Раздраконь истинного. Развод для Колобка - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Лина Маск (самиздат)

— Колобок, что ты положила в еду? Суп стал намного изысканней...
Я поморщилась от прозвища, коим меня всю неделю награждал супруг. Как женщина, в тело которой я попала, это сносила? Максимально нежно похлопала мужа по ладони.
— Никогда бы не придумала такой эпитет к борщу. И, милый, можно так меня более не называть? Иначе в супе появится обжигающий язычок перец, — улыбнулась, разглядывая удивленного великана.
Да, Серан не совсем соответствовал моему типажу. Такой восточный, без изяществ, настоящая глыба. Мой Сережка из Питера был белокурым весельчаком, с тонкими чертами лица. Добродушный шутник. Он балагурил всегда, даже когда уходил от меня к сорокалетней молодушке...
—Почему? Это же изображение на твоем фамильном гербе. Колобок...
Этот точно не ехидничал, за неделю я усвоила, что новый муженек вообще не особо знаком с юмором. В голове тут же возникло воспоминание о золотой сфере. Удивительно, как она ассоциировалась у него с куском теста? Еще странней то, что в этом мире есть образ нашего исконно русского сказочного существа.
— Милый, на нем изображена шаровая молния. Я ведь неспроста боевая ведьма, — пояснила скромно.
В теле его истинной жены не было души, она точно погибла. Но в подарок оставила мне кучу воспоминаний и свои способности. Чему я очень благодарна. Без этого набора мне пришлось бы туго. Чужие мысли о прошлом вплелись в мои, словно узор из бисерин, и каждый день появлялся какой-то новый замысловатый элемент.
Муж, кажется, меня прослушал, и, возможно, не первый раз. Его губы изобразили загадочную, почему-то нервирующую мое тело улыбку, а глаза стали полностью белыми, словно покрылись бельмом. Выглядело это жутковато, если б я не знала, что так работает местная связь. Не айфон, конечно, но удобно - зарядка не садится, и так же видишь своего оппонента. Чувствую, мое тело беспокоило именно это: оппонент.
— С кем общался? — спросила, убирая ладонь, которую задел супруг. Прикосновение вызывало знакомую горечь. Я начинала подозревать, что в жизни Ксении не все так гладко, как я думала.
— Это граф Даромир, — отмахнулся муж и, забыв чмокнуть меня, поспешил к выходу. - Это срочно! Прикажи Анри спуститься, нас ждет карета.
Сердце вдруг забилось знакомой болью, и я сжала челюсть, хватаясь за пышную грудь. Я серьезно испугалась, ведь перед смертью меня поразили такие же ощущения. То был инфаркт!
Супруг словно почуял, оглянулся уже на пороге.
— Ксения?! Тебе плохо?!
— Ммм... кажется, отпустило. И часто у меня такое? — поинтересовалась, недовольная, что тело Ксении мне раньше не дало каких-то подсказок о своем неидеальном здоровье. Могло бы и предупредить.
— Ты опять, наверное, что-то себе накрутила. Знаешь же: тебе надо быть осторожной с кровенной хворью. Из-за нее ты едва выносила Филиппа. Но ты... должна помнить, я очень благодарен тебе за рождение младшего.
И чмокнул в лоб. Тело Ксении заныло сильнее, чем ее сердце. Что-то не нравятся мне такие реакции. Что такого ты, маркизик, сотворил с девушкой, которая каждый день прощала тебе "Колобка"?

А по поводу сына, я бы тоже рискнула. В прошлой жизни не стала, а зря. Я вздохнула. Филипп был истинным ангелочком, и воспоминания о его рождении сразу стали словно моими собственными. Именно о таком малыше я и мечтала.
Что ж, похоже, кровенная хворь - это те же неполадки с сосудами, что были и у меня. Надеюсь, смогу здесь как-то раздобыть кроверазжижающие препараты.
— Позову сына, — сказала, мягко отодвигаясь, до того мне стало не по себе рядом с супругом. Я должна наконец разобраться, что произошло в жизни этой красивой аппетитной девушки, в теле которой оказалась в прошлое воскресенье. Девушки, безмолвно лежащей на ледяном полу под крики служанки...
Сбегая по мраморной лестнице, я невольно любовалась интерьером. В плане быта Ксении Огневич повезло больше, чем Оксане Федоровне Шпак из старой однушки в Питере. Да, в замке было где разгуляться.
Оглянулась на настенное зеркало: крупные бедра, грудь и животик облегало темно-зеленое платье из бархата в цвет глаз. Бледное круглое лицо обрамляли ярко-рыжие волосы. Ксения чем-то их присыпала, какой-то пудрой, чтоб они казались русыми. Это я думала как-то счистить - нечего прятать такую роскошь. Столько кг сплошного обаяния! Как же муженьку-то моему повезло.
Я уже как-то смутно помнила себя двадцатипятилетнюю, так вот теперь однозначно понимала, что с Ксенией мы почти одно лицо. И, надо же, в молодости я так же стеснялась своих огненных локонов. И - подумать только - шикарных форм! Всегда журила желудок за излишний аппетит. Теперь же я казалась себе идеалом женственности! И телу Ксении тоже будет так казаться, пусть привыкает.
Заглянула в спальню к старшему сыну Анри, молчаливому, хмурому брюнету, очень похожему на своего отца. Воспоминания о нем у Ксении были тоже душевные, но потом следовал какой-то обрыв, словно воспитание прервалось, и сын перестал жить в замке. Тогда где же мог оказаться тринадцатилетний мальчик? И во сколько его умудрилась родить Ксения? Черт-те что, я забываю, что тут время идет несколько по-иному. Моему первенцу было сто тринадцать, а тело, в котором я находилась, на самом деле было старше моего истинного возраста в два раза.
— Анри? Тебя зовет отец.
Драконы могли перезваниваться ментально, если только не находились в банной комнате, видно, мальчик как раз принимал водные процедуры.
Мебель в его спальне была выполнена из слоновой кости, а покрывала вышиты вручную. Только в девятнадцатом веке или ином измерении смогла бы увидеть подобную красоту. Провела рукой по золоченому узору: как вышивальщица с опытом восхищалась тканным мастерством.
Кто-то в углу испуганно пикнул, и я повернула голову. Мне уже было известно, что тело Ксении обладает ведьмовской магией какого-то боевого мага. Но толком не изучила ее карьеру и умения. Честно говоря, побаивалась, что по первой не смогу, и взяла, так сказать, магические выходные. Каждой ведьме в этом мире полагалось иметь фамильяра. Тоже, как ни странно, для связи. Ментально, так сказать, ведьмы получать звонки не могли, лишь через своих питомцев. Для чего они еще нужны, я собиралась прочесть в семейной библиотеке.
Мой фамильяр был грызун, не слишком их любила, и, возможно, зверек это чуял. Что ж, представлю, что это милый джунгарик, а не крыска из подвала. Ты ведь такой, хвостатик?
— Ромео, Ролнад... Рататуй? Тебе точно бы подошло, — вспомнила я мышонка из мультика, глядя на перепуганного фамильяра. Он один понял, что в теле маркизы-толстушки теперь другая женщина. Из иного мира.
Сзади послышались шаги: из банной комнаты вышел в свежем камзоле мой старший, выглядел он заносчиво.
— У тебя старческое слабоумие? Вроде рановато для потери памяти, его зовут Родион.
Подросток посмотрел на меня уничижительно и дерзко.
— Как ты с матерью разговариваешь? — опешила от такого приветствия.
— Матерью? С каких это пор? Моя мама вон там, на картине. И если ты ещё не поняла, скоро она вновь станет маркизой Арамас. Да-да, у них с папой любовь, могу доказать.
Пораженная этим заявлением, растерянно взглянула на небольшой портретик на комоде, выполненный маслом. Доселе я его не примечала. С него мне улыбалась эффектная, очень знакомая блондинка из прошлой жизни. Только у этой были драконьи янтарные глаза.
Теперь-то во мне четко возникло воспоминание, что у меня на самом деле лишь один сын. Анри пасынок, от первого брака Серано...
Визуал Анри)

Добро пожаловать в Новогоднюю новинку)) Книга участник моба
Каждый день новая история!

Сегодня Анри опять нагрубил Ксении, на этот раз я решил не спускать сыну подобное с рук. Он молчаливо сидел сзади в карете и посверкивал янтарными глазами. Глазами своей родной матери.

— Что за выпады? Ты довел маму до бледноты, знаешь же — у нее кровенная хворь. Что за выпады, Анри?!
Сын недовольно откинул со лба черную прядь.
— Она мне не мать вообще-то. К маме мы едем сейчас.
Это правда, Элен его настоящая мать. Та, что бросила четырехлетнего сына и отбыла в Драковград к новому супругу, и, конечно, не простому батраку, а барону. Эту часть истории Анри знал по верхам, и сейчас у меня не было желания ворошить прошлое со вкусом прокисшего молока.
— Да, это так. Но ты называл Ксению в детстве мамой... А то, что Элен твоя кровная, никто не скрывал. Она растила тебя несколько лет, до сознательного возраста, так что будь добр, имей уважение.
—Почему мы вообще не обратимся в драконов и не пролетим несколько километров? — словно не слыша моих слов и скучающе глядя в запотевшее окно, заметил сын.
—Анри! —рыкнул я нетерпеливо. Мальчишка меняется на глазах, еще взрослая чешуя не полезла, а уже зубоскалит.
— Да, отец, когда вернемся, я извинюсь, — он устало прикрыл ресницы, не рискнув дерзить. - Но... думаю, Ксения не из-за меня такая бледная.
Я вздрогнул.
— Почему же?
Сын едко усмехнулся.
— Кто знает, может, нужно проведать лекаря. А вот и дом матушки!
Я поджал губы, Анри явно побоялся произнести вслух то, что думал. Неужели Ксения догадалась о моих чувствах к Элен и теперь переживает? Я не хотел бы ее страданий. Ксения такого не заслужила. Но... мне все сложней скрывать чувства к бывшей супруге.
Вон она уже на ступеньках своего имения. В затейливой шубке нараспах, обдает ароматом клубники. Под мехом виднеется кокетливое шелковое платье с откровенным вырезом. Манкая, яркая, желанная всеми. Элен всегда была такой, а с возрастом стала лишь еще слаще, подобно спелой клубнике.
Руки тут же начали потеть, и я нервно стал поправлять волосы, сам беснуясь от своего нерешительного жеста. Так было всегда, страсть к бывшей супруге делала меня каким-то олухом, ей-богу.
— Мои мальчики, скорей проходите, слуги приготовили ужин.
— Вообще-то я собирался лишь проводить Анри, — замялся я, глянув на часы на позолоченной цепочке. В душе рождалась буря, Элен умела ее создавать без колдовских чар, просто инстинктами. Звериными, как положено драконам.
— Я обижусь, — надула она полные губы. — Столько наготовлено, ты не можешь бросить нас с сыном на произвол обжорства.
Анри тоже смотрел матери в рот, я словно видел маленькую копию себя.
— Ну, в такой беде, и правда, невозможно оставить... — чуть не добавил "семью", но осекся и, просто откашлявшись, вошел в хоромы Элен.
***
Отгуляв бравых сто лет, я понял, что пора остепениться, и решил посетить все знатные семьи схожего титула. Конечно же, начал со своей расы, с драконьей. В первую очередь нанёс визит в дом Элен Вайонет, и сразу - пронзенное сердце. Ее отец был несколько бедней моей семьи, но в остальном фамилия Вайонетов ничем не уступала. Да еще и Элен славилась красотой, и у нее была уйма поклонников. Может быть, потому ее и не спешили брать замуж...
Элен уже тогда слыла ветреной. Елена прекрасная из давних сказок - вот чьей она была копией. Как женщины нашей расы, она не умела полностью обращаться в зверя, лишь частично. И она не раз проделывала этот трюк с коготками на том первом нашем балу, а я млел.
Мне очень повезло - так быстро влюбиться! Страсть была настолько сильной, что я женился без раздумий, едва прошел месяц! Даже думал, не моя ли она истинная... Но печать не вышла после моего признания. На плече же предназначенной судьбой должен проявиться знак рода благоверного.
Да и отношения наши очень быстро стали похожи на танец у вулкана. Того самого - с лавой и дымом. Элен быстро разродилась, но роль матери ей претила, она продолжала отплясывать на балах. А скоро эта пляска увела ее в лучшие места, оставив меня у камина, растерянного и несчастного, с рогами вместо чешуи.
Одни эти воспоминания не позволяли довести меня до греха. Находиться физически рядом с Элен было жарко и невыносимо. Тяга была настоль сильна, что я терял дар речи.
— Хочешь посмотреть комнату? Ты ведь не против, милый, чтоб Анри погостил у меня подольше?
Конечно, я был не против, тем более сын, наконец обретший настоящую мать, казалось, был готов обернуться дракончиком от счастья.
В отличие от других буржуа, я никогда не препятствовал свиданию блудной матери с ее ребенком. Кстати, такое бывало частенько, драконицы слыли легким нравом и таким же... поведением.
—Да, —кивнул, потому что рот наполнился слюной при виде чаровницы, и слова не шли.
Сын воодушевленно взметнулся по лестнице. Элен кокетливо пригласила меня к столу. Она подлила мне алого, подвинула жаркое. Словно сама готовила, обиделась, что ничего не ем.
— Я не пробую еду местных служек. Мне готовит Ксения... — выдал скорее по инерции, не желая обидеть бывшую.
— Вот как? И виноград для настойки твоя благоверная сама выжимает? —приподняла бровь Элен. Было непонятно, задел ли ее мой отказ.
—Нет, —вздохнул я и, словно под дурманом её золотистых очей, отпил багровую жидкость. Тонкий стан бывшей кружил голову хлеще любого напитка.
— Как ты на ней вообще женился, на Ксении? — задумчиво проговорила Элен.
— Что ты имеешь в виду?— я прищурился, не выносил, когда как-то хотели обидеть мою супругу.
— Просто... мне кажется, она не в твоем вкусе. Совсем не похожа на меня,— улыбнулась одними губами и опустила длинные черные ресницы.
Это была правда. Ксения и Элен не имели ничего общего внешне.
Пышка Ксения, в отличие от бывшей жены, не сразу покорила меня своим обликом. Анри требовалась нянька, а лучше, конечно, мать, и я в раздумьях об этом прогуливался на улице ведьм. Дом Огневичей привлек меня меткой о том, что здесь есть аж три девицы на выданье. Я начинал подумывать вновь пуститься на поиски супруги. Не только ради сына, но и самому как-то отвлечься, потому и решился посетить сие имение.
Огневич-старший принялся расхваливать и тыкать мне в нос своими младшими, рыженькими, хорошенькими ведьмачками, обещая, что отдаст за меня любую, как только выдаст замуж старшую. Таков был обычай у ведьм: младшие имели право покинуть дом лишь после отбытия старшей.
Ксению мне не сватали, видно, не надеялись. Она была полненькой, самой рыжей... и совершенно незаинтересованной в замужестве. Ходила, уткнувшись в книги, с пенсне на носу. Ее отец выглядел отчаявшимся: выдать трех ведьм замуж, когда почти разорен, - то еще испытание.
Все в нашем государстве больше мечтали о сыновьях. Мое устойчивое положение позволяло плодить и девочек. Я подумал-подумал и предложил Ксении... нет, не замуж, а место гувернантки. На что она радостно согласилась. Согласилась, имея дар боевой ведьмы! Бедняжка даже не поняла, что может его развить настолько, что будет в силах вполне сносно помочь семье, не будучи замужем. Боевые ведьмы ценились даже среди драконов, редкое явление.
Малютка Анри, увидев Ксению, побежал к ней на ручки и сразу назвал матушкой. Боги, это пронзило мне сердце. И, возможно, с того момента я в первый раз посмотрел на Ксению не просто как на прислугу...
Мы прожили девять лет, не самый долгий срок по драконьим меркам, но... они были полны благодати и спокойствия. Противоположны жизни с Элен. И что же? Я снова на пороге урагана, роковой женщины моей жизни. Она кладет руку на мое колено, а я не убираю.
—Ты ведь не любишь ее... — шепчут алые, как лепестки роз, уста.— Няня Анри и второму ребенку, не более.
— Чушь, — выдыхаю я зло. Но более зло на себя, чем на бывшую. Потому что ощущаю, что она права. Или нет? Я не знаю, люблю ли или всего лишь уважаю свою всегда покладистую, услужливую жену.
— Она просто удобная, а я нет, — словно читает мои мысли Элен. Хотя может прочесть при желании.
Я ставлю мысленный блок, но он рядом с ней более хрупок, чем фарфор. И тут Элен тянется к моим губам и дарит поцелуй. Терпкий, долгий... или мучительно короткий? Она лишь больше подкидывает дров в мою страсть. Я не уверен, что сегодня смогу вернуться к той, что обещал хранить верность.

Новый арт, на этот раз гг и Серана ) Активным комментаторам книга будет в подарок!

А теперь зову всех в новинку участника нашего моба : Ирина Васантес

Новые воспоминания, нежеланные телом Ксении, обрушились больно, как поток мелкой дроби. Мы уже стояли вот так вот с Анри друг напротив друга, и он делился со мной своим видением, словно записью в айфоне. Передавал через фамильяра, положив на него руку. Коснувшись зверька, Ксения увидела, как ее муж страстно целуется с первой супругой. Как не отталкивает ее, а притягивает ближе. Это было в тот день, когда в очередной раз отец повез сына к его родной матери. Навестить...
Навещания стали очень частыми, но лишь за последний год. Почему Ксения ничего не говорила? Молчала, боялась потерять последние крохи расположения мужа? Вот же дурочка!
А потом возникло видение, как она мчится из комнаты пасынка, как спотыкается, как щемит где-то меж ребер. Ну, все понятно. Это мы уже проходили, это мы знаем.
—Тебя отец зовет. На очередное свидание с мамочкой, — выдала хмуро.
Голос мой странным образом на миг зазвучал, как собственный! Но Анри лишь противно хмыкнул, не заметив разницы, и поспешил восвояси.
Нет, в этот раз я не собиралась терять жизнь из-за какого-то мужлана. Всего лишь мужлана. Таким теперь и был мой Сережка. Его образ в новой реальности значительно померк, честно говоря, я уже с трудом помнила черты лица того, кто разбил мне сердце в прямом и переносном смысле. Нет-нет, я уже умирала, и, сказать по правде, мне не понравилось. Я не собиралась рыдать в подушку или поливать слезами новые щи для изменщика. Только уходить от этого Серана-обсерана! Но вот куда? Какие права у женщин в этом мире? Ведь оставлять малыша Филиппа на попечение новой благоверной я не желала.
И тело Ксении, и ее душа (упокой ее господь) тоже меньше всего хотели такой участи. В девятнадцатом веке обычной России женщинам жилось не сладко, как всё обстояло в ином измерении, я понятия не имела. Но решила сделать все, чтоб узнать это.
Знакомство с родным сыном Ксении мне пришлось куда более по душе. Искупала его в корыте на львиных лапках, играла весь вечер в какой-то допотопный поезд на веревочке и солдатиков. Малыш звал меня мамой и ни капли не догадался, что перед ним уже не настоящая Ксения.
Вообще мальчишка был сущий ангел, только кушал плохо: сказал, не хочет такой же живот, как у графа Дарослава. Мол, неудобно играть в мяч, если колени пинают брюхо. Да и дракон сверху похож на беременного. Сердечно заверила сынишку, что такое с ним точно не произойдет, уложила спать и пошла... вспоминать рабочие моменты. Чтоб уйти от графа, мне нужны деньги, я должна разбираться в магии, которая приносит доход.
***
Мусоля фолианты в семейной библиотеке, я ощущала энергию в руках и вовсю вспоминала приемчики Ксении. Она была очень хороша в обучении детей, теперь я это вспомнила. Вот только не представляла, как повторю боевые приемы: пышная комплекция никак не предполагала акробатику. Хотя Ксения каким-то образом справлялась.
Завтра я должна была в первый раз пойти обучать детей. Кстати, первым шел класс Анри. Я вздохнула, маленький предатель - последний, кого я хотела видеть, да и все, что осталось от Ксении, тоже. Ее тело печально ныло при мысленном упоминании пасынка. Почти так же сильно, как при думах о муже.
Хорошо, хоть Ксения давно переехала в раздельную спальню, и ни о каком супружеском долге речи не шло. Отсталый дракон верил в плохое самочувствие жены, делая вид или всерьез не понимая (что еще более вещало о его низком умственном развитии), что Ксения все давно знает.
Я так и уснула за учебниками, а встала, не выспавшись, с петухами. Причем в прямом смысле слова. И это зимой! Удивляться мне было некогда, я наспех умылась и кинулась вниз. Меня беспокоил только Филипп, но память услужливо подсказывала, что по понедельникам с утра за ним присматривает гувернантка.
— Дорогая, ты что опаздываешь? Доброе утро... А где завтрак? - Серан, оказывается, был дома. Я посмотрела на часы с кукушкой, полностью игнорируя супруга.
— Где-где. В сковороде.
— В какой? — непонятливо захлопал он чуть раскосыми глазами.
— Ну, куда ты там катался на карете, не покормили что ли?
— Я приехал в полночь, дорога длинная, ты знаешь. Что за ревность? - сразу набычился, нахмурил смоляные брови.
Нужен ты мне! Я задорно хихикнула:
— Дорогой, с этого дня ты можешь делать все, что душе угодно. Я разрешаю! Честно.
Отвали только от меня, застыл, как глыба в проходе. Серан стал еще серьезнее, если это было возможно. Кажется, он ожидал чего угодно, но не такой реакции супруги. Ну да, я умею удивлять.
— С какой это стати? С чего это я все могу, - он схватил меня за локоток, пытаясь заглянуть в глаза.
— Ну, ты же дракон, вам же все можно. Так вот - пожалуйста. Мне все равно.
Муж прищурился еще больше, губы вытянулись тонкой ниткой.
— С каких это пор? Это что, такая истерика?
Надо же, ревность его бесит. А безразличие еще больше.
— Истеришь только ты. И отвези Анри в академию, мне некогда.
Я ловко поднырнула под его рукой. Поцеловала в лоб Филиппа, абсолютно не обращая внимания на старшего. Кивнула гувернантке.
— Но я не могу его везти, сегодня твоя очередь, я иду на...
Иди, иди. Туда тебе и дорога. И пасынка прихвати. Я даже слушать не стала, просто захлопнула дверь перед растерянной физиономией супруга и поспешила к карете.
Мне предстояло подготовиться к уроку и понять, смогу ли я управлять силами Ксении. Потому что вчера у меня получалось так себе. Кажется, чем меньше во мне было от настоящей Огневич, тем больше я могла полностью повелевать ее телом и... тем меньше в руках оставалось родовой магии.

А теперь хочу познакомить с Татьяной Ренсинк и ее романом

Уже в школе я до последнего отрабатывала заклинания. Взмахи руками у меня выходили отлично, насчет всего остального - кульбиты и прыжки, как указано в книге, на три метра - я сомневалась.
Здание академии напоминало гимназию времен Пушкина. Дети были одеты так же, как взрослые, многих не отличить от учителей.
— Ксения, что ты так долго, сегодня же экзамен у старшего класса, — шикнула на меня стройная молодая женщина, но с полностью седыми волосами. Воспоминания подсказали, что это одна из преподавателей, Водяная ведьма. Такие мастера в алхимии.
С Селией мы ладили, поэтому я приветливо улыбнулась и последовала за ней в большой зал для экзамена. Очень удобно, что она была рядом: сама я дороги, хоть убей, не помнила.
Моя улыбка сползла - первым шел класс Анри. А вот и он сам смотрит на меня с кислой ухмылочкой в углу. Явно не доволен, что отец его подвез, мальчик не успел позавтракать. Меня однако более это не волновало. Хотя тело Ксении то и дело подавало мне мысли о прошлом, где Анри, маленький чертенок, в очередной раз нашкодничав, бежал обниматься. Где рвал для нее ландыши, обжигая детские ладошки крапивой, и нес бутончики своей «ма».
Меня это так не пронимало, как было с истинной хозяйкой тела, но невольно я всё же смягчалась. Что ж, мальчишка может обратиться ко мне с какой бы то ни было проблемой. Но впредь помощью в его образовании на дому и доставкой до академии пусть занимается родная мамка, в которой он души не чает. Ну, или папка. Не моя забота.
— Дорогие ученики, сегодня короткий экзамен: полоса препятствий.
Старший класс полностью состоял из мальчишек-подростков, я понятия не имела, как к ним находить подход. Многие откровенно глазели с презрением. Чуйка подсказывала, что ранее подобного отношения не было: Анри постарался.
— На время нужно будет обойти огненную стену, перелететь через выходящие из пола штыки, переплыть искуственное озеро. Ну, пожалуй, начнем.
— А показать? — нахально усмехнулся Анри.
— А что, было непонятно объяснено задание? — сузила я глаза. Ожидаемо и очень не вовремя.
—А вдруг полоса непроходима? Можно продемонстрировать, как нужно ее пройти? Покажите, как пройти на "пятерочку", — подал голос незнакомый мне паренек.
Однако я тут же вспомнила его: Павлуша, сын одного лекаря. Я, между прочим, помогла ему поступить, так сказать, "по блату", из уважения к отцу. Лекарь не обладал званиями и титулами, просто отлично лечил моего младшего от ангины и прочей бяки. Павел же в награду гадил мне, не покладая рук, явно по указке Анри.
Штук пятнадцать учеников уставились на меня, не моргая. Даже Селия молчала: когда просят показать, как нужно, учителя демонстрируют. Анри словно чует, что моя магия даст сбой. Да что магия: бойцовские навыки! Так как с последним было совсем плохо, я решила, что хоть руки меня не подведут... и двинулась на верную смерть.
Я не могла повелевать ни одной стихией, в отличие, например, от Селии, водяной ведьмы. Но могла управлять чем бы то ни было, если это представляло для меня опасность. Голова соображала плохо, я вспоминала все на ходу. В тот момент, когда огонь возник на пути, я представила, что борюсь с ним с помощью... вентилятора. Тело явно плохо понимало, что хочу, но все же создало воронку, в которую я, подпалив платье, все же втиснулась. Кто-то нервно хихикнул, так как часть платья снизу осыпалась, как мои надежды не опозориться. Хорошо, на заду не было дыр. Селия схватилась за сердце.
Далее были штыки. Нет, перелетающей их я себя вообразить не смогла. Представила, что штыки засасывает зыбучий песок! И это вышло. Правда, в последний момент я оставила на месте туфельку... Один штык ослушался и, подхватив её, взлетел ввысь.
С водой оказалось проще. Но тут явно помогла Селия, видя, что что-то идёт не по плану. Я не успела взмахнуть рукой, жидкость расступилась, как воды моря перед Моисеем. И я прошлась, не замочив пяток.
— Но это... ужасно! А где боевые навыки, почему всё магией, вы ведь этому нас должны учить? Или что-то не так с вашим телом?!
Я оторопела от комментария Анри. Может... может, мальчик знает, что в теле Ксении не мачеха?
— Так вот, вы первый, господин Анри, и покажите, как нужно проявлять боевые навыки. К стойке, начинайте экзамен.
Голова Ксении помнила, что пасынок в последнее время ничего не учил: ни полеты на крыльях, ни на метле, как говорится. И легко может поболее моего обжечь пятую точку. Пожалуй, я, истинная, даже хотела, чтоб это случилось - не помешало бы для профилактики.
— Но...
Анри явно не ожидал такого гонора и стушевался. Ксения всегда защищала и выгораживала мальчишку, а он своими умениями последний год не славился.
— Покажите, на что способно ваше столь стройное и здоровое, в отличие от моего, тело. Остроту языка вы уже продемонстрировали на "отлично".
Анри зло шагнул вперед, под угугуканье одноклассников. Что сказать, он был заводилой только в издевательствах надо мной, но лидером явно не являлся.
***
— Поставила Анри "два" в кои-то веки? Я удивлена, - кажется, похвалила Селия. - Но, что ни говори, мальчики были правы: что-то с твоей магией. Зря ты вышла так рано.
И с магией, и с умениями тела. Похоже, судьба против того, чтоб мне все так легко досталось, а заново учиться приемам и развитию сил у меня нет времени. Ксения потратила на это годы жизни, столетия по меркам драконов. Я не знала, что мне пока делать, согласно кивнула Селии, желая завершить этот разговор.
Девушка удалилась, а я осталась одна. Вышла на балкон, накинув шубку, и замерла. На соседнем балкончике происходило что-то странное с Павлушей, Анри и незнакомой мне девочкой. Хотя нет, я ее узнала - одна из ведьм-девочек. Ведьма воздуха, ментальщица. Кажется, она нравилась Анри, но он в последнее время своим дерзким поведением точно не вызывал у нее желания дружить.
— Ну, и какая ты ментальщица, если Анри может заставить тебя делать все, что он захочет. Ты же воздушная ведьма...
— Да, я прикажу ей полетать, — зло выдал Анри.
Совсем спятил? Девочка не драконица, без метлы она разобьётся! Катарина, худенькая и бледная, уже стояла на парапете. Она была младше на год и явно не настолько еще освоила менталку, чтоб противостоять приказам-гипнозам старших мальчишек. К тому же, у драконов с менталкой лучше, они владеют ею с рождения. Ведьмам, пусть и воздуха, у которых это умение выходит значительно лучше, чем у других, в детские годы не справиться с внушением.
— Ты совсем озверел? - рявкнула с ужасом.
Парнишки вздрогнули, а я, оттолкнув их, кинулась к Катарине. Едва успела подхватить девочку, пока она не полетела вниз.
— Мы просто хотели пошутить, не заставили бы прыгать... — залепетал Павел.
Анри молчал, бледный, как полотно. Там, где я, оттолкнув его, задела щеку, алело пятно.
— Катарина, ты как? — ученица, насмерть запуганная, поблагодарила меня и спешно покинула балкончик.
— Ты что сделала?! Ты ударила моего сына?!
Я резко отпрянула в сторону. Передо мной стояла разъярённая бывшая супруга Серана. А он сам тоже возвышался в дверном проеме.