Разрыв на части 18+

Andy Smith
Даша лежала на спине, колени разведены так широко, что внутренние стороны бёдер уже начинали дрожать от напряжения. Комната пахла её возбуждением — густым, сладковато-кислым запахом разогретой пизды, смешанным с лёгким потом между грудей и подмышками. Она не брилась уже неделю, и тонкие мягкие волоски на лобке слиплись от сока, который всё тек и тек, оставляя блестящие дорожки по коже до самого ануса.

Она смотрела вниз, на свою собственную пиздёнку. Маленькую. Узкую. Губы тонкие, почти незаметные, когда она не возбуждена, а сейчас — набухшие, тёмно-розовые, раскрытые ровно настолько, чтобы виднелась узкая щель входа. Клитор торчал маленький, но твёрдый, как горошина, и каждый раз, когда она дышала глубже, он дёргался, будто просил, чтобы его наконец-то прижали языком или пальцем.

А перед ней стоял он. Звали его, кажется, Макс — она уже не помнила точно, потому что мысли путались с того момента, как он стянул с себя боксеры. Хуй у него был просто неприлично большой. Не просто длинный — толстый, тяжёлый, с венами, которые сейчас вздулись синими жгутами по всей длине. Головка блестела, багровая, почти фиолетовая у основания, и с кончика уже свисала толстая прозрачная нить предспермы, которая тянулась вниз и капала на простыню с тихим «чпок».

— Даша… — голос у него был низкий, с хрипотцой, — ты точно хочешь? Он же… ну, посмотри. Тебе будет больно.

Она только кивнула, прикусила нижнюю губу до крови и раздвинула себя пальцами. Два тонких пальчика легли по бокам от входа и потянули в стороны. Пизда раскрылась чуть шире — розовая, блестящая, внутри всё пульсировало, стенки сжимались и разжимались, будто пытались что-то втянуть внутрь. Сок вытек ещё сильнее, стек по промежности, пропитал простыню под попой тёмным пятном.

— Вгоняй, — прошептала она, голос дрожал. — Хочу почувствовать, как он меня разрывает.

Макс встал на колени между её ног. Взял хуй у основания — пальцы едва сомкнулись вокруг ствола — и провёл головкой по её щели. Сверху вниз. Медленно. Головка была горячая, скользкая, и когда она коснулась клитора, Даша дёрнулась всем телом, выгнулась, тихо взвизгнула. Он не торопился. Водил по губам, размазывал её сок по своей головке, пока весь ствол не заблестел от её выделений. Запах стоял такой густой — смесь её сладкой текучести и его мускусного, почти звериного запаха возбуждённого члена.

Потом он приставил головку ко входу.

Даша затаила дыхание.

Он нажал.

Сначала ничего — только ощущение, что её пытаются разорвать пополам. Головка была слишком большая для этой крошечной дырочки. Она чувствовала, как края входа растягиваются, белеют от напряжения, как тонкая кожица между губами начинает гореть. Боль была острая, но под ней уже разливалось что-то другое — горячее, пульсирующее, мокрое.

— Дыши, — прохрипел он.

Она выдохнула резко, почти всхлипнула. Он нажал сильнее.

Головка вошла. Только головка. Но даже этого хватило, чтобы Даша закричала — не от боли, а от того, как резко её стенки растянулись вокруг толстого обода. Внутри всё сжалось рефлекторно, обхватило его, как будто пыталось вытолкнуть, но только сильнее втянуло глубже. Она чувствовала каждый миллиметр: как венозный валик под головкой цепляется за края, как её собственные мышцы дрожат, пытаясь приспособиться.

Макс замер. Дал ей привыкнуть. Его яйца уже касались её попы — тяжёлые, горячие, покрытые потом. Он смотрел вниз, туда, где его огромный хуй торчал из её крошечной пиздёнки всего на пару сантиметров, а остальное ещё ждало снаружи.

— Бля… ты такая узкая… — выдохнул он. — Чувствую, как тебя колотит внутри.

Даша не могла говорить. Только стонала, коротко, прерывисто. Ноги дрожали. Она положила ладони себе на живот — прямо над лобком — и почувствовала, как там, под кожей, что-то твёрдое упирается. Его головка уже была внутри, и когда она нажала пальцами, ощутила его сквозь собственную стенку живота.

— Глубже… — выдавила она наконец.

Он подался вперёд.

Ещё сантиметр. Ещё.

Теперь уже полголовки скрылось. Даша задыхалась. Слёзы выступили на глазах, но не от боли — от переполнения. Её пизда была набита так плотно, что каждый вдох заставлял стенки сжиматься вокруг него, а каждый выдох — растягиваться ещё сильнее. Сок тек ручьём, стекал по его яйцам, капал на простыню. Она слышала влажные чавкающие звуки каждый раз, когда он чуть шевелился.

Макс начал двигаться — медленно, почти на миллиметр за раз. Вытаскивал на полголовки — и Даша сразу скулила от пустоты, а потом вгонял обратно — и она выгибалась, вцеплялась ногтями ему в бёдра.

— Ещё… ещё глубже… — бормотала она, голос срывался. — Хочу весь… хочу, чтобы ты меня разъебал…

Он рыкнул. Схватил её за бёдра, притянул к себе резче. И вошёл сразу на половину.

Даша закричала в голос. Глаза закатились. Внутри всё горело, растягивалось до предела. Она чувствовала, как её стенки облепляют его ствол, как каждая складочка внутри разглаживается под напором толстого хуя. Матка подалась вверх, будто пыталась убежать, но он всё равно упёрся в неё головкой. Боль смешалась с наслаждением так плотно, что Даша уже не понимала, где кончается одно и начинается другое.

Он замер снова. Дал ей отдышаться. Его хуй внутри неё пульсировал — сильно, ритмично, каждый удар отдавался прямо в клиторе. Даша чувствовала, как её собственный пульс бьётся вокруг него, как будто они теперь одно целое.

— Двигайся… — прошептала она. — Пожалуйста… еби меня…

Макс начал трахать её — медленно, но глубоко. Каждый толчок сопровождался влажным «чпок-чпок», когда его яйца шлёпали по её мокрой попе. Он выходил почти полностью — только головка оставалась внутри, растягивая вход, — а потом вгонял до упора, до самой матки. Даша каждый раз вздрагивала, вскрикивала, её ноги сами собой закидывались ему на плечи, пятки впивались в спину.

Сок брызгал при каждом толчке. Её пизда хлюпала, чавкала, издавала такие неприличные звуки, что от стыда у неё горели щёки — но стыда уже не было. Только похоть. Только желание, чтобы он продолжал, глубже, сильнее, быстрее.

Он наклонился, прижался грудью к её сиськам. Соски у Даши стояли твёрдыми камешками, тёрлись о его кожу. Он поймал один губами, сильно всосал, прикусил зубами — и Даша завыла, выгнулась дугой, её пизда сжалась вокруг хуя так сильно, что он зарычал ей прямо в ухо:

— Бля… ты меня сейчас задушишь…

Она только мотала головой, слюни текли по подбородку, глаза были полузакрыты.

— Кончи в меня… — выдохнула она. — Хочу почувствовать, как ты брызгаешь внутрь… заполняешь меня всю…

Макс ускорился. Теперь уже не сдерживался. Вгонял резко, до конца, каждый раз ударяя головкой в матку. Даша кричала без остановки, её тело тряслось, ноги сводило судорогой. Она чувствовала, как внутри всё набухает, как клитор пульсирует так сильно, что кажется — сейчас взорвётся.

И вдруг — оргазм накрыл её как удар.

Мышцы внутри сжались спазмом, обхватили его хуй мёртвой хваткой. Она закричала так, что голос сорвался на хрип. Сок брызнул струёй — прямо на его живот, на яйца, на простыню. Её тело билось в конвульсиях, пальцы ног сжались, спина выгнулась так, что только лопатки и попа касались кровати.

Макс не выдержал.

Он вдавил хуй до предела, зарычал, и начал кончать.

Первая струя ударила ей прямо в матку — горячая, густая, сильная. Даша почувствовала каждый толчок: как его яйца поджимаются, как ствол набухает ещё сильнее, как сперма бьёт внутрь, заполняя всё свободное пространство. Вторая, третья, четвёртая — он кончал долго, рыча ей в шею, впиваясь пальцами в её бёдра так, что останутся синяки.

Сперма была горячей, липкой, её было так много, что когда он наконец начал вытаскивать, она потекла обратно — белыми густыми ручьями, смешанными с её собственным соком, вытекала из растянутой пизды, стекала по анусу, пропитывала простыню под ней.

Даша лежала, тяжело дыша, ноги всё ещё дрожали. Её пиздёнка была красной, опухшей, вход зиял — уже не такой узкий, как раньше. Изнутри всё ещё вытекала сперма — медленно, тягуче, капала на попу, оставляла липкие нити.

Макс смотрел на это, тяжело дышал, хуй всё ещё стоял полутвёрдый, блестел от их общих соков.

— Это только начало, — сказал он хрипло. — Я ещё не закончил с тобой.

Даша улыбнулась слабо, потянулась к нему рукой, обхватила его член пальцами — липкими, мокрыми — и прошептала:

— Тогда давай ещё раз… только теперь сзади. Хочу почувствовать, как ты будешь растягивать меня в другой позе…