Пять причин для развода

Наверное, в глубине души я всегда знала, что настанет этот горький момент. Всегда знала, что за своё яркое счастье придется расплачиваться болью. С той самой секунды, когда я заметила рослого, уверенного в себе мужчину, который неумолимо притягивал внимание всех дам в помещении.

Есть такие мужчины, к которым женские взгляды буквально липнут. И не только взгляды. На Никиту женщины всегда гроздями вешались. И дело было даже не в чисто мужской красоте и накаченной широкоплечей фигуре, хотя физическая привлекательность также имела огромное значение, но помимо смазливого личика у Зимина был твердый характер, стать, аура власти. На такого смотришь и понимаешь, что это отличный самец для продолжения рода. Стыдно сказать, но и я также, как и все остальные женщины, практически сразу стала жертвой его харизмы, хотя и старалась сделать вид, что это не так. Наверное, со стороны это смотрелось очень смешно, ведь Ник с самого начала легко читал меня.

Тем не менее, во мне было то, что отличало меня из общей массы. В отличие от других, тогда еще совсем молоденькая девушка смогла обратить на себя внимание этого красавчика и умудрилась влюбить его в себя. Я и сама не ожидала подобного, ведь до Никиты у меня не было никакого опыта в отношениях с мужчинами. Ник стал для меня первым во всем. Быть может, это и сделало меня особенной для него, достойной статуса его жены и матери его детей.

Когда Зимин сделал предложение, мне казалось, что это самое лучшее, что могло в жизни. Я, не раздумывая ни секунды, дала свое согласие искренне уверенная в том, что мы вместе справимся со всеми невзгодами.

Ведь главное в жизни что? Правильно, любовь!

Так думала молоденькая двадцатидвухлетняя девушка. Глупенькая и совсем юная я думала, что готова ко всему. И ничто не могло убедить меня в обратном. Даже родители, которые были против того, чтобы я уезжала в такую даль и глухомань.

Без сожалений я бросила столицу и отправилась следом за мужем. Зимин оказался очень богатым человеком, так как в его собственности находилось несколько месторождений угля. Самое большое месторождение находилась возле небольшого городка, больше похожего на село, хотя и очень ухоженное. Никита следил за вверенными ему владениями и был негласным главой округа, ведь по сути его предприятие содержало всех жителей. Именно здесь нам и предстояло жить.

Я отказалась от всех своих перспектив, решив, что роль жены миллионера не самое страшное, что может случиться с женщиной, и полностью посвятила себя дому. По началу пыталась работать, но эти попытки не принесли ничего кроме проблем и озадаченности. К мне, как жене Зимина, всегда было особое отношение… Не всегда положительное.

То, что я решила окончательно осесть дома, только обрадовало Никиту. Да и я нашла чем себя занять, но…

Всё же я стою у окна поздно ночью и вглядываюсь вдаль, ожидая появления мужа. Было холодно и неспокойно на душе. Я замерла в одном положении, почти не дышала. В доме стояла абсолютная тишина, которая долгое время меня пугала. Для городской девушки, привыкшей к постоянному фоновому шуму, мне было трудно привыкнуть к его отсутствию. Эта тишина казалась мне какой-то угрожающей, потусторонней.

Ох, не того ты, Лена, опасалась. Ох, не того!

Я обнимала свои выпуклый живот руками и тихо шептала себе, что полностью доверяю своему мужу. Верю Никите. Подумаешь, задержался. Он и раньше так делал. К нему приехали важные гости из столицы, возможные клиенты, так что неудивительно, что переговоры затянулись. Ник же предупреждал, что от этой встречи многое зависит.

Настораживало иное.

Почему он не пригласил приехавших к ним домой?

Я должна верить ему. Обязана. Нужно игнорировать все эти сплетни, что циркулируют в городе. Это всего лишь догадки злопыхателей. Никита не такой… Я безумно хочу верить в это, но… Это гребанное «но» всё портило и вынуждало меня стоять на холодном полу в ожидании мужа, а не спать в своей теплой постели. Дурные предчувствия буквально выворачивали наизнанку.

Время течет своим чередом, а Никиты всё нет, и тогда мое терпение лопается, а рука тянется в телефону. Мысленно себя ругаю, но от неизвестности я уже готова лезть на стенку и готова на всё, чтобы прекратить эту пытку. Холодные гудки натягивали нервы до предела, но с первого раза не удалось дозвониться. Поэтому проявила настойчивость и снова набрала его номер. Снова прикусила губу и поморщилась. Я так активно терзала губы и закусывала их, что на них образовались ранки.

И снова не берет трубку. Меня начинает трясти. Я снова и снова нажимаю кнопку дозвона. Стало жизненно необходимо услышать его голос.

— Ну, пожалуйста, ответь, — умоляла я, но Ник меня не услышал. Снова мой звонок остался без ответа.

Я металась по гостиной, пытаясь успокоится, но взять себя в руки мне не удавалось. Обычно я более спокойная и рассудительная, но после того, как я забеременела, стало очень эмоционально реагировать на всё. Отчасти я надеялась, что все мои подозрения являются лишь следствием разыгравшейся паранойи на фоне бушующих гормонов, но внутренний голос смеялся в ответ на мои чаяния.

«Никит, позвони мне, пожалуйста», — продиктовала я голосовое сообщение. — «У меня нехорошие предчувствия. Неспокойно мне. Пожалуйста, позвони, как освободишься!».

Но сообщение ушло в никуда. Оно осталось непрочитанным. И я продолжила тихо сходить с ума. Время уже перевалило за два часа ночи, а от мужа ни слуху, ни духу. Никогда так Никита не поступал, всегда звонил, предупреждал…

В отчаянии я снова взялась за телефон и снова набрала его номер. И аллилуй, он ответил!

— Алло, Никита, ты где? — я непроизвольно повысила голос. Облегчение навалилось на меня с такой силой, что я едва устояла на ногах. — Когда ты приедешь?

Но в ответ тишина. Только смех на заднем плане и чей-то смех. Я снова застыла, пытаясь понять, что происходит.

— Никита, ты меня слышишь? — спросила я. Мало ли, связь плохая.

Но вместо мужского голоса раздается женский, вполне узнаваемый мной:

— Никита сейчас не может ответить. Он чуть позже перезвонит!

Этот насмешливый, самоуверенный голос принадлежал Алле, его помощнице. Именно ей местные сплетницы приписывали статус любовницы Ника. И в отличие от меня, она им больше нравилась. Я так и не смогла стать тут своей, осталась для всех заносчивой столичной штучкой, хотя никому не делала плохого. Но Алла была местной, своей, и по мнению многих она подходила Зимину больше, чем я.

— Алла, где мой муж? — рыкнула я зло. — И почему его телефон у тебя?

— Он занят и не может ответить, — повторилась та.

— Немедленно дай ему трубку! — моё терпение лопнуло, я буквально орала.

— Он вам перезвонит, — ответила Алла и хихикнула. На этом связь оборвалась.

— Алло, алло!

Но ответом мне были равнодушные гудки. Я отбросила телефон от себя, будто он ядовитый и снова заметалась по комнате, пытаясь придумать, что делать дальше. В голове воцарился хаос из мыслей. Нужно что-то делать, куда-то бежать…

Резкая боль внизу живота скорректировала все мои планы. Ощущение было такое, будто кто-то всадил в меня острый нож и повернул. Я задохнулась от боли, и схватившись за живот, стала оседать на пол. Дальше меня ждали лишь боль и темнота…

Я старательно улыбалась окружающим, хотя очень хотелось всё послать куда подальше, но увы… Сегодня я являлась хозяйкой вечера и не могла скрыться от сто двадцати приехавших гостей в собственном доме. Это я еще обслуживающий персонал не учла…

Я вздохнула и сделала большой, совсем не женственный глоток вина из бокала. Ноги жутко болели в неудобных туфлях, и очень хотелось спать, потому что из-за приготовлений в последние дни я спала по несколько часов в сутки. Голова побаливала, а постоянное бухтение свекрови только сильнее раздражало меня. Я буквально вцепилась одной рукой в мужа, чтобы не совершить что-то очень скандальное и неприглядное. Он бы не оценил такой выходки, и портить его вечер я не хотела.

День рождение мужа стало поводом для грандиозной вечеринки, организацию которой я полностью взяла на себя. Обычно мне помогала в этом верная помощница и секретарь Ника Алевтина Константиновна, которая служила еще отцу Никиты Николаю, но возраст всё же взял своё. Сейчас женщина вышла на заслуженный отдых, купила себе домик в Сочи и нянчила внуков. Замену ей Зимин еще не нашел, ибо требования к соискателям у него были более чем высокие.

Алевтину Константиновну трудно было полноценно заменить, но кажется в конце темного туннеля забрезжил свет. Спустя три месяца упорных поисков Никита наконец нашел кандидатуру, которая полностью его устроила, чему я была безумно рада, потому что в последнее время мне приходилось выполнять функции его секретаря, следить за порядком в доме, при этом терпеть приехавших «добрых» родственничков, которые мне всю душу уже вытрясли, а также подготавливать празднества, сначала день рождение дорогого мужа, а потом и нового года.

Собственно, в данный момент я старательно улыбалась своей свекрови, которая умудрилась испортить настроение и мне, и моему мужу. По порче нервов и доведению окружающих до истерики она определенно чемпион мира.

— Эти зеленые салфетки совершенно не вписываются в общую картину, — продолжала вещать она, активно жестикулируя. — Леночка, сколько тебе говорить, что все детали на таких мероприятиях должны быть тщательно подобраны!

Я еле подавила желание закатить глаза, а вот Никита себе в удовольствии не стал отказывать. Ему можно. Во-первых, на любимого сыночка Людмила Ивановна никогда не обижается, а во-вторых, у него сегодня день рождение.

— Мама, всем абсолютно плевать, какого цвета у нас салфетки, — проворчал Зимин, делая глоток вина из бокала. — У нас только ты настолько щепетильна в этих вопросах. К тому же, мы же не в столице, а в самом дальнем захолустье. Если честно, я не уверен, что тете Клаве или дядя Феде есть дело до цвета салфеток или портьер. Еда и выпивка их интересует гораздо больше.

Мы все как по команде повернулись и посмотрели на озвученных особ. Те увечено о чем-то болтали, не забывая лопать кальмары и запивать их дорогим коньяком. Надо сказать, что собравшийся контингент был весьма разнообразным и в каком-то смысле шокирующим. Такую разномастную толпу еще поискать. Где-то среди гостей ходили губернатор, несколько олигархов и парочка известных представителей бомонда страны. При этом тут же присутствовали наши соседи, вполне себе обычные люди, некоторые из которых дальше центра округа не бывали, а также сотрудники добывающего и перерабатывающего уголь предприятия, которое принадлежало Зимину. Тетя Клава, к примеру, всю жизнь в местном магазине продавцом трудилась, а ее муж только недавно вышел на пенсию и всю свою жизнь прослужил в фирме у Зимина.

В общем, разношерстная компания подобралась. У меня столько сил ушло на то, чтобы обеспечить потребности и развлечения для всех… Иногда мозг едва ли не дымился от усилий учесть всё и ничего не забыть.

— Так это местные, — пренебрежительно взмахнула рукой свекровь, — но тут же находятся твои влиятельные друзья, губернатор. Что они скажут?

— Мам, ты реально думаешь, что Артёму или Косте есть какое-то дело до наших салфеток? — многозначительно хмыкнул Зимин. — Что касается губернатора, то сейчас он пытается уговорить меня вложиться в один социальный проект, и если я дам согласие, поверь, даже если у нас на столе будут обычные бумажные салфетки, он скажет, что это самые лучшие салфетки в мире. Прекрати переживать из-за пустяков, ладно? Расслабься и получай удовольствие от вечера, мам!

Что поделать, получала удовольствие эта женщина только в одном случае, когда пилила и учила жизни окружающих её людей. После смерти обожаемого мужа её характер испортился окончательно и терпеть её становилось всё сложнее. Не знаю, что бы было, ибо терпение у меня не бездонное, если бы по настоянию врачей ей не посоветовали сменить климат. Никита тут же купил матери домик в Сочи, договорился со своей сестрицей и поселил их у моря, а потом туда же отослал Алевтину Константиновну.

Людмила Ивановна поджала губы, но не стала продолжать данную тему, хотя ей очень хотелось. Как-то забыла она, что родилась в самой обычной семье в этом же городке и работала обычным кадровиком прежде, чем её заметил Николай Зимин и не сделал своей женой. Пафос от данной женщины так пёр во все стороны. Свекровь была буквально помешана на собственном статусе и делала всё, чтобы его подчеркнуть, хотя это порой и выглядело смешно.

— Ох, посмотри-ка, — неожиданно удивленно воскликнула Людмила, указывая куда-то. — Это разве не Аллочка, дочка Зиночки?

Я обернулась, чтобы посмотреть на кого-то указывает свекровь и мысленно присвистнула. Давненько здесь не появлялись модные столичные штучки. По крайней мере, на одеяние данной леди было потрачено столько, сколько та же баба Клава тратит на жизнь за несколько лет. И то не факт. Местные просто не привыкли тратить столько на свой внешний облик, иные ценности были даже у тех, кто в деньгах не нуждался. Не самые легкие природные условия накладывали свой отпечаток и на предпочтения, и на стиль жизни.

Блондинка же явно пыталась подчеркнуть свою состоятельность и активно ее демонстрировала. Хотя откуда такие деньги у молоденькой блондинки, вопрос открытый. Знавала я девчонок в университете, которые не гнушались подработкой эскортом, и они как раз-таки одевались дорого и модно, чтобы соответствовать своим богатым нанимателям. По мне так слишком большая цена за брендовые шмотки и крутые гаджеты.

— Да, это она, — подтвердил Зимин.

— Надо же, — протянула Людмила Ивановна, не сводя взгляда с направляющейся к нам девицы, — не думала, что она вернется в нашу глухомань. Маменька-то её нашла себе обеспеченного мужа-иностранца и умотала в Италию. Зинка всегда нравилась мужикам, это только ты от неё морду воротил почему-то постоянно.

Та-а-ак, это что еще за разговорчики? Я навострила ушки. Что еще за Зиночка? Нет, я конечно знала о наличии у него личной жизни до меня. Было бы удивительно, если бы её не было бы. Мужик он красивый, видный и богатый. Многим женщинам он голову вскружил, сердце разбил. Когда мы поженились, некоторые даже мне угрожали, пытались настроить меня против него, но Никита быстро прекратил подрывную деятельность. И методы его были весьма жесткие и показательные, чтобы другим неповадно было. После никто не решался что-либо предпринимать, хотя я многим местным не нравилась. Не пришлась я ко двору, и кости мне перемывали регулярно и настолько тщательно, что те уже давно стали стерильными и сверкали от чистоты.

— Мам, я понимаю, что ты и тетя Марина лелеяли мечту нас поженить, но может хватит, а? Зинка уже давно счастлива в браке, а у меня есть моя Лена. Этой истории сто лет в обед, — тяжело вздохнул мой муж. Иногда его терпение меня искренне поражало. Мало кто мог быть настолько терпеливым. — Что касается Аллы, то она вернулась из-за бабушки. Тетя Марина сдала сильно. К тому же она отличный специалист. Я предложил ей занять место моего личного помощника, и она согласилась.

Я прищурила глаза и более внимательно стала рассматривать почти подошедшую к нам Аллу. Так вот ты какой, северный олень! Да уж, контраст между Алевтиной Константиновной и этой вертихвосткой просто огромный. То, что она вертихвостка, я почувствовала интуитивно. Наверное, выводы были преждевременными и предвзятыми, но чуйка просто взвыла, что эта красотуля может стать причиной огромных проблем. Как показало время, интуиция меня не обманула.

Чем ближе приближалась эта девица, тем меньше она мне нравилась. Довольно редко так бывало, чтобы человек, с которым я даже пока не разговаривала, вызывал столь бурную неприязнь. И обычно эти люди всегда оправдывали мое предвзятое отношение. В данном случае я наверное слишком негативно изначально к ней настроена, такая категоричность не слишком справедлива и объективна, чего уж там, но по тому, как эта Алла глядела на моего мужа, можно было делать выводы о том, что она явно неравнодушна к нему. В чему-то я даже её прекрасно понимала, против обаяния Никиты действительно довольно трудно устоять, и я, как его жена, это прекрасно знаю, но это не значит, что я готова делиться им со всеми страждущими.

К тому же новая помощница мужа довольно красива, и я не могла это отрицать, хотя было и неприятно. Внутренне я признала, что она даже красивее меня, милее внешне. Блондинка с огромными голубыми глазами и пухлыми губами, Алла напоминала ожившую куколку. Фигура была приближена к стандартам Барби. Тонкая талия, длинные ноги и достаточно большая грудь. На первый взгляд, всё это было натуральным. Походка летящая и легкая, несмотря на высокие каблуки, при этом задницей вертеть не забывала. Парочка мужиков даже засмотрелись на ее жопу и чуть не свернули шеи. Девица прекрасно знала, что красива, и активно этим пользовалась.

Всё это мне катастрофически не нравилось. Я не обладала этой легкостью и обманчивой мягкостью во внешности. Темно-рыжие густые непослушные волосы, которые я усмиряла всеми средствами, благо какой-то очень умный человек придумал дайсон и моя жизнь после его покупки стала значительно легче. Глаза небольшие, но выразительные, зеленые, как у кошки. Губы аккуратные, но не лепехи, как сейчас модно. Стройная, хотя и склонна к полноте. Меня всю жизнь мотает с сорок четвертого до сорок восьмого размера и обратно, при чем мужу нравится, когда я пополнее, ибо грудь и попа в такие моменты более объемны, но я не обольщаюсь. Прекрасно понимаю, что эстетически, если я не буду за собой ухаживать и не сбрасывать набранное, он может заглядеться на такую вот куклу, как эта Алла, поэтому держу себя в руках. По крайней мере, стараюсь.

— Так именно эту девушку ты выбрал в помощницы, — я постаралась скрыть недовольство в своем голосе.

Судя по его ответному взгляду, мне не слишком это удалось, хотя свекровь на мое замечание не обратила никакого внимания. С другой стороны, Никита всегда отлично чувствовал мои перепады настроения, иногда понимал мотивы моих поступков, лучше меня самой, что иногда бесило сильно. Вот и сейчас Ник легко прочитал меня, хотя мне бы хотелось сохранить свои чувства при себе.

Я никогда не ревновала мужа. Вернее, ревновала, но доверяла ему. Знала, что он любит меня, хотя провокационные взгляды других женщин на моего мужчину задевали, что уж там. И тем не менее, я не выносила ему мозг никогда, потому что он ни разу не подводил мое доверие. Действовала по-другому, просто ставила на место всех текущих от вида моего мужа дамочек. Собственно, именно поэтому меня многие и не любили, а за глаза стервой называли. Я не обращала внимание, пусть хоть кем называют, главное не лезут в мою семью.

Но в случае с Аллой всё с самого начало пошло не так. Мне вдруг захотелось устроить мужу скандал из-за того, что он принял её на работу. Вот так, без всяких оснований, просто на эмоциях. И честно, только здравомыслие не позволило мне повести себя, как истеричке. По факту мне нечего было предъявить мужу, только собственные домыслы.

— Добрый вечер, — поздоровалась Алла, подойдя к ним, и широко улыбнулась.

Я еле сдержалась, чтобы не посоветовать ей рот прикрыть, чтобы не ослеплять оружающих блеском своих виниров. Довольная морда лица данной дамочки меня крайне нервировала, и хотелось подсунуть ей что-то кисленькое и горькое, чтобы не лыбилась так откровенно.

— Здравствуй, Аллочка, — пропела свекровь. Со мной таким сладким голосом она никогда не разговаривала. — Очень рада тебя видеть. Как мама поживает?

В это время Никита, будучи джентльменом, подозвал официанта, чтобы Алла взяла себе бокал с шампанским.

— Спасибо, — поблагодарила она. — С мамой всё хорошо. Она сейчас с отчимом в Бразилию отправилась. Они вообще на месте не сидят, много путешествуют, как Себастьян вышел на пенсию.

Хм-м-м, значит итальянец, за которого вышла замуж Зина, старше ее и прилично. Я бросила любопытный взгляд на мужа. Его давняя история с этой Зинаидой мне стала очень интересна, как и причины по которым он взял эту Аллу к себе на работу. Никого более опытного и менее вызывающего найти не смог? Появившиеся сомнения разъедали душу, и мне было даже стыдно за них перед мужем, ведь по факту он не сделал ничего плохого, и тем не менее я не могла от них избавиться.

— Как замечательно, — свекровь продолжала улыбаться так широко, что я забеспокоилась, как бы у нее не треснули щеки. — Я рада, что Зина нашла свое счастье. Ну, а ты, милочка, пока еще замуж не собираешься? Какая же всё-таки красавица выросла. Вся в мать!

Алла улыбалась, польщенная, но глаза её остались холодны. Она прекрасно знала, что красива, и ей об этом не нужно было напоминать. Куда больше её интересовал Никита и я. Ник по понятным причинам, а меня же она оценивала. Пыталась понять, насколько я опасная соперница, при этом делала это так скрытно, что никто ни о чем не догадался, кроме меня. Я просто кожей ощущала короткие взгляды, бросаемые ею на меня.

Какое именно мнение обо мне составила юная прелестница, я естественно не узнала, ибо за своей широкой улыбкой Алла тщательно прятала свои настоящие чувства. Та еще щучка. Такой палец в рот не клади, нужно теперь постоянно быть на страже, ибо такие дамы готовы идти по головам для достижения цели. Как этого не понял Никита? Обычно у него очень четко работает внутренняя чуйка, а там, где не работала интуиция, дело делала служба безопасности. Как-то не верилось мне, что у этой самоуверенной девицы была абсолютно чистая репутация. Наверняка, кое-какие грешки имелись.

— Спасибо, Людмила Ивановна, — мило потупила глазки Алла. — На самом деле в моем случае красота скорее помеха, чем преимущество. Руководители, увы, не принимают всерьез молодых да красивых, приходится работать больше остальных, чтобы доказать, что я больше, чем красивая мордашка.

Ну да, бедная она, несчастная. Замечательный подход, как самом деле. Аллочка прекрасный манипулятор. Посмотрите на меня, у меня изначально не такие хорошие стартовые позиции в забеге по карьерной лестнице, но я такая молодец борюсь с угнетением меня красивой и уверенно иду вперед. То бишь вызывает в людях одновременно жалость и уважение, создает подходящий образ в сознании окружающих.

Я, хоть и неплохо разбиралась в психологии, никогда так не умела, слишком прямолинейная, не люблю этих игр разума, потом можно запутаться и потерять себя настоящую. Да и жалость я не люблю вызывать у окружающих, потому что это претит моим принципам. Жалко может быть мать, потерявшую дитя, бездомную замершую кошку или смертельно больного ребенка. К чему жалеть взрослую, самостоятельную женщину, у которой в принципе всё хорошо, а если и есть какие-то неприятности, то их вполне можно самостоятельно решить? Но это мой подход. Алла таких принципов явно не имела и использовала жалость, как один из способ манипулирования людьми, понимала она это или нет. Изначально не очень хорошее мнение о ней стремительно портилось.

— Судя по тому, что мой муж принял вас на работу, то вы вполне успешно всем всё доказали, — довольно холодно я констатировала факт. — Никита не берет в подчинение лентяев и бездарей.

— Да-да, — покивала головой свекровь. Она просто не могла упустить момента похвалить своего сына. Был у неё такой бзик. — Никита всегда очень досконально проверяет всех соискателей на должность в его фирме.

Я всё-таки закатила глаза. И этот человек работал в кадровом отделе? Да, конечно, в то время фирма Зиминых не была настолько обширной и крупной, но уже тогда начальство вряд ли занималось подбором кадров лично. У Ника несколько филиалом и дочерних компаний, если бы он только и делал, что занимался кадровыми решениями, выполнять остальные его функции некогда было бы. Ник искал личного помощника, именно поэтому проводил личное собеседование. Он контролировал только ключевые кадровые позиции.

— Вы наверное Елена, жена Никиты Николаевича? — протягивая руку для пожатия Алла.

— С утра была ею, — усмехнулась я, за что сразу получила легкий тычок в бок от мужа. Ну да, может я и перегибаю палку, но ведь не нагрубила же, хотя очень хочется…

Улыбка застыла на моих губах, а у Аллы на миг слетела маска доброжелательности и проступили настоящие эмоции. Концентрированная жгучая неприязнь, которая сделала мою улыбку только шире, потому что мои догадки оказались верны. Приятно, когда ты оказываешься правой, но очень неприятно, что никто кроме тебя этого не видит. Всплеск эмоций у Аллы был столь коротким по времени, что никто ничего не понял. Она сразу же вернула своему лицу благодушное выражение лица, да только я уже просекла, что мои подозрения на счет этой курицы оказались верными, а это означало, что нужно придумать, как мне действовать дальше и не дать этой девице влезть туда, где ей места нет.

За эти годы не раз появлялись предприимчивые дамы, которые хотели привлечь внимание женатого, но очень богатого и красивого мужика. Никита жестко пресекал их поползновения, но и я времени даром не теряла. Была парочка очень настойчивых женщин, которые не гнушались ничем в попытках улучшить свое финансовое положение за счет интрижки с Ником и сменить меня в статусе его жены. С такими я не церемонилась, благо имела почти не ограниченные финансовые возможности и водила дружбу с начальником службы безопасности мужа, которые при необходимости делился со мной нужной информацией.

К примеру, была одна молоденькая бухгалтерша рьяно пытающаяся привлечь внимание Никиты, даже пыталась пролезть голой в его номер, когда сотрудники фирмы ездили на тимбилдинг, да только не знала она, что вместе с мужем поехала и я. В итоге я лично наблюдала, как эта предприимчивая особа пролезла в наш номер, скинула с себя пальто, под которым было фривольное дорогое белья, призванное простимулировать моего мужа на измену, и направилась к кровати, явно намереваясь принять наиболее привлекательную позу для соблазнения. Меня она не заметила, потому что я находилась на балкончике, а Никита в это время принимал душ после активных игр с сотрудниками.

Вспоминая потрясенное лицо соблазнительницы, когда я поинтересовалась, то она тут делает, до сих пор становилось смешно. Кстати, девица оказалась очень наглой и сообщила, что Никита сам пригласил её в свой номер. Ага, зная, что жена находится там. Он-то с самого начала был в курсе моего нахождения в гостинице, а вот его сотрудники не знали, что я приехала с ним. В общем, вытащила я её за волосы в коридор, а на ее ор сбежались все, включая моего мужа, который был очень удивлен, а потом и разозлен.

В итоге несостоявшаяся любовница оказалась опозорена, а это в таком маленьком городке, в котором мы живем, весьма болезненно, долго про нее слухи ходили, а Никита уволил её по статье. И пришлось ей уехать из родного города, потому что все, кому не лень насмехались над ней, парни не воспринимали её серьезно, и работу найти она не могла. Может быть, всё было для неё не столь катастрофично, но я специально не давала никому возможности забыть об этом, доставляя тем самым ей проблемы. Когда дело касалось моей семьи, я могла быть довольно жесткой и бескомпромиссной. Именно поэтому меня многие и не любили.

— Очень рада с вами познакомится, — мёдом раскались слова Аллы. — У вас очень красивое платье. Это «Прада»?

Ага, вот и лесть подоспела. Вот только лестью меня не прошибить.

— Нет, я поддерживаю исключительно отечественного производителя, — произнесла я мило.

— Надо же, — удивилась Алла, — довольно необычно. Насколько знаю, супруги высокопоставленных и богатых людей стараются подчеркнуть свой статус, поэтому покупают исключительно люксовые вещи.

Я еле удержалась от вопросов, скольких жен богатых людей она знает, и скольким из них она успела наставить рога с их мужьями.

— Вот такая я необычная, — коротко ответила я, не желая вдаваться в подробности того, почему я не трачу туевую кучу денег на шмотки. Всё равно не поймет ведь.

Свекровь уже хотела вмешаться и сообщить, что вот такая я плохая из-за своего нежелания следовать трендам, но Никита её опередил.

— Да, подтверждаю, — внезапно рука мужа обхватила меня за талию и притянула к мужскому телу, — Лена никогда не гналась за внешним лоском, для нее внутреннее содержание куда важнее, поэтому я её и люблю так сильно. Мне попалась исключительная женщина!

И поцеловал меня в губы при всех, никого не стесняясь. Свекровь поджала губы, недовольная прилюдной демонстрацией чувств. Она считала такие вещи недопустимыми. Алла лишь прищурила глаза и сделала большой глоток шампанского, словно запивая нехорошие слова, которые рвались с её губ. Я же расслабилась и со всем пылом ответила на поцелуй мужа. Как говорится, и пусть весь мир подождет…

Несмотря на собственнический жест мужа, появление Аллы сильно мне подпортило настроение. Она очень быстро спелась с моей свекровью, и они вместе уже стали мне портить нервы. Особенно сильно задело, когда они стали обсуждать тему материнства. В последнее время тема беременности и рождения детей была моим самым болезненным местом. Больше двух лет мы с мужем пытались забеременеть. Но пока ничего не выходило, что сильно беспокоило меня. Наверняка, и Никиту тоже, хотя он и пытался меня заверить, что всё хорошо, и нужно просто немного подождать.

Мы обращались к врачам, полностью обследовались, но заключение было одно — оба полностью здоровы. Нужно пытаться и дальше. Мы и пытались, но каждые пришедшие вовремя месячные вызывали неизменные слезы, которые я старалась прятать от мужа. Не хотела я, чтобы он знал. Насколько болезненно я всё воспринимаю и тяжело переношу, Ник и так слишком сильно за меня переживал.

Так что очередное нытье свекрови на тему того, что я не желаю дарить ей внуков, а Никита мне потакает, в очередной раз вызвали тоску и ярость. Людмила Ивановна в очередной раз расцарапала мою незаживающую рану, еще и удивлялась тому, что остро реагирую и не ведусь на её речи. В этот раз в лице Аллы она нашла благодарного слушателя, и обе рассуждали о том, как хорошо быть матерью.

— Алла, а вы имеете ребенка? Просто никогда не понимала рассуждений на тему счастливого материнства от нерожавших женщин, — заметила я с каменным лицом.

Быть мамой я хотела, но прекрасно понимала, что сами процессы беременности, рождения и воспитания детей — это не истории про милых единорожков, где беременность проходит без недомоганий и токсикоза, роды без боли и разрывов, а воспитание без эксцессов, порой способных довести до седых волос. Со университетских времен у меня осталась подруга, которая стала мамой трех ангелочков, хотя сама Танечка их бесятами называла, потому что непоседы еще те. Рассказывала она много и очень подробно о своих материнских буднях, и это на самом деле очень тяжелый труд, при том что она обожала своих детей.

Стоящие же передо мной дамы говорили о материнстве, как о нечто легком, необременительном и исключительно приносящем положительные эмоции и не требующем никаких усилий. Словно они говорили не о рождении живого младенца, а о кукле. И это отношение вызвало во мне еще большее сопротивление.

— Нет, мне пока рано, но я обязательно рожу, чуть позже, когда удовлетворю карьерные амбиции и найду достойного человека, — с помпой ответила Аллочка, заправляя локон белокурых волос за ухо.

— Значит, вы лицемерите. Вы сами ждете подходящего времени и условий для продолжения рода, но осуждаете тех женщин, что в браке не рожают мужьям детей, при этом даже мысли не допускаете, что у этих женщин есть свои причины, по которым они еще не родили, — отчеканила я, послав ей неприязненный взгляд.

Не умела я скрывать своих чувств, что приносило мне множество проблем. С той же свекровью, подыгрывай я ей, соглашайся с ней во всем, она бы не была настроена ко мне столь негативно и не мотала бы мне нервы при каждой удобной возможности. Но я не умела держать при себе свои мысли, даже если я молчала, они отображались на моем лбу бегущей строкой.

— Лена… — начала было возмущаться Людмила Ивановна, но я её бесцеремонно перебила, не дав даже начать свою очередную лекцию.

— Извините, мне нужно идти, — выдала я быстро. — Нужно отдать кое-какие указания персоналу.

И подарив им кривую вымученную улыбку, буквально сбежала. Конечно, я соврала на счет указаний, но просто физически не могла больше находится рядом с ними, особенно когда они обсуждали тему, которая меня так сильно триггерит. Решила сделать себе небольшой перерыв и успокоиться, поэтому направилась к кабинету мужа.

Закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней спиной и выдохнула. Напряжение последних дней сильно сказывалось, а еще и эти две кумушки проехались по самому больному, хорошо еще, что я удержалась и не вспылила, иначе бы дело точно скандалом бы закончилось. Сегодня день рождения мужа, не хотелось портить ему праздник, хотя я и близка была к этому.

Самое противное, что мне даже некому было пожаловаться и излить душу. Звонить Татьяне, моей считай единственной подруге, я не хотела. Ей и так сейчас тяжко, нагружать Таню еще и своими проблемами было слишком эгоистично. Её бесята дружно заболели гриппом, и в их доме сейчас царил госпиталь. Она и сама в итоге подхватила болезнь, так что ей явно не до моих излияний. Родителям я никогда не жаловалась, ибо сама выбрала такую жизнь. Выбрала Никиту. Хотя они предупреждали, что данное решение может полностью перекроить мою жизнь и не в лучшую сторону. Поэтому жалобы с моей стороны им даже для меня смотрелись бы крайне странно и даже смешно. Они ведь предупреждали, предвидели, что будет так…Так что тему моего недовольства своим новым местом жительства в разговорах мы дружно обходили стороной.

Мой выбор действительно перекроил мою жизнь. Я практически лишилась всех друзей, а новых так и не нажила. По большому счету, мы жили в большом доме, вокруг была множество людей, но кроме Никиты у меня тут никого близкого не было, даже поговорить порой не с кем было. Одно из особенностей переезда сюда. Не пришлась я ко двору, и многие во мне видели столичную выскочку, женившую чуть ли не силой главного жениха этих мест.

Сначала даже гуляли слухи, что я животом его женила, и ни о какой любви речи не идет, да только время шло, а живот так и не рос, так что эти сплетни быстро канули в историю и про них забыли. Потом многие думали, что я не выдержу жизнь здесь и сбегу, ведь это не столица. Никаких торговых центров и клубов, ужасная погода, да и многие люди делали всё, чтобы я почувствовала себя лишней. Я и чувствовала, и если поначалу старалась подружится, то потом плюнула на всё и стала игнорировать чужое мнение. У меня был Никита, его вполне достаточно. Но порой в такие моменты во мне просыпались сожаление и грусть, ведь не всем можно поделиться с мужем. Жаловаться ему на поведение его матери или соседей глупо, да я вполне и сама справлялась с ситуацией, но сама необходимость держать дистанцию и каждый раз ожидать подвоха очень выматывала. Хотелось расслабиться, а не получалось. Тут еще и эта Алла пожаловала…

Я подошла к бару и плеснула себе в бокал немного коньяка. Пила я редко, но сейчас мне требовалось немного успокаивающего. Потом развалившись на кожаном диване, включила электрический камин, не включая свет.

Наверное, большинству женщин нашей страны мои проблемы покажутся мелкими и незначительными. Они скажут, что девица просто зажралась и сходит с ума. Возможно. Я уже ничего не исключала. Ради своего мужа я бросила все перспективы огромного города и переехала в глухомань. И не жалела об этом. Ника я любила, а он меня, но… Это «но» порой заставляло меня впадать в минорное настроение. Я оказалась не готова в жизни в маленьком городке, где всё напоказ, где все всё про друг друга знают.

Иногда я здесь чувствовала себя, как в клетке. В золотой и очень комфортабельной клетке. Я старалась гнать от себя это сравнение, ведь никто меня никто насильно не заключал. Я сама сделала выбор, но… Тут я так и осталась чужачкой. Несмотря на все усилия, я осталась чуждой этому месту, а еще я словно застыла в одном состоянии, и это тоже не могло меня не тревожить. Я не развивалась, хотя старалась учиться, что-то делать, но развития не было, а ведь когда-то мне сулили головокружительную карьеру, но в итоге я от всего отказалась. Никита развивался, добивался новых высот, заключал дорогостоящие сделки, а я даже ребенка родить не могла…

Может это кризис среднего возраста? Тогда он рановато наступил. Всё чаще мне в голову приходила мысль, что нужно что-то менять, иначе я окончательно растворюсь в быте и превращусь в амебу, которая даже собственному мужу не будет интересна.