Разрывая горизонты. Том 1. Приоткрывая завесу

Рассвет еще не наступил, но погода как будто заранее пыталась скрыть нечто невероятное, то, что не было предназначено для глаз постороннего. Сумеречный лес медленно затягивало густым туманом. Макушки деревьев только-только начали окрашиваться розовым цветом. Тишина была такой глубокой, что, казалось, можно было услышать стук собственного сердца. На маленькой поляне среди густой высокой травы появилось пульсирующее голубое сияние. С каждым импульсом сияние становилось все ярче и ярче. Достигнув критической точки, оно вспыхнуло с яркостью тысячи звезд. На месте вспышки образовался черный круг, обрамленный мерцающими разноцветными искорками. От загадочного круга исходил такой мощный поток энергии, что трава на поляне клонилась к земле, будто под порывами шквалистого ветра. Спустя несколько мгновений чернота круга пошла трещинами и начала осыпаться исчезающими осколками, разрывая пространство между мирами. Таинственное действо было завершено. Дверь открылась… 

По ту сторону круга стояли фигуры в серебристых одеяниях, ниспадающих тяжелыми складками от плеч до самой земли. Все были молоды и необычайно красивы. Какое-то время они недоверчиво поглядывали на открывшийся для них новый мир. В их глазах одновременно читалось и любопытство, и страх, а на губах застыл немой вопрос: «Почему мы…?».  Но была цель, и они здесь ради нее. Никто не собирался отступать… Наконец один из них сделал первый шаг. Пространство всколыхнулось и пошло рябью. И вот оно свершилось. Он вдохнул полной грудью свежий утренний воздух, отступил в сторону и обернулся к своим спутникам, призывая всех следовать за ним. Через несколько минут все уже стояли на поляне, окутываемые предрассветным туманом. Портал начал постепенно растворяться в воздухе и, вспыхнув напоследок маленькой звездочкой, исчез. Пути назад больше не было… 

– Мы точно попали туда, куда нужно? – шепотом спросил один у другого.

– Маги не ошибаются! – так же шепотом послышался ответ.

– Тогда почему нас никто не встречает?

– Портал искажает время, поэтому встречающий может опоздать, – последовал раздраженный ответ. – Не стоит разводить панику, лучше помолчи.

Вскоре тишину разрезал низкий грудной голос. Все резко обернулись и застыли. Прямо за их спинами стоял высокий мужчина в черной одежде и с длинными белыми, как снег волосами, собранными в низкий хвост. Он появился так тихо и неожиданно, что никто не заметил его приближения.

– Тиоры, рад приветствовать Вас на Земле. Я Ваш куратор тиор Истер Ливейн син-Фуарт. Прошу внимательно меня слушать и делать все, как я говорю, дабы не навлечь лишних проблем. Моя задача доставить вас на место дальнейшего пребывания, – но, увидев страх на лицах, добавил. – И поверьте, этот мир не враждебен. Думаю, со временем он вам понравится. А теперь прошу всех следовать за мной.

Затем он резко развернулся и быстро зашагал по еле заметной тропе. Боясь упустить его из вида в густом тумане все рванули за ним. Судя по редким всхлипам и репликам, они были растеряны и напуганы. Только одна девушка из прибывших сюда благодарила всех богов за то, что покинула родной дом. Конечно, она его любила и тоже страшилась будущего на другой планете. Но она носила под сердцем ребенка, которому на родине либо не оставили бы шанса появится на свет, либо забрали, не дав приложить даже к груди. Его появление противоречило всем законам природы. Ее подруга, узнав об этом, прямо перед переходом через портал, изумленно прошептала:

– Этого не может быть! Мы же не можем иметь детей от лайенов!

– Оказывается, можем, – грустно ответила она подруге. – Легенды не врут…

– Об этом никто не должен знать, – проговорила подруга. – Мы что-нибудь придумаем. Мы справимся…

– Справимся. У нас нет выбора. Точнее у меня нет. Я пойму, если…

– Никаких «если», Ледала! Мы до конца вместе. Теперь у нас появилась тайна, одна на двоих.

– Спасибо, что ты у меня есть, милая Мариона…

Подруги крепко взялись за руки и шагнули через портал. Шагнули навстречу новой жизни, не зная, что ждет их впереди…

По вечернему пляжу, держась за руки, шли двое молодых людей – высокий стройный парень и хрупкая миниатюрная девушка. Песок еще был теплым, не успев остыть от дневной жары. Девушка скинула босоножки и приблизилась к кромке воды. Накатившая волна окутала ее ноги холодом, по телу пробежала мелкая дрожь. Со спины к ней подошел красивый брюнет, обнял за талию, нежно поцеловал в шею, и она затихла, наслаждаясь моментом. Солнце плавно закатывалось за горизонт, одаривая их напоследок теплым золотым светом, а океан шептал свои сказки. В этот момент на земле существовали только двое – он и она…

– Боже, какое блаженство! – прошептала девушка. – Нэйт, как же здесь хорошо, вот бы остановить мгновение.

– Легко, – услышала она в ответ.

Парень достал из рюкзака фотоаппарат, отступил назад и сделал несколько снимков подруги. Девушка с удовольствием позировала и это у нее здорово получалось. Она то поднимала руки к небу, как будто хотела его обнять, то голыми коленями вставала на песок и рассыпала его вокруг себя, то забегала в море и играла набегавшими волнами, то встряхивала белокурыми локонами и кокетливо улыбалась.

– Малышка, ты восхитительна!

– Правда? Тогда устрой персональную выставку моих фотографий. И я стану звездой!

– Ни за что! Тогда ты будешь сиять на небе, и я до тебя не дотянусь, а ты нужна мне здесь, на земле, – он лукаво улыбнулся.

– Вот ты глупый! Я без тебя никуда. Я люблю тебя очень-очень.

– И я тебя, милая. А выставка будет, даже не сомневайся. Только немного позже.

Он притянул девушку к себе и стал нежно гладить ее волнистые длинные волосы. Они пахли свежестью. Девушка покрепче прижалась к любимому и затихла.

– Эшли, ты, наверное, совсем устала?

– Да, немого. Поедем домой! Там тебя ждет сюрприз!

– Какой сюрприз?

– Дома узнаешь, – Эшли подмигнула ему, схватила за руку и потащила к машине.

«И откуда у такой хрупкой девушки столько сил и внутреннего огня?» – думал парень. Она не переставала его удивлять. Эшли могла быть заботливой как мама и капризной как ребенок, пустой хохотушкой и серьезной собеседницей, застенчивой простушкой и яркой красоткой. Рядом с ней ему было по-настоящему легко и уютно.

По дороге домой Эшли включила радио. Из динамиков звучала песня Марисы Рериг «Держи ладонь»*, каждым словом разрывая душу на части.

Разбивая ноги в кровь,
Я все мчалась за тобой.

Эшли тут же подхватила мелодию:

Камни остры, тонок лед,
В омут черный с головой.

Упаду, но встану вновь
Сердце слышит призыв твой…
Не молчи, не молчиии…
Ты мой компас в злой ночи… не молчи… Эй!

Эээй… Эй… Не молчиии…

Путеводной звездой,

Ты веди за собой.

Я смогу – ты поверь,

Мне не страшно теперь.

Ветер, холод, огонь,

Ты не смей, ты не тронь

Он мой! Держи ладооонь…

Держи ладонь... Ты мой… мооой…

Иду за тобой!!!

Все преграды рухнут вновь
Сердце бьется, я с тобой.

Путь один – вперед, вперед,
Слышу я свой хриплый вой.

Ключ всему – твоя любовь
Сердце слышит призыв твой…
Не молчи, не молчиии…
Ты мой компас в злой ночи… не молчи… Эй!

Эээй… Эй… Не молчиии…

Путеводной звездой,

Ты веди за собой.

Я смогу – ты поверь,

Мне не страшно теперь.

Ветер, холод, огонь,

Ты не смей, ты не тронь

Он мой! Держи ладооонь…

Держи ладонь... Ты мой… мооой…

Иду за тобой!!!!!!

Заааа тобооой…

Эшли немного фальшивила, но пела так проникновенно, что у Нэйтана замирало сердце.

Они познакомились пару месяцев назад на вечеринке у друзей. Девушка почти никого там не знала и явно чувствовала себя неуютно. Она теребила свой длинный шелковистый локон, выискивая кого-то взглядом, и при этом была такой милой и нежной, что Нэйтан невольно ею залюбовался.

– Привет, – обратился он к ней.

– Привет, – улыбнулась она.

– Я Нэйтан, – из-за громкой музыки его было почти не слышно.

Неожиданно она схватила его за руку и потянула в сад.

– Надеюсь, ты не против уйти отсюда? – она оценивающе пробежалась по нему взглядом.

– Нравлюсь? – поиграл бровью парень.

– Ага… – беззастенчиво согласилась девушка. – Я обожаю спортивных брюнетов. Ну, так что уходим?

– Уходим. Только имя свое назови, принцесса. Должен же я знать с кем ударился в бега?

Девушка звонко рассмеялась. В тот момент ему этот смех казался звоном колокольчика.

– Эшли, – услышал он имя невероятной девушки…

… Спустя месяц девушка заявилась к нему в квартиру с вещами.

– Нэйт, я не вижу смысла платить за свою съемную комнату, если все-равно большую часть времени нахожусь у тебя.

Парень немного опешил. Он не был готов к вторжению в свою зону комфорта кого-либо, тем более что совсем недавно съехал от родителей, бросив работу в юридической компании отца. Дома был большой скандал, но он не собирался отступать от принятого решения. Отец мечтал, чтобы его сыновья стали юристами и продолжили его дело. Старшего брата Джона карьера юриста вполне устраивала, а вот романтичный и непоседливый Нэйтан хотел быть фотографом. Фотографией он увлекся еще в школе. Все думали, что это просто увлечение, но со временем парень просто сросся с камерой, казалось, что он видит мир только через объектив. Нэйтан таскал камеру с собой повсюду, снимал все, что хоть немного выбивалось из привычного восприятия мира или было ему интересно. Он отправлял свои снимки в журналы и издательства, участвовал в различных конкурсах и, надо сказать, что его работами интересовались. Вскоре он получил предложение от знаменитого куратора Бренды Стоун на участие в выставке молодых фотографов «World around me»*. Эта выставка и послужила толчком покинуть компанию отца чтобы окунуться в мир искусства. Вот в такой переломный момент в его жизни и появилась белокурая красавица Эшли…

… Опешивший парень сделал шаг в сторону, пропуская девушку в квартиру.

– Милый, я надеюсь, что не стесню тебя? – не обращая внимания на его растерянный вид, девушка втаскивала свои чемоданы и сумки в прихожую. – У тебя большая квартира, так что мы вдвоем вполне комфортно здесь устроимся. Не правда ли?

Она толкнула Нэйтана к стене и обвила его шею руками.

– Я так тебя люблю, что просто не могу оставаться без тебя ни минуты, – прошептала она парню на ухо.

От ее горячего дыхания сердце Нэйта готово было выпрыгнуть из груди, голова шла кругом. Она зарылась тонкими пальчиками в его непослушные черные волосы и впилась в губы страстным поцелуем. Парень крепко обнял ее за талию.

– Я так хочу тебя, любимая… – и с этими словами потянул ее в спальную.

Вопроса о личном пространстве в его голове больше не возникало. Ее присутствие здесь было так естественно, как будто до нее он по-другому вовсе и не жил. Он даже не мыслил, что может быть иначе. Парень понял, что влюбился окончательно и бесповоротно. С тех пор они не расставались…

И вот, спустя еще месяц, они мчались по ночному городу в свое уютное гнездышко. Пение в машине оказалось весьма увлекательным занятием – пели громко, сбивались с ритма, путали слова, смеялись. А дома его и правда ждал сюрприз. Эшли завязала ему глаза легким шарфом и только после этого завела в квартиру, усадив на мягкий диван.

– Не снимай шарф пока я не разрешу, – прошептала она ему на ухо и бесшумно выпорхнула из комнаты.

Нэйтан стал с нетерпением ожидать ее возвращения. Сердце его трепетало от предвкушения увидеть нечто удивительное. Эшли умела устраивать необычные сюрпризы. Тонкий шарфик сохранил аромат ее легких духов и это волновало его воображение еще больше. Неожиданно, он ощутил легкое дыхание и прикосновение нежных пальчиков к волосам, шарфик сполз на шею и его взору открылось бездонное черное небо с мириадами звезд. От этой красоты невозможно было оторвать взгляд. Звезды мерцали голубыми, сиреневыми, теплыми золотыми и холодными серебряными искорками. Некоторые звезды, парень легко соединил в созвездия.

– Милая, ты невероятная, – глаза парня завороженно смотрели на это великолепие. – Гляди, вон созвездие Ориона, а вон там голова Тельца, глаз Тельца – это звезда Альдебаран, а здесь самая яркая звезда Сириус в созвездии Большого пса, а вот созвездие Волосы Вероники, оно напоминает тебя. Посмотри какое оно красивое.

– Откуда ты все это знаешь? – удивленно распахнула глаза девушка.

– Да так, увлекался немного. Когда был маленьким мечтал стать астронавтом, путешествовать к звездам, изучать новые миры и галактики, а самое главное – хотел встретить зеленого человечка и подружиться с ним, но однажды брат подарил мне фотоаппарат… И все… я влип по полной… Зеленый человечек безвозвратного потерял надежного друга, – Эшли громко рассмеялись.

– А я мечтала стать женой Санта-Клауса и балериной.

– Почему?

– У Санты было много подарков, а у балерины платья красивые.

– Значит ты была любительницей подарков и красивых платьев, сладкая моя девочка?

– Ага… мечты-мечты… – немного грустно вдохнула девушка.

– Думаю, что эти твои мечты я смогу воплотить в жизнь.

– Значит ты и есть Санта-Клаус? – она хитро прищурила глаза. – То-то я думаю кого же ты мне напоминаешь?

– Зеленого Санту в скафандре на космических санях…

– Прилетевшего за своей балериной… – уже шепотом добавила Эшли.

 Затем на какое-то время в комнате воцарилась тишина, только равномерное жужжание голопроектора нарушало ее.

Эшли включила тихую музыку и стянула парня с дивана на пушистый белый палас.

– Ложись на спину и смотри…

В таком положении, казалось, что они парят в открытом космическом пространстве. Звезды кружили вокруг них, утягивая в другую реальность.

– Эшли, – парень навис над девушкой, – я безумно люблю тебя. Ты моя сказка, ты мое чудо, ты моя жизнь.

Он нежно прильнул к ее мягким губам, очертил рукой изгибы юного красивого тела. Девушка обхватила ладошками его спину и с жаром ответила на поцелуй. Затем их сознание поглотил глубокий, завораживающий, выворачивающий душу космос под названием любовь.

___________________________

Мариса Рериг «Держи ладонь»* – певица вымышленная, текст песни авторский.

Выставка молодых фотографов «World around me»** («Мир вокруг меня» перевод с англ.) – название вымышленное. 

Николас Грей бушевал. Разговор с Нэйтом вызвал у него очередной приступ бешенства. Крики из кабинета разносились по всему дому. Лорна, поставив жаркое в духовку, поспешила к мужу. Бесконечные скандалы сына и мужа доводили ее до исступления. Подойдя к двери кабинета, она поправила волосы, натянула на лицо благожелательное выражение, выдохнула и отворила дверь. Увидев ее, Николас подскочил, в сердцах отшвырнул в сторону телефон, оперся руками о стол и гневно пророкотал:

– Лорна, наш сын совсем не управляем! Ну почему, он не думает о своем будущем?! Брал бы пример с Джона! Ты знаешь, что он мне заявил?!

– Что? – Лорна вздохнула, нервно заломив пальцы.

– Видите ли он взрослый самостоятельный мужчина и сам будет решать, как ему жить и чем заниматься. И, если, я не оставлю его в покое, он сменит номер телефона и уедет куда подальше! – мужчина ударил ладонью по столу и опустился в кресло, почувствовав, что гнев немного отступает. – Глупый мальчишка, он думает, что может от меня скрыться. Со своими возможностями я его в миг разыщу, но не хочу так… 

– Ник, я тебя понимаю, но мы не можем диктовать детям как им жить. Вспомни как мы боролись за свое будущее, как сбежали из дома, как долго скрывались и как нам было тяжело. Неужели ты хочешь, чтобы и наш сын повторил этот путь. Если мы не хотим его потерять, то не нужно ему мешать, просто будем немного направлять, но без угроз и скандалов.

– А что будет через несколько лет если он не добьется успеха или его фотографии станут не интересны публике? – в глазах мужчины появилась тревога. – А эти бесконечные тусовки к чему могут привести? Видел я этих богатеньких сынков, погрязших в распутстве и наркотиках.

– Если мы будем рядом, этого не случится, – Лорна подошла к мужу и положила ему руки на плечи. – Милый, ты сильный и умный, уверена, что найдешь к нему подход и всегда поможешь мудрым советом. Ему нужно время, чтобы найти себя. Даже если он никогда не изменит свое решение, то должен знать, что ему есть куда вернуться, что дома его любят и ждут.

– Умеешь ты сказать то, что нужно, – мужчина задумчиво посмотрел в окно, перебирая в голове новые идеи возвращения блудного сына в компанию, – Думаю, ты права, пусть порезвится мальчик, а там что-нибудь придумаю…

Лорна, крепче сжала плечи мужа, будто соглашаясь, а про себя подумала: «Плохо ты знаешь сына, ничего не придумаешь и просто смиришься».

– Кстати, Лорна, ты в курсе, что у Нэйта есть девушка и они живут вместе? – резко сменив тему разговора, Николас развернулся в кресле лицом к жене.

– Нет. А тебе разведка донесла?

– Да, я всегда в курсе всего.

– Так нельзя, он должен сам нам об этом сказать, – в душу к Лорне закралось тревога. «Нужно срочно поговорить с сыном», – постучав пальцем по нижней губе, подумала женщина.

– Ага, дождешься от него, – кривая ухмылка исказила лицо мужчины.

– Ты думаешь будет лучше, если он узнает, что ты за ним следишь?

– Пока не слежу. Я случайно узнал. Друг живет по соседству с нашим упрямцем.

– Интересно, кто же она такая? – Лорна задумавшись, прикусила губу.

– Могу разузнать...

– Разузнай, но только осторожно.

– Лорна, Лорна! – заулыбался Николас и усадил жену на колени. – От тебя ли слышу?  

– За столько лет жизни с тобой переняла твои привычки. Жену, в отличие от профессии, нужно выбирать один раз и навсегда, – Лорна указательным пальцем дотронулась до кончика носа мужа. – Вот и волнуюсь.

– Тут я согласен, – Ник взял в руку тонкие пальчики жены и прикоснулся к ним губами. – Интересно, а когда Джон приведет в дом невесту. Я внуков хочу.

– Наш старшенький, похоже, заядлый холостяк, днями и ночами в офисе пропадает. Загрузил мальчика работой.

– В каком смысле «пропадает ночами в офисе»? – округлил глаза Николас, затем его губы растянулись в улыбке. – Вот хитрец, Джонни. То-то они с секретаршей Натали в гляделки играют. А у нее на столе то цветочки, то шоколадки появляются. Да и сынок по всякой ерунде в кабинет ко мне зачастил. Похоже, внуки все же не за горами. Она хорошая девушка – я спокоен.

– Завтра заскочу к тебе в офис, посмотрю на эту Натали. Должна же я знать кому в руки сына отдаю.

Николас громко рассмеялся.

– Мать, да ты ревнуешь! Ты меня сегодня удивляешь.

Лорна слегка надула губки и ничего не ответила. Николас нежно поцеловал ее в висок.

– Не сердись, у меня для тебя подарок, – он открыл ящик стола и вынул два билета в театр.

Женщина взяла их, внимательно рассмотрела и, не сдержав эмоций, с радостным криком обняла мужа за шею.

– О, боги… Нью-Йорк, театр «Мадже́стик», мюзикл «Призрак оперы». Это невероятно, я так мечтала туда попасть, – щебетала Лорна. – А билеты на самолет забронировал?

– Обижаешь, милая, – важно проговорил Николас, протягивая жене билеты на самолет. – Вылет послезавтра в семь утра, так что можешь паковать чемоданы, в расчете на три дня. У меня в планах еще музеи, прогулки, романтические вечера и не менее романтические ночи.

 Лорна с обожанием смотрела на Ника и чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. В их жизни не всегда все было гладко. Им пришлось пройти трудный путь, чтобы достичь того, что было у них сейчас: были разрывы отношений и примирения, бедность и богатство, недопонимания и поиски друг друга. Но в итоге – трое замечательных детей, крепкий брак, прибыльный бизнес и положение в обществе. По прошествии лет, после долгих метаний, Лорна поняла, что действительно любит Ника – он и семья стали смыслом ее жизни. Мужчина многим пожертвовал ради нее, зная, что изначально его любовь не была взаимной, но теперь все в прошлом. Они оба были бесконечно счастливы.

Лорна аккуратно выбралась из объятий мужа, забрала билеты и, медленно, манерно покачивая бедрами, прошествовала к двери.

– Любимая, ты со мной заигрываешь? – наигранно удивился Николас, жадно разглядывая ее.

– Ага, любимый, – остановившись возле двери и изобразив соблазнительную позу, она обернулась и послала ему воздушный поцелуй, – Романтические ночи начинаются сегодня, прошу не задерживаться, – и, демонстративно задрав подбородок, выскользнула за дверь.

Николас, провожал жену влюбленными глазами. Он не уставал ею восхищаться. Несмотря на возраст Лорна выглядела великолепно. Она была высокой, стройной, с большими глазами необычного иссиня-черного цвета в обрамлении длинных черных пушистых ресниц, длинными шелковистыми волосами такого же цвета, что и глаза, со слегка пухлыми, четко очерченными губами, тонким ровным носом и смуглой кожей с бронзовым отливом.

… Лорна всегда была невероятной красавицей. В юные годы за ее внимание боролись множество парней, среди них был и сам Николас.  Впервые он увидел ее в городском парке недалеко от юридической конторы, в которой проходил стажировку. На скамейке сидели девочки и о чем-то весело болтали. Среди них он и увидел ее… Бархатные глаза и обворожительная улыбка девушки просто в один момент остановили мир вокруг и в нем остались только он и… она… Тогда он не нашел в себе смелости подойти к ней, и, как завороженный сидел на соседней скамейке, бездумно перелистывая свои бумаги, не в силах вновь взглянуть на нее. Из разговоров девочек он узнал, что ее зовут Лорна. Это было самое прекрасное имя на свете. 

Вторая их встреча произошла в кафе. Николас в одиночестве сидел за маленьким столиком и пил ароматный кофе с круассанами. В обеденный час здесь всегда толпилось много народа и свободных столиков, как правило, не было. Вот в такое неудачное время туда и заглянула Лорна. На ней был белый легкий сарафан прямого кроя, волосы заплетены в замысловатую косу, а через плечо перекинута маленькая сиреневая сумочка. Девушка остановилась в дверях и стала осматриваться в поисках свободного места. Николас, засмотревшись, непроизвольно махнул ей рукой, приглашая за свой столик. И… о чудо! Девушка улыбнулась и направилась в его сторону.

– Я вам, действительно, не помешаю? – спросила она.

– Нет, наоборот, я буду очень рад, если вы составите мне компанию, – парень не верил в свое счастье. Девушка его мечты сидела рядом и разговаривала с ним… Сердце отбивало чечетку…

Лорна заказала себе кофе и чизкейк, а Ник, не зная с чего начать разговор, нервничал и усиленно размешивал давно растаявший сахар в чашке. Неловкую ситуацию разрешила сама девушка.

– Спасибо, что пригласили за столик.

– Мне это было приятно, – не отрывая взгляда от чашки, пробубнил парень. – И… давайте на «ты», я не настолько еще старый.

– Хорошо, – это фраза ее развеселила. – А как тебя зовут?

– Николас… Николас Грей… Можно просто Ник.

– А меня…

– Лорна, – машинально перебил он, и тут же его щеки запылали предательским румянцем.

Девушка вскинула на него удивленные глаза.

– Мы знакомы?

– Нет, просто случайно услышал… в парке, – совсем засмущался парень, ругая себя за свое нелепое поведение.

– А… точно! Вспомнила! – выставив указательный пальчик вперед, воскликнула Лорна, – Ты тот симпатичный парень в парке на соседней скамейке…

– Да, ладно… симпатичный, – хмыкнул Ник. – Скажешь тоже…

–  Ну, не знаю, не знаю… Только девчонки глазки о тебя сломали. А ты внимания не обращал, какие-то бумаги перебирал, а потом ушел.

– Это я… ммм… отчет читал… по работе… – совсем замялся парень, удивляясь, что она его вообще вспомнила.

– Ну да, ну, да… отчет читал… понимаю, – девчонка заливисто рассмеялась.

Парень, глядя на нее, тоже рассмеялся… В тот момент барьер рухнул и Николасу стало невероятно легко и комфортно рядом с ней. С тех пор у них началась настоящая дружба. Конечно же ему этого было мало, хотелось совсем других отношений. К сожалению, в высоком полноватом парне с русыми волосами и серыми глазами, вчерашняя выпускница школы не видела своего парня, да и конкуренция в борьбе за ее сердце, была велика. Но природное упрямство и девиз его жизни «Лучше попробовать и сожалеть, чем сожалеть, что не попробовал» заставляли упорно двигаться к цели.

А вот в его друга – высокого, атлетически сложенного кареглазого красавца Гилберта Лантера, девушка влюбилась сразу. Они познакомились на дне рождения Ника. Вот уж не зря говорят: «В начале отношений не знакомь девушку с другом». Хотя и отношений, как таковых не было, но была надежда, а теперь и она рухнула…

– Ник! – воскликнула Лорна, увидев Гилберта. – Кто этот офигенный темноволосый красавец?

Сердце Ника оборвалось. «Это конец! Я проиграл, не начав толком бороться», – пришло горькое осознание.

– Мой друг детства – Гилберт Лантер, – обреченно пробубнил парень. А про себя подумал: «Как же ты не вовремя приехал, Гил».

– Познакомь с ним, прошу… – попросила Лорна, не отводя восхищенных глаз от соблазнительного парня.

Гилберт, как будто, читая мысли девушки, быстрым шагом подошел к ним.

– Ник, как же я рад тебя видеть! – он вручил ему подарок в небольшой коробочке, крепко обнял друга и похлопал его по спине. – Поздравляю с Днем рождения! Я очень спешил, чтобы не пропустить его.

– С приездом, и я рад тебе! – с натянутой улыбкой протянул Ник, погружаясь в печальные мысли.

– А кто эта прекрасная незнакомка? – выдернул его из раздумий Гилберт, с интересом поглядывая на девушку.

– Это моя подруга Лорна, – представил парень. – Лорна, а это мой друг Гилберт.

– Лорна Стронг? – Гилберт удивленно осмотрел девушку с ног до головы. – Та самая маленькая заноза с соседней улицы, которая вечно крутилась под ногами и вредничала?

– Ааа… ты сын Дигарта Лантера? Точно! Вспомнила! Вы когда-то жили в доме из серого камня с огромным садом, а мы воровали у вас яблоки и сливы.

– За что и получили крапивой по голым пяткам. Садовник тогда ох и смеялся над вами.

– Смеялся?! Да я потом пол дня чесалась… Мы твоего садовника после этого случая прозвали Зеленым вреднючкой.

– Надеюсь не из-за несменного зеленого комбинезона? – громко расхохотался Гилберт.

– Из-за него, конечно!

Ну вот и все… Эти двое выпали из реальности, забыв обо всем на свете… Ник, не найдя для себя места на этом празднике жизни, немного потоптался, хмуро посмотрел на сладкую парочку, надел на руку только что подаренные другом дорогущие часы, прихватил с собой бутылку виски и незаметно удалился из бара. В тот вечер он впервые напился до потери сознания…

У Гилберта и Лорны был красивый роман, дело шло к свадьбе, но внезапно девушка разорвала отношения. Николас, конечно же, в разрыве обвинил Гилберта, так как девушка постоянно ходила с мокрыми от слез глазами. Гилберт уверял, что ни в чем не виноват и сам не знает причины ее поступка и тоже сильно переживал. Ник не верил ему и, зная его бурные любовные похождения до встречи с Лорной, сделал свои выводы. Вскоре Гилберт, не прощаясь, покинул город.  

Когда стало понятно, что они окончательно расстались, Николас вновь предпринял попытку ухаживания за девушкой и, к его удивлению, она согласилась с ним встречаться. Конечно же в их отношениях не было той страсти, как хотелось бы парню. Лорна честно призналась:

– Ник, ты мне очень дорог и очень нравишься, но это не любовь. И если тебя это не пугает, я готова попробовать с тобой встречаться. Возможно, позже я смогу полюбить тебя.

– Лорна, я так сильно люблю тебя и уверен, что моей любви хватит на нас двоих.

Он верил, что рано или поздно сможет добиться взаимных чувств, а сейчас, главное быть рядом. Николас окружил девушку вниманием и заботой, не давая грустить и скучать. Вскоре жизнь пошла на лад. Лорна вновь стала прежней веселой девчонкой, только иногда в ее глазах мелькала боль. Николас был терпелив и… почти счастлив. Но, как часто говорят, хорошего много не бывает. За солнечным летом пришла хмурая осень…

Николас прекрасно помнил, как одной дождливой октябрьской ночью Лорна прибежала к нему домой вся мокрая и заплаканная, в ее руках была только маленькая сумочка. Девушка бросилась к нему на шею и захлебываясь слезами сказала:

– Ник, я сбежала из дома.

Парень, ничего не спрашивая, завел ее в дом, быстро раздел и засунул под горячий душ.

– На крючке чистое полотенце и халат. Грейся, а я пока сварю кофе, – проговорил он и удалился, дав ей время хоть немного прийти в себя.

 Вскоре на кухню робко вошла Лорна, кутаясь в огромный махровый халат и прижалась к его спине.

– Ник, извини за мой ночной визит, – тихо прошептала девушка, – но я действительно не знала к кому мне обратиться.

Николас резко развернулся и сгреб девушку в охапку.

– Милая, я твой мужчина, – он склонился к ней и погладил рукой по волосам, – и всегда буду рядом.

Девушка прижалась щекой к его ладони.

– Нет, Ник! Я не хочу портить твою жизнь и вешать свои проблемы на тебя. Я даже не имею права просить тебя последовать за мной, просто хотела попросить взаймы немного денег. Я как смогу обязательно, верну.

– А разве проблема не в наших с тобой отношениях? – удивился парень. – Разве проблема, не в том, что я не нравлюсь твоим родителям?

– Нет, – девушка всхлипнула и закрыла лицо ладонями, – дело вовсе не в тебе. Я не могу сейчас всего рассказать.

Лорна вскинула голову и внимательно посмотрела в глаза Нику. В них было столько тепла и нежности, что, казалось, они согревают ее изнутри. Тело девушки расслабилось и перестало мелко дрожать. Не отводя взгляда от серых блестящих глаз парня, она нежно, еле касаясь, провела пальцами по его лицу, словно пыталась запомнить каждую черточку. У Ника было ощущение, будто Лорна видит его впервые в жизни. Раньше она никогда так на него не смотрела. Он замер.

– Ты красив, – грустно произнесла девушка, – но не той броской и яркой красотой, как Гилберт, а какой-то другой – внутренней, теплой, надежной. И почему я раньше не замечала этого, почему я была так слепа. А сейчас мне нужно от тебя отказаться. Я не хочу и не имею права втягивать тебя во все это… но, и потерять не могу… Что же мне делать? Нииик… – Лорна громко всхлипнула, схватила себя за волосы и, тихо подвывая, упала на колени.

Воспоминания о Гилберте больно резанули Ника, но последние слова словно, скинули с души тяжелый груз неопределенности и неуверенности. В этот момент он понял, что все делал правильно, что у них есть будущее, что будет бороться за это будущее до конца и будет рядом с любимой несмотря ни на что.

Ник поднял всхлипывающую девушку с пола, усадил за стол, поставил перед ней чашку с горячим кофе и тарелку с бутербродами.

– Милая, тебе нужно поесть. Я скоро приду, – и, поцеловав ее в макушку, развернулся уходить.

– Ник, – окликнула его Лорна, – у меня мало времени, думаю, родители скоро догадаются, где я и придут сюда. Я должна уйти пока не поздно.

– Дай мне пять минут, – парень пристально посмотрел ей в глаза.

Девушке хватило сил только обреченно кивнуть. Ник быстро взбежал на второй этаж и влетел в комнату сестры. Она сидела на кровати, поджав ноги.

– Лиззи, прости, что разбудил.

– Я не спала и все слышала. Можешь не терять время на объяснения.

Девушка соскочила с кровати и сунула ему в руки приготовленный комплект одежды для Лорны. Ник даже не сомневался, что младшая сестренка его поддержит. Этакая девчонка сорванец – вечный соратник во всех мальчишеских играх и проказах, ну и… настоящий друг.

– Здесь джинсы, свитер, носки… думаю ей подойдет, ну может чуть великовато, будет, но это ерунда. Я знаю, что ты уйдешь с ней. Не теряйте время. Родителям сама все объясню, когда приедут.

– Лиззи, ты чудо! – Ник чмокнул сестру в щеку. – Но я попрошу еще подобрать ей одежду на смену, ну… и все самое необходимое для девушки на первое время.

– Не вопрос, брат, – она положила ему руку на плечо, – я соберу для нее сумку. А ты дуй тоже собираться…

Парень кивнул и быстро выскочил из комнаты.

Вскоре Ник и Лиззи предстали перед ошарашенной Лорной с двумя большими дорожными сумками.

– Я еду с тобой, Лорна! Быстрее беги переодеваться, – Ник вложил одежду в руки девушки и подтолкнул в сторону ванной комнаты.

– Мне неловко, не надо…

– Надо, подруга, – перебила ее Лиззи, – не тяни время. Мой старший братишка принял решение… Я сейчас тебе еще куртку и шапку принесу. Но, вот с обувью, прости, не помогу – размерчик у меня не женский, – девушка продемонстрировала ей крупную стопу.

– Спасибо, Лиззи, – на глазах Лорны вновь блеснули слезы, – мои ботинки не промокли. Так что все хорошо. Я быстро…

Спустя десять минут Лорна вернулась на кухню, одетая и более уверенная в себе. Она нашла в себе силы даже улыбнуться.

– Я готова.

Лиззи быстро натянула на нее теплую черную куртку с капюшоном, шарф и шапку.

– Вот теперь, ты точно готова, – оценила ее Лиззи, подняв большой палец вверх.

Ник ждал ее уже полностью одетый. Лорна еще раз грустно посмотрела на него.

– Ник, должна предупредить, если ты последуешь за мной, пути назад у тебя не будет. Подумай хорошо…

– Лорна Стронг, – полным решимости голосом перебил парень, – пути назад у меня нет с того самого мгновения как я впервые увидел тебя.

Погрузив вещи в старый отцовский FORD, Николас быстро попрощался с сестрой и попросил извиниться перед родителями. Так началась их новая, полная падений и взлетов, жизнь. Причины побега из семьи Лорна так ему и не рассказала, сказав, что это не только ее тайна и лучше ему ничего не знать…

… Иногда, вспоминая события того дня, Николас задавал себе вопрос: «Зная через что придется пройти, решился бы я вновь поступить так же? И ответ всегда был один – «ДА!» … Лорна и дети – это смысл его жизни, без которых он не представлял своего существования.

_____________________________

Театр «Мадже́стик»* – Мадже́стик (англ. The Majestic Theatre; рус. Вели́чественный) – бродвейский театр, расположенный в восточной части 44-й улицы в театральном квартале Манхэттена, Нью-Йорк, США. Это один из самых вместительных театров Бродвея (1645 мест).

На следующее утро Лорна, проводив мужа на работу, первым делом позвонила Нэйтану. Сын на звонок не отвечал. Особым терпением женщина не обладала, поэтому металась по комнате из угла в угол. Все было проще, когда сын жил дома, а сейчас ей было необходимо переговорить с ним с глазу на глаз и решить кое-какие вопросы. И сделать это нужно было до отъезда в Нью-Йорк, иначе вся поездка пройдет в нервном напряжении.  

– Упрямый мальчишка, возьми же трубку, – вслух возмущалась Лорна. – Придется поехать без предупреждения, возможно застану дома…

Женщина глянула на часы, закрыла глаза и мысленно стала прокручивать в голове все необходимые дела на день.

– Ладно, успею… Должна успеть… Главное поговорить с Нэйтом… – бросив телефон на кровать, она быстро отправилась приводить себя в порядок.

Спустя четверть часа, Лорна, с удовлетворением смотрела на свое отражение в зеркале. Легкий шелковый брючный костюм фисташкового цвета, придавал образу нежность, распущенные волосы, уложенные на левое плечо, подчеркивали изящную длинную шею. Задумавшись, она не заметила, как в комнату открылась дверь.

– Мама, какая ты красивая!

Женщина обернулась. За спиной, в легкой белой хлопковой пижамке, стояла ее заспанная дочка.

– Дженни, милая, – она нежно обняла ее, – ты чего так рано встала?

– Я еще не встала, – протянула девочка и сладко зевнула, прикрыв рот ладошкой, – просто пить захотела, ну и не удержалась к тебе, зашла. А ты куда?

Лорна погладила ее по спутанным, русым волосам.

– Мне нужно съездить к твоему брату.

– К Нэйту? – широко распахнув серые глаза, встрепенулась Дженни. – Я с тобой!

– Милая, не сегодня. Мне нужно с ним поговорить, – женщина склонилась к дочери и внимательно посмотрела ей в глаза. – А вот в следующий раз, обязательно вместе поедем на целый день.

– Ну, мам, ты всегда так говоришь. Я его уже почти месяц не видела, – Дженни демонстративно надула губы.

– Дженн, я его сама столько же не видела. Но сегодня у меня с ним, действительно, серьезный разговор.

– Опять пилить его будешь, как отец. Он из-за вас из дома ушел и не хочет приходить даже в гости, – девочка с вызовом уставилась на мать.

Лорна бросила на дочь быстрый взгляд. В этот момент Дженни очень сильно походила на отца не только лицом, но и характером – бескомпромиссная и жесткая. Она стояла, скрестив руки на груди, громко сопела носом, в глазах застыл холодный металл. Возможно, в будущем, это будет выглядеть грозно, но не сейчас. Сейчас это вызвало у Лорны просто улыбку. Девочка напоминала сердитого хомяка – еще пухлые по-детски щечки, грозно сдвинутые брови, поджатые губы, но и в довершение спутанные колтуном на макушке волосы.

– Дженнифер, ты многого еще не понимаешь, но сегодня с твоим братом разговор будет не о том, о чем ты думаешь.

Лорна потянула ее за руку и усадила на диван.

– Милая, мы завтра с отцом улетаем на три дня в Нью-Йорк. У меня сегодня много дел, поэтому у Нэйта долго не задержусь. Потом мне нужно к отцу в компанию заехать и пройтись по магазинам.

– Здорово! Вы летите в Нью-Йорк! Папа говорил, что хочет на годовщину свадьбы устроить романтическое путешествие, – дочь забыла о своих обидах и быстро переключилась на поездку родителей. – Только давай по магазинам вместе!

Дженни умоляюще сложила ладошки и, хлопая большими глазами, гипнотизировала мать. Лорна, поцеловав ее в лохматую макушку, почувствовала едва уловимый запах молока и свежести. Самый любимый запах на свете, так пахли и ее сыновья, когда были детьми. Сейчас же Джон имел запах сигарет, дорогого парфюма и моря, а Нэйт – легкого дезодоранта, зеленого чая, иногда ветра.

– Хорошо, через пару часов я за тобой заеду.

– Мам, подожди минутку, – Дженни подскочила с дивана и рванула из комнаты, – Я сейчас вернууусь… – последние слова раздавались уже из коридора.

Лорна услышала удаляющийся топот босых ног.

– Осторожнее, милая, – только и успела она ей крикнуть вслед. – Ох, уж эти детки… Шестнадцать лет уже, а ведет себя иной раз как дите неразумное… – тихо добавила женщина, качая головой.

Спустя пару минуть запыхавшаяся девочка влетела обратно в комнату.

– Держи, мама, – она протянула небольшую белую коробочку с розовым бантом. – Это мой подарок тебе на годовщину.

– Дженни… – Лорна притянула к себе дочь и крепко обняла. – Спасибо, милая.

Женщина с трепетом открыла коробочку и увидела там, красиво уложенные, маленькие белые перламутровые серьги, в виде капельки и изящный браслет с подвеской в таком же стиле.

– Какая красота! – восхитилась она. – Ты всегда меня удивляешь подарками. Как же я тебя люблю.

– Надень сейчас, к твоему костюму подойдет.

– Хорошо.

Лорна подошла к зеркалу и надела украшения – все смотрелось неброско и красиво.

– Мне очень нравится… Подберешь мне сумочку и туфли?

– Яааа…? – лицо девочки удивленно вытянулось, а глаза стали просто огромными. – Ты не шутишь?

– Нет, милая, сегодня ты мой стилист.

Девочка, недолго думая, быстро скрылась в гардеробной матери. Нечасто мама позволяла бывать ей в своей святая святых. Но как же ей нравилось здесь! У матери был шикарный гардероб. Дженни мечтала, что когда-то и у нее будет такой же. Пробегая глазами по вешалкам с одеждой, полкам с коробками, сумочками, шляпками, перчатками и обувью, она представляла себя хозяйкой всего этого великолепия.

Тем временем Лорна, наконец, дозвонилась сыну.

–  Да, мам, ну и что ты хотела в такую рань? – услышала она сонный голос сына. В свете недавнего очередного скандала с отцом парень, видимо, ожидал либо его продолжения, либо упреков.

– Если я названиваю тебе уже битый час, то, наверное, действительно, что-то хотела, – раздражение нахлынуло на нее новой волной. Мальчишка, совсем отбился от рук. – Через полчаса буду у тебя, и не вздумай куда-нибудь смыться. А вот девушку свою, можешь отправить прогуляться. Беседа будет тет-а-тет.

– Мама, я прекрасно знаю, о чем будет эта беседа. Тебе не о чем волноваться. И откуда ты знаешь про мою девушку? Отец снова за старое взялся? – возмутился парень.

– Нэйт…

– Что? – не дослушав, перебил ее сын. – Что мне нужно сделать чтобы вы не лезли в мою личную жизнь? Может мне нужно исчезнуть подальше от вас?

 – Послушай меня, милый сын, – Лорна начинала закипать, – если ты не будешь вести себя как подобает взрослому мужчине, то мы с отцом будем вынуждены поступить с тобой как с малолетним ребенком. И, поверь, на сей раз я тебя не поддержу. Я встану на сторону отца, а его в гневе ты знаешь.

Как же ненавидела себя в этот момент Лорна. Она не хотела угрожать сыну, но обстоятельства вынуждали. Нэйт молчал в трубку. Это был плохой знак. Так он в детстве иногда замыкался в себе и достучаться до него иной раз было невозможно по несколько дней. Ни уговоры, ни врачи не могли вытянуть его из этого состояния. Он просто уходил в себя, в какой-то свой иллюзорный мир. Мальчик ни с кем не разговаривал, мог часами сидеть на подоконнике и смотреть в окно, мог в одиночестве просто бродить по саду или стоять с закрытыми глазами, прижавшись спиной к дереву пока ноги от усталости не подкашивались, и он не падал на землю. Однажды упав, он просто уснул на траве и его не могли добудиться. Отцу пришлось на руках отнести его в дом. Нэйт проспал двое суток. В себя пришел постепенно сам.  Происходящее воспринималось мальчиком как сон, который он помнил урывками. С годами это случалась все реже и реже и последние десять лет все было в полном порядке. Домочадцы немного успокоились, но ухо держали востро. У Лорны были предположения о причинах таких приступов у сына, но никому в этом признаться не могла, даже мужу. Это была тайна известная только ей, матери, тетушке Марионе и отчиму. Тревога полоснула ее по сердцу, словно раскаленный нож.

– Нэйтан, с тобой все в порядке?

– Да… просто задумался, – услышала она отстраненный голос сына. – Хорошо, мама, приезжай. Ты права, нам нужно поговорить, – ответил и тут же отключился.

Лорна, погрузившись в грустные воспоминания и, не отнимая телефон от уха, слушала монотонный зуммер, который, казалось, повторял удары сердца. Женщина думала о том, что она может сказать сыну, как ему объяснить то, что сама с трудом понимала, как научить жить, не озираясь по сторонам. В реальность ее вернул голос дочери за спиной.

– Все… выбрала тебе и туфли, и сумочку!

Лорна вздрогнула и обернулась. Довольная Дженни, расставив руки в форме весов, держала жемчужного цвета маленькую сумочку и в тон ей туфли на высоком каблуке.

– Ну как, справилась?

– Не то слово! Ты большая умница! А теперь иди и потихоньку собирайся, милая, и не забудь позавтракать. Наш поход по магазинам может затянуться надолго.

– Я даже не сомневаюсь – у нас по-другому не бывает!

– О да… когда две красотки задаются целью опустошить свои кошельки – время раздвигает свои границы… 

… До дома сына Лорна доехала быстро. Она припарковала машину в тени раскидистых деревьев, но подниматься к нему не спешила – хотела выждать назначенное время и дать возможность уйти его подруге. К ее облегчению, вскоре из подъезда, действительно, выпорхнула молоденькая стройная девушка со светлыми, слегка вьющимися волосами. Девушка была очень симпатичной и Лорна вполне понимала своего сына – в такое милое создание не мудрено было влюбиться.  На лице девушки играла мягкая улыбка и легкое платьице развевалось на ветру, искрясь в лучах утреннего солнца. Создавалось впечатление какой-то эфемерности. Некоторое время она потопталась на месте, видимо раздумывая куда отправиться в столь ранний час, затем с кем-то переговорила по телефону и громко рассмеялась. Этот смех моментально испортил все впечатление о девушке. Он был каким-то нарочито вульгарным и неприятным. Затем она постучала ладонью по крыше подъехавшего такси, низко наклонилась к водителю, соблазнительно выгнув спину и, видимо договорившись, приторно захихикала, после плюхнулась на заднее сиденье, и машина тут же сорвалась с места.

– И что это было? – Лорна озадачено проводила взглядом быстро удаляющееся такси. – Что-то с девицей-красавицей не то… Надо будет к ней повнимательней присмотреться…

Женщина глубоко вздохнула, вышла из машины и быстрым шагом направилась к подъезду. Поднимаясь в лифте, она мысленно прокручивала в голове, то, что предполагала сказать сыну, хотя знала, что с ним никогда не получалось разговаривать по заранее продуманному плану. Постояв мгновение перед массивной металлической дверью в квартиру, она требовательно нажала на звонок – нужно показать сыну всю свою решительность и твердость. Дверь резко распахнул взъерошенный, босой сердитый парень в серых спортивных штанах и белой майке. Порыв сквозняка растрепал его и без того непослушные рваные пряди волос. Он молча отошел в сторону пропуская ее в квартиру. Женщина так же молча прошла в комнату и быстро присела на диван, ноги предательски дрожали. Вскинув голову, она наткнулась взглядом на вопросительно поднятую бровь сына.

– Не надо на меня так смотреть, ты прекрасно понимаешь, что этого разговора не избежать. И ты обещал, что если решишь расстаться с холостяцкой жизнью, то предупредишь меня.

– Так вышло, – Нейтан передернул плечом. – Невозможно все предусмотреть заранее. Но я осторожен, не переживай.

– Мне кажется, что ты не совсем понимаешь всю серьезность ситуации. Ты можешь подставить под удар не только себя, но и меня, а потом это коснется и всей семьи.

– Я понимаю, мама, но и жить по сценарию у меня не получается.

– Вот для этого у тебя есть я. Вместе мы справимся.

– Мы что и жить вместе будем? – Нэйтан в раздражении отвернулся к окну. – Как ты себе представляешь мою личную жизнь с постоянным присутствием тебя в ней? Не кажется ли, что это вызовет еще больше вопросов?

– Нэйт, с момента появления тебя на свет, я продумывала каждый шаг нашего существования. То же самое делала для меня и моя мама.

– Да?! То-то я смотрю, что вы с отцом треть жизни в бегах провели, прячась от твоей семьи. – Нэйт резко развернулся и сложил руки на груди. – И сейчас ты к бабушке Ледале не особо в гости рвешься… да и она к нам… Только вот бабуля почему-то усиленно пытается меня уговорить переехать жить к ней на милый уединенный островок, заявляя, что мне это жизненно необходимо. Почему? Почему жизни двух моих самых родных женщин окутаны тайнами, в которые они планомерно втягивают и меня, не пытаясь даже в них посвятить? Или вы надеетесь, что и я буду вечно от вас убегать?

– Ты ничего не знаешь.

– Так просвети меня, мама! – обойдя диван, на котором сидела Лорна, он уселся в кресло напротив и выжидательно посмотрел на нее. – Я предполагаю разговор будет долгим?

– Сын, я уже давно объяснила, что у нас с тобой выявлен аномальный ген, который вызвал некоторые мутации. Но об этом никто не должен узнать. Если, конечно, не хочешь попасть в какие-нибудь секретные лаборатории, из которых нет выхода.

– Да-да, это я уже знаю наизусть. И про наши с тобой странные родимые пятна на спине в виде месяцев, замаскированные татуировкой под крылья тоже знаю. Лучше расскажи то, чего я не знаю! И что же это за странный ген такой о котором нельзя сказать даже отцу? Как ты вообще могла рисковать рожать детей с такой наследственностью? Хорошо, что я один такой неправильный получился. Правда, мама?!

– Ты не «неправильный», ты – уникальный. Просто человечество не готово принять «других» людей. Посмотри, как живут люди с девиантным поведением или дети индиго. Общество их сторонится. И это для них лучший исход, чаще они просто бесследно пропадают. Думаю, сам понимаешь куда, – Лорна грустно вздохнула. – И… да, я рисковала, рожая детей, но уже ничего не изменить. А у отца и так много проблем, не стоит на него еще и это вешать. Ну если только другого выхода не останется…

– Почему-то мне кажется, что ты мне многого не договариваешь или просто на просто лжешь.

– Я говорю тебе, то, что ты должен знать. Я стараюсь всеми силами облегчить тебе жизнь и оградить от проблем.

– Вот как?! – криво улыбнулся парень, с силой сжимая пальцами подлокотник кресла. – Это называется облегчением жизни?! Да я живу оглядываясь, не зная на что, контролирую каждый свой шаг, каждое произнесенное слово, в каждом встречном подозреваю если не врага, то недруга. Не проще было бы знать этого врага в лицо, мама?!  

– Поверь, не проще.

– А если это мой выбор?

Лорна, нахмурила брови, лихорадочно перебирая в голове возможные варианты выхода из сложной ситуации. Она годами скрывала правду от сына, накладывая одну ложь на другую. Но стоит ли ему ее знать? Когда-то эта правда чуть не сломала ее. А не сломает ли она парня? Не наделает ли он глупостей по горячности? В любом случае пришло время все обдумать и принять правильное решение.

– Сын, – Лорна в волнении запнулась, – ты получишь ответы на все свои вопросы, но не здесь и не сейчас. За ними необходимо будет съездить к бабушке Ледале и дедушке Истеру. Всю правду знают только они.

– Я готов ехать в любое время… А ты?

– Обещаю не затягивать с этим… – недоверчивый взгляд сына заставил ее почувствовать себя неловко. – И не смотри на меня так. Я сделаю все, что от меня зависит, а остальные вопросы к твоей дражайшей бабуле. Мне она тоже не все рассказала.

– Почему я узнаю только сейчас, что именно бабушка хранитель всех семейных секретов? Зная это, я бы давно к ней съездил.

– Да потому!.. Потому что она не отпустила бы тебя с острова!.. Поездка туда – это, возможно, билет в один конец!.. – Лорна закрыла лицо руками и тяжело задышала. – Пойми, Нэйт, я сама многого не понимаю и у меня нет на все правильных ответов. Я выживала как могла и иногда мне бывает очень страшно, но я должна быть сильной ради моих близких…

– Мама… я даже не знаю, что сказать, – он присел на колени возле матери. – Я растерян теперь еще больше. Посмотри на меня, пожалуйста.

Женщина опустила руки и взглянула в глаза сына – черные, как сама бездна, глубокие, пытливые, с легкой грустью. Она смотрела на него и видела себя словно в отражении зеркала. Только в нем она была моложе и другого пола. Настолько они были идентичны. В голову невольно прокрались мысли: «Как же коварна природа, создающая уникальные существа, которые вынуждены скрывать свою сущность, чтобы не быть подавленными или уничтоженными не менее уникальными, но более распространенными существами. Ведь каждое живое создание – это неповторимое и бесценное произведение искусства, а если еще и разумное… Так в чем логика?» …

– Нэйтан, мальчик мой, запомни, чтобы я не сделала в прошлом, и чтобы я не делала в будущем – это все во благо тебя, Джона, Дженни и Ника. Вы самое дорогое, что есть в моей жизни…

– Если ты приоткроешь завесу тайн, то, возможно, я смогу тебе помочь. Я буду понимать, что делать, потому что буду готов.

– Может ты и прав… Но, возможно, после этого ты не захочешь меня знать и все станет гораздо сложнее.

– Мам… тебе сложнее?

– Не только мне – всем… всем, кого ты знаешь. Это может привести к непредсказуемым последствиям. Прости, но сегодня я к этому не готова. И не дави на меня – просто поживи еще немного обычной человеческой жизнью… А сейчас давай лучше решим небольшие текущие проблемы.

– Хорошо, но только за чашечкой кофе, – парень понял, что еще немного и он сорвется, да и мать была на грани… Поэтому решил сделать паузу. – Я еще не завтракал. Ты, я думаю, тоже.

– Я только «за»! – слегка расслабившись согласилась Лорна.

Нэйт включил кофеварку, быстро нарезал бутерброды с сыром и ветчиной. Вскоре по всей квартире разлился невероятный запах свежесваренного кофе.

– Ммм… – Лорна с блаженством вдохнула аромат. – Давно мы с тобой так не завтракали.

– Угу… – услышала она ответ, жующего бутерброд сына.

– Тебе Дженни передавала привет. Я обещала ей, что как-нибудь приедем к тебе в гости на целый день, – украдкой взглянув на сына, сделала глоток горячего ароматного напитка.

– Малышка Дженни… – наконец улыбнулся парень, вспомнив сестру.

– Она скучает по тебе.

– Я тоже.

– Мы завтра с отцом улетаем в Нью-Йорк на три дня. Так что можешь свободно прийти домой, проведать сестру и брата. Думаю, вы найдете чем заняться. За домом и Дженни присмотрит миссис Паркер, – Лорна хитро прищурилась, – Кстати, она тоже будет рада тебя видеть.

– О… любимая няня МиПакель. Она до сих присматривает за детьми?

– Нееет, она только к тебе и Дженни воспылала материнскими чувствами. Очень сожалеет, что попала к нам на работу так поздно и не успела понянчить Джона.

– Джон, полагаю, тоже очень сожалеет, – мать и сын, наконец, искренне рассмеялись и напряжение немного улеглось.

Когда с завтраком было покончено, Лорна решила, что пора поговорить о том зачем пришла.

– Нэйт, что у тебя на голове? Что за экспрессия с твоими волосами?

– Решила подойти к разговору с этой стороны?

– Да. Как ты умудрился так подстричь волосы?

– Легко! Скрутил в жгут и отрезал.

– Интересный способ, – Лорна задумчиво прищурила глаза, – надо на себе опробовать.

Нэйтан прыснул со смеху.

– Лучше не стоит, а то папе будет стыдно с тобой на людях показаться.

– А твоей девушке, значит, не будет стыдно?

 – Мне пришлось, чтобы у Эшли не возникло вопросов. Лучше сам криво отрежу, чем она заметит быстро меняющуюся длину. Сегодня проедусь по парикмахерским в северной части города. В этом районе за два месяца уже все обошел.

– График не хочешь составить? – съехидничала Лорна.

– А это идея!

– Сын, давай договоримся. Я и дальше могу сама тебя стричь. Если не удобно здесь из-за твоей девушки, то я сниму специально для этого маленькую квартирку, – она испытующе посмотрела на сына. – Заодно у тебя появится тайное укромное местечко, о котором будем знать только ты и я. Мало ли, вдруг в уединении захочется побыть.

– Зачем оно мне? Опять тайны?

– Ни в коем случае. Просто ищу выход из положения. Бегать по парикмахерским всего города или отрезать себе волосы самому – это не выход. И ты помнишь, что скоро осень?

– И в октябре нам нужно сделать кучу уколов и выпить вагон таблеток… Помню, мама, – перебил ее Нэйт.

– Хорошо, что помнишь.

– Мам, после сегодняшнего разговора у меня возникли сомнения, действительно ли я унаследовал от тебя именно нехватку какого-то там белкового фермента? Да и не верю я в передающиеся по наследству родимые пятна… Как-то все это не естественно.

– Нэйт, ты о чем? Думаешь мне просто хочется пичкать тебя и себя лекарствами? – возмутилась женщина. – Ты уже забыл о болях в спине и как тебе тяжело было дышать, когда отказался от лечения и заболел?

– Помню… такое не забудешь.

– А, по поводу родимых пятен – такое, действительно, случается у близких родственников. И у нас с тобой есть крылышки ангелов, – Лорна пальчиками обрисовала в воздухе форму крыльев и улыбнулась сыну. – Помнишь, как в детстве, ты просил меня перед сном рассказывать сказки об ангелах и рисовать в воздухе крылышки?

 – Помню. Хорошо быть маленьким… – плечи Нэйтана поникли. – Мам, да что же с нами всеми не так? Я не хочу тайн… – хочу просто жить и заниматься любимым делом, хочу, чтобы отец принял мой выбор, хочу свою семью обратно. Я что, так многого прошу от жизни? Я устал…

– Все образуется, милый, – Лорна встала со стула, подошла к сыну и прижала его голову к себе, поглаживая шелковистые пряди волос. – Я всегда буду рядом. Мы справимся.

– Справимся, – пробурчал парень, уткнувшись носом в плечо матери, – если будем честными друг с другом…

Сердце Лорны вновь предательски пропустило удар. Все разговоры последнее время так или иначе возвращались к одной и той же теме. Но, как ему объяснить, что его появления на свет она избегала всю свою жизнь, что из-за этого отказалась от своей самой большой любви и бежала из дома. Но судьба злодейка внесла свои коррективы, все-таки подарив ей такого необычного, но чудесного ребенка. Где взять силы, чтобы скрыть его природу от всех на свете и от него самого. Парень такой яркий, открытый, активный и так любит жизнь. Нэйтан, действительно, был очень похож на нее, словно сделан под копирку – высокий, стройный, такие же иссиня-черные волосы и большие бархатные глаза с уголками, чуть подтянутыми к вискам, густые длинные ресницы, красивый разлет бровей, яркие губы. Парень как с обложки глянцевого журнала. Лорна вспомнила, как часто ей предлагали снять ребенка для рекламы или отдать в модельную школу, но боясь привлечь к нему излишнее внимание, она отказывалась. Когда Нэйтану исполнилось восемнадцать лет, он все же в тайне от родителей, поддавшись на уговоры пронырливых агентов, снялся в рекламе молодежной одежды. Тогда он заработал неплохие деньги и получил немало лестных предложений поработать на данном поприще. Видя такой ажиотаж вокруг своего протеже, модельное агентство «Triumph»*, тут же «аккуратно» подсунуло воодушевленному первым успехом мальчишке жесткий контракт на пять лет, который тот, не раздумывая и толком не читая подписал. Какой же скандал устроил Николас, когда все узнал и прочел этот злополучный документ, с фактически кабальными условиями. Он, в судебном порядке пытался его расторгнуть, но, единственное чего добился – это сократить его срок до двух лет, внести незначительные поправки и выплатить огромную неустойку. Нэйтан, сначала возмущался и спорил с отцом, а потом, прочувствовав на себе всю «прелесть» славы в виде выматывающих показов, фотосессий, съемок, бесконечных интервью, бессонных ночей, переездов, назойливых журналистов, неадекватных фанатов и постоянного присутствия возле себя телохранителей, признал глупость своего поступка. Из-за всего этого заканчивать учебу в юридической академии пришлось заочно, лишив себя нормальной студенческой жизни, общения со сверстниками и свободы передвижения. Только спустя время, после окончания срока действия контракта, жизнь более или менее пришла в норму. Но и работа в душном офисе не приносила радости. Его увлечение фотографией переросло в нечто серьезное. Он хотел стать профессионалом в этом деле. Его мечту Лорна не собиралась отбирать, а, наоборот, исступленно оберегала ее так же, как и самого сына, не давая вмешиваться Николасу.

– Нэйт, принеси ножницы, я тебе подправлю стрижку, – прервала молчание Лорна, – а то ты на неоперившегося вороненка похож.

Нэйт поднял голову, серьезно посмотрел матери в глаза и тихо проговорил:

– Мам, я люблю тебя очень-очень… и отца тоже… Помните это всегда…

Парень вывернулся из ее рук и выскочил из кухни. Лорна в недоумении посмотрела ему в след. Что значит эта фраза и, что в голове у этого мальчишки? Через некоторое время Нэйт вернулся с ножницами и большим полотенцем в руках.

– Держи, доверяю свою гордость и красоту твоим умелым рукам, только длину максимально оставь. Кстати, твоя идея с укромным уголком мне нравится.

– Ну хоть о чем-то мы договорились, – улыбнулась Лорна и, усадив сына на стул, принялась за стрижку.

Пока она колдовала над его прической, Нэйт рассказал ей о своем новом фотопроекте, предложенном хозяйкой популярной выставочной галереи Брендой Стоун. Открытие проекта планировалось на весну. Лорна была рада, что сын делится с ней своими планами, ей все было искренне интересно. Но проблемы от этого никуда не исчезали. Одной из них были их волосы. Если на теле и лице их практически не было, то на голове они очень быстро отрастали. Их приходилось стричь минимум раз в неделю, иначе это становилось заметно и могло вызвать массу вопросов у окружающих. Эту проблему Лорна решила, научившись сама стричь и себя, и сына. Но, сейчас, когда Нэйтан жил отдельно, чтобы хоть как-то скрыть эту аномалию, ему пришлось аккуратные, коротко стриженные волосы отрастить ниже плеч. Это позволяло, при необходимости, быстро собрать их в хвост, пучок, или заплести стильную косу. Из-за нового образа парню пришлось немного изменить и стиль одежды, добавив немного неформальности и оригинальности. Еще одна проблема – это их глаза. Они были необычного темно-синего, почти черного цвета и иногда в моменты сильных эмоций в них вспыхивали голубые искорки. Из-за этого им приходилось частенько пользоваться темными очками, ссылаясь на повышенную светочувствительность глаз. Само же зрение было острее, чем у любого человека, и они неплохо видели даже в темноте. А добавленные к родимым пятнам тату в виде серых крыльев – списались на простой бзик родительницы и ее ребенка…   

– Нэйт, расскажи о своей девушке.

– Что именно? – Нэйт напрягся, говорить о своей личной жизни ему совсем не хотелось, но и мать обижать он не мог.

– Какая она? Мне кажется, я видела ее, когда она уходила.

– Если ты видела красивую блондинку в голубом платье с заплаканными глазами, то ты не ошиблась.

Лорна удивилась. Та блондинка была, действительно в голубом платье. Но она была не то, чтобы не заплаканной, даже и намека на грусть не было.

– Почему она плакала? – осторожно поинтересовалась Лорна. – Надеюсь, вы не из-за меня поругались?

– Это не важно.

– Мне важно. Не хотелось бы быть причиной вашей ссоры. Мне она показалась милой.

– У нее сложный период, – Нэйт выдохнул. Ему казалось если он не поделится с мамой своими переживаниями, то мозг вскипит. Она всегда его понимала и частенько давала мудрые советы. –  Эшли актриса, но с карьерой не складывается. А тут я еще, практически выставил ее на улицу. Она вспылила, расплакалась и ушла, хлопнув дверью.

– Не переживай, сын. Думаю, что актриса она отличная, – Лорна нахмурилась, девица явно играла чувствами ее сына. – Хочешь, я дождусь девушку и объясню, что это я вынудила ее прогуляться.

– Нет… сами разберемся.

– Ну… мое дело предложить.

Лорна, закончив стричь сына, еще раз внимательно осмотрела результат своих трудов и осталась вполне довольна.

– Все, теперь ты похож на человека.

– Спасибо, – Нэйтан поцеловал ее в щеку, вытащил резинку из кармана и быстро стянул волосы в хвост.

– Что, даже не посмотришься в зеркало?

– Неа… я в тебе уверен.

– Милый, мне пора уходить, думаю приберешься здесь сам до прихода своей подруги, – женщина взяла свою сумочку с дивана и быстро направилась в сторону выхода.

Нэйт перехватил ее за руку и прговорил:

– Мам, хорошей поездки. И… с годовщиной свадьбы вас. Не думай, что я забыл. Подарки после вашего приезда лично вручу.

– Не боишься с отцом вновь поругаться?

– Я не могу бесконечно его избегать, надо налаживать контакты. А тут такой замечательный повод.

– Правильное решение. Я его потихоньку подготовлю. Все наладится – он очень тебя любит.

– Знаю… – парень грустно улыбнулся. – Поцелуй за меня малышку Дженни. Я обязательно ее проведаю.

Лорна, перед тем как выйти из квартиры, нежно провела рукой по гладкой щеке сына и убрала с его лба непослушную челку.

– После возвращения жду тебя на семейном торжестве. Это и твой дом, ни смотря ни на что. Просто нужно время, оно все расставит по местам…

…Поездку в офис к мужу, Лорна решила отложить. Визит к сыну занял гораздо больше времени, чем она планировала, да и морально очень устала. Поэтому остаток дня решила посвятить более приятному занятию – походу по магазинам с дочкой. Дженни – несносный подросток с моторчиком внутри и ходячий позитивчик. Она всегда держала всех в положительном тонусе… Это как раз то, что сейчас было нужно… А завтра ее ждет Нью-Йорк, театр и… любимый муж…  

_______________________________

Модельное агентство «Triumph»* («Триумф» перевод с англ.) – название вымышленное. 

Дженни проснулась рано, быстро привела себя в порядок и прямиком направилась в комнату Джона. Брат еще спал, укутавшись в одеяло, как в кокон, из которого торчал один нос. Девочка огляделась по сторонам и хищно заулыбалась, узрев в напольной вазе перо из хвоста павлина. Выдернув его, подкралась на цыпочках к кровати и тихонько провела пером под носом брата. Джон резко выдохнул, сморщился и почесал нос. Дженни хихикнула, зажала рот рукой и продолжила щекотать лицо брата. Пару раз парень отмахнулся от несуществующей мухи, а затем неожиданно резко выскочил из-под одеяла, схватил в охапку сестру, кинул на кровать и начал щекотать. Девочка от неожиданности успела только охнуть.

– Попалась, хулиганка! – нарочито грозно выпалил Джон.

– Так не честно… – Дженни хохотала во все горло и пыталась ужиком вывернуться из крепких рук брата.

– Все честно! Ты посмела напасть на благородного рыцаря, когда он спал?

– Я маленькая, мне можно… – Дженни размахивала руками и ногами.

– Так, что здесь творится! – раздался строгий голос миссис Паркер. – Ваши крики слышны даже на первом этаже. И юным девушкам неприлично находится в спальной комнате мужчины, даже если он является братом.

Джон резко вскочил с кровати. Благо, что он в домашних брюках вчера уснул, а то лекцию по правилам приличия слушал бы до следующего утра. «Хорошо, что эта дамочка не была моей няней», – краснея подумал Джон и быстро ретировался в ванную.

– Миссис Паркер! – воскликнула Дженни, невинно хлопая светлыми пушистыми ресницами. – Я так соскучилась по вас, – и тут же кинулась обнимать пожилую высокую сухонькую женщину.

Женщина, невольно вздрогнула и обняла девочку в ответ. 

– Полноте, маленькая лиса, знаешь ведь, что я вас всех люблю, а Джона даже больше. Жаль не попал он мне в руки малышом. Уж я бы привила ему правила хороших манер.

Дженни хмыкнула, хитро глянула в сторону двери, за которой скрылся брат и громко добавила:

– Все еще можно исправить. Думаю, он будет не против получить несколько уроков, а то все время бурчит, да огрызается. А еще он громко чавкает за столом…

– Я все слышу, Дженн! – послышался возмущенный голос из ванной. – И вовсе я не чавкаю!

Миссис Паркер улыбнулась, взяла девочку под руку и вывела из комнаты брата.

– Твоему брату необходимо выполнить утренние процедуры, не будем ему мешать. И, кстати, Дженни, сегодня на обед приедет Нэйтан.

– Урааа! Наконец-то! – девочка запрыгала вокруг женщины, вовлекая ее в свой странный танец. – Брат, брат, брат… Любимый брат… Джоооон! Наш брат сегодня приедет!

– Дженни, что за крики? Юные леди так себя не ведут, – покачала головой няня.

Из комнаты высунулась взъерошенная голова Джона.

– Вот великое событие, – проговорил он и тут же замолчал, наткнувшись на две пары сердитых глаз, прищурился и добавил. – Ладно, я тоже рад его видеть. Только пусть не расслабляется. Раз нет родителей дома, то я здесь за старшего. И, если, он начнет разводить тут демагогию о пределах власти общества над индивидуумом, то мне придется объяснить ему, что индивидуум…

Договорить он не успел, его перебила миссис Паркер: 

– Молодой человек, если Вы решили цитировать либеральную концепцию Джона Стюарта Милля* «О свободе»**, то могу добавить строки: «Человек не эгоистичен, ему интересна жизнь других людей, но никто не имеет право распоряжаться его жизнью. Общество может влиять на него, но только косвенно и нецеленаправленно, потому что главный участник – он сам. Также, те, качества индивидуума, которые помогают ему делать свою жизнь лучше и успешнее, вызывают одобрение со стороны других…», – глаза женщины загорелись азартом. – Ну, что? Вам есть что добавить или возразить?

– Помилуйте, миссис Паркер, да я уже даже забыл, то, что хотел сказать, – парень хмыкнул и растерянно пожал плечами. – Я всегда знал, что вы умная, но, чтобы настолько…

Миссис Паркер рассмеялась и шустро схватила его за ухо.

– Ай! За что? Главу семейства не должно прилюдно подвергать унизительным наказаниям, дабы не уронить его авторитет.

– Ты – временный глава семейства, – решила Дженни вставить свое «я». – Перед своей дамой выпендриваться будешь, с которой по ночам гуляешь, а потом отсыпаешься до обеда.

Джон сердито покосился на сестру. Девочка поняла, что сказала лишнее и густо покраснела.

– Так, быстро все успокоились. Джон, приводи себя в порядок. А ты, Дженни – со мной на кухню. Времени до обеда мало, а дел много, – Миссис Паркер гордо вздернула подбородок. – Думаю теперь всем понятно кто сейчас за старшего?

Дженни опустила голову и исподлобья глянула на брата. Он подмигнул ей ободряюще, а затем перевел взгляд на пожилую няню и отсалютовал ей по-военному:

– Да, мэм! Есть, мэм! – и, развернувшись, скрылся в комнате.

– В этом доме скучно не бывает. И почему мне здесь так нравится? Не знаешь, Дженни?

– Наверное потому, что мы все такие замечательные, – ответила девочка и прижалась щекой к плечу няни. – И вас очень-очень любим…

От этих слов пожилой женщине стало тепло на душе. Она знала, что это правда. Греи скрасили ее одинокую жизнь. Своих детей у нее не было, а муж умер рано. Вот и прикипела женщина к этой семье всем сердцем. Особенно она привязалась к Дженни. Девочка, как только начала говорить, называла ее «МиПакель», мальчишки тут же подхватили. Так к ней и приклеилось это незамысловатое прозвище, но женщина не обижалась. Нэйтан его произносил с какой-то нежностью, он вообще всегда был ласковым и милым ребенком. А Джон, серьезный не по годам, в силу старшего возраста не позволял себе этого. Только иногда, когда младшие сильно проказничали, мог с сочувствием сказать:

– Ну, что, МиПакель, может помочь угомонить мелкоту?

Все это было по-домашнему тепло и уютно. Миссис Паркер с улыбкой трепала Джона по вьющимся русым вихрам.

– Спасибо, Джонни, но малыши моя забота. Да и когда им еще баловаться как не в детстве?

Но, у строгой няни англичанки всегда было незыблемо правило «Сначала дело, потом развлечения». Так что детей в скором времени призывали к порядку и находили им множество интересных и не очень занятий…

…Нэйтан, собираясь в родительский дом, немного нервничал. После ссоры с отцом он ни разу там не был. Жить отдельно в городской квартире ему нравилось, но всегда грызло чувство оторванности от семьи. Когда он ушел из компании отец долго кричал, грозил перекрыть ему везде кислород, призывал к разуму. Не видя понимания и поддержки, парень принял решение уйти из дома. Собрав самые необходимые вещи, он быстро выскочил в холл и, подойдя к входной двери, мгновение помедлил, вздохнул, с тоской в душе обернулся еще раз посмотреть на уютную гостиную, где прошла вся его жизнь и наткнулся на пылающий гневом взгляд отца.

– Далеко собрался?

– Подальше отсюда, – буркнул Нэйт.

– А «подальше» это куда? Ночевать на лавочке как бомж?

– В городе гостиницы еще никто не отменял.

– Твои кредитные карты я заблокировал.

Нэйт вскинул голову, посмотрел отцу в глаза.

– Но там часть денег заработаны мною. Ты не можешь так поступить.

– Могу! Я вычел все расходы на твое образование и неустойку небезызвестному модельному агентству. Думаю, так будет честно.

Парню не верилось, что это говорит его отец. Отец, которым он всегда гордился, которому безгранично доверял, считал самым благородным и справедливым человеком на свете и который только что жестоко ткнул его носом в прошлую юношескую ошибку. Нэйт достал из кармана кредитки, врученные отцом в день его совершеннолетия, и бросил на узенькую консоль.

– Мне ничего от тебя не нужно. Лучше, как бомж, чем в одном доме с… – договорить он не смог, горький комок подкатил к горлу.

Парню казалось, что земля уходит из-под ног, воздуха стало не хватать. В голове крутилась только одна мысль, что все это происходит не с ним, что надо быстрее выйти на улицу, иначе просто задохнется. Он схватился за ручку двери, открыл ее, сделал шаг за порог и вдруг почувствовал, как крепкая рука сжала его плечо и резко дернула обратно в дом. Отец снова что-то кричал и тащил его в сторону кабинета. От жесткого толчка в спину Нэйт не удержался и упал на колени возле рабочего стола отца.   

– Мой сын не будет шляться по бомжатникам и спать на лавочках, – раздался грозный рокот над головой. – Последний раз предлагаю тебе вернуться в компанию.

Парень медленно встал, отряхнул брюки и внимательно посмотрел отцу в глаза.

– После этого?.. Ты серьезно?.. – грустная улыбка коснулась красивых губ. – Лучше, выпусти меня отсюда по-хорошему, иначе…

– Иначе, что?

Нэйт в бессилии рухнул в кресло и молча опустил голову. Спорить уже просто не было сил.

Неожиданно дверь распахнулась и в кабинет ворвалась разъяренная Лорна.

– Николас, ты что творишь? Ты просил не вмешиваться и обещал уладить конфликт с сыном мирно. И что я вижу? – Лорна бушевала. – Я вынуждена была сорваться с работы. Хорошо, что Дженнифер догадалась мне позвонить.

– Лорна, выйди, пожалуйста – это мужской разговор, – жестко отрезал Ник.

– Ну, уж нет… Хватит!  

Лорна вытащила из стола ключи и сунула в руки сына, все еще сидевшему с опущенной головой. Николас возмущенно рыкнул, но Лорна гневно сверкая глазами выставила палец в упреждающем жесте.

– Не смей! Это и мой сын тоже…

– Да… делайте что хотите, только потом не ищите виноватых! – рявкнул мужчина и, громко хлопнув дверью, вылетел из кабинета.

На некоторое время в кабинете воцарилась тишина. Нэйт сидел неподвижно, а Лорна, тяжело дыша, смотрела в окно. Затем подошла к сыну. Подняла руками его лицо и тихо сказала.

– Сын, несмотря на все происходящее, ты должен запомнить, что мы тебя любим. Просто каждый считает себя правым, принимать те или иные решения. Мы с отцом прошли сложный путь и не хотим, чтобы наши дети его повторили. Все что он создавал кровью и потом, создавал для вас. Сейчас ему больно и тяжело, что ты отвернулся от него…

– Я не отвернулся от него, – прошептал парень.

– Я знаю, но он чувствует именно так. Ты не заешь той стороны жизни, которую познал он. Мир многогранен. Мы не хотим, чтобы вы познали темные его грани, что скрыты от глаз простых людей. И не дай бог Вам познать их, и уж тем более попасть за них. Все не так просто.  

– Я понимаю, мама. Но я должен идти своим путем так же, как и Джон, и Дженни. Мы не марионетки. Вы боитесь, что мы попадем за темную грань… А не боитесь ли, что в замкнутом пространстве, мы сами начнем создавать новые грани и потянем за собой других? И не думаете ли что уже потихоньку затягиваете нас за них, лишая права выбора и собственного мнения? Вы решили пойти простым путем, посадив нас в золотую клетку. Но птица должна летать, ей не нужна клетка – ей нужна свобода.

– Сын, возможно, ты и прав… В любом случае я поддержу тебя. Но дай отцу шанс понять тебя. Помоги принять твой выбор.

– Это невозможно. Невозможно дать человеку то, что он не хочет принять.

– Пока ты можешь дать ему время. Прошу…

– Хорошо, но я все равно уйду из дома. Мне тоже дайте время, – он встал, вернул матери ключи и направился к двери.

– Нэйт, ключи забери. Квартира в твоем распоряжении.

– Не надо, мама. Я справлюсь сам.

– Справишься, конечно. Но от моей помощи не отказывайся. Нам тоже когда-то помогли. И, может быть, когда-нибудь кому-то поможешь ты… Считай, что так мы раздаем свои долги.

Нэйтан, осознав сказанное, с благодарностью посмотрел матери в глаза.

– Мама, спасибо, мне даже нечего возразить. И почему я не такой мудрый как ты?

– Ты даже не представляешь, насколько такой, просто ты еще слишком молод. Мудрость приходит с опытом и годами. Ты должен совершить множество своих ошибок, падений и взлетов, чтобы понять этот безумный мир. Хотя, я думаю, его никто так и не понял до конца. Слишком уж он необъятен…

… И вот, спустя несколько месяцев после этого разговора Нэйтан, волнуясь, подъезжал к родительскому особняку. Он был распложен за городом на вершине холма. С большой открытой террасы которого открывался великолепный вид на раскинувшуюся внизу долину с небольшим озером и девственным лесом. Издалека, когда утренние лучи солнца только-только начинали окрашивать горизонт в оранжево-желтые цвета, белый особняк казался полупрозрачным миражом, который вот-вот растает. А, если, в долину опускался туман, то он был похож на воздушный замок, плывущий по облакам. Джон, будучи подростком, часто на рассвете убегал к озеру искупаться и порыбачить, а потом рассказывал младшему шестилетнему брату о чудесах, происходящих с их домом. Нэйтан, естественно, не мог удержаться от соблазна увидеть все своими глазами и поэтому стал навязываться старшему брату в компанию. Брат не отказал ему в этом и вскоре утренние прогулки для них стали постоянным ритуалом. С их легкой подачи семейный особняк стал обрастать новыми сказочными историями, о которых теперь знали все домочадцы, начиная от родителей и заканчивая старым садовником и поварихой. Почему-то именно эти моменты чаще вспоминались парню после ухода из дома. Это были самые счастливые и беззаботные дни.

Как раз в это время в доме и появилась няня Нэйта миссис Карэн Паркер. Слушая рассказы детей, она потихоньку вечерами записывала их в толстую тетрадь, которую потом все годы работы в семье Греев, дополняла смешными и необычными высказываниями детей, значимыми событиями, такими как рождение через год в семье маленькой Дженни, первые шаги, первые слова, первые влюбленности и разочарования, первые достижения и первые неудачи… Когда Нэйту исполнилось восемнадцать, разразился первый громкий скандал в семье из-за съемок юноши в рекламе. Женщина выступала в роли миротворца. Она умело сглаживала углы во взаимоотношениях отца и сына, сводила все конфликты к минимуму. А еще через пару лет женщина решила, что дети выросли и ее присутствие в доме не особо нужно, а не просят ее уволиться только из-за хорошего к ней отношения. Злоупотреблять этим ей не хотелось и сославшись на плохое здоровье и желание пожить просто для себя, взяла расчет. Но главной причиной по которой ей не хотелось оставаться в доме – это начинающиеся конфликты поколений. Они были сугубо семейными, не для посторонних ушей. Да и очень уж близко к сердцу пожилая женщина их принимала. Лорне очень не хотелось расставаться с любимой няней и, взяв с нее обещание приезжать в гости, назначила ей достойное содержание в благодарность за хорошую работу. Семейство Греев устроило женщине торжественный прощальный ужин, где и получило в дар от нее заветную тетрадь воспоминаний. Лорна была тронута таким подарком. Она обняла женщину и назвала ее своей второй мамой.

    Даже спустя годы эта тетрадь имела огромную ценность для семьи. Частенько, собираясь вечерами в кругу семьи возле камина, они ее читали, вспоминая и другие моменты из жизни, которые происходили в семье. Однажды Лорна не удержалась и дополнила тетрадь своими воспоминаниями о миссис Паркер. Ее порыв подхватили и остальные члены семьи. В очередной приезд к ним пожилой дамы они дали ей это прочитать. Женщина прижала тетрадь к груди и долго плакала. Это не были слезы грусти, это были слезы радости. Именно в этот момент она поняла, что не одинока в этом бренном мире, что у нее есть настоящая любящая семья…

… Ворота особняка медленно отъехали в сторону, пропуская белоснежную Honda во двор.  

– Мистер Грей, рад вас видеть, – начальник службы охраны вышел навстречу Нэйтану.

– И я рад вас видеть, мистер Торнтон, – поспешно выскочив из машины, парень пожал мужчине протянутую руку.

– Отогнать твою красотку в гараж?

– Да, пожалуйста, только пакеты заберу, – Нэйтан отдал ключи мужчине, вытащил несколько пакетов из багажника, развернулся и только собрался идти к дому, как почувствовал у себя на плече тяжелую руку и услышал басовитый голос.

– Знаешь, парень, не мое это, конечно, дело, но помирился бы ты с отцом, да и вернулся… Неправильно вот так из дома уходить. Я бы своему сыну такое не спустил.

Нэйт обернулся и внимательно посмотрел на крепкого седого мужчину с военной выправкой. Очень уж хотелось сказать, что это, действительно, не его дело, что начальнику службы охраны нужно заниматься своими прямыми обязанностями, но что-то остановило – то ли холодный цепкий взгляд бледных серых глаз, то ли презрительный тон с каким это было сказано.  Неприятный холодок пробежал по спине парня и, просто дернув плечом, он молча ушел. Мужчина же, облокотившись о капот машины, оценивающе разглядывал стройную подтянутую фигуру удаляющегося парня.

– Чертовы мажоры, – процедил он сквозь зубы. – Даже ответить не считает нужным. Ну, ничего, Фрейзер Торнтон не так прост и заставит считаться с собой…

 Подойдя к дому, Нэйт застыл на пороге не решаясь войти. Этот шаг, оказалось, сделать не легче, чем тот, когда он покидал его. Только, собравшись с духом, он протянул руку к двери, как она резко широко распахнулась и его чуть не сбил с ног ураган по имени Дженнифер.

– Брат, наконец-то ты приехал! Мы так тебя ждали! – девочка повисла на шее брата, всхлипнула и указала взглядом на Джона и миссис Паркер.

Нэйт быстро окинул их взглядом. Сердце защемило от нахлынувших эмоций. Любимая няня, такая же строго аккуратная, украдкой смахнула накатившую слезу, а Джон, широко улыбаясь, протянул к нему руки, сделал шаг вперед и заключил его в крепкие объятия.

– Ну, здравствуй, блудный братишка. Надеюсь, не пропадешь больше надолго, а то как-то без тебя тут тихо, нудно, скучно, культурно… – последнее слово Джон произнес полушепотом и хитро скосился на няню.

Миссис Паркер тут же отвесила ему подзатыльник. 

– Оу! – потер затылок парень. – Вот видишь, еще и опасно…

Нэйт рассмеялся:

– Ты, брат, в своем репертуаре. У меня такое ощущение, что ты вообще не взрослеешь.

– Так, ребята, давайте «культурно» пройдем в дом, и отобедаем. Стол давно накрыт, – миссис Паркер, погрозив пальцем Джону, подтолкнула Нэйта к двери.

Парень благодарно посмотрел ей в глаза и… шагнул через порог… Дом встретил его до боли знакомым теплом и уютом. И обстановка, и свет, падающий из окна, и запахи, и свежие цветы в вазах – все было, как прежде, как в счастливые беззаботные времена. Только не отпускало ощущение, что прошла вечность с тех пор, как он был здесь последний раз.

– Дом, милый дом, – вздохнул Нэйт полной грудью. – Ну, что беспокойная родня, обедаем? Я голодный!

Вся компания дружно двинулась в столовую. Дженни, выхватив пакеты из рук брата, рванула вперед.

– Нэйт, ты скупил все вкусняшки в магазинах, или что оставил? – бурчала девочка, выгружая продукты. – Неужели ты думал, что нам нечем тебя накормить?

– Уверен, что есть чем, но, должен же и я вас порадовать, – он обнял сестру и поцеловал в макушку.

Девочка прижалась к груди брата.

– Не исчезай больше так надолго, я скучала, – резко развернувшись, она крепко обхватила его руками, как будто он мог в любой момент исчезнуть, и зашмыгала носом.

– Сестренка, – сердце парня сжалось в комок. Уткнувшись носом ей в волосы, он закрыл глаза и прошептал. – Я тоже скучал… Я не исчезну больше, обещаю…

Сколько они простояли обнявшись, он не знал. Очнулся он, когда почувствовал на спине крепкие руки Джона. Миссис Паркер стояла в сторонке, крепко сжимая побелевшими пальцами носовой платок. В ее глазах блестели непрошенные слезы. Нэйт протянул ей руку и женщина, в одно мгновение сорвавшись с места, очутилась в тройных объятиях своих подопечных.

– А когда кушать будем? Все остынет, – пискнула Дженни, откуда-то из подмышки Джона.

Все резко разомкнули руки и застыли на несколько мгновений.

– Да, ребятки, идемте к столу, – женщина прошла вперед, скрывая слезы.

Обед проходил в непринужденной обстановке. Все весело болтали и шутили. Дженни уселась рядом с Нэйтом и все время подкладывала ему в тарелку самые лакомые кусочки.

– Дженн, ты хочешь, чтобы я лопнул? – ковыряя вилкой очередной деликатес, пробубнил парень.

– Да посмотри какой ты худой стал! – возмутилась девочка. – Вот нельзя мужчин без присмотра оставлять. Правда же, миссис Паркер?

– Ох, не знаю, не знаю, я только за детьми присматривала, поэтому на твой вопрос у меня ответа нет.

– Дженн, не преувеличивай, я и ни худой, и ни голодный. Ну, может, самую малость постройнел.

–  Ага! Вон как лопатки торчат, – девочка ткнула пальцем в спину брата. –  Вот жил бы дома, такого бы не было.

– Сестренка, давай сменим тему, я приехал просто вас проведать.

Девочка явно не собиралась отступать.

– Джон, ну скажи разве плохо, жить дома?

– Дженн, тебе что мало игрушек в твоей коробке? Нэйт взрослый и сам разберется, где ему жить.

Девочка тут же надула губы и демонстративно отвернулась.

– Дженн, – Нэйт подергал ее за плечо, – а, Дженн! Ну не дуйся, пойдемте лучше в сад прогуляемся. Я так давно там не был.

Дженни не реагировала и еще больше помрачнела.

– И правда, мальчики, прогуляйтесь, а я насчет десерта распоряжусь, – миссис Паркер ласково тронула девочку за руку. – Милая, пойдем поможешь мне на кухне.

– Хорошо, няня, – девочка демонстративно прошествовала мимо братьев и скрылась за дверью.

– Идите в сад, я с ней поговорю, – шепнула парням женщина. – Подростковый возраст требует особого подхода…  

… Территорию сада прочерчивали выложенные из камня аккуратные дорожки, которые вели к террасе, беседке, крытому бассейну, оранжерее, корту. Кругом было множество зеленых лужаек и клумб с яркими цветами. Одна из дорожек уходила влево и плавно переходила в ступеньки ведущие вниз к небольшой поляне с фруктовыми деревьями. Отсюда братья как раз и сбегали к озеру, найдя в заборе дыру. Затем вместо дыры Николас сделал калитку и прогулки перешли в официальный статус. Да и сами родители часто с удовольствием устраивали на берегу озера семейные пикники. Удаленность усадьбы от города и других домов часто привлекала к ней грабителей, поэтому пришлось деревянный забор заменить на каменный, избавиться от калитки, подключить сигнализацию и обзавестись охраной. Теперь, чтобы попасть к озеру, приходилось делать огромный крюк. Прогулки происходили все реже и реже, а когда мальчики выросли, то и вовсе прекратились. Но самой большой гордостью этой усадьбы была огромная территория леса с вековыми деревьями, покрытыми мхом и лишайником, дикими кустарниками, оврагами, холмами, полянами с цветами, муравейниками, мелкими животными, и птицами. Это территория была любимым местом для прогулок и игр детей…

… Прогуливаясь по дорожкам сада, братья вышли на открытую террасу. Нэйт набрал в легкие воздух и с шумом выдохнул.

– Какой здесь чистый воздух, просто невозможно надышаться.

– Да, не сравнить с городской пылью и духотой.

– Джон, какая сейчас обстановка в доме? – Нэйтан ожидаемо сменил тему разговора.

– Ты хочешь знать, как относится к тебе отец? Я правильно понял?

– Ну… – взволновано, протянул Нэйт, – ты все понимаешь. Я очень хочу помириться с ним, но не знаю на что рассчитывать и… нужно ли это ему.

– Нужно, поверь, – Джон сложил руки на груди и оперся о мраморные перила. – Хочешь мира – вернись в компанию. Только устроит ли тебя такой расклад?

– Нет, не устроит, – Нэйт резко развернулся к брату лицом. – Вот скажи, неужели, вы не справитесь без меня? Ты блестящий юрист, мне до тебя далеко. Я вижу, что тебе это нравится.

– Нравится. Я, похоже, весь в отца, – улыбнулся Джон, – и телом, и нутром. Семейное дело прекрасно смогу потянуть сам, и отец об этом знает. Но вместе мы добьемся большего. Да и беспокоимся мы о твоем будущем. В семейном бизнесе оно обеспечено, а твои фотографии – это просто баловство, сегодня есть, а завтра нет. Возможно, твое увлечение будет просто бесконечным вложением денег.

– На свое увлечение я не взял у вас ни цента, – возмутился Нэйт. – У меня уже есть постоянный доход и заказчики.

– Ну и сколько ты заработал?

– Мне хватает.

– Брат, я, конечно, понимаю твое желание заниматься любимым делом. Но, что не могу понять, это как можно ставить под удар свое будущее. Я прагматик – мне хорошо, когда есть уверенность в завтрашнем дне.

– А мне не просто хорошо сейчас, я – счастлив именно сегодня, – Нэйт не удержался и встряхнул брата за плечи. – Пойми хоть ты меня. Мне не хватает только вас – моей семьи… – затем он оттолкнул брата, развернулся и пошел в сторону дома.

– Постой, мой темпераментный брат, нам еще есть что сказать друг другу, – крикнул ему в след Джон.

Нэйт развернулся и развел руки в стороны.

– Разве? Мне кажется, что все разговоры окончены уже давно. Я даже не знаю на что надеялся. Ты всегда лучше всех понимал меня, но… – Нэйт, опустил руки, – но это, похоже, в прошлом… Пойдем, брат, доиграем сегодня свои роли, чтобы не расстраивать Дженни и миссис Паркер.

– Ну нет… – Джон начал злиться. – Мы закончим разговор здесь и сейчас. Я никогда не играл никакие роли и не собираюсь играть в будущем.

Парни какое-то время стояли, погруженные в свои мысли, и смотрели друг другу в глаза. Один думал о том, что же может еще добавить его брат ко всему сказанному и как больно было бы закончить этот день, ни на йоту не приблизившись друг к другу. Другой – о том, что сделал все что мог, чтобы переубедить и, что остается только одно – принять и поддержать.

Джон первым сделал шаг навстречу брату и протянул руку.

– Иди сюда, мой младший упертый братец, я всегда буду рядом и мне неважно какой путь ты выберешь, если это так важно для тебя.

Нэйтан на мгновение замешкался, осознавая услышанное, а затем рванул в объятия брата.

– Спасибо, Джон. Ты лучший брат на свете! – на душе парня потеплело.

– А ты сомневался? – Джон широко улыбнулся и похлопал Нэйта по спине. – Пойдем в дом. Наши дамы нас уже заждались.

– Пойдем.

– Я постараюсь помирить тебя с отцом.

– Не стоит. Я приду на юбилей и сам попробую еще раз достучаться до него.

– Попробуй… И мой тебе совет – надень простые брюки и рубашку, – Джон осмотрел брата с ног до головы. – Твой новый стиль в одежде тебе, конечно, очень идет, но черная футболка с сумрачным принтом, рваные джинсы и кеды будут выглядеть как вызов, а вот обычная классика сгладит углы. Будь хитрее и гибче, хоть немного.  

– Хорошо, упакуюсь в праздничную обертку.

– Но-но, только смотри особо не демонстрируй то, что под ней!

Улыбнувшись, братья отправились за обещанным десертом…

Остаток вечера прошел по-домашнему уютно. Дженни больше не злилась. Никто не знал какие слова нашла миссис Паркер, чтобы утихомирить девочку. Но, самое удивительное, что эта женщина к каждому из них смогла подобрать ключик. И, судя, по ее загадочной улыбке она это прекрасно осознавала. Солнце уже давно скрылось за горизонтом и на небе появились первые звезды. Вся дружная компания, наплескавшись в бассейне, расположилась на шезлонгах.

  – Нэйт, я тебя не уговорила остаться дома с ночевкой? – не унималась Дженни, присев рядом с братом. – Уже поздно, да и комната твоя тебя заждалась. Неужели не хочется в нее подняться?

– Уговорила, сестренка, – парень обнял сестру за шею и нежно поцеловал в макушку. – После такой трапезы сил нет даже подняться, не то, чтобы за руль садиться.

– Ура! Как же здорово сейчас здесь, – промурлыкала Дженни, – только мамы с папой не хватает…

Все затихли… Тишину нарушало лишь стрекотание цикад. В этот момент каждый думал о своем, о самом сокровенном…

О своем думал и еще один человек, весь день наблюдавший за дружной компанией. Никто не обращал на него внимания и это его на данный момент вполне устаивало. Он был тенью… бесшумной и опасной. Придет время и его имя прогремит, но это будет потом. А сейчас он затаился как хищник, выслеживающий свою добычу и выбирающий удобный момент для броска. Человек улыбнулся, если можно было назвать улыбкой звериный оскал: «Главное вернуть в гнездо третьего птенца и… тогда я начну свою игру…»

____________________________

Джон Стю́арт Милль* ( John Stuart Mill;  ,  – 8 мая 1873 года, Авиньон, Франция) – британский , ,  и . 

«О свободе»** – философское эссе британского философа Джона Стюарта Милля, опубликованное в 1859 году.

Пока родители проводили в Нью-Йорке свой тридцатый медовый месяц, Джон занялся организацией торжества по случаю их юбилея. Его полезных связей и рекомендаций хватило чтобы вне очереди нанять для этого лучшее агентство города «StellarWind»*. Дженни, с видом знатока, выбирала из каталогов блюда для фуршета, цветы, салфетки, музыку, пригласительные, объясняла, что где и как должно быть расположено. Представитель агентства, закатывая глаза, выслушал пожелания подростка, затем быстрым шагом отправился к Джону.

– Мистер Грей, я вполне понимаю, желание вашей сестры устроить нечто грандиозное, похожее на взрыв зефирки, но для данного события и статуса приглашенных гостей это будет неуместно.

Джон смерил взглядом невысокого парня, нахмурился и выпалил:

– И что вы предлагаете? По-вашему, я должен ей сказать, что у нее плохо со вкусом?

– Вы неправильно меня поняли, мистер Грей, – замялся молодой человек. –  Просто…

– Просто, – перебил его Джон, – если, вы профессионал, как о вас говорят, то будьте добры, исправьте положение, не обидев мою сестру. И сделайте это ооочень корректно.

Молодой человек чуть скривил губы, затем быстро натянул дежурную улыбку, сделал пометки в планшете и язвительно ответил:

– Я понял вас, мистер Грей. Могу идти заниматься своей работой?

– Можете…

 Тот развернулся было уйти, как вновь услышал требовательный голос.

– И… окончательный проект торжества одобрить должен буду я.

Парень обернулся, на его лице была все та же приторно-неприятная маска, нервно передернул плечом, кивнул и быстро зашагал прочь.

– Надеюсь он будет идеальным… и фееричным! – крикнул ему вслед Джон.

Некоторое время понаблюдав, как светловолосый щуплый агент лихо отдает распоряжения персоналу, пробурчал себе под нос:

– «Взрыв зефирки», «взрыв зефирки»! И кто же скорчил тебе такую физию, белобрысый? – Джон потер подбородок, направился в дом и с порога громко пробасил. – Миссис Паркееер, не хотите составить мне компанию и выпить чашечку кофе?

– Не откажусь, – отозвалась женщина, отвлекаясь от полива цветов, и, вздохнув добавила. – Так непривычно видеть в доме столько посторонних людей.

– Да уж… Обычной тишины не хватает.

В молчании они прошли на кухню. Миссис Паркер подошла к плите и засуетилась над приготовлением кофе, а Джон уютно примостился на стул, подперев рукой подбородок.

– И охота вам так заморачиваться, включили бы кофемашину.

– Это будет совсем не то, я заварю кофе по особому рецепту одного старого турка. Он рассказал мне его когда-то, восхитившись моими голубыми глазами. Сказал, что они похожи на июльское небо над Босфором, – на мгновение глаза женщины и правда засияли ярко-голубым светом, а затем быстро потемнели, как будто набежала грозовая тучка, и уже тихо добавила. – Мой Роберт тогда жутко приревновал и признался: «Карэн, я ревную тебя даже к ветру, он может играть твоими волосами. Я ревную тебя даже к солнцу, оно может ласкать твою кожу своими лучами. Я ревную тебя даже к земле, она может чувствовать твои легкие шаги. Я не ревную тебя только к звездам, потому что ты прекраснее их. Но, черт возьми, если на тебя еще кто-то посмотрит, как этот турок – я начну третью мировую войну…». Через год Роберта не стало… автокатастрофа…

Миссис Паркер ссутулила спину, молча продолжая колдовать над джезвой. Джон будто на себе прочувствовал ее состояние. Это как же надо любить человека, чтобы после его смерти прожить жизнь в одиночестве, посвятив себя воспитанию чужих детей. Всеми любимая няня была невероятной женщиной. Очень хотелось разделить эту боль с ней. Парень обнял ее со спины, нежно поцеловал в щеку и, чтобы как-то разрядить обстановку выпалил:

– У Нэйта какая-то идея фикс в голове родилась, сюрприз родителям задумал, приедет – расскажет.

– У него светлая голова, думаю, будет что-то действительно интересное, – встрепенулась миссис Паркер. – Джонни, подай мне соль и мускатный орех.

Джон с готовностью выполнил просьбу, радуясь, что женщина отвлеклась от своих мыслей.

– Ставь чашки на стол, достань халву и сгущенку.

– А не много ли сладкого? – удивился парень.

– Нет, этот кофе надо пить именно с халвой и сгущенкой, иначе не почувствуется вся прелесть вкуса.

– Нууу раз так, то слушаюсь, мой генерал! – быстро справившись с заданием, он уселся за стол.

Женщина аккуратно разлила ароматный кофе по чашечкам, подвинула одну Джону и уселась рядом. Кофепитие проходило в полной тишине. Повторяя за женщиной, он отламывал кусочки халвы, обмакивал в сгущенку и отправлял в рот, запивая кофе.

– Ммм… вкуснотища. Вы волшебница, – затем он внимательно уставился ей в глаза. – Вот никак не пойму, миссис Паркер, кто же вы такая?

– В каком смысле?

– Ну… иногда вы просто слабая женщина, иногда – строгая и заботливая няня, иногда – талантливый повар, иногда – главнокомандующий армией, иногда – супермозг, а сегодня – невероятный бариста!

– Скажешь тоже… Джон, давай лучше погадаю тебе на кофейной гуще.

Джон вопросительно поднял бровь.

– МиПакель, вы еще и гадалка?

Пожилая женщина как-то очень по юному рассмеялась.

– Моя бабка была цыганкой.

– Вот как? Очень странный народ, никогда их не понимал, – затем внимательно осмотрел женщину и добавил. –  А так и не подумаешь, что в вас есть цыганская кровь.  

– Да… Бабку звали Мирелой, что означает «восхищающая», и была она очень красивой, имела русые волосы и голубые глаза, как и многие в семье. Они относились к, так называемым, «белым цыганам» или ениши. Предполагают, что их предками были кельты. И вот, однажды, – продолжила она рассказ, – Мирела встретила на ярмарке молодого красавца Фредерика Паркера, моего деда. Они полюбили друг друга. Трудно им пришлось. Время тогда было предвоенное тяжелое, да и семьи долго не хотели мириться с их выбором. Но молодые не сдались, добились своего и вскоре поженились. Мирела имела дар предсказателя, хорошо гадала на картах и кофейной гуще.

– Я не верю во всякую там сверхъестественную чушь, – скептически проговорил Джон, вертя свою чашку с остатками кофе в руках.

– Твое право. Но хочешь верь, хочешь не верь, только семья Паркеров с тех пор все важные решения принимала по предсказаниям Мирелы и ни разу не прогадала. Когда я была маленькой, она кое-чему научила и меня. Переверни чашку на блюдце.

Джон вздохнул и крупной пятерней взъерошил свои короткие волосы на макушке.

– Ладно, уговорили.

Неожиданно из-за спины раздался бодрый голос Нэйтана.

– Что за восхитительный аромат и зачем ты издеваешься над чашкой, Джон?

– Вовсе не издеваюсь, мы судьбу предсказываем.

–  Как интересно. Я тоже хочу свою судьбу узнать.

– Тогда выпей волшебный кофе, и мы узнаем все твои секреты, – ухмыльнулся Джон.

Миссис Паркер достала еще одну чашку, налила в нее оставшийся кофе и подала Нэйту. Попробовав его, он удивился странному, чуть солоноватому, вкусу.

– Братец, этот кофе пьют с халвой и сгущенкой, вечно учить тебя надо, – устало протянул Джон, будто обращаясь к нерадивому ученику, и пододвинул к нему сладости.

Нэйт, не обращая внимания на очередную колкость старшего, обратился к няне.

– Никогда ничего подобного не пробовал, очень вкусно. Рецепт дадите? Хочу Эшли удивить.

– Так вот как твою подружку зовут, братишка. Интересно, что там за мадама такая, что сумела тебя приручить?

– Никто меня не приручал, я тебе не собачонка, – вспыхнул Нэйт.

– Да не злись, я не так выразился, – усмехнувшись про себя, Джон понял, что попал в точку, не удержался и добавил. – Точнее – прибрала к рукам.

– Джон, у тебя что, пока мозг думает, язык уже чушь несет? – начал заводиться Нэйтан.

– Не нравится правда, младшенький? – съехидничал старший, засовывая в рот очередной кусочек халвы. Он прекрасно знал о вздорности своего характера, но не мог остановиться. Очень уж хотелось, чтобы последнее слово осталось за ним.

– Это твоя правда, а не моя. И… вообще, сладкое хватит жрать.

– С чего бы? – опешил Джон, удивляясь реакции добродушного младшего брата.

– С того, что сладкое ускоряет только рост твоего живота, но никак ни мозга!..

Джон непроизвольно втянул свой, чуть полноватый, живот и возмущенно округлил глаза.

– У кого-то зубки, наконец, прорезались?

– Так, мальчики, быстро замолчали! Не хватает только ваших ссор здесь. Вам должно быть стыдно, взрослые уже, – вмиг остудила их строгим голосом миссис Паркер.

Оба брата разом замолчали и насупились.

– Джон, давай сюда свою чашку, – протянула она требовательно руку.

Парень подал ей блюдце с перевернутой чашкой и стал скептически наблюдать. Женщина долго крутила ее в руках, что-то внимательно рассматривала, то улыбалась, то хмурилась, а затем сказала:

– Знаешь, Джон, все у тебя очень неоднозначно. Вижу, что любовь встретил уже. Скоро семья у тебя появится. Ладно все у вас будет, достаток вижу, дети тоже будут.

– Что же тут неоднозначного?

– Некоторые рисунки немного смазаны, как будто что-то намеренно сокрыто, – она достала из кармана очки и попыталась их рассмотреть сквозь линзу. – Очень, очень интересно… Вот похоже на жабу – опасайся завистников и… кольцо – это какое-то замкнутое пространство. И еще, – женщина нахмурила брови, – вроде как сеть на дне и ободке – это не хорошо…

– Ну, миссис Паркер, что может быть «не хорошо», если у меня любовь, семья, дети и достаток, – хихикнул Джон, – а с остальным справимся.

– Это, конечно, логично, но все будет чуть позже, а жаба и сеть – это в ближайшее время.

– И что они означают?

– Кто-то таится и расставляет ловушки… – женщина резко отодвинула от себя чашку. – Право, не слушайте меня, я еще та гадалка, если нет для этого особого дара, то лучше и не браться.

– Так и думал, что все это ерунда, – Джон откинулся на спинку стула и погрузился в свои мысли.

– А мне, кажется, что не ерунда. Не просто же так люди по всему миру столько веков занимаются гаданием.

– Люди склонны искать во всем смысл и ответы, а я так, знала несколько знаков и символов, да и те, оказывается, позабыла.

– Няня, теперь вы так просто не отвертитесь, вон сколько Джону поведали, – Нэйт протянул ей свою чашку. – Мне мое будущее тоже интересно.

– Сынок, я не могу, не получается… и вижу плохо, – женщина отстранила его руку.

Нэйт придвинулся к ней ближе, склонил голову и настырно сунул ей чашку в руки.

– Я жду.

– Ох и упрямец – весь в папу. Ладно, но потом не жалуйся.

Женщина вновь долго и сосредоточенно рассматривала кофейные завитушки. Лицо ее все больше мрачнело. Потом она что-то шептала, словно в трансе. Братья недоуменно переглядывались.

– Сеть-сеть-сеть, змея, зигзаги, море… нет… – еле слышно произнесла она, а затем добавила громко. – Какая-то ерунда, все размыто.

– Что-то не так? – не унимался Нэйт.

– Все хорошо, – успокоила его женщина, – просто всегда будешь в поисках себя. Это присуще всем творческим людям. Не оседлая жизнь тебя ждет, будто ты вечный скиталец. А, потом, завеса сплошная, ничего не видно… Это все, что я могу сказать.

– Нэйт, – гоготнул Джон и хлопнул брата по плечу, – похоже, папе нервы ты еще потреплешь. Лучше скажи, что там у тебя за идея фикс.

– Все очень просто, – живо переключился Нэйт. – Мне нужен большой экран на празднике, а остальное секрет.

– Ну вот, как всегда, сплошные тайны.

– Джон, это сюрприз для всех.

– Ладно, сейчас белобрысого с планшетом позову, ему все объясняй. Он главный режиссер, ему и голову ломать, как и куда вклинить твой сюрприз.

Вскоре к ним присоединился тот самый «режиссер». От летней жары и активной работы его белая кожа раскраснелась, и лоб покрылся испариной. Миссис Паркер тут же напоила его лимонадом. Парень благодарно кивнул и вопросительно посмотрел на Джона, тот перевел его внимание взглядом на брата.

– Вам есть что обсудить с моим братом, мистер…

– Меня зовут Роном, мистер Грей, – задрав подбородок и глядя прямо в серые глаза Джона, с вызовом произнес парень. – Думаю, вам так будет проще ко мне обращаться.

Джон раздул ноздри, набрал в легкие побольше воздуха, чтобы выдать что-нибудь язвительное. Нэйт остановил его жестом руки и быстро вывел парня в холл.

– Думаю, здесь нам будет удобнее, – и предложил расположиться в креслах возле окна.

Вскоре парни увлеченно обсуждали детали сюрприза, забыв о времени. Джон периодически прохаживался мимо них и про себя отметил, что, когда белобрысый не строит из себя заумного истукана, то вполне себе похож на нормального человека. А Нэйт, так вообще, в ударе: глаза горят, руки жестикулируют. Кто из этих двоих руководит проектом, теперь большой вопрос…

Миссис Паркер, тем временем, оставшись одна на кухне, аккуратно сложила обе чашки с кофейными разводами в пакетик и под предлогом срочных дел, покинула особняк. Попав домой, она позвонила на скайп своей племяннице. На звонок ответила рыжая цыганка с курчавыми пышными волосами.

– Здравствуй, милая Гита! Мне нужна помощь.

– Здравствуй, Карэн, что произошло?

– Мне нужно точное толкование символов... – миссис Паркер поднесла к экрану монитора чашки. – Мне не нравится то, что я увидела, возможно ошибаюсь.

– Кому гадала, Карэн?

– Своим воспитанникам.

– Парню и девочке?

– Нет, двум парням.

Цыганка внимательно осмотрела кофейные рисунки и подняла удивленные глаза.

– Да, очень странные сочетания и мне они тоже не нравятся. Вышли фотографии, я отнесу их к главе. Думаю, он созовет шаманов, и они точно растолкуют эти символы. Когда будут результаты, я тебе сообщу.

Буквально, на следующий день, женщина получила сухое сообщение на телефон от Гиты: «Сделай то же самое с другими членами семьи и вышли фотографии. Срочно!» …

… День празднования не задался с самого утра. Сначала повариха обварила себе руку и пришлось отправить ее в клинику с водителем, потом позвонили из службы доставки цветов и сообщили, что любимые мамины двухцветные розы Осирии**, к сожалению, не удалось найти – пришлось согласиться на обычные белые, и, в довершении всего, небо затянулось тучами и заморосил мелкий противный дождь. Джон набрал номер агентства.

– Доброе утро, мистер Коул. Меня очень беспокоит погода. Основное торжество планировалось в саду, но дождь может все испортить.

– Доброе утро, мистер Грей. Не беспокойтесь. Я только собирался вам звонить. Наша бригада уже выехала. Они натянут прозрачные тенты. Еще часть столиков разместят в холле. Все будет гармонично, я уверяю вас. Наше агентство, как вы знаете, занимается этим не первый год. У нас все предусмотрено.

– Дай бог, будем надеяться, что все пройдет на высшем уровне.

Джон отключил телефон, еще раз угрюмо глянул в окно.

– Как же не вовремя ты дождик пошел. Все не по плану, – вздохнул он. – Везде нужны коррективы.

Родителей накануне отправили в гостиницу чтобы спокойно заниматься подготовкой к празднику, не привлекая их к процессу. «Сюрприз, должен быть сюрпризом, – высокопарно произнесла Дженни, провожая родителей к такси. – Так что, любимые родители, наслаждайтесь отдыхом, а все хлопоты мы берем на себя». «Хлопоты берем на себя», – в голове Джона звучала эта фраза. Он даже не подозревал насколько эти хлопоты окажутся хлопотными.  

– Если все пройдет как надо, уйду в загул на три дня туда, где меня никто не найдет, – барабаня пальцами по подоконнику бубнил парень.

– А если не как надо? – неожиданно раздался за спиной насмешливый голос Нэйта.

– О, братец, заявился ни свет ни заря. Тоже не спится?

– Не спится. Волнуюсь и как праздник пройдет, и как отец меня встретит.

– Не дрейфь, братан. Отец, похоже, готов идти на мировую. Не упусти шанс.

Нэйт вскинул голову и пытливо глянул брату в глазу.

– Я постараюсь… Как Дженни?

– Дженни в норме, – хитро прищурился Джон. – А вот сотрудники агентства нервно грызут ногти. Эта маленькая бестия вынесла мозг всем. Ты не представляешь, как она перекраивала все их проекты и наработки.

– А что с «зефиркой»? Она ее отстояла?

– Ооо! Это отдельная история… – глаза Джона заблестели. – «Взрыв зефирки» клятвенно пообещали устроить на одном из детских праздников, если она позволит им сделать работу самим.

– Неужели согласилась? – удивился Нэйт.

– Не просто согласилась! Она вытребовала себе процент за использование ее идеи, – засмеялся Джон. – А я должен все это юридически оформить. Во как…

Нэйт присвистнул.

– Наша сестренка с такой хваткой пойдет дальше всех нас. Папа будет в восторге.

– В восторге и владелец «StellarWind» мистер Коул. Ему, действительно, понравились идеи Дженни. Сказал, что они непосредственны и свежи. Планирует сделать бэби-шоу с оригинальным названием.

– «Взрыв зефирки» что ли?

– В точку!

– Боюсь, отца инфаркт хватит если еще и Дженн в шоу-бизнес подастся.

– Об этом мы подумаем потом, брат. А, сейчас, нас ждут великие дела-дела-дела… Через пять часов приедут родители. Нужно все еще раз проверить, чтобы, не дай, бог что-то пошло не так.

Телефон Джона разразился противным резким звонком на тему «Марс атакует».

– О, Ронни, рад слышать! – ответил Джон, выходя из кабинета. – Да, ждем… У меня тут пара мыслишек появилась. Подъедешь, расскажу.

Нэйтан пораженно посмотрел в спину идущего впереди старшего брата. Парнишка из агентства, добился расположения и уважения великого и ужасного Джона – это просто чудо какое-то. Младший шел по коридору вслед за братом и улыбался своим мыслям. Теперь он был уверен – все будет хорошо…

____________________________

Элитное агентство по организации праздников «StellarWind»* («Звездный ветер» перевод с англ.) – название вымышленное.

Osiria (Осирия)** – чайно-гибридная роза, отличается своей невероятно привлекательной двухцветной окраской. Свое название сорт получил от наименования легендарной страны Осирии, которая, по преданию, в древние времена затонула в водах Атлантики.