Протокол "Женаты" активирован - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Лали Аморале (самиздат)

— Таким образом, коллеги, Ганнекс — это отличный пример того, к чему приводят центристские идеи…

За моей спиной на огромном изогнутом экране сменилось изображение, и я обвела зал довольным взглядом. Сегодняшнее выступление получилось убедительным. Стоило об этом подумать, как сбоку раздался презрительный смешок. Я резко повернулась.

— Я сказала что-то забавное, полковник?

Раймэ оторвался от планшета и нарочито лениво перевел взгляд на меня.

— Как и всегда, госпожа министр. Благодаря центристским идеям, о которых вы столь нелестно отзываетесь, в Ганнекс вернулся порядок.

— И не вернулись пять тысяч человек.

Я опустила руку под стол и со всей силы вдавила ногти в ладошку. Только это всегда помогало не вцепиться Раймэ в лицо. Он откинулся на спинку стула и с противным скрежетом отъехал от стола. Мужлан.

— Давно ли гуманистов волнуют чужие жизни? Мне казалось, вы просто создаете хаос, а потом наблюдаете за ним из окон своих небоскребов.

— Из окна небоскреба обзор действительно лучше, чем из укрепленной виллы на побережье, — я холодно улыбнулась.

Лицо полковника перекосило, и он придвинулся обратно к столу. Сколько бы центристы ни пытались разыгрывать карту близости к народу, комфорт они любили не меньше остальных. Раймэ оперся на локти и наклонился в мою сторону.

— Ганнекс на протяжении десятилетий был рассадником опасных группировок. За три года нам удалось это исправить, — он постучал пальцем по столу.

— Не обольщайтесь, полковник. Просто теперь в Ганнексе вместо нескольких группировок — одна. И ваши ставленники уже позволяют себе гораздо больше, чем предписано Сводом.

Я перевела взгляд на другой конец длинного стола, где сидели главы всех Терр. Часть из них поддерживала полковника и считала, что контролируемый порядок — единственная форма власти, при которой человечество наконец сможет жить без войн. Для этого они предлагали создать единый Центр, который будет регулировать все ключевые сферы: ресурсы, демографию, информацию. «Лучше ограничить миллионы сегодня, чем хоронить миллиарды завтра» — таков был их девиз.

Вот только центристы упрямо закрывали глаза на очевидную вещь. Власть не должна находиться в руках ограниченной группы людей: это неизбежно ведет к тирании. После моего упоминания Свода в зале поднялся шум. Главы Терр не любили, когда кто-то нарушал единый закон.

Разумеется, я понимала, что это далеко не победа. У центристов было много сторонников среди высших чинов. Но по крайней мере до следующего Съезда глав этот вопрос будет закрыт.

— Госпожа министр, потрясающее выступление!

Мой помощник, Пейси, семенил следом. Я кивнула ему в знак благодарности и улыбнулась. Пейси подготовит материал, и уже к вечеру все будут обсуждать Ганнекс в нужном нам ключе.

— Займись журналистами. У меня есть еще пара дел здесь.

Пейси кивнул и умчался вперед, но одна я была не долго.

— Лучше найдите нового помощника, Кассадо. Этот вам льстит.

Полковник поравнялся со мной. До его появления мне казалось, что я иду быстро, но Раймэ неторопливо переставлял свои длинные ноги, заложив руки за спину.

— Вам не хватило? — спросила я, не глядя на него.

Раймэ дождался, когда мимо нас пронесется андроид-курьер, и посмотрел на меня. Раздражение от него исходило почти осязаемыми волнами.

— Вы же понимаете, что из-за вашего упрямства каждый день гибнут люди?

— Люди гибли всю историю человечества, полковник Раймэ. Вам ли не знать? Это наша суть, и ее нельзя переделать. Центристы могут накрыть всех колпаком, но это неизбежно приведет к восстанию.

— Никогда не понимал, почему вы называете себя гуманистами.

— Для занимаемой должности вы не понимаете слишком многого.

Я ускорилась, но он с легкостью обогнал меня и преградил путь.

— Но кое-что я понимаю. — Раймэ навис надо мной и оскалился. — Очень удобно призывать к свободе, когда ваша хорошенькая задница сидит в тепле и безопасности. Вы не гуманисты, Кассадо, вы — лицемеры. Ганнекс с его плохими парнями далеко, поэтому можно изображать святошу и требовать для всех равных прав. Но такие как вы быстро переобуваются, почувствовав дуло автомата на своем лбу.

Он окинул меня презрительным взглядом с головы до ног. Зря старается — я давно привыкла к людям, которые судят других по внешнему виду.

— Приберегите свои пафосные выступления для публики, Раймэ. Меня они мало трогают.

Я обошла его и двинулась дальше, выпрямив спину так сильно, что лопатки начало неприятно покалывать.

— Холодная стерва, — донесся до меня тихий голос.

«Придурок», — ответила я ему мысленно.

Стычка с полковником всё же оставила неприятный осадок. Даже вернувшись домой, я продолжала прокручивать в голове наш разговор. И так случалось каждый раз. Он всегда умудрялся надавить на больное место. Были ли у меня сомнения? Разумеется. Только фанатики не подвергают свои убеждения сомнениям.

«Вы выглядите раздраженной».

Посреди гостиной появилась голограмма личного ИИ-помощника. Сбросив пиджак, я устало опустилась на софу. Спинка тут же пришла в движение, подстраиваясь под очертания тела. Я блаженно выдохнула.

— Вот скажи, Миша, как разговаривать с человеком, который не хочет слушать никакие аргументы?

Миша покрутилась на месте, поправила короткую юбку и выдала:

«Вам стоит сходить на свидание».

— Господи, о чем я? Меня даже собственный ассистент не хочет слушать!

Последние месяцы Миша буквально изводила меня подобными советами, вклинивая их между приготовлением котлет и работой над законопроектами. В целом она права: с мужчинами у меня не ладилось. Последний ухажер заявил, что отношения со мной напоминают ему попытку погладить кактус. А предпоследний, болтая со своим приятелем, описал меня как женщину, которая «ест медную проволоку на обед».

Заняв пару лет назад пост министра внешний политики Объединенных Терр, я решила больше не ввязываться в сомнительные романы. Да и времени на них не было. Кроме министерской работы, оставался приют для девочек, тренировки. И конечно же ворчание мамы, которая считала, что я могла бы стать актрисой, моделью или певицей на худой конец. Вот только, боюсь, худой конец ждал тех, кому пришлось бы слушать мое пение.

Приняв душ, я еще некоторое время читала. Пейси достал для меня последнюю версию динамической книги, которая еще не поступила в массовое производство. Теперь кроме анимированных иллюстраций и звуков, в устройство добавили запахи. Но как я ни пыталась сосредоточиться, полного погружения в книгу так и не получилось.

Я бездумно водила пальцем в воздухе, переворачивая страницы. Проклятый Раймэ никак не хотел вылезать из головы. Выключив интерфейс, я повернулась набок и нажала кнопку на изголовье кровати.

«Режим сна активирован».

Под низкочастотные звуки я быстро уснула, а проснувшись, ощутила непривычную головную боль. Я дотянулась до затылка и поморщилась. С недовольным стоном повернулась на другой бок и открыла глаза. Напротив лежал Раймэ и не мигая смотрел на меня.

Друзья, добро пожаловать в новинку. Как и в прошлый раз, все дополнительные материалы по книге - фото, видео и пр., будут выложены в группе в ВК. Добавляйтесь, буду рада вас там видеть;)

Взвизгнув, я скатилась с кровати на пол, следом сдернула простыню и завернулась в нее.

— Что вы тут делаете?!

Раймэ сел и встряхнул головой.

— У меня аналогичный вопрос. Это всё же мой дом.

— Что?..

Я беспомощно осмотрелась по сторонам. Комната в темно-зеленых тонах была мне совершенно незнакома.

— Ничего не понимаю. Как я здесь оказалась? Отвечайте!

Раймэ поморщился и закрылся от меня ладонью.

— Не орите вы так, башка раскалывается. Засыпал я точно один. Как вы умудрились пролезть в дом, минуя охрану?

Зажав покрепче простыню в кулаке, я поднялась с пола. Нужно сосредоточиться. У меня не было никаких причин ехать посреди ночи к полковнику. К тому же он жил на другом конце города, у самого океана.

— Никуда я не лезла, — я приложила ладонь ко лбу. — Последнее, что помню — это как ложилась спать. У себя дома.

Раймэ плавно стёк с кровати, а я крутанулась на месте. Лицезреть полковника в одном нижнем белье не было никакого желания. Через несколько секунд раздался его возмущенный крик:

— Какого хрена?!

Подхватив простыню, я бросилась к стене, у которой стоял Раймэ. Заглянув через его плечо, я в полном шоке попятилась назад. За стеной был гардероб, битком набитый моими вещами! Колени подкосились, и я плюхнулась обратно на кровать. Раймэ тем временем выудил с полки штаны, футболку, быстро натянул их и бросился в ванную. Оттуда послышалась ругань.

Я поднялась и поплелась на звук. От вида знакомых баночек с косметикой к горлу начала подступать тошнота. Я вцепилась в косяк. Раймэ повернулся и посмотрел на меня зверем.

— Только давайте без обмороков. Лучше идите и наденьте что-нибудь. Ваших вещей там в избытке.

Бросив на полковника ответный злобный взгляд, я пошла к гардеробу. Под простыней обнаружилась пижама, скромный вид которой меня немного успокоил. Я надела первый попавшийся костюм и вышла в комнату. Раймэ с мрачным видом сидел на кровати и постукивал пальцами по коленкам. Слегка влажные волосы прикрывали лицо. При моем появлении он поднял голову.

— Не надо смотреть на меня так, как будто это я виновата.

— Ну, это вы решили ночью перебраться ко мне со всеми вещичками.

Проигнорировав нелепый выпад, я прошла мимо него в ванную. Раз уж вся моя косметика была здесь, стоило хотя бы привести себя в порядок. Когда я вернулась в комнату, Раймэ в раздражении ходил из угла в угол.

— Может, сначала выясним, какого черта происходит, а потом будете прихорашиваться?

Я вскинула подбородок и холодно спросила:

— Где ваше хваленое самообладание, полковник?

— Потерялось где-то между вашими панталонами и склянками с кремом.

Я сделала глубокий вдох. Нет, он не выведет меня из себя. Меня не было ровно пять минут. Я всего лишь почистила зубы и причесалась.

— Если вы закончили с претензиями, то я готова.

Широким шагом Раймэ направился к двери и распахнул ее, предлагая выйти. В коридоре было немного прохладно и пахло соленой водой. Вилла полковника располагалась на отвесном утесе, о который постоянно бились высокие волны. Мы спустились в пустую гостиную, и Раймэ сразу завернул в соседний коридор. Я замешкалась всего на секунду, но со стороны балкона ко мне уже спешил седовласый мужчина.

— Госпожа Раймэ, вы проснулись! — с широкой улыбкой он поклонился.

— А?

Пока я в полном изумлении пялилась на добродушного старика, из-за моей спины вырос вернувшийся в гостиную Раймэ.

— Что ты сказал, Мелитто?

Улыбка сползла с лица мужчины, и он растерянно перевёл взгляд с меня на полковника.

— По-по-приветствовал госпожу.

— Как ты ее назвал?

Раймэ шагнул вперед, а бедный старик попятился. Губы у него побледнели, но было видно, что он по-прежнему не понимает, чем вызван гнев полковника. Кабинет. Нам был срочно нужен кабинет. Скорее всего, он находился в том коридоре, куда полковник свернул.

— Дорогой, — голос у меня едва не сорвался на этом слове, — мы шли в кабинет, ты не забыл?

Раймэ медленно развернулся, несколько секунд напряженно смотрел на меня, а потом вымученно улыбнулся.

— Разумеется. Мелитто, не обращай внимания, у меня голова с утра раскалывается.

— Приготовлю вам чай с чабрецом, господин Раймэ! — выкрикнул вмиг оживший мужчина и убежал.

Когда мы вошли в кабинет, полковник тут же запустил все интерфейсы и личного ИИ-помощника. Я с интересом рассматривала голограмму: это оказался робот. Похоже, Раймэ был из тех, кому не нравилось очеловечивание искусственного интеллекта.

— Грон, я… — он на мгновение замешкался, — женат?

«Да, вчера около шести часов вечера вы заключили брак с госпожой Кассадо».

— Это невозможно. Вчера в шесть вечера я был дома. Один.

Я подошла к открытому окну. Ветер трепал старомодный тюль, и в лицо мне ударил соленый бриз. Если в коридоре запах океана был едва различим, то здесь воздух был им буквально пропитан.

— Спросите у своего помощника, какое сегодня число, — попросила я сдавленным голосом.

— Это я и сам вам скажу. Если вчера было 15 марта, то сегодня 16-ое.

— Просто спросите.

Раймэ раздраженно выдохнул.

— Грон, какое сегодня число?

«Сегодня суббота, 18 апреля 2144 года».

Месяц, ну надо же. Мы потеряли целый месяц. Вот откуда был этот запах. Ветер сменился и дует со стороны океана, а это обычно происходит не раньше второй половины апреля.

— Нужно сообщить… — я повернулась к полковнику, но он вскинул руку, прерывая меня.

— Пока не выясним, что произошло, никому и ничего сообщать не будем. Как думаете, где мы окажемся, если выяснится, что министр внешней политики и командующий армией Объединенных Терр не помнят, как оказались женаты? Да и вообще ничего не помнят о последнем месяце?

Я задумалась. Раймэ прав сразу по нескольким причинам. Во-первых, нашим карьерам точно придет конец. Во-вторых, начнется официальное расследование, которое неизвестно чем обернется для нас.

Вот только как быстро мы сможем во всем разобраться? День? Два? Неделя? Молчать означало разыгрывать на публике настоящих супругов. А у меня были большие сомнения, что мы с этим справимся.

— Вы голодны?

Я вынырнула из своих мыслей и уставилась на полковника. Вместо меня громким урчанием ответил мой живот. К счастью, неловкий момент прервал стук в дверь. Мелитто вплыл в кабинет, ловко удерживая на одной руке поднос с чашками. Отыскав меня взглядом, он в очередной раз широко улыбнулся.

— Мелитто, накрой, пожалуйста, в малой столовой. Мы с… — он прочистил горло, — позавтракаем.

От изумления у меня даже рот открылся. Он не помнит, как меня зовут? Дождавшись ухода дворецкого, я повернулась к Раймэ.

— Вы что, не знаете мое имя?

— Можно подумать, вы мое знаете, — полковник сложил руки на груди.

Он издевается?

— Вы Габриель.

— А вы — Габриэлла. Довольны?

Собственное имя, произнесенное низким голосом, полоснуло по ушам. Я поёжилась от непонятного ощущения. Была какая-то дьявольская ирония в том, что нас с Раймэ звали одинаково.

— Это просто отвратительно, — я передернула плечами.

— Согласен. Еще никогда мое имя не звучало так ужасно.

Сделав вид, что не слышала его, я задумчиво посмотрела на дверь, за которой скрылся Мелитто.

— Кажется, мы ладим с вашим дворецким.

— Не обольщайтесь, он просто хорошо вышколен.

Подавив раздраженный вздох, я повернулась к Раймэ.

— Я хотела сказать, что возможно, мы проводили много времени вместе, здесь. Поэтому ваш дворецкий хорошо меня знает.

Если честно, мне было сложно представить, как я по доброй воле приезжаю в дом полковника. Но факты говорили за себя.

— Вы доверяете ему? Нам бы не помешал человек, который может хоть что-то рассказать.

— Мелитто служит моей семье почти тридцать пять лет. Он надежен как швейцарские часы.

— Швейцарии не существует уже восемьдесят лет, при чем тут их часы?

Полковник поморщился.

— Это такое старое выражение, не берите в голову.

Я обвела взглядом кабинет, который больше походил на музей. Мебель из дорогого дерева, тюль на окне. Даже стул был обычный, а не из нанороботов, которые подстраивались под фигуру сидящего на нем человека. Конечно, если внимательно присмотреться, были видны и очертания графеновых ставен, и лазерная сетка по периметру. Полковник не пренебрегал вопросами безопасности, но современные технологии ему явно были не по душе.

— Смотрю, вы любитель не только устаревших политических идей, но и старины в целом.

— Не всякой старины.

Странная интонация в его голосе заставила меня повернуться. Сначала я не поняла, что Раймэ имеет в виду, но красноречивый взгляд, которым он меня окинул, всё объяснил. В высшем дивайде замуж выходили рано, максимум к двадцати двум-двадцати трем годам. Это позволяло богатым семьям быстрее наращивать свои капиталы за счет объединения.

Я наотрез отказалась выходить замуж за сына папиного партнера, и он до сих пор мне это припоминал. Когда я села в министерское кресло, одна желтая газетенка выпустила материал, в котором проехалась по моему «солидному» возрасту.

— Мне всего тридцать три, — ответила холодно. — Если здесь и есть кто-то старый, то это вы. Господи, зачем я вообще с вами разговариваю?

Я сделала шаг в сторону, но Раймэ преградил мне путь.

— Зачем вы вышли за меня замуж?

— Может быть, это вы на мне женились?

Он коротко усмехнулся, поправляя волосы.

— По своей воле? Да никогда в жизни.

— А что, я не соответствую каким-то вашим высоким вкусам?

— Вы не соответствуете моим моральным принципам.

— Ха! Человек, который обрек на смерть пять тысяч человек, будет рассуждать о моральных принципах. Вы просто бездушная машина!

— Я?! Да у вас, госпожа министр, одно выражение на все эмоции, — он изобразил на лице какую-то застывшую маску. — Вам что новость об очередных протестах с погибшими, что колонка со светской хроникой. Главное ведь вовремя заявить, что мы уважаем свободу каждого и требуем для всех равных прав!

— Хотите поговорить о правах? Отлично. Напомните, полковник, кого центристы предлагают лишить их в первую очередь? Высший дивайд? Нет? Дайте подумать. Средний? Опять нет? О, ваше выразительное, не в пример моему, лицо подсказывает, что это будут самые незащищенные слои населения.

— У вас талант переворачивать все с ног на голову!

— Зато у меня есть хоть какой-то талант!

— Стерва!

— Мужлан!

Шорох со стороны двери заставил нас замолчать. Только сейчас я осознала, что мы стоим непозволительно близко. Мы одновременно отпрянули друг от друга и повернулись к двери. Мелитто изумленно хлопал глазами, а потом несмело произнес:

— Завтрак готов.

Раймэ устало потер переносицу.

— Входи, Мелитто.

К сожалению, дворецкий не смог пролить свет на происходящее. После его рассказа вопросов стало только больше. Мы действительно часто приезжали на виллу вместе и явно были чем-то обеспокоены. Однажды он слышал, как мы обсуждали искусственный интеллект.

— Ты уверен?

— Да, господин. В голосе госпожи я различил тревогу, а вы постоянно хмурились. Несколько раз вы с кем-то созванивались по видеосвязи, но лица собеседника я не видел. Только голос. Мужчина немного картавил.

Мы с Раймэ переглянулись. С дефектом речи на ум никто не приходил. Полковник подошел к коннектору и проверил данные о звонках.

— Всё стёрто?

Он мрачно кивнул. Кто-то тщательно обо всем позаботился.

— Грон, загрузи все таблоиды за последний месяц. Нужны статьи, в которых упоминается мое имя и имя министра Кассадо. Отсортируй по датам и отправь мне на телефон. Пойдем поедим.

Раймэ широким шагом вышел из кабинета, а Мелитто грустно посмотрел ему вслед. Похоже, старик искренне расстроился, узнав, что мы ничего не помним о своей свадьбе. Да и вообще на дух друг друга не выносим. Жаль, что он стал свидетелем нашей с полковником перепалки. Я вышла из себя, а это было совершенно неприемлемо.

Большая политика бросала вызовы похлеще полковника Раймэ, но почему-то именно у него получалось задеть меня. Единственный плюс в том, что этот постыдный взрыв произошел не на публике. Впредь нужно сохранять хладнокровие.

Когда мы уселись за стол, Раймэ потянулся к блюду с поджаренными тостами. Я выждала несколько секунд, но в столовой по-прежнему стояла тишина.

— Не включите музыку?

— Переживаете, что я услышу, как вы жуете? Привыкайте, я не использую фоновую музыку для дома.

И почему я не удивлена? Расправив на коленях салфетку, я взяла вилку. Рука слегка дрогнула, и один зубчик задел край тарелки. По столовой разнесся «дзынь». Полковник на него никак не отреагировал — он уже ловко разрезал кусок тонкого поджаренного мяса.

— Думали, я не умею пользоваться ножом? — он поднял голову, перехватывая мой взгляд.

— В том, что вы знакомы с холодным оружием, я как раз не сомневаюсь.

Раймэ хмыкнул, но ничего не стал говорить. Несколько минут мы молча ели, пока нас не прервал Мелитто.

— Простите, что отвлекаю, но мне нужно составить меню на завтра.

— Обычно ты справлялся с этим сам.

— Да, но завтра все же особый день. Приём по случаю свадьбы. — Мелитто поднял в воздух морщинистый палец. — И прежде, чем вы скажете — приглашения уже разосланы.

Раймэ отложил приборы, а его правая рука сжалась в кулак. Похоже, полковник еле сдерживался. Какой прекрасный момент, чтобы продемонстрировать собственное хладнокровие. Я взяла стакан с соком и немного отпила.

— Какие-то проблемы, полковник?

Он разжал кулак.

— Никак нет, госпожа министр.

Мелитто откашлялся, привлекая наше внимание.

— Вам стоит обращаться друг к другу по имени. Так будет убедительнее. И простите мне мой совет, я бы не позволил себе подобной вольности, но…

— Да говори уже.

— Не хотите немного порепетировать перед приходом гостей?

Мы оба недоуменно нахмурились и вопросительно посмотрели на дворецкого. Тот виновато развел руками:

— Изображать супругов. Иначе вам никто не поверит.

— Нет!

— Что за глупости, Мелитто! Мы взрослые люди и как-нибудь справимся без… репетиций.

Раймэ передернул плечами, как будто ему предложили станцевать с гадюкой. Как бы это странно ни звучало, но я его понимала. Слова Мелитто вызвали у меня примерно такую же реакцию. Дворецкий расстроенно вздохнул и положил перед нами варианты праздничного меню.

Я пробежалась глазами по названиям блюд и перевела взгляд на полковника. Он смотрел на меня. Не было никаких сомнений, что стоит одному из нас произнести хоть слово, и это перерастет в новый спор. Молчание затягивалось.

— Организую всё сам, — Мелитто взял со стола планшеты и гордо удалился.

Некоторое время мы ели в непривычной тишине. Наконец тарелки опустели. Я отложила вилку и дождалась, когда Раймэ обратит на меня внимание.

— Просто не ругаться, думаю, будет достаточно. Нет никакой нужды изображать безумно влюбленных.

— Согласен, — Раймэ выдохнул.

Мы решили начать с изучения данных, которые собрал Грон. Возможно, благодаря новостям удастся воссоздать хотя бы часть картинки. Но перед этим мне нужно было съездить домой за своим ИИ-помощником.

— Кстати, об этом, — полковник прокрутил между пальцами нож. — Мелитто сказал, что мы обсуждали искусственный интеллект. Вы что-то знаете?

— Нет. Искусственным интеллектом занимается другое ведомство. Думаю, вам прекрасно об этом известно.

Раймэ испытующе посмотрел на меня, давая понять, что не верит. Под его взглядом я ощущала себя шпионом, которого поймали прямо на задании.

— Послушайте, полковник. Я ведь могу задать вам тот же вопрос. Военные применяют искусственный интеллект?

Это была одна из самых болезненных тем. Единый закон запрещал использование ИИ в военных целях, но слухи ходили разные. Раймэ стиснул челюсти.

— Не под моим командованием.

— Мы не разберемся во всем, если не будем честны друг с другом.

— Намекаете, что я лгу? — Раймэ вскинул брови.

— Возможно, умалчиваете о каких-то разработках, — осторожно закинула я удочку. Если, помимо прочего, получится разузнать о планах военных, это будет прекрасно.

Раймэ посмотрел по сторонам и наклонился ко мне, как будто собирался сообщить секрет. Я тоже подалась вперед.

— О каких-то точно умалчиваю. И если, госпожа министр, вы рассчитываете под шумок выудить у меня информацию, то хрен вам.

И это чудовище показало мне средний палец! Возмущенно ахнув, я схватила стакан с соком и сделала глоток. Губы Раймэ расплылись в улыбке.

— Вас что, никто никогда не посылал?

Я осторожно поставила стакан и припечатала полковника своим самым холодным взглядом.

— Я так понимаю, умение складывать пальцы в нужном порядке — основной критерий отбора на вашу должность?

Улыбочка в мгновение ока сползла с его лица, а по моим венам растеклось удовлетворение. Поставить на место полковника Раймэ — это особый, изысканный вид удовольствия. Я встала изо стола, незаметно поправляя пиджак.

— Могу я воспользоваться вашим автомобилем?

Он тоже поднялся и махнул рукой, призывая идти за ним.

— Посмотрите в гараже. Там наверняка стоит ваша розовая тачка.

Если моя машина и правда на вилле, то полковника ждет сюрприз. Мы дошли до лифта, искусно замаскированного под нишу в стене, и спустились в гараж. Марусю я увидела сразу: ее черные бока отражали рассеянный свет, а круглые фары сверкали как алмазы. Раймэ восхищенно присвистнул и устремился к машине.

Он провел ладонью по угольной поверхности с такой нежностью, что на долю секунды я даже смутилась. Я подошла к Марусе и приложила палец к ручке двери. После идентификации отпечатка машина приветливо пикнула.

— Будьте любезны, не трогайте мою розовую тачку.

Раймэ поперхнулся.

— Это ваше?!

О да. Я знала, какой эффект оказывает на людей последняя модификация «Глиссера». Полноприводный зверь на пневмоподушке. Гибридная энергоустановка, позволяющая проехать пять тысяч километров без подзарядки. Зависание в воздухе на полметра против обычных десяти сантиметров, разворот вокруг своей оси на месте. И еще целая куча технологичных новшеств, которые требовали определенных навыков. И они у меня, конечно же, были.

Я села в машину и взглянула на заставшего рядом мужчину. Так хотелось сказать что-нибудь ядовитое, но его обалдевшего лица уже было достаточно, чтобы насладиться ситуацией. Оставив своего случайного мужа стоять с открытым ртом, я отправилась домой.

В квартире было свежо и тихо. Всё выглядело как обычно: та же мебель, тот же вид из окна. Но всё равно в груди шевельнулось какое-то странное ощущение, как будто это больше не мой дом. Отругав себя мысленно за подобные глупости, я включила Мишу.

«Замужество пошло вам на пользу».

Миша покрутилась и начала кокетливо наматывать кончик хвоста на палец.

— Миша, я замужем меньше суток.

«Тем не менее. Габриэль смог с сами совладать».

Брови удивленно поползли вверх. Я хмыкнула, откидываясь на спинку софы.

— Габриэль? Даже так? Кажется, мне нужен новый помощник.

Миша ненадолго застыла, уставившись в одну точку, а потом озадаченно свела брови.

«Не согласна. Внутренний анализ показал, что я отлично справляюсь со своими обязанностями».

— Угу. Даже с теми, которых у тебя нет.

«Хм», — Миша приложила палец к губе. «Я наблюдаю определенный откат».

— Что ты имеешь в виду?

«Поверхностный анализ говорит, что я общаюсь с вашей версией месячной давности. С Габриэлем вы были менее напряжены и агрессивны».

Я вскинула руку, призывая Мишу замолчать, и процедила:

— Я не была с Габри… с этим чертовым полковником.

Сердце в груди взволнованно подпрыгнуло. Что, если мы с Раймэ действительно… ну… Нет, исключено. Глупость полная! Пусть я и не помню ничего, но я это по-прежнему я, а полковник — всё тот же засранец, портящий мне кровь. Набравшись смелости, я спросила:

— Миша, какие отношения у нас были с полковником Раймэ?