Птичка певчая

— Флориана, к тебе посетитель, — ко мне в гримерную вошла помощница, губы недовольно поджаты, глаза сверкают.
  — Кэйна, какие посетители перед премьерой? — раздраженно бросила, завершая образ последними штрихами.
   — Вот и я ему о том же толкую, но он уперся, что желает видеть именно сейчас, — поведала Кэйна.
   — Надеюсь, это ненадолго, — прошептала под нос и уже громче: — Проси, раз он такой настойчивый.
   В груди неприятно заныло. И кому приспичило беспокоить меня перед премьерой? Многие знали — нельзя отвлекать певицу перед концертом. Значит, это явно не постоянный зритель. Пришлый? Я на миг прикрыла глаза. Думать о плохом не хотелось. Ведь не могли же меня найти здесь, за несколько тысяч миль от родной Фэйратии. Или все-таки могли? Так, не стоит заранее себя накручивать, наверняка один из ретивых поклонников решил выразить свое почтение. Только почему легче не стало от подобной мысли?
   Помощница вышла, я прислушалась. В зале собирался народ, его гомон доносился даже сквозь толстые стены гримерки. Улыбка непроизвольно появилась на губах. Всего два года я здесь, а уже успела снискать славу певчей птички. Мой голос покорил Слайрэж — небольшой городок на юге Авратии.
   Мне предлагали перебраться в столицу, но я наотрез отказалась, здесь меня все устраивало, меня изначально никто не знал. Хотя во избежание проблем я давно ношу личину, так надежнее для беглянки, которой я и являлась.
   — Дьера Флориана, — в гримерку стремительно вошел молодой человек. Хотя, это я погорячилась. Человеком посетитель не был. Вампир. Этого еще не хватало.
   — Дьерита, — машинально с нотками льда в голосе поправила гостя, тем самым обозначив свой статус невинной девы. — С кем имею честь беседовать? И почему именно перед премьерой?
   — Потому что потом к вам будет не пробиться, — чарующе улыбнулся клыкастый. Я отчетливо ощутила волну магии очарования, но быстро отмахнулась от нее, на меня это давно не действовало, наш род защищен от подобного воздействия. Данный факт не укрылся от гостя, и выразил он свое мнение поднятием одной брови, вышло грациозно, впрочем, у вампиров по-другому и не бывает. Недаром за ними постоянно толпы поклонниц носятся. Красивы, да. Холодны и надменны, да. Именно данные факты и притягивают к ним дьерит и дьер. — Я всего лишь пришел вам сообщить, что сегодня в зале Его высочество, принц Фэйратии, Сигрид Фэртумор.
   Гость пристально смотрел в мое лицо. Честно говоря, услышав ненавистное имя, в первую секунду я едва не вскрикнула. Мне удалось вспомнить, кто я есть сейчас, а значит, необходимо играть до конца. Обычная певичка, которую я изображала, в принципе не может испытывать ничего, кроме благоговения к власть имущему, коим и является Его высочество.
   — Неужели сам принц пожаловал на мою премьеру? — сложив руки, захлопала глазами с приклеенными ресницами, выражение лица пыталась сотворить идиотско-восторженное, как и подобает любой дьерите, независимо от рода, если сам принц почтил присутствием.
   — Он много слышал о вас, дьерита Флориэтта, — вкрадчиво произнес гость. Я похолодела. Но тут же скривилась.
   — Меня зовут Флориана, но Флориэтта тоже красивое имя, жаль, не мое, — с огромным сожалением ответила незнакомцу. — Вы что-то еще хотели? Мне нужно срочно подготовиться, ведь сам принц прибыл меня послушать, — мечтательно закатив глаза, тут же обернулась к досадливо скривившемуся гостю. — Он с самой Фэйратии добирался ко мне на премьеру? О! Я просто потрясена, мне необходимо сразить Его высочество, чтобы дать понять: он не зря добирался.
   Я щебетала словно влюбленно-помешанная, металась по гримерке, то накидывая на плечи горжетку, то сбрасывая ее, заменяя коротким плащом, снова откидывала в сторону, крутилась перед вампиром, все время вопрошая:
   — Как на мне это? А это может понравиться принцу? Нет, слишком вульгарно, а если такое?
   — Дьерита Флориана, вы прекрасны в любом виде, поэтому спешу откланяться, — поторопился попрощаться со мной гость. Стоило ему покинуть гримерную, как я, прекрасно зная слух вампиров и ощущая его за дверью, без сил упала на маленькую табуретку, но под нос напевала веселую песенку о любви пастушки и короля.
   Естественно, радости в душе не было. Неужели меня нашли? Но как? Два года спокойствия, а сейчас снова в бега? Я так привыкла к этому месту, купалась в лучах славы. Слайрэж, хоть и невелик, но народ в нем дружелюбный. Только в этом месте смешение рас никому не мешало, более того, вампиры дружили с оборотнями, темные эльфы не задирали носы и не бросались с кинжалами на светлых. Даже на людей здесь смотрели без агрессии. И что теперь? Снова бежать?
   Впервые оказавшись в этом месте, я была потрясена: все обитатели Слайрэжа имели светлые души. Даже вампиры и темные эльфы. Сперва поражалась такой особенности, но потом меня просветили: только здесь, в Храме богини Тали имелся источник силы, которых по всему миру можно было пересчитать по пальцам. А еще к Храму богини счастья и удачи примыкали три других — богу Ивресу — способствующему актерам и бродячим артистам; богине любви — Найдаде; и богу мертвых Сиалу. Все четыре Храма опутывали нити силы от источника, именно они, распространяясь на весь городок, преобразовывали живущих в нем. По этой самой причине я и прикипела к этому месту.
   Я вздохнула. Пять лет… пять долгих лет я нахожусь в бегах. А все потому что не только посмела отказать Его высочеству Сигриду Фэртумору, но и ранила в тот момент, когда он пытался добиться меня силой. Честно говоря, в тот момент я думала, что убила его. Много позже узнала: из-за меня принц не получил благословение Тали — богини счастья и удачи. Соответственно, регалии его не приняли, а шрам над бравой бровью ни один из магов не смог извести. И вот сейчас он здесь. Зачем?
   Как ему вообще столько раз удавалось меня отыскать? В первый раз, не успев сбежать, меня выследили уже через полгода, мне повезло, я вовремя накинула личину нищенки и ушла прямо из-под носа Его высочества, хотя сердце тогда колотилось так, словно грозилось выпрыгнуть. И как его вампирский прихвостень не услышал и не дал знак своему хозяину, до сих пор оставалось для меня загадкой.
   В следующий раз я продержалась год, но снова побег. И опять благодаря покровительству Тали, не иначе. Ведь именно она сподвигла меня отправиться в Храм, чтобы принести ей дары, как я это всегда делала раз в месяц. Именно тогда, не успев покинуть Храм, и заметила знакомую карету. Домой бежала окольными путями, вещи собирала в спешке, так же, как и покидала небольшой городок. На языке крутились одни непристойности. Что же ему так неймется? Зачем он столько времени меня ищет?
   Я бежала все дальше, выбирая сперва большие города, мне казалось, в них можно отлично затеряться. Как же я ошибалась. В третий раз как раз в одном таком и поселилась. Сбережения у меня были, я нашла театр и подрабатывала в нем иллюзионистом. Платили хорошо, мне было достаточно, не приходилось тратить свои сбережения. Но и там меня нашли спустя полтора года. И вот сейчас после двух лет спокойствия, я снова вынуждена бежать. Куда? Неужели вся моя жизнь теперь будет состоять только из бегства? Есть ли в нашем мире уголок, где я могла бы стать счастливой?
   Вряд ли он тогда мог знать особенность моего дара. О нем даже мои родные так и не узнали. Одна бабушка была посвящена в мою тайну, княгиня Риэдара, но она, я уверена, точно никому бы говорить не стала.
   — Фло, твой выход, — ко мне вбежала раскрасневшаяся помощница. Глаза блестят, на щеках румянец. Еще бы, наверняка сейчас все юные дьериты томно вздыхают, глядя на Его высочество.
   Подойдя к краю сцены, осторожно выглянула и про себя выругалась. Мне показалось Сигрид смотрит прямо на меня. Красивый, гордый, надменный. Мечта любой дьериты или дьеры. Жаль, красивая у него только внешняя оболочка, я же, как слепец, всегда смотрю только внутрь. Хотела бы не видеть гнилые душонки, но не могу, это и есть мой дар. Не только видеть, но и лечить иногда. Причем только душу, тело не могу, даже элементарную ранку заговорить не получалось ни разу.
   Свет погас, только яркий луч остался танцевать по сцене. Я медленно выплыла, тут же оказываясь внутри луча. Заиграла музыка, я на миг прикрыла глаза, вспомнила родной Митрав, крупный город рядом со столицей Фэйратии, наш особняк на берегу моря, бабушку, вырастившую меня и воспитавшую, так как мама, узнав, что во мне кровь сирен, быстро сплавила бабке. Так как негоже второй по наследованию на престол иметь смешанную кровь.
   А брата и младшую сестру регалии не приняли, они сразу же побежали проверяться. Бабушка тогда рассказывала, сколько злости было у мамы. Но зато я оказалась отомщена. Больше мы с родными не общались. А потом я сбежала. Сейчас здесь мне было хорошо и спокойно, пока не явился Сигрид.

 Зрители затаили дыхание. Легкая улыбка появилась на моих губах, я запела. Слова лились, словно ручеек с гор, мотивы переливались, тональность то увеличивалась, то понижалась. В слова песни я вкладывала душу, именно поэтому мое исполнение находило отклик у зрителей. Они слушали, затаив дыхание.
   Мельком бросив взгляд на принца, едва не сбилась. Да, я знала этот его взгляд: плотоядный и предвкушающий, именно так он смотрел на меня в тот роковой вечер, явившись без приглашения, когда бабушку вызвали во дворец, чтобы обсудить подготовку к осеннему балу, где должны были состояться смотрины для дебютанток.
   Тоска проскользнула в моем пении. Я до сих пор сожалела, что тогда так и не попала на бал, потому что, решив, будто убила наследника, мне пришлось спешно бежать. Хорошо успела деньги прихватить и кое-что из вещей.
   Я пела, кружилась по сцене, создавая иллюзии к своим песням. По залу то светящиеся бабочки порхали, изредка присаживаясь на плечи зрителей, то цветы распускались, а то и вовсе создавала антураж звездного неба с летающими по нему драконами. Зрители ахали, охали, восхищались и хлопали.
   Два с половиной часа пролетели, как один миг. Довольная и счастливая я покидала сцену, готовясь к предстоящей встрече. В том, что принц ко мне изволит пожаловать, я не сомневалась.
   Оказавшись в гримерке, упала на диванчик и прикрыла глаза. У меня есть всего четыре минуты до того, как здесь станет слишком людно. Так было всегда, митары и дьеры спешили выразить свой восторг, вручить очередной букет, которые потом разбирала вся труппа и работники театра. Мне не жалко, я цветы не любила с детства.
   — Флориана, готова? Толпа уже ринулась сюда, — заглянула улыбающаяся Кэйна. Я кивнула.
   — Да, ты же знаешь, я всегда готова. И вот еще что, Кэйна, у меня к тебе будет просьба, не оставляй меня одну с принцем или пригласи сюда Сторена, — попросила девушку.
   — Почему? Ты чего-то боишься? Но принц, он же такой… — мечтательно закатила глаза помощница.
   — Каким бы он ни был, он власть имущий, а значит, для него не существует преград. Он привык получать желаемое, не оглядываясь на чувства и ощущения других, — жестко закончила я, махнув головой.
   — Ой, в этом русле я не думала, — прижав руки к груди, пискнула дьерита и быстро унеслась исполнять мою просьбу.
   Полился поток поздравлений, вручения букетов, заверениях в дружбе и восторженности. Я слушала и радовалась, кивала всем, благодарила. А сама сходила с ума от тревоги.
   Наконец, поток иссяк, но не успела я расслабиться, как дверь без стука открылась, на пороге застыл довольный принц. В руках у него даже одного цветка не было. Стремительно подойдя ко мне, обнял за талию и, прижав к себе, попытался поцеловать.
   — Ваше высочество, вы что творите? — попыталась оттолкнуть наглеца.
   — Благодарю тебя за твое пение. Сегодня я подарю тебе радость провести со мной ночь, — прошептал Сигрид. — Ты останешься довольна.
   — Вас не смущает, что я этого не хочу? — прищурившись, задала вопрос, прекрасно зная ответ на него.
   — Разве меня должно волновать твое желание? Главное, я этого хочу. Или ты забыла, кто я? — с угрозой в голосе отозвался гость. — Все, идем, я не могу больше терпеть.
   — Я никуда с вами не пойду, — огрызнулась, упершись в грудь митара. — Сейчас же отпустите меня.
   — И не подумаю, — обхватив поперек талии, Сигрид попытался закинуть меня себе на плечо. Пришлось ударить его по колену, а потом в челюсть.
   От неожиданности он выпустил меня из хватки. Я в этот момент успела схватит тонкий стилет, и пусть он всего лишь имитация, но при желании я пущу его в ход, если гость снова посмеет распустить руки.
   — Ах, ты ж… Сама выбрала свою судьбу, — зашипел Высочество. — Стайд!
   В дверь ввалился давешний вампир, с которым боролся Сторэн. Сильный оборотень, он был моим другом и охранником. Видимо, когда Сторэн попытался проникнуть ко мне, его не пустил тот самый клыкастый, стоявший на страже развлечений своего хозяина.
   — Это еще что такое? — рявкнул принц, наблюдая, как оборотень легко скрутил вампира. — Да ты вообще знаешь, что только что натворил?
   — Ваше высочество, подите вон, и прихвостня вашего клыкастого прихватите, — властно распорядилась я. — А впредь прошу учесть, здесь вы никто и звать вас никак. Мы — подданные другого монарха. Не хотите политического конфликта, покиньте Слайрэж, в противном случае я буду вынуждена обратиться в королевский суд.
   — И ты реально считаешь, что можешь меня остановить? — усмехнулся принц. Я вернула ему усмешку.
   — Не только считаю, но и сделаю это.
   Вытащив один из прихваченных из дома телепортов, пожертвовала его на водворение принца из моей гримерной, из театра и из моей жизни. Да, я прекрасно поняла, мне снова придется бежать, так как телепорт доставит всех в дом бабушки, она будет весьма впечатлена, а Сигрид сразу догадается, на кого покушался во второй раз.
   — Ты как, птичка? — участливо спросил оборотень, присаживаясь рядом со мной и приобнимая за плечи.
   — Ужасно, Сторэн, закончилась моя мирная жизнь. Сегодня схожу в Храм Тали, спрошу совета, а завтра с утра покину Слайрэж. Не хочу подвергать жителей опасности, когда принц поймет, что во второй раз получил по зубам от одной и той же дьериты, — усмехнулась, прижавшись к надежному плечу.
   — А может, обойдется? — с надеждой спросил оборотень. Я мотнула головой.
   — Нет, из-за меня он лишился статуса наследника, регалии его не приняли, я отказалась выйти за него замуж и не позволила обесчестить. Шрам над бровью моя метка ему, чтобы не забывал никогда о сотворенном. Но он не учится на своих ошибках, — вздохнула, поднимаясь на ноги. — Спасибо тебе за все, Сторэн. Надеюсь, меня вспомнят добрым словом, тогда и в пути мне будет сопутствовать удача.
   — Прощай, птичка певчая, ты многим подарила радость своим голосом и красивыми иллюзиями. Жители Слайрэжа поверили в сказки, — широко улыбнулся митар. — Пусть тебе сопутствует удача.
   Мы покинули театр. Сторэн вызвался проводить меня до Храма. По пути купила несколько фруктов, расписной платок на шею и гребень с камнями. В сам Храм оборотень заходить не стал, остался на ступеньках. Я же вошла внутрь и блаженно прикрыла глаза. Мне всегда здесь нравилось. Сила источника заструилась по венам, привнося в душу благодать.
   Постояв несколько секунд, сделала первые шаги к статуе. Красивая дьерита в тоге с поднятой в благословенном жесте рукой. Перед ней находился небольшой серебристый алтарь. На него я положила свои дары, встала на одно колено и попросила совета у Тали, как мне быть. Какой выбрать путь, чтобы навсегда избавиться от приставаний принца.
   Сперва ничего не происходило, а потом я едва не вскрикнула, когда очертания статуи поплыли. И вот уже на меня смотрит вполне человеческое живое лицо. Тали улыбалась.
   — Фло, ты сама знаешь свой путь, точнее три вида пути. Какой из них выбрать, сама должна решить, я не могу советовать. Но чтобы облегчит тебе выбор, дам подсказку: по одной дороге решив идти, ты потеряешь себя, запятнаешь душу, но получишь власть.
   — Получить власть я могла и дома, не пятная душу, — усмехнулась с горечью, слушая дальше.
   — Второй путь приведет тебя к славе, но одиночеству, — продолжила богиня. Я мотнула головой.
   — Слава слишком скоротечна, сегодня ты на вершине, а завтра о тебе никто не вспомнит.
   — Хорошее решение, — одобрила Тали. — Тогда остается третий путь. Что в конце не могу сказать, но если пойдешь по нему, одна не останешься, — подмигнула собеседница. — Возьми это, надень на шею. Он поможет в исцелении.
   — Я не лекарка, — вздохнула, но подарок взяла и надела на шею, как и было сказано.
   — Ты — целительница души. С помощью камня станешь исцелять и телесные недуги, но есть один нюансик… — Тали замолчала.
   — Я и не сомневалась, что без подвоха не обойтись, — не смогла сдержать усмешки.
   — Это не подвох, а скорее условие всех целителей. Нельзя отказывать в помощи страждущему, даже если он тебе неприятен, даже если ты видишь, какая он мразь, но нельзя. Стоит один раз отказать, камень перестанет помогать и действовать, более того, ты лишишься своей силы, — произнесла богиня. — А теперь тебе пора. Завтра на рассвете отправляется обоз до Кривтера, как раз успеваешь на корабль в фейрово море. А вот дальше все будет зависеть от тебя. И да, самое главное, чем быстрее ты пройдешь инициацию, тем сильнее станешь. Ты станешь самой сильной целительницей, помогающей страждущим своим необычным голосом.
   Я и слова сказать не успела, спросить ничего не получилось. Мои дары исчезли с алтаря, а вместе с ними статуя снова стала каменной. Низко поклонившись, поблагодарила богиню за совет, покинула Храм и отправилась в свой временный домик собирать вещи. Оборотень довел меня до калитки, пообещал договориться с темным эльфом — хозяином обоза, и, пожелав уютной ночи, исчез.

 — Пройдешь инициацию, легко сказать. Не с первым же встречным мне это делать, — ворчливо отозвалась, глядя на себя в зеркало. Сейчас мне предстояло снова сменить личину. Но слова богини не желали выходить из головы. Умом я понимала, что она дала дельный совет, но сердце и душа не желали признавать очевидного. Как жаль, что инициировать силу можно только через секс.
   Натуральный черный цвет волос я уже успела позабыть. В данный момент я была блондинкой с голубыми глазами, пышными формами и пухлыми губами. Но в таком виде меня уже видел принц, значит, снова кардинальное изменение. Серая мышка. То, что надо. Волосы стали пепельно-русыми, глаза зелеными, но не яркими, тусклыми. Тонкие губы, заостренные скулы. Пышность форм исчезла, сменившись худобой, на грани истощения.
   Наверняка увидев меня нынешнюю, вряд ли бы Высочество польстился. Да и не только он. Любой нормальный мирт брезгливо бы скривился. На кости мало кто бросаться любит. А именно такой суповой набор я из себя и представляла.
   Сборы много времени не заняли. Вещей я покупала мало, в основном все мои сценические костюмы были основаны на иллюзии. Это спасало и не требовало обновок. Деньги? Их я успела за два года заработать немало. Тратить гонорары было не на что. Драгоценности? Их дарили поклонники моего таланта. Первое время я гневно отсылала все обратно, но потом мне объяснили, это как цветы, только более материальные и долговечные, а главное, ни к чему не обязывающие. Обычная плата за удовольствие насладиться голосом. Более того, отказ приравнивался к оскорблению. Это равносильно тому, что я швырнула букет в лицо поклоннику, как мне объяснила моя помощница. Я даже несколько раз сама слышала, как ей приходилось оправдываться за меня перед теми, кому я отправила обратно драгоценности. Ведь здесь жили по другим законом, меня в известность на тот момент никто не поставил, многие решили, так везде, и я должна об этом знать. Пришлось долго потом объяснять, как везде происходит с такими подарками, что за этим следует. Меня уверили, никаких подтекстов, всего лишь презент за доставленное удовольствие от голоса. И я приняла.
   На данный момент подобного добра собралось не просто много, а слишком большая куча. Наверное, решись я все это продать, могла бы купить поместье в пригороде и безбедно существовать как минимум пару лет. Жаль, что все равно бежать придется, потому и траты такие неуместны, пока я в бегах. Но может быть когда-нибудь у меня появится возможность, наконец, обрести свой дом, вот тогда эти сокровища и пригодятся. А пока — вперед, в новую жизнь, полную неизвестности.
   Сумка с пространственным карманом оказалась собрана. В последний раз окинув свое временное жилище, упала на кровать и тут же уснула. Завтра снова дорога, неизвестность и что в конце — одним богам ведомо.
   ***
   — Фло? — потрясенно уставился на меня Сторэн, когда я утром прибежала к обозу. Он и не узнал бы меня, если б я его за рукав не стала дергать.
   — Я это, я. Маскировка на случай, если мой путь снова пересечется с принцем, — подмигнула оборотню, забираясь в повозку, предназначенную для меня. — Спасибо тебе за все. Пусть Тали помогает тебе и твоей семье.
   Меня обняли, пожелали благодати богов и отпустили. Обоз тронулся. Так как рассвет только-только занимался, а ехать нам часов восемь-девять, то я решила досмотреть прерванный сон. Проснулась, когда несколько телег, встав полукругом, сделали привал. Очень вовремя, как раз естественные потребности дали о себе знать.
   Митары ушли на охоту, чтобы развести костер и зажарить пойманных каплунов. Это если они их поймают, конечно. Дьеры ставили котелки и кипятили воду, чтобы засыпать крупу и сварить кашу. Я молча сидела на поваленном дереве и наблюдала за суетой. Вдруг до слуха донесся писк. Встав, отправилась проверить, что там такое. Оказалось, мелкий зверек попал в силки. Пушистая шерстка окрасилась кровью, глаза смотрели с мольбой. Недолго думая, быстро освободила малыша.
   Он мгновенно забрался ко мне на плечо и, встав на задние лапки, прислонился к уху и зашептал:
   — Я теперь всегда буду с тобой, охранять и защищать.
   В первое мгновение опешила. Да, я много раз слышала о фамильярах, но насколько мне известно, вот уже порядка сотни лет они не появлялись. И как бы маги их ни призывали, все тщетно. Из-за чего сие произошло — неведомо. Ученые магики с ног сбились, решая загадку. Они и порталы настраивали в заповедные леса, и раздвигали пространство, чтобы приманить магических зверей, но пока никакого толка не было. Некоторые и к богам обращались за советом, но те безмолвствовали, не желая отвечать на данные вопросы. Я же в это никогда не вникала, потому что с моим даром я и мечтать не могла о магическом помощнике. Тем удивительнее для меня стало происходящее.
   Отвечать не стала, только улыбнулась и погладила мелкого подушечкой пальца. С ним же отправилась обратно, снова присев на поваленное дерево.
   Вернулись охотники, они притащили кабана, которого с готовностью начали разделывать дьеры. Я было дернулась помочь, хотя понятия не имела, как это делается, но одна из дьер, заметив мое рвение, усмехнулась:
   — Сиди уж, дьерита, твоими тощими ручонками только тарелку держать, да и то, боюсь, не удержишь. А с кабанчиком мы сами разберемся.
   Я робко улыбнулась и осталась на месте. Чуть позже, чтобы отблагодарить народ за проявленное внимание, я пела. Меня слушали так, будто переживали со мной вместе все мои невзгоды.
   Спать отправились в блаженном состоянии, а рано утром снова в путь. До Кривтера оставалось несколько часов пути. Перекусывали остатками кабана уже в дороге, не останавливаясь, чтобы не тратить лишнего времени, всем не терпелось поскорее добраться до конечной точки. Зверек, которого я, не мудрствуя лукаво, назвала Хтар, потому что он, когда спал, всегда издавал смешные звуки — хта-хта-хта-р-р-ри… — старался не показываться на глаза. И пусть его все видели, но создавалось ощущение, что не замечали или не обращали внимания. Имя малышу понравилось, на том и остановились.
   Ворота города возникли внезапно, словно из тумана. Я выглянула из повозки, заметила толпу народа. К нашему счастью обоз не остановился в очереди, а сразу направился к городу. Ни ропота, ни недовольства ожидавшие не показали, видно, это в порядке вещей.
   На Кривтерской площади обоз остановился. Народ стал прощаться. Кто-то договаривался на обратный путь, другие, подхватив пожитки, следовали по только им известному направлению. Я же, поблагодарив чудесных спутников, спросила, в какой стороне порт, и именно туда отправилась.
   — Фло, а ты уверена, что нам надо в порт? — спросил Хтар. — Город симпатичный, мы могли бы остаться здесь, ты бы пела на радость всем.
   — Нет, мой хороший, богиня Тали четко указала направление — порт. Поэтому не будем искушать судьбу, — подмигнула питомцу. — К тому же это бесполезно, меня все равно найдут, я устала скрываться. Так может быть именно море — мой шанс оказаться как можно дальше от преследователей?
   — Ну тогда, наверное, да, это лучший выход. А жаль, здесь так красиво, — мечтательно закатил глаза звереныш.
   — Не переживай, мой хороший, может быть за морем будет еще лучше, — оптимистично подмигнула и погладила звереныша.
   На пристани находились три корабля. Я оглядела их, но ни к какому решению не пришла, даром узнавать будущее направление судов не обладала. Потому решила обратиться за помощью к находящемуся на сходнях гному, командующему погрузкой.
   — Простите, уважаемый митар, не подскажете, следует ли данное судно в фейрово море? — как можно любезнее спросила, состроив самое жалобное выражение на лице.
   — Тебе по что оно надобно? — недобро зыркнув из-под кустистых бровей, спросил гном.
   — В Храме Тали указано мне было направление, вот и следую ему, — честно призналась, решив не лукавить.
   Митар глянул на мою скромную персону уже с большим уважением. Да, гномы почитали только эту богиню, одно упоминание о ее благословении или, как в моем случае, указке движения пути, и на меня уже смотрели иначе. Даже соизволили ответить, а ведь мог бы вообще выгнать, эта раса бородачей беспардонна, для них не существует уважения к слабому полу. Мерка одна — уважение надо заслужить, неважно, кто ты — дьера или слабая дьерита. Крякнул что-то себе под нос и махнул рукой в сторону капитанского мостика, на котором застыла фигура митара, глянув на которою немного потеряла ориентацию в пространстве.
   Черные волосы развевал ветер, сильные руки с выступающими узлами вен заставили сглотнуть. Широкие загорелые плечи и узкая талия выдавали в нем бойца. Темно-синие глаза смотрели вдаль не мигая. Тонкие четко очерченные и чувственные губы кривились в презрительной усмешке. Митар стоял, широко расставив ноги, словно удерживая тело во время качки.
   — Мне к нему? — на всякий случай уточнила, втайне надеясь на отрицательный ответ. Не повезло. Гном только хмыкнул и кивнул. Наверняка прекрасно знал, какое впечатление производил капитан на юных дьерит.
   Что ж, спасовать не в моих правилах, значит, берем ноги в руки и топаем к капитану. Видимо, на моем лице обозначилось решительное выражение, так как на меня обратили внимание, выгнув бровь. Митар оказался удивлен. Скорее всего так к нему еще никто не обращался. Я бы скорее поверила, что многие дьериты закатывали глазки, заламывали ручки и несли чушь, пытаясь обратить на себя внимание харизматичного капитана.
   — Чем обязан вниманию юной дьериты? — прозвучало насмешливо. Но меня сейчас ничего не могло поколебать.
   — Мне необходимо попасть в фейрово море, — отчеканила, добавив нотку властности и непримиримости с отказом. — И как я узнала, вы именно туда и направляетесь.
   — Пять золотых, — бросил капитан, пристально наблюдая за моим выражением лица.
   — Идет, — легко согласилась, не став торговаться.
   — Оплата сейчас, — не унимался митар, оглядывая мое тщедушное тело, попутно соображая, откуда я стану вынимать деньги.
   — Только после заключения магического договора, — проявила знания, не свойственные юной дьерите.
   — Разумно, — хмыкнул капитан. — Могу ли я поинтересоваться, где обучалась юная дьерита, если знает такие тонкости?
   — Митар, чтобы взять меня на судно, не обязательно интересоваться моей родословной, это ни к чему. Поэтому давайте не станем отвлекать друг на друга на такие мелочи. Просто озвучьте стандартную клятву договора и покажите мне мою каюту, — снова прибегла к властности и надменности.
   — Я, Рэтад Софтрэ, обязуюсь доставить юную дьриту в фейрово море, а дальше в тот пункт, куда она укажет, — произнес митар и протянул мне руку.
   — Я, Фло, обязуюсь оплатить названную сумму Рэтаду Софтрэ, — следом произнесла и я.
   Ладони соприкоснулись, вспыхнул яркий свет и тут же погас. Митар ухмыльнулся, протягивая широкую ладонь, намекая, что неплохо бы и ручку позолотить. Быстро заглянув в сумку, достала требуемое и вручила капитану. Он кивнул, правда немного разочарованно, после чего приглашающим жестом указал следовать за ним.
   Моя каюта оказалась небольшой. Прибитая к стене и к полу кровать, круглое окошко, душевая и санузел совмещены. Еще тумбочка около кровати. Больше ничего. Но мне и этого оказалось достаточно.

 — Располагайтесь, юная дьерита, через час отчаливаем, — отвесил поклон капитан, после чего захлопнул дверь.
   — У нас есть чего пожевать? — высунулся из волос Хтар. Оказывается, он все время там прятался.
   — Есть, — улыбнулась питомцу. — А ты чего скрывался?
   — С этого митара станется еще и с меня спросить оплату, знаю я такой вид ловеласов, — ворчливо отозвался звереныш.
   — Ловеласов? Причем здесь они? Какое отношение любвеобильные митары имеют к оплате за проезд? — попыталась уточнить, но меня уже не слышали, с аппетитом уплетая выданный мне паек.
   Пока меня не оставили без еды — с этого обжоры станется — я присоединилась к нему. Именно усердно работающих челюстями нас и застал Рэтад. Хтар так и застыл с поднесенным ко рту куском мяса.
   — Хм, знал бы, что дьерита не одна, стребовал бы плату в двойном размере, — усмехнулся капитан. И тут же, заметив и в моей руке ломоть хлеба с мясом, повторно хмыкнул: — А я-то думал, что все дьериты сидят только на листьях салата.
   — Вы считаете, мне необходима диета? Ловить от порывов ветра сами меня станете? Или привяжете на веревку, чтобы развевалась, как воздушный шар у малыша? — ехидно осведомилась, заставив митара в третий раз хмыкнуть.
   — Люблю дьерит с аппетитом, но в данный момент я всего лишь пришел сообщить, что мы отчаливаем, — и столько ожидания во взгляде. Мы с Хтаром переглянулись. Гадать, чего ждет капитан, не стала, попросту спросила:
   — Капитан, чтобы оправдать ваши надежды, не подскажете, что именно я должна сделать после вашего объявления?
   — Обычно пассажиры любят смотреть на отдаляющийся берег, — пожал плечами митар.
   — Зачем? Это какая-то особая магия? Или ритуал? — влез с вопросами звереныш.
   — Откуда же я знаю? — начал раздражаться наш гость. — Так не хотите на палубу?
   — Нет, не хочу, я бы предпочла поспать, — спокойно ответила, доставая салфетки, чтобы обтереть свои руки и лапы Хтара.
   — Приятного путешествия, — сквозь зубы процедил капитан, резко разворачиваясь и покидая нас.
   ***
   Два дня ярко светило солнце, мы с Хтаром изредка выбирались на палубу и наблюдали за суетящейся командой. Капитан к нам больше не заходил и не подходил, он неизменно находился на мостике, вглядываясь вдаль. Сейчас, бросив на него мимолетный взгляд, заметила тревогу на его лице. Он судорожно вцепился в штурвал, словно боялся шквального порыва ветра.
   Матросы, так же как и я, бросавшие взгляды на своего капитана, тоже начали мрачнеть. Мы с питомцем прислушались к их разговорам, так как лично я пока не понимала причины тревоги.
   — Рэтад мрачнее тучи, наверняка буря надвигается. Надо бы закрепить фок-мачту, она у нас на соплях держится.
   — Да и гротт-мачта слабовата, урагана может не выдержать, — подхватил собеседник.
   — При приближении грозы наш капитан не так мрачен, боюсь, сейчас он чувствует нечто пострашнее, — влез в разговор третий.
   — Надеюсь, не Владыка морских глубин серчать изволит, иначе нам всем кранты, — снова произнес первый, покачав головой.
   — Та не, глянь, Рэтад вперед смотрит, а не в глубину, значит, не во Владыке дело, — кивком указав на митара, возразил второй матрос.
   — Любую напасть мы сможем пережить, главное не нарваться на призрачный остров. Вот тогда нам всем точно кранты.
   Я внимательно слушала разговор митара, пытаясь осознать, чем же так страшен призрачный остров. Неужели его нельзя обогнуть? Да и что это вообще за странное явление?
   Прислушавшись к себе, опасности не ощутила, что еще больше удивило. Если это так опасно, то моя интуиция должна была уже кричать и вопить, а она молчит. Может, это не так уж и опасно? Но что толку гадать? И почему мне кажется, скоро все узнаем.
   — Ты что-нибудь слышал о призрачном острове? — тихонько спросила у питомца. Его глаза заблестели от азарта, он усиленно закивал. А потом, так тяжко вздохнул, что удивленно воззрилась на маленького друга. — Рассказывай!
   — Я там родился и рос, еще когда остров не был призрачным, а имел обычный купол защиты, чтобы в Золотой город не шлялись все, кому не лень, — начал Хтар. — Это город сильнейших магов разных направлений. Проблема состояла в том, что маги и ведьмы, жившие в Золотом городе, не все оказались светлые. Зато правил досточтимый Мураж, монарх без возраста, как его называли. Я один знал, что ему на самом деле больше тысячи лет. У него было трое сыновей, дочь и куча внуков и правнуков. Когда пришла пора передать власть наследнику, старшему принцу Итиару, возникла проблема: будущий монарх, по законам Золотого города, должен быть женат. А у него даже избранницы не оказалось на примете. Об этом узнали черная и белая ведьма. И если вторая пыталась добиться благосклонности честным путем, то первая в средствах не смущалась. Приворот, колдовство на крови, заклятие подчинения — она перепробовала все. Единственное, чего она смогла достигнуть, разделить постель с Итиаром. А после, придя в себя, он ее послал слишком далеко и по известному всем ходокам адресу. Дьере это не понравилось, она наслала самое мощное проклятие из всех существующих: закляла на эфемерное существование до того момента, пока он не найдет себе супругу, способную принять его таким, какой он есть.
   — И в чем проблема? — не совсем поняла я. — Ты же сам сказал, была еще белая ведьма, уверена, она бы принца любым приняла.
   — Тут дело не только в дьерите, но и в самом Итиаре. Черная ведьма лишила его души и сердца, а полюбить должен именно он.
   — Бред какой. Как можно полюбить, не имея ни сердца, ни души? — поразилась, с недоверием смотря на звереныша.
   — Поверь, это вполне возможно, главное найти ту, которая сможет затронуть внутри хотя бы желание защитить и уберечь, именно с этого начинаются все отношения, с видом знатока поведал Хтар.
   — Это ты сейчас пошутил? — скептически приподняла бровь. На недоуменный взгляд звереныша, пояснила: — Сам посуди, не имеющий души и сердца в принципе не способен ни на сострадание, ни на взаимопомощь, ему плевать на все, он равнодушен, холоден и безэмоционален. Тогда откуда взяться желанию защищать?
   — Этого я не знаю, но, говорю тебе, оно может возникнуть, я уверен. Не спрашивай, как и откуда такая уверенность, она будто изнутри идет, — Хтар приложил лапки к тому месту, где предположительно находилось сердце.
   — Хорошо, я верю тебе, — кивнула и задала следующий вопрос: — А теперь просвети меня, зачем остров показывается на глаза морякам? И почему его так сильно боятся?
   — А тут все просто, Золотому городу нужно много жизненной энергии, а так же новые лица. Да и заманивает остров только те суда, на которых присутствуют дьериты, — уже тише добавил Хтар. Мои глаза округлились.
   — Получается, в гибели всей команды буду виновата я? — Стало не по себе от подобной мысли.
   — Эй! А кто говорит о гибели? Прекращай себя накручивать, — тут же повысил голос Хтар.
   — Но как же… Ты же сказал… — совершенно запуталась я в размышлениях.
   — Они просто остаются на острове, но никто не умирает, они живут и работают как и в обычном королевстве, разница в том, что покинуть пределы города невозможно, а в общем, там даже интересно, — поделился впечатлением звереныш.
   — Постой, если ты говоришь, что там родился, то как же тебе самому удалось покинуть Золотой город? — только сейчас до меня дошла истина.
   — Итиар знал, что грядет большая беда, именно он и отправил меня на большую землю с поручением: отыскать светлую душу, способную исцелять. Но, как на зло, таких не было, а потом я с ужасом ощутил, что моя связь с наследником прервалась, но перед этим он успел продемонстрировать мне картины произошедшего. А потом остался без души и сердца. Я больше не чувствую его, — с тоской заметил Хтар.
   — Сочувствую тебе, — погладила спинку звереныша, стараясь поделиться с ним своей силой. Он встряхнулся и немного воспрянул духом. Его глаза вдруг заблестели.
   — Золотой город приближается. Матросы не зря его упомянули, а капитан… — мы оба посмотрели в сторону мостика, где уже вовсю отдавались жесткие приказы. Не один Хтар ощутил появление призрачного острова, Рэтад сдавал назад, пытаясь как можно скорее удалиться от опасного участка. — Зря он это, если город наметил жертву, он ее не отпустит, как бы эта жертва ни сопротивлялась.

 Я не стала придираться к словам, осознавая, что выразился он образно, но все равно стало не по себе. Я словно чувствовала смятение команды, страх некоторых митаров, злость капитана.
   Матросы носились по палубе, привязывали веревки, укрепляли перила, раскидывали по палубе бочки. Все их действия остались для меня загадкой, но спросить не отважилась, слишком хмурые и сосредоточенные лица оказались у матросов.
   — Дьерита, сейчас здесь будет жарко, — ко мне подскочил юнга, молоденький, с вихрастым чубом, со страхом и предвкушением в глазах. — Спустились бы вы к себе, а то неровен час, можете пострадать.
   Искренняя забота заставила улыбнуться. Не став напрягать юного митара, кивнула и стала спускаться по лесенке вниз, где располагались каюты. Но немного не успела. Корабль тряхнуло, словно он сел на мель. Оступившись, полетела на палубу, увлекаемая юнгой. Со всех сторон раздались стоны и брань.
   С трудом поднявшись на ноги, огляделась, но ничего не увидела из-за плотного тумана. Вспомнила, что внизу мои вещи. А если придется покидать судно, то лучше забрать все свое с собой. Да, я меркантильна, но остаться без средств к существованию, это худшее, что могло случиться. Именно поэтому, медленно, на четвереньках, доползла до ступеней, кое-как встала и двинулась, пошатываясь, вниз.
   Вещи не распаковывала, потому моя сумка так и висела на крючке над койкой. Подхватив ее, повесила на плечо, проверила состояние Хтара, удобно спрятавшегося в волосах, и двинулась обратно.
   Туман рассеялся. Команда стояла, вытянувшись в струнку перед двумя митарами в светлых с позолотой одежде. Взгляды у матросов стеклянные, будто их зачаровали. Капитана не было видно. И тут один из пришлых обернулся ко мне. С огромным трудом я не вздрогнула: пустой, холодный и безразличный взгляд мазнул по моей фигуре, начиная от головы, заканчивая носками сапог. Ни один мускул не дрогнул на лице митара.
   Я же сугубо с эстетической точки зрения мгновенно отметила правильные черты лица, тонкий лоб, светлые волосы, перетянутые золотым обручем, широкий разворот плеч, силу, исходящую от незнакомца и самое главное — полное отсутствие эмоций.
   — Это и есть Итиар? — тихо спросила у притаившегося Хтара.
   — Угу, он, но не такой, как я его запомнил, — с тоской вздохнул питомец. — Сейчас он навевает ужас.
   — Ужас? Нет, напротив, скорее исследовательский интерес, — задумчиво протянула я.
   — С ума сошла? Ты его исследовать собралась? Да он нас прихлопнет, как надоедливых мух, и окажется прав, — возмутился Хтар. Мне даже на миг показалось, что звереныш усиленно крутит лапкой у виска, показывая, что хозяйка рехнулась.
   — Да ладно тебе, не прямо сейчас и не так явно, но мне интересно, можно ли как-то оживить эту статую изо льда, — снова протянула, вглядываясь в лицо Итиара.
   — Угу, ты к нему еще подойди и попроси покопаться во внутренностях, сугубо как исследователь, не забудь уточнить, что ничего личного, всего лишь любопытство, — язвительно поддел Хтар.
   — А если подойду и спрошу, как думаешь, какая у него реакция будет? — идея мне почти понравилась, а вот звереныш застонал, наглядно показывая, хозяйка рехнулась окончательно. Я же не могла оторвать взгляда от наследника, было в нем нечто такое, что хотелось рассмотреть поближе и как можно пристальнее. Но кто же мне позволит?
   Он тоже все это время не отводил от меня взгляда темных, как сама ночь, глаз. Несмотря на отсутствие эмоций на его идеальном лице, я ощущала, как он пытается что-то для себя понять или осознать. Видимо, я не оправдала надежд митара, так как его бархатный чарующий голос ввинтился в сознание:
   — Дьерита? Вы пытаетесь во мне дыру прожечь или рассмотреть, чем я сегодня завтракал?
   — На первое я не способна в силу отсутствия дара, второе мне не интересно, а вот в вашей спящей душе я бы с радостью покопалась, — ответила и сама удивилась своей откровенности. Питомец застонал.
   — Он использует чары правды, — просветили меня. Я начала злиться.
   — Но ведь это незаконно, их можно использовать только с согласия… — возмущенно начала я, но меня перебили.
   — Здесь моя земля, я сам есть закон, потому и делаю то, что считаю нужным, — меня обдало ледяной волной.
   — Угу, монарх-самодур, как же это знакомо, — снова вырвалось против воли. Пришлось зажать рот ладошкой. Если этот тип не снимет чары правды, боюсь, очень скоро он узнает о себе много интересного.
   Чары пропали. Видимо, Итиар не пожелал узнавать о себе ничего из того, что он уже знал. Я вздохнула с облегчением. И в следующую секунду заметила капитана, которого под руки держали двое в тогах. А с палубы уносили еще троих гостей в бессознательном состоянии.
   — Надо же, капитан сражался до последнего, — продекламировал Хтар, тут же замолчав, как только взгляд принца снова устремился на меня.
   — Прошу вниз. Ваш корабль больше не сдвинется с места, — холодно выдал митар. Пришлось спускаться по сходням, которых я до этого не замечала.
   Город раскинулся прямо на берегу. Он ярко светился в лучах яркого солнца. На миг остановилась, завороженная необычным зрелищем.
   — А ведь он и правда золотой, — потрясенно выдохнула, разглядывая сие чудо.
   — А ты сомневалась? — влез с вопросом звереныш. — Я же тебе говорил об этом.
   — Я думала, это метафора, — покаялась в ответ. — У меня и в голове не укладывалось, что можно так бездарно тратить золото.
   — Это ты еще не вошла в город, — с гордостью отозвался Хтар. — Идем скорее, мне не терпится все увидеть, узнать, насколько изменились внутри улицы и дома за прошедшие несколько веков, — поторопил меня питомец.
   Больше не отвлекаясь на размышления, мы двинулись за процессией, уже входящей в широко распахнутые ворота.

Стоило пройти в город, как я зажмурилась. Слишком много блеска и света, жители Золотого города предпочитали белые или золотые одежды. Я в своем серо-черном наряде смотрелась грязным пятном. И не только я, матросы тоже выделялись среди всего этого бело-золотого великолепия.
   — Да тут же свихнуться можно, — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать о сказанном. Как назло, тональность голоса подкачала, я хотела произнести это тихо, а получилось так, что мой голос разнесся далеко вокруг. Ну и акустика, надо впредь быть осторожной.
   — У нас прекрасные лекари, смогут вылечить, — просветил Итиар, мгновенно оказавшись рядом.
   — Я так понимаю, такое же безобразие… простите, одеяние, придется носить и нам? — уточнила с опаской, предполагая, что это чья-то шутка или больная фантазия монарха.
   — По желанию, — равнодушно отозвался принц. — Если вам так не нравится, неволить никто не станет.
   — И на том благодарствую, — склонилась перед митаром. Вышло издевательски, но я была слишком раздражена, чтобы об этом думать.
   На меня бросили нечитаемый взгляд, но отвечать не посчитали нужным. Данному факту порадовалась, так как в данный момент точно сдерживаться оказалось сложно. Куда мы попали? Не очередная ли ловушка? Для беглянки нынче любые нестандартные ситуации были подобны катастрофе вселенского масштаба.
   — Фло, не стоит раньше времени впадать в панику. Ищи положительные моменты, — наставительно заметил питомец. Я скептически уставилась на него.
   — Какие, например? Ты считаешь, тут может быть хоть что-то положительное?
   — А как же? — на миленькой мордочке ухмылка смотрелась, как оскал. И любого другого могла бы напугать, но не меня. — Зато здесь тебя точно никто не найдет. А если и случится такое чудо, то никто ничего не сможет сделать против твоей воли. Улавливаешь выгоду?
   Я задумалась. А ведь он прав. Попасть на призрачный остров мало кому под силу. И гарантии того, что у принца получится сюда добраться и уж тем более здесь оказаться, равна нулю. Только это вдруг подняло настроение, так как впервые я вдруг ощутила себя в относительной безопасности.
   Нас провели ко дворцу, естественно золотому. Куполообразная крыша с навершием в виде остроконечной пики блестела так, что от нее во все стороны расходились лучи, в них к моему удивлению купались дети, словно под душем. Данный феномен удивил. Но подумать обо всем решила позже.
   — Лучи целебные, — заметив мой взгляд и недоумение, влез с пояснениями Хтар. — Они дарят благодать, исцеляют мелкие недуги, а для детей это маленькая радость, в такие моменты они ощущают безграничное счастье.
   — Хм, впервые вижу такой эффект от обычного солнца. Я, конечно, и сама часто радуюсь погожему дню, солнечным лучам, но не до такой же степени, — ворчливо поведала в ответ.
   — Фло, не забывай, это необычный остров, он призрачный, здесь и время течет по-другому, и магия кардинально отличается от той, которая на большой земле, — менторским тоном просветили меня. И уже шепотом добавили: — Здесь купол, солнце не совсем настоящее. Оно магическое. В этом и есть преимущество острова.
   Пришлось замолчать и двинуться во дворец. Мои зубы непроизвольно заскрипели, на стражниках оказалась надета кольчуга… золотого цвета. Блики от нее тут же попали в глаза и ослепили. Шла на ощупь, пока в кого-то не врезалась.
   — У дьериты своеобразный способ обратить на себя внимание, — знакомый холодный голос заставил досадливо скривиться.
   — Дьерита по вашей милости всего лишь ослепла. Какой ид… недальновидный правитель надевает на стражу блискучие латы? А потом жалуется, что его сносят с ног.
   — Это традиция Золотого города, — сообщили мне таким тоном, что подтекст оказался понятен без слов: «Не лезь со своими правилами в чужой огород».
   Отвечать ничего не стала, просто двинулась следом за всеми стоило хоть немного проморгаться и стереть выступившие слезы. А вот Хтару не сиделось на одном месте. Как только принц отошел от нас, он тут же вылез и спросил:
   — Фло, что это на тебя нашло? Ты чего из-за пустяка разозлилась?
   — Это не пустяк. Я беглянка, в течение пяти лет осторожность стала моей второй натурой. Привыкшая всегда быть настороже, держать глаза открытыми, прислушиваться к шорохам и непривычным звукам, в данный момент, потеряв ориентацию в пространстве из-за слепоты, стало не по себе. Пойми, я в незнакомом месте, здесь все непривычно, неизвестно, откуда ждать нападения или еще какой каверзы, и в тот момент, когда нужно предельное внимание… мгновенная слепота из-за бликов на латах. Естественно на меня напала ярость. Это как в яме с монстрами, когда нужна концентрация, а я оказываюсь дезориентирована. Понимаешь? — попыталась объяснить доступным языком.
   — С этой стороны я не смотрел, — признался он. Мне осталось только вздохнуть. — Тогда да, твоя злость понятна.
   — А куда нас ведут? — спросила, быстро окинув пространство взглядом. Из-за обилия золота даже смотреть по сторонам не хотелось. В данный момент я бы согласилась даже на серый и унылый пейзаж, лишь бы избавиться от этого вычурного золотого великолепия.
   — Смотрю, вам не по душе дворец? — вкрадчиво спросил молодой человек, я видела его рядом с принцем.
   — Хорош, с этим не поспоришь, — ответила обтекаемо, к тому же правду, архитектурное строение и правда оказалось выше всяких похвал, как снаружи, так и внутри.
   — Но выражение вашего лица говорит об обратном, — не унимался, как просветил меня Хтар, советник Владыки, ближайший друг Итиара.
   — Слишком много золота и светлых тонов, глаза болят, — пришлось признаться и с вызовом уставиться на собеседника. Сейчас тоже скажет, что это традиция, в которую мне лучше не влезать?
   — Это с непривычки, — усмехнулся юноша. — Обычно гости реагируют восторгами, ахами и вздохами. У вас необычная реакция.
   — Я не падка на золото, — вздохнула, но не смогла не добавить: — Как и любая дьерита, драгоценности еще могут вызвать радость, но не до умопомрачения, а вот к золоту я равнодушна.
   — Дьерита из аристократок? — понятливо кивнул собеседник, склонив голову на бок. — Причем из высшей знати.
   — Это вы предполагаете или утверждаете? — пришла моя очередь усмехаться.
________________________________
Как вам Итиар?

  Как ни странно, но этот человек без определенного возраста, темноволосый и кареглазый, с доброй улыбкой, за которой наверняка скрывались свои умыслы, мне импонировал. От него не веяло угрозой, он располагал прямотой и открытым лицом.
   — Утверждаю, — ответил советник. Я на это отвечать ничего не стала. Не посчитала нужным, он ведь и так знал все ответы.
   — Зачем мы здесь? — решилась задать самый актуальный на данную минуту вопрос. — И если уж нам предстоит задержаться, может, представитесь?
   — Ох, простите, дьерита, иногда я бываю таким рассеянным, года… года… — с сожалением покачал головой юноша. Я не смогла сдержала и тихо прыснула. Даже Хтар высунул мордочку, забрался на мою голову и сунул свой любопытный нос едва ли не к самому лицу довольно молодого митара.
   — Вашу шутку я оценила, — продолжая улыбаться, ответила советнику. — Вам от силы лет двадцать пять. И вы говорите о годах?
   — Время относительно, милая дьерита. Меня зовут Ниритар. Что касается вашего первого вопроса, боюсь, пока ответить на него не смогу. Никто из нас не знает, зачем рождается, какую миссию несет в мир, что ему уготовано, — перешел на философские размышления собеседник.
   — Хорошо, поставлю вопрос по-другому, на сколько мы здесь задержимся?
   После этого вопроса Ниритар ощутимо напрягся. Но, надо отдать ему должное, изворачиваться и лгать не стал, просто бросил с долей сожаления:
   — Боюсь, навсегда.
   А я задумалась. Пять лет я бегала от принца, пряталась, искала место, где бы он не смог меня найти. И сейчас мне нереально повезло, ведь на призрачный остров мой враг определенно не попадет. Хотя стоило бы, конечно, уточнить, какой временной период явления Золотого города народу. Именно об этом и спросила, удивив собеседника еще больше.
   — Любезный Ниритар, не подскажете ли, как часто остров появляется перед моряками?
   — Сбежать у вас все равно не получится, — напрягся юноша. Я отмахнулась.
   — И не думала даже, я всего лишь хочу узнать, на какой период времени можно немного расслабиться, — отмахнулась от нелепого предположения.
   — Остров сам решает, кто ему нужен в Золотом городе. Вот, например, сейчас вообще было внеплановое явление, мы зачем-то забрали вас. Хотя я, признаться, весьма рад. Впервые на моей памяти дьерита ведет себя адекватно, не строит глаз принцу, не охает и ахает от блеска золота. Когда Итиар сообщил, что оно вас раздражает, я не поверил.
   — Потому и решили пообщаться лично, чтобы уличить меня в лицемерии? — прекрасно догадалась причиной беседы с советником.
   — Я изменил свое мнение, — коротко бросил собеседник. — Вот ваша комната, располагайтесь.
   — Минуту, любезный Ниритар, я могу задать вопрос? — остановила парня в тот момент, когда он, открыв передо мной дверь, собрался уходить.
   — Конечно, я вас слушаю, — благосклонно кивнули мне.
   — Чем мы все здесь будем заниматься? Насколько ограничены передвижения по городу? Могу ли я носить свою одежду, а не белоснежный уж… эм… великолепие, — быстро поправилась, пристально смотря на советника.
   — Вы можете прогуляться по городу, поискать, чем бы хотели заняться. Передвижения не ограничены, бежать здесь все равно некуда, что касается одежд… тут я пока не стану отвечать, так как город не признает других цветов, — пояснил собеседник. — Но попытаться можете, ведь бывают и исключения из правил, вдруг вы — именно та особенная, которая сможет покорить наш живой город, и вам многое позволят из того, чего не дано другим.
   — Благодарю за пояснения, — чинно кивнула. Но тут влез с насущным вопросом Хтар:
   — А кормить нас будут? Или расскажите, какие деньги у вас в ходу, подойдут ли золотые монеты, которые используются на большой земле?
   — Обед через час, за вами придет горничная и проводит в обеденный зал. Что касается монет, в городе используется любое золото.
   Вопросов больше не последовало, потому Ниритар оставил нас осваиваться и осматриваться, а сам покинул нашу компанию.
   — Хм, а здесь довольно мило, — констатировал звереныш, спрыгивая на пол и осматриваясь.
   — Ты прав, тут хотя бы не так много золота и белизны, — кивнула, соглашаясь.
   Серебристые портьеры, кровать из темного дерева с балдахином, нежно-персиковый ковер, настолько пушистый, что ноги утопали в ворсе по щиколотку. Около окна стол из такого же темного дерева, на нем стопка книг, чернильница с пером и стопка листов. Около кровати тумбочка с лампой в виде цветка. Возле одной стены шкаф, напротив дверь, которую мы с Хтаром поспешили распахнуть. Душевая и санузел.
   — Как поступим, дождемся обеда, потом по городу гулять или сейчас отправимся? — деловито поинтересовался питомец.
   — Дождемся обеда, потом гулять. Должны же мы узнать, куда нас привела Тали. Может повезет, мы найдем театр, и я смогу петь, — улыбнулась, мечтая о спокойной жизни.
   — Тогда отдыхай, а я на разведку по дворцу, — выдал мелкий проныра и, пока я не успела ничего сказать, сбежал.
   Оставшись одна, распаковала сумку, вытащила свои наряды, аккуратно развесила их в шкафу. Удивило, что для этого не прислали горничную, но данный факт отметила мимоходом. Наверняка к нам пока присматриваются, чтобы решить, как поступать, какими нас принять. Даже я понимала, что с крестьянки не получится аристократка, соответственно, какой бы гостьей она ни была, горничная ей не полагалась. И хоть советник и угадал во мне аристократку, но пока было рано говорить о горничной.
   Пока раскладывала вещи, мне вдруг в голову пришла одна весьма интересная мысль. Хтар ведь говорил, что он долгое время жил здесь, даже общался с принцем. Но тогда почему его никто не узнал? Не знаю почему, но мне нестерпимо захотелось узнать ответ на данный вопрос. И к сожалению, именно сейчас спросить было не у кого. Надо будет не забыть поинтересоваться у малыша по его возвращении. А пока будем решать проблеме по мере их поступления.
   Одиночество меня никогда не тяготило. Где бы ни останавливалась, я старалась не привязываться ни к кому, неважно, друзья, слуги или просто знакомые. Но кто бы знал, как мне порой не хватало многого, что было в прошлой жизни. На самом деле я была сейчас рада, за пять лет успела отвыкнуть от прислуги, всегда и во всем полагаясь на себя и действуя самостоятельно. В первое время было сложно, Но человек ко всему привыкает, вот и я освоилась, ничего так, привыкла и даже стала получать удовольствие от одиночества.
   В данный момент отметила данный факт только потому что мы оказались во дворце и мне показалось вполне естественным, если бы ко мне сразу приставили служанку. Хм… Странные мысли лезут в голову. Какое мне дело вообще до таких мелочей? Более того, решила, если уж зайдет разговор на данную тему, сама откажусь от подобных услуг. На статус мне давно плевать. Я его потеряла в тот момент, пять лет назад, когда покинула дом княгини Риэдары.
   За размышлениями не заметила, как все вещи успела развесить, драгоценности разложить по полочкам. И теперь встал вопрос: что надеть на обед с принцем. Я была уверена в его присутствии.