"Белый" отбор. Дамы выбирают кавалеров.

   Королева Абигейль умерла с первым криком новорожденного. Ничего не предвещало такого исхода. Беременность протекала спокойно, без осложнений. Разве что ребенок в последние две недели толкался в животе, не давая матери уснуть. Роды тоже протекали нормально. Все готовились праздновать появление на свет наследника короля  Нимезии, могущественного Гибелиуса. Все знали, как он любил свою Абигейль. Ради нее он отверг все предложения соседних королевств, наперебой сватавших ему своих дочерей. Но он видел только ее, свою красавицу, с удивительными золотистыми глазами с почти белыми волосами, «всего лишь», как шипели отвергнутые соперницы, дочь герцога. Правда, независимого и богатого.

   То, что после смерти тестя все герцогство, по брачному контракту,  отойдет под руку Гибелиуса, все как-то забывали. Все-таки оно было мелковато и расположено далеко в горах, которые возвышались на восточной границе Нимезии, дальше был безбрежный Океан, омывавший единственный обитаемый  материк их мира. По легендам где-то там, на востоке, был еще один, толи остров, то ли материк, населенный волшебными существами, которые раньше посещали и их земли, но вот уже более 200 лет о них никто не слышал.  Люди позабыли даже их внешность. В легендах упоминались то крылатые люди, то жуткие ящеры, то волосатые чудовища. И все считали, что хорошо, что о них больше ничего не слышно. 

  Король присутствовал при рождении ребенка. Смерть любимой жены поразила его. Он даже не взглянул на сына, чье рождение стоило жизни его матери. Выслушав лекаря, что ребенок здоров, кормилица уже найдена и ждет, няньки назначены, он махнул рукой, все одобряя, а сам долго сидел, перебирая чудесные волосы своей потерянной любви. Через полтора года, следуя настояниям советников и ближайших родственников, в том числе и своей матери, вдовствующей королевы Рионы, он женился второй раз, на дочери короля соседнего королевства Зарии, выбрав ее за похожий на Абигейль цвет волос. Но в отличие от тоненькой, стройной Абигейль, Мунна было полноватой пышкой, которая, прикрываясь внешностью глупенькой блондинки, лелеяла свои планы, главным из которых был захват власти в Нимезии полностью в свои руки. Стать королевой – матерью, управлять самой, при послушных сыновьях, вот это было ее целью. На ее пути стояло два человека: муж и его ребенок от первого брака. Начать следовало с него. Дети так легко умирают!  Простуда, подпорченная пища, детская болезнь с осложнениями, да просто неудачное падение с дерева, и все! Мужа можно было еще потерпеть, он пока ей не мешал, даже просил иногда у нее совета. Да и беременна она уже третьим ребенком. Лекари говорили, девочкой. Так что муж подождет, дети еще малы и не стали ей опорой.  Разберемся с пасынком!

  Как назло, паршивец Рейнделл рос сильным и здоровым мальчишкой. Бегал босиком до самого первого снега, в ботинки и приличную одежду его удавалось одеть только по большим праздникам, когда требовалось присутствие наследника.  Учиться он не любил, но за новыми знаниями тянулся.  Учителя только руками разводили. Только показал принцу буквы, а через день он уже читает книгу сказок сам. И так во всем.  Подсыпали ему кое-что в тарелку, так он есть отказался, сказал, пахнет необычно.  В шесть лет, на день рождения,   подговорила молодого конюха привести ему почти необъезженного коня, так сел, взял поводья, и молодой, диковатый жеребец только всхрапнул, и пошел по кругу тренировочного поля, как на корде. Простуды и детские болезни его не брали. Вызвать недовольство отца не удавалось, на беседу с родителем он всегда приходил чисто одетый, аккуратный, отвечал спокойно, манеры у него были безупречные,  как будто целыми днями не гонял с детьми прислуги по задворкам дворца. Учитель боевых искусств не мог нахвалиться, и на реакцию, и на силу удара, и на меткость. Кстати, именно тренировочные бои и стали причиной сближения наследника с отцом, тот вроде даже простил ему смерть матери! Только в одном можно было нащупать слабое место, в отношении к церкви. Сама Мунна была из страны, где религию очень почитали, слово кардинала было непререкаемо. Магов и колдуний жгли на кострах массово.  В Нимезии же главным была воля короля, местный кардинал не мог ей противиться, и даже слово Святого престола могли поставить под сомнение. Сюда бежали многие маги ведьмы, боясь осуждения в странах, где их могла настичь инквизиция.  Мунне никак не удавалось изменить взгляды своего мужа. Тем более, в их мире магия была слабенькая.

- Ну что будет, если одна соседка из зависти столкнет на расстоянии любимую чашку со стола другой соседки, а та расстроится!- говорил муж,- разве это не лучше публичной драки с битьем лиц и вырыванием волос? 

И все продолжалось по-прежнему. Попыталась сблизиться с пасынком, войти в доверие, так семилетний мальчишка ей просто заявил, что бы не старалась, он все равно чувствует ее отношение, так что лучше им держаться подальше друг от друга. Негодник! Нет, негодник слишком слабо, негодяй!

  Но, наконец, мальчишка сам дал повод: избил, чуть не до потери сознания ее старшенького, Олорина. Не просто бил, пинал ногами, уже лежащего на земле и вопившего о пощаде. И попался отцу. Тот его уволок к себе, долго орал, а потом собственноручно выпорол и запер в чулане. Правда, ненадолго. Уже к вечеру освободил, сам проводил в комнаты, и, более того, приказал пропустить к нему дворовых приятелей с корзинкой, и пригласил ветеринара с псарни. А к себе вызвал Олорина и Леона, младшего. Долго ругал, тоже выпорол старшего, заставив младшего, трехлетку смотреть, и запер на три дня в детской, запретив сладкое и прочие вкусности.  А на ее протесты грозно спросил, кого она растит!? Малолетнего садиста, который в неполные 8 лет издевается над беспомощными животными, а в 10 начнет издеваться над людьми, или человека, который будет облечен определенной властью и ответственностью за подданных.  Оказалось, все произошло из-за паршивого щенка,  помеси. Лучшая борзая короля, любимица, согрешила с меделяном, травильным псом, что бы покрыть грехи и избежать наказания, псари раздали щенков дворовым ребятам, как только они стали есть сами. Они играли с ними на заднем дворе, за конюшней, и тут на них как-то наткнулся Олорин, которому там делать было совершенно нечего.  Принц начал орать, что дворовые распустились, собак держат, объедают короля, дети разбежались и утащили своих любимцев, кроме самого младшего, ему достался самый толстый щенок, он его выронил, хотел поднять, но Олорин его ударил, отшвырнул в сторону и стал бить щенка тростью, которую держал в руках. Щенок жалостно визжал, и в этот момент, как раз, когда ее сынок уже поднял ногу, что бы раздавить головенку несчастного малыша, на него налетел Рейнделл.  Ну и роли поменялись. Щенка притащили в спальню к наследнику, он четыре дня почти не выходил из комнаты, выхаживал, поил из пипетки, перевязывал ссадины, помогал подняться, сделать дела не под себя, одна лапка у малыша была сломана, в общем, с помощью ветеринара поставил на ноги. А через год обзавелся неподкупным охранником, огромным псом, следовавшим за ним всюду, спавшим вдоль кровати, на коврике, так что подослать кого-то недоброго было невозможно. Обоняние и у самого принца было лучше, чем у большинства людей, но к нему присоединился еще и собачий нос, так что об отравлении и речи быть не могло. О несчастном случае на охоте тоже. Пес заслонил бы хозяина от любой опасности. 

    Так, в бесплодных попытках осуществить мечту прошло десять лет. Пес состарился, мальчишка повзрослел.  Теперь он защищал старика от молодых, борзых псов.  Оставалась еще надежда на свадьбу. Подобрать жену постервознее, договориться, с ней, что без мужа лучше, и пусть дура сама его изведет. Но Рейнделл жениться не спешил, на все вопросы отца отвечал шутливо – успею! И, самое интересное, постоянных любовниц тоже не имел! Это в двадцать с лишним лет-то! Впору задуматься. Не хочет, или не может? Олорин тоже не радовал, он поступил в академию, военную, ту же, в которой последний год учился его старший брат, и, неожиданно, взял его себе в пример, проникся братскими чувствами. Сказались восторженные характеристики наследника, данные преподавателями. И тут сам Господь послал ей возможность, да еще какую!

***

На берегу другого материка.

 Волны медленно катились издалека, накатывая на плоский песчаный берег, отделяющий безбрежный океан от узкой полосы зелени. Дальше возвышались неприступные горы. Они укрывали этот тихий уголок нетронутой природы от остального королевства.  Здесь, казалось, отступали все заботы, забывались горести.  В ярких тропических зарослях голосили птицы, раздавались резкие крики обезьян, с величественных пальм то и дело срывались стайки мелких цветных птичек. Покачивали ветвями громадные фикусы, на стройных ветвях деревьев авокадо ссорились из-за созревших плодов мартышки, на старых деревьях манго обильно висели мелкие, еще не зрелые плоды. Трава под корнями, на опушке обманчиво манила свежей зеленью. Но местного жителя этой обманчивой мягкостью было не обмануть.  На самом деле эта трава кололась и резала босые ноги хуже осоки. Поэтому молодая девушка, единственный представитель  высшей расы, населяющей затерянный в океане материк,  предпочла теплый, чистый песок обманчиво гостеприимной траве. Она сидела, обхватив колени, ветерок развевал ее легкие, воздушные одежды, шевелил светло-русые волосы, скрепленные драгоценной заколкой.  Она наслаждалась покоем и нетронутой природой, но, увы, время неудержимо уходило. Пора было возвращаться. Обратно, во дворец, к матушке. Сегодня ей исполняется 20 лет, и она впервые оденет маску невесты, которую снимать можно только в своих покоях до тех пор, пока не будет определенности с ее женихом.  А с женихами в Веоронте, их королевстве, занимающим почти весь материк, были сложности. И виноваты были они сами. Вернее, не они, их мужчины, в свое время так активно смешивающие свою кровь с людьми, слабой и телом, и магией расы, населяющей второй материк их мира, отделенный великим океаном.  Достичь его на драконьих крыльях занимало целых двое суток, и стало бы сложным, если бы не группка необитаемых безымянных островков посереди океана, где можно было передохнуть, переночевать, перекусить и с рассветом вновь устремиться в путь. Их мужчины, открыв эти новые земли, так активно стали окучивать подходящую им почву, то есть воровать симпатичных людских женщин, и обзаводиться потомством от них, что позабыли своих соотечественниц. Когда количество незамужних драконниц превысило критическую массу, был издан закон, что дракон все же должен сначала жениться на драконнице, а потом заводить себе столько человеческих наложниц, сколько сможет содержать.

    Лет сто все соблюдали эти правила, но вот странность, если дракон-мужчина перед браком с драконницей уже успел переспать с человечкой, то у него рождались только девочки. Мальчиков не было. Старейшины объясняли это какой-то перестройкой внутри организма. Кроме того, таким мужчинам становилось все труднее и труднее оборачиваться, словно половой контакт с людской женщиной  высасывал его жизненные силы.  Прадедом Аллиены, последним драконом-мужчиной на троне, после него правили уже женщины, был издан новый указ, обязующий мужчин вначале жениться только на драконнице, и завести как минимум трех детей, причем, желательно двух мальчиков, а потом уже начинать шалить. Но было поздно.  Все мужчины были уже нечистокровными, или отравленными человечками. От браков драконниц со смесками рождались или чистокровные драконницы, или не  мужчины-драконы, а неполноценные то ли люди с неполным оборотом, то ли драконы не имеющие возможности сменить ипостась, кроме того, отличающиеся крайней агрессивностью и почти неуязвимые. Их пришлось уничтожать. В схватке с ними погиб ее прадед. Такие браки запретили под угрозой смерти. Ее кузины, и она сама были плодами брака последних чистокровных драконесс  с человеческими мужчинами, так что она, ее младшая сестра и кузины были последней надеждой на возрождение расы. Они могли попытаться родить драконов, но впустую рисковать никто не хотел. От связи драконниц с людьми рождались чистокровные драконы, но только девочки! Еще до их рождения, старейшина рода, Великий Черный Дракон, Хранитель Великого огня, предложил искать чистокровных драконов мужского пола среди людей. Если два смеска, неотличимые от людей дадут потомство, то с 50% вероятностью у них родится смесок, 25% - чистый дракон, и еще с 25%  - человек. Возможно, это будет мальчик. Так что 12,5% - хорошая вероятность найти хоть одного чистокровного дракона. В цифрах все было хорошо. Но на практике все гораздо хуже. Во-первых, полукровка не могла родить дракона.  Могла зачать, могла выносить, но не родить. Маленькому дракончику в человечьем обличье требовалось в момент появления на свет такое количество жизненной энергии, что он либо забирал жизнь матери, либо умирал сам.  Если рождался, то однозначно, сиротой, а это уменьшало его возможности на выживание в первые годы жизни. И, потом, вторая проблема: взрослели драконы позже. Если человек в четырнадцать – пятнадцать лет уже интересовался противоположенным полом, то дракону нужно было в два раза больше. С одной стороны, это предохраняло от первой связи с человечкой, а с другой – такой индивид в человеческом обществе считался ущербным, и заканчивал свои дни либо в монастыре, либо сходил с ума от насмешек, либо, хуже всего, оказывался на костре инквизиции за связи с дьяволицами, которые его якобы выпивали за ночь. Решено было принять меры. После нескольких  атак на человеческие королевства, они подписали договор, по которому раз в год, люди обязаны были поставить дань. В виде всех молодых, неженатых мужчин, от 15 до 25-ти лет, чьи матери умерли в родах.   Так что сирот стали беречь. Страны, откуда в этот год должны будут отправить мужчин, определялись Великим Драконом, он чуял появление на свет нового дракона, ему указывал Великий огонь. Но из-за дальности он мог только указать страну, или, чаще группу стран, где мог находиться новорожденный.  Там и брали дань. Очередное требование уже отправили главе их церкви, Святому престолу, там были страны – соседи: Зария, Нимезия, Дельсоро, и герцогство Амадан. Скоро приедет дань, а это значит, начнется отбор женихов. Эта мысль очень волновала девушку. Надо сходить к Великому, принести угощение, и спросить, как найти среди кучи молодых людей настоящего дракона! Уж наследнице престола он не откажет в подсказке! Она поднялась, отряхнула приставший песок, столкнула в воду легкую лодочку, взяла весло и поплыла домой.

  - Нет, нет, и нет! Отец, я не собираюсь жениться! Не сейчас! Попозже, может, через три-четыре года, не раньше.

- Почему не сейчас?

- Честно, отец, я не готов к женитьбе!

- Мне доложили, что ты до сих пор девушками не интересуешься! Живешь, как монах!

- И что в этом плохого? В том, что я не бегаю, высунув язык за девчонками, как кобель за сучками? Я жду свою единственную, что бы полюбить на всю жизнь.

- Сынок, - вздохнул отец, - к сожалению, иногда это не приводит к счастью. Только к потере.

- Я знаю, ты любил маму, и я тоже хочу испытать это чувство.

- Да, любил, и до сих пор не могу забыть. И тебя хочу оградить от таких потерь. Это очень больно. Но есть еще одна причина, в быстрой свадьбе. Это дань.

- Дань? Какая дань?

- Давным -давно наш материк проиграл войну драконам и они обложили нас всех позорной данью. Каждый год несколько стран отправляют им дань – всех юношей, от 15 до 25 лет, не женатых, и только тех, у кого мать умерла в родах! Ты понимаешь, какая опасность тебе грозит!

- Но в прошлые года ты не переживал, а в этом почему-то всполошился!

- У меня есть тайные люди у Святого Престола, мне сообщили, что в этом году потребуют дани в том числе и с нас! Что происходит с отправленными туда, никто не знает, назад не вернулся никто!

- Да, я тебя понял! Ситуация, однако. Но я хочу тебе признаться, раньше боялся, стеснялся, а сейчас скажу.  Знаешь, я совсем не испытываю тяги к женщинам. Ничего. Но и ненормальных влечений тоже нет, ты не волнуйся! Просто знаю, что есть женщины, а зачем они, как можно испытывать к ним тягу, не понимаю!

- Давай пригласим врачей, - встревожился отец.

- Честно, я уже был у них, они замеряли гормоны, проверяли реакцию, сделали заключение, что у меня развитие этой сферы замерло на возрасте 10-летнего мальчика. Они не знают, почему. И как помочь тоже. Возможно, говорят, со временем, пройдет. Вот я и боюсь, женюсь, жена потребует близости, а я… Вот секрет и раскроется!

- И что, никто не знает?

- Личный камердинер, возможно, догадывается, борода-то не растет, но на нем клятва, если проболтается, станет изменником, а у него семья! А с другими я просто научился отвечать то, что обычно в этом случае. Отпускал замечания насчет там, попки или сисек, пару раз на вечеринках приглашал девочек, особенно нуждающихся, платил большие деньги. Им объяснял, что хотел найти предлог свалить позаниматься, и что в их интересах говорить, что у нас все было, но о правде она должна молчать, если хочет, что бы я ее пригласил во второй раз. Так, одну даже числят моей персональной подружкой. Друзей просил не трепаться, что бы не дошло до отца и он не стал приставать со свадьбой. Прикрылся тобой.

- Умно, но отчего это с тобой приключилось? Проклятье, так было бы хорошо, свадьба, и нет никакой дани! Подожди, проклятье!! Твоя мачеха… Она могла! Собирайся, поедем!

- Куда?

- Здесь недалеко, но день потеряем! Оскар, Оскар!

  В кабинет влетел секретарь.

- Оскар, мы с принцем Рейнделлом поедем прогуляться, разомнемся, вызови Маттео, пусть возьмет четырех гвардейцев охраны, до вечера меня не будет! Рей, переодевайся, жду во дворе!

- Отец?

- Все объясню по дороге! Переодевайся на прогулку, жду.

  Выехали, направились в сторону Королевского леса. Не доезжая метров сто до поляны общего сбора охотников, где в случае Большой Королевской охоты участников распределяли по направлениям, что бы не помешали друг другу, а после охоты съезжались, что бы похвастаться добычей перед дамами и принять участие в пире, король свернул на маленькую, неприметную тропинку, уводящую в чащу.  Тропинка вилась между стволами вековых деревьев, петляла, ехали уже больше часа, но пейзаж не менялся.

- Опять крутит, старая, - недовольно проворчал Гибелиус, доставая висевший на шее амулет и сжимая его. 

  Буквально через несколько минут деревья расступились, появилась полянка, которую пересекал ручеек, Недалеко от леса была сооружена нехитрая запруда, и образовался прудик, поросший по берегам рогозом и кувшинками. В  пруду плавала утка с утятами.  На другом берегу стояла приземистая избушка, крытая камышом, с увитыми диким виноградом стенами. Очень живописная.  Рядом был разбит огородик. И росло несколько фруктовых деревьев в цвету. Гибелиус спешился, сделал знак принцу, отдал повод коня гвардейцу, и, велев сыну следовать за ним,  перешел по маленькому мостику через ручей.  Как только они приблизились к избушке, дверь распахнулась и на пороге появилась аккуратная, кругленькая, чистая старушка в простонародном платье. Внимательно глянула на короля, приветственно кивнула:

- Привез, наконец! – запросто обратилась она к нему.

- Что опять с тропой накрутила, старая?

- А пропуском пользоваться гордость мешает? Воспользовался бы раньше, доехал бы быстрее. Твои егеря опять по лесу скакали, все зверье перебаламутили, а у меня Майка, лиса моя, рожать не ко времени собралась, припозднилась.  Не дай Бог, думаю, испугают. Вот и приняла меры.

Старушка говорила на удивление чисто, не по-деревенски и без всякого почтения к правителю.

- Что, не помнишь бабку Агату?- спросила старушка Рейнделла.

- Нет, а мы разве встречались?- спросил удивленный юноша.

- А кто плотину мне помогал ставить? Не ты ли с дружком своим?

- Когда? Не помню такого!

- Ладно, хорошо я вам память подтерла! Что бы больше ко мне не бегали, секрет не раскрывали! А за плотину спасибо, без вас и за неделю не управилась, а так за два дня все сделали. Отец ругался?

- И не только,- вспомнил этот эпизод король,- всыпал по полной. Шутка ли, пропал на два дня! Полстраны на ноги поставили! А они являются, перемазанные все, говорят, ручей в лесу запрудили, а где  – показать не могут. 

- Да, надо было в первый же день прогнать, только они умаялись, поели и спать прямо на земле свалились, пришлось бабке сенник вытаскивать, да перекладывать, да укрывать, что бы не простудились!

Рей слушал рассказ о своих детских подвигах с изумлением. Ничего не помнил! Даже с кем из дворовых друзей помогал!

- Зачем пожаловали? Я, конечно, просила привести, но пораньше, годочков в пятнадцать – шестнадцать, а ты поздненько привел!

- Как поздненько? Почему?

- Так помогла бы парню, тяжело, небось, пришлось, от приятелей прятаться, скрывать, что борода не растет, и прочее! А я бы иллюзию навела. Зелье дала бы. Это хорошо, что у тебя, парень слуги верные, не сдали, а то таким парням две дороги: или в монахи, или в инквизицию. Ну, тебя бы отец спас, но совсем с Престолом бы разругался, А не дай Бог, тебя мачеха раскусила, она на тебя и донесла бы. Таких как ты, инквизиторы эти продавшимися Дьяволу числят.  Так что, либо отец с инквизицией разругался бы, а они крестовый поход против него организовали, или сдал бы от греха подальше.

- Агата, ты что несешь?

- Ладно, ладно, не сдал бы, в монастырь отправил!

- Хватит! Помочь как-то сможешь?

- Пошли в избу. Там у меня силы больше, посмотрю!

  Согнувшись в три погибели отец и сын шагнули внутрь избушки. Там было так же чистенько, как и во дворе. Пахло травами. Старушка усадила их на скамью, сама села напротив, на табурет, пристально взглянула на Рея. От ее взгляда стало не по себе. Потом перевела взгляд на короля. Еще раз на Рея. Нахмурилась.

- Расслабься, что закрываешься! Ты силен, прочесть не могу!

- Я не противлюсь, бабушка – невольно вырвалось у Рея.

- Как узнал?

- Что?

- Что я бабушка?

- Не знаю, само вырвалось!

- А ведь, правда, я твоей матери тетка! Значит, двоюродная бабушка! Вот что, выпей-ка этот настой, успокоишься!

Рей тревожно взглянул на отца, тот кивнул. Он взял из рук старухи кружку, выпил пахнувший мятой напиток. Еще раз посмотрел на отца. Тот пояснил:

-Агата самая сильная ведьма на нашем материке. Я ее здесь прячу от инквизиции. Ее агенты уже и у нас стали голову поднимать. Пока мы им не даем развернуться, но пакостят они много.

- Так, посидите молча, оба, не мешайте! – приказала бабушка-ведьма.

  Она взяла руку Рея, другой рукой руку отца и замерла, прикрыв глаза.

Сидели минут пять. Затем она руку короля отпустила, а Рея взяла за обе руки. Еще десять минут тишины.

- Так, более менее ясно,- начала Агата,- Силен ты парень. Мощный дар у тебя. Не для наших земель! Значит так. Слушайте и не перебивайте. Судьба твоя, Рей не здесь, а далеко за морем. Там твоя единственная суженая, там твоя судьба. Здесь вряд ли найдется девушка, способная от тебя родить. А там тебя ищут, ты там очень нужен!  То, что ты отстаешь от других молодых людей, это не проклятие, не болезнь, это нормальное развитие у твоей расы.  Скоро придет требование драконов отдать дань. Уезжай. Не сомневайся. Здесь ты погибнешь! Либо твоя сила сожжет тебя, либо церковники уничтожат. Взять силу под контроль можно только у священного огня. Здесь невозможно, даже я не помогу. Я проведу обряд, вы с отцом будете чувствовать друг друга,  и в нужное время ты сможешь прийти ему на помощь! Но только, если возьмешь силу под контроль!  А ты, Гиб, не препятствуй. Здесь он погибнет. А там станет первым из первейших. Погоди! – остановила она пытающегося сказать что-то Гибелиуса,- у тебя еще два сына. Возьми их воспитание на себя, не отдавай той твари, на которой женился! Еще не поздно переменить их судьбу.  А ты, Рей, не бойся перемен, смело ступай на новый путь. Становись тем, кем ты был рожден!

  Ведьма закончила, она была бледной, по лбу катились капельки пота.

- А теперь давайте руки, я соединю вас, так что вы будете чувствовать друг друга.

-Погоди, Агата, ты устала, может, мы придем завтра?

- Нет времени, Гиб! Гонец уже пересек границу. Завтра он будет у нас, тебе придется собирать дань. Это, как ты помнишь, долго и мучительно, но в этот раз ты сам подашь пример своим подданным. Отпустишь своего сына!

Ведьма взяла нож, нанесла разрезы на ладонях отца и сына, соединила их руки, дала смешаться крови, и произнесла короткую формулу. Полыхнуло.   Когда они разъяли руки, то на ладонях обоих появились одинаковые узоры.

- Получилось! Сегодня не показывайте руки никому, завтра узоры исчезнут, появятся только тогда, когда один из вас будет в беде! А вот теперь мне пора отдохнуть. Прощайте. Прощай, Рей, смело смотри в будущее и не бойся перемен!

Ведьма была права. Гонец прибыл на следующий день к вечеру.  Нимезия была в числе стран, кому следовало собрать дань. О сборе было объявлено перед вечерним богослужением, и три дня подряд зачитывали указ на главных площадях всех городов страны. За отказ – высылка всей семьи осваивать Черные земли, пустошь, выжженную во время Великой битвы с драконами.  На верную смерть, без права вернуться.   Поэтому народ молча подчинялся. Навлечь гнев страшных драконов на страну не рисковал никто. Рейнделл был озабочен другим: надо было позаботиться  о друзьях. Камердинеру он назначил щедрую пенсию, своему другу, сыну главной поварихи, Орасту подарил своего любимого жеребца с наказом не продавать его, помог вступить в полк, снабдил деньгами, назначил ренту, небольшую, но стабильную, на руки дал немного, что бы не было соблазна их прогулять. Оставался еще  один друг, верный Жорес, пес, которого чуть не убил щенком младший брат. Он уже хотел взять его с собой, но тут выручил отец.

- Оставляй со мной. Знаю, на псарне он жить не приучен, будет меня охранять. Не доверяю я своей женушке.  И в обиду никому не дам!  Только объясни ему сам, что бы меня слушался! А с собой не бери, мало ли что? Да и возраст у него уже не тот!

Вроде все было улажено, дань собрали без протестов, шутка ли, король своего сына не пожалел, отдал, как тут откажешься!

  В означенный срок подошли к берегу три странных корабля.  Обычные мачты у них, метрах в двух от палубы, были соединены мощным брусом.  И борта были обнесены высокой сеткой, натянутой на шесты, установленные вдоль обычного деревянного ограждения.

  Собранные в один отряд юноши из разных провинций стояли на набережной, сам кардинал отслужил молебен, напутствовал их какими-то высокопарными словами. Дали команду и «дань» начали грузить на корабли. Сразу провожали в трюм.  Рейнделл оглянулся, последний раз поймал взгляд отца, махнул рукой и поднялся на борт. Солдаты, одетые в кожаные доспехи с металлическими накладками вели себя вежливо, молодых людей никто не толкал, просто, рукой показывали направление, в какой трюм заходить. Рей прошел вслед за совсем молодым парнем, он его вспомнил, сын графа Де Лори, из предгорной провинции, славящейся своими виноградниками. Недавно был представлен ко двору, только он забыл его имя.  Спустился вслед за ним. Трюм был оборудован отлично, если не сказать роскошно. Всюду диваны, обитые кожей какого-то странного зверя, которые могли раскладываться и превращаться в кровати, большой стол для еды маленькие столики для забав, с шахматами, шашками, лото и картами.  Небольшая библиотека с романами и учебниками какого-то странного языка, по углам двери вели в четыре чистых, аккуратных гальюна  располагались они на палубе ниже, около каждого – душевая. Ванн нет, но обмыться вполне можно.  Светло. Днем помещение освещалось через большой стеклянный колпак,  ночью, видимо, включались фонари на стенах. Видимо, о них заботились.  Наверху прозвучала команда, затопали ноги,  корпус корабля качнулся, последовал тихий шорох, и небольшое покачивание. Поплыли.  Стоять при небольшой пока качке было непривычно, Рей сел рядом с молодым графом Лори. Тот сидел, стиснув руки, переживая о чем-то своем.  Рей не стал лезть в чужую душу. Захочет, расскажет. Путешествие в неизвестность началось.

Корабли взяли курс на восток.

   Первый этап длился четыре дня. Плыть было удобно. Каждому достался диван, который превращался в кровать. В ящичке под ним хранились подушка, плед и простыня. Стелить приходилось самому. Но самое удивительное, там была пижама. Видимо, зачарованная, так как подошла каждому.  Невысокий, конопатый парень лет 23-х рассмешил всех, спросив, зачем им положили рабочий костюм. Оказалось, в деревнях для работы почему-то использовали белые вещи. « В поле жарко, в темном много не наработаешь»- сообразил принц. Перед сном принесли ужин, - овощной толи суп, то ли кашу и по ломтю вареного мяса.  На стол водрузили несколько кувшинов с фруктовым напитком. Многие выложили захваченную из дома снедь. Рей тоже вспомнил о пирожках, сунутых ему доброй теткой Мартой, главной поварихой и выложил их. Нашлось много любителей попробовать, так что их расхватали быстро. 

  На второй день пришел важный господин, и зычным голосом сообщил, что бы они не переживали: все, старше 20 лет примут участие в отборе женихов, более молодые отправятся учиться в школу, в отборе примут участие позже. Сейчас же он просит их всех посвятить дни плавания изучению языка страны, куда они плывут. Им представили учителя, который пояснил, что они учатся до полудня, потом у них прогулка по палубе, потом – обед, час на отдых и снова два часа учебы, потом два часа для самостоятельных занятий, ужин, подготовка ко сну и сон.  В таком режиме пришли три дня. Погода была прекрасная, корабли плавно скользили по воде.  Третьего дня к вечеру на горизонте показалась дымка, которая к концу четвертого дня превратилась в очертание четырех крупных островов и россыпь мелких.

  Вечером причалили. Разрешили выйти на свежий воздух. Моряки из команды, что вела корабль, срочно его покидали. В отдалении виднелись еще два корабля, по виду уже вполне обычных.  Мелькнула мысль о побеге. Останавливала фраза колдуньи Агаты – «Твоя судьба там, здесь ты погибнешь!» Мысль впрочем, пришла в голову не ему одному. Ведь после передачи дани обязательства страны считались исполненными, значит, бежать можно. Пара парней, озираясь, направилась к борту.

- Не советую!- прогремел голос того самого вельможи, что говорил с ними в первый день,- это пираты. Если вас так прельщает участь рабов, проданных на рынках Юга, то я сам вас отпущу, а пираты примут с удовольствием, красивые молодые люди стоят денег, особенно евнухи! Желающие, прошу! – Он сделал приглашающий жест рукой. Парни отшатнулись от борта. Шлюпки с пиратами  отчалили. На пиратских бригах распустили паруса, приняли членов команды и срочно вышли в море, словно кого-то боялись.

- Молодые люди, если не хотите получить нервный шок, лучше спуститесь вниз! – предостерег их все тот же вельможа. Рейнделлу почему-то спускаться не хотелось. Он словно боялся пропустить что-то очень важное. Важный мужчина посмотрел на него, покачал головой, и тихо сказал:

- Я предупредил, дальше, как хочешь, только в море не сигани со страху! Хотя, это как раз может быть первой меткой! – пробормотал он совсем тихо и непонятно, и вошел в каюту на корме. Рей решил остаться, невзирая на предупреждение. На всякий случай он подошел поближе к трапу вниз, обвел взглядом небосвод и окрестности. Все было тихо. Ярко светило солнце, ветра почти не было. Небосвод был чист, только далеко на востоке летели семь черных точек. Похоже, крупные птицы. Он еще раз обвел взглядом небо и острова.  В это время несколько солдат вынесли на палубу длинный стол, стулья  и стали накрывать на семь персон.  Точки на горизонте быстро увеличивались, они стали гораздо больше птиц,  тела вытянутые, змеевидные хвосты струились позади, крылья, больше похожие не на птичьи, а на те, что у летучих мышей, мощно взмахивали, а морды, морды напоминали ископаемых ящеров с картинок в книге по биологии. Рей пошатнулся и не поверил своим глазам: к кораблям быстро приближались семь крылатых ящеров. Драконы!

   Те самые драконы, о которых рассказывали древние сказки и легенды. Прилетели за данью! То-то пираты так быстро удрали! Зачем этим крылатым созданиям человеческие мужчины, да еще обязательно сироты? Он решил все выяснить сам. Тихо, что бы не привлечь внимание солдат, продолжавших, как ни в чем, ни бывало накрывать на стол, юноша отошел к ближайшей шлюпке и залез под полотно, ее укрывающее.  Вот отчего тот мужик предупреждал, что он может прыгнуть в море со страху! Но страха он совсем не испытывал. Скорее восхищение от созерцание живой легенды. Церковники называли драконов порождением дьявола, который отдал власть над безмозглыми ящерами своим адептам. Именно этот богомерзкий  союз и победил в той войне. Они призывали отказаться от дани, считая, что таким способом удастся ослабить противника, ведь наверняка адепты нечистого вербовали новых сторонников из отправленных им юношей. Но сколько не вглядывался Рей, он не видел на драконах людей, управлявших ими. Драконы летели сами, вот они уже над самыми кораблями, можно сосчитать чешуйки на брюхе ближайшего. Вся компания чуть отвернула в сторону и начала приземляться на галечный пляж рядом с кораблями. – «Они же не поместятся»!- мелькнула мысль у принца, но произошло и вовсе невероятное: приземляясь ящеры тут же обращались в людей, одетых в довольно богатые, но удобные одежды.  Четверо мужчин и три женщины. Все высокие, хорошо сложенные, красивые, они о чем-то весело болтали, направляясь к кораблю. Из каюты выскочил вельможа, он сбежал по трапу на берег, и склонился в глубоком поклоне перед изящной, красивой, светловолосой женщиной с диадемой на голове. – Приветствую, повелительница, - послышался его полный почтения голос.

- И тебе привет, верный Диоминий, - ответила дама, названная повелительницей, - ваша миссия успешна?

- Да, Ваше Величество!  Вполне. Только Нимезия собрала более 30 юношей, из них примерно половина младше 20 лет. На каждом корабле в трюме по 10-12 человек.

- Хорошо!  Я довольна. Не удивляйся, мои дочери с этого года одели маску невесты, так что меня волнуют кандидаты на отбор женихов! Есть подходящие экземпляры?

- О да, моя королева!

-  Хорошо, мы сейчас перекусим, отдохнем немного, и я хочу посмотреть, кого нам отправили в этот раз! Я думаю, вы понимаете, я же мать! Они все в трюме?

Вельможа, названный Диоминием замялся.

- Возможно, не все!

- Да, Диоминий прав, повелительница, не все!- произнес мощный, черноволосый, мужчина, оглядываясь вокруг -  вон в той лодке скрывается один. – Он махнул рукой прямо в сторону лодки, где затаился Рей. Поняв, что он раскрыт, юноша вылез наружу. Страха не было, просто он переживал, что его сочтут чересчур нахальным.

- И давно ты там сидишь? – спросила его правительница. Королева Аризанна пристально рассматривала парня. Высокий, скорее худощавый, но сложен атлетически, волосы немного странного цвета, не черные, скорее темно-пепельные, завязаны в хвост и глаза. Глаза странного цвета. Вроде светло-карие, но на солнце золотые, цвета меда с красными искорками.  Дракон? Не стоит обольщаться, видеть в каждом смазливом юноше возможного дракона. Пока что все, привезенные на отбор оказывались в лучшем случае полукровками. И годились в мужья только чистым человечкам, плодить и дальше таких-же нечистокровных драконов. И этому не будет конца. Даже с полукровкой – девицей не сведешь, есть риск, что родится чудовище. Повторения прошлой бойни не хотел никто. А так хочется, что бы хоть одной дочери повезло!

- Как начали накрывать на стол.

- А зачем ты туда полез? Испугался нашего прилета?

- Нет, это было здорово, просто я хотел узнать, зачем мы вам?

- Любопытный, значит?

- Просто вы каждый год берете дань юношами, подходящими под определенные критерии, и еще ни один не вернулся. Хотел узнать, что нас ждет.

- Узнал?

- Немного. Вы говорили про отбор.

- Да, именно отбор вас и ожидает. Только тех, которым за 20. Остальные будут учиться. Тебе сколько?

- Почти 23.

- Надо же, выглядишь моложе!

-Наши  врачи вообще сказали, что мой возраст как у мальчика 10-11 лет! А одна ведьма объяснила, что это для меня нормально.

- Интересно! И возлюбленной у тебя там, у людей не осталось?

- Нет, у меня пока интереса такого не было, я же сказал, 10-11 лет!- В душе королевы шевельнулась надежда.

- Диоминий, возьми молодого человека на заметку! Все понял?

- Да, повелительница! 

- Как тебя зовут?

- Рейнделл.

- Извини, это важно. Как умерла твоя мать. Что рассказывали тебе?

- Няньки удивлялись, она была здорова, просто в момент моего появления на свет, она просто разом потеряла силы и умерла.

- Диоминий, все понял? Постарайся, что бы первый контакт у молодого человека был с моей дочерью!

- Слушаюсь!

- А теперь ступай к своим, Рейнделл, успокой их, а нам надо подкрепиться и отдохнуть. Все-таки перелет через океан тяжел даже для драконьих крыльев!

    После ужина все пошли отдыхать. Завтра предстоял сложный перелет до родного материка. Гвардейцы проверяли снаряжение для переноса кораблей с ценным грузом.  В этом полете не занятых не было. Даже королева, хотя сама и не несла тяжесть, но была на подстраховке и, вместе с Диоминием,  тащила часть резервного снаряжения. Следовало хорошо отдохнуть. Но сначала все-таки осмотреть нынешний улов. В  сопровождении верного Диоминия, в течение этих 50-ти лет отвечающего за отбор женихов, она по очереди спустилась в жилой трюм каждого корабля. Осталась довольна. В этот раз все женихи были красивы, внешне здоровы, не было таких недокормленных, забитых доходяг, как в других странах, которых приходилось лечить и откармливать, прежде, чем выпустить к невестам. Все-таки, Гибелиус хороший король. Кстати, у него первая жена умерла в родах, интересно, кто родился, и не спрятал ли он первенца?

  Наутро Диоминий предупредил своих подопечных, что пока не разрешат лучше на палубу не выходить, а уж если вышли, так не орать и не метаться. Сам он должен был сопровождать королеву в полете. Нести по воздуху еще и Дракона было невежливо по отношению к остальным. Так что ему предстояло не только сопровождать Правительницу, но и загонять в трюмы наиболее любопытных женихов. Закрывать трюмы не стали, оставляя шанс для перевозимых парней. В случае потери корабля так у них был шанс на спасение, при  наглухо запертом трюме шансов не было.  На обратившихся драконов одели что-то вроде сбруи из кожи гигантского морского угря, рыбы, чье мясо было исключительно вкусно, а кожа не уступала по прочности драконьей.  Широкую полосу из нескольких слоев кожи продели под сдвоенный брус, идущий от мачты к мачте. На самом деле он был закреплен на шпангоуте корабля, и составлял с ним единое целое. Концы канатов, сплетенных из более тонких полос кожи,  крепились на сбруе пары драконов так, чтобы они могли свободно махать крыльями и были такой длины, что бы один из пары не мешал второму. Так драконы переносили свои корабли постоянно, спуская их на воду только в трех-четырех днях пути до человеческого порта, экономя время, иначе путешествие растягивалось бы на месяцы. В королевствах людского материка и не подозревали, что среди них постоянно, в виде почтенных купцов, жили драконы, закупавшие у людей недостающие им товары и сбывающие свои. В людском обличье распознать дракона мог только очень сильный маг, или священнослужитель, тоже маг, но маскировавшийся под отмеченного «святым духом», что не мешало ему сжигать не принявших сан коллег пачками.  Поэтому магия в людских землях слабела день ото дня, с чем драконы связывали и свое вырождение. Раньше, от одаренных матерей рождались только чистые драконы, и мужчины с ними не теряли своих способностей. Поэтому отношение драконов к Святому Престолу, стремившемуся прибрать к рукам и прогнуть под себя всю жизнь в королевствах, было крайне  отрицательным.

  Подготовившись к полету, застегнув крепления, изготовленные из Гигантеума, драконы синхронно поднялись в воздух. Гигантеум, металл, выплавляемый из руды при помощи драконьего огня и имевшегося только у драконов, превосходил по прочности любую сталь, но при этом был легок, почти как дерево, что было важно при полете.

   Взлетали почти с места, бесшумно, Корабли, хорошо от центрованные, не раскачивались даже при перемещении внутри них пассажиров. Рейнделл не утерпел, тихо, под оханье остальных поднялся по лестнице и выглянул наружу. И ахнул. Они летели. Далеко под ними расстилался океан,  сверху светило солнце, равномерно взмахивали крыльями драконы, попарно несшие каждый корабль, подвешенный на каком-то креплении, проходящим через странный брус на палубе.  Страха юноша не испытал, только восторг.  И чуть-чуть грустной зависти. Ему никогда не подняться в небо, не испытать восторга полета. Удел человека – только болтаться балластом в трюме, или в какой-нибудь корзине в лапах могучего существа.  Так же тихо спустился вниз.

- Ну что? – с нетерпением спросил Джинджер, сын графа Гиренского, дальнего родственника отца. 

- Что, что, летим! Я же говорил, нас несут драконы,  можете посмотреть, а то вы мне не верили, когда я рассказывал! Только не орите и не мечетесь от страха, а то раскачаете эту посудину!

Джинджер и еще один парень, сын мельника здоровый детина, высунулись наружу. Охнули, быстро скатились обратно.

- Д-действительно, летим! На драконах! Кому рассказать – не поверят!

- Да, каждый корабль несут два дракона, и еще  два летят отдельно: белый с золотом и коричневый.

- Не может быть! – По очереди все взбирались на верхнюю ступеньку лестницы о оглядывались вокруг. День тянулся медленно, но вот уже стал ближе вечер, драконы, видимо, все же устали, крыльями взмахивали медленнее, но летели. И вот на горизонте появились очертания далеких гор. Несущие корабли драконы оживились, стали махать крыльями энергичнее, чувствуя конец трудного пути. Берег приближался, караван поднялся чуть выше, перелетая горы, повеяло прохладой, и вот, наконец, снижение,  Летящий караван окружило несколько драконов разных расцветок, они как бы сопровождали их почетным эскортом.

- «Не нас, - подумал Рей, - королеву! Драконы плавно снижались,  и вот, корабли коснулись днищем воды. Приводнились в огромном озере, соединявшимся каналом с океаном. Там стояло еще несколько кораблей, похожих на тот, что нес их. Драконы отстегнули постромки, подтянули корабли ближе к многочисленным каменным пирсам, выходящим к середине озера, там канаты подхватили уже люди, пришвартовали, солдаты, прятавшиеся в каютах вышли наружу и пригласили «дань» сойти на берег.   Опасливо озираясь парни сошли. Ни одного дракона не было видно, только люди. Рей понял: обратились.  Тут же стояли столы, за ними угощались, видимо, уставшие перевозчики. Рядом с некоторыми сидели женщины и на них  висли дети. Все как у людей: уставшие моряки вернулись в родной порт, семьи их приветствуют.  Молодым людям поесть не предложили, сказали потерпеть до города. Подали повозки, запряженные обычными лошадьми усадили, повезли. Рей потихоньку смотрел в окно. Обычный сельский пейзаж, дорога ровная, повозка движется плавно, без толчков. Близость города чувствуется, дорога оживленная, домики сельского типа сменяются особняками в два-три этажа, все с плоскими крышами, и это единственное их отличие от Нимезии.

- Посадочные площадки – вслух подумал он, - что бы землю не занимать!

  В город не въезжали, не доезжая ворот, свернули на небольшую дорожку, проехали еще с полчаса, и перед ними раскинулся красивый дворец, окруженный парком.

- Летняя резиденция Ее Величества, - прокомментировал возничий, - вы будете жить здесь, здесь же будет проходить отбор.  Все, приехали. - Повозка остановилась. Вышли во двор. На ступеньки поднялся уже знакомый вельможа.

- Я граф Диоминий Лекгорф, глава комиссии по отбору. Сейчас вас проводят в комнаты, вы можете помыться, поесть и сегодня отдыхать.  Слишком молодые уедут в Гимназиум для дани, их будут учить. Старшие  останутся здесь, их осмотрят наши лекари, нуждающимся назначат лечение, они будут жить в отдельном павильоне. Вы же все будете учить наш язык, те, которые неграмотны, научим читать и писать. Так же будете изучать устройство и историю драконьего государства. Отбор начнется через три месяца. Не нервничайте, никаких сложных конкурсов не будет.  Завтра я расскажу о порядке проведения отбора и его особенностях. А теперь, приятного отдыха!

  Четверо расторопных слуг провели их в предназначенное им крыло. Перед этим простились с «молодежью», которых направляли в какой-то Гимназиум, учиться. Молодые слегка паниковали, просили навещать их, если позволят, желали, что бы их выбрали самые – самые красивые девушки. Комнаты были небольшие, но обставлены хорошо, на уровне, и, что немаловажно, к каждой примыкала отдельная уборная с ванной, так что не надо было мыться в спешке у всех на виду. Гардеробной, правда, не было, ее заменял большой шкаф для одежды. Слуга предложил показать, как пользоваться ванной. Рей хотел возмутиться, но оказалось, что зря. Воду таскать ведрами, как у них во дворце не надо было, она сама текла, стоило только повернуть нужный вентиль. Горячая в одном, холодная в другом, а из общего крана текла такая, как подобрал. Вымыться после долгого пути до порта, потом на корабле, потом по воздуху и снова в повозке было необходимо. Переоделся во взятые с собой вещи, еще раз осмотрел комнату, сложил грязное белье на тумбочку в ванной и стал ждать, что дальше. Пригласили на ужин. Их общие покои выходили в большую гостиную, откуда был вход в столовую. Как пояснил провожавший слуга, после трапезы стол убирали и за ним и проходили уроки языка. Ужин был вкусным, пить чай решили перейти в гостиную. Начали знакомиться. Столичные все друг друга знали, или, по крайней мере, видели аристократов во время праздников, запомнили лица. Поэтому все косились на Рейнделла, но ничего пока не говорили.  Но во время знакомства с остальными, в гостиной произошел инцидент. Устроил его какой-то студент провинциального университета из самой дальней провинции, недаром славящегося слишком вольными взглядами, как преподавателей, так и студентов. После взаимного представления, на котором Рей назвался сокращенным именем, которым пользовался в Военной академии – не Рейнделл Оллинель, а просто Рей Нелл. Земляки понимающе покивали:  их группа была не единственной, были и из королевства Зария, и из Дельсоро, и из герцогства Амадант, родины его матери. Нечего иностранцам попусту пялиться на бывшего наследника престола Нимезии. Итак, все назвались, после чего этот длинный, прыщавый тип,  с уже наметившийся лысиной, ехидно высказался:

- Василь, гони свой ножик, проспорил!

- Чего я проспорил?- удивился Василь, родом из той же провинции, но учившийся в столице.

- А то, спрятал наш король своего сыночка, или откупил! Нет его среди нас! Нам, значит, за их проигрыш отдуваться, а он на дворцовых перинах почивать будет, девчонок портить! Лицемеры проклятые! Отдать себя за спасение Родины! Отдавать, так всех, а не выборочно! Ненавижу! И королька этого, и его отпрысков, лежебок, давно всех скинуть пора. Прогнила династия!

- Так вот же…- начал Василь, но его рот закрыла властная рука.

- Погоди,  сам отвечу! - вмешался в разговор Рей, - он спорил на твой нож, а ты на что?

- На его сумку. У него очень удобная поясная сумка, все мелочи можно сложить, не надо по карманам вечно искать!

- Хорошо, снимай сумку, отдавай, раз проспорил!

- С чего это? Я спорил, что наследника среди нас не будет, папочка сынка прикроет!

- Правильно, папенька, как ты выразился, не прикрыл, значит отдавай сумку.

- Если не прикрыл, тогда где же он? Ему больше 20-ти, а наши все здесь!

- Ребята, я даже не ожидал! Он не только короля не уважает, так еще и портретов королевской семьи не видал! Представьте меня, будьте добры!

- Идрин, из какой дыры ты вылез? Принц перед тобой, Рейнделл Оллинель собственной персоной, он просто в академии представлялся всем сокращенным именем, и здесь тоже. Не хочет настоящим светить! – Столичные одобрительно закивали.

Индрин со злостью сдернул сумку: Бери, выиграл!- и, надувшись, уселся в углу.

    На этом инцидент был исчерпан, а Рей пожалел, что не может связаться с отцом и предупредить, о гнезде крамолы в провинциальном городке. Хотя, может, удастся вновь увидеть королеву, тогда он попросит у нее передать весть отцу. Все же королева, должна понять опасность такого фрондерства! После этого все как-то быстро разошлись по комнатам, и слова Богу, от изучающих его с любопытством взглядов провинциалов у Рея начала уже чесаться кожа. Что-то будет дальше? Он лежал на удобной кровати, и пытался вновь анализировать разговор с ведьмой Агатой.  Почему она была уверена в том, что его судьба именно здесь, на этом материке? Что у него за дар, если, как она сказала, он может погубить его? Сплошные вопросы, никакого ответа.   Его проверяли на магию трижды, через неделю после рождения, в восемь лет, при объявлении наследником и присвоении титула кронпринца, если бы у него была магия, его отправили бы в закрытую академию, королем маг стать не мог. С ним бы не стали разговаривать остальные державы. Третий раз – уже в 18. Пусто! А ведьма говорила, что он силен, и что его дар может обуздать только какой-то священный огонь!  Одни загадки. Надо спать. Утром им расскажут, что за отбор и что их на нем ждет! Голова должна быть свежей.  Спать!