Гэрри плесневел от скуки. На таких балах хватало девушек, но они все были из очень хороших семей. Чуть перетанцуешь такую даму — и сразу женись. Поэтому Гэрри их остерегался… и отчаянно скучал.
Они улыбались ему и жадно рассматривали из-за плеч своих провожатых. Те, кто посмелее или замужем, делали комплименты его огненным волосам, притворно смущаясь. Хотя другие предпочитали оценить едва заметные веснушки на переносице.
Обычно для этого надо было подойти очень близко, кое-кому, возможно, даже встать на цыпочки. И такую смелость Гэрри поощрял. Широко улыбался, изредка приглашал на танцы. Старался отвлечься от скуки, но не перейти грань. А это тонкое искусство. Почти такое же, как помнить, что руки в карманах — дурной тон.
Чтобы не давать себе воли и не создавать проблем, он либо не ходил на вечера вовсе, либо быстро прощался. Еще до того, как на столах появлялся десерт. Но брат попросил встретиться с одним магом, как его там зовут? В общем, с высоким седым магом, и Гэрри пошел. Хотя не любил эти камерные балы в доме богатых и влиятельных людей. С бокалами на тонких ножках, с запахом пудры и духов, галстуками, перчатками, духотой и танцами. Вечер, когда все, от магов до мелких крючкотворов, вешали друг другу на уши лапшу, чтобы через пару недель принять какой-то проект или закон и подсунуть потом королю на подпись указ. В крайнем случае, когда не удавалось поговорить об указах, говорили о возможных союзах (а откровенно говоря, о браках).
В общем, у Гэрри на этих балах сводило челюсть от зевоты. Но ради брата он терпел. Со вздохом он сунул руки в карманы отутюженных брюк.
— Скучаешь, старина? — Рядом с Гэрри остановился приятель, тоже засунув руки в карманы.
С Колби они не были закадычными друзьями, но после выпуска сталкивались вот на таких вечерах. Кол приходил сюда обычно тоже из-под палки. Голубоглазый блондин с изящными манерами пользовался популярностью у женщин, но такие добропорядочные танцы переносил с трудом.
— Смертельно, — ответил Гэрри.
— Я слышал, сегодня здесь есть несколько новеньких и хорошеньких девушек. И одна даже работает, представь себе!
— То есть хоть с одной можно потанцевать без опасения, — подвел итог Гэрри.
— Да, но ее пока нет. — Кол, как и Гэрри, скучающе обвел зал взглядом и тихо спросил: — Вот скажи мне, друг, зачем придумывать сотни микстур от болезней и обременений и все равно трястись над девичьей честью? Какой в этом прок?
Его брат ответил бы Колу, что все дело во власти. Гэрри же предпочитал слова приятеля по возможности пропускать мимо ушей. Все равно одна и та же песня, все три года после университета. Ничего нового.
В общем, Гэрри, как обычно, пожал плечами. Кол умел разговорами испортить даже паршивый вечер. Не то чтобы Гэрри так уж беспокоила абстрактная девичья честь, но Кол слишком часто об этом говорил.
— Кажется, и во времена рыцарей так не пеклись о чести, — грустно заключил Кол.
А вот это новенькое, понял Гэрри.
— Дай угадаю, тебе уже успели крепко отказать, — хмыкнул он, рассматривая с высоты своего роста изящного приятеля.
— Было бы о чем сожалеть, — заявил хмурый Кол с напускным безразличием, чем подтвердил: он получил от ворот поворот. — Но все же раньше, кажется, все было проще. Вот пришел мужчина, увидел женщину и…
— И свадьба, — подсказал Гэрри.
— Ну не скажи. Победителям рыцарских турниров, я читал, отдавались просто потому, что они победители. Скажи честно: ты вот не скучаешь по такому?
— Я такого никогда не видел, — ответил Гэрри. — И в те времена рыцари убивали драконов. Даже несмотря на то, что мы тоже люди и только наша магия несущественно отличается.
— Несущественно? Вы же можете дышать огнем!
— Не все. И некоторые факелы это тоже могут, — ответил Гэрри. Думая, что, если бы Кол и его друзья, платили ему золотом за каждый такой разговор об особенностях его магии, он бы стал богаче короля.
— Хорошо. Но вот по тому, как вы могли спокойно воровать невест, ты не скучаешь? — гнул свое приятель.
Гэрри покачал головой. Как скучать, если ты не помнишь этого, а возможно, такого вообще никогда не было. И это лишь еще одна выдумка о сильных магах. Которых, кажется, только для удобства истребления стали называть драконами.
— О, вот и она! — сообщил Кол и кивнул в сторону вошедшей пары.
Гэрри сразу же узнал мага, с которым ему нужно поговорить. Рядом с ним стояла светловолосая девушка в излишне скромном зеленом платье с круглым воротом без кружев.
Девушка оказалась высокой и потому рядом со спутником исполинского роста не терялась. Да и вообще Гэрри показалось, что все повернулись к ней. Будто она немного светилась на фоне остальных.
— Бледноватая, — сообщил Кол. — Но все равно моя. Пойду.
Прежде чем Кол сделал шаг вперед, Гэрри оттеснил его и первым оказался перед девушкой и магом.
Еще пускать Кола к юной и, кажется, наивной девице. Хотя Гэрри было бы на руку, если бы Кол взял ее на себя. Тогда можно переброситься парой слов с седовласым гигантом. Но всех невинных девушек, на которых Кол положил глаз, заранее становилось слишком жалко.
Хотя, возможно, это не жалость, а просто та самая слабость драконов, которую, как утверждали газетенки, они питали к юным голубоглазым девицам. Гэрри усмехнулся этой мысли.
— Вечер добрый, Гэрри, — добродушно обратился к нему маг, и дракон понял, что они, вероятно, знакомы. Как же его зовут? — Сегодня вместо Маркуса вы?
— Я, — согласился Гэрри и перевел взгляд на девушку. — А вы сегодня с очаровательной спутницей?
— Да, сегодня моя спутница не моя жена, — усмехнулся маг. — Эта милая девушка мой секретарь. Джулис Гарер. А это — Гэрри Шер, возможно, ты его даже помнишь по нашим заседаниям. И хотя временами он забывает, что состоит в Совете, в целом он хороший малый.
Так вот откуда они знают друг друга! Совет. Точно-точно. Место, которое он занял по настоянию брата. И о котором вечно забывал, просиживая свободное время за чертежами нового агрегата.
Спокойные глаза девушки скользнули по Гэрри и остались равнодушными. Хотя на губах играла вежливая улыбка. Как будто она уже видела не одного дракона в своей жизни. А Гэрри чувствовал, как все быстрее стучит его сердце. Просто так. Ни с того ни с сего. И как вдруг захотелось дотронуться до Джулис Гарер или обнять. А лучше поцеловать.
Гэрри ошарашенно моргнул и постарался шире улыбнуться. «Меньше думать надо!» — сказал он себе.
И тут же протянул девушке руку.
— Могу я пригласить вас на танец?
Девушка недоуменно посмотрела на открытую ладонь, потом с непониманием на своего спутника-гиганта, но тот лишь хмыкнул и сказал что-то про молодежь.
Стоило Гэрри ощутить ладонь девушки в своей, как сердце немного успокоилось. А вот желание крепче к себе прижать — нет. Почувствовать каждый изгиб, понять, насколько у нее нежная кожа. Хм. Разве что… Да нет.
Спокойно, Гэрри, сказал он себе. Просто на очень скучном балу появилась очень симпатичная девушка, вот и все.
Гэрри приосанился, встряхнул волосами и повел Джулис в вальсе.
На самом деле не такая уж красавица, и характеристика Кола насчет бледной, кажется, была верной. Но взгляд от нее почему-то отвести было сложно.
Вроде бы она волновалась, потому что у нее немного участилось дыхание и приоткрылись пухлые губы. При этом она в целом старалась смотреть на все спокойно. Ее серые глаза (или голубые, они на свету стали прозрачнее) сохраняли ясность.
Гэрри ее рассматривал-рассматривал и против воли притянул ближе. А она только сомкнула губы.
Девушка поймала изучающий взгляд Гэрри и, кажется, смутилась. Во всяком случае глаза опустила. Но тут же будто одернула себя и первой заговорила.
— Как вам сегодняшний вечер? — вежливо спросила она. И голос у нее оказался удивительным. Словно чистый ручеек, убегающий в тень.
— Скучно, — признался Гэрри.
Джулис с непониманием огляделась, чтобы увидеть веселящихся людей.
— Не любите шум? — предположила она.
— Не люблю правила и балы, — поправил Гэрри.
Девушка просто кивнула и замолчала, а Гэрри хотелось снова услышать ее. Голос Джулис чудесным образом его очаровывал.
— Давно работаете секретарем? — спросил он.
— Вы начали работу в шестнадцать? — уточнил он с улыбкой.
— В двадцать. — Ее пухлые губы сложились в яркую короткую усмешку, но тут же снова расслабились. И образ чистой юной девушки был восстановлен.
Гэрри тоже улыбнулся и снова стал рассматривать Джулис. У нее была крепкая рука, и, кажется, на ладони ощущались едва заметные мозоли. Но Гэрри и это нравилось, ему вообще она нравилась вся целиком. Плавность изгибов и аристократичность черт, и рост как нужно, чтобы целовать с комфортом.
От мысли о поцелуе его бросило в жар. Такого острого желания он, кажется, не испытывал никогда.
Музыка умолкла, Джулис отпустила руку дракона, и Гэрри пришлось вернуть девушку магу. А с самим магом заговорить. Правда, Гэрри через минуту не помнил, о чем же они говорили. Он то и дело возвращался взглядом к Джулис. И думал о таком, о чем обычно на таких скучных вечерах не думает. И чувствовал, как его тянет просто прикоснуться к Джулис.
Гэрри еще раз моргнул, прислушался к себе…. И его прошиб холодный пот. Да нет… Не может быть такого. Не может он всерьез думать о тех самых парах. Нет. Это выдумки тех, кто считает, будто драконы чем-то отличаются от людей.
Он еще раз взглянул на Джулис и почувствовал, как против воли на лице появляется улыбка.
Как понять, та она или не та? Что там про это сочинили газетчики?
Якобы стоит дракону поцеловать девушку, сразу становится понятно, насколько она его истинная любовь. Так? И помнится, Гэрри кого-то целовал под этим предлогом, и его целовали. Даже был случай, когда бежали за ним через полгорода, ради одного поцелуя. Но, как и следовало ожидать, никакой истинности ни у кого не проявлялось. Потому что это глупости!
В голове совсем не осталось мыслей. Вдруг и правда всему виной наивные голубые глаза Джулис? В университете он как-то тоже попался на открытый взгляд и милое лицо.
Гэрри снова посмотрел на Джулис, скользнул по ее шее, поднялся к губам. Дракон нащупал бокал на столике, но вовремя отдернул руку от этой теплой пакости.
Надо ее поцеловать, решил Гэрри.