— Котик, я беременна, и мне надоело скрывать наш брак. Когда ты все расскажешь своей курице? Когда уже разведешься с ней? — Раздался из-за стенки, что разделяла кабинки, противный женский голос.
Это милое кафе располагалось рядом с моей работой.
Сейчас обед, и я сбежала с офиса пораньше, чтобы по быстрому перекусить.
От голоса, что раздался следом, у меня внутри все заледенело.
— Зайка, потерпи. Мне нужно удостовериться что все идет по плану. — А вот от этого, такого родного голоса, я на мгновение замерла, не в силах поверить всему происходящему.
Как мой муж может быть женат на ком-то еще?
— Любовь моя, ты же видела документы. В договоре говориться, что ее заберут только после того как проведут дополнительные тесты. Пока прошло слишком мало времени. И сейчас избавиться от нашей «проблемы» не получится. Сначала, нужно сбагрить ее клиентам… И тогда, мы заживем! — Мечтательно продолжил строить планы на дальнейшую жизнь мой уже бывший жених. Разбивая на осколки мое сердце, полосуя в лохмотья душу.
Вот ублюдок, раньше он называл любимой меня.
— Ты уверен, что все сработало, и что она ничего не помнит?
— Уверен. Главное, удостоверится, что процедура прошла успешно, сдать ее клиентам, и получить бабло.
- А они заплатят? – волновалась за бабло любовница моего бывшего жениха.
- Заплатят, - уверенно ответил Котик, - эти обязательно заплатят. Они уже внесли за нее залог. И договор подписан. Эти не отступяться. Ты понятия не имеешь, что это за люди…
Мне показалось, или в голосе моего бывшего проскользнул ужас?
Распинался «мой» Котик, перед неизвестной мне девушкой. Судя по всему, своей любовницей? Беременной?
Я застыла на месте, словно оглушенная хватала ртом воздух, и не могла как следует вздохнуть.
Этого просто не может быть!
Повторяла словно заведенная, ощущая как боль от предательства любимого мужчины разъедает кислотой внутренности.
Как каждое его слово полосует в лохмотья душу, разрывает на куски сердце.
О чем он вообще говорит? Какая еще процедура? Какие клиенты? Кто они?
Столько вопросов, и ни одного ответа.
Я все еще не верила, что там за стеной, мой Костик говорит столь страшные вещи. Не верила, что это вообще он.
Не может мой любимый мужчина так поступить. Он меня любит. Обожает. Он жениться на мне хотел. Предложение сделал. При людях, красиво, в этом же кафе. Кольцо подарил. В любви клялся. Обожать всю жизнь обещал!
Тогда что происходит сейчас? Что за жестокий розыгрыш? Тут где-то висят скрытые камеры, вот сейчас, мой Костик забежит в кабинку, и весело усмехаясь произнесет:
— Милая, попалась. Улыбнись, нас скрывает скрытая камера! — И мы вместе посмеемся.
Но Котик и его девка продолжают дальше разбивать мое сердце, топить в невыносимой, чудовищной боли. Каждым словом, каждым своим действием.
«Так, Злата, соберись, выйди, и взгляни, кто там сидит за стеной. Удостоверься, что это не твой жених. И что тебе вообще, все это послышалось».
Уговаривала я себя, но так и не смогла сдвинуться с места. Сидела, открывала и закрывала рот, жадно прислушиваясь к тому, что происходило за тонкой решетчатой перегородкой, увитой зелеными вьющимися растениями.
— Котик, ты уверен, что твоя курица ни о чем не догадывается? — послышался беспокойный звонкий голосок. — Не хочу, чтобы все сорвалось в последний момент. Я уже присмотрела кое-что для себя, для тебя, и для нашего малыша. Мы внесли предоплату за потрясающую трехкомнатную квартиру в престижном районе, которую мы с тобой смотрели на днях. За нее нужно внести вторую половину стоимости. Когда нам переведут остаток? Все пройдет как надо?
— Зайка, не переживай. Денег от продажи ее квартиры хватит, чтобы внести вторую часть бабла за наше гнездышко, и прикупить все необходимое малышу. Я уже нашел покупателей, они дают хорошую цену. Придется подождать, продать ее хату сможем только после того, как эти бандиты передадут нам документы на ее хату. А то, что отвалят за нее, можно будет отложить. Ну или слетать в отпуск на Мальдивы! Ты же давно хотела на море, погреться на солнышке, походить по модным бутикам…
Теперь я не сомневалась, что голос принадлежал моему жениху. Так как, смотрела прямо на него, сквозь деревянную решетку, и зеленые растения.
Никаких сомнений, это мой Костя, мой любимый жених. Именно он сидел в соседней кабинке, бережно обнимая за плечи, прижимал к себе какую-то рыжеволосую мымру.
— А ты уверен, что она не доставит проблем?
— Уверен, эта курица ни о чем не догадывается. Ничего не знает. Она даже доверенность на меня подписала когда находилась тогда в отключке. Осталось совсем немного, зайка, и мы будем богаты. Она нас больше никогда не побеспокоит. Оттуда, куда ее отправят, не возвращаются. — Костик смотрел на нее так же, как раньше на меня.
Я сидела, не в силах отвести взгляда от предателя жениха, и не понимала. За что он так со мной?
Каждое его слово острым кинжалом вонзалось в мою грудь. Дробило сердце на осколки.
Я сидела на диванчике, за тонкой перегородкой, задыхаясь, даже не замечая, как по щекам текут слезы, судорожно сглатывала застрявший в горле комок, пыталась не разрыдаться.
И черт меня дернул, зайти сегодня в это кафе.
С другой стороны, если бы сюда не зашла, то чтобы со мной случилось дальше?
Кому ублюдок бывший собрался меня передать?
Ощущала, как израненное ноющее сердце колотится в груди. Как бьет барабанной дробью оглушающий пульс.
И даже после всего услышанного, не верила!
Надеялась на чудо, пусть Костик сам мне все расскажет, объяснит. А мы вместе посмеемся над этой шуткой.
Пусть скажет, что это все неправда!
Я наблюдала за тем, как чужая девка, целует моего жениха, как он в ответ ее нежно обнимает, шепчет ласковые слова. Покрывает лихорадочно покрывает поцелуями лицо, щеки, нос, останавливаясь на губах.
Целует ее точно так же, как обычно целовал меня. Шепчет те же слова, что шептал мне. Разве только, зайкой Костик меня никогда не называл.
Даже по имени редко звал, все киска, или любимая, никак иначе.
— Зайка отсосет мне прямо здесь? — выдал мой муж голосом, от которого у меня обычно мурашки растекались по всему телу. А сейчас, внутри все застывало, меня словно окунули в ледяной панцирь. Я вся словно оказалась покрыта белоснежно голубым инеем. Внутри не осталось ничего. Лишь выжженная пустыня, посреди которой я оказалась.
А его зайка, тем временем, развратно улыбнувшись, послушно полезла под стол, Костик откинулся на спинку диванчика. В воцарившейся тишине особенно громко раздался вжик молнии, а затем, с тошнотворным причмокиванием, зайка принялась за дело, заставляя моего жениха тихо стонать и выгибаться.
За все четыре месяца нашего знакомства, Костик меня даже ни разу не поцеловал. Позволял себе лишь за ручку держать, а три месяца назад, и вовсе, даже прикасаться перестал.
Шарахался от меня как от чумной, даже если случайно касался, тут же отдергивал руку, и в ужасе оглядывался.
Так, все, хватит сопли на кулак наматывать, нужно все выяснить, немедленно.
Я словно вынырнула на поверхность из ледяного океана, сама не заметила, как выскочила из кабинки, распахнула двери соседней, и снова застыла.
Сомнений не осталось, это он, мой жених, Константин Сатинов.
— Злата?! Ты какого черта тут делаешь?
— Ублюдок! — прошептала потрясенно, сорвала с пальца кольцо, швырнула им в предателя, развернулась, и кинулась прочь, не разбирая дороги, не слыша позади криков.
Выбежала из кафе, в голове пульсировало лишь одно, сбежать, скрыться, спастись.
Сама не заметила, как выбежала на проезжую часть, а потом…
От удара меня подкинуло в воздух, отбросило на несколько метров. Я словно со стороны видела, как мое тело изломанной куклой упало на дорогу.
Как через мгновение, надо мной склонились Костик, прижимающий телефон к уху, и его невеста.
Последнее, что услышала, прежде чем провалиться во тьму:
— Злата, чертова кукла, не смей умирать. Я не дам тебе похерить все, чего так долго добивался. — И уже в трубку. — Господин Адмиралов, у нас проблема, она все узнала!