Раб Сатаны

Ад — место, куда попадают грешники после смерти, дабы испытать вечные «муки красных кругов ада».

Давным-давно правитель ада был свергнут со своего престола и жестоко убит своею же дочерью.

Ад стал для неё местом похоти, разврата и блядства. Когда прибывали грешники, она выбирала одного красивого, мускулистого, молчаливого и покорного. Всех остальных отправляли в темницу, где грозная стража избивала их плетью за грехи до скончания века.

Теперь она заняла место отца. И имя её — САТАНА. 

Дворец Сатаны находился на возвышенности. 

Вокруг дворца росли высокие деревья с чёрными листьями, напоминающими когти, которые терзали души, не находящие покоя. Скалистые утёсы, покрытые копотью и сажей, возвышались по краям долины, создавая мрачное впечатление безнадёжности и отчаяния. Повсюду раздавались крики и стоны, а иногда — зловещий смех, отражавшийся эхом в густых туманах, окутывавших местность.

Рядом со скалистой вершины протекала кровавая река из душ грешников, молящих о спасение. Тёмный дым клубился от тлеющих углей, поднимаясь ввысь к чёрному небу. Зловонный запах разносился по всей местности. От жаркого воздуха дышать было нечем. Дорожка из скелетов вела прямо к огромным, массивным дверям.
— Малик, приложи больше усилий! Что ты, как мямля!

                 «Сатана»
Сатана, восседающая на своём троне, сделанном из черепов, произнесла эти слова, обращаясь к своему слуге, который разминал ей плечи.

— Когда же появятся новые грешники? Это место становится похожим на кладбище. Скукотища сплошная.

Сатана спросила с надменностью в голосе, постукивая острыми красными ногтями по черепу.

— Госпожа, новые души прибудут сегодня, я непременно вам сообщу.

Слуга ответил и провёл пальцами по руке своей хозяйки, нежно массируя её огненную кожу.

— Прошу прощения, но что делать с тем грешником, его силы совсем иссякли после вашего совместного времяпровождения.

Сатана брезгливо поморщила носик, прикрыла глаза от удовольствия, которое она получала от массажа, и ответила:

— Тот грешник оказался слабым и неинтересным, он не смог меня развлечь. Я ошиблась в нём, он годился только для того, чтобы подавать и убирать. Отдай его Церберу, пусть хотя бы этот пёс полакомится.
— Прекрасно, госпожа, я всё сделаю. Надеюсь, новая поставка вас порадует.

Не успела Сатана ответить, как в дверь громко постучали.

— Войдите, — произнесла она, не открывая глаз.

Двери тихо отворились, и в комнату вошёл Скелетон. Когда-то эти существа были людьми, обладавшими разумом и служившими Сатане в аду. Они жили вечно, но после смерти своего бывшего правителя Сатана решила сделать из них своих марионеток. Теперь у них не осталось ни ума, ни логики. Они делали только то, что им приказывали.
— Госпожа, позвольте мне обратиться к вам?

Сатана жестом дала понять, что согласна, и тогда скелет заговорил скрипучим, медлительным голосом:

— Прибыли новые грешники, они все заключены в темницу, страж уже начал причинять им боль. Они ждут вас.

Сатана открыла глаза, самодовольно улыбнулась и повела плечами, сбрасывая руки слуги Малика. Тот почтительно склонился перед ней, стоя позади её трона.

— Замечательно. Пришло время выбрать новую грешную душу для моих скучных, тоскливых дней моего правления.
Она величественно поднялась с трона и направилась к выходу. Проходя мимо Скелетона, существо склонилось в глубоком поклоне.

Слуга последовал за своей госпожой. Они прошли по коридору и оказались в туннеле. Стражники открыли двери, и Сатана начала спускаться по винтовой лестнице вглубь земли.

Жара, исходящая из недр адских земель, плавила стены и кирпичный пол, по которому стекала огненная лава. Слуга открыл двери перед своей госпожой, и они вошли в темницу.

Крики грешников, молящих о спасении, раздавались отовсюду. Эти жалобные, плачевные и ущербные голоса раздражали Сатану.
— Как же вы все ничтожны, — произнесла она, окидывая взглядом грешников, томящихся за решётками. — Вы заслужили свою участь, и теперь вас ждёт огонь преисподней.

Она говорила повелительным тоном, а затем, усмехнувшись, продолжила свой путь.

«Чуть не испортили мне настроение, жалкие людишки», — подумала она.

Когда она подошла ближе к камере пыток, послышались звуки ударов плетьми. Кто-то стонал от боли, кто-то плакал, кто-то, как обычно, проклинал её. А кто-то просто молчал, стойко принимая удары.

Хозяйка ада остановилась на пороге камеры, и страж на мгновение прекратил свои действия.
— Госпожа, — произнёс страж, отложив плеть из цепей. Он опустился на одно колено и склонил голову.

Сатана обвела взглядом присутствующих грешников, их было десять. Пять женщин примерно 30–40 лет не вызвали у неё интереса. Но вот на пятерых мужчин она обратила особое внимание.
Они висели, словно свежие куски мяса, их руки были скованы цепями, которые были прикреплены к потолку. Их спины были покрыты ранами, из которых сочилась свежая кровь, у некоторых были видны рёбра, оставшиеся после сильных ударов стражи.

Сатана медленно проходила мимо висящих мужчин, и ни один из них не вызывал у неё ни интереса, ни удовольствия.

«Какой некачественный товар, даже выбирать не из чего», — подумала она.

Наконец, она подошла к последнему из них — голубоглазому брюнету с небольшой щетиной. Его мускулистое тело было покрыто татуировками. Этот голубоглазый грешник был единственным, кто не плакал в этой камере. Он смотрел на повелительницу ада в упор, и от этого взгляда у Сатаны по всему телу побежали мурашки. Её и без того пылающее тело охватило огнём.
«Что-то новенькое, первый раз кто-то смотрит мне в глаза. И не пускает сопли, как размазня.»

Она сделала шаг вперёд, её глаза блестели, словно отражая пламя. Её прикосновение не было нежным, в нём ощущалась стальная решимость. Подняв его подбородок, она заставила его взгляд встретиться с её собственным. В её глазах не было ни жалости, ни снисхождения, только холодное любопытство. Она изучала его лицо, поворачивая голову из стороны в сторону, словно скульптор, оценивающий свою работу.

— Приведи его в мои покои, — приказала она, не отводя глаз от мужчины. Её голос был низким, с вкрадчивыми нотками, от которых по спине пробежал холодок.

Голова Сайруса, грешника, раскалывалась на части, и он не мог вспомнить, что произошло. Его тело было слабым и не слушалось. Он чувствовал, как его тянут по твёрдой и горячей поверхности, а спина горела огнём. Рядом слышались крики и разговоры.

Когда Сайрус попытался открыть глаза, он увидел, что находится в туннеле, где было очень жарко, а на полу текла огненная река.

             «Сайрус»
— Где я? Кто вы? Куда вы меня ведёте? — с трудом проговорил он, оглядываясь по сторонам. Он увидел, что он не один. В туннеле было ещё девять человек.
Мужчина в чёрном балахоне возвышался над Сайрусом, его силуэт казался частью мрачной, безликой пустоты. Длинный плащ развевался на ветру, которого здесь не было, а единственный глаз, горящий холодным светом, не мигал, будто проникая в самую глубину души.

— Приветствую тебя в преисподней, — голос мужчины был ровным, лишённым эмоций, но от него веяло холодом, который пробирал до костей. — Отныне это твоё пристанище, грешник.

— Ты что, издеваешься? Какой ещё ад? — пробормотал он, пытаясь сохранить остатки разума. Но тьма уже начала засасывать его сознание, и последние мысли растворились в бездне.

Мир вокруг исчез, и Сайрус рухнул в небытие.
Мужчина очнулся от резкого и болезненного удара по спине. Боль пронзила его тело, заставив стиснуть зубы и глухо застонать. Он попытался понять, что происходит, но сознание ещё не полностью вернулось к нему.

Он медленно осмотрелся. Вокруг царил хаос: стены были покрыты кровью, а воздух пропитан запахом страха и отчаяния. В центре этого кошмара он увидел себя и других людей, подвешенных на цепях. Их крики были настолько душераздирающими, что он не мог не дёрнуться.

— Кто вы такие?! — выкрикнул он, стараясь перекричать шум. — Что вы с нами делаете?!

Его голос дрожал от ярости и ужаса, но он не собирался молчать. Он не знал, что происходит, но был готов бороться до конца.
Страж нанёс сильный удар по спине Сайруса и заговорил с яростью в голосе:

— Молчать! Вам здесь не дозволено говорить. Вы все грешники, и только наша госпожа решит вашу судьбу.

Страж поднял руку и нанёс ещё один удар, полный ярости и жестокости.

— Ммм… Мерзавец! Сними с меня эти цепи, или я тебя в фарш превращу, одноглазый урод!

Мужчина начал яростно сопротивляться и кричать, но страж продолжал наносить удары всем грешникам.
— Пожалуйста, тише, — прозвучал едва слышный голос девушки, которая висела рядом. Она просила Сайруса говорить как можно тише и не разговаривать со стражем.

— Где мы? — спросил Сайрус, стараясь говорить как можно тише и сжимая зубы от боли.

— Мы в аду, — ответила девушка. — Нам предстоит пройти «семь кругов ада». Делай, что тебе говорят, и не вступай в разговоры без разрешения.
Сайрус бросил взгляд на девушку. Он закрыл глаза и попытался восстановить в памяти последние мгновения своей жизни.

«Ну же, вспоминай, дружище, — яростно сказал он себе. — Ты должен вспомнить хоть что-нибудь из своей жизни».

В голове мужчины была пустота, вся его жизнь будто исчезла из памяти. Он не помнил ничего, кроме своего имени.
— Почему я не могу ничего вспомнить? Только своё имя.

Девушка бросила взгляд на дверь камеры, затем на охранников и тихо произнесла:

— Это нормально. Ты ведь умер, и твоя память стёрта, чтобы ты не был связан с миром живых.

— Откуда ты это знаешь? За что ты здесь?

На глазах девушки появились слёзы, она задрожала и глубоко вздохнула.

— Я совершила проступок перед своей хозяйкой, украв у неё кое-что ценное. И она, убив меня, отправила меня сюда.

Сайрус посмотрел на девушку, вспомнив, что она говорила о том, что память стирается после попадания сюда.
«Странная особа, говорила одно, а сейчас другое.» — подумал Сайрус, глядя на девушку.
Стража яростно закричала, заглушая все звуки вокруг:  

— Замолчите! Не смейте говорить ни слова, ничтожные людишки!  

Его голос эхом разнёсся по грязному, пыльному, раскалённому помещению, где кровь смешивалась с пылью. Каждый удар плети оставлял на телах грешников алые полосы, заставляя их корчиться от боли.  

И вдруг, в этом хаосе, раздался глухой, но решительный стук каблуков. Он был настолько неожиданным, что стража замерла, а грешники на мгновение перестали кричать.  
В комнату вошла девушка с ярко-красными глазами, пышной грудью. На ней было надето короткое платье из тонкой, полупрозрачной ткани. Она не носила нижнего белья, ведь в аду всегда было жарко.

Страж склонился перед ней и опустил голову, а женщина, которая стояла рядом с Сайрусом, едва слышно прошептала:

— Это она, владычица ада. САТАНА.
Госпожа медленно скользила мимо грешников, её взгляд проникал в самую глубину их душ. Когда она подошла к Сайрусу, тот не дрогнул, не отвел глаз. Его лицо было спокойным, но в этом спокойствии читалась непоколебимая решимость.
«Сатана меня побери. Если это действительно ад, то это лучшее место на земле», — с ухмылкой пробормотал мужчина, глядя на демоницу. Его взгляд был полон циничного восхищения нескрываемого желания.
Грешника охватил озноб, в комнате стало так жарко, что стены начали краснеть и испускать дым.

Сатана смотрела на него испепеляющим взглядом, и Сайрус почувствовал, как каждый его мускул напрягся, а в горле пересохло.
Сатана приподняла подбородок Сайруса на уровень своих глаз, стала крутить его лицо из стороны в сторону. А затем, не отрываясь от мужчины, скомандовала:

— Приведи его в мои покои.

Отпустив мужчину, она покинула темницу. Стража начала снимать с Сайруса цепи, руки страшно ныли и болели, но он почти не чувствовал этого, ведь он смотрел в уходящую спину повелительницы.

«Вот уж действительно адское местечко.» — мысленно сказал сам себе грешник, облизывая пересохшие губы.
«Что она задумала? Почему выбрала именно меня? Нужно использовать любой шанс, чтобы разобраться почему я здесь и, возможно, попытаться выбраться отсюда».
Когда его наконец освободили, он последовал за скелетоном.

Войдя в камеру, он услышал голос той самой девушки, которая с ним говорила. Её голос был полон тревоги:

— Делай то, что она говорит, соглашайся на всё, что она просит, и тогда она проявит к тебе милосердие. Но если ты не подчинишься, то будешь гореть в адском пламени.

Сайрус не обратил внимания на плачущую девушку и услышал, как её снова ударили плетью. Она закричала от боли:

— А-а-а-а! Прошу, Сатана, пощади! Я больше не буду воровать, клянусь Люцифером!

«Спасибо за совет, но я сам решу, как себя вести», — подумал голубоглазый брюнет.
Сайрус шёл по мрачным подземным коридорам, стены которых были увешаны черепами. Они зловеще блестели в тусклом свете факела, создавая атмосферу ужаса. Вдруг он услышал тихий, едва уловимый шёпот, будто кто-то шептал прямо ему в ухо: «Спасите… Помогите…»  

Сайрус замер, прислушиваясь. Шёпот становился всё громче, но слова звучали неразборчиво, как будто говорили на незнакомом языке. Он огляделся, но вокруг не было ни души, кроме него и стражника. 

Внезапно черепа начали двигаться. Их пустые глазницы ожили, и они медленно повернули головы в сторону Сайруса. Один из черепов произнёс:
«Не ходи туда, она тебя погубит…»  

Голос был холодным и безжизненным, но от него по спине пробежал ледяной озноб. Сайрус почувствовал, как сердце сжалось от страха.  

«Жуть какая … Такое чувство, что это всё — просто спектакль. Только вот…» — прошептал он, пытаясь успокоить себя.  

Он оглянулся через правое плечо и увидел на своей спине свежие следы крови от ударов. Они были красными и влажными от крови. Сайрус понял, что это не иллюзия.  

«Это совсем не похоже на представление», — тихо сказал он, чувствуя, как его охватывает паника.
Скелетон медленно произнёс, его голос был глухим и надломленным, словно слова давались ему с трудом:  

— Это души тех, кто осмелился не подчиниться воле САТАНЫ.  

Его движения были неуклюжими — хромота делала каждый шаг мучительным. Несмотря на это, он старался идти быстро, но боль в костях и суставах не давала ему расслабиться.  

Когда они наконец выбрались из мрачного туннеля, перед ними открылся огромный зал, освещённый тусклым, зловещим светом. Стены были покрыты странными символами, а воздух казался густым и тяжёлым, словно пропитанным древним злом.  

Скелетон повернул налево, его костлявые пальцы нервно сжимали перила. Они начали подниматься по скрипучей лестнице, каждый шаг эхом отдавался в стенах. Наконец, они остановились перед массивной дверью, покрытой странными узорами и рунами.  

На мгновение он замер, словно пытаясь собраться с духом, а затем медленно потянул за ручку. Дверь со скрипом открылась, и он вошёл внутрь.
Когда Сайрус переступил порог, массивные двери закрылись за ним. Он оказался в просторной комнате, окрашенной в красный цвет. Прямо перед ним стояла широкая кровать, на которой лежала Сатана.

На ней были длинные белые чулки и белый пеньюар, которые едва прикрывали её тело.

Сатана хитро улыбнулась, неспешно поднялась с кровати и медленно приблизилась к Сайрусу. В её глазах читалась уверенность и власть, а каждое её движение было наполнено грацией и соблазном. Сайрус почувствовал, как по его телу пробежала дрожь.

— Добро пожаловать, Сайрус, — произнесла она глубоким и проникновенным голосом. — Я ждала тебя.
Она остановилась в шаге от него, её тёмные глаза, полные нечеловеческой глубины, изучали его лицо.

С лёгкой, но пугающей улыбкой она подняла руку и коснулась его подбородка. Пальцы были горячими, как огонь, но её прикосновение было неожиданно нежным. Она слегка приподняла его голову, заставляя посмотреть ей прямо в глаза.

— Ты уже понял, — произнесла она своим глубоким, бархатистым голосом, в котором звучала странная смесь угрозы и сладости, — что ты умер. И теперь ты здесь, в моих владениях.
От её сексульного, порочного голоса, Сайрусу показалось, что его сердце забилось быстрее, а пульс зашкаливал. Он чувствовал, как кровь приливает к вискам, а дыхание становится прерывистым.  

— У тебя есть выбор, Сайрус, — её голос звучал мягко, но в нём сквозила угроза. — Первый вариант: ты становишься моим рабом. Выполняешь все мои желания, без вопросов и возражений.  
Она отпустила его лицо, которое только что держала в своих руках, и обошла его сзади. Её горячие пальцы скользнули по его плечам, вызывая дрожь по всему телу. Сайрус почувствовал, как его мышцы напрягаются, а разум начинает затуманиваться.  
— А второй вариант?

Проговорил мужчина, не дожидаясь разрешения говорить.

Сатана усмехнулась, прошлась руками по спине Сайруса, где раны от удара цепей стали мигом заживать. Она наклонилась к его уху и развратно прошептала, посылая волну возбуждения своему новому рабу. Она продолжила:  

— Второй вариант: ты можешь отказаться.
Повелительница обошла Сайруса, коснулась его массивной, рельефной груди острыми коготками и пошла обратно на кровать.

— Ты отправишься в темницу, где тебя ждут адские, бесконечные муки. Я бы на твоём месте выбрала бы первый вариант.
Она соблазнительно расположилась в центре мягкой кровати, оперевшись спиной на подушку, слегка раздвинув ноги. Её руки медленно скользнули по плечам, подчёркивая изящество её движений. Лёгкая улыбка играла на её губах, когда она посмотрела на Сайруса.
Её манящий взгляд, казалось, проникал в самую душу, а изящный жест — призыв пальцем — не оставлял сомнений в её намерениях.
— Выбор за тобой… Вечное рабство или муки?

Сайрус сохранял невозмутимость, но внутри у него всё сжалось от предвкушение. Он сглотнул комок в горле и усмехнулся про себя, глядя на Сатану.

«Значит, раб, говоришь… — подумал Сайрус. — Если я действительно умер, то почему бы не насладиться этим?»

Он слегка приподнял уголок губ, и его лицо озарила хитрая улыбка. Он посмотрел на Сатану и произнёс в своих мыслях:

«Да прибудет с тобой сила ада, Сатана. Я приму твоё предложение. Знай, я найду способ использовать это в своих интересах.»