Райшаария

Действительность такая, какая она есть, не интересна никому. Почему? Да потому, что мы в ней живём! И, наверное, многие стараются изменить или как-то приукрасить, разнообразить свои серые, скучные, монотонные будни. И у каждого свой, не знаю, метод, или там ещё что-то. Вот что вы делаете, чтобы отвлечься? Кино? Бар? Караоке? Спортзал? Правильно. Каждому своё. И, если для кого-то провести ночь в баре, сорвав при этом голос, это «вау!», то лично для меня это настоящая катастрофа. Ну да, можно всё спихнуть на возраст, но в свои... Так, стоп! Возраст для женщины — это папка, если не с грифом «совершенно секретно», то точно с надписью: «информация не доступна», или «доступ заблокирован». Да. Увы. Не все могут похвастаться тем, что имеют. Хотя. Если перевалит за порог девяноста, то возможно. Но я пока не уверена. Посмотрим.

Из того, что есть, скажу, что я обычная женщина, замужем, имею двоих детей, собаку и волнистого попугая. Каждый мой день состоит из цифр, папок, отчётов на работе; уроков, уборки, кухни — дома. Наверное, у половины женского населения распределение суточного времени примерно такое же. Может, с небольшой разницей. И поэтому в один прекрасный день наступает момент, когда у тебя уже нет ни терпения, ни сил, ни желания что-либо делать. И я была уже на грани этого мига. Всё! Это предел!

После окончания рабочего дня ты волочишь остатки того, что от тебя осталось домой, чтобы включить режим номер два и «нести ответственность за то, о чём так мечтала в молодости». Да, да. Я тоже как и многие хотела выйти замуж, иметь семью, детей, и собаку, в придачу с волнистым попугаем. Хотя про попугая не помню. Мне срочно была нужна перезагрузка. Я устала. Нет. Не так!

Я УС-ТА-ЛА!

И поскольку сбежать от своих проблем, чтобы расслабиться, просто не могло быть и речи, я безрезультатно думала о том, что же такое придумать, чтобы хоть немножко дать себе любимой заряд бодрости. Но ничего умного в голову так и не пришло. Поэтому планы на вечер: приготовить ужин, проверить уроки у дочери, принять душ и доползти до дивана.

Сегодня муж отводил Эльку на танцы. Так что, можно сказать, это уже почти праздник. А если ещё и сын погуляет с собакой, а не сбежит по особо важным делам, которые почему-то начинаются именно вечером, то, вообще, наступит вселенское счастье. На самый краткий миг в жизни, который называется сон. Даже не отдых, а так — передышка.

Но, слава богам, я всё-таки вытянула свои ножки, упав рядом с мужем. Юра обычно перед сном всегда читал. Не знаю, может, он так «выходил из реальности», у меня на чтение просто не оставалось сил. И поэтому я обычно некоторое время пялилась в планшет мужа, пристроившись у того на плече. Иногда даже успевала прочитать несколько страничек, пока не засыпала.

Юрик ужасно любил фэнтези. Обычно сюжеты все сводились к тому, что герой попадал в другой мир и становился там супер, пупер, мега крутым во всём, к чему бы ни прикасался. Начиная от махания мечом и магией до отношений с противоположным полом. И, что самое удивительное, что все особи женского вида, увидев этого героя, напрочь забывали о том, что в их мире тоже существовали мужчины, и как э-э… короче, липли только к нему.

Наверное, мужчинам всегда нравилось такое внимание и в таком количестве, и почему бы его не получить хотя бы в книге? Или у автора просто комплекс неполноценности? Я не знаю. Просто интересно, а почему герои всегда мужчины? А женщины? Что только любовный роман и всё? А потом «жили они долго и счастливо», стоя возле плиты и утюжа пелёнки? М-да... Хотя, наверное, ни одна здравомыслящая женщина не повесит на себя двух или трех мужей. А ведь в последний раз девушек, на которых женился герой, было четыре! Мне лично хватает одного мужа, двух детей, собаки и попугая.

А вот интересно, чтобы делала я, попав в какой-нибудь другой мир? Наверное, завалилась на травку и спала бы, спала...

Я летела. Летела и всё. Не знаю, как описать, но не так, как летят птицы, махая крыльями. И не в самолёте, потому что кожей ощущала приятное дуновение ветерка и прохладу. И потом, я не чувствовала движения ни рук, ни ног. Ничего. Просто полёт.

Я поднялась выше, и поверхность земли осталась далеко внизу. Но видела я всё прекрасно и далеко! Интересно, а как с меня не спадают очки?

И тут до меня дошло, что их нет, потому что я снимаю их перед сном. Или муж, если я засыпаю в очках. Линзы я надевала крайне редко, только в отпуске или в выходные. От постоянной работы за компьютером от линз у меня уставали глаза. Значит, я уснула и лечу. Это сумасшедший восторг!

Я решила, что нужно спуститься ниже. Даже дух захватило! Это неописуемо! Свобода, лёгкость. И я при своём весе в... Так, это ещё один пункт «секретно». Скажу только, что килограммов пять, а лучше семь скинуть не мешало бы. В общем, свой вес я не ощущала. Поэтому я летала туда-сюда, вверх-вниз потому, что время всё-таки ограничено пунктуальностью будильника.

Налетавшись вволю, я захотела посмотреть, а что же там внизу, и начала спускаться. Страха не было, только любопытство.

Прямо подо мной расстилалась равнина, покрытая такой чистой зеленью, которая бывает только на полотнах художников. Впереди тянулась голубая полоска какой-то речки. Ни мегаполисов, ни строений – ничего, что указывало бы на присутствие человека. Даже никаких животных на земле я не видела. И вот это немного странно.

Я пролетела дальше, чтобы найти какое-нибудь живое существо. Никого! Увидев небольшое возвышение, решила «приземлиться». Я сидела на мягкой траве, шелковистой на ощупь. Вздохнула полной грудью. Воздух был чист, свеж, пахло зеленью, но не так, как пахнет свежескошенная трава. А как-то по-особому.

Не знаю, сколько времени я сидела, обхватив колени, просто наслаждалась этой свободой, и не сразу заметила тень, упавшую на поляну. Судя по размаху крыльев, птица была просто огромной. Но мне было лень поднимать голову и смотреть на неё. Я знала, что скоро зазвенит будильник, и я вернусь в свою ограниченную стенами квартиру. Поэтому я просто смотрела и впитывала в себя этот сон.

Птица, сделав круг надо мной, стала снижаться и приземлилась очень близко. Так, что ощущала её присутствие. Мы просто сидели рядом. Я и эта птица.

«Тебя я раньше здесь не видела», – услышала я в своей голове.
Именно так! Я не слышала голоса, никакого звука. Этот голос звучал у меня в голове! Он был приятный и женский...
«Я здесь первый раз», – подумала я про себя. – «Здесь так хорошо и красиво».
«Полетаем»? – снова зазвучало в голове.
И мы полетели вдвоём. Я и эта странная птица, на которую я так и не посмотрела. Я просто видела тень от её огромных крыльев и чувствовала её рядом...

Я проснулась. Я часто и прерывисто дышала словно после пробежки. Кинув взгляд на телефон, немного опешила: половина пятого утра. Так рано меня даже пушкой было не поднять. Я снова закрыла глаза, пытаясь уснуть. Но сон прошёл. И более того! Мне совсем не хотелось лежать в постели, а появилась необыкновенная жажда деятельности.
Я посмотрела на спящего мужа. Интересно, как там его герой справляется со своими дамами? 
«А, – отмахнулась, – ну его. Сам виноват!»
Я умылась, приняла душ и, стоя на кухне в пять утра, гадала, что же мне делать? Обычно я с сумасшедшей скоростью готовила завтрак, заплетала дочку в школу, собиралась сама и не знала, за что нужно схватиться, чтобы ничего не забыть и всё успеть. А тут? Стою и думаю с чего начать.
На кухню вяло приплёлся пёс. Каждое утро он путался у всех под ногами, пока муж не выводил его на прогулку. Грей. Так дети назвали это лопоухое создание с рыжими пятнышками на носу, похожими на веснушки. Ничего «серого» в нём не было, но Грей, значит, Грей. И я решила, что сначала выйду погулять с собакой, а дальше видно будет.
Я уже оделась и в коридоре позвала пса, который опять залез в свой лежак.
– Грей, ты идёшь?
Пёс, услышав, что его позвали, медленно вылез и подошёл ко мне.
– Пошли гулять, долго тебя ещё ждать? – проворчала шёпотом, чтобы никого не разбудить.
Грей смотрел на меня, и по его взгляду можно было прочитать: «Хозяйка, ты что, с дуба рухнула? Ты время видела? Сама не спишь, ещё и меня на улицу тянешь! Там же холодно!»
– Гулять! Вперёд! – скомандовала я, и бедолаге ничего не оставалось, как плестись за мной, поджав хвост, точнее то, что от него осталось. Хвост был купирован.
Мы вышли на улицу. Для декабря, я бы сказала, не так уж и холодно. Но Грей, видимо, думал по-другому, потому что всё время косился в мою сторону. Наверное, не знал, что я ещё выкину.
Было тихо, светло настолько, насколько бывает светло зимними ночами, и шёл небольшой снежок. А так как мы первые, кто сегодня вышел из подъезда, то никаких следов не было.
Я отпустила собаку и любовалась торжественной красотой этого необычного утра. Снег искрился в свете фонарей и переливался. Пёс тёрся возле моих ног, не решаясь отойти.
– Пошли, – сказала я ему, но радости в собачьих глазах я не заметила.
Всё-таки когда ты никуда не торопишься, то всё кажется таким ярким и загадочным. А ведь мы часто, порой и вовсе, не замечаем этого. На это просто не хватает времени. Остановиться и посмотреть, как чудесен этот мир. 
Я стояла, задрав голову кверху, и смотрела, как на меня падают миллиарды снежинок. Это величественно! Они медленно, не суетясь, совершали свой путь от неба до земли, не толкая друг друга и не спеша. Странно. Мне показалось, что снежинки похожи на людей, которые тоже проходят свой путь. Вот только разница была огромной. Может, всё-таки не нужно ускорять свой темп, а стоит насладиться жизнью, пока ты летишь к земле? Или наоборот.
Я запуталась. Пёс подбежал ко мне и вывел из этого состояния непонимания бытия.
День пролетел быстро. И оказывается, если не отвлекаться на посторонние мысли типа: «что купить в магазине», «что приготовить на ужин», который я успела приготовить утром, и тому подобное, то работа движется намного быстрее. Незаметно для себя я закрыла отчёт, который должна была сдать в пятницу. А ещё только среда! Чудеса.
С нетерпением поглядывала на часы. Не скажу, что мне очень хотелось спать. Нет. Просто мне так хотелось снова почувствовать свободу неба и себя. Знаю, звучит ужасно глупо. Но вдруг я снова встречусь с той птицей, на которую так и не посмотрела?

***

Я снова летела! Боже! У меня получилось! Как же я была этому рада!

Я помнила о той птице, но её нигде не было видно. Вроде бы и равнина та же, и речка, но – никого. Жаль, конечно. Всё-таки моё женское любопытство начало страдать.

Я снова опустилась на то же место, где сидела вчера. Приблизительно на то. Я немного устала и чувствовала, что с непривычки уж многовато на сегодня летала. Дорвалась, как говорится, до бесплатного. Сидела и наслаждалась красотой, свободой – всем, чего мне так не хватало в своей жизни, и не сразу заметила тень, летящую по небу. Было ощущение, что я задремала. Это надо же, задремать во сне!

Её я почувствовала, когда птица села рядом. То, что это она, я нисколько не сомневалась. Я помнила, как жалела, что вчера не посмотрела на неё, и медленно повернула голову... Рядом со мной сидела, точнее сидел, ни больше ни меньше как самый обыкновенный дракон. Я уставилась на него, не в силах оторвать своего взгляда. Нет, а что бы вы делали на моем месте?! Не каждый же день ты сидишь рядом с драконом!

Он был красив. Даже не знаю, как это выразить словами. Не очень большой. Рядом со мной он был всего лишь на голову выше. Изумрудного цвета с жёлто-синими переливами чешуя блестела на солнце. Он сидел, изящно выгнув спину (или хребет) и опирался на передние лапы. На голове красовались жёлтого цвета ушки или рожки. Вот не знаю я, что это! Крылья, тень которых я уже видела, на самом деле были не такими уж и огромными, или он просто так их сложил. И вообще, если судить по тому, как он сидел, то можно было подумать, что это особь женского пола. Уж очень изящным он был. И потом голос, который я вчера слышала, был же женский. О! Да это драконица!

«Наконец-то, додумалась», – прозвучало в моей голове.

«Что-о?! Ты разговариваешь?! Но как?!» – я онемела от шока.

Видимо, мой вид ясно об этом говорил, потому что драконица закатила глаза и закачала головой.

«Ну, точно! Женщина!» – убедилась я окончательно. Женщины, они везде женщины. В любом своём виде.

«Да, я – Райшаария», – снова прошелестело у меня в голове.

– Райша...ария, – неуверенно произнесла вслух, пробуя на вкус звучание необычного имени. – «Интересно, а как я, или она... Как мы понимаем друг друга?» – подумала, не отводя от драконицы взгляда.

Она снова закатила глаза.

«Ты хуже недоразвитого яйца!» – пронеслось у меня в голове.

«Что?!»

«Ты просто воспринимаешь мои мыслеобразы и обращаешь их в те слова, которые привычны твоему языку, вот и всё!» – объяснила мне.

Я просто сидела и хлопала ресницами, переваривая услышанное.

– Ты точно не яйцо? – Райшаария с жалостью смотрела на меня, серьёзно сомневаясь в моих умственных способностях, и уже явно жалея, что связалась с такой недотёпой, и я испугалась, что она просто возьмёт и улетит, оставив меня одну!

– Нет! То есть, да! – в общем, я окончательно запуталась. – Я – не яйцо, – постаралась произнести убедительно.

«Наверное, она имела в виду ребёнка», – предположила.

– Да, я именно об этом и думала, – согласилась Райшаария.

– Ты читаешь мои мысли?

– Драконы не умеют читать. Драконы умеют видеть!

– О, как?! Ты видишь мои мысли?

– Да. И это меня настораживает. Я предполагала, что ты более умна.

– Всё не так. Я немного растерялась, извини.

– Растерялась? Как можно растеряться?! – Она снова посмотрела на меня, стараясь понять по лицу.

Вот как объяснить дракону, точнее драконице, что я хотела этим сказать совсем не то, о чём она подумала? Надо было срочно исправлять ситуацию.

– Так. Я Ольга. Я уже взрослая женщина. Просто, я никогда не видела драконов, и, уж тем более, с ними не общалась. Поэтому мне трудно подобрать нужные слова.

Вот! Я молодец! Похвалила себя и облегчённо выдохнула. Очень трудно «правильно думать», когда все твои мысли видит дракон.

– Хвала небесам! Всё-таки более или менее разумна, – услышала я в ответ, как мне показалось, саркастически.

Ничего себе! Более или менее разумна! М-да... Вот бы никогда не подумала, что услышу о себе такое! Видно, высшего юридического и экономического маловато будет. Вот так вот! Век живи, век учись, а так и помрёшь «более или менее разумным».

В общем, мы подружились. Знаете, не каждый может похвастаться тем, что у него есть дракон! А я считала Райшаарию своей подругой. Я понимаю, что это звучит очень, по меньшей мере, странно. Но, тем не менее, это было так. Я могла рассказать ей свои секреты, не боясь, что она их выдаст. Я уже давно ни с кем не делилась своими мыслями, проблемами и всем тем, что так необходимо рассказать любой нормальной женщине.

Близкой подруги в реальной жизни у меня не было. Точнее, она раньше была, но потом... сплыла. Увы. Это очень некрасивая история. Я и так очень мало доверяла женщинам, а после неё совсем перестала. Вот не везло мне с подругами! Может, поэтому Райшаария оказалась девочкой, что я на подсознательном уровне просто хотела, чтобы у меня была настоящая подруга. Как у всех. Я не знаю. Но точно знаю, что не у всех есть подруга – драконица, и я была рада этой дружбе. Ну и пусть что только во сне. У каждого свои секреты!

Да, меня посещала мысль, что это не совсем нормально, что нужно обратиться к специалистам. Но! Учитывая, что других «отклонений» не было, а моя профессия аудитора не давала повода в этом сомневаться. На работе стало получаться всё проще и легче. Даже начальство хвалило, и коллеги, кстати дамы, спрашивали, как я стала всё успевать. На что я просто пожимала плечами и отвечала, что рано встаю, и рано ложусь спать. Точнее, наоборот.

Это было абсолютной правдой. Я действительно стала раньше ложиться спать, чтобы встретиться с Райшаарией. И каждое утро вставала в половину пятого, чувствуя себя выспавшейся и отдохнувшей. Пёс тоже привык к такому графику. А куда ему деваться?

Поэтому всё было просто замечательно.

До Нового года оставалось дней десять, когда муж сказал, что у него на работе будет корпоратив. Семейный. У них это была ежегодная традиция, но я почему-то каждый раз находила кучу причин, чтобы отказаться. Сама не понимаю почему. Все-таки чужие люди со своими общими интересами и проблемами. И тут ты. С боку припёку. В общем, я ни разу не ходила, а Юрик и не сильно расстраивался. А тут, не знаю, что на меня нашло, но я согласилась. Причём сразу же. Муж долго и внимательно на меня смотрел. Уж не представляю, что он ожидал, но его поведение меня насторожило. И теперь я точно не пропущу сие действо!

Всё дело в том, что за последнее время я изменилась. Ума не приложу, что на это повлияло. То ли то, что я «летала» во сне, то ли моё общение с Райшаарией, то ли всё вместе взятое. Я стала спокойнее, увереннее, и, что самое интересное, я похудела! Это я заметила, когда мои любимые брюки от костюма, начали на мне болтаться.

Когда я поделилась этим с Райшаарией, она фыркнула.

– А что ты хотела? Мы всё время не сидим на месте, а двигаемся. Вот и результат!

– Так мы просто летаем, – возразила я, – а на самом деле я ведь сплю!

Райшаария снова посмотрела на меня как на «недоразвитое яйцо».

– Вот как можно летать, если ты спишь? А? – она пристально смотрела на меня, ожидая ответа.

– Райшаария.... Понимаешь. Я летаю с тобой во сне, – попробовала я ей объяснить.

– Нет. Не понимаю. Ты сейчас спишь?

– Нет. То есть, да. То есть здесь – нет, а там – да.

Райшаария снова закатила глаза.

– Ты сама себя послушай. Полная бессмыслица.

– Я здесь не сплю. Мы с тобой разговариваем и летаем. А там, где я живу, в данный момент я сплю. Вот как-то так.

Райшаария закачала головой.

– Это ты так думаешь. А на самом деле всё немножко по-другому. Ты, когда ты думаешь, что засыпаешь, на самом деле просто переходишь сюда. Там остаётся только твоя оболочка.

– В смысле моё тело?

– Или тело, как тебе удобнее. Но самом деле это просто оболочка. А ты сама, то что ты есть по своей сути, ты не спишь, а сидишь здесь и хлопаешь ресницами.

Тут было от чего «захлопать ресницами». Я здесь, а тело там! А здесь тогда я что? Точнее, как я выгляжу?

И тут до меня дошло, что я так и не видела себя со стороны. То есть ощущать-то, я себя ощущаю, но видеть не вижу. Вот как-то так! Короче, я окончательно запуталась.

– А какая я здесь? – просила я Райшаарию.

– Очень глупая!

«Ну, это-то понятно! Куда уж мне!»

– На правду не обижаются, – заметила Райшаария.

Вот, чёрт! Я совсем забыла, что она видит мои мысли! Что там у классиков: будьте осторожны в своих желаниях? Ага! Берите шире! Будьте осторожны в своих мыслях! Это вернее. Как пить дать! И всё-таки мне не понятно, как я могу «переходить сюда»? Видимо, это было написано на моём лице, потому что Райшаария продолжила:

– Любое живое существо способно перемещаться между энергетическими оболочками вселенных, которые не только связаны между собой, но и пересекаются. Вот, к примеру, бабочка. Маленькое, красивое, по сути, безобидное создание, которое не может в силу своей физиологии, скажем, решать математические задачи. Но сама бабочка очень, очень желает добиться успеха в познании точных наук. И что ей делать? – Райшаария посмотрела на меня, ожидая ответа.

Я пожала плечами. Да, я ж откуда знаю?! Тут детей своих не заставишь математику решать, а про бабочку я даже и не думала.

– Вот! – продолжила драконица. – А бабочка в силу своего стремления к наукам пересекает энергетическую оболочку того мира, вселенной, реальности, как тебе удобнее, и находит себя уже в другом мире, где она может стать учёным, или просто математиком.

Я представила себе профессора университета, который преподавал нам математический анализ в виде Махаона в очках. М-да, уж.... Тот ещё видок!

Райшаария снова закатила глаза. Опять подглядела мои мысли! Да чтоб её!

– Вот ты, чтобы попасть сюда, что хотела?

– Просто выспаться, – я задумалась, – или отдохнуть.

– Вот! Именно поэтому, ты здесь. Посмотри! Здесь нет ничего, чтобы раздражало твою психику. Здесь простор, свежий воздух, свобода. Ото всего! Ты ведь этого желала?

– Ну, да, – я признала правоту в словах Райшаарии. Я уже говорила, что для кого-то отдых – это шумные компании и прочее. Но для меня место, где я оказалась, именно то, что доктор прописал! – Но ведь можно устроить себе такой отдых и на Земле?

– Ты уверена? – в словах, точнее, мыслеобразах Райшаарии сквозила усмешка.

– Да, можно, разумеется, уехать в какое-нибудь богом забытое захолустье, где нет интернета, связи, шума большого города, людей. Но...

– Но, – продолжила за меня драконица, – ты останешься со своими мыслями, начнёшь беспокоиться о детях, доме, родителях, о многом, на самом деле даже совсем не важном в данный момент. А это уже не отдых. Здесь у тебя этого нет, вот поэтому, ты здесь.

– А здесь, это где? – спросила я.

– Это место называется по-разному. Но оно предназначено для того, чтобы ты, или любое другое создание, поняло, что ему нужно и где.

– Не поняла. Что значит «где»? Я что могу остаться тут?!

– Тут, нет. Здесь ты получишь ответы, знания, информацию. А уже потом будешь выбирать место, где ты найдёшь себя.

Стало ещё запутанней. Какое место, если я живу на Земле, а мой дом, семья, дети, ещё собака и попугай – в России?!

– Всё верно, – продолжила Райшаария. –Ты, вернее твоя оболочка, в данный момент находится на Земле, в России. А твоя сущность, то что ты есть, находится в поисках себя, иначе бы ты не оказалась здесь. И как только ты поймёшь, что тебе нужно, ты уйдёшь. Это законы Мироздания.

Теперь мне стало страшно. Я всегда считала, что человек рождается, учится, работает, потом просто умирает. А оказывается, что он «уходит».

Мой мозг начал закипать. Получается, кто-то уснул; ему там, во сне, (я не могу ещё привыкнуть, что это другой мир) понравилось, он остался и продолжает радоваться жизни. А на Земле его родные рыдают и плачут о том, что его не стало?! Ничего себе законы Мироздания! А по-другому, что никак нельзя было придумать?! А если этот кто-то вдруг решил вернуться обратно, а его тела нет, тю-тю, его похоронили, и что тогда?! Так и мыкаться между мирами?! Я начала паниковать. А если и я не успею «проснуться»?

– Какие же вы всё-таки недалёкие, – вздохнула Райшаария. – Ты почти права. Почти. Ты успеешь «проснуться», как ты выражаешься. Даже если и пройдёт по твоим меркам много времени: месяц, год. Время течёт по-разному. Там у вас прошла ночь, а в другом месте пролетело тысячелетие. И каждый сам решает, где он будет. Если ты закончил все свои дела в этом мире, ты идёшь дальше. Вот и всё.

– Но ведь не все «уходят» во сне. Ведь случается, что человек расстаётся с жизнью внезапно. Авария, болезнь, несчастный случай. Это как объяснить? – не унималась я.

– Очень просто, – спокойно посмотрела на меня Райшаария. – Это значит, что ему срочно нужно быть в другом месте, там он нужнее.

– Это… это… Это просто пипец!!! – я не могла передать свои эмоции по-другому. Так обычно выражается Игорь, мой сын, да и Элька уже за ним повторяет.

Мы некоторое время сидели молча. Я пыталась упорядочить всю информацию, которая никак не укладывалась в привычные для меня рамки. Райшаария просто сидела рядом с закрытыми глазами, подставив лицо, точнее свою мордочку, солнечным лучам.

Получается, что люди, которые проходят специальное лечение, на самом деле просто «перепутали» реальности? И зачем тогда проводить похороны, если тот, кого хоронят, нашёл себе место лучше? Просто утилизировать оболочку? А горе близких? Хотя, ведь никто не смотрит на это под таким углом. Опять же, почему?

Я проснулась и лежала с открытыми глазами. Вставать пока не хотелось, в голове крутилось множество вопросов. Что, если это правда? А если мне снится кто-то знакомый, значит, мы в одном сне или мире? А если это незнакомый мне человек, то из какого мира он или она? Что, если я не готова ещё совсем перейти в другую реальность? А можно ли «навестить» близких или друзей там? Хотя ведь нам иногда снятся те, кого уже нет. Может, они так «приходят» снова в наш мир? А почему я никого не встретила кроме Райшаарии? Хотя, наверное, потому что это мои вопросы и желания, а у других они другие. А что делает Райшаария тогда здесь? И почему мы встретились...

Не знаю, сколько бы это продолжалась, но мой попугай разразился таким непередаваемым криком, словно его резали, потом жарили, и снова резали. Видимо, он упал с жёрдочки и, пытаясь вернуться на неё в темноте, бился об клетку, сотрясая воздух своими криками.

Тут же примчался пёс, и начал носиться туда-сюда, туда-сюда, словно говоря: «А! Паника! Спасите! Катастрофа! Его поймали!». Мне пришлось встать и включить свет, чтобы это орущее пернатое создание в клетке нашло жёрдочку и заткнулось, а пёс перестал носиться, как сумасшедший.

Наконец, тишина и спокойствие было восстановлено. Я заглянула в комнату к дочери. Элина спала, подперев щёчку кулачком, и чему-то улыбалась во сне. Интересно, что ей снится? Или она тоже где-то «гуляет» по мирам? Я поправила дочке одеяло и тихонько закрыла за собой дверь. Немного постояла у двери в комнату сына и всё-таки повернула ручку двери.

Игорь тоже спал, отвернувшись к стене. Или прикидывался спящим. Не знаю, что заставило меня пройти в комнату и опустить руку на процессор компьютера. Он был тёплый. Видимо, когда попугай разразился своими птичьими проклятиями, Игорь только тогда вылез из игры. Вот же ведь! Надо будет посмотреть его успеваемость, а то я как-то давно не заглядывала в его электронный дневник, проверяя только подготовку к урокам у Эльки.

Эти домашние мелочи вытеснили из моей головы все вопросы и догадки, и я занялась обычными делами, сделав себе пометку поговорить с Игорем.

***

Была суббота, и детей я будить не стала. Пусть поспят. У мужа тоже сегодня был выходной, и я очень удивилась, когда у него зазвенел будильник.

– Ты чего так рано? – спросила я.

– Надо, – буркнул себе под нос Юра и, выпив стакан воды, пошёл в ванную.

Вот те раз. Я-то думала, что мы сегодня поедем вместе за подарками к Новому году детям и родителям, и заодно я посмотрю себе платье. Не в деловом же костюме идти на корпоратив! Хоть бы предупредил!

Муж умылся, и пришёл завтракать.

– Может, всё-таки скажешь, что случилось? Я думала, мы поедем сегодня по магазинам, – начала я и заметила, как Юрик скривился.

Для меня тоже поход по магазинам – не самая лучшая перспектива провести выходной, но деваться-то некуда – традиции есть традиции!

– Я сегодня занят. Накопилось куча мелочей, которые надо было закрыть на этой неделе. Вернусь поздно.

Вот так вот! Занят, и всё. А предупредить не судьба?! Обидно, конечно. Но не смертельно. Не первый раз мне приходиться покупать самой подарки.

Всё это я говорить, конечно, не стала. Я уже давно поняла, что чем меньше упрёков, тем проще и легче. Да и я – не любительница закатывать сцены, тем более в субботу с самого утра. Конечно, с кем-нибудь было бы веселее, да и посоветоваться можно. Но близкой подруги у меня, увы, не было. А ехать с кем попало, я тоже не хотела. В конце концов, я – сильная девочка, сама справлюсь.

Допив свой чай в одиночестве (муж уже умчался), я стала планировать день, внося поправки в соответствии с текущими изменениями.

С походом по магазинам я справилась до обеда. Я надеялась, что с утра народу будет меньше. Ага! Как же! Видимо, половина города думала точно также. Но не суть. Подарки я купила. Даже Юрику.

Вот с этим у меня всегда были, не скажу, что проблемы, но затруднения. А тут повезло. Говорят же, что нет худа без добра. Наверное, это и компенсировало мне утро. Кстати, платье я тоже себе купила. Тёмно-синее. Обожаю этот цвет.

Тихонько открыла входную дверь, чтобы дети не выскочили в прихожую. Но эта собака! Чтоб его! Элька, услышав, что я пришла, вышла из своей комнаты.

– Привет, мам. Помочь?

– Привет. Нет, я сама. Лучше посмотри, чтобы твой брат не вышел.

Элина сморщила носик.

– Мам, он в своей игре. Можно сказать, что его дома нет.

– Ясно. А ты уроки сделала?

– Мам, сегодня суббота, если ты вдруг не в курсе, – протянула дочь.

Им на выходные домашнего задания не задавали пока. Да уж. Что-то я совсем запуталась во времени.

– Вот и хорошо. Я сейчас переоденусь, ладно? – улыбнулась я ей.

– Ага, и спрячешь подарки, – догадалась она.

– Ну, если вы, леди, так догадливы… То... Да. Спрячу! – я легонько щёлкнула её по носику. – Любопытной Варваре...

– Да, да, я знаю. На базаре нос оторвали, – вздохнула Элька и направилась в свою комнату.

Да, дети пошли сейчас развитые. За словом в карман не полезут. Я прошмыгнула в комнату и закрыла за собой дверь. Ну, и ладно. Убрав все подарки, я повесила на вешалку новое платье.

Я пока не решила, буду показывать его Юре, или сделаю сюрприз. Потом решу. Время ещё есть.

Вспомнив, что утром я собиралась посмотреть электронный дневник Игоря, пошла к нему в комнату. Открыв дверь, постояла на пороге детской комнаты. Естественно, сын никак не отреагировал на моё появление, поскольку сидел в наушниках и ничего не слышал. Мне ничего не оставалось, как подойти к нему самой. Я – не гора, и мне не сложно. Подошла к сыну и встала возле него, бросив взгляд на монитор. Элина не ошиблась. Игорь играл. Что, впрочем, меня несильно, озабочивало. Это была обычная ролевая онлайн-игра. А в том, что сын играет, ничего криминального я не видела. Не потому, что во время второго декрета сама имела неосторожность играть, правда, в другую. Но, лично по мне, пусть будет ММОРПГ, чем сомнительные сайты и не понятно где шатание до поздней ночи. А так у него рейды, квесты и прочие заморочки, но он – дома. И у меня пока голова не болит, где его носит.

Несколько секунд я смотрела на монитор. Всё как обычно. Большое количество игроков, видимо, рейд, суета, чат только и успевает мелькать.... Но что-то было не так. Я пристально стала всматриваться в экран. Обычные персонажи: люди, эльфы, ферре, все с петами (то есть с питомцами). И тем не менее, было что-то, что меня насторожило.

В воздухе летал дракон. Я, конечно, не помню, были ли в этой игре до этого драконы, или нет, но они вполне могли появиться, так как периодически ставилось обновление. Игорь несколько раз просил посмотреть за обновлением и не выключать компьютер. Но что-то в драконе мне показалось таким знакомым...

И тут она развернулась... Встретив мой ошеломлённый взгляд, драконица подмигнула... Это была Райшаария.

Сделав полукруг, она снова взмылась над головами игроков, едва не задев их. Но на неё никто не обращал внимания.

Я застыла, и, не мигая, смотрела на драконицу. Может, всё-таки пора к врачу? Из состояния оцепенения меня вывел Игорь.

– О, мам, привет! Как дела? Ты можешь посмотреть пару минут? Я в туалет и что-нибудь укусить, пока сбор. А-то потом не отойду.

– Да, конечно, – еле слышно пробормотала, не отводя взгляда от экрана, и как только за Игорем закрылась дверь, я плюхнулась на его место.

– Райшаария, – тихонько позвала я свою знакомую из снов драконицу. Я понимала, что это полный бред, но ничего не могла с собой поделать.

Райшаария подлетела ко мне с той стороны экрана и посмотрела на меня. Это была она! Ошибки быть просто не могло. Кажется, я всё-таки схожу с ума.

«Хм. Было бы с чего тебе сходить!» – пронеслось в моей голове. Опять она за своё!

– Но.... КАК?!!! – воскликнула я и испугалась, что меня могут услышать.

«Вот, если бы ты хоть немного меня слушала, то не задавала бы сейчас глупых вопросов. Я просто захотела посмотреть на твой мир, в котором ты живёшь».

– Но… – я не могла подобрать слова. Это-то ведь уже не сон! Это уже клиника!

Райшаария фыркнула и закатила глаза. Так могла делать только она.

«Дай руку», – попросила она, и я послушно протянула руку к монитору.

Я сидела и боялась пошевелиться. Да я дышать даже боялась! Несколько секунд ничего не происходило, и вдруг на моей руке оказалась Райшаария. Она была маленькая, размером с синицу, или моего попугая, а не такая, как я привыкла её видеть. Я смотрела на неё и выпалила первое, что мне пришло в голову:

– Ты почему такая мелкая?

Райшаария посмотрела тем взглядом, от которого я всегда начинала сомневаться в своих умственных способностях, и её лапка начала увеличиваться в размерах.

– Ты что, хочешь так? – спросила она меня.

– Не-ет! – Я ужасно испугалась, что она примет свой облик, и тогда у меня точно будут проблемы.

Хотя… они уже есть.

В комнату заглянул муж. Я не слышала, когда он вернулся. Да я, вообще, ничего не слышала!

– Оля, ты что тут делаешь? – спросил меня Юра.

– Игорь попросил посмотреть за рейдом, пока он ест. Скажи ему, что они уже все собрались и сейчас будут телепортироваться, – ответила на автомате, повернув голову. Юра кивнул и закрыл дверь.

Я посмотрела на свою руку, которая так и была протянута к монитору. Мне даже и в голову не пришло, что может подумать обо мне муж, увидев меня в такой позе. А вот Райшаария исчезла, и я испугалась, что она пропала!

– Райшаария! – позвала, всматриваясь снова в монитор. Но её там не было! – Райшаария!

Я подумала, что она могла спрыгнуть на пол и стала искать по комнате. Её нигде не было! Поняв, что я медленно, но всё-таки схожу с ума, опустилась на колени и заглянула под кровать сына.

Чего там только не было! Элькин тапок, мой «краб» для волос, который я столько времени искала, носки, валяющиеся в разных углах, скомканные бумажки, какая-то верёвка или шнурок, сушка, пакет из-под чипсов, ручки и наушники Игоря, которые он тоже не мог найти.

– Это что, другой мир? – услышала я возле себя.

Райшаария сидела рядом со мной, и, нагнув голову, хотя ей это было и не нужно, тоже смотрела под кровать.

– Похоже на то, – согласилась.

Если посмотреть на это под таким углом, то, действительно, было похоже на «другой мир», этакий Бермудский треугольник под кроватью. Но бардак под кроватью сына, это такие мелочи. Я была безумно рада, что Райшаария не исчезла.

– Мам, ты что делаешь? У тебя всё нормально? – спросил Игорь, войдя в комнату.

– Да. Вот. – Я протянула руку и достала свою заколку, показав сыну. Я чувствовала, как Райшаария поднялась по моей руке и устроилась на правом плече, спрятавшись в волосах. – Игорь, там надо все убрать и вымыть! – строго сказала сыну.

– Хорошо, мам. Я завтра обязательно всё уберу. Спасибо, что посмотрела.

– Под кровать?! – изумилась я.

– Ну-у, и это тоже, – скривился Игорь. Перспектива наводить уборку в комнате его явно не прельщала, – но я имел в виду рейд.

– Да я поняла. Убери всё, пожалуйста.

– Хорошо, мам.

И я вышла из комнаты. Юра лежал на кровати и читал.

– Ты поел? – спросила его, чтобы хоть что-то спросить.

– Я не голоден, – ответил муж, не отрываясь от планшета.

«Как замечательно!» – обрадовалась я тогда. Ведь у меня же на плече копошилась Райшаария. И мне совсем не хотелось идти с Юрой на кухню и ждать пока он поест. А зря! Слишком много странностей в поведении мужа я пропустила, но об этом позже.

Райшаария очень быстро освоилась в нашем мире. Её ничего не удивляло, она спокойно относилась ко всему, с чем бы она не столкнулась. Либо она уже это знала, либо просто не показывала это.  Её саму никто кроме меня не видел, точнее, она сама старалась не показываться никому на глаза. Или она опять же знала, чем это может закончиться, и уже сталкивалась с подобным, или у неё были какие-то свои цели. Об этом она не рассказывала, а я и не спрашивала. Но чувствовать, что она рядом, было здорово!

От её появления в доме серьёзно страдал только пёс. А всё потому, что Райшаарии ужасно нравилось кататься на нем верхом. Особенно на прогулке утром. Бедная собака так старалась скинуть это непонятное для него существо, устроившееся у него на загривке, но тщетно.

А ещё, когда Райшаария увидела попугая, то долго его гипнотизировала. Что самое примечательное, попугай тоже присмирел и постоянно за ней следил, не покидая пределов своего убежища. Учитывая, что Райшаария была маленького роста, но всё-таки крупнее попугая, то разница в весовой категории была не в его пользу. Поэтому он смирно сидел в своей клетке, не желая её покидать даже тогда, когда его выпускали.

Ночь Райшаария проводила у Элины в ногах. Так смешно было смотреть, как она выкарабкивается из-под одеяла с растрёпанным видом. А вот всё остальное время она чаще всего находилась в комнате у Игоря. Я так понимаю, общение Игоря через дискорд* давало для не огромные возможности в изучении великого и могучего. Что, кстати, стало сильно заметно. Она осторожно пристраивалась у Игоря на плече, и внимательно за всем следила. Честно говоря, мне было непонятно, как Игорь ничего не чувствует. Но, может, оно и к лучшему. Явно к лучшему!

А вот почему её никто не видел, мне не понятно. Мне, вообще, в последнее время много чего не понятно! К этому можно отнести и то, что моего мужа Райшаария на дух не выносила! Уж чем он ей не угодил, я точно без понятия! Она фыркала, шипела, усмехалась, вставляла ядовитые насмешки по любому поводу, не важно, говорил он что-нибудь или делал. И очень сильно напоминала своим поведением мою маму, которая, несмотря на то, что мы прожили вместе с Юрой пятнадцать лет, и у нас было двое детей, тоже до сих пор отрицательно относилась к нему, и всему, что с ним было связано.

На работу я категорически отказалась брать её с собой, предоставив полную свободу действий. Чем она занималась в это время, для меня оставалось загадкой. Вот не делилась она со мной этим! Хотя всегда интересовалась моими делами и давала советы, не всегда, правда, разумные. Самое любимое у Райшаарии было: поджарить, сжечь, спалить, испепелить, предать огню, сложить костёр. Скорее всего погребальный. Видимо, всё-таки сказывались не черты характера, а образ жизни.

Не стану скрывать, но иногда мне очень хотелось последовать этим советам. Но, моральный и уголовный кодекс всё-таки сдерживали.

Когда же я общалась со своим мужем, Райшаария забиралась повыше и оттуда давала себе волю, кривляясь, копируя и всячески насмехаясь над ним. В этом Юре не повезло. Утешало одно, что её никто не слышал. Видно, мыслеобразы не каждому дано воспринимать. Это, наверное, как понимать язык животных. Хотя в последнее время, я всегда «понимала» Грея, словно тоже «слышала» его мысли. Может, это приходит, когда долго живёшь с животным и привыкаешь к нему, чувствуешь его эмоции и настроение?

Вот только с людьми такое не проходит. Не научились мы ещё чувствовать душу другого человека и передавать свои чувства. Зачерствело человечество. 

Вообще, я думала, что у меня добавятся хлопоты или проблемы, но ничего такого не случилось. Райшаария не покидала пределов квартиры, а дома её кроме Грея и попугая никто не замечал. То ли не видели, то ли не способны были видеть. Мне же было радостно и спокойно. Ну, во-первых, скоро Новый год, и всё-таки новогоднее настроение потихоньку, но уверенно занимало свои позиции. А, во-вторых, общение с Райшаарией, пусть даже и мысленное, оказывало своё положительное влияние. Меня стали «ловить» на том, что я стала чаще улыбаться.

А что в этом плохого? Просто хорошее настроение. Вот и весь секрет. Улыбайтесь! Это так здорово!

***

Я всё-таки решила показать Юре платье, которое купила. И вот, наверное, с него-то всё и началось. Я имею в виду платье. Хотя, по сути, оно как раз ни в чём не виновато. Но….

Так. Обо всем по порядку. Я уже говорила, что я дала своё согласие пойти на новогодний корпоратив, который ежегодно проводила фирма, где работал мой муж. Это была традиция, которая поддерживалась у них уже много лет. Не знаю, кто её придумал, так как я ни разу в этом не участвовала. Нет, новогодние корпоративы проводятся повсеместно. Ничего такого в этом нет. Просто отличие состояло в том, что здесь данное мероприятие проводилось в самом здании фирмы и длилось всю ночь. Может, именно поэтому на него приглашались сотрудники с жёнами или мужьями.

Так вот. До этого события оставалось два дня. Точнее, оно будет уже завтра вечером, а сегодня я решила показать мужу, в чём я пойду. Я не знаю, что меня заставило, но результат был убийственным.

– О, у Алинки точно такое же, – заметил муж. Видимо, брякнув, не подумав.

– А ты откуда знаешь? – я сначала побелела, потом позеленела, в общем, меняла цвет не хуже хамелеона. 

– Так она в нём в прошлом году на Новый год была, – сказал он, отвернувшись, и вышел из комнаты.

Я присела на кровать. Ноги меня не слушались. Не знаю, что меня так выбило, то ли то, что кто-то уже был в таком же платье, то ли то, что это была Алина Беликова. Это отдельная тема, поэтому я объясню.

Наверное, почти в каждом коллективе есть особа, которую почему-то так ненавидят женщины, но к ней так и тянет всех представителей противоположного пола. И, как правило, она моложе и до сих пор не замужем. Вот с моим мужем как раз рядом и работала такая. Откуда я про неё знаю? Так от мужа.

Ещё в самом начале, когда я сидела в декрете с Игорем, Юра часто про неё рассказывал. Алина то, Алина сё. Сам говорил, как она крутит всеми мужиками. И даже посмеивался над ними. И даже те, кто уходил от них, устраиваясь на другую работу, или переезжая в другой город, звонили Юре, и интересовались: ну, как там она?

А она как была, так и никуда не делась. Я тогда была рада, что Юра не обращает на эту даму внимания как остальные, а потом он просто перестал про неё напоминать. Я не стала акцентировать на этом внимание, решив, что она, наконец-то вышла замуж, и я успокоилась. И вдруг, на тебе: Алинка!

В груди бушевала такая буря чувств, что меня просто кидало то в жар, то в холод. Откуда-то появилась Райшаария. Я так и не поняла, как она перемещается. Она, то резко появлялась, то резко исчезала.

– И что он опять отчебучил? – Райшаария твёрдо была уверена, что все мои проблемы исключительно от мужа.

– Всё хорошо, – еле слышно пробормотала я.

– Хорошо, как же! Он вышел, а ты сидишь, еле дышишь. Хорошо-то как!

– Рая, перестань, – отмахнулась я. В последние дни, я так её называла. Ей нравилось.

– Что тут у вас произошло? Что он сделал? – не унималась моя маленькая подруга. Она вся ощетинилась, грозно сверкала глазами и фыркала. Правда, пока без огня, слава богу.

– Он тут ни в чём не виноват. Это я сама виновата, – пришлось мне признаться. – Ведь, если бы мы тогда поехали вместе, я бы не купила точно такое же платье. Вот за что мне это все? – Это был риторический вопрос, и ответа на него не требовалось.

– Платье, значит, виновато? – хмыкнула Райшаария. – Ну-ну.

– Не оно виновато. Просто я никогда не посещала такие приёмы, и не знаю, в чём народ ходит. Вот и получилась, что купила такое же платье.

Я, конечно, понимаю, что женщинам всегда хочется выделяться и одеваться не хуже других. Но одеваться «не хуже», и одеваться «так же» – это огромнейшая разница! Вот, что мне теперь делать?

– Сжечь эту чешую. Делов-то! – У Райшаарии, как всегда, все просто. Сжечь! Это платье!!! И, в конце концов, оно денег стоит!

– Тебе легко говорить, сжечь, – вздохнула я.

– Да мне и сделать-то пару раз плюнуть. 

– Кто бы сомневался.

– Ладно. Не пару раз, – Райшаария решила меня «пожалеть» таким образом. – Мне и раза будет достаточно. Хочешь проверить?

– Нет.

– Почему? Ты же ведь его не будешь носить?

– Нет.

– Вот! А зачем оно тебе тогда? – здесь логика драконицы была неоспоримой.

– Не знаю.

– Не знает она! За то я знаю! Сжечь и всё! Мы, драконы, никогда не храним старую чешую. Брр… Даже представить себе не могу, если бы у какой-нибудь драконихи в её пещере хранились кучи, кучи старой, ненужной чешуи! 

– Она не старая, а совершенно новая. – Это был слабый, последний аргумент.

– Она – не-нуж-на-я! Всё! Этим всё сказано!

Как бы мне хотелось с ней согласиться! Ненужная, значит, выбросить. Но ведь у нас есть «а вдруг пригодится», и это перевешивает. Платье мне очень нравилось, но я его теперь не надену точно! И, надо быть честной с самой собой, только потому, что такое же платье надевала Беликова! Даже, если я никогда её и не встречу в нём! Просто знать, что такое же носили до тебя, это уже второй сорт. Тем более Беликова! 

Видимо, это всё, как обычно, «подсмотрела» в моей голове Райшаария. Ведь говорила же я себе: осторожнее с мыслями! Потому что в то же мгновение раздался небольшой хлопок, и платье, висевшее на вешалке на шкафу, вспыхнуло и осыпалось кучкой пепла на пол. Райшаария икнула.

– Теряю навык, – вздохнула она.

Теперь моё присутствие на новогоднем мероприятии автоматически аннулировалось. Идти было не в чем. Мои деловые костюмы были не в счёт.

– Ещё чего! Ты пойдёшь! – Райшаария выпрямилась и важно ходила по кровати. Жаль, что она не может сделать «руки в боки». Рук нет!

– Я никуда не пойду, – вздохнула я. Я просто не успею ничего придумать. И уже не хочу.

– А я хочу! Ты мне обещала, что возьмёшь с собой! И ты должна пойти! – встрепенулась Райшаария, её глаза сверкали, почему-то грозно. Или мне это показалось? Что-то она задумала. Факт! Но у меня совсем пропало желание её спрашивать. Настроение было испорчено.

Райшаария залезла ко мне на плечо и потыкалась в шею. Мне было приятно, что она рядом. Я даже не сердилась, что она спалила моё новое платье. Ведь, глядя на него, я вспоминала бы о Беликовой. А это ужасно! А так, может, и сотрётся из памяти.

– Завтра мы придумаем, что можно сделать. Ты мне веришь? – спросила Райшаария.

– Верю, – ответила я.

Но феи-крёстной у меня нет. Завтра последний рабочий день, и у меня просто не будет времени на то, чтобы бегать по магазинам. И потом, а если я куплю опять такое же как у кого-нибудь платье? Нет! Всё! Хватит с меня! Не моё это – ходить на балы.

Утром Юра был в прекрасном настроении. Он мурлыкал себе под нос какой-то мотивчик, а я не знала, как сказать ему, чтобы он меня не ждал вечером.

– Ты сегодня пойдёшь? – словно прочитав мои мысли, спросил муж.

– Не знаю, – тихо ответила я.

– Я не смогу заехать за тобой. Переоденусь у себя. Адрес у тебя есть. Ты в списках тоже есть. Если приедешь, позвони. Приглашение на столе. Я ушёл.

И он ушёл, а я осталась на кухне одна. На работу сегодня было к девяти. Кофе остыл.

– Воистину джентльменский поступок! – фыркнула Райшаария.

Не поспоришь. Мало приятного. Мне совсем расхотелось туда идти. Потому что буду там одна. Юра, как обычно, будет занят.

– Та-ак! Даже не придумывай! Я тебя жду, и мы едем с тобой в одно местечко, а потом ты отвезёшь меня на этот самый ваш корпоратив. Слово какое! Кыр. Пыр. Брр.

– Мы? Едем? – не поняла я.

Райшаария закатила глаза.

– Ты едешь, а я с тобой. Так понятнее? Или мне своим ходом?

– Не надо уж, – согласилась я. С неё станется, развернуть свои крылышки в натуральную величину. – А куда?

– Куда – скажу. Я и так взаперти уже сколько. Дракон и в клетке! У-у!

Я не разделяла её игривого настроения. Ладно, как там? Утро вечера мудренее. А у меня всё наоборот. Вот только мудренее ли? Я не уверена. Подождём.

Не понимаю, зачем ставят последние предновогодние дни рабочими? Всё равно никто уже не работает. Что, собственно, так и было. К слову сказать, у нас корпоратив не устраивали. Провели собрание всех сотрудников в большом зале, праздничное выступление, и раздали подарки. Прямо как в детском саду. Но меня это устраивало.

– Оля, ты вечером куда? – спросила меня Евгения, с которой я вместе работаю. У нас с ней один рабочий кабинет. Вместе мы в нём попадаем крайне редко, так как чаще всего на выездах. Евгения, не обременённая ни мужем, ни детьми не вылазила из командировок, тогда когда я старалась брать проверки в пределах своего города и области.

– А что? – поинтересовалась я. Вот откуда она знает про вечер?

– Просто в «Фараоне» сегодня новогодний банкет. Я подумала, что ты пойдёшь. Ведь у тебя муж там работает?

«Фараон» – крупнейшая компания, где работает Юра, точнее региональный офис. Вот откуда она знает про него?

– Про банкет не знаю, а мероприятие должно быть. Собиралась, но ещё пока не решила, – честно ответила я.

– Да ты что?! Это же «Фараон»! Туда просто так не попадёшь! – воскликнула Евгения. – Это же такие перспективы!

– Не думаю, что на новогоднем вечере, кто-то будет решать рабочие вопросы.

– Оля, да какая разница! Ты видела их офис?! – не унималась моя коллега.

– Жень, нет. И как-то не горю особым желанием. Ну, офис. И что? Я так понимаю, у тебя тоже приглашение?

– Да. И я точно не упущу такой возможности!

Возможности чего? Приглашения только семейные, значит, она идёт с кем-то. Я согласна, что возможны новые знакомства и какие-то перспективы. Но у меня драконица спалила платье, которое я бы всё равно не надела. Вот как-то так.

Я улыбнулась Евгении. Наверное, лет десять-двенадцать назад я также с восхищением смотрела на своего мужа, который был сотрудником «Фараона». А потом? А потом я привыкла. И не скажу, что лично мне от этого было радостно. Юра принадлежал «Фараону», а не мне. И его «не смогу заехать за тобой» лучшее тому подтверждение.

***

Я замерла перед центральным входом в «Фараон». Такси уже уехало. И нужно было идти, потому что в туфельках на снегу долго не постоишь.

Да, я всё-таки это сделала. Не скажу, что всё было легко и просто, но результат налицо: передо мной двери в это величественное здание, находившееся в самом центре города.

Придя домой с работы, я даже не мысли не допускала, что куда-то пойду. Я спокойно и никуда не торопясь, приняла ванну. Райшаария куда-то запропастилась. По крайней мере, я её не видела и не слышала.  Игоря дома не окзалось, а Элину забрала свекровь. Они пошли на какую-то ёлку, а потом в кафе. Я просто лежала и ни о чём не думала. Кажется, я даже задремала, когда зазвонил телефон. Неизвестный номер.

– Алло?

– Суворова Ольга Васильевна? – раздалось в трубке.

– Да.

– Меня зовут Эмилия. Компания «Newmoon – загадай желание». Сейчас за вами приедет машина и наша сотрудница. Вас отвезут в наш офис, где будет подобраны причёска, одежда, обувь и аксессуары….

– Подождите. Эм… Эмилия. Здесь какая-то ошибка. Я ничего не заказывала.

– Заказ пришёл на ваше имя. Все услуги оплачены. Мы будем рады вас видеть. Приятного вечера.

И она отключилась.

Я, как сидела с телефоном в руке, так и осталась сидеть, не убрав его от уха.

Неужели Юра решил сделать мне сюрприз? Я не могла в это поверить! Вот уж точно не угадаешь, где найдёшь, где потеряешь!

Из этого состояния меня вывел звонок в домофон. Прибыла сотрудница «Newmoon – загадай желание», молодая симпатичная девушка, лет двадцати пяти, не больше. Она представилась Илоной.

Эмилия, Илона… Интересно, это их настоящие имена, или это для загадочности и солидности компании? Поскольку, эту девушку, я видела в первый и, думаю, в последний раз, так её и спросила.

Она мило так улыбнулась. Открыто. Располагая к себе.

– Вы, пожалуй, первая, кто об этом спросил.

– Наверное, многие стесняются, – предположила я.

И к моему немалому удивлению, она просто достала из сумочки удостоверение и протянула мне. Силецкая Илона Викторовна.

– Ольга Васильевна, нам нужно выезжать. Время, увы, не стоит на месте, – с улыбкой заметила она.

– Да, конечно, – неуверенно пробормотала я. Если я уеду, то Райшаария мне это потом припомнит, но она не отзывалась.

– Ольга Васильевна, свои вещи вам нужно оставить дома, – сказала Илона.

– Это как так?

– От нас машина отвезёт вас сразу по адресу, указанному в приглашении. Чтобы нам потом не пришлось возвращать ваши вещи, просто оставьте их дома.

Такое я слышала впервые! И не знала, как мне поступить.

– Вы не смущайтесь. Вот вам наш халатик. Возьмите только приглашение и телефон.

Халатик я надела. А вот ехать в фирменных тапочках наотрез отказалась. Да откуда я знаю, что это за компания и с чем её едят?! А, если мне придётся самой добираться домой?! Я что, в тапочках поеду?!

Халатик был такой тонкий, почти невесомый. Такое ощущение, что я надела шубку на голое тело. Однако, я дала себя увезти и находилась под впечатлением, что мой муж так обо мне позаботился! Честно скажу, что у нас с ним никогда не было романтических ни вечеров, ни рассветов. Даже карамельно-цветочный период был коротким. Он постоянно работал. Я тоже. Дети росли. А вот эмоций, таких, чтобы зашкаливали, не было. Ни положительных, ни отрицательных. И вдруг такое!

Мне предложили на выбор три варианта вечерних платья авторской работы. Они были бесподобны. И мне пришлось надеть каждое. Выбор, мой и Эмилии, видимо, она тут главный стилист, был остановлен на длинном вечернем платье изумрудного цвета с открытым правым плечом.

Когда я стояла в примерочной и смотрела на своё отражение, непонятно откуда появилась Райшаария, и устроилась на моём плече. Цвет платья так гармонировал с цветом её чешуи, что я даже забыла спросить, как она здесь оказалась. Она легла на моё плечо, свернувшись клубочком, и вытянула мордочку, словно так и надо. Драконица дополняла собой мой наряд, и мы встретились с ней взглядом в зеркале.

«Знаю, что звучит странно, но это небольшая компенсация за то платье, что я спалила».

«Что-о?!»

«Я не сказала тебе, что могу исполнить только одно твоё желание, но выбор я должна сделать сама».

Да что же за день такой?! Сюрприз на сюрпризе! Я-то думала, что это Юрик! 

«Боюсь, что это ещё не конец». – Райшаария смотрела на меня отражаясь в зеркале.

Тогда я не уловила интонацию в её фразе. Если бы только мы могли сразу быть внимательными к тому, что слышим и видим! Как бы, наверное, могла измениться наша жизнь. Но мы предпочитаем быть слепыми и глухими.

«Сейчас будет больно», – предупредила меня Райшаария.

Не успела я ничего спросить, как моё плечо пронзила острая жгучая боль, что даже ахнуть не смогла. Тело словно оцепенело. Боль прошла также быстро, как и появилась. Когда я открыла глаза, то Райшаария уже не сидела на мне, она стала частью меня.  Она стала картинкой или татуировкой на моем плече, правда, с моргающими глазами.

– Но?

«Зачем? Почему?» – продолжила за меня Райшаария. – «Всё очень просто: я хочу всё увидеть сама, и, чтобы в меня никто не тыкал пальцами!» – Резанный довод.

Я вышла из кабинки, и меня усадили в кресло перед большим зеркалом.

Вот так, без феи, без волшебной палочки, но я была готова ехать в «Фараон». Боялась ли я? Смущалась? Нет. Легко быть смелой, когда у тебя на плече драконица.

Итак, я стояла перед центральным входом. Девочки из «Newmoon — загадай желание» категорически настаивали, чтобы я ехала в туфлях, поэтому пакет с моими сапогами был у меня в руках. Илона долго сокрушалась по поводу того, что я не послушалась, надев сапоги, но мне и с ними нормально.

Надо было бы позвонить Юре и предупредить, что я приехала, но что-то меня остановило. А то, что он оставил меня самой решать свои проблемы и даже не поинтересовался, меня просто доконало. К тому же у меня начала закрадываться мысль, что он нарочно сказал так, чтобы я никуда не поехала. Райшаария, как обычно, видела все мои мысли и была очень, очень довольна, что я наконец-то начала умнеть прямо у неё на глазах!

Пока я разглядывала двери, мне навстречу вышел, не знаю, как правильно сказать, лакей или официант в униформе компании «Фараон» и, взяв у меня из рук пакет с моими сапогами, провёл во внутрь. Он помог мне раздеться, приняв мою шубку, и проводил в огромный зал, который находился на втором этаже. Видимо, тут его компетенция заканчивалась, и он вежливо поинтересовался, нужно ли мне ещё что-нибудь. Я его заверила, что дальше справлюсь сама. Пожелав мне приятного вечера, мужчина пошёл вниз, и я опять осталась одна. Ну как одна. Со мной, точнее, на мне была Райшаария.

Евгения оказалась права: на это стоило посмотреть. В первом зале народу было много. В основном все стояли возле шведского стола. Официанты ловко маневрировали с напитками на разносах. Один из них остановился возле меня, предлагая шампанское. Я отказалась. Не пью я его!

Я двигалась медленно, чтобы Райшаария могла всё рассмотреть. Если честно, мне её было немного жаль. Здесь столько людей! И каждый говорит совсем не то, что думает. А с её-то способностью видеть чужие мысли… Каким-то образом я почувствовала, как она усмехнулась. Значит, я оказалась права.

— Ольга Васильевна! — услышала я позади себя, чуть не подпрыгнув на месте. Евгения. — Вы! Вы такая! Я никогда не думала, что вы так можете выглядеть!

— Женя! Евгения, — поправила я саму себя, так как перевела взгляд на её спутника, который совершенно бесцеремонно пялился на моё правое плечо. — Зачем же так пугать?

— Простите меня, я не хотела. Вот никогда бы на вас не подумала… — трещала моя коллега, чего раньше за ней я не замечала. Вероятно, шампанское сделало её более разговорчивой.

— Не подумала о чём? — спросила и нахмурилась. Меня немного начал напрягать её спутник.

— Что у вас есть тату! Такое классное! Она прям как живая… – Евгения потянулась рукой, чтобы потрогать Райшаарию, и мне пришлось отстраниться. Ещё не хватало, что таких «нежностей»! – И так подходит под цвет вашего платья и глаз.

Ага! Глаз-то точно. Они у меня серые.

— Спасибо, Женя. Ты тоже замечательно выглядишь.

Она бы ещё продолжала щебетать, но я прервала, сказав, что мне нужно найти мужа.

— Суворова Юрия Матвеевича? — её спутник, оторвал взгляд от Райшаарии и посмотрел мне в лицо.

— Да.

Интересно, откуда он узнал, ведь Женя нас не представила. Я просто почувствовала, как Райшаария закатила глаза.

Ну да, конечно! Я опять не сообразила, что Евгения явно рассказывала, с кем она работает. А вот откуда он знает моего мужа?

— Он в соседнем зале, — кашлянув, произнёс молодой человек, имени которого я не знала. И почему-то отвёл глаза.

— Спасибо, — поблагодарила сухо и пошла в указанном направлении.

Можно было подумать, что я рвану и на всех парусах полечу в соседний зал. Но это не так. Мне почему-то расхотелось именно сейчас общаться со своим мужем. Сама не знаю почему. Я ловила на себе взгляды совершено незнакомых мне людей. Причём многие поворачивались специально. Я понимаю, что было бы проще, если бы я шла с Юрой, но его ещё нужно найти.

В соседнем зале играла музыка. Там танцевали. И народу находилось ненамного меньше, чем возле фуршета. Я не представляла, как в таком столпотворении можно кого-то найти.

Но своего мужа я увидела сразу. Юра танцевал посреди зала. И, судя по точно такому же платью, которое не далее как вчера превратилось в пепел, с ним была Алина Беликова. Вот только как он мог знать вчера, что у неё такое же платье?! Да и вчера ли?

Беликова, обхватив моего мужа обеими руками за шею, просто висела на нём, лучезарно улыбаясь. Юра тоже смотрел только на неё. Меня он, естественно, не видел. Пока.

Я стояла и ждала. Заметит он меня или нет. Юра, видимо, это почувствовал, потому что оторвался от лицезрения своей спутницы и повернулся в мою сторону. Мы пару секунд смотрели друг на друга. Потом они развернулись.

Я не стала ждать, когда закончится музыка, и пошла на выход. Домой? Нет. Я просто решила уйти в другой зал. Пусть мой супруг понервничает. Но меня поразило, что я сама была абсолютно спокойна. Я, конечно, могла попросить Райшаарию, чтобы она рассказала мне его мысли, но я не стала этого делать. Тут всё и так предельно ясно. А я ещё наивно решила, что это он оплатил «Newmoon — загадай желание»! Как же! Он сделал всё, чтобы я сегодня сидела дома. Тонко так. Изящненько.

«Ольга!» — Райшаария впилась когтями в моё плечо. Я остановилась и огляделась, так как совершенно не смотрела, куда иду. Я оказалась в зале, где играли в бильярд. И какой-то мужчина лет пятидесяти обращался именно ко мне. Невысокого роста и очень приятной внешности.

— Мадам, играет? — с обворожительной улыбкой произнёс он.

— Мадам не умеет играть, — ответила я, собираясь уже уйти.

«Здесь он не будет тебя искать», – это Райшаария. И она права.

Я остановилась, и, видимо, мужчина расценил это по-своему.

— О-о, я научу! — благоговейно произнёс незнакомец, вручив мне кий.

«Рая, ты с ума сошла! Я в жизни ни разу кий в руках не держала!»

«Ты многое, что в жизни ни разу не делала! И жила же как-то!» — фыркнула драконица.

«И что мне сейчас делать? Я даже по шару не попаду!»

«Попадёшь. Это я тебе обещаю!» — успокоила она меня.

Мужчина что-то пытался мне объяснить. Но я почти не слышала его слов. Точнее, я его даже не слушала. Я просто не могла поверить в то, что мои глаза только что видели. Я — не дура. Далеко не дура, хоть и Райшаария считает иначе. Если бы Юра просто танцевал с Беликовой, я бы это поняла. Но его фраза, что у неё такое же платье было в прошлом году, меняла всё. Он знал, что она будет в таком же платье. А вот откуда он это знал, это уже другой вопрос. Дамы не показывают просто так свои наряды.

Райшаария снова выпустила в меня свои когти.

«Очнись!» — эта чешуйчатая бестия меня укусила!

Я очнулась. Естественно, я всё прослушала! И теперь смотрела на мужчину с видом «недоразвитого яйца».

— Мадам! Давайте, попробуем, — располагающе улыбаясь, предложил он.

— Не думаю, что это хорошая идея, — засомневалась я в своих способностях.

— Мадам, у вас получится, — в мужском голосе было столько уверенности, а в глазах столько надежды и веры, что разочаровывать не хотелось.

Я с сомнением посмотрела на кий. Прикольная штука. Вот если его... да в виде копья... да в грудь... насквозь...

«Успеешь! Опусти кий», — прервала мои мысли Райшаария.

Я послушно опустила кий.

— Мадам, вы позволите?

Мой наставник взял у меня кий и вложил его в мою руку, положив на большой и указательный палец левой руки. Он, едва касаясь, наклонил меня и отодвинул назад.

Не знаю, как это смотрелось со стороны, но чувствовала я себя, по меньшей мере, странно. Муж тут же вылетел у меня из головы, и я попыталась сосредоточиться на том, что мне говорил мужчина. Он не представился, да и ко мне обращался: «мадам». Хотя, это намного приятнее, чем «женщина». Я поняла самое главное: мне нужно забить шар. Ага! Мне бы ещё попасть по этому, самому, как он там назвал? По битку!

«Да успокойся ты! Я же тебе обещала дар», — пронеслось у меня в голове.

«Какой?! Стой! Нет! Ты, что серьёзно?! Спалить дар на это?!» — я была в шоке.

«А ты бы что хотела? Есть, и не толстеть?» – Ты смотри-ка, она ещё и издеваться успевает! Только мне совсем не до шуток.

Пока я пробовала позы, в которых мне было бы удобнее хотя бы не промазать, вокруг начали собираться зрители, и, что самое интересное, в основном мужчины. А что вы хотели? Дама в вечернем платье, с оголённым плечом и выставленной... эм… попой ползает чуть ли не на животе по бильярдному столу. Тот ещё ракурс! Пожалуй, я бы тоже на это посмотрела. Со стороны.

И тут у меня прорезалось, или привиделось, не знаю, как это называется, траектории движения битка. И не только его, но и того шара, по которому он попадал! Я передвинулась на пару шагов влево и наклонилась, выправляя эту траекторию в коридор лузы. Мужчина, который мне объяснял, поправил мне правый локоть, и я сделала свой первый кьюинг. Слово тоже само всплыло непонятно откуда.

— О, мадам… — восторженно протянул мой наставник, так как я забила первый шар.

Но мне, если честно, было уже не до него. В смысле, не до мужчины. У меня выстроились следующие линии, и я начала выбирать, более или менее, подходящую, всё так же передвигаясь в непонятной позе вокруг бильярдного стола. Мужчина, пристально следивший за моими успехами в этой серии, периодически восклицал непонятные для меня слова типа: «Дабл-кисс», «Клапштос» и других, вытирая платком свой лоб.

Я так и не поняла, почему потел он, когда делала всё я? Естественно, если бы не дар Райшаарии, то ничего бы у меня не получилось. Я уже даже радовалась этому. Хотя ведь можно было получить что-то более полезное что ли. Но, как говорится, а сбылось это! Я не в обиде.

Райшаария фыркнула.

Когда на столе не осталось ни одного шара, я выпрямилась и посмотрела на ошарашенного, в полном смысле этого слова, мужчину. Вокруг раздались негромкие аплодисменты. Кажется, у меня появились поклонники.

— О, мадам! Я поражён и восхищён. Вы бесподобны! — он наклонился и поцеловал мне руку. Галантен! Вот ведь.

— Благодарю. Мне тоже понравилось, — брякнула я.

— Мадам не желает шампанского? — вежливо поинтересовался у меня мой странный незнакомец.

Шампанского я не желала.

— Мадам предпочитает коньяк, — честно призналась я.

— О, мадам… — благоговейно прошептал он, словно я произнесла вслух его самое заветное желание. — Je serai de retour, — заверил меня и исчез. Я, честно говоря, не поняла, но по интонации было похоже на французский.

Кто-то уже успел выставить шары на столе в пирамиду, и я решила, что не стоит просто так стоять. О, наверное, мою школьную учительницу по литературе от такого оборота бы удар хватил.

Мне протянули кий, и я снова подошла к столу. В прошлый раз я не делала разбивку. В прошлый… Надо же! А то, что этот «прошлый» был «первым», я как-то запамятовала.

Я посмотрела тонкие линии траекторий шаров, которые получились бы после моего удара «в лоб». Шары просто раскатывались. А если немного сместиться в сторону? Я опять начала «танцевать» вокруг стола в согнутой позе, отыскивая наиболее привлекательную позицию линий, которые я видела благодаря дару Райшаарии.

«А вот интересно. Можно ли забить все шары с одного удара?» — подумала я.

«Можно», — тут же мысленно ответила Райшаария. — «Вот только не стоит этого делать. Пожалей их нервы».

Я сначала не поняла, кого «их». Но, оторвав свой взгляд от шаров, я посмотрела вокруг. Ничего себе! Вокруг стола собралось уже достаточно большое количество зрителей, которые следили за моими успехами. Честно говоря, никогда не любила быть в центре внимания, но, пожалуй, что сегодня это даже мне на руку. Во-первых, Юра, никогда не будет меня искать возле бильярда, а во-вторых, меня почти и не видно. Так что, как говорится, всё к лучшему. Пока, да! А потом? А о потом, я подумаю потом!

Ещё раз пожалев, Инну Викторовну, свою школьную учительницу, я выбрала, как мне показалось наиболее удачное положение. От себя скажу, что очень трудно было отследить все «подсказанные» мне траектории. Их было много, и они все пересекались между собой, смешавшись в один клубок. Что-то наподобие детской головоломки: найди нужную тропинку. Вот если бы они были все разного цвета!

«А больше тебе ничего не надо?» — Это была Райшаария. Кто же ещё?!

«Даже подумать уже ни о чем нельзя», — немного обиделась я.

Райшаария фыркнула.

После моего первого удара, который я всё-таки немного сместила, в лузы упали три шара, что вызвало восторженные восклицания, окружавших меня людей. А уж как я-то радовалась! Как маленькая! Честно. У меня появился какой-то детский восторг.

Наверное, так себя чувствует малыш, который делает свои первые шаги. Сначала робкие и неуверенные. Потом все более твёрдые и устойчивые. А потом он уже бежит по жизни, не акцентируя внимание на то, как он это делает. Может, это и правильно, не замечать того, что естественно: идти, дышать. Что ещё? Не знаю. Но в тот момент, мне показалось, что каждый забитый мною шар, как новый шаг, как свежий глоток воздуха, очень важен. Даже необходим.

Когда на столе оставалось два шара, появился мой галантный учитель. Наверное, нужно было спросить его имя, но я не думала, что это необходимо. Я не собиралась заводить здесь новые знакомства, и, уж тем более, их продолжать.

— О, мадам! — с восхищением глядя на меня, произнёс он, протягивая мне разнос, на котором стоял снифтер с прозрачной янтарной жидкостью, шоколад и несколько видов канапе. — Ваш, Remy Martin.

Я сначала подумала, что он назвал своё имя, но потом сообразила, что это название коньяка.

Ого! Я с благодарностью взяла фужер и пригубила, пробуя на вкус. По телу разлилось приятное тепло. И только сейчас я поняла, как я была напряжена! Взяв с разноса квадратик тёмного шоколада, я с благодарностью смотрела на совершенно незнакомого мужчину, который умеет не просто обращаться, а даёт почувствовать себя Женщиной, используя только слова, жесты и интонацию.

Эх, всё-таки далеко ещё моим ровесникам до такого искусства! Ох, как далеко. Да, и не уверена я, что, даже достигнув определённого возраста, они смогут вести себя так же галантно, как этот джентльмен. Тактичности, предупредительности можно научиться, а вот галантность, она с рождения. Я пригубила ещё раз янтарный напиток, и снова склонилась над бильярдным столом, выводя видимые только мне линии.

«Он идёт сюда», — прошелестело у меня в голове.

Мне не нужно было спрашивать, о ком говорит Райшаария

Я специально долго стояла, не подымаясь. Что ни говори, а позы в бильярде те ещё. И закатила шар.

— Абриколь, — усмехнулся за моей спиной Юра.

Я медленно выпрямила спину и повернулась к своему мужу. Я думала, что посмотрев в его глаза, у меня все внутри будет кипеть. А нет. Ничего не кипело, не бурлило.  Совершенно ничего. Никаких эмоций. Как будто все умерло.

— Ты никогда не говорила, что умеешь играть в бильярд.

— А ты никогда и не спрашивал, — спокойно, даже равнодушно, ответила я.

Вот странно получается. Ты стоишь с человеком, с которым провели вместе много лет, и у тебя к нему нет никаких чувств и эмоций. Словно вы совершенно чужие.

Юра очень старался смотреть мне в глаза, но его взгляд притягивала, просто магнетизировала татуировка драконицы на моем плече. Я думаю, что Райшаария всё-таки в этом поучаствовала.

— Шикарное платье.

— Я знаю.

— А когда ты сделала тату? И зачем? — он всё-таки задал этот вопрос и нервно повёл плечами.

Я усмехнулась. Но мне не пришлось отвечать.

— Юра? Вы знакомы? Представь нас!

— Яков Алексеевич! Да.... Это моя жена — Оля. Оля, это Яков Алексеевич.

Яков Алексеевич почтительно поцеловал мою руку.

— Я в восхищении, Ольга, — произнёс он с сияющим взглядом.

Всё-таки «мадам» мне нравилось больше.

— Юра, как тебе не стыдно? Прятать от нас свою жену! — он укоризненно посмотрел на моего мужа. В его глазах был не только упрёк, но и... разочарование? Словно, он что-то знал...

И тут до меня вдруг дошло, что Яков Алексеевич всё знал про Юру.... И, наверное, кто-то из тех, кто был в этом зале, тоже всё знали.

Мне стало, нехорошо. И появилось такое ощущение, что все смотрят на меня, как на дурочку-жену, у которой не хватило ума сидеть дома, а не выставлять себя на посмешище. Мне захотелось не просто провалиться сквозь землю, а ещё и стереть всю память о том, что кто-то меня здесь видел.

«А тебе не всё равно?» — пыталась достучаться до меня Райшаария. Но у меня в голове все шумело, и я не могла связно мыслить.

Спас меня из этого ужасного положения Яков Алексеевич.

— Юра, я могу пригласить твою жену на танец? — спросил он.

— Да... конечно, — Юра смог перевести взгляд от рисунка на моем плече на него.

— Мадам… Оля. Прошу Вас… — он предложил мне свою руку, на которую я с благодарностью оперлась, и увёл меня в соседний зал, где звучала музыка.

В голове всё ещё шумело. Я никак не могла сосредоточиться. Мне стоило большого труда посмотреть в лицо своему кавалеру.

— Спасибо, — еле слышно произнесла я.

— Это я должен быть благодарен вам за оказанную мне честь, — не вызывая сомнения в своих словах, сказал Яков Алексеевич.

Дальше мы танцевали молча. И мне захотелось поскорее уехать отсюда, чтобы не смотреть в лица, боясь увидеть в них жалость, насмешку, или даже злорадство.

— Позвольте дать вам совет, Оля. Не уезжайте сразу. Не сбегайте, — тихо сказал Яков Алексеевич.

И ведь он был прав! Если бы я сразу уехала, то открыто признала бы своё поражение. И раз победа мне никаким образом не светила, то потрепать нервы мне ничего не мешает.

— Я хочу выпить, — сказала я своему мужу, когда мы подошли.

Вы бы только видели его мученическое лицо! А кому сейчас легко?! Он, надеялся, что я быстренько смотаюсь отсюда, а он продолжит веселиться? А вот уж, дудки! Не дождётся!

Юре ничего не оставалось, как провести меня к столам с закусками. Я ещё выпила коньяка, попробовала всё, что захотела. И бог с ней, с фигурой! Юра просто ходил за мной, не решаясь оставить одну. И правильно! Его пассии я не видела. Мой, пока ещё муж, изредка бросал взгляды по сторонам. Пусть понервничает.

Я ещё выпила. Потом решила, что хочу ещё раз сыграть в бильярд. Не пропадать же зря полученному дару? Юре пришлось составить мне партию. Я ему даже позволила разбить пирамиду и забить один шар. Хватит. Норма! Получила заслуженные аплодисменты. Захотела танцевать. Потом снова выпила. Когда я поняла, что уже больше не могу и не хочу, то попросила вызвать мне машину. Юра решил отвезти меня домой. Не знаю зачем. Мог бы спокойно оставаться и дальше. Мне уже было всё равно. Алкоголь всё-таки подействовал. Я с трудом, но надела сапоги, и даже попала в свою шубку, которую помог мне надеть муж. В такси меня разморило. Эмоции и перебор выпитого коньяка сделали своё дело.

Дома он помог мне снять сапоги. Ничего себе! Нет, спасибо, конечно. Но, когда он начал подниматься руками вверх по ногам, задирая платье, мне стало совсем нехорошо.

Неужели, вы, мужчины, думаете, что, если женщина пьяна, то она вам не сможет отказать? Да, это сложно. Алкоголь, гормоны и всё такое. Но, поверьте, не всё можно простить через даже самый великолепный секс. Я понимаю, что после секса я бы скорее всего его простила. Могла поверить, что всё не так, как я подумала. Могла. Но я не хотела. И дело не в том, что я какая-то не такая. А в том, что я не могу допустить, чтобы ко мне прикасались руки, которые до этого прикасались к другой, я не могу целовать губы, которые целовали кого-то ещё. Не могу!

Он так и стоял передо мной на коленях, проводя руками по моим ногам.

— Давно? — спросила я его, совершенно протрезвев.

— Что? — не сразу понял Юра. Но потом, видимо, сообразил, что к чему.

— Давно, — честно ответил он.

— Она первая? — мне не то чтобы очень хотелось знать всю правду.

— Нет, — он так и стоял у моих ног.

— Не надо, — это всё, что я могла тогда сказать.

Если бы он не убрал свои руки, я, наверное, всё-таки сломалась, сильно потом об этом жалея. Но Юра опустил руки и поднялся. Мы некоторое время смотрели друг на друга. Без ненависти. Без упрёков. Без эмоций. Видимо, такова у него природа. А у меня внутри всё умерло. Скоропостижно.

Я не стала раздеваться, и не пошла в нашу спальню. Я ушла в комнату дочери. Пристроившись на краешке её кровати, я обняла самое дорогое, что у меня осталось, и ушла в сон…

Это было именно то место, где я могла быть самой собой. Не скрывая эмоций, чувств, ощущений. Не думая, как я выгляжу в глазах кого-то или чего-то. Я была свободна ото всего. Абсолютно. Но сейчас мне не просто хотелось побыть одной, а подумать. Подумать обо всём: о себе, о своей жизни, о том, что со мной происходило в последнее время, и о том, что же делать дальше.

Многое изменилось именно за последний месяц. Именно с того момента, как я впервые попала сюда. Как познакомилась с Райшаарией.

Интересно, а где она сейчас? Ведь я её больше не слышала с того момента, как Юра подошёл ко мне в бильярдной «Фараона». И сейчас я припоминала, это я её не слышала, или она ничего не говорила? Хоть убейте, не помню. Не до этого мне было. Не уверена даже, что и сейчас я готова кого-то слушать. Я ничего не хотела.

Это было глупо. Потому что именно здесь никого не было. Мелькнула мысль, а почему бы не остаться тут навсегда. Здесь так хорошо. Но Райшаария говорила, что здесь никто не задерживается надолго, а только решает, куда идти дальше.

Я не знала, куда мне идти дальше. Я поднялась ввысь, как только смогла. И стала падать камнем. Скорость была большой, в ушах свистел ветер, земля приближалась... И почти в самый последний момент я подумала: «А Элька? Что станет с ней? Ей всего восемь».

Именно мысль о дочери, не дала мне упасть. За сына я не переживала. Да, он ещё несовершеннолетний, но уже бы справился со многим. А вот дочь? У меня просто не было права оставлять её одну в том мире.

Я проснулась. Я так и лежала с краю, крепко прижимая к себе дочь. Она спала, или ещё не вернулась из своих путешествий. Кому как нравится.

Я осторожно встала, стараясь не потревожить Элину. Было ещё темно, и непонятно, наступило уже утро, или ещё продолжалась ночь.

Я не посмотрела, во сколько мы вернулись, и скривилась. Мысль о том, что мне придётся снова увидеть Юру и сказать ему, что это конец, уже созрела, но я не представляла, как это отразится на детях.

Я вышла из комнаты. На кухне горел свет. Это был Игорь. Встать в такую рань для него это нонсенс, и я поняла, что он ещё не ложился.

— Мам, привет, ты как? — спросил меня сын, за одну ночь став взрослым.

— Паршиво, — честно ответила я ему.

— Он ушёл, — тихо сказал Игорь.

Он. Не папа. Мне не нужно было спрашивать о ком идёт речь. Наверное, это и хорошо, что вот так, по-английски. Но Игорь?

— Ты почему не спишь? — спросила я его.

— Ждал, пока ты проснёшься.

— Зачем?

— Чтобы убедиться, что ты не натворишь глупостей, — это были слова мужчины, а не четырнадцатилетнего подростка.

— Я не могу, даже, если бы и захотела. У меня есть ты и Элина. — Тут на кухню приплёлся пёс и потёрся о мои ноги. — И вот это лопоухое создание. Так что, мне никак. Пойду, умоюсь.

Я долго разглядывала себя в зеркале в ванной. На меня смотрела взрослая женщина, которая когда-то мечтала о том, чтобы иметь дом, семью, детей и собаку. Не все желания сбылись, или сбылись не так, как хотелось бы.

Я посмотрела на своё правое плечо. Рисунок никуда не исчез, но я не чувствовала Райшаарии. Её не было. Осталась только картинка на моем теле. Можно было, конечно подумать, что всё мне просто приснилось, или я всё это выдумала. Но, как тогда объяснить цветную татуировку на моем плече в виде драконицы, если я ни разу в жизни не была в тату-салоне?

Конец 1 части.

Независимо от того, готовишься ты к встрече Нового года или нет, новый год всё равно наступает. И ему совершенно всё равно, хочешь ты этого, или нет.

Вот так и получилось у меня в этом году. Точнее, теперь уже в том. Несмотря на то, что ужасно хотелось куда-нибудь спрятаться, ничего не слышать и никого не видеть, мне пришлось нарядить детям ёлку и приготовить праздничный ужин.

Ёлку, точнее сосну, купил Игорь. Он кое-как затащил её в дом и поставил в коридоре, чтобы она оттаяла. В результате дома запахло хвоей, а на полу растеклась большая лужа. Радостное настроение было, пожалуй, только у Грея. Он понимал, что происходит что-то большое и грандиозное, и без него никак не обойтись. Он старался успеть везде, носясь по квартире с сумасшедшей скоростью и сбивая всех с ног.

Элина полезла за ёлочными игрушками, обнаружив спрятанные подарки. И я решила, что раз всё у нас вверх ногами, то почему бы не поднять настроение детям подарками, которые были тут же распакованы.

Для Элины я купила костюм Зелёной Феи. Почему именно зелёной – не знаю, может потому, что чешуя Райшаарии была изумрудной? Или Элина всегда смотрела мультфильм про Динь-Динь. Я не помню, но тогда я думала, что так и надо.

Элина не стала ждать и тут же надела костюм. И поэтому в доме с носящейся собакой начала бегать ещё и Зелёная Фея, махая волшебной палочкой. Грею такая компания понравилась.

Игорю я купила игровые наушники с микрофоном и ещё какой-то навороченной ерундой, в которой я не сильно разбираюсь. Но сын был в восторге.

К великому огорчению пса, Игорь не составил им компанию, а уселся за свой компьютер, я так понимаю, тестировать новые наушники. Грей пару раз забегал к нему в комнату, видимо, надеясь, что тот присоединится к ним с Элиной, но был выгнан, и Игорь закрыл дверь в комнату.

Я как раз смотрела на подарок, который я приготовила для Юры. В коробке, обтянутой блестящей бумагой чёрного цвета, были завёрнуты кожаный портмоне с гравировкой, наручные часы и именная ручка. Я не знала, что теперь мне с этим делать. И решила всё-таки при возможности передать адресату.

Как раз в тот момент, когда я положила коробку на комод, чтобы не забыть, раздался звонок в дверь. Как правило, все звонят в домофон, и я подумала, что это Юра. Хотя у него оставались ключи, и не думаю, что он стал бы так церемониться. Но в душе что-то ёкнуло, и я пошла открывать дверь, столкнувшись в коридоре с Игорем. Обычно он никогда не покидал пределов своей комнаты. А тут.... Видимо, он подумал так же. Ну, пёс как всегда был впереди всех. А ещё сосна, лужа, и Зелёная Фея с палочкой. Полный комплект!

Это оказались мои родители, которые пришли поздравить с наступающим Новым годом, забыв предупредить меня об этом. Как обычно. Хоть что-то в этом мире остаётся стабильным.

Наверное, первый раз в жизни я промолчала, утаив от родителей правду, и не сказала им ничего. Не хотелось портить им предпраздничное настроение. Папа установил нам ёлку. Я не представляла, что бы лично я с ней делала. Мама, немного поворчав, впрочем как всегда, что мой муж ничего не умеет толком делать, начала с Элиной разбирать ёлочные украшения. А я сбежала от них на кухню, смотреть запасы в холодильнике и придумать что-нибудь к чаю.

Дети вчера меня не трогали. Игорь купил пельмени и сварил их, накормив сестру и собаку. Я вчера ничего не ела, и сейчас поняла, что хочу есть. Засунув в духовку замороженные тефтели, я пошла помогать наряжать ёлку. Когда главный атрибут новогоднего праздника был украшен, тефтели приготовлены, Игорь сбегал за тортом, мы сели ужинать.

Вечер прошёл спокойно. Родители ушли, так и не дождавшись своего зятя. Мама, естественно, не упустила такую возможность, напомнив, что она всегда о нём думала.

Вот странно получается. Почему наши родители видят всё наперёд, а мы нет? Мама постоянно мне твердила об этом, но я не хотела её слушать. Не скажу, что я и сейчас бы её послушала. Я всё равно сделала бы по-своему. Но! Как они знают всё заранее? Мне ещё, конечно, предстоит выслушать лекцию на тему: «А я тебе говорила!», но не сегодня, и не сейчас.

Элину я отправила спать, Игорь опять «завис» в игре, я осталась одна. Зашла в пустую спальню, в которую не заходила ни вчера, ни сегодня. Не знаю почему. Но очень глупо и неудобно спать в гостиной на диване.

Всё стояло на своих местах, за исключением того, что Юра забрал свои вещи. Об этом свидетельствовали пустые полки и вешалки. Значит, он и сам решил не возвращаться. Уже легче. Я надеюсь, что легче. Хотя, я всегда была реалисткой и понимала, что «легче» не будет. По крайней мере, сразу.

Я не плакала и не жалела себя. Проревелась я там, в своим сне, отведя душу. А вот то, что уже прошло два дня, а я ничего не знала о Райшаарии, меня волновало. Причём волновало, куда сильнее, чем то, что от меня ушёл муж!

Я снова прислушалась к себе и своим ощущениям. Ничего. Я несколько раз мысленно и даже вслух тихонько позвала Райшаарию. Ничего. Тишина. Ни намёка на то, что она рядом. Я сняла халат, оголив своё правое плечо. Татуировка не исчезла. Райшаария, точнее её рисованная копия, так и лежала, свернувшись клубочком и положив мордочку на лапки. Её глаза были закрыты и, казалось, что она спит. Но я-то знала, что она никогда не спит!

Господи, ну вот почему так? Завтра Новый год, а мне хочется сбежать куда-нибудь подальше отсюда и не возвращаться. Можно, конечно, на всё это посмотреть и с другой стороны: новый год, новая жизнь, новые желания, новые возможности. Однако, даже это не успокаивало.

Я решила придержаться народной мудрости и лечь спать. Вроде, как утро вечера мудренее, и всё такое. Но, положа руку на сердце, мне хотелось просто найти Райшаарию. Я никак не хотела смириться с тем, что она ушла навсегда, оставив мне только своё изображение на моем теле. Поэтому я быстро стянула постельное бельё с кровати, постелила свежее и, не донеся голову до подушки, ушла в сон.

Но её я опять не нашла.

Это были самые долгие новогодние каникулы. Обычно мы всей семьёй выезжали за город кататься на лыжах, на горке. Но теперь нас везти было некому. И для себя я решила, что пора садиться за руль. Поэтому в ближайшее время посмотрю автошколы. Но каникулы надо было спасать сейчас.

Я пару раз всё-таки вывезла Эльку на большие ёлки. Игорь ехать отказался, а я не стала настаивать. Не хочет и не надо. Правда, взяла на заметку проконтролировать его. Рановато ещё его отпускать.

Юра так и не появлялся и не звонил. Наверное, ему сейчас явно не до нас. Всё-таки, какая никакая, а свобода. А ещё мне пришлось выслушать от мамы полный курс: «И когда ты только поумнеешь». Было всё: и «А я тебе говорила!», и «Никогда не слушаешь мать», и «Головой раньше надо было думать», и «Он мне сразу не понравился» – и многое другое, но в таком же духе.

Я молча пила чай на родительской кухне, не прерывая мамин словесный поток. Ибо бесполезно! Но именно тогда я себе твёрдо пообещала, что в любой ситуации я просто буду рядом с детьми. Не упрекая, не читая нотации. Просто приму всё как есть. Ведь каждый смотрит на жизнь под своим углом, и ещё неизвестно, чья точка зрения верная. Да и есть ли она, верная?

Дождавшись, когда вся страна отгуляет свои заслуженные выходные, я подала на развод. Я не знала, работал суд или как и все нормальные люди отдыхал. Работал, но теперь уже неважно. На работе я никому ничего не говорила. Евгения, правда, пару раз на меня покосилась, но заметив, что я не сняла обручального кольца, спрашивать ничего не стала. Вот и умничка! Её спутник явно знал всё про моего пока ещё мужа. Мне же совершенно не хотелось, чтобы на работе обсуждали мою личную жизнь.

А вот обручальное кольцо я сняла. В самое первое утро после «Фараона». На пальце остался многолетний след, который сразу бросался в глаза, поэтому я просто купила себе новое кольцо и заменила им обручальное. Оно отличалось от предыдущего тонким рисунком по центру, но это не так и заметно. Для меня это было просто кольцо, а для других... Честно говоря, мне всё равно. Главное, что не было лишних вопросов.

Так почти незаметно прошёл месяц. От Райшаарии ничего не было слышно. Я уже серьёзно начинала сомневаться, а было ли что-то на самом деле. Может, мне всё просто приснилось? Но и с моими снами происходило что-то непонятное. В поисках Райшаарии я стала попадать в самые разные «сны».

Я так и не научилась воспринимать их как «реальности». И иногда, пролазив напрасно в её поисках, я просыпалась совершенно измученной и разбитой. Но когда я попадала туда, где всегда летала, то при «возвращении» чувствовала себя прекрасно. Решив, что именно эти полёты во сне дают мне бодрость, я старалась каждый раз там бывать.

Теперь я стала немного понимать, почему иногда ты просыпаешься и чувствуешь себя отдохнувшим и полным сил, а иногда, проспав то же количество времени, ты разбит и вымотан. Оказывается дело не в том, сколько времени ты провёл во сне, а в том, где ты их провёл! Вот такая мысль пришла мне в голову, и каждый раз я всё больше убеждалась, что права. Правда, поделиться этим мне было совершенно не с кем. Райшаарию я так и не нашла, а к докторам меня пока не тянуло.

Было утро субботы, когда раздался звонок. Ко мне примчался пёс с видом: «Ты слышала?! Ты слышала?! Давай быстрее! А вдруг там уже ушли?! А вдруг там вкусняшки?!» Пришлось идти открывать дверь.

На пороге стояла моя свекровь. Бывшая свекровь. Надо сказать, что я порядком была удивлена. Не думала, что она придёт вот так.

— Здравствуй, Оля, — сказала она ровным голосом.

— Здравствуйте, Полина Власовна.

Я не знала, зачем она пришла. Вообще-то, с этой женщиной у меня были хорошие отношения. Несмотря на то, что обычно говорят про свекровей, мы с ней ладили, да и дети её любили.

— Раньше ты сразу приглашала меня в дом, — усмехнулась она.

— Извините, — я растерялась. — Проходите, конечно.

В коридор выбежала Элька.

— Ба-а-а! — закричала она и повисла у бабушки на шее.

— Моя ты, золотая! — произнесла женщина с чувством. — Я так по тебе скучала!

— Я тоже! — воскликнула Элина.

Я в душе глотала слёзы. Каким нужно быть эгоистом, чтобы лишить своих детей того немногого, что у них было.

— Ба, я теперь настоящая Фея! — гордо заявила Элина.

— Правда?! Я всегда это знала, — подтвердила бабушка.

— Да! У меня есть платье и волшебная палочка!

— Покажешь?

— Д-а! — и Элина умчалась в свою комнату переодеваться.

Полина Власовна с нежностью смотрела ей в след. Но потом перевела взгляд на меня.

— Оля. Я знаю, что вы с Юрой... Подожди, не перебивай, — попросила она меня, — это ваша с ним жизнь. Но. Меня это не касается. Я, как любила и тебя, и Элину, и Игоря, так и люблю. Прошу, не запрещай мне их видеть!

— Да, я и не думала, — тихо произнесла я.

— Я — их бабушка. И я их люблю! И я, как никто другой понимаю, что у меня кроме них никого нет, и не будет. Не думаю, что эта, или какая-нибудь другая когда-нибудь родит ребёнка. А кроме них, – она кивнула внутрь квартиры, куда умчалась Элина, – я никому буду не нужна.

Тут в коридор влетела Зелёная Фея, махая волшебной палочкой.

— Боже, мой! Элиночка! Ты — настоящая фея!

— Хочешь, я исполню твоё любое желание? — воскликнула Эля.

— Конечно, хочу, — тут же согласилась Полина Власовна.

— А что ты хочешь больше всего? — поинтересовалась моя дочь.

Свекровь с нежностью и любовью посмотрела на свою внучку и сказала:

— Видеть тебя счастливой.

Полина Власовна заходила к нам. Нечасто, потому что сама ещё и работала. Но регулярно. Она просто заставила меня подать на алименты. Дело в том, что я не собиралась этого делать, но бывшая свекровь настояла на этом. Я тогда очень сильно засомневалась, а она точно мать Юры? Ведь ни одна нормальная женщина не станет желать своему сыну чего-то такого. Обычно реакция бывает как раз наоборот. Мол, нарожают, а он плати, бедненький. Ничего подобного не было. Отец должен, если уж не заботиться, но хотя бы обеспечивать своих детей. Я, конечно, была шокирована, но полностью с ней согласна. По крайней мере, я точно хочу, чтобы мои дети выросли такими же порядочными и справедливыми.

Правда, потом я поняла, что мало её знаю, точнее, совсем не знаю. Дело было в том, что пару раз, я приходила домой, заставая свою бывшую свекровь уже у порога. Обычно её провожал Игорь, и она тут же убегала. Спрашивая сына, зачем она приходила, Игорь обычно отвечал: «Да просто так».

Просто так ничего не бывает! Можете мне поверить!

Свекровь позвонила мне заранее и спросила, можно ли ей прийти в гости к нам на целый день. Я, конечно, была не в восторге, провести выходной в компании бывшей свекрови, но отказать ей не смогла. Потерплю, чего уж там. Тем более она меня и не сильно напрягала. Я могла спокойно уйти по своим делам, оставив её с детьми, но решила, что там видно будет.

Обычно она сначала ходила с Элиной по магазинам, а тут попросила её подождать, и сразу прошла в комнату к Игорю. О чём они разговаривали, я не знаю. Просто Игоря очень трудно оторвать от компьютера. А тут… Странно как-то.

Но по порядку.

Потом она с Элиной шила новое платье для куклы. Потому что магазины никуда не денутся, а её Принцесса ждать не может! И всё было бы спокойно, и я бы так ничего и не узнала, если бы у свекрови не зазвонил телефон.

Звонил её сын, то есть мой теперь уже бывший муж, и он говорил так громко, что не услышать было невозможно. Я не старалась прислушиваться, о чём они говорили, но когда Полина Власовна просто закричала на него, что он водит в дом кого попало, что ей приходится вызывать санэпидемстанцию, я тихо села на диван.

Но ещё больше меня поразило то, как она отключила телефон. Это была довольная и собой, и своей жизнью женщина. Будто не она пару мгновений назад ругалась по телефону, а слушала концерт Моцарта! Я ничего не понимала. И причём тут санэпидемстанция?

— Полина Власовна, у вас всё нормально? — осторожно спросила я.

— Да, — с довольной улыбкой ответила она.

— Простите, но вы сказали, что вам пришлось вызвать санэпидемстанцию? — осторожно, чтобы не задеть чувства, поинтересовалась я.

— Да, — легко ответила эта женщина, как будто это у неё ежедневная традиция. Как кофе по утрам.

И тут Игорь заржал. Простите, но другое слово просто неуместно! Бабушка строго посмотрела на своего внука. Игорь прекратил этот дикий смех, но еле сдерживался. Так! Это что, заговор?!

— Полина Власовна, объясните, что происходит, — серьёзно попросила я. Мне уже было не до шуток.

— Олечка, да что тут может происходить?! — надо же сама невинность! — У меня в доме завелись тараканы!

— Какие тараканы? — опешила я.

Дело в том, что моя свекровь на редкость аккуратная женщина. У неё всегда не просто порядок, а идеальный порядок! И тут на тебе! Тараканы! Да мне проще было поверить, что на Землю приземлились инопланетяне, чем в то, что у неё в доме завелись тараканы!

— Обыкновенные. Ты что ни разу не видела тараканов?!

— Ба! Я не видела! — тут же воскликнула Элька.

— Да, моя ты хорошая… А давай мы сходим на выставку, и я покажу тебе тараканов и жуков? — предложила заботливая бабушка.

— Да! — Элина захлопала в ладоши.

— Нет. Сначала вы объясните мне, что происходит, — настойчиво попросила я.

Полина Власовна вздохнула.

— Ладно. Видит Бог, у меня не было другого выхода. Этот самый гуманный!

Игорь опять гыгыкнул. Я ждала продолжения. И оно тут же последовало. Но лучше бы я ничего не знала! Вот верно говорят, что любопытство – это грех, и много знать вредно. Очень вредно!

— Я уже тебе не раз повторяла, что я люблю своего сына, и не буду вмешиваться в его личную жизнь.

Вместо ответа я кивнула.

— Так вот. Когда он пришёл ночью домой с вещами, я поняла, что ты обо всём узнала. Прости. Но об этом потом. Он, естественно, остался у меня. Не выгонять же своего ребёнка на улицу. Я думала, что Юра не захочет жить с мамой, думаю, ты сама понимаешь по какой причине, и быстро решит вопрос с жильём. Но я ошиблась. Он привёл её ко мне. Но это было полбеды. Я стерпела, надеясь, поживут, пока что-нибудь подыщут. А нет! Юра начал пропадать на работе, а она... Это ей не так, то ей не эдак! Нос воротит, а делать ничего не делает. В ванной разбросала кучу разных тюбиков, чашки вечно в помаде, полотенца в пудре. Вечером повиснет на нём и ноет: «Юрочка, я так больше не могу!»

Не скажу, что мне очень хотелось выслушивать жалобы своей бывшей свекрови, но здесь я её понимала.

— И терпение моё закончилось. Юра не прилагал никаких усилий, чтобы хоть что-то сделать. Эта только канючила и устраивала хаос. И я решила, что нужно как-то им «намекнуть». Простых слов явно было бы мало. И я подумала, что нужно что-то такое, чтобы она сама сбежала из моего дома и никогда больше не возвращалась. Вот я и решила завести тараканов, — на одном дыхании выдала Полина Власовна. — И не просто, чтобы там один или два по кухне ночью бегали, а так, чтобы демонстрацией по дому ходили.

Игорь опять заржал. Мне поплохело.

— Как вам такое в голову пришло? — у меня никак не укладывалось, что эта маленькая спокойная женщина, помешанная на порядке и чистоте такое могла допустить?! Причём не просто допустить, а ещё и придумать!

— Как? Да само как-то вышло. Эта, увидев малюсенького паучка в ванной, так истерила, что бедный паучок, наверное, точно инфаркт получил. Вот мне и подумалось, раз я не могу справиться человеческими ресурсами, она же ведь слов-то не понимает, пусть мне помогут животные.

— Но тараканы! — я все ещё была в шоке.

— Сразу скажу, идея не моя, — пожалела об этом моя свекровь, — я в кино это каком-то видела.

— «Трудный ребёнок», — подсказал Игорь. — Но там не так глобально.

— Точно! Вот я и попросила Игоря заказать мне тараканов.

— Что сделать?! — не поняла я.

— Заказать по почте, — как ни в чём ни бывало, ответила Полина Власовна. — Ну, ты сама пойми, где я тебе возьму столько тараканов?! Не самой же их ловить? Вот мы с Игорем и решили, что лучше их купить.

— Вы с ума сошли?! — вырвалось у меня. — Игорь, твой отец далеко не дурак, и просчитать IP адрес ему пару раз плюнуть!

— Мам, я же не дебил! Я не заходил со своего компа, — обиделся Игорь.

— Оля, не ругай его. Это всё моя вина и затея, — вступилась за внука бабушка. — А он — большой молодец!

— Мам, я попросил Данилу, чтобы он через компьютерный клуб посмотрел адрес и цену. И мы, точнее, не мы, а ребята из группы, где учится его старший брат, заказали нам посылку. Тоже через компьютерный клуб. Причём три разных! И они же и получали их.

— Господи, а три-то зачем? — прошептала я, не в силах поверить в услышанное. Я никогда бы не подумала, что Полина Власовна на такое способна.

А я ещё беспокоилась об её чувствах! И втянуть в это Игоря!

— Чтобы уж точно подействовало, — ответила Полина Власовна. — А оно подействовало! Да ещё как! Я у соседки сидела. Так эту не только мы слышали, там весь подъезд выглядывал, так она визжала. Чуть голяком на улицу не выскочила. — гордо заявила женщина.

— Эх, жаль, мы видеокамеру не додумались поставить, такой материал пропал, — серьёзно сокрушался Игорь. — Она бы ещё и звездой интернета стала.

— Игорь! — упрекнула я сына. — Разве так можно?!

— А разве можно лезть в чужую семью? Разве можно, мешать человеку, нормально жить? — огрызнулся сын.

И мне стало ещё хуже. Для него это была не детская забава, а месть. Своеобразная, но месть.

— Так они расползутся не только по квартире, но и по всему дому! — это был мой последний и очень слабый аргумент.

— Нет. Там гель шёл в комплекте. Если провести им замкнутую линию, а внутрь посадить тараканов, то они эту линию не пересекут, — объяснила мне бывшая свекровь. — Магия! Не иначе!

— Да, отрава обыкновенная! — фыркнул Игорь.

— Игорь, я надеюсь, ты случайно эту «магию» домой не притащил? — спросила я.

— Нет, — ответила за него бабушка. — Мы только вместе чертили, а коробку открывала я без него. Да и они были в каком-то дышащем пакете, который просто нужно было поставить в центр и просто проткнуть. Они уже сами выбирались. Вот только ковровое покрытие из гостиной я всё-таки выкину. Да и покрывало с их кровати тоже.

— Господи, ещё и на кровать! — прошептала я.

— А как же! Она ведь только там и валялась, тыкаясь в телефоне, и губы тянула в камеру. Тьфу!

— Ба! — Элька потянула бабушку за рукав. — Мы пойдём смотреть тараканов?

— Да, конечно. Игорь, посмотри, пожалуйста, где есть какая-нибудь выставка, — попросила бабушка.

— Игорь, только не через домашний интернет! — взмолилась я.

— Мам! Я не маленький!

И мне пришлось с этим согласиться. Он вырос. И уже начал понимать почём фунт лиха.

— Так, а вы? Как теперь вы будете? Там же... — я ярко представила себе картину, где в квартире шагу нельзя ступить.

— Как я. Я подождала, пока сынок соберёт все вещи, вызвала рабочую группу, и они всё протравили. Просто там ещё нельзя пока жить, вот я и попросилась к вам в гости.

— Так, а ночевать вы где будете? — спросила я.

— Ещё пока не решила. Зайду вечером, посмотрю, может, уже не воняет.

— Оставайтесь. Завтра пойдёте. — вздохнула я.

— Ба! Мы скоро пойдём? — заныла Элька.

И они ушли на выставку. Игорь снова засел за игру. А я попыталась прийти в себя.
«И это — моя семья!» – больше на ум мне ничего не пришло, только слоган популярной в своё время рекламы.

Время неумолимо движется вперёд. Или течёт? Я не знаю, как правильно. Но мне кажется, что как бы ни было сказано, остановить его нельзя, и это суть. Иногда хочется, чтобы оно бежало быстрее, а бывает наоборот, чтобы замедлилось, или остановилось навсегда. Но не зависимо от нашего желания время идёт размеренными шагами без ускорения, без отдыха, без остановок. И человек пока ещё не может это изменить. Он может его распределить, разделить, расписать, но изменить – нет. А жаль.

Жаль в том смысле, что мы не можем повлиять на ход событий. И это всё пройдёт: и хорошее, и плохое. Хотя, если бы у меня была возможность вернуться назад и всё изменить, я бы не стала этого делать. Почему? Не знаю. Наверное, в том, что было, неважно хорошее это или плохое, и есть сама прелесть жизни. Именно жизни, а не существования.

Человек быстро привыкает к хорошему, взгляд замыливается, и он уже не так сосредоточен на чём-то важном.  И тут бац! Удар. Шок. Потрясение. Встряска. И человеческий мозг снова работает на полную мощность, пытаясь выпрямить ситуацию.

Я не хочу сказать, что это нужно. Нет. Я хочу сказать, что никогда не стоит расслабляться и плыть по течению, когда «всё хорошо». А поддерживать это «хорошо», как огонь, чтобы он не погас, чтобы потом не наступило «холодно».

Вот такие мысли бродили в моей голове, пока я пила кофе и смотрела на улицу через окно небольшого кафе, которое было через дорогу от офиса. Стояла середина марта. Солнце приятно грело, искрясь в таявших сосульках и уже грязно-сером снегу. Черные проталины били по глазам. Именно этот период «превращения» зимы в весну наводил на меня такое философское настроение. Природа менялась на глазах. Но этот период становления был мало симпатичен. Белоснежное полотно зимы ещё не перешло в изумрудную весну, а природа пока ещё смешивала свои краски в палитре.

От простого созерцания меня отвлёк завибрировавший телефон. Звук я включала только на улице. А так как телефон лежал всегда передо мной на столе, то мне было вполне достаточно вибро.

– Алло?

– Мам, привет? Занята? – услышала я в трубке голос своего сына.

Обычно он интересовался моими делами, когда ему что-то от меня было нужно. Значит, ничего страшного не случилось, что уже хорошо.

– Нет. Говори, что хотел, – попросила я. Не люблю тянуть кота за хвост. Лучше сразу к делу.

– Почему сразу «хотел»? – обиделся Игорь. – Просто звоню узнать, как у тебя дела.

Ага. Так я и поверила!

– Всё хорошо! – честно ответила я. – Пью кофе.

– У тебя обед?

– Нет. Приехала рано с проверки и решила, что не хочу идти в офис. Вот зашла в кафе.

В последнее время, я практически всегда выходила из офиса, чтобы пообедать и заодно избавить себя от лишних вопросов, которые иногда возникали. Я, по своей природе, честный человек, и врать не люблю. Считаю, что лучше не сказать всей правды, чем солгать. Но некоторые прямые вопросы не оставляют такой лазейки. И поэтому я старательно избегала встреч с Евгенией, которая, наверное, единственная была в курсе моих семейных дел.

– Ясно, – протянул Игорь. – А на вечер у тебя планы были?

Сегодня вторник, Элину на танцы везти не нужно.

– Игорь, не тяни ты уже, – попросила я сына. – Говори, что хотел.

– Мам, ты же перса в L*** не удаляла? – наконец-то дошёл до сути Игорь.

– Нет.

Меня во время ещё первого декрета, затянули в игру. Сначала я ничего в ней не понимала. Ну, бегают персонажи, выполняют задания, бьют мобов, развиваются. А потом, когда немного разобралась, то мне стало интересно. Юра предложил мне её. Он в то время, что-то тестировал и тоже в неё играл. Так у меня появился довольно-таки симпатичный персонаж тёмной эльфийки, за которую я играла. Потом я, конечно, бросила всё это дело. Родился Игорь, и мне уже было не до компьютерных игр.

Потом снова декрет. Вспомнила про игру и удивилась, что не заблокировали. Всё было, как и прежде. Да и Игорь охотно сидел возле меня, наблюдая с неподдельным детским интересом. Потом сын попросил себе персонажа. Сначала я была против. Мал ещё. Обещала, что как только пойдёт в школу и научится читать, то будет у него свой персонаж.

Он тут же схватился за азбуку, и начал повторять уже выученные буквы. В итоге, в шесть лет сын читал (в реале) и обзавёлся собственным гномом (в игре), и развивал своего гнома, параллельно совершенствуя своё чтение. Квесты-то читать надо! Поэтому первый класс для него не составил никакого труда. Да и мне не пришлось заставлять его читать дополнительную литературу. Он сам её читал! И литературу по школьной программе тоже. Потому, что садился за компьютер только после выполненных уроков. У него уже появился другой персонаж. Гном ему надоел.

– Мам, а ты не могла бы вечером нас похилить?

– С чего бы вдруг? – искренне удивилась я, поскольку L*** была давно заброшена, и он уже давно играл в новую игру.

– Ну, вот решили с Данилой и Серёгой снова поиграть.

– Так разница в левлах будет большой. У вас же персонажи новые. А у меня уже почти топ!

– Да, нет. Мы решили за старых играть.

– А я-то вам зачем? Давай я тебе дома пароли найду, и вы уже без меня как-нибудь?

– Не-е, нам живой хил нужен.

– Что хилы перевелись что ли? – я ничего не понимала, потому что в L*** до сих пор играло достаточно много народа, и собрать пати не составляло большого труда.

– Мам, нам нужен свой хил! Мы не хотим брать кого-то со стороны, чтобы не резать лут.

– Вот, оно что! Игорь, жадность, ещё никогда до хорошего не доводила, – сказала я сыну, – с одним хилом всё равно не управитесь. Ещё нужны саппорты.

– В том то и дело – все есть, а хила нет, – настаивал Игорь.

– Честно, не знаю. Игорь, мне совсем не хочется, – ответила я, хотя уже начала в этом сомневаться. Как там моя эльфийка? Да, и отвлечься можно.

– Мам, ну, пожалуйста! Мы только по данжам и всё. Без кача! Я посуду всю помою.

О! Это уже интереснее!

– Ну-у, – протянула я.

– Мам, я у Эльки уроки все проверять буду, – пообещал Игорь.

– Точно? – тут же спросила я.

– Точно! Даже объяснять ей всё буду. Честно!

– Ладно, дома поговорим.

– Мам, это – да? 

– Я же сказала, что дома поговорим.

– Мам, мне ребятам что сказать? Они же ждать будут, – не унимался Игорь.

– Ладно. Да. Шантажист.

– Не-е. Дипломат. Пока, мам!

Я отключила телефон, удивляясь тому, как легко меня было уговорить.

– Простите, я невольно стал свидетелем вашего телефонного разговора.  Вы позволите? 

Я не сразу поняла, что обращаются ко мне.

– Что? – переспросила я, глядя на высокого довольно красивого мужчину лет сорока.

– Я могу присесть? – вежливо поинтересовался он.

Надо же. Воспитанный. Нынешнее молодое поколение более демократично. Уселось бы и даже глазом не моргнуло.

– Я сидел позади вас, – объяснил мне мужчина. Верно. Я помню, что прошла его столик, заняв самый последний, и села к нему спиной. Если быть совсем точной, то спина к спине, поскольку он сидел лицом в зал. – И невольно слышал весь ваш разговор.

Я пожала плечами. Слышал и слышал. Я не понимала, к чему он клонит.

– Ой, простите меня! Сергей. Сергей Владимирович. Но лучше просто, Сергей, – сказал он таким тоном, словно я тут же поняла, кто он такой.

– Ольга Васильевна, – нехотя назвала своё имя. Близко знакомится мне точно не хотелось, но не ответить было не вежливо. На имя я переходить не стала – на брудершафт я с ним не пила, и детей крестить не собиралась.

– Очень приятно, Ольга.

Я невольно поморщилась. Такая фамильярность мне не понравилась, но это было единственное неприятное впечатление о моем новом знакомом. Он так и обращался ко мне по имени, чаще употребляя уменьшительную форму. Я же называла его исключительно по имени-отчеству. Ибо нечего! Да, вот такая я упрямая.

Наше общение было в основном в этом кафе, где я взяла себе привычку обедать. Что его сюда привело, я так и не поняла. Судя по деловому костюму и манере поведения, Сергей не был обычным клерком, но с другой стороны, занимающие высокие должности уж точно не обедают в таких кафе. Интересоваться я не стала, мне оно не надо, а он о себе ничего не рассказывал. Единственной темой общения была игра.

Оказалось, что он уже давно играет. Причём не просто играет, как я время от времени, а постоянно и с азартом. Там у него есть свой клан, который находится на верхушке топа. И первое, что он попытался сделать, это заполучить моего персонажа в свой клан. Ага! Так я и согласилась! Делать мне нечего, как всё свободное и несвободное время сидеть в игре!

Как Сергей только меня уговаривал. Не помогло! Он, конечно, очень расстроился, но не потерял надежды, что я рано или поздно передумаю. Я ему пообещала, что если вдруг такое случится, то я выберу только его клан. Если. Всё-таки «если» – очень хорошее слово.

После того, как «завербовать» меня не получилось, он, вроде как, успокоился и наши разговоры стали носить более приятный характер, касающийся, однако, только игры. Сергей рассказывал интересные истории из жизни клана, его игроков, и тому подобное, а мне, действительно, это было интересно. Единственное, Сергей пытался меня подловить и узнать ник моего персонажа. То предлагал по почте (игровой, я имею ввиду) мне что-то послать в качестве презента, то в друзья добавить, то ещё что-нибудь. Только «такого счастья» мне не надо. Вот честно! Я не настолько помешана на этом, а если вдруг и зашла поиграть, то мне нравится делать то, что я хочу сама. Как та кошка, которая гуляет сама по себе.

 Игорю я, конечно, помогала. Но это Игорь И потом полчаса в игре стоят вымытой посуды и проверенных у Элины уроков!

Но с Сергеем Владимировичем этот номер не проходил. А потом он начал жаловаться на свою личную жизнь. Оказывается, он был женат. Так вот, его жена постоянно была не довольна по поводу того, что всё свободное время муж проводит в игре и совсем не уделяет время семье. Что, на мой взгляд, вполне верное замечание. И что он просто мечтал встретить женщину, которая разделяла бы его интересы. Во, даёт! Неужели он думает, что я в это поверю?

И в один прекрасный день, Сергей предложил не больше, не меньше, как «соединить свои судьбы». Он назвал это подарком небес, что мы с ним встретились совершенно случайно, и такую возможность нельзя упускать. Большего бреда слышать мне ещё не доводилось.

Я всё понимаю. Но одно дело общаться на пусть и интересную обоим тему, а другое дело перевести это в нечто большее. Нет уж, извините! Или он просто пытается затянуть меня в свой клан через постель?

Сергей смотрел мне прямо в лицо, держа меня за руки и ожидая ответа. Я убрала свои руки. Чужие прикосновения мне были неприятны. Теперь осталось объяснить, что это наша последняя встреча, и я тщательно подыскивала нужные слова. Однако, моё молчание Сергей расценил по-своему.

– Я знал, что вы, Олечка, меня поймёте! – сказал он широко, улыбнувшись.

Я усмехнулась. Это же каким нужно быть самоуверенным! Тут мой взгляд скользнул на мужчину, который сидел не так далеко от нас, но, как мне показалось, поглядывал в нашу сторону. И, по-моему, я его уже видела. Возможно, я бы и вспомнила, если бы сконцентрировала своё внимание и напрягла память, но мне срочно нужно было решать, как культурно спровадить Сергея Владимировича. Я ещё раз взглянула на того мужчину, и он, заметив это, отвёл взгляд.

– Всё как раз совсем наоборот! – чётко и твёрдо сказала я. – Мне очень жаль, что мой интерес к игре вызвал у вас подобные мысли. Это не допустимо. И поэтому, Сергей Владимирович, я благодарю вас за интересное общение, но эта встреча была последней.

– Как так?! Оля! А что мне теперь делать?! Поймите меня! Моя жена меня совсем не понимает и не хочет понимать! Вы – единственная, кто принял меня таким, какой я есть!

– Вы ошибаетесь. Это не так. И не стоит больше продолжать, – отрезала я.

– А как мне дальше жить? Что я теперь должен делать? – это был крик души. Кажется, он был так уверен, что я соглашусь на его предложение.

– Вы? Вы пригласите свою жену в кафе, ресторан, не знаю, что ей нравится больше. Вы скажете ей, что были не правы, проводя всё время в игре, и попросите простить вашу слабость.

– И вы серьёзно думаете, что это поможет?! – Сергей был обескуражен. Видимо, ему самому такое в голову не приходило.

– Я думаю, что поможет. Ваша жена заслуживает большего внимания, чем вы до сих пор ей уделяли. Прощайте.

Я поднялась, собираясь уйти, и наткнулась на удивлённый взгляд мужчины, который изредка на нас поглядывал. Что-то слишком много мужчин на один квадратный метр! Я встретилась с ним взглядом. На этот раз он не отвёл глаза, а напротив – смотрел в упор.

Я не стала заострять на этом внимание и вышла из кафе, сделав для себя вывод, что близкое знакомство с мужчинами ни к чему хорошему не приводит. Кругом одни эгоисты.

***

Прошло, наверное, чуть больше недели. Это случайное знакомство стёрлось из памяти. Да, собственно, и вспоминать-то по большому счету было нечего.

Я вышла из офиса, собираясь ехать домой. Погода была чудесная, и я решила немного пройтись пешком. Мне нравились такие прогулки. Можно было подумать. А подумать мне было о чём. Я так и не оставила попытки найти Райшаарию, или хотя бы узнать, где она и почему так неожиданно исчезла. Дома побыть одной возможности не было, и поэтому я стала немного прогуливаться после работы и вечером с Греем.

Но не сегодня. Потому что сразу возле крыльца меня остановил мужчина и, протянув удостоверение, представился Громовым Павлом Андреевичем. Я порылась в своей памяти, никого с таким именем я не знала, но мужчина мне почему-то показался знакомым.

– Ольга Васильевна, добрый вечер. Генеральный директор компании «Любава» хочет поговорить с вами по одному деликатному вопросу. Она просила передать, что это не займёт много времени, и потом вас отвезут домой.

–  А телефоном ваш генеральный директор пользоваться не умеет? – я смотрела в лицо этому Громову Павлу Андреевичу, отчаянно пытаясь вспомнить, где я его видела.

Он не то усмехнулся, не то улыбнулся, но это было так завораживающе. Быстро, однако, я попадаю под очарование незнакомых мужчин.

– Думаю, что умеет. Но Марина Александровна настояла именно на такой форме. И, если вы не против, то я вас отвезу.

– Марина Александровна, значит. А тема вопроса вам случайно не известна?

– Нет, но она настоятельно просила уделить ей ваше время. Если понадобится, его оплатят.

О, как! Серьёзно. Сразу скажу, ни с «Любавой», ни с Мариной Александровной я точно раньше никаких дел не имела. Вот, что нужно генеральному директору от простого аудитора? Ехать, или не ехать? Вот в чем вопрос. Видимо, мои сомнения отразились на моём лице, потому что Громов предложил мне позвонить семье и предупредить, куда я еду. Значит, это не деловая встреча. Это точно. Тогда что? Ох, уж это женское любопытство! В общем, я согласилась.

Меня проводили до черного кроссовера, который стоял неподалёку, и усадили на заднее сиденье. Надеюсь, что в окно офиса меня никто не видел: не хочется лишних объяснений. Со стороны безопасности, конечно наоборот. Вот так всегда с нами женщинами, сами не знаем, что нам надо. Хочу похудеть и пирожное! Так, я отвлеклась.

Я позвонила Игорю и предупредила, что вернусь позже. Сын относился к моим опозданиям с пониманием. Правда, если я и задерживалась, то исключительно по работе. Это первый раз, когда я ехала не знаю куда, не знаю зачем, и не знаю с кем. Нет, я не легкомысленная. Просто, не знаю как это объяснить, но я почувствовала, что мне просто надо туда ехать. Со мной такого ни разу не было. Предчувствие какое-то или интуиция. Непонятное чувство. И потом, рядом с этим Громовым мне было спокойно. Вот такое вот впечатление производил этот человек. Наверное, все жертвы маньякам тоже доверяли. Брр.

Я откинулась на сидении и попыталась прочесть свои мысли. Ага. Как же! Они скакали не хуже белок! Попробуй их прочитай. Я не стала ломать голову, по поводу вопроса, который хотела обсудить директорша «Любавы». Приеду, узнаю. Я хотела понять, почему, я согласилась, то есть, почему это стало для меня важным? Вот это меня и насторожило. Райшаария. Всё дело в ней. Я не знала, найду я ответ, или нет, но то, что я приближалась к нему, это точно. Откуда появилась эта уверенность, мне было не понятно.

Громов умело управлял автомобилем, изредка бросая на меня взгляды через зеркало. Он ничего не говорил, а я и не спрашивала. Я уже говорила, что в последнее время, мне всё чаще хотелось побыть наедине со своими мыслями, чтобы хоть как-то их упорядочить. И раз прогуляться мне сегодня не удалось, то проедусь с комфортом. Всё-таки пора учиться на права.

Я не заметила, когда машина остановилась, и как мы въехали в раздвижные ворота. Я «очнулась», когда Громов открыл дверь кроссовера и помог мне выйти. Передо мной было двухэтажное здание, напоминавшее небольшой особняк. Это такой офис или частная территория?

–  Марина Александровна примет вас в своём кабинете. Это её загородный дом, – словно, прочитав мои мысли, ответил Громов. Он пригласил меня внутрь и уверенно провёл в кабинет. Интересно, он только водитель или по совместительству ещё кто-то? Вот оно мне надо?

Я зашла в просторный кабинет, обставленный со вкусом. Причём деловой стиль не нарушали даже тяжёлые портьеры. Было всё так гармонично подобрано. Но более всего меня поразила женщина, сидевшая за столом. Она подняла голову, когда мы вошли, и посмотрела на меня.

– Благодарю, Паша, – произнесла она, и поднялась мне навстречу. Её голос звучал мягко, да и сама она производила приятное впечатление.

Паша (значит, всё-таки не просто водитель!) незаметно вышел, словно испарился. И мы остались одни. Пару секунд мы молча друг друга рассматривали. Потом, словно опомнившись, Марина Александровна поблагодарила меня, что я приняла её приглашение и предложила сесть.

Она молчала. Я тоже. Видимо, она не знала, как начать, а я не могла ей помочь потому, что вообще не понимала, зачем я тут. Но скажу, что Соловьёва Марина Александровна была красивая женщина, выглядевшая лет на тридцать пять. Сколько же ей на самом деле, я не берусь судить. Открытая, живая, без высокомерия и надменности. Обычно женщины её положения более презрительно относятся к другим.

– У меня к вам, Ольга Васильевна, только один вопрос: почему? – наконец-то нарушила молчание Соловьёва.

– Что, простите? – я ничегошеньки не понимала.

– Почему? – повторила она. – Почему вы так поступили?

Господи, да о чём она толкует? Я же не ясновидящая!

И тут Марина Александровна включила запись.

«Всё как раз совсем наоборот», – услышала я свой голос.

«Мне очень жаль, что мой интерес к игре вызвал у вас подобные мысли. Это не допустимо. И поэтому, Сергей Владимирович, я благодарю вас за интересное общение, но эта встреча была последней».

Твою ж…

– Почему? – повторила свой вопрос женщина, пристально глядя на меня.

Вот что мне ей ответить?

– Я не знаю, что вы хотите от меня услышать, – честно сказала я. – Но другие варианты ответа я не рассматривала. Этот был единственный.

– То есть вас не прельстили ни секс, ни деньги?

– В таком виде – нет.

– Почему?

– Это не моё. «Это всё?» — спросила я.

– Да. Нет. Подожди, – она даже не заметила, как перешла на «ты».

– Просто другая на твоём месте….

– Мне не известно, как поступила бы другая на моём месте, но я – это я, а не другая.

– Спасибо, – просто сказала Марина Александровна.

– За что? – это был самый странный разговор в моей жизни.

Теперь я вспомнила, почему лицо Громова было мне знакомо. Это он сидел в том кафе и, по всей вероятности, записывал разговор.

– За то, что спасла мою семью.

Вот теперь я совсем обалдела! Да простят мне мой французский!

Марина Александровна встала и достала из бара бутылку коньяка и два стакана.

Она налила коньяк и один стакан протянула мне. Уговаривать меня не пришлось.

– После того, как ты ушла. Прости, это ничего, что я на «ты»? – опомнилась.

– Да, ладно уж, – махнула я рукой на весь этикет и приличия.

– Так вот, после того, как ты ушла, знаешь, что сделал мой муж? – Марина вопросительно посмотрела на меня.

– Понятия не имею, – честно ответила я. – Я его больше не видела.

– Он позвонил мне и попросил приехать в «Вечерние Зори». Я приехала. Я ещё не знала, чем все закончилось. Встретиться с Пашей я не успела. А телефонам я не доверяю, как ты уже заметила. И Серёжа мне все рассказал, как есть. Почти слово в слово. В этом я убедилась уже потом. 

Что сказать? Что я в шоке? Этого мало! Я была в полном онемении. Я, конечно, никак не думала, что мои слова, он воспримет всерьёз и им последует.

– Я уже не надеялась, что можно спасти семью. Измены бы я не простила. И тут вечер, цветы, его слова. Точнее, твои слова. Потом ночь, какой у нас ни разу до этого не было. Ты не представляешь, что я чувствовала. Более того, что мы чувствовали! Серёжа изменился. Да, и я тоже по-другому стала смотреть на многие вещи. У нас с ним всё совсем по-другому. Понимаешь?

Честно говоря, я не очень понимала. Нет, я, конечно, очень рада за них! Но я-то тут причём?

– Ольга, я очень хочу знать, почему ты так сказала?

– Я пережила измену мужа, и не хочу, чтобы кто-то по моей вине пережил то же самое, – выдавила я из себя. – Это гадко, противно, ужасно.

– Прости, я не знала, – отозвалась Марина.

– Неужели ты не собрала обо мне информацию? – усмехнулась я.

– Не совсем. Меня интересовал только Серёжа. С кем, мне было не так важно. Но потом, я решила на тебя посмотреть. – Она напряглась, словно ожидая удара.

– Ты боишься, что я передумаю?

– Да, – еле слышно ответила Марина.

Это уже полный бред.  И надо было как-то выпутываться из этой ситуации. Женщина и так по себе очень опасное существо, а влюблённая женщина совсем безумна.

– Марина, мне это не надо.

– А что тебе надо? – спросила она. – Хочешь, я поставлю тебя своим замом?

– Зачем? – я искренне удивилась.

– Это хорошие деньги, поверь мне.

«Э, нет, дорогуша! Ты хочешь, чтобы я была у тебя на виду, и полностью от тебя зависела. Это я сама додумалась? Так, хватит коньяка».

– Спасибо. Нет. Не хочу, чтобы из-за меня пострадал совершенно невинный человек, – ответила я.

– Тогда чего ты хочешь? – спросила меня эта сильная и в то же время, очень слабая женщина.

– Если бы я сама знала…. Может, оставим всё как есть? У меня своя жизнь, и меня всё устраивает. У тебя тоже всё наладилось. Так зачем что-то менять?

– Хм… Тоже верно, – согласилась Соловьёва. – Ладно, пусть будет так. Я тебе верю.