"АКВАНАВТЫ".(Научная фантастика)

  Авторский  приквел  по  одноименному  произведению  автора, но  не  по  его  книге. Скорее  по  фильму, созданному  по  этой  работе. Если  делать  с  книги, то  просто  скопируешь  все  почти  один  в  один, и  своего  не  получиться. Это  по  любому  так  выйдет, как  бы  не  старался  изменить  либо  все, либо  многое. Получится  копия  и  плагиат. А  соответственно  и  авторства  никакого  не  будет. Мне  это  совершенно  не  было  нужно. Поэтому  использовал  при  создании  данной  повести  сам  фильм. Как  художник, копируя  картину  другого  художника, и  внося  что-то  свое. Пытаясь  понять, как  создавалась  сама  картина  в  процессе  написания. К  тому  же  в  фильме  не  все, так  как  в  книге. И  масса  неточностей. Так  как  произведение  давних  лет, как  и  сам  фильм. И  это  для  меня  лучший  вариант  внести  свое  и  новое. Пофантазировать  в  описаниях  и  создать  свой  текст  с  добавленными  событиями. И  уже  своими. Постараться  написать  куда  глубже, чем  у  самого  автора  получилось. Хотя  диалоги  будут  похожи. Не  один  в  один, но  похожи. Поэтому  я  указал  на  реального  автора  идеи  и  произведения. К  тому  же  за  этим  произведением  в  новой  обертке, последуют  другие  «АКВАНАВТЫ».Уже  свои  и  характерно  отличающиеся  от  первого произведения.
  Сильно  жестко  судить  об  авторстве  и  правах  не  стоит. Этот  приквел  мне  просто  был  крайне  необходим  перед   другой  работой.

                                                                       С  уважением  к  читателю  А/ROSS.

 Эта  горная  дорога  была  довольно  опасным  местом  для  хорошего  мотокросса. Но  не  особо  опасна, если  ехать  более – менее  придерживая  своего  под  собой  двухколесного  друга. Особенно  на  поворотах, сбрасывая, когда  надо  скорость. И  быть  достаточно  внимательным  на  этой  горной  узкой  и извилистой  трассе. Главное, не  упускать  из  виду  ничего. И  следить  за  этой  запыленной  ветрами  дорогой.
   Именно  так  сейчас  ехал, как  всегда  и  именно  здесь  Игорь  Соболев. 
  Это  была  просто  прогулка  верхом  на  мотоцикле. Не  более  того. Он  любил  покататься  верхом  и  отдохнуть  с ветерком, вдыхая  на  лету  свежий  дующий  с  Черного  моря  здесь  в  горах  воздух. 
  Это  место  и  эти  горы, они  при  езде  на мотоцикле  приводили  его  в  некий  душевный  трепет. Особенно  по  соседству  с  дорогой  заросшие  густым  лесом  высокие  Крымские  горы, которые  мелькали  одна, за  одной, встречая  его  и  его мотоцикл  и  провожая  за  спиной. 
  Он  снова  повернул  за  очередной  поворот, и  чуть  было  не пролетел  мимо  сидящего  на  камне  мотоциклиста  и  стоящий с  ним  рядом  мотоцикл. Вернее, мотоциклистку  и  мотоцикл, с  пропоротым  передним  колесом. Как  раз  внимательность  Игоря  Соболева  не  подвела. Он  мгновенно  увидел  и  сразу  же  решил  не  проезжать  мимо. Точнее, он, проехав, развернулся  прямо  на  самой  трассе  и  подъехал  к  сидящей  молодой  светловолосой  девице. Он  заглушил  свой  мотоцикл  и  слез  с  железного  коня  на  пыльную  землю. 
  Девица  сидела  на камне  и смотрела, молча  на  него. Но  не  без  интереса, как ему самому  показалось. 
  Здесь  вообще, редко  кто  проезжал. И  не остановись  он  здесь, вряд  ли  кто-то  бы  девице  этой  помог. Он  решил  взять  в  свои  руки  помощи  все  и  ее мотоцикл  и саму  девицу, если  конечно  та  не  забрыкается, и  не  начнет  гнуть  из  себя  принцессу  и  что  ей  кто-то  чем-то  обязан. Игорь  и  так  уже  попадал  в  подобное  положение. И  у  него  трудно  вообще  складывалось  с  женщинами. Но  проехать  и  бросить  человека  на  пыльной  дороге  вот  так  просто  без  помощи  он  не  мог.
  Игорь  подошел  к  поврежденному  стоящему  на  подножке  мотоциклу  и  осмотрел  его  колесо. Оно  было  без  воздуха. Полностью. Он  пальцами  потрогал  и  подавил  мотоциклетную  шипованную  с  металлическим  ободом  и  спицами  шину.
- Да, я  вижу, ездить  по  здешним  кустам  и  камням  не  безопасно - Игорь  произнес  сидящей  светловолосой, пожирающей  его  даже  несколько  нагло  взглядом  молодой, лет, наверное, двадцати  пяти  даме – Я  может, смогу  вам  чем-то  помочь?
- Можете - она  тут  же  ему  ответила, не  спуская  с  Игоря  Соболева  своих  синих  как  океан  глаз – Нужно  съездить  в  город  за  новым  аквалангом.
- Акваланг  в  этой  местности – несколько  даже  удивился  Игорь  странному  ответу – А, на  какой, простите  предмет?
- Расползаются – ответила  ему  весьма  привлекательная  незнакомка. Она  это  быстро  так  выпалила, что  он  сразу  ничего  и  не  понял.
- Простите – он  ей  произнес. 
- Наш  акваланг  испортился, а  они  там  расползаются -повторила  она  ему.
- Кто  расползается?- Игорь  спросил  снова  и  не  понимал, пока  о  чем  разговор.
- Бентарки – произнесла, глядя  на  него  и  чуть, щуря  глаза, от  яркого  летнего  солнца  молодая  светловолосая  девица. 
  Она  была  в  кожаной, как  и   Игорь  Соболев  дорожной  мотоциклетной  черной  куртке  и  таких  же  брюках. Ее  мотоциклетная  яркая  полосатая  каска  висела  на  руле  ее поврежденного  безнадежно  в  таком  месте  мотоцикла. 
- Не  совсем  вас  понимаю? - он  повторил  вопрос – Что  за  бентарки? И  где  расползаются?
- Наши  подопытные - она  пояснила  ему - Где  расползаются? На  дне  глубокого  озера. Как  расползаются? По  спирали. Еще  будут  вопросы?
- Последний – произнес  Игорь, и  ему  понравились  такие  лаконичные  конкретные  ответы  из  молодых  уст  светловолосой  привлекательной  незнакомки.
- Бентарки - он  снова  спросил  незнакомку - Это  что  ваша  работа? 
- Это  работа  института  бионетики – произнесла  молодая  ему  незнакомка - Вот  мы  с  вами  здесь  болтаем, а  они  тем  временем, расползаются.
   Игорь, оценив  сложившуюся  быстро  обстановку, решил  по -другому  и  произнес  ей - До  города  будет  далековато – он ответил  незнакомке – Может  вы  покажете ваш  испорченный  акваланг. Так  будет  быстрее.
  Девица  подскочила  с  камня  и  удивленно  спросила  его – Быстрее, вы  уверены? Это  серьезно? 
- Быстрее, уверен, серьезно – Игорь  ей  ответил, широко  улыбаясь  белозубой  улыбкой.
  Говоря  честно, эта  девица  ему сразу  понравилась. Как-то  сразу  и  запала  в  душу. Возможно, это  была  любовь, но  он решил  для  начала  помочь  ей, ну  и  завести  знакомство  с  очаровательной  довольно  миленько  на  личико  особой. 
   Он  сел  на  свой  мотоцикл  сзади  и  показал  ей  место  спереди  у  самого  руля  своего  мотоцикла. А  она, даже  не  раздумывая, и  надев с вою  яркую  раскрашенную  каску, запрыгнула  на  его  мотоцикл, и  накрутила  ручку  газа. И  они понеслись  по  горной  дорожной  трассе, подымая  дорожную  пыль  с  бешеной  скоростью. С  такой, с  какой  Игорь  Соболев  еще  не  ездил. Его мотоцикл  со  скоростью  пули  полетел  по  дороге, срезая  углы  поворотов  и  разбрасывая  камни  из-под  крутящихся  на  огромных  оборотах  своих  колес. 
   
                                                 ***
    Мотоцикл, совершенно  не  сбавляя  скорости, прыгая  по  неровностям  и  ухабам, подлетел  к  стоящему  на  берегу  большого  горного  озера  одноэтажному  домику. Напугав  овчарку  Колли  и  резко  затормозив, да  так, что  Игорю  показалось, не  отклоняйся  он  чуть  назад, то  точно  бы  прилип  вплотную  к  лихой  наезднице. Мало того, впечатался  бы, прямо  лицом  в  ее  девичью  спину. И  довольно  бы  не слабо. 
  Он  итак  с  трудом  удерживался  на  сиденье  сзади  нее, схватившись  за  пояс  ее  кожаной  мотоциклетной  куртки, а  другой  за  ремень  сиденья  под  ее, подпрыгивающей  на  сидушке  той  круглой  широкой  попкой. Он  боялся  свалиться  вообще  на  крутых  поворотах  со  своего  же  мотоцикла, удивляясь  его  скорости, с  какой  он  никогда  на  нем  еще  не  ездил. Особенно,  слететь, где-нибудь  в  глубокую  пропасть. Это  была  худшая  для  Игоря  Соболева  перспектива  разбиться  на  дороге, да   еще  не  по  своей  собственной  вине. 
  Эта  незнакомая  девица, с  которой  он  еще  совершенно  не  был  близко  знаком, так  гнала  по той  горной  дороге  его  мотоцикл, что  он  даже  начал  жалеть, что  остановился  и  решил  ей  помочь. И  еще  больше, что  позволил  сесть  за  руль.
   Но  все  уже  закончилось. И  только  овчарка  Колли  подпрыгивала  на  всех  четырех  своих  лапах  и  гавкала  напуганная  чужим  для  нее  мотоциклом  и  лихими  двумя  наездниками.
- Приехали -  она  сказала  ему.
- Если  это  езда! – он, нервно  и  даже, возмущенно  ей  сказал, переводя  свое  от  пережитого  дыхание – То, что, по-вашему,  такое  акробатика?! 
  Девица, сняв  быстро  с  головы  и  пышных  светлых волос  шлем, спрыгнула  на  землю, оставив его  мотоцикл  под  ним. Она  вбежала, даже  не  оглядываясь  в  тот  небольшой  с  одним  этажом, но  с  большими  открытыми  настежь  окнами  дом. 
   Было  довольно  жарко, и  стоял  уже  день, когда  они  доехали  вдвоем  до  этого  места.  
- Чен - послышался  женский  голос  еще  одной  женщины  – Чен, домой.
  На  порог  дома  вышла  еще  одна  не  старше  первой  женщина. 
  Она  внимательно  посмотрела  на  Игоря  и  даже  с  интересом. Женщина  рассматривала  стоя  вверху  на высоком  крыльце  его, искоса  поглядывая  на  лающую  колли.
- Да, прекрати  сейчас  же, Чен – она  громче  прикрикнула  на  лающую, на чужого  здесь  человека  собаку. Потом  спустилась  с  крыльца  дома  и  подошла  почти  вплотную  к  Игорю  Соболеву.  
  Она  протянула  Соболеву  свою  почти  полностью  открытую  в  коротком  рукаве  зеленого  подпоясанного  широким  в  талии  поясом  халатике  и  произнесла – Здравствуйте, Наташа. 
- Очень  приятно – Игорь  ей ответил  и взял  даму  за  ее  узкую  красивую  в  кисти  с  длинными  пальчиками  руку – Игорь – он  ответил  ей, взаимно, и  добавил - Игорь  Соболев.
  
- Наташа  Волкова – добавила  ему, где-то  такого  же, как  и  та, что  заскочила  в  дом   возраста  молодая  девица. Раз  уж  видимо  тот  назвал  свою  фамилию, то  и  она  решила  назвать  свою, чтобы  быть  более  вежливой  к  незваному, но  очень  симпатичному  ей  гостю. 
  Они  смотрели  друг  другу  в  глаза, и  Игорь  поинтересовался  так, для  ведения  дальнейшего, скорее  диалога – А  как  зовут  ту  очаровательную  наездницу, с  которой  я  сюда  приехал?
- Лота – ответил  та  ему  тут  же – Лота  Керром. А  вы  разве  не  успели  познакомиться?
- Увы – ответил  ей  Игорь  - Успели  поссориться.
- Моя  подруга  с  характером – произнесла  негромко  Наташа – Она  в  папу, профессора  Керрома.
- А  профессор  Керром, он  кто  и  чем  занимается?-  произнес  заинтересованно  Игорь, стараясь, навести  разведку  и  побольше  узнать  о  той, которая  ему  запала в  душу  на  той  пыльной  опасной  горной  дороге.
- Вы  шпионить  сюда  приехали? – произнесла, улыбаясь  Наташа.
- Да, нет –  произнес  Наташе  Игорь - Просто  я  так  и  ничего  не  знаю  пока, что  тут  у  вас  произошло, но собираюсь  помочь  как смогу  вашей  беде. Лота  ничего  толком  не  рассказала, но  я  хотел  посмотреть  ваш  сломанный  акваланг. 
- Вон  видите – Наташа  произнесла  и  показала  на  большое  горное  синее  озеро. 
  Там  стояла  посередине  как раз  его  толи  лодка  толи  большой  надувной плот. И  на нем, были  двое  мужчин. Их, правда, плохо было  видно. И  рассмотреть, кто   они  были, было  невозможно  четко, ну  разве  что  только  в  бинокль.
- Там  наш  сломанный  акваланг – произнесла  ему  Наташа – У  них  и  все  у нас  летит  к  тар  тарарам  сейчас.  
- Я  вижу  лодку  еще  одну   с  мотором  у  берега – произнес  Игорь  Соболев.
- Можете  воспользоваться  ей – она  ответила  ему – Моторные  лодки  водить по воде  умеете?
- Как  свой  мотоцикл – произнес  Игорь – Ну  я  пошел, а  то, они, там   расползаются – он  добавил  Наташе. И  та  странно так  на  него  посмотрела, улыбаясь.
- Смотрите  не  утоните – она  ему  в  дорогу  произнесла, а  он, обернувшись,  только  улыбнулся ей  молча  белозубой своей  улыбкой.
     
                                             ***
- Ну, что  тут  у вас?  - произнес, им  двоим, стоящим на том  озерном  плоту  Игорь  Соболев – Где ваш  сломанный  акваланг? Показывайте.
  Он  быстро  спрыгнул  с  лодки  с  мотором, подав  одному из  стоящих  молодых  парней  веревку,  чтобы  тот  привязал  лодку  к  резиновому  большому  плоту.
  Те  двое  парней  возрастом  не  старше  Лоты  Керром  и  Наташи  даже несколько  подрастерялись  от  прибытия  еще  одного  мужчины  на  их  озерный  плот. Они слышали, конечно, звук  мотора  мотоцикла, и  видели  как  Лота  приехала  и, причем  не одна. И  вот  смотрели  на  Игоря  Соболева  несколько  обескуражено, но  в  надежде, что  может  хоть  он  им  поможет  чем-нибудь  здесь. Так  как  они  были  уже  бессильны, что-либо  сделать.
- Я  говорил – произнес  один  из  них, что  был  повыше  второму - Что  надо было  брать  еще  акваланг. Теперь  хана  всему, а  время  идет. Завалим  все  опыты.
  Игорь  присел  возле  лежащего  на  полу плота  полуразобранном  акваланга.
  Он  посмотрел  его и  покрутил  там  руками  все  что  мог  и  произнес  этим  двоим, еще  совсем  молодым, больше  смахивающим  на  студентов  городского  института  горе  ученым – Ну  что  я  могу сказать - он  произнес  им – Действительно, жаль, что  нет  второго акваланга, дело  дрянь.
- Что  посоветуешь? – спросил  первый  молодой  в  зеленой  рубашке  и  зеленых  с  закаченными  до  колен  штанинами  штанов  коллега  второго  горе  ученого.
- Выбросить  рухлядь  эту  в  это  озеро – произнес  им  Игорь.
- Это  могли  бы  мы  и  без  тебя  сделать  -  тот  ему  ответил.
- Ну  вот – в  отчаянии  и  негромко, произнес  второй  горе  ученый  - Хана  всему. Нас  профессор  съест  заживо  из-за  этого  акваланга. Время  упустим,  совсем  расползутся. Выхода  нет, надо  радировать  шефу.
- Да, хана – произнес  первый  молодой  человек  и  взял  рацию, чтобы  видимо  позвонить  в  тот  дом  на  берегу.
- Почему  хана – ответил  ему  Игорь  Соболев  и  выключил  у  него  в  руках  рацию – Выход  есть. 
- И  какой, позвольте  поинтересоваться  у  вас! - произнес  тот  же  молодой  еще  совсем парень  в  коротких  джинсовых  обтрепанных  шортах  и  синей  футболке.
- Будем  так  нырять – произнес  ему  в  ответ  Игорь  и  стал  раздеваться.
  Те  переглянулись  удивленно   и  уставились  на  него.
  Игорь  уже снял  рубашку, когда  один  из  них  произнес – Ты  что  так  собрался  тут  нырять?
- Можно  парни  и  так  без  акваланга – произнес, им  двоим  Игорь.
- Можно - ответил  тот, что  в  зеленой  рубашке  и  закатанных  до  колен  штанах – Если  ты  ныряльщик  с  Махуа.
  Но  Игорь, не глядя  на  них, снял  с  себя  свои  часы  и  расстегнул  брюки.
- Сорока  метровая  глубина, ясно? – добавил  парень  в  зеленой  рубашке  и  штанах.
- Ясно – произнес  им  обоим  Игорь  и снял  брюки, раздевшись  до  плавок. А  те, переглянулись, удивленно  и  было видно  по их  глазам, что  они  были  ошарашены  его  таким  бесшабашным  безответственным  поведением.
- Ты, что  оглох? - возмущенно  один уже  из  них  произнес  ему – Там  сорок метров.
- Ну, извини, мне  показалось, четырехсотметровая – произнес  Игорь, надевая  резиновый  гидрокостюм.
- Ты  это  серьезно? – произнес  второй ему.
- Серьезно. Там  есть  за  что  зацепиться? – спросил  у  них  Игорь.
  Те  так  и  стояли, даже  не  зная  уже, что  и  делать, но  ничего не предпринимали,  а  только  смотрели  на  этого  будущего  утопленника  безумца.
- На  солястире? – один, что  в  зеленой  рубашке  и  штанах - Есть  кольцо  для  крюка.
- Даш  мне сердечник  сонара – произнес  ему  Игорь – Попробую  вставить  в  твой  солястер. 
- Там  пробка  такая  возле  кольца - пояснил  парень  ученый  студент  в  зеленой  рубашке  и  зеленых  штанах – Если  это ты  сделаешь, я  совершу  хадж, в  твою  честь  до самой  Медины. Босиком.
  Игорь  сидел  уже  на краю  плота  в  маске  и  в  ластах.
  Этот  гореученый  студент  в  зеленой  рубашке  и  штанах  рассказывал, что  и как  сделать  Игорю  Соболеву, отдав  ему, сердечник  от  Солястера, пока  Игорь  глотал  и  гонял  взад  и  вперед, отрабатывая  дыхание  свежий  горный  над  озером  дневной  воздух. Уже  стоял  день, и  становилось, довольно,  здесь  жарко. Особенно  в  этом  гидрокостюме  из  плотной  черной  хоть  и  тонкой  резины.
- Ты  это, парень, того, не  утони – произнес  ему снова  первый  гореученый  в  зеленой  рубашке  и  штанах. А  второй, что был  в  джинсовых  обтрепанных  шортах, подал  ему  сердечник  для  солястера. 
- Без  паники, ребята – он  им  двоим, ответил  и  опрокинулся, мелькнув  двумя  черными  ластами  назад  в синюю  озерную  воду. 

 Игорь  стремительно  пошел  в глубину, когда  в  домике  наблюдавшие  в  бинокль  на  расстоянии  две   молодые   женщины  вели  беседу  о  нем. 
  Он  понравился  и  Наташе  Волковой, подруге  и  коллеге  по  работе  и  институту  Лоты  Керрум.
  Именно  она  сейчас  смотрела  в  бинокль  и, оторвавшись  от  него, произнесла  Лоте – А, по-моему, сейчас  только  что  нырнул  твой  знакомый.
  Лота  искоса  глянула  на  подругу  и  ответила  той – Он  такой  же  мой, как  и  твой. 
  Наташа  хмыкнула  и  дернула своим  миленьким  носиком, и  они  обе  снова  уставились  в окно, глядя  на  тот  посреди  озера  плавающий  резиновый  плот.
  Наташа  снова  посмотрела  в  бинокль  и  посмотрела  на  часы. А  на плоту  двое  молодых  студентов  и  гореученых  тоже проверяли  время  и  уже  тряслись  от  страха  за  нырнувшего  в  озеро  этого  бесшабашного  и  безответственного  ныряльщика. Их  порядком  уже  колотило  от  переживаний  за  него.
- Сколько  уже  минут? - произнес  первый  в  зеленой  рубашке  и  закатанных  брюках  второго, что  был  в  футболке  и  джинсовых  шортах.
  Тот  посмотрел  на  наручные  часы  и  ответил  первому – Уже  пять  минут.
  Тот  сидел  тоже  на краю  плота  и  встал. Он  прошелся  взад  и  вперед  по  плоту  и, пнул  босой  ногой, сломанный  акваланг. Он  отошел  к  краю  плота  и  постоял  там  немного  и молча. Потом  развернулся  и  подошел  к  тому,  что  был  в футболке  и  шортах. Они  переглянулись, и  первый  отошел  снова  к  борту  плота. Он  постоял  и  произнес  снова  - Сколько  теперь?
  Тот, что  в  шортах  и  футболке  растерянно  смотрел  в  воду.
- Сколько  теперь, ну?! - уже паникуя, произнес  первый  в  зеленой  рубашке  и  штанах.
- Ровно  шесть – ответил  второй  ему  и  отвернул  свою  в  солнечных  очках  голову.
  А  в это время  Наташа  Волкова,  не  отрываясь  от  бинокля, произнесла  Лоте  Керром – Слушай, они его  точно  утопили. 
  Лота  тут  же  подпрыгнула  со стула  и  выхватила  бинокль  у  Наташи. Она  посмотрела  на  тот  резиновый  посреди  горного  озера  плот. 
- Ой! – напугано  произнесла  Наташа, а  Лота  сунув  ей  в  руки, бинокль, тут  же  выскочила  из  дома, бегом  понеслась  к  еще  одной  лодке  с  мотором.
  В  это  время  Игорь  был  уже  у  солястера. В  самом  низу  на самом  практически  дне  озера. 
  Он  почти  сразу  в  темной  воде  нашел  тот  прибор. Здесь, как  ни  странно  не  было  так  темно  как  в  других  местах, где  ему  приходилось  раньше  нырять. И  он  увидел  этот  висящей  как поплавок  над  самым  каменистым  дном  холодного  озера  цилиндрический  довольно  большой  аппарат. Он  его увидел почти сразу  же, как  опустился  на  сорок  метров  и  покрутил  головой  вокруг  в  маске. 
  Нужно  было  все  проделать  на  одном  дыхании. На  том  воздухе, что  был  в  нем. Многолетние  глубоководные  тренировки  в  школе  акванавтики  научили надолго  сохранять  свое  дыхание  и  задерживать  его. Это  было  особенно  важно  при  всплытии  с  большой  глубины  на  поверхность  океана.
  Игорь  уже  был  у солястера. И  тот  мигал  ему  красноватым  еле  заметным  светом  сверху  встроенными  под  прозрачным  колпаком  аварийными  лампами. Солястер  работал  в  аварийном  режиме. И  Игорь  вцепился  в  него  обеими  руками,  зависнув  над  самым  дном. И  нашел  входное  отверстие, куда  надо  было, как  объяснил  ему  тот  в  зеленой  рубашке  и  штанах  гореученый  вставить  этот  вот, что  он  теперь  держал  в  правой  руке  сердечник. 
- Ты  не  перепутаешь - он  вспомнил, как  тот  ему  говорил – Сам  увидишь  под  кольцевой  платформой  и  лампами. Это  ключ  перезапуска всей  системы. Тот  мы  вынули  еще  до твоего приезда  и  поломки  акваланга. 
  Игорь  вставил  его  до  упора  внутрь  отверстия  и  солястер  перестал  мигать  и  лампы  под  верхним  колпаком  загорелись  белым  светом. Он  заработал, как  положено, и  Игорь  хотел  еще  напоследок  рассмотреть  кто  такие  эти  Бентарки, но  уже  нужно  было  всплывать. Время  оставалось  только  на  всплытие. Да  и  те  там  наверху, уже, наверное, с  ума  сошли  от  его исчезновения. И  Лота. Он  подумал  сейчас  о ней. И  стремительно, пошел  наверх, работая  быстро  черными  ластами, вытянув  руки  кверху, как быстрая  торпеда. 

                              ***
– Восемь  минут - произнес  стоящий  с  ручными  снятыми  с  руки  часами  и  в  солнечных  очках  Виталий.
  Дмитрий  выхватил  у  него  его  часы  и  с  психу  бросил  в  воду.
- Черт! – он  нервно  произнес  не  находя  себе  места - Черт! Что  теперь  вот делать! И  эта  куча  железа  не  работает! Черт!   
  Виталий  ничего  ему на  это не сказал, потому, как и сам  был  в  отчаянии  и  теперь  отвечать  придется  им  вместе, если  этот  сумасшедший  ныряльщик  не  вынырнет  уже  никогда  из  озера. И  они  оба  уже  думали  не столько  о,  расползающихся  Бентарках, сколько  об  ответственности  за  утопленника. 
  И  тут  из-под  воды  вынырнула  голова  Игоря  и  он  держал  в правой руке  часы.
- Ваше? - он  произнес, схватившему  его  за  обе  руки. И  затаскивающему  Игоря  на  плавающий  резиновый  плот  Виталию.
  Подскочил  к  Игорю  и  Дмитрий  и помог  его  Виталию  затащить  на плот.
- Знаешь, сколько  ты  минут  там  пробыл? – он  произнес  возмущенно  и  одновременно  радостно  Дмитрий.
 - Сколько? – поинтересовался  как  бы  так, между  прочим, Игорь.
- Целых  восемь  минут - произнес  Дмитрий.
- Ну  и  что -  снова  как  бы  так  ответил  Дмитрию  Игорь.
- Виталий – возмущенно  произнес  Дмитрий – Этот  утопленник  говорит, ну  и  что. Мы  тут  в  панике, а  он, ну  и  что. Восемь  минут   и  мы  уже  не  знали, что  делать. Ты  кто  вообще? Глубоководный  ныряльщик?
- Он  самый  - произнес  ему  в  ответ  Игорь  Соболев – Теперь  ваши  Бентарки  не  расползутся. 
- Солястер  действует – произнес  Виталий, когда  датчик  в  его  руке  запищал  тонким  пронзительным  звуком.
- Топай  в  Медину – произнес  Дмитрию  Игорь.
  В  это  время  к  резиновому  плоту, на  полном  ходу, подплыла  моторная  лодка. И  из  нее  прямо  на плот  выскочила  Лота. Она  подбежала  к  Игорю  Соболеву  и, швырнув  на  плот, прямо  под  ноги  ему  красный  спасательный  жилет  прокричала – Вы  сумасшедший! 
- Сумасшедший - ответил  он  удивленный  ее  поведением. И  он  тут  же  понял, что  за  ним  следили  с  берега. Он  взял  Лоту  за  руку  и  произнес – Только  сумасшедший  смог  бы  помочь  вам  в  таком  деле. Да  и  сумасшедших, как  правило, не  обижают.
- И  он  еще  возмущается – произнесла, отвернувшись  от  него  Лота. И   глядя  куда-то  в  синюю  озерную  воду, добавила – Целый  час  просидел  под  водой, а  теперь  возмущается.
- Девушка, вы  склонны  преувеличивать - произнес  Игорь  Лоте.
- А  вы, вы  чудовище!  - она  ответила  ему  - И  откуда  вы  только  взялись  на мою  голову?! Кто  вы  такой?
- Вот  с  этого  и  надо  было  начинать – произнес  Игорь  и  протянул  Лоте  свою  правую  руку – Игорь  Соболев. Акванавт  центра  международной  акванавтики.
  Лота  дернула  миленьким  своим  аккуратным  вздернутым  носиком  и  в   ответ  ему  тоже протянула  свою  девичью  правую  руку.
- Лота  Керром – она  произнесла  ему.

Он  вышел  через  люк   подводной  глубоководной  лодки  из  специальной  барокамеры. Это  были  экзамены. Экзамены  на  акванавта  глубоководника. 
  Этот  район  океана  был  хорошо  изучен  и  исследован, и  в  этом  районе  у  берегов  самой  Камчатки, где  находилась  школа  русской  акванавтики, в  которой  и  учился  Игорь  Соболев. Точнее, он  ее  уже  заканчивал.  
  Мировой  океан  это  огромный  космос. Даже  космос  в  это  время  был  исследован  гораздо  лучше, чем  сам  океан. Вернее, все  четыре  океана  на планете. И  предстояло  еще  много  работать  по  их  изучению  и  исследованиям. И  не  было  предела  самому  исследованию  и  изучению  водной  самой  стихии  и  большим  глубинам. Особое  место  уделялось  фауне  и  флоре  океанов  и  их  защите  и  сохранения  как  мирового  природного  наследия  для  всех  живущих  на планете  людей  и  своих  потомков. 
  Над  этим  работали  все  страны  в  составе  объединенного  мирового  сообщества  океанологии, в   котором  было  образовано  три  группы  акванавтов  от  разных  стран. И  в  одной   из  них, состоял  теперь  и  Игорь  Соболев. Вернее, становился  таковым. И  сейчас  был  последний  выпускной  экзамен  на  акванавта  глубоководника, которым  руководил  его  учитель  и  тоже  акванавт, и  ветеран  океана  Всеволод  Грушевский.         
- Соболев, пошел! – была  им  отдана  Игорю  команда.
  И  вот  Игорь  уже  был  в  самом  океане. Он  вышел  на  глубине  облаченный  в  гидрокомбовую  оболочку  и  специальный  гидрокомбовый  прочный  костюм  с  системами  контроля  и  разными  аварийными  системами  на  случай  спасения  акванавта. Этот  костюм  позволял  опускаться  на  достаточно  большие  глубины  и  находиться  там  достаточно  долго, благодаря  специальной  системе  фильтрации  воды, встроенной  со  стороны  его, спины  в  сам  покрытый  металлической  высокопрочной  титановой  чешуей  костюм. Благодаря  этой  системе  не  нужно  было  брать  с  собой  баллоны, И  к  тому  же  на  такой  глубине, они  бы  не  выдержали  самого  давления. Мало того, они  просто  мешали  акванавту  в  его  маневрировании  под  водой, и  это  был  бы  приличный  минус. Особенно  при  всплытии  на  поверхность  с  постоянным  отдыхом  и  выравнивании  собственного  кровяного  давления  на  каждом  участке  подъема. 
  Все  акванавты  были  облачены  в  такие  костюмы  и  сейчас  проходили финальную  стадию  своей  экзаменационной  подготовки. Отработки  ориентации  в  почти  полной  темноте  от  700  до  1000  метров. В  скалистом  глубоководном  каменном  лабиринте  скального  горного  шельфа.  Лишь  со  специальным  встроенным  на  их  титановом  гермошлеме  квазифонарика, способного  менять  свой  свет  с  дальнего  на  ближний,  как  у  автомобиля. И  встроенными, в  саму  маску  кварцевого  стекла  гермошлема  системы  опознавания  на  свой - чужой, и  видеосистему  смены  зрительного  видения. Проще  говоря, целый  автоматический  переключаемый  режимный  комплекс  светофильтров  и  звукового  обнаружения. Кроме  того, в  костюм  был  вмонтирован  спасательный  микро-маяк, способный  акванавта  обнаружить  даже  на  трехкилометровой  глубине. Даже  в  затонувших  обломках  судна  или  пещере  в  скалистом  горном  шельфе. 
  Этот  костюм  был  способен  не только  выдерживать  огромное  водяное  давление, но еще  и  становиться  невидимкой  в  самой  воде, как  хамелеон  менять  окраску, благодаря  специальному  сверху  на  чешуе  из  титана  покрытию. Как  делает  каракатица  или  осьминог, маскируясь  в  камнях  на  дне  или  кораллах. И  включению  этой  системы  по желанию  самого  акванавта  при  крайней  необходимости. 
  Костюм  имел  спаренные  широкие  большие  как  рыбий  хвост  ласты, и  на  спине  ныряльщика-акванавта, на  самой  системе  фильтрации  в  виде  широкого  квадрата  с  отверстиями  для  приема  забортной   воды  и  выработки  из  нее  кислорода  для  дыхания  такой  же  широкий  остроугольный  как  у  белой  акулы  стабилизирующий  плавник. Костюм  имел  наручный  глубинометр  в  виде  круглых  часов, показывающий  предельную  глубину  погружения   на  правой  руке  акванавта. И  на  левой, в  районе  запястья, глубоководные  часы. Горящие, как  и  глубинометр  в  полной  и  кромешной  темноте  фосфоресцирующим  светом. 
  Акванавт  еще  имел  с  собой  и  всегда  специальный  широкий  длинный  острый  как  бритва  нож  и  лазерный  квантабер. Пистолет   с  широким   длинным  стволом  и  удобной  рукоятью, позволяющий  защищаться  в  случае  какой-либо  грозящей  ему  опасности. А  опасности  в  океане  хватало. От  глубоководных  акул  до  глубоководных  хищных  очень  проворных  рыб  и  удильщиков  с  острыми  иглами  зубами. Все  это  крепилось  на  обе  ноги  акванавта. С  боков  на  бедрах  в специальных  для  этого  карманах-крепежах.  И   ниже  специального  пояса, на  который  можно  было  прицепить  еще  что-либо  при  необходимости  и  работы  на  большой  глубине. 
- На  четыре  секунды  хуже  вчерашнего - произнес  Всеволод   Грушевский  по  специальной  рации. Он  находился  в  самой  глубоководной  лодке  и следил  за  Игорем  Соболевым, когда  тот  уже  двигался  по  узкому  каменному  лабиринту  каменной  горной  пещеры. 
  Там стояли  камеры  и  видеосвязь. Да  и  встроенный  в костюм  маячок  показывал, где  Игорь  двигался  и  где  делал  ошибки. Соболев  прекрасно  ориентировался, лучше  остальных  акванавтов  школы  глубоководников. Но  Игорь  потерял  время  в  одном  месте, слегка  заплутав, в  темноте  в  поисках  выхода  из  длинного  каменного  извилистого  и  узкого  пещерного  туннеля.
- Лобанов – произнес  Всеволод  Грушевский – Задействуй  ловушку  номер  пятнадцать.
  К  нему  подошел  врач  группы  подводников  Сизов  Виктор  и  произнес  Грушевскому – Соболев  уже  устал, командор. Сегодня тоннель  с незнакомой  ловушкой. Он  не пройдет  его.
- Океан  не  станет  спрашивать, устал  ты  или  нет – произнес  Всеволод  Грушевский  и  добавил - Лобанов, ловушку номер  пятнадцать. Докладывать  через  каждые  десять  минут.
 - Понял, командор - прозвучало  по  линии  связи  в  лодке.
- Лобанов – произнес  Грушевский, глядя на  датчик  направления  акванавта  - Акванавт  идет  в твою  зону.
- Понял – произнес, помощник  Грушевского  по  подготовке  акванавтов    Сергей  Лобанов.
- Бери  наблюдение  на себя - произнес  снова  ему  Грушевский.
- Есть, командор - произнес  снова  Лобанов  Сергей – Акванавта  вижу отлично. Он  вошел  в  лабиринт  на  тридцать  секунд  раньше  положенного графика.
- Удивил - ответил  ему  Всеволод  Грушевский – Соболев  отлично  ориентируется  под  водой. Гораздо  лучше  других.
- Докладываю, командор - произнес  через  некоторое  время  Лобанов – Ложный  азимут  Соболева  не  обману. Лабиринт, он  прошел. И  дальше  идет  нормально, точно  по  установленному  временному  графику.
- Он  почуял  твою  ловушку, Лобанов – произнес  по   громкой  звуковой  связи  в  глубоководной  лодке  Грушевский – Теперь  ты  не  сможешь  запутать  его. Он  ее  обойдет.
- Да, похоже  – произнес  в  ответ  ему  Сергей  Лобанов  - Но, вряд  ли, пройдет  полигон   до конца. Он  сегодня  устал. Пятое  погружение  и  больше двадцати  минут  с  переменой  глубины  от  700  до  1000. Он  не  выдержит,  как  и  другие. Теперь  он  идет  без  воздуха  на  одном  дыхании, как условились, командор.
- Ладно - произнес  Грушевский – Пусть  на  двадцатой, сделает  один  дополнительный  вдох  в  запасном  кислородном  секторе. И  подстраховщика  к  нему  из  опытных  ныряльщиков.

                                               ***
- Командор  не  растерялся – произнес  Вадим  сидящей  на  камнях  молодой  своей  девушке – Выстрелом  трос  перебил.
  Он  увлек  своим  разговором  свою  молодую  подругу, пока  Игорь  и  Лота  облачившись  в  обычные  резиновые  гидрокостюмы  быстро  но, осторожно ступая  по скользким  от  водорослей  камням, пошли  в  воду. Он  обернулся  и посмотрел  на  сокурсника  по  академии  Игоря  Соболева, повернувшись  к  подруге  и  готовясь  тоже  с  ней  нырять  в  этой  морской  бухте, продолжил – А  другим  концом  ему  грудь  зацепило. Да  так, что  ему  половину  гидрокомбовой  оболочки  сорвало. А  это  все  равно, что  человеку  легкие  повредить. Или, скажем, оторвать  рыбе  жабры. 
  Наташа  посмотрела  на  него, стараясь  быть  участницей  его  увлекательного  рассказа, прекрасно  понимая, что  Вадим  просто  старается  увлечь  ее  собой, и  она  ему  достаточно  симпатична  как  женщина. Она  искоса  лишь, поглядывала  на  Лоту  и  Игоря. Уже  зашедших  по  самую  грудь  в  холодные  волны. И  среди  торчащих  из  воды  камней. 
  Она  просто  молчала  и  слушала  рассказ  Вадима, застегивая  свой  резиновый  гидрокостюм  и  тоже  готовясь  нырять.  
- Очнулся  он – продолжил  Вадим  - И  чувствует, что  слегка  задыхается.  
- Слегка? – она  произнесла  Вадиму.
- Вторая  половина  то  уцелела - произнес  ей  в  ответ  Вадим -  Очнулся  он  и  окончательно  пришел  в  себя, а  глубина  уже  за  три  километра  перевалила. 
  Вадим  сел  с  ней  рядом, глядя  ей  в  синие  ее  глаза, и  обняв  за  талию  рукой. 
  Он  уже  был  готов  к  нырянию, только  ждал  Наташу.
- Простите, но  как  же  он  видит? – произнесла  Наташа  ему – Там  же  темнота  кромешная. 
  Вадим  прижался  к  ней  боком, сжимая  другой  рукой  маску  от  акваланга. 
- Ниже  трех – произнес  он – Кристалл  на  глубинометре  красным  светиться. Глубина  критическая. А  тот, кто  провалился  в  красный  подвал  океана, обязательно  услышит  реквием  бездны.
- Почему  сразу  реквием? – произнесла  ему  в  ответ  Наташа – Разве  акванавта  нельзя  спасти?
  Вадим  Столяров  посмотрел  на  волны  и  туда, куда  только  что  нырнули  Игорь  и  Лота  и  задумчиво  и  с  неприятной  ноткой  в  голосе, произнес  Наташе  Волковой – Практически  невозможно. С  такой  глубины  еще  никого не  подымали. И если  даже  удастся  проделать  такое, то  акванавт, если  все  же, останется  жив,  уже  не  сможет  работать  на  глубине. 
- Да, суровая  у  вас  будущая  профессия - произнесла  Наташа  Вадиму.
  В  это  время  из  воды  вынырнули  две  головы  в  масках. И  Лота  Керром,  высунув  свою  правую  руку  из  воды, помахала  своей  подруге  по  работе  Наташе  Волковой.
  Раздался  громкий  издалека  голос  Игоря – Эй, собеседники! Сколько  можно  вас  ждать!
  Он  тоже, махнул, им  двоим  своей  рукой, призывая  их  присоединиться  к  нему  и  Лоте.
  Они  быстро  надели  маски  и  уже  обутые  в  широкие  ласты  для  плавания, быстро  разгребая  ногами  и  ими  воду, тут  же  нырнули.  

                                          ***  
  Наверное, это  была  любовь. Первая  любовь. Так, по  крайней  мере, думал  сам  Игорь. Он  влюбился. Еще  там  на  той  пыльной  в  горах  дороге. Когда  они  неслись  на  его  мотоцикле  до  горного  того  озера. Он  смотрел  на  Лоту, и  не  мог  отвести  свои  глаза. 
  Ему  она  нравилась. Нравилась  как  женщина  и  такая, какая  есть. Чистая  и  свободная. Несколько  замкнутая  в  себе. Но  это  и  привлекало  внимание  Игоря. За  короткое  время, они  узнали  друг  друга  больше, чем  могли. И  Лоте, он,  похоже, был  не  безразличен. Это  было  видно  по  ее  отношению  к  Игорю. 
  Они  вместе  часто  проводили  свободное  время. Купались  на  песчаном  пляже  и  загорали  на  солнце. Она  собой  увлекла  Игоря. Да, и  он  увлек  ее. Крепкий  и  сильный. Молодой  будущий  акванавт. Тоже, самое  было  и  у  друга  его  Вадима  Столярова  и  Наташи  Волковой. Это  были, наверное,  и  именно  сейчас  самые  счастливые  в  мире  влюбленные  молодые  пары. И  близился  уже  выпуск. Окончание  школы  акванавтики. Надо  было  уезжать  ему  и  Вадиму  назад  на  Дальний  Восток  и  заканчивать  свою  учебу. Их  ждал  сначала  Тихий  океан, а  затем  Индийский  и  Атлантический. Кого  куда  забросят  для  работы  под  водой  и  на  большой  глубине. 
- Что  это? - произнес  Игорь, увидев  в  исследовательской  лаборатории, странно  гудящий  прибор, подключенный  к   мощному  электрогенератору  и  сразу  нескольким  записывающим  и  сканирующим  его  электромашинам. 
  Он, правда, первый  раз  видел  такое, и  первый  раз  был  здесь  в  этой лаборатории  создания  искусственного  разума. И  видел  надпись  на  одной  из  громко  гудящих  установок, две  девятки  и  «СЕНСОЛИНГ 4».  
- Матрица  памяти - произнесла  ему  Лота, сама  что-то  фиксируя  в  своем  блокноте. Записывая, быстро  что-то  и  какие-то  показания  с  приборов  с  экранов  на  столе. Уставленного, горящими  мониторами  от  гудящих  компьютеров. 
  Игорь  смотрел  на  круглый  большой  в  центре комнаты  стоящий  на специальной  высокой  подставке  металлический  диск. В  центре, которого, был  большой  сверкающий  граненый  кристалл. 
- Чьей  памяти? – он  спросил  Лоту.
- Человеческой, разумеется – она  ему, серьезно  ответила, увлеченно, что-то  записывая. И  лишь, искоса  посматривая  на  него. Крайне  удивленного  увиденным. Она  видела, что  Игорь  первый  раз  видит  все  это  нагромождение  электронной  высокомощной  аппаратуры. И ее  саму  это  не удивляло, но  ей  нравилось, проводить свою  познавательную  экскурсию  для  своего  любимого  в  отцовской  научной  лаборатории.
  Игорь  познакомил  Лоту  с  водой, которой  она  жутко  боялась  еще  с  самого  раннего  детства. А  она  в  свою  очередь  решила, познакомить  его  с  тем, чем  занимается  сама  и  одновременно  познакомить  со  своим  отцом  и  самым  главным  здесь  человеком  в  институте  памяти  профессором  Александром  Керромом. 
- А  точнее, если  можно – он, спросил  Лоту  еще  раз, все  еще  не  понимал  что  это  такое. 
- Это  логический  помощник  электронно-вычислительной  машины – Ответила  ему  Лота.
- Любопытно - произнес  Игорь, рассматривая  множество  проводов  и  проводных  соединений  на  самом  круглом  большом  металлическом  диске  и  на  гудящей  кругом  работающей  непрерывно  аппаратуре.
 Лота  подошла  к  диску  и  кристаллу  и  покрутила  его  в  подвижном  продольном  креплении, поменяв  положение  его  в  том  диске.
- А  чья, конкретно  память  используется? – снова  поинтересовался  у  Лоты  Игорь. 
  Лота  продолжала  поворачивать  сверкающий  большой  кристалл  и  произнесла  ему - Любого  сотрудника  нашего  института. Это  не  имеет  особого  значения.
  Она  посмотрел  на  Игоря, и  добавила – Кстати, в  этом  кристалле  есть  и  воспоминания  о  тебе – О  твоем  героическом  нырянии  в  озеро. Под  номером  99  матрица  памяти  твоего  хорошего  знакомого – она  добавила  и  вытащила  кристалл  из  металлического  круга. 
  Лота  подала  кристалл  Игорю  и  произнесла  еще – Здесь  память  твоего сокурсника  по  акванавтики  Андрея.
  Игорь  взял  кристалл  и  почувствовал  его тяжесть. Кристалл  достаточно  весил  и  был  изящен  внешне  как драгоценный  большой  с  огранкой  камень. Он  сверкал  в  лучах  горящих  в  лаборатории  лампа  дневного  освещения. Игорь  покрутил  его  в  руках, рассматривая  со  всех  сторон, и отдал  обратно  Лоте. А  та, его  поставила  обратно  в  металлический  круг.
- Он  передавал  тебе  привет – Лота  произнесла  мягко  и  ласково  Игорю, глядя  на  него  влюбленными  глазами  и  улыбаясь.
- Спасибо – произнес  ей  Игорь, не  упустив  этот внимательный  и  нежный  взгляд  синих  как  океан  девичьих  глаз. 
   Он  ответил  ей  тем  же, тоже  улыбнувшись  Лоте  в  ответ.
- И  все-таки  99 – произнес  Игорь, так  не до  конца  понимая  все  в  конструкции  кристалла  памяти  и  всех  манипуляциях  с  ним – Зачем, вам  такое  колличество? 
- Мы  сотрудничаем  и  с  другими  исследовательскими  организациями – произнесла  ему  в  ответ  Лота – Разрабатываем  сообща  новый  тип  вычислительной  техники.
  Игорь  окинул  взором  всю  аппаратуру  в  этой  лаборатории  и  произнес  ей  в  ответ - Хотите  усовершенствовать  кибернетику?
- Да – ответила  снова  ему  Лота – Бионетика  экономически  выгодна. Матрицы  можно  копировать  и  размножать  до  бесконечности. Они  компактны  и  транспортабельны.
- Значит - произнес  Игорь – Близится  время, когда  машины  смогут, мыслить по-человечески?
  Лота  показала  ему  рукой, что  пора  идти  дальше  и  произнесла  Игорю - Только  не скажи  это  при  моем  отце.
- Это  почему?-  не  понимая  снова  Лоту, произнес  ей  Игорь.
- Вылетишь  вверх  тормашкой – она  ему ответила, снова  ласково  нежно  улыбнувшись  полненькими  своими  губками.
- Не  буду – ответил  ей  Игорь, хоть  и  немного  удивившись, не  понимая  снова, в  чем  весь  вопрос – Мне  хочется  ладить с  будущим  тестем.
  Лота, взяв  его  за  правую  руку  левой  своей  рукой, повела  в  следующую  научную  комнату  научной  лаборатории.
 Они  подошли  к  приоткрытой  немного  двери, откуда  слышен  был  громкий,  но  твердый  голос  самого  главного  здесь  человека  Александра      Керрома. Он  кого-то  отчитывал  за  ошибки. И  Игорь  понял, что  этот  человек  довольно  серьезен  и  действительно  как сказала  Лота  не стоит  задавать  подобные  ему  вопросы.  
- Я  не привык  повторяться, коллега – слышно  было  из-за  полуоткрытой  деревянной  двери – Еще  раз  прошу  запомнить. Спешка  на уровне  фундаментальных  исследований, пользы  нашему  делу  не принесет.
   Игорь  еще раз  бросил  взгляд  на  установку  с  названием  99  «СЕНСОЛИНГ 4»  и  вошел  следом  за  Лотой  в  открытую  дверь.
   Там  были  трое. Один  мужчина  и две  женщины. Мужчина, лет  уже  не  менее  шестидесяти, но  еще  живой  и  активный, довольно  подвижный, что  казалось, возраст  не  властен  над  ним. И  две  молодые, не старше  Лоты  женщины, тоне  еще  девушки  в  такой  же  одежде, как  и сама  Лота. В  зеленых  длинных  лабораторных  халатах. Мужчина  был  в  сером  с галстуком  строгом  костюме. Он  подал  какую-то  папку  с  бумагами  одной  из  девушек  и  как  раз  повернулся  к  Лоте  и  Игорю, и  окинул  из  обоих   строим  взглядом. На плечах  его  был  тоже  наброшен  зеленый  длинный  такой  же, как  и  на  девушках  лабораторный  халат.
- Вот  возьмите – он  произнес  и  отдал  ту  папку  и  сам  подошел  к  стоящим  в дверях  Игорю  и  Лоте.
- Лота - произнес  Александр  Керром – Посторонние  в  экспериментальном  секторе  лаборатории. Что  это?
- Этот  посторонний - произнесла  ему  его  дочь  Лота Керром – Только  что сделал  твоей  дочери  предложение.
- Хм! – Керром  произнес  и  сложил  перед собой  руки. Он  посмотрел  на свою  дочь  и  незнакомца. И  был  несколько  даже  удивлен.
- Вот – произнесла  ему  Лота – Прощу  любить  и  жаловать.
- Поздравляю – произнес  профессор  Александр  Керром. 
  Было  видно, что  он  был  даже  доволен  решением  своей  молодой  дочери  и словно  ждал  этого  с  минуты  на  минуту. 
- Рано – ответила  ему  Лота – Я  еще  не успела  ответить.
- А  ты, поторопись - произнес  старший  Керром - Очень  своевременное  предложение.
  Он  рассматривал  с  любопытством  и  нескрываемым  интересом  стоящего перед  ним  Игоря  Соболева.
- Лота – произнес  Профессор  Керром – Насколько  я  тебя  знаю, если  ты не выйдешь  замуж  сейчас, то  не выйдешь  замуж  вообще.
  Лота  покраснела  при  отце, и  ей  было  не  очень  удобно. Это  ее  смутило.
- Ну – она  произнесла  только  отцу, потупив  свой  в  сторону  взор, и  боком  прижалась  к  Игорю. Потом  вообще  отвернулась  в сторону  освещенного ярким  летним  солнцем  окна  и  замолчала. А  Александр  Керром  протянул  свою  правую  руку  Игорю  Соболеву  и  произнес – Александр  Керром.
- Игорь  Соболев – произнес  в  ответ  ему, протягивая, тоже  правую  свою  руку  Игорь.
- Акванавт - произнес  профессор  Керром, видя  форму  и  на  груди  и  рукаве  слева  нашивку акванавта  глубоководника – Странный  выйдет  брачный союз. Если  он  конечно  будет. Но  я  не  против.
  Лота  в  это  время, повернулась  к   двоим  мужчинам  и  старший  Керром  посмотрел  на свою  дочь.
  Игорь  тоже  посмотрел  на  профессора  Керрома  и  Лоту  и произнес – Я  не совсем  вас  понимаю.
- Моя  дочь  панически  боится  воды – произнес  Керром  старший. И  снова  сложив  руки, на  груди, повернувшись  спиной  к  Игорю  и  Лоте, отошел  в сторону. Он  снова  развернулся   к  своей  дочери  и  Игорю  и  произнес – С  детства  боится.
- За  два  дня - произнес  Игорь  Соболев – Я  научил  ее, не  боятся  воды.
- Отлично, поторопились – ответил  ему  профессор  Александр  Керром  - И  буду  вам  отечески  признателен, если  вы  сможете  отвлечь  ее  от рискованной  и  сумасшедшей  езды  на  мотоцикле.
  Лота  засмеялась  только  в  ответ  ему. И  Игорь  тоже.
- Это  не  смешно, Лота – произнес  недовольно  и  жестко  ее  отец – Ты  заставляешь  меня  из-за  этого  на  самом  деле  нервничать  и  переживать  как отца. Вот, когда  станешь  матерью, и  родителем  ты  сама  поймешь, что  это  такое.

                                              ***                        

- Сегодня  вы  покидаете  стены  своей  Альмаматер! И  может  быть  навсегда! – произнес  своим  ученикам  Всеволод  Грушевский, глядя  на  стоящих  пятерых,  закончивших  его  школу, самых  успешных  молодых  акванавтов. Их  всегда  было  только  пять. Это  был  жесткий  регламент  такого  же  жесткого  отбора  в  глубоководники. А  те, стояли  лицом  к  нему  и  к  своей  школе, которая  была  их  недавно  совсем  еще  домом, смотрели  на  него, стоя  в  одну  шеренгу  на  бетонной  площадке  под  развивающимся  голубым  большим  на ветру  флагом  своей  школы. Они  стояли  на  бетонной  набережной  и  спинами  к  отрытому  океану. За  спинами  шумел  ветер. И  утренний  легкий  прохладный  сырой  бриз, развевал  их  волосы. Напротив  высокого  старого  на  скальном  далеко  выступающем  в  океан  мысу  маяка. Над  головами  кричали  альбатросы, паря  над  ними  и  падая  к  бурным, синим  волнам. 
  О  камни  у  берега  бил  сильный  прибой, отшлифовывая  водой, черные  камни  и  выбрасывая  на берег  ракушки.  
  Они  смотрели  на  своего  учителя, который  были  им  сейчас самым  здесь  родным  почти  как  отец  и  как  учитель  в  одном  лице. Они смотрели  на  него, как  он  когда-то  на своего  учителя. 
  Всеволод  Грушевский  смотрел  на  них  и  говорил  громко  через  микрофоны  и  громкоговорители  с  высокой  перед  ними  трибуны. И  его  голос  доносился  до  того  стоящего  у  самой  воды  древнего  уже  давно  не  работающего  маяка.
 - Вашу  дальнейшую  работу  будет  координировать  комитет  по  освоению  океанов  в  мирных  целях  при  организации  объединенных  наций! - произнес  своими  ученикам  и  выпускникам  Грушевский - Преподаватели  тренеры  и  медикологи, сделали  для  вас  все, что  могли, чтобы  сделать  из  вас  настоящих  акванавтов  и  лучших  в  своей  профессии. Сейчас  вы  получите  свои  личные  гидрокомбовые  оболочки, и  станете  по  существу  владыками  океанских  просторов! Теперь  вы  на  суше  как  люди, а  в  океане  как  рыбы! Но  не  одно  морское  существо  не  годится  вам  в  соперники!
  Он  замолчал  ненадолго  и  потом  продолжил, выдержав  перед  этим  обязательную  паузу – Но  прежде, вы  произнесете  клятву  акванавта  глубоководника! Быть  всегда  впереди, но  никогда  не  стремиться  возвысить  себя  над  человечеством! Клянусь!
- Клянусь! - хором  ответили  стоящие  в  одну  шеренгу  выпускники  его школы.  
- Клянусь! - он  повторил  в  громкоговоритель  и  микрофоны – Клянусь!
   И  они  повторили  за  ним  тоже  еще  дважды – Клянусь! Клянусь! 

                                              ***
- Береги  себя – произнесла  Лота  Керром  ему. Она  отвела  свой  любящий  взгляд  синих  как океан  глаз  в сторону, глядя  на  бушующие  волны  Тихого  океана.
- Лота – он  произнес  ей, прижимая  ее за  талию  к себе  и  рассматривая  ее  девичье  молодое  миленькое  личико.
- Мне  страшно – она  снова  произнесла  Игорю.
  Он  обнял  Лоту  и  прижал  еще  сильнее  к  себе.
- Что  тобой, любимая  происходит? – произнес  Игорь, не понимая  ее волнений – Скажи  мне.
- Мне  кажется, что  я теряю  тебя – произнесла  ему  Лота.
  Он  правой   рукой  прижал  ее  голову  к  своей  груди  акванавта – глубоководника. И  произнес, тоже  разволновавшись, но, так  и  не  поняв, что  она  говорит  ему – Не смей  даже  думать  об  этом. Слышишь. 
  Игорь  очень  мягко  это  произнес  Лоте, и  прижавшись  к  ее  голове  головой.
- Не  смей – произнес  снова  он  Лоте.
- Прости – она  тихо  ему  произнесла - Я  не должна  была  так. Но  мне  страшно.
   Лота  оторвалась  от  Игоря  и  снова  посмотрела  ему  в его  широко  открытые  внимательные  и  любящие  глаза.
  Она  смотрела  на  него  глазами  печали  и  безудержной  любви  и  преданности  и  добавила  ему – Я  постараюсь  приехать  к  тебе, как  только  смогу  закончить  работу  в  отцовской  лаборатории. Я  разыщу  тебя  в  океане.
- И  тогда  на  каком-нибудь  острове – произнес  ей  Игорь  -  Мы  отпразднуем  свою  свадьбу. Я  подарю  тебе  большую  красивую  раковину.
- И  пусть  тот  остров  будет  похож  на  этот – произнесла  ему  Лота.
  Лота  отошла  от  него. Ей  надо  было  срочно  уже  ехать  назад  в  институт  и  продолжать  свою  работу. А  он  отпустил  ее. Так  было  необходимо. Им  нужно  было  срочно  расстаться. Его  ждала  судьба  акванавта-глубоководника. Ее  научная  работа  в  лаборатории  института  памяти  Александра  Керрома. 
  Лота  произнесла  ему  напоследок -  Прощай. И  было  в  этом  слове  нечто  такое, что  Игорю  было  не  по  душе. Что-то  заскребло  внутри, но  он  постарался  подавить  это  в  себе  и  заглушить  печаль  самого  расставания  с любимой  своей  женщиной. Первой  и  единственной, которую, он  так  вот  неожиданно  для  себя  самого  полюбил. Еще  там  на  той  пыльной  горной  дороге  среди  гор. И  эта  любовь  вот  теперь  уходила  от  него  по  бетонной  площадке  его  Альмаматер  и  садилась  на  водный  скоростной  глиссер. Лота  то  и дело  оглядывалась  в  его  сторону  и  даже  помахала рукой, когда  на  воздушной  подушке  глиссер, сорвавшись  с  места, и  распугивая  кричащих  чаек, полетел, по  бурным  синим  волнам  Тихого  океана.
  Все  что  он  смог  в  тот  момент  сделать, это  только  тоже  помахать  ей  на прощание  своей  рукой. Игорь  Соболев  не  знал  тогда, что  их  расставание  станет  вечным.
- До  свиданья - он  произнес  Лоте  Керром  вслед. И  летящему  по волнам  водному  пассажирскому  глиссеру.

                                             ***
- «ДЕЙТЕРИЙ  10/10» – не прерываясь  ни  на  минуту, в  радиотелефон  произносил  Юрген  Травольски – Что  там   у  вас?! Почему  идете  на подъем?! Кто  разрешил  вам  подъем?! «ДЕЙТЕРИЙ 10/10», прошу  выйти  на связь!  
- Вот  дьявол! – выругался  Леон  Дуковски, начальник  всей  команды  рабочих  и  главный  на  судне  «Кинг  Вайкинг  Скай».
- Ничего  нового, шеф – произнес, оторвавшись  от  аппарата  глубоководной  радиотелефонной  связи  с  подводной  станцией, его  помощник  Юрген  Травольски - На  волне  аппарата  по-прежнему  одни  только  позывные.
- Впечатление  такое, что  внутри  станции  никого нет - произнес  Леон  Дуковски. 
- Их  молчание  можно  объяснить, шеф  и  техническими  причинами – произнес  ему  Юрген  Травольски – Возможно  вышли  из строя  все  средства  связи  на  станции. 
  Леон  Дуковски  посмотрел  на  Юргена  Травольски  и  уставился  в  пол  радиорубки, стоя  на одном  месте. 
- Но, это  очень  сомнительно, шеф – произнес  Юрген  Травольски.
  Леон  Дуковски  посмотрел  снова  на  помощника  и  пошел  на  выход  из  радиорубки, когда заработал  радиотелефон  глубоководной  станции  на  горном  океаническом  скальном  шельфе.
- «Кинг  Вайкинг  Скай»! – прозвучало  по  громкой  связи  и  Дуковский  мгновенно  подлетел  уже  с порога  к  радиотелефону. Это  звонили  с материка.
- Отвечайте, Дуковски, прошу  связь!  Энергосистема  Западного  материка  скоро  не  будет  в  состоянии   обеспечивать  своим   потребителям  необходимую  мощность. Срочно  сообщите, что  вами  предпринято  для  запуска  добывающих  агрегатов  станции «ДЕЙТЕРИЙ 10/10».  
- Черт  вас дери! – он  выхватил  сам  трубку  радиотелефона  из  рук  своего помощника  Юргена  Травольски  и  прокричал  в  нее – Что  там  у вас?! Почему  не  выходили  на связь?! «ДЕЙТЕРИЙ 10/10»!
  Но  там  его  голос  видимо  не  слышали  совсем. Лишь  тишина  и  какое-то  громкое  шипение, как  будто вытравливали  сжатый  под  давлением  воздух.
- Черт  вас  дери! – уже  орал  как  ненормальный  Леон  Дуковски  в  трубку -Что  со  связью! Ответьте!
  В  свою  очередь  орали  в  радиотелефон  с  материка - Дуковски! – слышалось  в  ответ  по  громкой  связи  - Я  буду  жаловаться  в  комитет  по  энергоснабжению! 
  Заскочил  в  радиорубку  второй  помощник  Леона  Дуковски  Вальтер  Крамер  и  закричал  с  порога  у  открытой  настежь  двери – Модуль  на поверхности! Они  поднялись  на  поверхность!
- Кто  разрешил! – проорал  снова  Дуковски  и, бросив  трубку  радиотелефона, сорвался  с  места  и, отталкивая  Вальтера  Крамера, выскочил  на  палубу  «Кинг  Вайкинг Скай». 
  Он  подлетел  к  опускающимся  стрелам  крана  и  гудящим  лебедкам. Готовился  подъем  глубоководного  батискафа  на  борт  самого  судна. Его  уже  зацепили  тросами  и  захватами  и  подняли  на  борт  прямо  из  воды  и  поставили  на специальные  крепления  и  стойки  опоры, отцепив  от  кранов  и  тросов  с  лебедками.
- Передайте! - прокричал  Леон  Дуковски  всем  присутствующим  на  палубе  - Всем собраться  на  палубе! 
  К  нему  подбежала  главный  врач  судна  Элен  Тенет. Она  была  напугана  и  несколько  даже  растеряна. Это  неожиданное  без  связи  странное  экстренное  всплытие  с  глубины  в  1500  метров, чуть  ли  не  по  середине  Индийского  океана. И  не  известно, что  там  случилось? Это  любого  поставит  в  такое  напуганное  и  растерянное  положение.
- Срочно  готовить  рекомпрессионную  камеру! - произнес  ей  громко  Леон  Дуковски – Готовиться  к  приему  глубоководников!
- Есть, шеф – она  произнесла  ему  в  ответ  и  побежала  распоряжаться  о  запуске  декомпрессионной  автоматической  медицинской  системы  и  ставить на  уши  весь  медперсонал «Кинг  Вайкинг Скай».   
 

                                        ***           
  Исследовательское  русское  судно  «ТАЙМЫР»  находилось  в своей кругосветке  по  трем  океанам. Это  была  обширная  большая  научная  экспедиция  профессора  океанолога  Виктора  Селиванова, который  был  сейчас  в  парящем  над  волнами  Индийского  океана  вертолете. И  совершал  облет  двух  вулканических  островов, подымающихся  с  глубоководной  океанической  котловины  и  глубины  пяти  километров  к  поверхности. Они  извергали  лаву  и  пепел, который  оседал  на  поверхность  бушующих  волн, а  лава  заставляла  кипеть  воду  вокруг  них. 
  «ТАЙМЫР»  пока  дрейфовал  с  почти  заглушенными  машинами   по  океану  и  дожидался  прилет  вертолета  с  учеными. 
   Каждый  здесь  занимался  своей  повседневной  работой. Матросы  судна  по  осмотру  корабля  и  проверке  его  узлов. Работники  науки  долгое  время проводили  свой  рабочий  досуг  в  научных  корабельных  лабораториях. К  тому  же  недавно  подняли  глубоководный  трал, и  там  было много  всего интересного, что  произвело  на  них  неизгладимое  впечатление, как  Дмитрия  Дегтярева, ученого  биолога  из  свиты  Виктора  Селиванова  и  самого  Игоря  Соболева. Одного  из  трех  русских  на  борту  судна  акванавтов-глубоководников. Именно  сейчас  они  оба  рассматривали  карты  Индийского  океана, его  геологических и  тектонических  разломов  у  одного  из  подводных  хребтов  и  передвижение  водных  в  глубинах  масс, быстрых  океанических  течений  на  глубинах  от  трех  до  пяти  километров.    
- Любопытнейшая  динамика  в  этом  районе – произнес  Игорю  Соболеву  Дмитрий  Дегтярев. 
  В  это  время  поступил  сигнал  по  связи  с  рубки  управления  судна, и Дегтярев  взял  трубку.
- Соболева – прозвучало  по  корабельной  связи. 
- Тебя  материк - произнес  Дмитрий  Дегтярев  и  подал  трубку  радиотелефона  Игорю  Соболеву.
- Да, Соболев  на связи – произнес  в  радиотелефон  Игорь.
 – На  связь – прозвучало  оттуда.  
- Превосходно, бегу – радостно  произнес  Игорь. Он  подумал, что  наконец-то, большая  земля  после  почти  целого  года  мореплавания. И  возможно, он  узнает  и  своей  Лоте, хоть  что-то. Он  ее  уже  больше  года  не  видел. Была  до  этого  с  ней  связь, и  она  обещала  прилететь  сюда  к  нему  с  какой-то исследовательской  экспериментальной  работой  на  «ТАЙМЫР». Игорю  Соболеву  просто  не  было  уже  покоя  от  ожидания  скорой  встречи. И  он,  сунув  в  руки  трубку  радиотелефона  Дегтяреву, понесся  вверх  по  вертикальному  почти  металлическому  лестничному  трапу  наверх, в  главную  рубку  управления «ТАЙМЫРА». Там  он  встретил  зама  Селиванова  и  руководителя  подводными  биологическими  исследованиями  профессора  Петра  Васильева. И  тот, посадив  его  в  стоящее, тут  же  у  экранов  видеомониторов  связи  кресло, включил  видеосвязь  с  материком, оставив  здесь  одного  на  время  своего  в  его  подчинении  акванавта.
  Вспыхнул  видеомонитор  связи, и  на  экране  появился  сам  профессор  Александр  Керром. И  рядом  с ним  сидела  подруга  и  коллега  по  работе   его  Лоты, Наташа  Волкова. Профессор  был  чем-то  сильно  расстроен. И  его  лицо… Оно  говорило  о  чем-то, что  заставило  Игоря  насторожиться. И  лицо     был о  в  слезах.
  Александр  Керром  молчал  и  смотрел  на  него, словно  ожидал  первым  от  Игоря  вопроса.
- Профессор – произнес  Игорь – А  где  Лота?
  Это первое, что  вырвалось  из  сознания  Игоря  и  его  губ. Как-то  само  собой  и  произвольно. 
- Что  это  с  вами, профессор? – он  произнес  еще  профессору  Керрому.
- Мужайтесь, Игорь – произнес  с  горечью  в  голосе  Александр  Керром – Не  знаю  какими  словами, но  я  должен  сообщить  тебе.
- Не  понял? – Игорь  переспросил, и  его  стало  трясти  от  самого  худшего, что  он  мог  сейчас  услышать - В  чем  дело - он  еще  раз  переспросил.
- Ну, говорите  же, профессор – произнесла  ему  Наташа – Что  вы  молчите.
  Но  профессор  Керром  опустил  вниз  голову. И  видно  было, он  тоже плакал.
  Голос  у  Наташи  Волковой  был  несколько  даже  возмущен  таким  раскисшим  совсем  не  мужским  поведением  ее  начальника  Александра  Керрома. Она, глядя  на  него, попыталась  его  заставить  говорить, но  тот  не мог. И  она  сама  продолжила  за  него.
  Она  посмотрела  в  лицо  Игоря  заплаканными  своими  девичьими  глазами,  произнесла – Лота, понимаешь, мотоцикл. 
- Что, все-таки  случилось! – уже  настойчиво и   жестко  спросил  по  новой  Игорь. 
- Ну  что  же  вы  молчите, профессор? – произнесла  снова  заплаканным  и  дрожащим  голосом  и, уставившись  на  Александра  Керрома, Наташа  Волкова – Говорите  же, что-нибудь.
  И  тут  профессор  Керром  пришел  в  себя. Он  видно  долго  собирался  и  наконец  произнес  Игорю – Лота  погибла. Ее  нет  больше, Игорь.
   Наташа  заревела  навзрыд  и  отвернулась  в сторону, закрыв  лицо  руками.
- Ее  нет  больше, Игорь - произнес  тихо  с  экрана  видеомонитора  Александр  Керром – Эта  безумная  скоростная  езда  на  этом  чертовом  мотоцикле.
  Игорь  соскочил   с  кресла  и  отскочил  от  видеомонитора  связи. Игорь  отвернулся  от  экрана, и  его  трясло  всего. Это был  шок. Он  забегал  по  помещению  рубки  из угла  в  угол  и  не  мог  остановиться. Он  не  знал, что  делать  и  как  быть. Ему сейчас  не  хотелось  уже  ничего. Хотелось  просто  выпрыгнуть  за  борт  «ТАЙМЫРА». Выпрыгнуть  прямо  в  Индийский  океан. И  чтобы  он  проглотил  его.
  Сейчас  только  голове  прокручивались  слова  профессора  Керрома  о  быстрой  и  увлеченной  езде  на  мотоцикле  его  дочери  Лоты, раз  за  разом. И  их  тогда  двоих  иронический  тот  смех. Если  бы  Игорь  тогда  знал, что  те  слова  Александра  Керрома  будут  пророческими. Если  б  только  знал. 
  Он  и  сам  вспомнил, как  они  тогда  быстро  неслись  по горной  той  каменистой  пыльной  дороге, рискуя  слететь  в  обрыв. И  как  Лота  гнала  его тот  мотоцикл. На  пределе  возможностей. И  вспомнил  ее  те  слова. На  выпуске  в  академии  акванавтов. Словно  предчувствуя  вечное  расставание  с  ним.
- Лота - прошептал  дрожащим  голосом  и  тихо  Игорь – Зачем  ты  такое  сделала  с  собой, Лота.
  Игорь  выскочил  из  рубки  судна  и  побежал  вниз  к  себе  в  каюту. В  мужских  глазах  его  акванавта-глубоководника  стояли  слезы. Он  даже не заметил, как  оказался  у себя  в каюте  и упал  на свою  постель. Он  рыдал  как  ребенок  в  подушку  и  не мог  успокоиться.  Все  обрушилось  враз. Вся  его  жизнь. И  теперь  хотелось  куда-нибудь  далеко  или  глубоко, где  нет  никого  и  ничего, кроме  полной  тьмы  и  давления  воды. Лишь  бы  заглушить  эту  душевную  нестерпимую  и  разрывающую  его  сердце  боль.

                                             ***
   - Говорят, там  был  один  акванавт  - произнес  заместитель  Виктора  Селиванова, главный  ученый  и  биолог  на  судне  профессор  Петр  Константинович  Васильев - Некий  француз  и  что-то  лопотал  этому  Дуковски  о  каких  то  призраках, пугающих  звуках  и  надписях. Его  закрыли  на  самом судне  в  отдельном  лечебном  блоке  под  надзором  врачей. Он  был  в  нешуточной  панике  и  не  хотел  назад  туда  вниз  на  ту  станцию. Леон  Дуковски  был  в  недоумении  и  не  смог  объяснить  мне  по  радиотелефону  ничего  сам  вразумительного. Ему  просто  нужен  наш  акванавт, так  как  больше  взять  глубоководника  не  откуда  в  океане. Мы  единственные, кто  поблизости  здесь. Дуковски  говорит, что  и  бортврач  ничего  сказать  не  в состоянии. Только  говорит, парень  свихнулся  не  на  шутку  и, вероятно  его спишут  на  берег. Леон  Дуковски  связался  с  нами  и  просит  помощи. Он  говорит, что  напарник  того  француза  остался  на  станции  на  горном  хребте  на  глубине  1500 метров  и, вероятно  нуждается  тоже  в  помощи. На  их  судне  есть  один  акванавт, но  он  один  и  без  напарника  Дуковски  не  желает  посылать  его туда  вниз  на  подводную  добывающую  дейтерий  станцию. Вот  он  и  вышел  на  «ТАЙМЫР»  и  экспедицию  Селиванова, то  есть  нас. И  ему  нужен  акванавт. Леон  Дуговский  не  скрывает, что  работа  на  станции  будет  связана  с  огромным  риском.
- Я  готов – произнес  в  ответ  ему  Игорь. 
  Он  почти  его  не  слушал. Он  думал  только  о  Лоте. И  услышал  лишь  последние  слова  Петра  Константиновича  Васильева. 
- Как  ты? Все  с  тобой  в  порядке? – спросил   его  Петр  Васильев.
- Я  готов  к  предстоящей  работе – произнес  ему  только  Игорь  Соболев.
- Эта  работа  крайне  опасная, и  возможно  со смертельным  риском -  произнес  Петр  Васильев.
- Тем  лучше - ответил  ему  в  ответ  Игорь – Это  поможет  мне  хоть  как-то  скрасить  свою  боль  потери. 
  Вскоре  «Таймыр»  и  «Кинг  Вайкинг  Скай»  встретились  в  океане. И  от  научного  русского  судна  отделилась  скоростная  на  гравиподушке  лодка. 
  Она  быстро  приближалась  к  другому  судну, когда  Леон  Дуковски,  повернувшись  в  сторону  к  Элен  Тенет, произнес – Прошу  при  русском  акванавте  говорить  по-русски. 
  Лодка  пристыковалась  к  «Кинг  Вайкинг  Скай»  и  Игорь  Соболев  поднялся  на  его борт. Направили  только  и  именно  его. Как  лучшего  из  всех  русских  акванавтов. На  его  место  просился  другой  акванавт  из  еще  одной  академии  акванавтики, но  командующий  экспедицией  профессор  Виктор  Селиванов  сделал  исключение  для  Игоря  Соболева. Он  поручил  Петру  Васильеву  его  подготовить  и  снарядить  в  дорогу. 
  И  вот  Игорь  уже стоял  на борту  иностранного  судна  по  работе  и  добыче  дейтерия  с  глубины  Индийского  океана.
- Леон  Дуковски - произнес  ему  и пожал  руку  с  небольшими  усиками  под  прямым  носом  высокий  стройный  и  как  видно  довольно  активный  в  движении  и  по  характеру  мужчина.  
  Рядом  стояли  еще  двое.  
- Соболев – произнес, пожимая  руку  Дуковски, Игорь - Игорь  Соболев.
- Это  наш  главный  бортврач  судна  Элен  Тенет, медиколог - произнес  за  весьма  симпатичную брюнетку  сам  Леон  Дуковски.
  Игорь  пожал  ей  женскую  маленькую  врача   с  тонкими  изящными  пальчиками  руку.
- Ваш  напарник, Свен  Бол - произнес  Дуковски  и  Игорь  пожал  руку  довольно  рослому  и широкоплечему  и  как  видно  достаточно  сильному  молодому  мужчине, лет  приблизительно  таких  же, как  и  Игорь. Они  дружелюбно  встретились  взглядами. 
- Думаю, сработаемся – произнес, пожимая  сильную  руку, другого  иностранного  акванавта  Игорь  Соболев.
- Сработаемся – произнес  Свен  Бол.
- Медиколог  «Таймыра» - произнесла  бортврач  и  медиколог  судна  Элен  Тенет -  Должен  был  передать  ваш  бортовой  медицинский  регистр  акванавта. 
  Игорь  достал  из  своего  дипломата  специальные  медицинские  документы  и  отдал  их  бортврачу  судна. Элен  Тенет  взяла  их, сверкнув  с интересом  своими  карими  глазками  брюнетки  на  русского  акванавта. Игорь  заметил  это, и  посмотрел  тоже  с  интересом  на  довольно  смазливую  внешностью  черноволосую  в  беретике  медицинского  работника  американку. 
   Она  весьма  неплохо  говорила  по-русски  как  впрочем, и  Свен  Бол. 
- Зайдите  ко мне  часа через  два – она произнесла  Игорю  Соболеву.
- Хорошо – он  ответил  ей. 
- Ваша  каюта  внизу - произнес  Игорю  и  уводя  его за  собой   от  Элен  Тенет  и  Свена  Бола, Леон  Дуковски – Идемте, я  сам провожу вас  туда.
  Они  оставили  стоять  у  трапа, по  которому  на  борт  только  что поднялся  Игорь, тех  двоих  и  пошли вместе  вдоль   левого  борта  «Кинг  Вайкинг  Скай».  
  Игорь  сильно  не  старался  крутить  своей  головой  по сторонам. Он  подумал, что  это  будет  не очень  приятно  его  провожатому  и  главному  как  видно здесь  помимо  капитана  судна  человеку. Хотя  было интересно  все  что  тут  стояло. От  глубоководного  разного  оборудования  для  ныряния  на  приличные  глубины  до  простых  бочек  с  топливом. И  различной  величины  ящиков  с  баллонами. 
  Впрочем, его  это  особо  не интересовало  сейчас. Он  был  сосредоточен  на предстоящей  работе  под  водой  и  на глубине  в  полтора  километра, а  то  и  глубже  как  получится. Предстояло  еще  пройти  разные  инструкции  и  изучить схемы  глубоководной  станции  по  добыче  дейтерия  и  карты  горного  хребта, где  та  находилась  на  глубине 1500 метров. Это  было  крайне  важно. Это  был  океан. А  не  какая-нибудь, простите  лужа  после  сильного  дождя. И  глубины  здесь  были  приличные  с  обрывами  и  каньонами  на  целые  километры  до  ложа  и  самого  дна.
  Они  вдвоем  подошли  к  двери, ведущей  вниз  в  жилые  блоки  и  отсеки  судна. И  вдруг  из-за  двери  выскочил  какой-то  человек. Он  будто  ждал  их  прихода  и  выскочил  как  раз  тогда, когда  они  подошли  к  двери.
  Человек  подскочил  к   Игорю  Соболеву  и  Леону  Дуковски. Дуковски  схватил  того  за  его  одежду, но  тот  осмотрел  быстро  всего  Игоря  снизу  до  верху и  увидел  нашивку  акванавта. 
- Вы  русский, я  вижу – произнес  высокий  и  слегка  лысоватый  человек  с  напуганными  и  растерянными  бегающими  по  сторонам  глазами. Он  вырвался  из  рук  Дуковски, но  тот  его  снова  схватил  за  одежду.
- Игорь  Соболев – произнес  ему Игорь – С  кем  имею  честь  познакомиться?
Загудела сигнальная  сирена  тревоги. Это  сработала  охранная  сигнализация  медотсека  из  которого  выбежал  этот  человек.
- Экар  Дюмон – произнес  Игорю  перепуганный  человек – Вы собираетесь  туда?  
  Он  показал  рукой  вниз  в  палубу  судна.
- Да - ответил  ему  Игорь. 
  Сюда  уже  бежали  врачи  судна  и  матросы  во  главе  с  капитаном  корабля  Дуэйном  Сатлером.
  Они  подскочили  к  схватившему  этого  человека  за  одежду  Лиону  Дуковски  и  схватили  его.
- Я  не  хочу  больше  туда! -  произнес, он  громко  Игорю  Соболеву – Не  хочу. Слышите! - он  уже  прокричал, когда  его  оторвали  от  Дуковски  и  потащили  по  палубе  снова, вероятно  в  медотсек – Я  не  хочу  больше  туда!  Я  не  хочу  больше  туда! 
  Здесь  же  оказалась  и  медиколог  и  бортврач  корабля  Элен  Тенет. Она  видимо  со  всеми  вместе  бежала  за  этим  Экаром  Дюмоном, чтобы  схватить  его. А  тот, видимо  прятался, сбежав  из  медицинского  изолятора. 
- Мы  его поймали – произнесла  она  Леону  Дуковски – Не  сбежит  теперь. 
- Надо  его  отправить  с  судна  первым  же  рейсом  на материк, пока  не натворил  чего-нибудь - произнес  Дуковски. 
  Они  подошли  к  открытой  двери, ведущей  вниз  в  жилые  отсеки  и  Игорь  на  стекле  двери  увидел  надпись  «АТТОЛ». Видимо  это  написал  тот  сумасшедший  Экар  Дюмон  еще  до  того  как  они  сюда  пришли.
- Он  уже  весь  корабль  этим  порасписал - произнес  Леон  Дуковски – Что  это  значит? Без  понятия. 
- Скоро  прилетит  гидросамолет – произнесла  Элен  Тенет - Я  позабочусь, чтобы  его, как  можно  быстрее  отсюда  отправили  на  материк.
   Элен  Тенет  скользнула  кокетливым  женским  взглядом  по  лицу  Игоря  Соболева. Было  видно, она  заинтересовалась  им.  
- Я  жду  вас  в  корабельном  медотсеке – произнесла  она, снова  Игорю. И   быстро  виляя  попой  в  белом  халатике  и  красивыми  полуоткрытыми  своими  ножками, обогнав  их  идущих  вниз  по  металлической  широкой  лестнице, быстро  удалилась, свернув  за  поворот  длинного, но  достаточно  широкого  коридора.      

Стрела  крана  под  натяжкой  стальных  тросов  прогнулась  дугой, подымая  над  грузовыми  стальными  опорами  и  палубой  судна  построенную  из  облегченного  титана  глубоководную  лодку. Ярко  раскрашенный  полосатый  батискаф. С  иллюминаторами  в  нижней  части  своего  пузатого  с   рулями  и  пропеллерами  цилиндрического корпуса. С  верхней  покрашенной  красным  цветом  краской  маленькой  с  входным  люком  надстройкой. 
  Его  проверили  судовые  техники  и  заправили  топливом. Затем, поставили  около  левого  откидного  борта  узкую  посадочную  площадку  для  своего  экипажа, который  ждал  уже  команды  к  посадке  и  погружению. 
- Пора – произнес  вслух   Соболев  Игорь  и  посмотрел  на  Свена  Бола. Тот  качнул  ему  своей  кучерявой  головой.
  Они  как-то  сразу  нашли  общий  язык. Это  может  показаться  странным, но  они  быстро  сошлись  в  характерах, Хотя  были  совершенно  разными  людьми  по  натуре  и  внешности. Даже  в  физической  форме, Свен  Бол  был  крепче  Игоря  Соболева  и  выше  ростом. Но, посидев  за  стойкой  бара  в столовой  «Кинг  Вайкинг  Скай», и  поговорив  друг  с  другом, стали  уже  хорошими товарищами. И  это  было  крайне  необходимо  там, на  глубине  под  огромной  толщей  океанской  воды. И  теперь, казалось, ничто  им  не сможет  преградить  дорогу  внизу  на  скальном  океаническом  шельфе, на  одной  высокой  макушке  горного  хребта  и   глубине  в  полтора  километра. 
  Они  враз  повернули  головы  в  сторону  говорящего  им  Леон  Дуковски.      
- Сегодня  утром  Экар  Дюмон  всплыл  один – произнес  им  Дуковски            - О  судьбе  его  напарника  ничего  неизвестно. Установить  связь  со  станцией  так и  не  удалось.  
  Он  подошел  к  каждому  акванавту  и  пожал  обоим  руку.
- До  встречи – он  произнес  двум  акванавтам  глубоководникам – Я  рассчитываю  на  вас  двоих.  
  Первым  полез  в  открытый  люк  батискафа  Свен  Бол. Он  глянул  на поедающую  взглядом  Соболева  Игоря  бортврача  и  медиколога  судна  здесь  же  стоящую  с  несколькими  техниками  и  рабочими  корабля  Элен  Тенет. Было  видно, Элен  влюбилась  в   русского акванавта. Ее  глаза  говорили  об  этом. Их  знакомство  возможно  пошло  бы  дальше, но  времени  на  общение  только  не  было  у них  двоих. Ждала  экстренная  работа  под  водой, и  время  не  ждало. Леону  Дуковски  нужны  были  все  ответы, и  материк  требовал  тех  тоже  ответов. Материку  нужен  был  Дейтерий.
  Раньше  Свен  подмигивал  Элен, чисто  по дружески. Но  теперь  он, молча  и  уже  не  глядя  на  нее, спустился  в  открытый  круглый  люк  батискафа  и  исчез  внутри  подводной  полосатой  ярко  окрашенной  глубоководной  лодки. За  ним  последовал  и  сам  Игорь. Перед  тем  как спуститься  он  увидел  взгляд  Элен  Тенет  и  еще раз  вспомнил  ее  медицинский  осмотр  в  медицинском  отсеке  судна. Это, пожалуй,  единственное  место, где  им  пришлось  немного  и  поближе  между  собой  пообщаться. 
  Элен  была  американкой  и  из  Нью-Йорка. И  была  весьма  квалифицированным  врачом  с  тремя  высшими  образованиями. Здесь  на судне, главным  медицинским  врачом  и  исследователем. Командовала  не только  медперсоналом  судна, но  и  биологами, так  как  была  еще  и биологом  по  морской  флоре  и  фауне  океанов. 
  Они  там, в  медотсеке  поговорили, и  Элен  ему  тоже  приглянулась. Она  отдаленно  напоминала  ему  его  Лоту Керром. Только  была  брюнеткой, но  во  всем остальном  была  похожа  на  погибшую  любимую. И  она  смотрела  на  Игоря  Соболева, стоя  внизу  площадки  на палубе  «Кинг  Вайкинг  Скай»  среди  рабочего  персонала  корабля  и   в  ее глазах  было  что-то. Что-то  такое, тревожное  и  напряженное. Там  была  грусть  и  печаль. Было  видно, океан  разлучал  их, но  она  этого  не  хотела. Сильно  не  хотела. В  е глазах  была  такая  тревога, что  Игорь  почувствовал  это  и  запомнил  ее  взгляд. Взгляд  карих  Элен  широко  открытых  глаз, которые  ему говорили: «-Вернись, я  буду  тебя  ждать, любимый». И  в  этих  глазах  было  тоже  самое,  что  и  при  расставании  с  Лотой  Керром. Словно  они  не  увидятся  больше  никогда.
  Игорь  отбросил  эти  тревожные  ощущения  и  быстро  спустился  в  круглый  открытый  люк  батискафа. Гидравлика, включенная  Свеном  Болом  на  пульте  управления  лодкой, сама  закрыла  толстый  стальной  люк, плотно  прижимая  его  к  резиновым  таким  же  толстым  уплотнителям. Свен  уже  сидел  в  левом  кресле  первого  пилота  лодки  и  ощупывал  руками  рычаги  и  рули  батискафа. 
  Игорь  сел  быстро  в  правое  кресло, мягкое  из  плотной   берилиевой  ткани. Черной  и  гладкой. Напоминающей, чем-то  кожу  и  одновременно  резину. Но  очень  мягкую  и  эластичную. Игорь  просто  утонул  спиной  в  спинке  кресла. Он  уставился  на приборы  на  приборной  доске перед  собой  и мигающие  лампочки. Здесь  были  тоже  рукоятки  и   рули  лодки. Он  был  вторым  пилотом  на  иностранной  лодке.
- Ну  что  поехали – произнес  Свен  Бол, глянув, широко  улыбаясь  белозубой  улыбкой  своему  товарищу  Игорю  Соболеву.
- Поехали – ответил  ему, тоже  улыбаясь, Игорь.  
  Свен  по  радиорации  произнес, что  они  готовы  к  спуску  и  лодку  подняли  над  площадкой. Тросы  кранов, натянутые  до  предела  вынесли  батискаф  за  открытый  левый  борт  судна  и  опустили  в  воду. Батискаф  мягко  приводнился  и закачался  на волнах. Это  было  ощутимо  даже  сидя  в  Бериллиевом  кресле.  
  Когда  поступила  на  борт  лодки  команда, что  лодка  свободна  от  тросов  и  кранов, Свен  нажал  рычаг  на  погружение. И  батискаф  начал  забор  воды  в  балластные  цистерны  и  уходить под  воду. 
- Вы  должны  разобраться  Свен - произнес  по рации  в  напутствии  своему  акванавту  Леон  Дуковски – Если  что  произошло  на  станции. Разыскать  Пашича, живого  или  мертвого. Возобновить  работу  добывающих  агрегатов. Станция  должна  добывать  дейтерий  при  любых  обстоятельствах. Запомните, при  любых  Энергоснабжение  Западного  материка  во  многом  зависит  от  этой  станции  и  теперь  от  вас  двоих. Запомните, это. Найти, разыскать  и  добывать. Станция  должна  работать  по  добыче  дейтерия.

                                                ***
  Тем  временем  лодка  уходила  все  глубже  и  глубже. Уже  на  приборной панели  и  приборах  была  глубина  500м, и  глубина  росла, стрелка  уходила  к  отметке  550м.  
- Включился  автоматически  видеосканер  и  ночное  видение  и  отчетливо   стал, виден  подводный  хребет, над  которым  они  теперь  находились. Игорь  посмотрел  в  иллюминаторы, но  там  была  только  темнота, и  ничего  не  было  видно. Зато  на  включенной  подвижной  электронной  карте, четко  вырисовывался  горный  протяженный  срединный  океанический  хребет. И  они  были  в  северной  его  части. Глубина  была  уже  за  километр. И  они  были, буквально  уже  над  ним.  Местами  он  обрывался  и  становился  ниже  на  несколько  сот  метров  и  глубина  варьировалась  до  двух  тысяч. Хребет  был  достаточно  узким  и  обрывался  к  ложу  дна   длинными   разветвленными  скалистыми  склонами. Буквально  уходя  на, еще  несколько  километров, вниз, туда, где  жила  лишь  погибель  всем, кто  отважился  бы  оказаться  здесь  по  чистой  случайности  или  в  силу  смелости. Здесь  на  этой  глубине  кристалл  горит  отчетливым  красным  предупреждающим  светом. И  дно  покрыто  грязным  толстым  осадочным  топким  вязким  илом. И  даже  здесь  есть  жизнь. На  этой  чудовищной  гибельной  глубине. Под  скалистыми  каменными  обрывами  склонов  горного  хребта  и  на  многие  километры  в  округе. Жизнь  в  полной  черной  вечной  темноте  и  под  чудовищным  глубинным  давлением  самой  толщи  воды. 
  Это  был  Срединно-Индийский  океанический  хребет. Он  имел  тектоническое  строение  и  имел  структуру  некоего  протяженного сросшегося  шва  на  дне  океана. Он  был  как  бы  двойным. С  срединной  узкой  впадиной  между  стыками  вершинных  тектонических  плит. Словно  два  хребта  сросшихся  друг  с  другом. Его  склоны  уходящие  в  стороны  не  были  так  круты  и  имели  массы  разветвлений  во  все  стороны  как  борозды  уходящие  ко  дну  океана. Слева  были  Сейшельские  острова, Маврикий. А  справа  Центральная  океаническая  глубоководная  котловина  до  самого  Восточно-Индийского  океанического  горного  хребта, с  более  еще  крутыми  скальными  и  обрывистыми  склонами, подымающегося, также  со  дна  океана.       
  Свен  Бол  включил  ручное  управление  и  повел  лодку  к  одному  вершинному  гребню. Там  по  электронной  карте  была  видна  сама  станция.  
  Оказывается, она  была  почти  под  самим  судном, плавающим  на поверхности  океана. И  они  спустились  почти  прямо  к  ней. Оставалось  лишь  совершить  состыковку  со  станцией  и  переходным  разгрузочным  отсеком, расположенным  сверху  станции. Что  Свен  Бол  теперь  и  делал, взяв  в  свои  сильные  американца  руки  рули  лодки.