралась. Только на этот раз свою внешность замаскировать не пыталась. Копна темных волос была привычно выпрямлена до идеального состояния и заколота в конский хвост, аккуратные черные стрелки делали зеленые глаза ярче, темно-зеленое платье офисного покроя с полоской кружева на подоле ничуть не скрывало фигуры, а туфли на высоких каблуках делали ее выше.

- Хотите, вам яда подсыплю, Владислав Олегович? - с безукоризненной вежливостью поинтересовалась Вероника, мысленно проклиная собственную язвительность. Нельзя, абсолютно недопустимо так разговаривать с собственным начальством. Даже если это начальство хамит.

- Собственным не подавись, Ника, - ухмыльнулся Дангулов и протянул ей стопку папок. – Подготовь к полудню сводку по отчетам. Мне требуется анализ показателей и твои размышления, как их увеличить. Посмотрим, чего ты стоишь. И, да, приготовь мне, пожалуйста, кофе.

- Как прикажете, сир, - шутливо поклонилась девушка, ерничая. Почему-то дистанцию соблюдать не получалось совсем. Возможно, потому что она помнит, как он целуется?

Черт, Ника, это уже совсем из другой оперы. Уймись.

Внутренний голос порою был разумнее ее, а вот сама Вероника вечно летела мотыльком на огонь. И чаще всего этот костер зажигался после слова «Слабо?». Она не любила оказываться слабой.

- Молоко, сахар, корица? – уточнила девушка, заставляя себя все-таки вспомнить, что он ее начальник.

- На твое усмотрение. Только соль и перец не добавляй, - предупредил начальник, который уже раскусил пакостливую натуру Ники. Раздал несколько указаний относительно звонков и деловых писем и только после этого соизволил отпустить.

Вышла из кабинета Ника злая. Умом она понимала, что все его распоряжения исходят по праву статуса, вот только ее все равно бесило, что ею командует этот мужчина. Не пропадало ощущение, что он наслаждается собственной властью над ней. Может, стоило бы сбежать? Пока не поздно.

Вместо этого направилась в приемную, где, без труда управившись с кофеваркой, сварила боссу капучино, добавила в стакан немного корицы, сахар (не пожалела, целых четыре ложки) и четким шагом вернулась в кабинет. Аккуратно поставила чашку, так, что даже ложечка не звякнула. Получила кивок вместо благодарности - Влад даже не соизволил оторваться от документов. Но Ника только улыбнулась и вышла за дверь. Далеко, впрочем, не ушла. Остановилась и мысленно начала считать. Один…два…

- Ника!

Внутренний голос мерзко захихикал, а сама девушка с благожелательной улыбкой вернулась:

- Что-то хотели, Владислав Олегович? – невинно поинтересовалась она. Разве что глазками не хлопала – это было бы перебором. Полной дурочкой она не была, и Дангулов это знал.

Владислав окинул ее цепким взглядом, словно пытаясь оценить степень ее вины. Но в конфликт ступать не пожелал, оставив этот раунд за ней.

- В следующий раз положи, пожалуйста, две ложки сахара. Не люблю, когда приторно, - спокойно сообщил он.

- Вы не уточняли, а мужчины обычно любят сладкое, - равнодушно парировала девушка. Конечно же, она была не в курсе, что конкретно этот индивид сладкое употреблял в умеренных количествах, она же не дружила с его братом, из которого вчера вытянула все, что только можно.

- Солнышко, - по приторности улыбка Влада могла бы посоперничать с упомянутым кофе, - мужчины обычно любят другое сладкое. Тебе показать, какое?

- Не думаю, что это относится к моим обязанностям, - Вероника была сама любезность и деловитость. Ему нужна безупречная помощница – так она попробует. Это ведь тоже своеобразный вызов. Правда, пакостить по мелочам, не в ущерб работе, вряд ли перестанет.

- Обсудим это вечером. Ты же помнишь, что сегодня первое задание?

Вероника кивнула. Она заранее боялась того, что выдумает его неуемная фантазия. В чем он собрался ее на слабо брать? Ничего, узнает.

- А разве задания будут не в рабочее время? – лишь уточнила Северцева.

- Большей частью – нет. Не могу же я тратить оплачиваемое мной же время на такую ерунду, - поморщился Владислав. – Так что нам теперь предстоит провести вместе. А теперь иди.

Вместе? Он что, сбрендил? Она на такое не подписывалась…Вечера – то самое время, которое она надеялась потратить на отдых после того, как этот «властный босс» будет трепать ее нервную систему. А тут сюрприз, даже, можно сказать, киндер-сюрприз, с игрушкой внутри. Опасной такой игрушкой. На негнущихся ногах Вероника вышла в приемную и просто рухнула на стул. Вопрос, во что же она ввязалась и чего именно хочет от нее это неугомонное чудовище, становился все актуальнее.

К вечеру Веронике хотелось взвыть. Влад будто нарочно подкидывал задания, с которыми новичку, никогда раньше не работающему в этой сфере, справиться было сложно. Впрочем, сводку по отчетности она каким-то волшебным образом подготовить сумела – сказался студенческий опыт в написании конспектов. Вычленить основное, разбить на категории, отразить в таблице, чтобы было удобнее воспринимать. Затем составить расписание так, чтобы руководителю было удобно, впихнуть каким-то чудом десятки встреч, связаться с рекламным агентством, готовящем новые буклеты…. И медленно, но верно ощущать себя чайником, с каждой минутой закипающем все больше. Больше всего бесила неизвестность и тот азарт и предвкушение, с которым она ожидала вечера. Нелогично? Да. Но смесь была гремучей, и остаться спокойной было сложно.

Влад ее не валил. Спокойно проверял все, что она делала. Если были какие-то замечания, вносил. В общем, почти идеальный начальник…на работе. А что будет после?

Время миновало шесть, но Ника и с места не сдвинулась. Рабочий день закончен, но не у личной помощницы директора компании. Даже если после ухода сотрудников он превращается в графа Дракулу.

Тут уж главное не стать его жертвой, а если и стать, то напоследок тоже кровушки выпить. Помирать – так с музыкой. И со страданьями. Чужими.

- Ника, ты готова? – а вот и его темнейшество пожаловать изволило. Без галстука, в белой рубашке, расстегнутой на верхние пуговицы… И вид такой, будто перед этим успешно подрых, уткнувшись носом в клавиатуру. Хотя кто их, властных боссов, знает?

- Неа, – помотала головой девушка. – Хочу кофе, пироженку и на ручки, но что это изменит?

Изменило это и правда немного. Хотя одно ее пожелание было успешно выполнено. Условно говоря. На ручки ее все-таки взяли. Хотя как на ручки… Безжалостно выдрали из офисного кресла и взвалили на плечо. Придерживая одной рукой, другой прихватили ее сумку и плащ… И только тут Ника очнулась.

- Владислав Олегович, - вкрадчиво прошипела она. – Я спецдоставку сотрудников не заказывала. Извольте поставить меня на грешную землю, ножками дойду в ту обитель порока, куда мы направляемся.

- Поздно, мадемуазель, сами на ручки просились, теперь не нойте, – судя по тону, шеф явно развлекался. - Экспресс-доставка уже в действии, груз может не изображать из себя попку дурака… И щипаться тоже не стоит. Уроню где-нибудь на лестничном пролете, будешь учиться еще и летать, птичка Говорун.

- Так не к вам же… Лучше вооон к тому симпатичному мальчику, - ткнула куда-то влево Вероника, где вырисовывался чей-то силуэт. На что носильщик только расхохотался.

- Боюсь, на Аполлоне ты далеко не уйдешь, - хмыкнул он. – Или как там этот черт называется?

Даже поднес девушку поближе, чтобы она могла рассмотреть невесть как затесавшуюся в офис псевдогреческую статую.

- Нет в жизни справедливости, - печально вздохнула Вероника, пристраивая голову поудобнее. – Единственный приличный мужик, и тот гипсовый.

- Тебе со мной, между прочим, еще работать, - напомнил Дангулов, что он вроде как тоже входит в число лиц мужского пола. На что получил невозмутимое:

- Ты не мужчина, ты начальник, - философски резюмировала Вероника. - И опусти уже на пол, я перехотела на ручки. Неаккуратный ты больно.

Дангулов, разжалованный из гордого звания мужчины, действительно, чуть было не уронил свою ношу. Сгрузил на пол и посмотрел на нее слегка обиженным взглядом:

- Ну и зараза ты, Северцева, - недовольно буркнул он, на что получил широченную улыбку:

- Так точно, Владислав Олегович, - чуть ли не козырнула рукой его личная помощница. – Ну что, ведите на галеры. К рабству не готовы, но справимся.

Дангулов только закатил глаза, в очередной раз подумав, что вместо помощницы ему попался балаганный паяц, но отступать от задуманного не собирался. Зато это будет весело. Определенно, будет. И тонкая ткань зеленого платья, при каждом шаге обрисовывающая то, что вроде бы должна скрывать, это мнение только подтверждала.

***

- Ну и на кой черт ты притащил меня сюда? – полюбопытствовала Вероника, оглядывая пока еще полупустое помещение танцевального клуба-бара, расположенного в старой части города. – Или твое желание заключается в том, чтобы я тебя перепила? Так ты, кажется, обещал не ставить мне априори невыполнимые задачи.

- Почему же невыполнимые? – Влад явно издевался над ней. – Я вот в тебя верю, а вот ты в себя что-то не очень.

Только мысль о том, что нехорошо бить человека, который платит тебе зарплату, удержала Нику от затрещины в адрес горячо любимого начальства. Ну не может же он предполагать на полном серьезе, что она его перепьет… А если нет, что тогда? Действительно, на кой черт ее сюда притащили?

- Думаю, для начала неплохо было бы поужинать, - одним взмахом руки он подозвал к себе официантку с меню. Та, усиленно строя глазки, поздоровалась. То, что к ее начальству обратились по имени-отчеству, Ника отметила скорее краем сознания. Влад явно является здесь завсегдатаем и знает все подводные камни, тогда, когда она в этом милом заведении не бывала еще ни разу. Сложно в таких обстоятельствах не ждать подвоха.

- Выбирай, - скомандовал Дангулов. – Да, и кстати. О собственной карточке можешь забыть. За ужин плачу я.

Джентльмен он, может, и джентльмен, но с такими замашками, что так и хочется приласкать чем-нибудь тяжелым. И побольше-побольше.

- Вообще-то я и сама могу, - сухо отозвалась Вероника, не отрывая взгляд от меню.

- Ну уж нет, - оскорбленно возмутился Владислав. – Ты и так меня из мужчин разжаловала. Так что молчи и терпи. Надо было этот пункт тоже прописать.

- Молчать и терпеть? – хмыкнула Ника.

- Не выкаблучиваться насчет денег, - сказал – как отрезал. Только девушку это не смутило. Она подняла хитрые глаза от меню и уточнила:

- Это ваше желание на сегодня, повелитель?

«Повелитель», которому, видимо, уже традиционно притащили сырный кофе, поперхнулся и закашлялся.

- Нет, золотая рыбка, желание будет позже. Пока я выполняю твой минимум «на ручки» и поужинать, - скривился Влад, не собираясь ни на йоту уступать этой зеленоглазой егозе.

Хорошо еще, про массаж и фантастическую ночь ничего не ляпнула, Никуль, - ехидно намекнул собственный внутренний голос, дотоле насмешливо наблюдающий за этим дурдомом.

На собственные подначки Вероника вестись не стала. Спокойно сделала заказ, также невозмутимо поужинала. А Владислав, с деланно-равнодушным видом разделывал кусок мяса на более мелкие порции и чего-то ждал, заставляя нервничать все больше. И лишь когда на сцене появился ведущий и зачем-то стал собирать народ из присутствующих, тонко усмехнулся и заявил:

- А вот и мое желание. Иди. И стань лучшей.

Лучшей в чем? Что-то ни ведущий, ни ее собственный шеф не спешили пояснить, что за черт тут происходит и с чем связан весь кипишь. Впрочем, она что, действительно, ждала четких разъяснений от вот этой вот нагло улыбающейся синеглазой рожи? Глупо и наивно. Из сказок давно пора вырасти.

Но даже со сцены Ника видела насмешливый, отблескивающий в полумраке, устремленный на нее взгляд. И искренне надеялась, что затеваемый ведущим конкурс никак не связан со стриптизом. Или с танцами на пилоне. Или с танцем живота. Или… Блин, да с чем угодно. Нику, конечно, на слабо очень легко взять, только заниматься акробатикой на шесте физическая подготовка ей точно не позволяла. Обычный танец – еще куда ни шло. А так…

К счастью, танец с пилоном связан не был. К сожалению, обычным его тоже сложно назвать. Если верить словам ведущего, ей предстояло ни больше ни меньше, чем станцевать…танго. И не просто станцевать, победить. Так, кажется, звучали условия?

Изображать страсть (а танго воплощает это чувство и никак иначе) ей предстояло вместе с одним из участников танцевального коллектива бара. Второй по очереди. И, черт, кто был знал, как ей хотелось убежать куда подальше.

Вот только Влад явно не знал о ее непростых отношениях с танцами, когда выбирал задание. Стать лучшей? Это не так уж сложно. Наверное. Во всяком случае, для человека, семь лет занимающегося бальными танцами.

Сложно было другое. Выйти на паркет, почувствовать ритм музыки, ответить страстью на страсть… И не растеряться. Прекрасная актриса в жизни, Вероника Северцева терялась, стоило ей только выйти на сцену.

Забывались слова, забывались движения, путались шаги… О каких чувствах в танце могла идти речь? Пару раз она просто сбегала с конкурсов, на которых оказывалась волею случая и собственного тренера. И вот теперь ей предстоит вернуться в свой детский кошмар. И все благодаря дурацкому пари, которое она не имеет право проиграть.

Пока Вероника вспоминала прошлое, первая пара на паркете уже отмучилась. Теперь была ее очередь. Партнер протянул руку, выводя ее в центр сцены. Но Ника смотрела сквозь него. Насмешливая зараза торжественно приподняла вверх кружку, за неимением бокала с вином, показывая, что путей для отступления нет. Нику словно опалило. Злость – это ведь тоже в некотором роде страсть? Борьба характеров.

И Ника холодно кивнула насмешнику, благодаря которому оказалась в собственном кошмаре. Что ж, хотел эмоций? Не опались, дорогуша. Что бы ни случилось, она не будет так просто сдаваться. Благо, партнер у нее умелый.

Вот только от его рук не было жарко, даже через тонкую ткань платьев. Она не чувствовала абсолютно ничего. Но помнила. Помнила другого человека, так виртуозно выводящего ее из себя. Помнила свой страх показаться вновь на глаза разозленному парню. Помнила один-единственный поцелуй, который, казалось, давно выбросила из головы. Помнила и отдавала свой эмоции в танец.

Шаг. Еще шаг. Поворот. Заброшенная на бедро партнера нога. Низкий наклон в чужих объятиях, мягко скользнувшая по плечу рука, откинутая назад голова, открывающая шею и превращающая длинные пряди в блестящий водопад. Резкий переход, исходная позиция и вновь шаги.

Борьба характеров. Она ускользала, он догонял. Она соблазняла, он поддавался. Игра в кошки мышки. Борьба сильного мужчины и слабой женщины… Или наоборот – сильной женщины и слабого к ней мужчины?

Двух слабых мужчин, один из которых в танце участие не принимал. Просто пожирал взглядом собственную сотрудницу, так уютно ощущающую себя в объятиях пришлого танцора. Со стороны казалось, что парочка искрилась. И дело было даже не в техничности и органичности движений (хотя тут Ника смогла его удивить). А во взаимной страсти, которая сквозила в каждом движении, в каждом наклоне, в каждом скольжении рук. И неимоверно хотелось подойти, схватить личного помощника и персональную заразу и утащить со сцены. Чтобы не занималась тут всяким непотребством с фиг пойми кем. Хотя… Он сам же этого потребовал с нее, вот ирония… Стать лучшей в танце страсти… Так почему теперь хочется стукнуть кулаком по столу?

А Нику в это время питала только собственная злость. Только упрямство не позволяло ей сбежать со сцены, как она делала это раньше. Выиграть пари… Ей нужно выиграть это чертово пари у этого самодовольного павлина… Ей нужно доказать, что она может. И ему, и самой себе. И, поддаваясь осаде собственного партнера, она видела перед собой далеко не его. Она видела темноволосого, синеглазого, нахального босса. Соблазняла его. И ускользала от него, в очередной раз оставляя его с носом. И при этом каждым движением чувствовала его взгляд, прожигающий до самых косточек и так резко контрастирующий с прохладной ладонью собственного партнера.

Музыка оборвалась неожиданно. Последние аккорды застали их в нижней поддержке, казалось, губы партнера были всего в паре сантиметров от ее шеи – и вот, единым движением он возвращает ее в исходную позу. Зал взрывается аплодисментами. Она выиграла. Она знает это еще до подведения итогов. Вот только вряд ли кто-то представляет, что ей стоит стоять спокойно сейчас, под прицелом глаз, когда злость сошла на нет, и ее ничего не удерживало.

Светловолосый парень, виртуозно управляющий ею весь танец целует ее в запястье и произносит лишь одно слово:

- Восхищен.

Ника только улыбается, с трудом переводя дыхание. Ей кажется, что в этом танце она отдала всю жизнь. И, кажется, отдала не зря. Полный злости синий взгляд начальника, определенно, этого стоит.

Вот только почему так отчаянно хочется сбежать, чтобы ее не выпороли, как некогда грозились?

Чай с мятой, лимоном и гвоздикой немного успокаивал, утихомиривал в ней те страсти, что бурлили всего пару часов назад. И пусть время было уже далеко за полночь, но просто уснуть она не могла. Да, конечно, вряд ли ее маме понравится, что ее единственный ребенок в час ночи лопает бутерброды с красной рыбой, позабыв о собственной фигуре, но сейчас было все равно.

Ника сама ощущала себя тем несчастным, выжатым лимончиком, что сейчас покоится в глиняном чайнике. И ничего не могла поделать с этим дурацким ощущением. Танец, сцена, конкурс – все это будто зажало ее в тиски и выдавило из нее силы. Но окончательную точку в дурдоме поставил ее собственный босс.

Тогда, стоя на сцене и встретившись взглядом с глазами, в которых буквально пылала ярость, Ника невольно сделала шаг назад, но затем гордо вскинула подбородок. Если Дангулов считал, что она не справится, то это его проблемы. Она смогла. Впервые за несколько лет смогла. И, хотя ей стоило огромных усилий не сбежать со сцены под этим взглядом, она держалась. С трудом, на грани, но держалась. И искренне надеялась, что это какое-то странное, дикое совпадение, и Влад не знает обо всех ее комплексах и кошмарах. Хотя… Есть же у него в фирме начальник безопасности? Вполне мог нарыть на нее информацию. Наверное. Но что тогда мешало ему отыскать и проучить ее год назад? И, в любом случае, она надеялась, что Данил к этому никакого отношения не имеет. Это было бы слишком для ее измученной психики. Она сейчас просто не в состоянии придумывать месть еще и брату начальника… Тут бы на боссе отыграться. Он уж точно заслужил.

После объявления результатов Вероника спустилась в зал, за столик к боссу и с самым невозмутимым видом осушила бокал с безалкогольным мохито. Пить хотелось неимоверно. А еще высыпать оставшийся лед на начальника. Чтобы остыл.

- Неожиданными талантами обладаешь, рыбка моя золотая, - вкрадчиво, с четко уловимой насмешкой произнес Владислав.

- Сама не ожидала, - одними губами усмехнулась Ника и с вызовом посмотрела прямо ему в глаза. – Ну что, я справилась? Первое задание выполнено?

- Более чем, - при разговоре с ней, кажется, в глазах прочно поселилась ирония. Он забавлялся их противостоянием, даже когда проигрывал. С чего бы это? И к чему вообще может привести. – А что, жаждешь продолжить знакомство с этим танцором?

- Жажду отправиться домой, - отрезала Вероника. – Мне же необходимо подготовить для тебя не менее…фееричный сюрприз. К тому же завтра на работу, а босс у меня строгий, нудный, опозданий не терпит.

И ни малейшего кокетства в голосе. Примерно тем же тоном она днем перечисляла ему свои выводы по подготовленной ею сводке. Прямо идеальная помощница, по какому-то нелепому недоразумению оказавшаяся в баре. Вот только она такой не была. И это проявлялось в ее словах, в скрытом вызове, в упрямом взгляде, которым она встречала его насмешливость.

- С огнем играешь, солнышко, - хмыкнул Владислав, делая последний глоток кофе. – Но если ты так жаждешь отсюда сбежать, идем. Отвезу.

Он подозвал официантку, расплатился по счёту. И, казалось, даже не слышал сопротивлений Ники на тему его «отвезу». Но и больше не произнес ни слова, пока не высадил девушку возле ее подъезда.

И вот, спустя пару часов, почему-то победы больше не ощущалось. Видимо, слишком была выжата эмоционально. Только оставалась какая-то дурацкая неловкость, словно она совершила что-то неприличное, стыдное, как тогда, согласившись проучить братца Дана. Которого она на тот момент даже не видела ни разу.

Из странных ощущений ее выдернуло пришедшее сообщение.

А Влад злой, ты в курсе?

Данил сплавлял последние новости из вражеского стана. И почему-то именно они заставили Нику улыбнуться.

Даже не представляю, с чего бы это.

Невинно ответила она, хотя внутренний голос зашелся в ехидном хохоте:

Не представляешь, как же. Вытянула из бедного парня все нервы и сидит довольная. Да знаю я, что сам виноват. Но и мы с тобой не подарок.

Хоть в этом Вероника была солидарна с самой собой – подарком она не была. Скорее кладом. Который периодически мечтали закопать обратно.

Знаешь, мне его почти жалко. Мужская солидарность и все такое. Завтра будет месть? Будь с ним помягче, зайка? Он у нас существо нервное, трепетное, не думаю, что тыготова ему апельсинки в больницу таскать.

Мужская солидарность? Долго же она в друге дремала. Вот только уже поздно. Сегодняшним желанием Влад, возможно, и не специально, но вывел ее на дорогу войны. Теперь о простых желаниях не могло быть и речи.

Успокойся, Дан. Ничего свыше того, что заслужил, Влад не получит. Готовь Кьянти.

Крепко сжатый в руке смартфон что-то протестующе пиликнул, заодно оповещая о пришедшем сообщении. Но Ника даже не отвлеклась. Взгляд ее был устремлен куда-то вперед, а на губах играла лукавая улыбка. Любой, кто знал ее достаточно хорошо, посоветовал бы окружающим прятаться. К счастью, ее в этот момент уже никто не видел. Но спустя мгновенье девушка уже набирала сообщение одному из своих многочисленных контактов с просьбой предоставить завтра кое-какой реквизит. Она уже знала, какое желание потребует с великого, немного самоуверенного и чуточку мажористого босса. И, готова была поклясться, оно ему не понравится. Ни капли.

Второй рабочий день был полным близнецом первого. Куча заданий, которые Ника, казалось, выполняла только каким-то чудом. Но, что удивительно, справлялась. Опыта в этой сфере у нее не было, зато был энтузиазм, азарт и начальник, к которому можно без зазрения совести пристать с вопросами –Влад все разъяснял, словно их спор оставался далеко за пределами работы.

Впрочем, ему невыгодно, чтобы дела на работе стопорились, не так ли? В конце концов, его же детище. А быть крысой, которая потопит сей туристический лайнер, Вероника не хотела. Как и искать новую работу, несмотря на начальника-сатрапа. Поэтому и упорно донимала расспросами и получала на удивление терпеливые ответы.

Но к окончанию рабочего дня голова все равно шла кругом. Утешала лишь одна мысль – за свои вчерашние мучения она очень скоро отомстит. И в половину седьмого, как ни в чем не бывало, постучалась в двери кабинета начальника.

- Владислав Олегович, рабочий день окончен, - напомнила она. – Вас ждет трудовая повинность.

- Думаю, она будет не такой страшной, если ты перестанешь обращаться ко мне на «вы», - не отрывая взгляда от компьютера, бросил Дангулов. – Бесит, честное слово. И, да, знаю, что тебя это радует, но измываться над человеком, к которому обращаешься уважительно-вежливо, не комильфо, не находишь, Никусь?

- Если перестанешь коверкать мое имя, так и быть, подумываю, - скрипнув зубами, милостиво согласилась Вероника. И, да, остатки совести, которые еще пять минут назад теплились в ее душе, прощально махнули лапками и канули в небытие. – У тебя есть здесь нормальная одежда или только деловые костюмы?

- А что, не терпится меня раздеть? – хмыкнул Влад, окидывая сотрудницу изучающим взглядом. Та, не обращая на него ни малейшего внимания, уселась на край стола и с удовольствием поглощала конфетки из вазочки.

- Тебя? Ну, в некотором роде, - внимание Вероники полностью сосредоточилось на обертке от конфеты. – Так что, джинсы есть?

- Есть, - кивнул Дангулов. – А что, при тебе переодеться? Стриптиз и все такое?

- Уй, нет, - поморщилась Вероника. – Стриптиз и все такое давайте без меня. Но, если так неймется, могу тебе устроить персональным желанием в каком-нибудь баре. Может, кто и купится на твои сомнительные прелести.

И почему только не умеет держать язык за зубами? Вряд ли ее персональному мучителю «сомнительные прелести» придутся по вкусу, если он за вполне невинную шуточку отомстил таким вот пари… Но что сказано, того уже не возвратить. Так что с ужасом остается ожидать следующего задания…и надеждой самой не оказаться в стриптиз-баре.

- Сомнительные прелести? Ну-ну, - он даже не прокомментировал никак ее оговорку, но создалось ощущение, что в персональном черном списке уже пометил. – Ну тогда брысь отсюда, не хочу тебя смущать.

Вероника закатила глаза и демонстративно медленной походкой вышла из кабинета. Отправила пару смс, получила удовлетворительный ответ и приготовилась ждать стрипти…босса, в смысле. Впрочем, там, куда она собралась, выделяться точно не стоит. Крикнув Дангулову, что она отойдет на две минуты, Ника отправилась в дамскую комнату – переодеваться. Узкую юбку-карандаш сменили джинсы, пара штрихов – и вот она больше напоминает студентку, чем чьего-то личного помощника.

Начальник был уже готов к труду и обороне. Запоздало Ника пожалела о том, что заставила его переодеться – в костюме он смотрелся бы куда более эпично, но поезд уже ушел, оставалось только махать ему вслед.

- Ну-с, и куда же вы меня поведете, мисс внезапность? Что задумала? – полюбопытствовал Влад, ожидая от нее чего угодно. На что-на что, а на фантазию эта дамочка не жаловалась. Впрочем, отчасти потому он и предложил пари. Скучно точно не будет.

- Приедем – узнаешь, - улыбнулась девушка и назвала один из известных в городе торговых центров.

- Только не говори, что ты собралась устроить мне шоппинг, - рассмеялся Влад.

- Это было бы слишком просто, - пожала плечами Ника, устраиваясь на пассажирском сидении его авто. – И скучно. Так что…

И после этого «так что…» в машине повисла зловещая тишина, которую, казалось, можно было потрогать руками. Хорошо, что до торгового центра было недолго ехать. И вскоре огромное трехэтажное здание, котороесостояло сплошь из стекла, возвышалось над ними из окна.

- Идем, - скомандовала Ника, спрыгивая с подножки внедорожника за землю. Но повела она его, к удивлению начальника, далеко не по магазинам. Выйдя с парковки и перейдя дорогу, девушка свернула в один из переулков. Влад покорно шел за ней, гадая, что же ей тут могло понадобиться. Остановилась девушка неподалеку от стеклянных дверей, над которыми переливалась огнями огромная буква М.

- Ну наконец-то, - к Нике тут же подскочил парнишка, по виду – ее ровесник. – Полчаса уже тут мерзнем.

- На улице плюс, не заледенеете, - фыркнула в ответ девушка.

- Жестокая ты женщина, - лениво проговорил еще один парень, подходя к ним.

- Тебе ли не знать, Андрей, - ехидно улыбнулась Вероника. – Столько лет знакомы.

- Поэтому и говорю, - он шутливо щелкнул девушку по носу и схлопотал по рукам. Закатил глаза и поднял ладони, словно сдаваясь.

- Принесли?

- Конечно, в машине лежит. Лех, притащи, - скомандовал Андрей. Его приятель исчез, чтобы спустя мгновенье появиться с каким-то футляром и картонкой.

- Это что? – требовательно спросил Владислав и с угрожающими нотками в голосе уточнил. – Ника?

- Солнышко, а он хоть играть-то умеет? – поинтересовался Андрей. – А то я ему свою красавицу не доверю, расстроит еще своей безрукостью.

От этого немного нагловато-панибратского тона Дангулова слегка перекорежило, тем более он уже начал догадываться, что задумала эта лиса в женском обличье. И это его что-то ни капли не радовало.

- Вот сейчас и узнаем, - мило улыбнулась Вероника. – Владислав Олегович, вы на гитаре играть умеете?

Выпороть бы ее, да женщин даже цветами бить нельзя. Но помечтать-то невредно?

- Умею, - сквозь зубы процедил Влад.

- Отлично, - радостно потерла ладошки Вероника, до жути напоминая в этот момент какого-нибудь темного властелина. – Вот видишь, Дрю, тебе не о чем беспокоиться.

Что-то ее слова не успокоили ни одного из присутствующих мужчин, но возражать никто не стал. Тем временем это чудо от слова «чудовище» свысока оглядела возвышавшихся почти на голову парней и изрекла:

- Итак, мое желание. Тебе надо спустится в метро и спеть под гитару. При этом пока не наберешь три тысячи рублей, уйти не сможешь.

Нет, он уже догадался, что она хочет. Вот только озвученным это желание было еще более жутким, чем в его воображении. Спуститься в метро и спеть… На три косаря. Интересно, а сколько зарабатывают уличные музыканты?  Вот зараза-то… Надо было ее стриптиз танцевать заставить, а не танго. Хотя на стриптизе бы точно больше набрала.

- Сбрендила? – все свое возмущение он выразил в одном-единственном слове. А больше и сказать было нечего – его непокорная помощница именно это ведь хотела услышать от него?

- Слабо? – подперев бок рукой, Ника склонила голову и довольно ехидно на него посмотрела, одним лишь взглядом напоминая условия пари.

- Не дождешься, - процедил Владислав, забирая у Андрея гитару. – Ты как, наблюдать будешь?

- Естественно. И картонку не забудь, - напомнила Вероника, жестом указывая на сварганенное друзьями художество, гласившее: «Подайте талантливому музыканту».

Выпороть. Так, чтобы месяц сидеть не смогла. Так сказать, вбить ума в задние ворота. А заодно и воспитания добавить. И инстинкта самосохранения. У него ведь тоже желания остались. Так что берегитесь, госпожа Северцева… Мало вам не покажется.

***

Нет, совесть ее не мучила. Ни капли. Почти. Но, в конце концов, она и так ей уступила, попросив этого мучителя ее трудодней переодеться. В костюме он бы смотрелся куда более нелепо. Сейчас еще более-менее органично. К тому же, она точно знала, что на гитаре он играть умеет. Нашла в соцсетях фотографию с гитарой. Если, конечно, он не взял ее в руки просто покрасоваться, но, вроде, этого за неугомонным начальством не водилось. Так что она его почти не опозорит. Наверное…

Наблюдая за располагающимся в переходе метро Владом, Вероника чувствовала себя камикадзе. Кто-то был явно злой. И этот кто-то – не она. Однако отражалось это только в глазах, на лице не дрогнул ни один мускул. А уж когда запел….

Влад, в свою очередь, тоже изучал стоявшую неподалеку Нику. В этот момент она очень напоминала ребенка – каждая эмоция отражалась на симпатичном личике. Злорадство, сомнение, чувство вины, страх попеременно сменяли друг друга. Впрочем, зря надеется. Он может ее удивить в этом плане, и еще как. Перебрав гитарные струны, Влад ненадолго погрузился в себя, вспоминая, когда последний раз держал в руках гитару. Кажется, это было очень и очень давно. Но пальцы помнили аккорды давно написанной другом песни, а мозг уже прокручивал слова. И, слегка опустив голову, Дангулов запел:

Ты подаришь ему ту последнюю ночь,

Он лишь вкрадчиво скажет, прощай,

И судьба вам не сможет уж больше помочь,

Встречи новой ты не обещай.

Не прощай ты предательства в страшной игре,

Друг покинет тебя на обрыве,

И пускай тает музыка в алой заре,

Саван черный тебя не покинет…

Вероника замерла. Голос у Влада был не то чтобы музыкальный, но неплохой. С приятной хрипотцой. На сцене, конечно, выступать не стоит, но вот спеть в компании очень даже можно. Особенно вечером, сидя у костра.

- Заяц, мне кажется, три косаря – слишком мало, если ты хотела его проучить, - шепнул Леха, наблюдая за поющим парнем. Вероника лишь отмахнулась – песню хотелось дослушать. Она-то думала, он станет петь что-то из известного репертуара. Например, всеми любимую в переходах «Выхода нет» группы Сплин. Но нет, начальник сумел ее удивить.

В черном саване глохнет разлука судьбы,

Глохнет светлая память земная.

И поднявшийся черный скакун на дыбы,

Разобьётся о скалы, сверкая.

Сверкая копытами лунного светоча,

Промчится он духом в ночи,

Прощая события светлого вечера,

Укрытые в памяти тьмы. *

У Ники всегда было богатое воображение, она это знала.Только теперь убедилась в этом воочию. Когда стенки перехода внезапно смазались, а она оказалась в полумраке и наблюдала за скачущими лошадьми возле старинного замка. Которых постепенно скрывала тьма. Но вот последние аккорды смолкли, наваждение развеялась, и девушка услышала аплодисменты, адресованные Владу. А Леха, кажись, прав. Учитывая ту толпу, что Дангулов вокруг себя собрал, три тысячи он наберет без труда. С таким-то неизбитым репертуаром.

***

- Держи, золотко, на мороженное тебе, - с усмешкой протянул Веронике коробку с мелочью и бумажными деньгами. – Пересчитай, честным трудом заработал.

Ага, трудом. Обаяние свое эксплуатировал по полной, зараза. Несколько печально-трогательных песен, грустные синие глаза – и проходящие мимо барышни, похоже, расчувствовались и поверили в искренность исполняемых строк. Рыцарь печального образа, не иначе. Мельницы ветряные только где-то потерял. Да что там, даже сама Ника расчувствовалась.

- Смотри, заяц, какой добытчик, - хохотнул за спиной Андрей. – Бери, пока другая не застолбила.

Даже если с работы выгонят, всегда в переходе сможет заработать. Респект тебе, мужик.

Ника вежливо закашлялась, намекая, что кому-то стоит заткнуться. Без толку. Тогда она заметила.

- Ну едва ли мой начальник может выгнать сам себя с работы.

Ее замечание вызвало взрыв хохота у приятелей.

- Ну, сильна, малявка, - сквозь смех проговорил Леха. – Начальника в переходе петь заставила. Соболезную. Но ты молоток, не промах, - и он покровительственно похлопал Дангулова по плечу. Впрочем, надолго со своими восхищениями парни задерживаться не стали. Забрали гитару, и вскоре их и след простыл.

- Ну что? Я отработал желание? – спокойно спросил недомузыкант, стоя напротив Вероники и смотря на нее каким-то странным немигающим взглядом.

- Вполне.

- Раз так, пошли поужинаем, - устало пригласил Владислав. Он действительно вымотался за этот день. Совещание, переговоры, вычитать и выбить нужные условия для договора…. А под конец, так сказать, вишенкой на торте стало это дурацкое желание. Хотя ему даже понравилось. Было забавно, особенно, когда даже Нику немного повело.Вот только сейчас она явно собиралась снова возражать. Неугомонная барышня… Ты ей слово, она тебе десяток в ответ. И откуда она только свалилась на его голову? Ах да, брату надо спасибо сказать. Скажет. А еще лучше и ему такое же недоразумение найдет. Чтобы жизнь медом не казалась.

- Не спорь, пожалуйста, - попросил тихо. – День реально был тяжелым, Ника. Просто поужинаем. Без ссор, подколок и прочего. Договорились? Я не выспался, а зверь во мне тем более.

- А что, он когда-нибудь дремлет? – по привычке съязвила девушка, но, глядя на уставшие и покрасневшие глаза, согласно кивнула. Влад действительно выглядел измученным. И она искренне надеялась, что это не потому что она второй день над ним измывается. В ней ведь тоже дремлет человеколюбие, даже просыпается иногда. А еще здравомыслие – она прекрасно понимает, что сейчас и четвертой долей действующих обязанностей помощницы не занимается. Не нагружает босс ее в полной мере. Хотя мог бы.

Так она и оказалась неожиданно для себя в уютном кафе в торговом центре. Попивая обжигающий язык пряный глинтвейн, она изучала мужчину напротив и пыталась составить о нем хоть какое-то единое мнение.

Пока не получалось. Вроде простой как пять копеек, самовлюбленная зараза и скотина, и все с ним понятно. Только почему-то возникает ощущение, что это всего лишь маска. А что за ней прячется – непонятно. Да и надо ли ей это знать? И уж тем более непонятно, зачем она произнесла:

- Влад, может, завтра на час позже придешь? Я всех отфутболю, а ты хотя бы выспишься.

Гуманизм – страшная вещь. Он порою даже сильнее желания измываться над ближним своим.

- Нельзя мне, Ника, - грустно усмехнулся Дангулов. – Работать, работать и еще раз работать, как велел дедушка Ленин.

- Если ты рассчитываешь, что для тебя тоже мавзолей на Красной площади организуют, то зря. Едва ли ты столько народу поведешь вперед в светлое социалистическое будущее. Ты ж капиталист, - парировала Ника. Почему-то начальника ей упорно было жалко, хотя час назад казалось, что этого чувства в отношении него она в принципе испытывать не может.

- Если в качестве Крупской будешь ты, точно не грозит, - хмыкнул Влад, вспоминая уроки истории и величественную даму.

- Ну, нет, я лучше сама хладным трупиком лягу, чем в жены твои подамся, - протянула Вероника. – Нудно, муторно и проблемно. Еще и мухобойку покупать придется.

- Затем? – недоуменно похлопал глазами Дангулов. В этот момент он почему-то напомнил ребенка, которому сказали, что деревья выделяют фотосинтез.

- Баб отгонять и тебя воспитывать, - невозмутимо откликнулась плохая кандидатура в жены. – Хотя, - тут же задумчиво протянула она, – для тебя мухобойки мало будет, надо что повесомее.

- Плетка? – хмыкнул Владислав.

- Ай-ай, какой испорченный мальчик, - покачала головой Ника. – Еще и мазохист…

- Какая невыносимая девочка, - передразнил ее начальник. – Еще и зараза.

- Ну вот не надо, - притворно надулась Северцева. – Если мне память не изменяет, еще вчера меня кто-то очень даже неплохо выносил из офиса. Так что очень даже выносимая.

- Может, повторить, - задумчиво протянул Влад, но в ответ получил лишь раздраженный взгляд и предпочел сменить тему. В конце концов, завтра его очередь брать Нику на слабо… Надо что-нибудь придумать. Чтобы мало ей не показалось. Хорошим манерам поучить, что ли? А что, как вариант. В конце концов, ей это пригодится, когда будет у него работать. Почему-то он все больше склонялся к мысли, что личным помощником эта сумасшедшая и упорная девчонка останется.

* Стихи Татьяны Кошкиной. Использовано с разрешения автора