Развод и девичья фамилия

Развод и девичья фамилияНатаэль Зика

Аннотация

"От семьи осталось одно название, поэтому я принял решение – мы расстаёмся. Кто-то должен прекратить этот фарс. Поэтому завтра ты съезжаешь на Королёва, - мужчина положил на стол ключи и бумаги.– Красная Ауди остаётся тебе. Вот номер счёта, куда я сегодня положил солидную сумму. И ежемесячно буду переводить деньги на ваше содержание. Разведёмся через год, сейчас мне это неудобно – я только занял место Председателя".

#Властный мужчина,  #знающая себе цену женщина,  #проблемы и неожиданные поступки,  #сложные отношения и поиски настоящей любви.

Черновик, Возможны откровенные сцены. В перспективе ХЭ Проды 5 раз в неделю по 5-10 тыс знаков каждая.

Неделя выдалась на редкость  насыщенная совещаниями и переговорами – на кону стоял крупный контракт и выборы Председателя совета директоров холдинга.

Воротаев  носом землю готов был рыть, чтобы не упустить лакомый кусок и возможность встать во главе  совета. Ну и хотелось в очередной раз  утереть  нос  институтскому однокашнику Владимиру Мамонову. За прошедшие  годы бывшие приятели сменили формат общения, превратившись из однокурсников в заклятых друзей и непримиримых конкурентов. Нет, внешне всё было вполне пристойно – при встрече жали друг другу руки, морды не били и даже не кривили, сохраняя неизменную ледяную вежливость. Но бдительно следили за компанией соперника и не упускали ни малейшей возможности подгадить.

Началось с пустяка – на пятом курсе, за полгода до диплома, Вовка увёл у Саши девчонку, которая ему сильно нравилась.  Правда, тогда  это  Александру  пустяком не казалось – втюрился в Оксанку. По самые уши. И впервые разругался с другом настолько, что больше не хотел его видеть.

Оправдания Владимира, что он, наоборот, помог другу, избавив его от меркантильной  стервы, которая запала не на Сашкины красивые глаза, а на пухлый банковский счёт, принадлежащий семье  Воротаевых, ни капли не убедили.  Наоборот, только больше рассердили Александра.

Оказалось, Вовка обманул девочку, напев ей, что отец Воротаева обанкротился, и после окончания института Сашку ждёт не тёплая должность в компании отца и кругленькая сумма, а экономия на всём и активный труд за зарплату.  Конечно же, избалованная вниманием и подарками девочка испугалась, поспешив разорвать отношения.   Правда, встретив Оксану через десять лет, Воротаев убедился, что не так уж Владимир был тогда неправ. Из милой девочки Оксанка превратилась в настоящую хищницу – яркую, красивую, знающую себе цену,  с хваткой акулы.

Еле ноги унёс…

И после этого несколько пересмотрел отношения с Мамоновым, хотя до конца его так и не простил.

Кто знает? Может быть, не вмешайся Вовка, Оксана до сих пор оставалась бы милой и  открытой, поженились бы, родили детей, жили бы душа в душу?

Нет, ему не на что жаловаться, всё в жизни идёт, как положено, без сучка и задоринки, по накатанной.  Даже кризис, жахнувший по стране в 2008 -ом, прошёл, почти не задев - вовремя оказавшись в нужном месте, Александр сумел провести свой бизнес с минимальными потерями, и с тех пор только наращивал обороты.  

После размолвки Мамонов на долгие пятнадцать лет пропал с горизонта, а когда снова появился, то  выяснилось, что он является владельцем компании, входящей в тот же холдинг, что и компания Воротаева. Причём, Мамон этот бизнес купил, а не создавал с нуля. Ну и зачем это ему было нужно? Вряд ли из-за ностальгии  – Воротаев слышал, что Мамонов последние годы жил в Европе.  Зачем вернулся, спрашивается?

 Волей-неволей им пришлось сталкиваться и ради бизнеса поддерживать видимость  нормальных, деловых отношений, негласно продолжая соперничать.   Никогда раньше новый тендер или свежеподписанный контракт не доставляли Александру такого удовольствия, как теперь, когда он получал их, буквально вырывая из рук Мамонова.

Вот и на этот раз «Силтрэл» праздновал двойную победу – заключённый  очень выгодный и престижный контракт, открывающий новые перспективы для развития. И вступление в должность Председателя Совета директоров господина Воротаева. С перевесом всего в три голоса! А это значит, что почивать на лаврах рано, нужно работать ещё усерднее. Получить должность – полдела, вот удержать её за собой – это вопрос престижа!

После подписания контракта, как водится, продолжили в ресторане. Конечно, это ещё не полноценный банкет, а так – расслабиться после тяжёлых будней, спустить пар.  Через несколько дней будет официальное мероприятие, с жёнами, в респектабельном загородном клубе, а сейчас мужчинам нужно просто сбросить нервное, и не только, напряжение.

Как бы там ни было – жизнь удалась! Компания процветает, доходы растут, Мамон опять в пролёте,  дом – полная чаша, родители живы, любовница такая, что хоть женись. И жена есть,  молодая, длинноногая «мисска», в любом обществе не стыдно выгулять – мужики шеи сворачивают. Сучка, правда, но пока терпимо.  И наследники имеются.   Что ещё нужно для счастья?

Расчувствовавшись, Воротаев стряхнул с колен какую-то девицу,  которая,  восторженно щебеча, пыталась  всунуть ему в руки содержимое своего  декольте, и приказал Славе везти себя не к любовнице Алёне, а домой.

В благодушном настроении, сам от себя умиляясь – вон, как  он дорожит  семьёй,  ради неё с легкостью  пожертвовал ночью с горячей девушкой!   Стеллка-то запах алкоголя не любит, значит, сегодня ему ничего не обломится, но он готов потерпеть! – Александр ввалился в холл и сходу был атакован четырёхлетней Лизой.

Однако?!!

- Папа! – перепачканными шоколадом руками, дочь облапила отца за ногу, задрав мордашку вверх.

Воротаев поморщился – дети, конечно, нужны. Положено, чтобы у любого преуспевающего бизнесмена были наследники. Но, чёрт побери, он достаточно платит няньке, это не считая гигантских сумм, которые тратила на себя Стелла, чтобы в своём доме иметь право на личное пространство, куда не входит приставучая мелочь! Нет, он не против иногда  встречаться с детьми –  к примеру, в выходной, за завтраком. Или на семейном обеде. Но при условии, что они чисто одеты, ненавязчивы и под присмотром няни или жены.  А это – ни в какие ворота!

- Лиза, где няня? Иди к ней! – строго сказал он девочке.

- Ну папа! Я соску-у-чилась! – заявило чадо и продолжило пачкать дорогущий костюм отца. - И хочу пить!

- Убери руки, они грязные! – повысил голос родитель, и глаза девочки тут же налились слезами.

Чёрт, если что-то он не любил больше, чем навязчивость, так это слёзы – особенно  детские. Удивительно, как такая мелкая личинка  может извлекать из себя столь громкие и противные звуки?

- Татьяна! – гаркнул мужчина, призывая няньку. – ТАТЬЯНА!

Вместо няни со второго этажа скатился двухлетний Тёма, тоже в чём-то перепачканный. И увидев ревущую сестру, немедленно к ней присоединился.

Да твою же мать! Отдохнул, называется…

- Александр Александрович, - протирая глаза, из бокового ответвления, где находились комнаты прислуги, в холл выбралась заспанная домоправительница Валентина Сергеевна. – Что случилось? А где Стелла Леонидовна? Почему дети ещё не спят?

- Вы меня спрашиваете? – ядовито поинтересовался Воротаев. – Кажется, я слишком разбаловал персонал. Где Татьяна???

- У неё сегодня выходной, - растерянно произнесла домоправительница. – Она накормила детей ужином, потом приехала Стелла Леонидовна, и няня ушла.  Мы с девочками всё убрали и тоже ушли спать, - домоправительница покосилась на стену, где отсчитывали минуты вычурные, под старину,  часы, которые Стелла  привезла из Италии - два часа ночи!

К слову, часы ему не нравились, но жена настояла на своём, приказав повесить эту псевдостарину  в холле.

- Стелла! – рявкнул хозяин на весь дом, несомненно, перебудив тех, кто ещё спал, и ещё больше напугав и так ревущих детей. – Заткните их чем-нибудь! – домоправительнице.

И, перешагивая через ступеньки, взлетел на второй этаж.

Спустя десять минут Александр убедился – жены дома нет. Судя по состоянию детской,  его наследники  вместо того, чтобы давно спать,  какое-то время сами себя развлекали.

Благодушное настроение, с которым он прибыл домой, испарилось без следа, как и лёгкое опьянение. Где чёрт носит эту дрянь? Раз у няни выходной, жена должна была сама уложить детей и никуда не отлучаться.

Схватив сотовый, мужчина отправил вызов. Гудок. Ещё. Десять.

Абонент не отвечает.

«Хорошооо, ты сама меня вынудила!»

При следующем звонке трубку сняли с первого гудка.

- Александр Александрович?

-  Виктор Николаевич, срочно выясните, где находится Стэлла Леонидовна. Жду.

Вышел в холл второго этажа, заглянул в детскую – слава богу,  дети перестали вопить. Валентина Сергеевна как раз отмывала их и, заметив хозяина, пояснила, что сейчас переоденет малышей и уложит в кровати.

- Посидите с ними, пока я не найду жену или няню, - буркнул Александр и спустился вниз.

Чёрт, он, как последний дурак, припёрся домой, чтобы провести остаток ночи с семьёй… а «семья»  где-то шляется, бросив маленьких детей одних. Они могли упасть, покалечиться, выпить или съесть что-нибудь ядовитое. Да мало ли опасностей таится в современном доме? Случись что, общество не будет разбирать, где была няня, скажут, что Воротаев не способен обеспечить детям нормальный уход.

Еле сдерживаясь, чтобы не шарахнуть дверью о косяк, Александр отправился в гараж и вывел синий Вольво – когда Виктор найдёт Стеллу, он позвонит, а сидеть в пустом доме, слушать капризы мелких? Нет, увольте.

- Аленький, ты не спишь?

- Сашенька, что-то случилось? – любовница ответила быстро, но голос звучал глуховато – всё-таки, разбудил.

- Хочу приехать, - выпалил мужчина и расплылся в улыбке, услышав счастливый смех Алёны.

Вот такую женщину нужно было брать в жёны, почему он так поспешил  со Стеллой?  Алёна не менее красива и также молода, но  в противовес благоверной, всегда ему рада, всегда согласна и ничего не требует. Конечно, он и без просьб заваливает женщину подарками и деньгами. Алёнка каждый раз так мило смущается и так горячо  благодарит, что хочется радовать её ещё и ещё! И никогда не устраивает ему истерик, не требует оставить жену… Сокровище!

Впрочем, Стеллка поначалу тоже была не столь капризна и самовольна. Аккурат до рождения Тёмки, а потом как с цепи сорвалась. Считает, раз она родила ему двоих, то он пожизненно обязан тянуть этот крест и всё терпеть?

Автомобиль, мягко урча мотором, выехал за границу элитного посёлка и прибавил скорость.

- Саша! – женщина распахнула дверь ещё до того, как он позвонил – значит, караулила. Ждала. Приятно!

- Как хорошо, что ты приехал! Ночуешь у меня? – с замиранием спросила Алёна.

Александр с удовольствием оглядел любовницу – ночь-полночь, а она, как картинка – при лёгком, подчеркивающем естественную красоту женщины макияже, красивом платье и туфлях.  Нет-нет, никаких тапок, халатов и растянутых кофт, в какие – он слышал – любят наряжаться жёны со стажем. Алёнка, когда бы он ни приехал, всегда выглядела на все сто и  даже по квартире ходила в туфельках на небольшом каблучке.

- Ночую! – легко согласился он и с удовольствием отдал себя в умелые и нежные руки, предвкушая приятное времяпровождение. Впрочем, он так устал, что  показательные выступления сегодня  не потянет, обязательную программу «откатает» - и будя.  Алёнушка умница, всё поймёт.

Любовница предложила перекусить или чаю, но  Воротаев отказался.

- Я посижу немного, вымотался до края, - пробормотал он, плюхнувшись в удобное кресло.

- Откинься на спинку, - проворковала женщина, - помогу раздеться. Устал, да?

- Весь день, как раб на галерах, - пожаловался Александр, блаженно жмурясь от прикосновений умелых пальчиков.

- Бедный, сейчас тебе станет легче! – пообещала женщина и прильнула к нему, целуя, поглаживая и несильно прикусывая. – М-м! Как я соскучилась!

Через минуту и несколько сладких поцелуев, рубашка полетела за кресло, и Аленький, предвкушающе улыбаясь, взялась за молнию на ширинке.

- Подайся на меня, - попросила она, расправившись с брюками и стягивая вниз боксёры. – О, ты и вправду вымотан, но ничего, сейчас поможем!

Накрыла ладонью член и слегка сжала его, проведя рукой по всей длине.  Поиграла с мошонкой, вернулась к стволу, который  начал демонстрировать интерес к происходящему и, облизнувшись, провела языком вдоль бороздки.

Воротаев резко вдохнул и сжал подлокотники – черт, она и мёртвого поднимет!

- Ну вот, другое дело, - с чмокающим звуком Алёна извлекла изо рта значительно увеличившийся орган и с любовью его осмотрела, продолжая водить рукой. –  Как ты хочешь?

Его вполне устроил бы минет, но ведь и Алёнке захочется удовольствия. Это значит, что ему придётся подарить ей аналогичные ласки, но Александр куннилингус не любил, а на второй заход его сегодня вряд ли хватит.

- Садись, - мужчина приглашающе показал – куда, и Алёна с готовностью  устроилась сверху.

- А-ах! – прикрыв глаза, чуть подавшись вперёд,  она выглядела так возбуждающе, что Александр, который сначала собирался  держать относительный нейтралитет, позволив любовнице всё сделать самой, принялся помогать, всё больше и больше заводясь.

Разрядки он достиг быстрее партнёрши, поэтому пришлось ей помочь, помассировав пальцем клитор.

- Мой жеребец! – после оргазма и благодарных поцелуев  Алёнка легко поднялась и вкусно потянулась. – Совсем заездили тебя на работе! Между прочим – лето. Нормальные люди на море едут, а не переговоры ведут. Ты же заболеешь, если будешь  столько работать.  Возьми отпуск!

- Аль, это не так просто, -  разговор прервал  звонок телефона.  – Да! Где? Ясно. Да, домой. Сейчас буду.

Алёна, горестно вздохнув, как была – голышом, вышла из комнаты и вернулась, спустя несколько секунд.

- Не вставай, дай мне за тобой поухаживать! – осторожными движениями она протёрла ему бёдра и пах. – Спасибо, милый! Ты был великолепен!

Александр знал, что это не так, но спорить не стал, просто притянул любовницу и поцеловал.

- Извини, мне придётся уехать. Моя стерва  сегодня выкинула номер, придётся преподать ей урок.

- А завтра опять на работу? – участливо спросила Алёна. – Ты себя совсем не бережёшь!  Не принимай всё так близко к сердцу, я волнуюсь за твоё здоровье!

Она никогда напрямую не спрашивала о Стелле, но он знал, что слушает  Аля очень внимательно. Не осуждает, не пытается перетянуть одеяло на себя – просто слушает, никак не комментируя.

После секса никуда ехать не хотелось, но  Виктор уже отзвонился, что забрал пьяную Стеллу из клуба и сейчас везёт её к ним домой. Пришлось выковыривать себя из кресла и обещать  расстроенной Алёне, что непременно заедет на днях.

- Буду должен тебе целую ночь! – пообещал Воротаев.

  К особняку он подъехал на пару минут раньше начальника безопасности.

Катая желваки, Александр выслушал отчёт Виктора и уточнил:

- Из-под вынул или просто обжимались?

- Нет, до основного не дошло, Стелла Леонидовна была одета.

- Са-ашик! – жена с трудом сфокусировала  на нём взгляд и расплылась в улыбке. – А что ты тут делаешь?

- Спасибо, Виктор, - он пожал Гутову руку и, еле удерживая рвущуюся целоваться Стеллу, добавил: -  Завтра подойди в бухгалтерию, тебе выпишут премию.

  Кое-как дотащив жену до ближайшей от входа в дом ванной, Александр засунул её в душевую кабину и пустил холодную воду. Через пять минут вполне пришедшая в себя Стелла вылетела разъярённой фурией.

- Ты что себе позволяешь?  - мокрое платье облепило фигуру, не оставляя никакого простора для воображения.

- Не ори, дети спят! Марш в спальню, утром поговорим, - отрезал супруг.

- Нет, сейчас! С любовницей своей так обращайся, а я – мать твоих детей!

- Ма-ать? – насмешливо переспросил Воротаев, схватил жену за руку и потащил за собой. –  Вдруг вспомнила?   

- Забудешь тут, - благоверная метала взглядом молнии. – Говорила же, что нам нужна вторая няня? Я не хочу быть привязанной к дому! Экономист хренов! Детям денег пожалел!

- Стелла, ты в своём уме?  Сама же отвергла все кандидатуры, что присылали из агентства!

- Потому что приходили какие-то лахудры. Если бы ты не ограничил бюджет на вторую няню, я  поискала бы более приемлемые варианты.  Или, раз денег жалко, надо было самому  домой  пораньше  приходить. Хотя бы раз в неделю, когда у няни выходной!  Дети скоро забудут, что у них есть отец!

- Я, между прочим, работаю. Вот это всё, - Воротаев обвёл вокруг себя рукой, - по-твоему, с неба упало? Тряпки твои, побрякушки, бесконечный «новый год и день рожденья» на какие шиши  приобретаются?  Мы вполне обеспечены, но если деньги тратить быстрее, чем они зарабатываются, никакого состояния не хватит. Зачем нам ещё одна нянька за сто тысяч в месяц плюс полный пансион, если востребована она будет только по вечерам и то не каждый день?   Днём Татьяна отлично справляется и одна, а по вечерам наступает твоё время – матери.  Или ты, как кукушка – подбросила яйцо в чужое гнездо, и только её и видели!  

- Не ори, - поморщилась супруга. – Голова и без тебя раскалывается.  Насчёт яиц в чужих  «гнёздах» - на себя посмотри! Интересно,  ты хоть предохраняешься? 

-  Дура! Я о детях! Сама по клубам по ночам шастаешь, я не следил, чем ты там с «подругами» занимаешься. Скажи, как ты могла бросить сына и дочь одних?

- Почему одних, если в доме полно дармоедов? Две горничные, домоправительница, повар, охрана, дворник. Потом, что значит – бросила? Они поели, я уложила их в кровати.

- Сильно подозреваю, что дармоед в нашем доме только один, и это не прислуга. Уж она-то свой хлеб отрабатывает сполна! – ехидно заметил Александр. -  Когда я пришёл – в два часа ночи, между прочим! – дети не спали, а в одиночестве бродили по дому!

- О том и речь! – взвилась женщина. – Ты приходишь, когда заблагорассудится, а я в кои-то веки выбралась в клуб – сразу прислал своего цербера. Опозорил перед друзьями, ведёшь себя, как пещерный человек! Вот где ты шлялся до ночи? Переговоры, скажешь? Саша, не надо делать из меня круглую дуру! Никакие переговоры не длятся сутки без перерыва! Тебе плевать на жену, на детей, на семью, живёшь в своё удовольствие, о нас вспоминаешь, только когда что-то происходит!

- А, так это был протест? – догадался Александр. – Решила заставить меня ревновать, и ради этого подвергла детей опасности? Идиотка!

-  Валентина Сергеевна сказала, что ты вернёшься к одиннадцати, - уже спокойнее заговорила Стелла. – Я уложила твоих наследников,  они затихли, была уверена, что уснули. Через  какое-то время мне  позвонила Виолетта, пригласила в клуб.  Собирались все наши, я так давно ни с кем не виделась! Подумала, что  дети спят, а ты приедешь, самое позднее, через полтора часа, да и в доме полно женщин, если что, присмотрят.  Несколько раз набрала тебя, хотела предупредить, но ты не отвечал, а потом сбросил вызов. Воротаев, я месяц никуда из дома не выходила! Месяц!

- Намекаешь, что за такое геройство тебе положена медаль? – выгнул бровь Александр, смутно припоминая, что да – звонила, но он как раз отмечал успешную сделку, и звонок жены прозвучал некстати, говорить не хотелось, он сбросил, а потом забыл и не перезвонил. – А как же бесконечные СПА,  фитнес-зал и шопинги? Мне счета приходят регулярно, или ты научилась маникюршу онлайн посещать?

- Сделай карту на моё имя, тогда мои счета станут приходить ко мне, будешь спать спокойно, - возмутилась Стелла. - Я имела в виду, что месяц с подругами никуда не ходила!  И так все дни провожу с детьми, один раз в месяц мог бы сам с ними посидеть.  Знаешь, как я устаю?

- Ну конечно! Да если за твоими расходами не следить, ты через год  меня из миллиардера  миллионером сделаешь!  - с сарказмом ответил супруг. – Титанический труд – находиться дома с двумя мальками! Заметь – своими собственными, не чужими! При этом готовят, стирают, убирают другие, а у детей есть нянька. И как только ты не надорвалась, Стелла?

Оба замолчали, прожигая друг друга взглядами.

- Так, хватит,  рассвело уже, а мне в восемь на работу, - буркнул муж и, оставив разъярённую супругу, отправился спать в кабинет.

В спальне, конечно, удобнее, но Стелла обязательно начнёт ходить туда-сюда, долго купаться, потом бродить по спальне в одном полотенце,  а то и без него, беспрестанно что-то роняя, передвигая. В общем, не уснуть.

Утром, не выспавшийся и злой, он уехал в офис, и весь день строил подчинённых.

Зачем человек женится?

Правильно – чтобы иметь тот самый  крепкий тыл. Дом, где его всегда ждут, всегда ему рады. Где он чувствует себя комфортно и эмоционально защищенно.  Зачем люди съезжаются и живут вместе? Может быть, потому что не могут врозь? Потому что рядом с родным человеком  счастье  удваивается, а горе становится наполовину легче?

Ещё  говорят,  мужчина браком платит женщине за регулярный секс. А женщина сексом расплачивается с  мужчиной  за статус и привилегии жены.  Но у них и это не работает! Со своей стороны Александр выполнил все обязательства: обеспечил Стелле комфортную жизнь, она ни в чём себе не отказывает, но никакой отдачи от неё не видит. Разве что  детей родила. Но уже почти два года женатый человек за лаской и пресловутым сексом  вынужден ездить к любовнице!   Он её и  завёл не сразу после свадьбы, а только тогда, когда Стеллка забеременела Тёмкой и почти отлучила супруга от своего тела.  Думал – временно...

Ну и зачем ему сохранять такие отношения, если от жены у него только головная боль и дополнительные  расходы?

    Домой он вернулся  уверенный, что пора уже разрубить этот гордиев узел.

- Стелла, нам нужно поговорить, - сообщил Воротаев  жене.

К слову, после ночного загула она старательно изображала примерную супругу – встретила у входа, спросила, как прошёл день, пожелала вместе поужинать.  Сама привела детей – поцеловать папу на ночь. Дети чистенькие, тихие, только глазёнки сверкают. Чем она их убедила не шуметь, интересно?  Ладно, это уже ничего не изменит, он взвесил все «за» и «против» и менять принятое решение не собирался.

- Саша, - супруга прошла за ним в кабинет, проигнорировала предложенное кресло и аккуратно присела на диван – так, чтобы ему  были видны её умопомрачительные ноги и краешек чулка, провокационно выглядывающий в боковой разрез. – Я  была неправа, и хочу извиниться.

Ресницами хлоп-хлоп!

Ещё год назад он бы купился. Да что там год? Позавчера бы клюнул, но не сегодня.

- Не нужно, Стелла, - поморщился  Александр. – У нас серьёзный разговор, а эти твои ужимки меня больше не задевают.

- Что же случилось, что тебе неприятно смотреть на собственную жену? – сразу ощетинилась женщина. – Я что – плохо выгляжу?

- Нет, ты, как всегда, ослепительна.

- Тогда в чём дело?

-  В том, что мне больше этого не нужно. Мы только мучаем друг друга, ты же  видишь?  От семьи осталось одно название, поэтому я принял решение  – мы расстаёмся.

- Что? – нижняя губа Стеллы, так умилявшая его когда-то,  отвисла, некрасиво исказив форму рта.  Александр поморщился.

-  Кто-то должен прекратить этот фарс. Поэтому завтра ты  вместе с детьми съезжаешь на Королёва, - мужчина положил на стол ключи и бумаги. – Красная Ауди остаётся тебе. Вот номер счёта, куда я сегодня положил солидную сумму. И ежемесячно буду переводить деньги на содержание детей. Разведёмся через год, сейчас мне это неудобно – я только занял место Председателя.

- Ты так решил? – Стелла  сердито прищурилась. –  Решил выбросить меня, как ненужную вещь?

- Стелла, я же сказал, что материально ты не пострадаешь! А отношений у нас давно уже нет, и в этом не только моя вина!

- Как старую тряпку, как сломанный стул, - продолжала говорить жена, не слушая Александра. –  Когда замуж звал – в любви клялся, обещал на руках носить, а у меня были такие перспективы!

- Стелл, ну, какие перспективы?  Кого всерьёз интересовала «Мисс Энск 2005»? Да, ты красавица, и, наверное, смогла бы несколько лет продавать свою внешность, но не на московских подмостках, не в Париже или  в Каннах. И  за возможность блеснуть на подиуме провинциального Энска,  спать тебе пришлось бы не с одним, как в браке, а со всеми. А любовь… Была, да. Только  в нашей сказке всё перепуталось – не лягушка превратилась в принцессу, а наоборот.

-  Я не пожалела своей  красоты, выносила и родила  тебе двоих детей. А ты меня теперь с лягушкой сравниваешь? – Стелла вспыхнула, как спичка. –  Нашёл красивее и моложе?

- Перестань, никого я не нашёл! И лягушка – это не о внешности, с ней-то у тебя, благодаря моим деньгам, всё в полном порядке, - пытался отбиться Александр.

Как  женщины умеют всё повернуть с ног на голову? Хотел, как лучше, и вот, пожалуйста – жена выставляет его кругом виноватым.  Жертва, блин!

- Сам сутками, неделями на своей работе.  Не стесняешься изменять мне с какими-то девками, или думаешь, что я об этом не знаю?  Пять лет я на тебя угрохала!  Всю свою молодость, лучшие годы на тебя и твоих детей положила, а в благодарность за это ты меня бросаешь?

- Дура, это не измены, а вынужденная мера –  напряжение снять! – рыкнул Александр. – У тебя вечно то голова болит, то нет настроения, а я здоровый мужик! Зачем, спрашивается, женился, если вместо жены приходится искать разрядку на стороне?  Тем более что ты в выборе  досуга себя совсем не ущемляешь. И что ты там угрохала, если все пять лет ничем, кроме себя не занималась? По клубам и бутикам ездила. А, ещё на мужской стриптиз.

- Мне всего двадцать семь,  а тебе пятый десяток! - фыркнула Стелла, презрительно скривив губы. – Тянет на молодое тело, уж извини!  Жалею, что позволяла себе только посмотреть, а до большего не допускала, а надо было не стесняться, ты-то себе ни в чём не отказываешь!  Сам по ресторанам и саунам катаешься, а я должна дома  сидеть? Один раз за месяц отлучилась на встречу с подругой, и ты меня вышвыриваешь, как нашкодившую кошку?

Стелла завелась, и слышала только себя.

-  Ты-то один не останешься, мигом какая-нибудь стерва приберёт к рукам. Не молод, но деньги не пахнут.  Надеюсь, она обдерёт тебя, как липку и украсит развесистыми рогами! – Стелла перевела дух и сменила направление упрёков. – Мне теперь что – одиночкой век куковать? Кому я нужна буду с двумя довесками?  Обломись,  не собираюсь хоронить себя, выращивая твоих детей. Расходимся? Отлично! Сейчас же съезжаю! Квартира на Королёва, машина  и счёт, - супруга небрежным движением забрала со стола бумаги, -  пойдут мне  в компенсацию за пять впустую растраченных лет. Если захочешь развод, то добавишь к ним ежемесячные перечисления, чтобы мне на всё хватало,  иначе никакого развода я тебе не дам!

-  Не зарывайся!  Разводом адвокаты займутся. Захочу – в одних трусах уйдёшь. Не доводи меня, соглашайся на мои условия, пока не передумал! Если бы не дети, я тебе ни копейки бы не оставил. Когда замуж выходила, разница в возрасте тебя не смущала, - мужчина сжал кулаки, еле сдерживаясь, чтобы не ударить. – Потом, причем тут ты и какие-то компенсации? Квартира и деньги  для моих детей! Или ты уверена, что сможешь вырастить их без моей материальной поддержки? Не собираюсь экономить на дочери и сыне, они ни в чём не будут нуждаться.

- Я вырастить? –  рассмеялась супруга.  –  Привыкли мужики все проблемы решать за счёт женщин! Просто классика жанра – они разошлись, он живёт, как сыр в масле катается, баб меняет, на курорты ездит, а она бьётся одна с ребёнком. Хорошо, если не с двумя или тремя. Работает на двух работах, света белого не видит, никакой личной жизни – детей поднимает. Даже не надейся, Воротаев, что  сумеешь повесить на меня детей!  Хочешь разойтись? Не возражаю, только спиногрызы остаются с папой!  У тебя дом, средства, все возможности, а я безработная.

- Ты что несёшь? –  севшим голосом произнёс Александр. – Какая же ты после этого мать?

- Такая же, какой ты отец! Я их не одна  делала, и своё уже отстояла – полтора года ходила беременная – ещё то удовольствие!  А потом рожала – сутки Лизку, и чуть меньше – Артёма.  Порвалась вся, два месяца нельзя было  сидеть!  Что глаза отводишь? Попробуй-ка, роди! Да ты от простого пореза впадаешь в панику, а когда у тебя  температура  тридцать семь и два – реанимацию вызываешь! После родов два года сплошные подгузники, кашки, колики и режущиеся зубки.   Я молода, у меня вся жизнь впереди, а ты хочешь, чтобы я себя похоронила? Потом, дети –  твоя инициатива, вот теперь сам их и расти. Можешь оставить себе, сдать в детдом, купить им новую маму –  вариантов много, выбирай! А я умываю руки.

Александр сжал кулаки, еле сдерживаясь, чтобы  не  сорваться. Ему настоятельно требовалось выплеснуть возмущение  и что-нибудь разрушить – в щепки, вдребезги, в осколки!  Но  ничего подходящего под руку не попадалось – всё, что оказалось в близком доступе или жалко, или его потом привлекут по статье 112 УК РФ, за телесные повреждения средней тяжести.  Адвокаты, конечно,  вытащат, но портить репутацию из-за желания стереть с красивого лица Стеллы злорадную усмешку, не стоит.

Между тем супруга высказалась и, напоследок облив Воротаева презрительным взглядом, хлопнула дверью кабинета. Мужчина с трудом разжал кулаки, отрешённо отметив красные полоски  на ладонях  – достала, да.  Настолько  сильно стиснул пальцы, что умудрился травмироваться достаточно короткими  ногтями. 

Несколько секунд просто стоял, опустошённый, будто его выжали, а потом ещё катком проехались. Потом решительно открыл стол и извлёк из нижнего ящика бутылку Hennessy Paradis. Поискав подходящую ёмкость, плеснул напиток в высокий стакан  – на два пальца.  Ему сейчас не до смакования и соблюдения традиций,  коньяк идёт, как лекарство, поэтому, пофиг, из какой посуды пить, лишь бы помог.

Первая порция ухнула в желудок комком, но уже спустя пару минут по организму пошло расслабляющее тепло, и Александр решил  закрепить результат. Добавку он уже не стал глотать,  будто изнывает от жажды, а медленно прихлёбывал, размышляя над несуразностью ситуации и абсурдностью претензий  супруги.

Через минуту мелькнула мысль – может быть,  пусть катится, а дети останутся здесь?  Наймёт ещё одну няню или двух – чтобы и по ночам за мальками был присмотр.

Подумал и  тут же эту идею отбросил – малы ещё. Тёмка вон без мамы спать не ложится, и всё время старается быть с ней рядом. Сколько раз замечал – Стеллка бродит от спальни к гостиной или  от гардеробной к ванной, а мелкий от няни убежит и  за матерью таскается, как привязанный.    Лиза, та больше к отцу тянется, но у него на неё времени совсем нет.  Бесконечные «почему?», «эточё?»,  «чтокупил?» - невозможно ни отдохнуть, ни сосредоточиться. Потом, дети вечно всюду лезут, хватают всё без спросу. Один раз зазевались – Лизка на  договоре с финской компанией  маркером уродцев нарисовала. Человечков ей приспичило изобразить, твою…  Как вспомнит – до сих пор в жар бросает. Хорошо, тогда обошлось, а мог контракт и сорваться! И всё из-за ребёнка. Мало ей бумаги, карандашей да фломастеров в детской,  забралась в кабинет. Конечно, он тоже виноват, надо или убирать всё ценное в ящики, или дверь запирать, а тут расслабился. Сколько ей тогда было? Около трёх, Тёмка ещё не ходил, на него няня и отвлеклась.

Нет, решено - лет пять-семь пусть поживут с матерью, а как войдут в разумный возраст, он их у Стеллы  заберёт.  К тому времени они  уже будут разведены, Стелла освободится от обузы и может спокойно устраивать личную жизнь. Он ей, так и быть, отстегнёт подъёмные. И дальше Александр за детьми  проследит сам. Отправит их в Великобританию, в лучшую школу-пансион. Кстати, надо заранее позаботиться об этом, забронировать места, а то он слышал, что доля детей-иностранцев в таких пансионах не превышает пятнадцати процентов, при этом,  если всё занято, англичане ни за какие деньги  не введут дополнительные места. Язык мелкие  уже знают, Лизка свободно говорит, Тёма ещё нет, но он и по-русски не всё понятно произносит.  Ничего,  подрастёт и заболтает так, что не остановишь. Вон, как сестра.  Сейчас главное, что иностранную речь оба прекрасно понимают.  Хорошо, что в своё время у него хватило сообразительности  найти им няню со знанием английского. После обучения в Англии  они заговорят с оксфордским акцентом – будет им в жизни дополнительный бонус  к полученному образованию.

Довольный, что всё так хорошо продумал, Воротаев допил третью порцию коньяка, прислушался – в доме тихо, все спят.  Несколько секунд размышлял, идти в спальню или не стоит,  и решил, что прекрасно выспится в кабинете на диване.

   Утром мужчина проснулся, на удивление, бодрый и полный сил.  Покосившись на часы –  есть ли у него время на разговор с женой, а то они вчера так и не пришли к общему знаменателю – Александр наскоро принял душ и отправился в спальню, чтобы выбрать костюм и поставить Стеллу в известность о принятом им решении.

В конце концов, его жена не совсем идиотка, когда замуж шла, они брачный контракт подписали. Знает, что он может её с голым задом оставить, поэтому побегает и успокоится. Как бы то ни было, муж дарит ей квартиру, машину, даёт деньги на  всякие женские хотелки. И обязуется  оплачивать еду, одежду, врачей, игрушки и что там ещё им может понадобиться. Само собой –  он продолжит платить зарплату няне.  Если не захочет переезжать в квартиру Стеллы, то он увеличит ей гонорар, потому что с тем образом жизни, к которому привыкла Стелла, няня должна находиться в круглосуточном доступе.   Стеллка, конечно, заартачится, дескать, тесно, но ей же самой с няней лучше, поймёт. Ничего, поместятся – квартира четырёхкомнатная.  Гаражное место за квартирой закреплено, его секретарша  следит, чтобы все счета вовремя оплачивались, так что вопрос – куда девать на ночь  автомобиль, тоже не стоит. 

 В спальне супруги не оказалось.

Прислушиваясь, как за дверью  о чём-то щебечет Елизавета, Воротаев выбрал себе рубашку, галстук, костюм,  и, едва натянув брюки,  немедленно выскочил в холл,  одеваясь на ходу, стоило со стороны детской задёргаться дверной ручке.  Прилипнут  же – не отвяжешься!

Наверное, это  Артём проснулся и отправился искать маму. Вот, о чём он и говорил – слишком мелкие они, чтобы  обходиться без матери! Никакая няня не заменит, тем более  вечно занятой отец. 

В столовой жены тоже не оказалось.

- Александр Александрович, подавать? –  спросила Валентина Сергеевна.

- Да, и побыстрее, - кивнул он домоправительнице. – И пусть Галина поторопит Стеллу Леонидовну, у меня времени в обрез.

- А Стеллы Леонидовны дома нет, она сегодня  рано встала и уже давно уехала, -  женщина махнула горничной, и та проворно поставила перед хозяином дома тарелку с пышным омлетом.

- Уехала? – Воротаев даже жевать перестал. – Куда? На чём?

-  Мне Стелла Леонидовна ничего не сказала, - ответила Валентина Сергеевна. –  И я всё время была занята и не заметила, на чём она уехала. Могу позвать  Славу, я видела, что он поднимался вместе со Стеллой Леонидовной.

- Зови, - позволил хозяин и положил вилку.

Жена никогда не была ранней пташкой, предпочитая понежиться в постели минимум до десяти, а если вечером поздно легла, то и до обеда.   Что-то тут было не то…

- Александр Александрович, звали? –  в дверях столовой стоял  Вячеслав.

- Слава, когда и на чём уехала Стелла Леонидовна?

- Так… на Ауди своей. Часов шесть было, может быть, шесть пятнадцать.

- Она ничего не говорила – куда едет или когда вернётся? – продолжил допрос Воротаев.

- Нет, ничего. Только приказала мне спустить вниз чемоданы и поставить их в машину.

- Чемоданы?

- Да, два больших, и один поменьше.

- Хорошо, иди, выезжай к воротам, я буду готов через пять минут.

Александр смял салфетку и рывком встал из-за стола. В несколько шагов поднялся наверх, толкнул дверь в гардеробную жены, окинул взглядом  частично опустошённые полки с вешалками и, грязно выругавшись, саданул кулаком по дверному косяку.

Ах, стерва! Решила, что самая умная?    Вещи-то не все забрала, значит, уверена, что скоро вернётся.  Надеется, что он станет упрашивать, просить прощения? Ну-ну…

 Воротаев  взглянул на циферблат Rolex Daytona -  чёрт, время поджимает.  Ладно, деваться Стелле всё равно некуда, адрес известен.  Сейчас ему нужно в офис, так как  на утро запланировано несколько важных дел. К сожалению, из разряда – «нельзя отменить».  Зато потом…

Мужчина вытащил сотовый,  набрал номер, дождался ответа.

- Да, Александр Александрович?

- Доброе утро, Ирина!  Перенеси на другие дни все дела и визиты, которые назначены сегодня на послеобеденное время.  Согласуй с Потаповым и Сергеем Игоревичем.

-  Хорошо.  Александр Александрович, в четыре у вас встреча с  Тарским, - напомнила секретарь. – Её тоже отменить?

-  Павлу Петровичу я сам позвоню, - решил Воротаев – важный клиент, лучше поговорить напрямую, а не через третьих лиц. – Остальные все на тебе. Мне нужна полностью свободная вторая половина дня, чтобы никто, - понимаешь? – совсем никто не дёргал меня с часу  и до семи-восьми вечера. Только экстренные случаи, вроде извержения Кракатау. Поняла?

- Да, Александр Александрович. Всё сделаю.

Хороший работник, понятливая, расторопная, ненавязчивая. Надо премию выписать, поощрить, - подумал Воротаев и отложил сотовый.

- Валентина Сергеевна, - подозвал он домоправительницу. – К двум  соберите детские вещи, игрушки, в общем, всё, что нужно. И детей, конечно же.  Няня тоже пусть соберётся.  Галине поручите упаковать все вещи Стеллы Леонидовны. Совсем все – от одежды, до заколок и зубных щёток.

- Хорошо, - женщина ждала дополнений или пояснений.

- Лиза с Тёмой некоторое время поживут отдельно, с матерью, - объяснил он и добавил. – Как освободитесь, обзвоните  агентства – нам нужна ещё одна няня.

- С проживанием?

- Нет, приходящая  – на вечера и выходные дни Татьяны.  Обязательно свежая медицинская справка, рекомендации, опыт работы, свободное владение английским,  чистоплотность, порядочность и любовь к детям. Возраст –  от двадцати пяти-шести до сорока пяти.  Сами знаете, насколько подвижны наши дети, няня в возрасте или  с радикулитом сломается в первый же день. Оклад –  пятьдесят – шестьдесят. Да,  доставлять её на работу и с работы будет мой шофер.

-  Хорошо, - коротко ответила Валентина Сергеевна.

   Так и не позавтракав, Воротаев сел в машину и погрузился в мрачные размышления.

Охлаждение Саши она почувствовала давно.

Пожалуй, - Стелла задумалась, – да, особенно заметно это стало  с её второй беременности.  Можно сказать, она в какой-то мере этому сама поспособствовала – как только узнала, что снова беременна,  тут же отказала мужу в сексе и устроила ему пару сцен. Или не пару, а больше? Сложно вспомнить, почти три года прошло!  Но она тогда немного перестаралась с  битьём дорогого фарфора. Кажется,  она грохнула несколько бесценных тарелок Де Ламери… Валентина Сергеевна тогда аж посерела, хотя  ей-то какое дело?

Стелла – хозяйка в доме, значит, била свой фарфор, а то, что он стоит внушительную сумму в ненаших деньгах, так у богатых свои причуды! Хочу – ем с них, хочу – бью.

Воротаев тогда злющий был – приятно вспомнить! Бесился, но ничего сделать не мог –  у неё было оправдание – беременность!

Хотел второго? Распишитесь, получите и терпите беременные закидоны супруги! А кому сейчас легко? 

Положим, Саша  был прав – большой карьеры модели ей  не  светило.  Везде, где замешаны серьёзные деньги, и существует высокая конкуренция, в том числе – в модельном бизнесе, главную роль играют связи, а за Светку Рогозину замолвить словечко было некому.   Природа её щедро наградила, подарив яркую внешность и сексапильную фигурку, но  молодость, как и красота, достаточно быстро проходят. Нет, за внешность ещё можно побороться, но это стоит таких средств…  В общем, она достаточно быстро осознала, что «спасение утопающих – дело рук самих утопающих».  Единственный способ обеспечить себя – удачно выйти замуж. Плевать на возраст и наличие пивного брюшка,  ведь главный  сексуальный орган мужчины вовсе не то,  о чём думают наивные девочки.  Главный орган мужчины – его кошелёк.

Решив ловить будущего супруга «на живца», первым делом Светка переименовалась в Стеллу – как-то благозвучнее для жены состоятельного человека, верно?  Вторым делом она решила принять участие в городском конкурсе красоты. И выиграла его!

Правда, для этого ей пришлось переспать с парой влиятельных членов жюри, но результат того стоил – конкурс «Мисс Энск» показали на Первом канале.  Короткий сюжет мелькнулв Новостях, но личико и фигуру победительницы показали крупным планом.  По счастливому стечению обстоятельств,  ролик попался на глаза Воротаеву,  девочка ему приглянулась, и откладывать дела в долгий ящик он не стал.

Несмотря на свои сорок лет – в глазах двадцатидвухлетней Стеллы почти предпенсионный возраст – Александр пивного брюшка и лысины не нажил. Зато имел довольно подтянутую фигуру, и  его кошелёк радовал душу приятной наполненностью. Стелла ни секунды не колебалась. Она провела свою партию виртуозно, вполне убедительно изобразив вспыхнувшую страсть, и через полгода стала законной супругой весьма небедного человека.

Всё, как она мечтала – куча денег, море свободного времени, наёмные работники,  одежда лучших мировых брендов и много других приятностей.

И в нагрузку – пожилой муж, да. Правда,  она знала, на что шла, а полежать и постонать несложно. Но супругу, как оказалось, жена нужна была не только, чтобы было на кого тратить деньги.  Воротаев захотел наследника.

С первой беременностью она не стала вставать в позу – всё-таки статусы просто жены и жены, которая родила мужчине ребёнка, несколько разные по весу.  Во втором случае уверенности в завтрашнем дне больше.

Беременность закончилась глубоким разочарованием –  родилась девочка, а Воротаев, как большинство богатых мужиков, считал, что ему нужен сын.  Лизка росла крикливой, Стелла, несмотря на няню и штат прислуги,  постоянно хотела спать, потому что новоиспечённый папаша жутко  раздражался, если ребёнок орал, а дочь вопила по любому поводу.   Можно сказать,  весь первый год жизни Лиза почти не лежала в кроватке, проводя дни и ночи  на руках – у няни, у Стеллы, у всей прислуги по очереди.  Только отец  полностью самоустранился.

   Ей стоило таких усилий привести после родов фигуру в порядок, что она и слышать не хотела о других детях. Но Воротаеву был нужен сын. Зачем, спрашивается? Видимо, чтобы был, потому что особо тёплых чувств к детям она у мужа не замечала.  Александр смотрел насвоих отпрысков, как на очередное капиталовложение и негодовал, если дети шумели и – о, ужас! – приставали к отцу! Неважно – с просьбами, поцелуями или капризами, он тут же звал жену и няню, выговаривая, что не уследили.

Рожать второй раз она категорически  не хотела, муж настаивал. Тогда Стелла грозилась уйти, забрав Лизку – пугала, конечно, но Воротаев исправно пугался и шёл на попятный. Как же –  развод, это такой урон репутации!  И здрасьте! – новая беременность.  Как, откуда, ведь Стелла всегда собственноручно надевала мужу презерватив? Не иначе – проколол заранее, прямо в упаковке, а она не заметила.  Сволочь!

Пришлось вынашивать и рожать, но она по-своему наказала предателя, полностью отлучив его от своего тела.  Правда,  Саша немедленно завёл любовницу, но так было даже лучше –  меньше  будет доставать супругу.  Потерять мужа Стелла не боялась – двое детей! Куда он теперь от неё денется?

Тёмка дался ей тяжелее, чем Лиза, и если бы и на этот раз получилась девочка, то третьей попытки Воротаев ждал бы до морковкина заговенья: Стелла собиралась поставить спираль. Надо было раньше это сделать, да всё откладывала, надеясь на резиновые изделия.

   Нельзя сказать, чтобы Стелла совсем не любила детей. Может быть не так, как другие матери – она видела женщин, у которых  все разговоры только о спиногрызах, будто с их появлением у женщины больше не осталось никаких интересов! – но её заботило, что они ели, как спали и почему плачут.  Она честно пыталась быть хорошей матерью, но временами срывалась.

Почему она должна сидеть дома и заниматься детьми, не имея возможности лишний раз повеселиться с друзьями, а Саша живёт, как жил, не ограничивая себя в развлечениях? 

Позавчера, конечно, не очень хорошо получилось. Дети ещё не спали, когда позвонила Лариса и предложила хорошо оттянуться в весёлой молодёжной компании общих знакомых.  И Стелле так захотелось отвлечься,  расслабиться, потанцевать,  что она, приказав Лизе лежать с закрытыми глазами и ни в коем случае не вставать, а то придёт бабай и украдёт! – ушла до того, как отпрыски уснули.  Понадеялась, что в темноте мелких  быстро сморит сон. Виновата, чего уж! И пыталась извиниться.

Но супруг на этот раз удивил – он не только  проигнорировал все попытки  примирения, но и  огорошил,  заявив – «мы расходимся».

Стало так себя жалко! Нет, ну реально попользовался, спиногрызов получил и выбросил. А кому она нужна, с довесками? Кто на неё посмотрит, если узнает про двоих детей?

Правильно – никто. И что ей делать – похоронить себя, поставить крест на возможности найти другого мужчину, который оценит её фигуру и… остальное? Который пожелает провести с ней оставшуюся жизнь, подарит ей мир и себя в придачу?

А Александр настроен решительно, она неплохо изучила его за пять лет. Видно, вожжа под хвост попала, не отступит!  Что ей оставалось?  Выбор невелик – остаться брошенкой с двумя детьми на руках или самой бросить недостойного её мужчину, оставив ему совместно нажитое «имущество» - сына с дочерью.  А что тут такого?  С отцом детям будет лучше, ведь у Стеллы нет работы, нет собственных доходов. Она ещё молода, только жить начинает, и не готова положить свою жизнь на алтарь, пожертвовать будущим  счастьем и перспективами ради прихоти Воротаева.  Муж хотел наследников, заставил её рожать? Пожалуйста, родила. Теперь  пусть воспитывает и радуется!

Но муж от удовольствия  оказаться в роли брошенного отца-одиночки  в восторг не пришёл. Стелла, не будь дурой, не дожидаясь, когда Воротаев очухается и всё сделает по-своему,  собрала чемоданы, документы,  карты, наличку и покинула особняк.

Понятное дело, обнаружив поутру её пропажу, муж примется искать и возвращать. Не жену – детей ей возвращать, поэтому самым разумным с её стороны было скрыться подальше.  Сначала она поехала в дом на Королёва, Ауди поставила в подземный гараж и поднялась в квартиру. Чтобы супруг  подольше думал, что она  сюда переехала и  просто вышла по делам, Стелла переворошила кровать, будто на ней валялись, загрузила в холодильник купленные по дороге в Глобусе продукты, выставила в ванной баночки и флаконы с шампунем, кремами, тоником и остальной дребеденью.  Приняла душ, небрежно бросив на стиралку снятое бельё.  И  развесила в шкафу часть своих вещей.  Самые дорогие и необходимые она упаковала в небольшой чемодан, а два опустевших больших вытащила на одну из лоджий.  Дескать, переехала и теперь живу тут. 

Если она хорошо знает своего супруга, то ещё до окончания дня он соберёт детей и притащит их к ней  в квартиру на Королёва.

Сашенька, сюрпри-и-из!

В последний раз осмотрев комнаты,  Стелла  вызвала такси и продолжила воплощать в жизнь свой план. Первым делом заехала в банк и сняла всё до копейки со счёта, который ей с барского плеча подарил супруг.  В  другом банке опустошила свой собственный счёт, о  существовании которого Воротаев и не подозревал, как не подозревал, что жена давно сделала себе и  именную карту.  Затем  почти все деньгиона положила на Визу, а остаток  налички потратила на приобретение пяти тысяч долларов, оставив на непредвиденные расходы несколько тысяч в рублях.

И уже в два часа пополудни Стелла прихлёбывала вино, посматривая  в иллюминатор на проплывающие внизу облака.  Пока Воротаев спал, она  полночи штудировала интернет, бронировала отель и билеты на самолёт.  Израиль – хорошая страна, давно хотела там побывать. Предварительно получать визу  туристам с российским паспортом не нужно, всё оформляется по прилёту прямо в аэропорту. 

Отдохнёт, позагорает, нервы полечит, а потом махнет куда-нибудь ещё. Денег пока хватит, а потом она что-нибудь придумает!

***

Александр, конечно, был зол, но больше на себя, чем на дуру-жену.  Знал же, что у Стеллы в голове ветер гуляет? Знал. Надо было запретить ей уезжать из дома, предупредить охрану, отнять ключи от машины, а он накануне ей всё сам отдал. Теперь перекраивай распорядок, таскайся по городским пробкам с вопящими наследниками…

Злился – да, но всерьёз не переживал. Куда она денется с подводной лодки? В смысле – с денежной капельницы? Положим, не совсем капельницы – тратить Стелла умела и любила, этого не отнять.  И замер, через секунду потянувшись к телефону – надо было с утра заблокировать счёт, а то с жены станется, назло супругу,  спустить деньги на любую ерунду.  Лишь бы ему досадить.

И…

Разговор с банком не порадовал – уже всё сняла! Шустрая, однако.

Скомкав последние из сегодняшних неотложных дел, Воротаев поехал на Королёва, надеясь, что успеет отобрать так неосмотрительно  презентованное супруге: когда всё устаканится, начнёт возвращать их Стелле небольшими суммами, чтобы у той не было возможности выбросить их разом на ветер.

Но в квартире жены не оказалось.

Александр походил по комнатам, тронул влажное полотенце, покосился на белые трусики, валяющиеся в ванной, отметил развешенную в шкафу одежду, заполненный йогуртом и  фруктами холодильник и только головой покачал. Дура, что с неё взять?  Уехать и то не может,  или это  показательное выступление?  Нет, больше никаких  внушительных счетов,  жена привыкла ни в чём себе не отказывать, посадить на сухпаёк, сразу перестанет  выделываться!  

- Валентина Сергеевна!  Организуйте  еженедельную доставку продуктов для Стеллы и Лизы с Артёмом. Да, из «Азбуки вкуса», повар напишет список, что обычно они едят, сориентируйтесь по ассортименту и количеству.  На Королёва, адрес я сброшу. 

Вот незаменимый работник! – домоправительницу Александр ценил.  Никаких лишних вопросов, отдал поручение, и можно не беспокоиться. Всё будет выполнено в срок и в лучшем виде!

Так, теперь одежда, игрушки – это может покупать детям Татьяна. В няне он уверен – добросовестная женщина и детей любит. Работает у Воротаева уже четыре года, ей можно доверить деньги – копейки не возьмёт. Ну и он ненавязчиво проконтролирует траты.  Ещё топливную карту Стелле, чтоб заправляла свою машину без проблем.

Правда,  совсем уж без денег Стелле нельзя. Мало ли,  что ей или сыну с дочерью может срочно понадобиться? Поэтому он будет ежемесячно выдавать супруге определённую сумму – на колготки и непредвиденные расходы. Нет, ежемесячно  - не лучший вариант, лучше – меньшие суммы, но еженедельно.  Дети будут всем обеспечены, а у жены не останется простора для маневров. Будет, как шёлковая, сидеть на поводке и не брыкаться. 

 Довольный собой, Воротаев решил позвонить и выяснить, где носит его будущую бывшую супругу?

А она сбросила! И второй раз. И третий! А потом совсем отключила сотовый.

Вот же стерва!

Александр дёрнулся – набрать начальника службы безопасности, потом сам себя остановил – не стоит.  У Гутова и так дел хватает, ещё  регулярный розыск блудной курицы на него взваливать?  Конечно, жаль, что он не успел заблокировать счёт, но если Стелла умудрится  всё спустить, то сама себя и накажет – придётся ей сидеть без новых вливаний. 

Мужчина прикинул, какую сумму готов  выделять на всякие мелочи и непредвиденные расходы супруги – можно сказать, это будет зарплата Стелле, за то, что она останется при детях. Конечно, на жалкие  шестьдесят пять тысяч не развернёшься, но и совсем без копейки не сидеть. 

Выходило, что он заплатил ей вперёд, по меньшей мере, за год. 

Вернувшись домой, Александр пообедал, выслушал отчёт домоправительницы, которая уже выполнила его поручение. И решил ехать  на двух машинах. Дети с няней и Валентиной Сергеевной прекрасно поместятся в  Тойоту, он же один поедет на своей. Вещи можно и в его Лексус загрузить, главное, чтобы громкоголосые и шебутные наследники не выносили ему мозг. Хочется уже тишины и покоя.

  За прошедшие с прошлого визита три часа, Стелла в квартире не появилась, но продукты из «Азбуки вкуса» уже доставили. Курьер отзвонился Валентине, и терпеливо ждал их у въезда на придомовую территорию.

Пока Валентина принимала провизию, Татьяна  раскладывала детские вещи, одним глазом присматривая, чем заняты мелкие.  А те, в восторге от движухи и смены обстановки –  ещё и отец, в кои-то веки с ними! – носились по комнатам, вопя от избытка чувств и эмоций, поминутно подбегая к папе, чтобы обнять его за ногу.  У родителя немедленно разболелась голова, но он терпел. И даже потрепал Тёмку по голове – всё-таки  сын! Продолжатель фамилии и, даст бог, в будущем соратник и опора отцу! 

Время шло, блудная супруга возвращаться не спешила.   Ещё раз набрав жену, Александр снова выслушал «абонент не абонент», выругался и, оставив домоправительницу помогать  няне  с обустройством и приготовлением ужина, уехал домой.

- Как только Стелла Леонидовна вернётся, сразу звоните мне, - наказал он женщинам. – Ночь-день, не важно. Валентина Сергеевна, вы дождитесь мою супругу,  а потом вызывайте такси. Или нет, сделаем проще – я вас сам заберу, всё равно мне придётся сюда  вернуться для разговора со Стеллой.

 Дом встретил блаженной тишиной.

Воротаев  не спеша  принял душ и засел за компьютер, решив поработать, пока его супруга не нагуляется.

День незаметно перетёк в вечер, потом в ночь, но ни няня, ни домоправительница не отзвонились.  Не выдержав, мужчина   опять потянулся к телефону. Ожидаемо, Стелла по-прежнему, «не абонент», но  Татьяна ответила сразу же.

-  Да, Александр Александрович! Нет, не появлялась и не звонила. Дети давно спят, мы с Валентиной Сергеевной сидим и ждём. Конечно, как только Стелла Леонидовна придёт, я тут же вам сообщу.

- Дайте-ка мне Валентину, -  выслушав отчёт няни, произнёс  Воротаев. –  Валентина Сергеевна, вызывайте такси и возвращайтесь! 

Положив сотовый, Александр потянулся всем телом и принялся раздеваться. Продукты привезли, дети накормлены и под присмотром,  ждать, пока эта колобкова корова нагуляется, больше не имеет смысла. Она и до утра может тусить, уже было такое.  Явится, никуда не денется, а ему лучше выспаться, ведь завтра работу никто не отменял.

Как же он ошибся с этой женщиной! Зря погнался за юностью и красотой, не те это качества, которые гарантируют счастливую семейную жизнь!  Вон, Корнев женился на своей ровеснице, года два или три у них с женой разница, что ли? Они ещё над ним подтрунивали, мол, когда замуж звал, очки дома забыл?  – его Наташа  не блещет красотой, обычная внешность, приятная, но не больше. И фигура отнюдь не 90-60-90. Однако со свадьбы уже седьмой год пошёл, а Корнев до сих пор ходит, светится, как медный самовар, и при любом удобном случае воркует со своей женой по телефону. Корпоративы, которые с условием «без вторых половин», или игнорирует или сидит с таким видом, что вино киснет. Воротаев больше не настаивает на его присутствии – и сам не «ам», и у других, глядя на него, всё желание пропадает. Потом  девочки из агентства, приглашённые скрасить досуг деловых мужчин,  удивляются –  почему они не пользуются спросом? Значит, что-то такое Игнат рассмотрел в своей Наташе, что-то такое-этакое у неё есть, чего не оказалось у Стеллы.

Надо бы к Алёне получше присмотреться, ведь она моложе его всего на восемь лет. Или на семь? Но выглядит – дай бог каждой!  Когда бы он ни пришёл, хоть ночью, хоть на рассвете – всегда ему рада. Не капризничает,  ему всегда гарантирован секс, да не просто полежать-потерпеть, а с удовольствием. И минет любит. Он уже не мальчик, за ласками через полгорода ездить, и отчитываться ни перед кем не обязан, тем более, дети этого не увидят, а прислуге он столько платит, что они на него только что не молятся. И на всё закроют глаза.

Александр подумал, что теперь дома ему будет намного спокойнее, осталось лишь  разобраться с выкрутасами Стеллы.   А через год, когда разведётся, может быть,  стоит привезти в дом Алёну.  И на мысли, что жизнь опять начинает радовать, он уснул.

Утром отзвонилась Татьяна, и Александр, чертыхнувшись,  был вынужден  всё-таки дёрнуть  Гутова – блудная супруга дома так и не появилась.

Пока начальник безопасности с сотрудниками переворачивал город в поисках Стеллы, Воротаев решил не ехать в офис, а заняться работой дома.  Он перешёл в кабинет, включил лэптоп и попытался погрузиться в дела, но  мысли были где угодно, только не в договорах и тендерах.

Жена решила таким образом наказать его? Или на самом деле случилось что-то серьёзное? День тянулся, как резиновый. Но, несмотря на то, что мысли Воротаева постоянно крутились вокруг пропавшей супруги, кое-что он всё-таки сделал.

- Александр Александрович, - Гутов проявился во второй половине дня. – Есть новости, решил доложить лично.

Александр скрипнул зубами – точно, что-то случилось и, видимо, не самое хорошее. Иначе  Виктор  просто позвонил бы, и всё.

- Хорошо, подъезжай, я жду.

Виктор Николаевич появился через  три четверти часа, вошёл в кабинет и замер, ожидая  реакции работодателя.

- Садись, - махнул рукой Александр. - Нашли?

-  Можно сказать – почти, - туманно ответил Гутов, с облегчением присаживаясь на стул.

- Она, - голос Воротаева дрогнул, – жива?

- Да, конечно, - безопасник выглядел слегка озадаченным, но быстро справился с удивлением. – Простите, не подумал, как это выглядит со стороны. Стелла Леонидовна жива и здорова. Вчера  вечером, без пятнадцати шесть,  её самолёт  совершил посадку в аэропорту Бен Гурион, Тель-Авив.

-  Самол… Что??! Как? Почему? – Александр взъерошил пятернёй волосы. – Не понимаю… Когда она успела приобрести билеты? Зачем, чёрт побери, её туда понесло?

- Чтобы всё это выяснить, нам нужно немного больше времени, - произнёс Гутов. – И, скорее всего, придётся отправить людей в Израиль.

- Подождите, - махнул рукой Воротаев в сторону двери. – Подождите в гостиной, я сейчас сделаю пару звонков, потом вы  вернётесь и расскажете все подробности.

Безопасник, кивнув, молча вышел из кабинета.

«Одна улетела или у неё кто-то есть? – мысли неслись потоком, перепрыгивая друг через друга, сталкиваясь и перемешиваясь. – На неделю? На месяц? Пока деньги не закончатся? Что делать с мальками? Смысл им оставаться в квартире, проще до возвращения Стеллы всех вернуть домой.  Чёрт, что за хрень творится в его жизни?»

Бросил  взгляд на часы – пять вечера.  Значит, горничные уже  закончили  дневные дела, а на кухне ещё кипит работа – готовится ужин для всей прислуги и, конечно же, хозяина.  Но детей нет, и поэтому непривычно тихо, будто все  уехали или спят. Подумать только, сколько шума создают двое мальков! Интересно, когда он сам был ребёнком, тоже доставал родителей? Надо будет спросить у матери. Чёрт… Родители! Как он им объяснит, каким ветром Стеллу занесло в Израиль?  Одну, без супруга? Повезло, что сейчас они на своей вилле во Франции,  и пока не в курсе перемен в жизни единственного сына.  Вынесли бы ему мозг – у Воротаевых не может быть  скандалов, это вредит не только бизнесу, но и репутации. Нет,  можно многое, но тихо. Мирно разъехались – это пожалуйста. Громкий побег с битьём фарфора и развешиванием на всеобщем обозрении семейных тайн – ни боже мой! Эх, хорошо сейчас в Сен-Жан-Кап-Ферра… Впрочем, там в любое время года хорошо – Лазурный берег  есть Лазурный берег! И соседи приличные – Мельниченко, Ротшильд… Да, не о том он сейчас думает…

Воротаев тряхнул головой,  возвращая себя в реальность, и попытался вспомнить,  какая разница во времени между Тель-Авивом и Москвой.

Кажется, нет разницы… Или есть? А и чёрт с ней, если есть! Вряд ли Стелла днём ляжет спать, так что у него есть шанс поговорить с блудной супругой.  Если, конечно, у него получится дозвониться…

Нажал на кнопку сотового и некоторое время бездумно на него смотрел, вздрогнув, когда с той стороны ответили.

- Саша, куда мне уехать, чтобы ты, наконец, оставил меня в покое?? – возмущённый голос жены.

- И тебе – здравствуй! – уняв пляшущие нервы, максимально спокойным голосом произнёс Воротаев. – Чтобы мне не пришлось травмировать твою тонкую душевную организацию звонками, ты могла предупредить, что уезжаешь. И куда. А ещё правильнее – сначала согласовать поездку со мной.

- С какой стати?! – чувствовалось, что Стелла раздражена. –  Мы разошлись – забыл? Причём  это была твоя инициатива. Дрессируй прислугу, а я – не твоя собственность и не обязана перед тобой отчитываться. Чего хотел?

- Если ты не забыла, мы всё ещё женаты, - ядовито бросил супруг. – И у тебя двое маленьких детей, которые плачут и требуют маму. Стелла, как ты могла уехать, никому ничего не сказав? И вчера весь день сбрасывала мои звонки!

-  Дети не одни, с ними няня, которую они знают с рождения. И их отец.

- Я работаю!

- Ничего, подождёт твоя работа, никуда не денется. Купишь очередной брюлик, она только рада будет.

- Кто? – театр абсурда – что Стелла несёт??

- Работа твоя, - ехидным голосом продолжила супруга. – Кажется, Алёна зовут. 

- В общем, так, - закипая, начал Воротаев.

- В общем, так, дорогой, - жена оборвала его речь на взлёте. – Вспомни, что ты отец, отложи свою «работу», ничего с ней не случится, проведи время с детьми. Это и им, и тебе полезно. Меня не дергай, я тоже человек, и имею право на отдых.

- Когда это ты так устать успела? – улучив секундную паузу, ввернул Александр. – Хватит дурить, говори, где остановилась, я пришлю людей.

-  Ты меня с Тёмкой не перепутал? Нянька мне не нужна.

- Твоё место рядом с детьми! Хочешь на курорт – поедешь, но только вместе с ними! Стелла, я не шучу – немедленно возвращайся!

- А иначе – что? – голос супруги заледенел. - Ты сказал, что мы расстаёмся. Я не стала спорить и закатывать скандал, ушла, как ты хотел.  Не понимаю, чем ты недоволен?

- Дети…

- С родным отцом и няней, - снова оборвала Стелла. – Я сделала ровно то же самое, что ты собирался сделать со мной – оставила детей на второго родителя и живу без помех и забот. От перемены слагаемых сумма не меняется, правда же? Так чего ты злишься? Не нравится? Извини, расстаться была твоя идея!

- Шалом, геверет! –  мужской голос.

- Привет! – тут же откликнулась женщина.

- Стелла! – зашипел Александр. – Пока ты носишь мою фамилию и живёшь на  мои  деньги  – будь  добра вести себя подобающе! Кто это?

- Просто прохожий, - ответила супруга. –  Тут очень вежливые и приветливые люди. Ты звонишь, чтобы расспросить меня о местных достопримечательностях?

-  Возвращайся, поговорим спокойно, всё обсудим, - скрипнул зубами Александр. –  Признаю, что был неправ, давить на тебя мне не следовало, но ты же понимаешь, что мы попали в совершенно неприемлемую ситуацию? Я не против  твоей свободы, если это не ущемляет права детей и не портит мне репутацию, но категорически против твоих романов, пока мы состоим в браке.

- Знаешь,  Саша, - вздохнула Стелла, - ты, как та собака на сене.  Я тебе не нужна, но отпустить меня и  позволить поступать, как сама хочу, может быть,  найти своё счастье с другим, ты не желаешь.  При этом сам содержишь любовницу. Думаю, нам не о чем разговаривать.

- На что ты будешь жить, идиотка??! От меня ни копейки не получишь! – снова сорвался Воротаев.

- Тоже мне, новость, - грустно произнесла Стелла. –  Я же подписывала брачный договор, знаю, что при разводе ни на что не могу претендовать. Только на твою добрую волю. Захочешь – выделишь что-то, не захочешь – выставишь из дома, в чём пришла. И да, я знаю, что могу оспорить в суде этот договор. Знаю, что по нашему закону при разводе  муж не может  оставить жену с голой задницей, но у меня нет возможности нанять дельного адвоката, а твои юристы меня под асфальт закатают, если только попробую рыпнуться. Поэтому, можешь спать спокойно – твои богатства при тебе и останутся. Ладно, мне уже принесли заказ, больше говорить нет времени, да и желания тоже. Наслаждайся свободой и ни в чём себе не отказывай.

И Стелла сбросила вызов.

Дрянь!

  Через пару минут, когда красная пелена бешенства уже не застилала глаза, Александр вспомнил о безопаснике.

- Входи, Виктор, рассказывай, что узнал, - пригласил он Гутова.

- Вчера Стелла Леонидовна обнулила вот этот счёт, - Виктор Николаевич положил перед Воротаевым листок. – Затем сняла наличные вот с этого счёта, - он ткнул пальцем в строчку ниже. – А потом положила всё на вот эту карту. Билеты и номер в отеле она забронировала по интернету, ещё ночью. Летела бизнес-классом.

- Гм, - Воротаев придвинул листок поближе и вчитался в названия и цифры. – Хорошо, спасибо. Пока больше ничего не нужно.

Безопасник ушёл, а Александр ещё долго сидел, переваривая информацию.

Значит, у Стеллы был свой собственный счёт, она и карту подсуетилась получить. А он ничего не знал! Впрочем, следить за супругой ему в голову не приходило. Так, присматривал, но под колпаком не держал. Оказывается, напрасно.  Вот ведь – свободных денег он жене почти не давал, покупки она оплачивала его картой, то есть, какой-никакой контроль  расходов жены он вёл. Тем не менее, Стелла умудрилась накопить приличную сумму, и он этого не заметил! Интересно – каким образом ей это удалось? Откладывала в месяц по тысяче? Не смешите – копить по тысяче ей потребовались бы больше сорока лет, чтобы накопить полмиллиона, а она за пять справилась. Значит, Стелла заранее готовилась к разводу… Конечно, «подушка безопасности» вышла не слишком пухлая, но с теми деньгами, что он ей сам отдал, на год  жизни, если слишком не шиковать,  ей вполне хватит.

И, похоже, жена чувствует в другой стране себя в безопасности, даже номер телефона не сменила. Или надеется, что он бросит все дела и примчится в Израиль её уговаривать? 

Александр фыркнул - ну, ну, пусть надеется. Посмотрим, на сколько её хватит!

Надо поужинать, потом созвониться с няней, узнать, как там дети. И организовать им обратный переезд.

Конечно, без них в доме спокойнее, но какой смысл держать их в квартире без матери? Вокруг особняка большой ухоженный  участок и  специально оборудованная детская площадка – гуляй-не хочу, а там Татьяна в одиночку с ног собьётся.

- Валентина Сергеевна,  пусть завтра с самого утра горничные приберут в детской, и одну отправьте с шофером на Королёва. Дети с няней возвращаются сюда.

- А детская уже в порядке,  в тот же день всё привели в порядок, - невозмутимо ответила домоправительница. – Продукты на дом отменить? Мне нужно знать, когда вернётся Стелла Леонидовна?

- Стелла Леонидовна в Израиле, на отдыхе, продуктовые заказы отмените, - ответил Воротаев. – И что с кандидатурами второй няни – на вечернее и ночное время?

Разговор с супругой выбил из колеи. Ещё и домоправительница не порадовала.

Нет, желающих занять в богатом доме место второй няни  было предостаточно,  но Валентина Сергеевна забраковала всех, кого прислало агентство.

-  Всё не то, Александр Александрович, - объяснила женщина. – Или  соискательница едва восемнадцатилетие справила, а это, сами понимаете, та ещё нянька будет. И в богатый дом она идет, скорее всего, не работать, а личную жизнь устраивать.  Или в другую сторону  перекос – того и гляди, этой няне самой сиделка понадобится.  Потом, у нас условие  - обязательное владение языком. Так проверяю – и смех и грех.  Подавляющее большинство максимум, что могут – «Лондон ис зе кэпител оф Грейт Бритен».  Тут даже я со своим  английским со словарём понимаю – ни о каком свободном владении и речи не идёт! В общем, катастрофа. До медсправки и остальных требований к кандидатке  даже добраться не успевали, сразу отправляла восвояси.

- Понятно, - Воротаев нахмурился.

- Пока я могу с детками ночевать, - предложила домоправительница. – Татьяна отдохнёт вечером-ночью, а там, глядишь, или няня найдётся, или Стелла Леонидовна вернётся.

- На вас и так полно обязанностей, - возразил мужчина. –  Вы же с ног свалитесь, я своих детей знаю!

Тем более, Стелла Леонидовна в этот дом больше не вернётся, но говорить об этом он пока не станет.

- Ничего, неделю-другую выдержу, - улыбнулась Валентина Сергеевна. – Вечер и ночь, это не так страшно. По идее, к этому времени малыши должны уже устать и мечтать о постели.

Ага, два раза!

Воротаев не был бы столь оптимистичен, ведь он не раз отмечал,  сколько времени Стелла тратила каждый вечер,  чтобы уложить детей спать! А Тёмка мог и посреди ночи проснуться – попить, пописать или потребовать маму.  Нет, работа ночной няни при его отпрысках  курортом не будет! Но раз Валентина Сергеевна сама вызвалась… Тем более что другого варианта всё равно нет – не ему же с ними валандаться?! Он тогда днём наработает, да…

- Хорошо, - сдался Воротаев. – Но няню продолжайте искать!

  Домоправительница ушла, а он всё не мог успокоиться, переваривая последние новости –  надо признать, жена его сделала.    Правда, Александр ни капли не сомневался, что реванш не за горами, но на данный момент ситуация вышла у него из-под контроля.

На весь дом блямкнули уродские псевдостаринные часы, и он, вслушиваясь, начал по привычке считать удары. Одиннадцать!

Сон не идёт,  и если он сейчас что-нибудь не придумает, то опять не выспится, а завтра мальки приедут, дом опять вверх тормашками встанет.  Не уснёт, будет полночи ворочаться, прокручивать в голове телефонный разговор. Нет, клин клином вышибают!

Мужчина снова оделся и вышел к гаражу.

- Отдыхай, Слава, я сам, - взмахом руки отпустил выскочившего на звук полураздетого водителя.

Первым делом воспользовался сотовым.

- Аленький, не спишь?

- Не с кем, - показательно-протяжно вздохнула любовница.

- Помнится, я тебе обещал ночь?

- Было такое, - осторожно ответила женщина. –  Но, вроде бы, ты уже ночевал недавно?

- А проценты?

- Хочешь сказать, что…

- Да, угадала. Сегодня я весь твой, без остатка!

- Сашик!!! Ах ты, чёрт, что ж ты раньше не позвонил? Я бы приготовила что-нибудь особенно вкусное, а так у меня только цветная капуста в кляре, - вспыхнула радостью и тут же расстроилась Алёна.

- Заеду по пути в «Елисеевский», - бодро ответил мужчина.

Когда, спустя полтора часа он подъехал к дому, Алёна выскочила к подъезду, повисла на шее, целуя и смеясь, не скрывая радости, не общая внимания на возможных зрителей.

О, вот в такой дом он хотел бы всегда возвращаться! Вернее,  к такой женщине!

- Сашик, как я соскучилась! – посекундно целуясь, они поднялись по лестнице,  оставив все заботы, весь мир за захлопнувшейся дверью.

 Оказавшись в квартире, Алёна сразу потянулась к его брюкам, торопясь и предвкушающе облизываясь, освободила член и мурлыкнула:

- О, вижу-вижу, ты по мне ОЧЕНЬ соскучился!  Даже не представляешь, как я этому рада! М-м-м! Мой леденец!

Александр шумно вздохнул и, прикрыв глаза, ухватился за стенку – любовница творила что-то необыкновенное. Нет, обыкновенное, но делала это с таким вкусом и энтузиазмом, что уже спустя  десять секунд, он почувствовал, что вот-вот кончит, и был вынужден отстраниться.

- Я хочу тебя всю! Хочу вместе! – прохрипел, поднимая женщину с колен. – Не спеши, у нас вся ночь впереди!

Не в силах оторваться друг от друга, брели в спальню, застревая в рукавах и штанинах, снося стулья и косяки, кусаясь и зализывая, выпивая стоны и поцелуи.

Прохладные простыни? Нет, раскалённые, как тело, которое он в них вжимает. Как воздух, которым дышит. И как шелковистая влажность, куда он вторгается раз за разом, умирая и воскресая, взлетая на вершину и кубарем  скатываясь вниз…

После, отдыхая, они просто лежали рядом, бездумно глядя  в потолок.

Выжатый досуха, мокрый, как мышь  Воротаев, вяло  размышлял, что надо бы в душ, но не хотелось шевелиться.   Он обнял любовницу и прикрыл глаза, вслушиваясь в отголоски оргазма, гуляющие по телу.  Пожалуй, рядом с такой женщиной, которая дарит удовольствие и ничего за это не требует, он готов провести вечность.

- Я в душ, - пробормотала Алёна, соскребая себя с постели. – Сашик, ты – лев! У меня даже ноги дрожат и подкашиваются.

Воротаев довольно рассмеялся, сыто потянувшись.

И замер, поймав интересную мысль…  Почему бы нет?  Надо спросить!

- Аленький, - он просунул голову в ванную.

- Хочешь присоединиться? - ни капли не стесняясь наготы, женщина изящно повернулась, и Александр почувствовал, как внизу  снова потяжелело.

Чёрт, и правда, как двадцатилетний! Вот что значит – желанная и отзывчивая женщина!

- Спросить хочу.

- М-м? Спинку не потрешь? – Алёна протянула руку с губкой и медленно повернулась, демонстрируя совершенные формы. Розовые ягодицы так и манили прикоснуться к ним,  а когда женщина опёрлась рукой о стену и чуть наклонилась, у Воротаева сбилось дыхание. Как под гипнозом он взял губку и принялся водить ею по совершенной спинке любовницы. По спине, по изгибам и выпуклостям, по складочкам,  распаляясь все больше и больше.

- Са-а-шик! – простонала Алёна и, поворачиваясь, задела кран, отчего редкий дождь, который  барабанил по любовникам, стал не только более интенсивным, но и более горячим. Не обжигая, а ещё больше  усиливая ощущения.

Почти сразу в помещении сгустился пар, не позволяя рассмотреть детали в подробностях, но так – на ощупь, почти на одних прикосновениях, получалось более возбуждающе, чем, если бы их тела ничто не скрывало от взгляда.

На этот раз Воротаев не спешил, двигаясь медленно, стараясь прочувствовать, просмаковать, растянуть каждое блаженное мгновение.  Всё усиливающиеся стоны любовницы подстёгивали его собственное удовольствие, растекаясь горячими потоками, сворачиваясь узлом, обещая вот-вот вспыхнуть оглушительным оргазмом.

Потом они домыли друг друга и перебрались в спальню.

- Согласна всю жизнь провести вот так – на кровати, с тобой в обнимку, - пробормотала Алёна, уткнувшись Александру в шею. – Тебе завтра надо рано вставать?

- Надо. Но не буду, - решил Воротаев. –  Знаешь, я почему-то вдруг так проголодался…

- Продукты! – подскочила любовница. -  Где ты оставил пакеты?

- Не… Не знаю, - растерянно ответил Александр. – Где-то тут бросил.

  Через полчаса, накинув на себя, он – штаны, Алёна – длинную футболку, они с аппетитом ели,  откусывая то от  своего бутерброда, то от бутерброда соседа. Смеялись, пачкаясь в кетчупе,  таскали друг у друга самые лакомые кусочки, чтобы потом предложить уворованное тому, кого обокрали.

Александру давно не было так хорошо, так спокойно и настолько свободно.

- Аленький, -  когда первый голод был утолён, мужчина вспомнил, с каким вопросом шёл в ванную. – Ты детей любишь?

- Люблю, конечно, - уверенно заявила Алёна. – Любая женщина их любит. И  мечтает о своих.

- А к чужим ты – как?

- Смотря – чьим чужим, - осторожно ответила женщина. – Ты просто так спрашиваешь или мне начинать беспокоиться?

- Не просто. Понимаешь… Я подумал, а не съехаться ли нам?

- Что??? – у любовницы округлились глаза. – А как же твоя жена?

- Мы расстались со Стеллой, - просто произнёс Александр. – Она сейчас в Израиле, на отдыхе. И я подумал – почему бы нам с тобой не поселиться под одной крышей?

- Ты хочешь переехать… сюда? – Алёна повела глазами вокруг. – Нет, я, конечно, только рада, но...

- Я предлагаю тебе переехать ко мне.  А чтобы ты не переживала за косые взгляды, я же знаю, как ты беспокоишься о своей репутации, то пока мы с женой не разведены официально, я всем представлю тебя ночной няней моих оболтусов. Жить будешь в моём доме, обязанности необременительные, тем более, ты сказала, что любишь детей. Татьяна уходит к себе в комнату, как только накормит детей ужином, тебе нужно будет всего лишь проследить, чтобы они искупались на ночь, зубы там почистили, потом уложить их в кровати и почитать сказку.

- И всё?

- И всё. Ну, если ночью кто-то проснётся, то дать воды или сводить в туалет, он рядом с детской.

- Даже не знаю, что сказать. Я очень-очень хочу быть с тобой и готова смотреть за детьми, если тебе это нужно. Тем более, это твои – выделила Алёна голосом – дети. Но… Что будет дальше? Я ведь, - женщина отвернулась, прикусив губу. – Я ведь привязываюсь к тебе всё сильнее. Если возможно сильнее, чем я уже влипла… Когда вернётся твоя жена, я  не смогу спокойно на неё смотреть! И на тебя рядом с ней! Понимаешь? Лучше ни на что не надеяться, чем прикипеть ещё больше, а потом отдирать по живому.

- Ничего отдирать не надо будет! – Александр взял её за руки и принялся целовать каждый пальчик по очереди. – Стелла уже съехала из особняка в квартиру, туда перевезены все её вещи.

- Она больше не появится в твоём доме?

- Появится, но ненадолго – только чтобы детей забрать. Видишь, тебя не должно беспокоить её возвращение, - Александр с нежностью провёл пальцем по щеке женщины.

- Сашик… Но когда твоя жена заберёт детей, услуги ночной няни станут не нужны, значит, я должна буду  покинуть твой дом?  Я же не смогу оставаться, если подопечных увезут?

-  Я что-нибудь придумаю.  Конечно, Стелла та ещё овца, полная сюрпризов, поэтому  до развода мы не должны давать ей никакого повода. Ты согласишься немного подождать? Прости, сразу расписаться мы не сможем, развод  только через год, это важно для моей деловой репутации. Но как только я окончательно освобожусь от Стеллы, мы тут же с тобой распишемся.  Подумай  над моим предложением – у нас будет целый месяц или больше, в течение которых когда мы сможем наслаждаться друг другом каждый день! Я поселю тебя в комнате жены – по легенде, для того, чтобы ты всю ночь находилась рядом с детьми.  В моей  спальне есть смежная дверь. Прислуга у меня вышколена, тем более, Стеллу никто в доме не любит,  к тебе будут очень хорошо относиться, я об этом позабочусь.  Няня спит внизу, в другом крыле. И ещё – за работу ночной няней я заплачу хорошие деньги.

- М-м, - Алёна прищурилась. – То есть, я приеду к тебе домой в качестве прислуги для твоих детей? А когда вернётся твоя супруга и  заберёт их, она не пожелает оставить ночную няню при себе?  Извини, жить рядом с твоей женой я категорически не согласна.

- Не пожелает. Оплачиваю услуги нянь я из своего кармана, - уверенно ответил Воротаев,  –  и Стелла вполне обойдётся одной Татьяной. Дети уедут,  ты вернёшься к себе. До развода афишировать наши отношения мы не станем, но это не значит, что мы будем редко видеться.  Кстати, ты владеешь английским?

- Нет.

- А компьютером?

- Ну…  включить, зайти на Фейсбук и в почту смогу, - неуверенно ответила Алёна. – Я больше со смартфоном.

- Ладно, по ночам детям английский ни к чему. Так как – ты согласна?

- Скажи, для чего ты это придумал – с няней? Тебе просто нужна женщина на время, чтобы следила за детьми или ты хочешь, чтобы я была рядом? – Алёна чуть отодвинулась, пристально всматриваясь в глаза любовника.

- Я хочу, чтобы ты была рядом. Знаешь, задолбался мотаться через весь город, хочу, чтобы ты ждала меня дома. Хочу засыпать с тобой в обнимку! И совместный душ хочу. Каждый день! А ещё мне вправду нужна ночная няня и это прекрасный повод легально привести в дом женщину, которую я был бы рад назвать своей будущей женой!

- Уговорил, - рассмеялась Алёна. – Когда собираться?

- Завтра утром. Вернее, уже сегодня, - решил Воротаев. – Спи, вставать через три часа!  Спасибо, что согласилась! Обещаю – ты не пожалеешь!

Мужчина  через пару минут уже засопел, по-хозяйски  расположив руку на груди женщины, а Алёна  до утра не смогла глаз  сомкнуть – господи, неужели?? Неужели, дождалась? Два года окучивала, поливала и удобряла, не позволяла себе ни слова резкого, ни взгляда косого. Наконец, приручила, из рук ел, семейными неурядицами делился, но расставаться с женой-ледышкой не спешил. Уже думала, что вытащила пустой билет, что дальше роли любовницы ей не продвинуться,  и совсем собралась срулить на «запасной аэродром», как Воротаев прозрел! Теперь главное – не ошибиться, не спугнуть. Утвердить Воротаева в мысли, что лучше неё он никого не найдёт, стать для него не только необходимой, но  и незаменимой. Присмотреть месяц за парой малолеток?  Да она станет лучшей няней на свете! Подумаешь, двое детишек,  она согласилась бы и за тигром ухаживать, если впереди маячит такая награда, как брак с миллиардером!

Мозг скрупулёзно перебирал возможные варианты и последствия, попутно  разрабатывая тактику, которой ей непременно нужно придерживаться, чтобы не упустить капризную удачу.

Мужик любит ласку, и терпеть не может скандалы и слёзы, от этого она и будет отталкиваться, придерживаясь давно уже выбранной роли.  Нет, слезами можно будет воспользоваться, но аккуратно и, в крайнем случае.  Молча, красиво и безутешно плакать – так, чтобы мужик себя последней сволочью почувствовал.  Если применить вовремя и с умом – действует безотказно!

       Утром она волновалась, как никогда.

- Ты такая бледная, - заметил Александр.

- Переживаю, смогу ли понравиться малышам, - потупившись, призналась Алёна. – Расскажи мне о них.

- Дети… Ну, обычные дети. Шумят, кричат, капризничают, лезут обниматься, - пожал плечами Воротаев. – И без спросу  хватают всё, что плохо лежит. Что хорошо лежит, тоже хватают, поэтому глаз с них лучше  не спускать. Ты собирайся быстрее, у меня время не резиновое!

- А кто из них что любит или не любит? – летая метеором по квартире, торопливо заполняя чемодан, продолжала допрос Алёна. – Во что играют,  чего боятся?

И Александр завис – а чёрт его знает!?

- Татьяна тебе всё расскажет, - недовольно бросил он женщине и заглянул в её чемодан. – Тебе ни кормить их не надо будет, ни играть. Только проследить, чтобы  всю ночь спали. Ты на хрена вечерние платья берёшь? Аленький, и косметики столько – зачем? Ты у меня и так самая красивая, а няня в платье  ценой в полугодовалую зарплату, согласись, как-то подозрительно.

- Что же мне тогда брать? – растерялась новоиспечённая Мери Поппинс.

- На всякий случай – брюки возьми, пару простых платьев, юбку, блузку, бельё. Кстати, у меня для обслуживающего персонала отдельная машинка и место, где сушить постиранное. Ты бельё тоже бери, что  попроще,  кружевами  и шёлком не свети.

- Попроще, - пробормотала Алёна и вытряхнула всё из чемодана. – Придётся заново. И где я попроще-то возьму?

- Собери самый минимум, - решил Воротаев, - а завтра я что-нибудь придумаю,  отвезу в магазин, купишь себе простого белья и приемлемой одежды.

- Сашик, - поинтересовалась женщина, - а как я буду выглядеть в глазах прислуги,  когда они увидят, что ночную няню привёз сам хозяин? Боюсь, тут хлопковые слипы не спасут.

- Нормально будешь выглядеть, - отмахнулся Александр. –  Потом, ты думаешь, мой водитель тебя никогда не видел и не понимает, что я в Митино два года не в шахматы играть езжу? Не пугайся, Слава ни с кем этим не делился, он дорожит своей работой. В своём доме – я хозяин, и моё решение и поступки не обсуждаются, но лучше не выбиваться из легенды. Помни –  мне не нужны сюрпризы при разводе.  И не трясись ты так – в моём доме тебя встретят приветливо и относиться будут с уважением.

Но Алёна всё равно переживала.

Однако всё прошло вполне буднично: Воротаев загнал машину во двор, кивнул ей, чтоб выходила, и быстрым шагом направился к дому.

- Вещи не трогай, их отнесут – бросил ей уже на ходу.

Любовница, едва поспевая, бежала следом.

- Валентина Сергеевна, вот ночная няня. Я всё проверил, она нам подходит. Покажите Алёне Викторовне её комнату, объясните круг обязанностей. Алёна Викторовна, это моя домоправительница, - представил женщин друг другу одновременно. – По всем вопросам насчёт  проживания, питания и работы обращайтесь к ней.

- Конечно, Александр Александрович, -  Валентина Сергеевна повернулась к новенькой и позвала её за собой. – Пойдёмте!

- Как разберётесь, съездите на Королёва, помогите Татьяне перевезти детей, - поднимаясь на второй этаж, крикнул хозяин. – И ночную няню возьмите, пусть дети познакомятся  с ней. 

И ушёл!

А Алёна осталась наедине с домоправительницей. И что-то ей подсказывало, что та знает больше, чем Воротаев изволил рассказать, уж больно внимательно она посмотрела на новенькую!

- Вот здесь вы будете спать, - Валентина Сергеевна  поднялась на второй этаж и толкнула дверь в конце коридора. – Вещи сейчас принесут,  устраивайтесь, а потом прямо по коридору выходите на лестницу, как мы сюда шли, и вниз –  в столовую для персонала.  Вот эта дверь – в детскую. Она должна быть всегда открыта, чтобы вы слышали, как ребятишки спят.  Эта дверь – санузел. Только туалет, чтобы няне не приходилось оставлять детей одних, а душ и ванна для персонала расположены на первом этаже. Форму сегодня подберём, если нужно – подгоним, и с завтрашнего дня получите два комплекта.

- Форму? – пробормотала Алёна, осматривая выделенное ей помещение – чисто, всё необходимое есть, но, конечно, без блеска и роскоши. Голый функционал, хотя, надо признать, довольно уютно.

- Вся прислуга в доме носит униформу. Это удобно, практично и избавляет от недоразумений.

Увидев вопросительно поднятую бровь новенькой, домоправительница пояснила:

- Никто горничную с гостьей не перепутает. И наоборот.  Женская ванная одна на пятерых, она в том конце коридора, где комнаты прислуги. У служащих мужского пола ванная своя, как и туалет. Они живут в противоположном конце крыла.  Вам там нечего делать.

Алёна скривилась – она и не собиралась!

- Завтрак  с шести до восьми, обед  с одиннадцати до часу, ужин в семь.  По желанию – с трёх до пяти – полдник. В любое время, если в этот момент вы не выполняете свои обязанности, можете зайти сюда и перекусить – чай, кофе, булочки.  В комнаты еду уносить запрещено.  В город сможете выбираться только в выходной. Если вам что-то нужно – предметы гигиены, вещи, книги, в общем, если чего-то не хватает – пишите список, в течение суток всё привезут, - продолжала домоправительница. – Также напишите, на какие продукты у вас аллергия или что вы не едите, я передам на кухню.

- А деньги? – перебила Алёна.

- Стоимость покупок вычтут из вашей зарплаты.  Александр Александрович объяснил вам круг обязанностей?

- В общих чертах, - осторожно ответила Алёна. – После ужина искупать детей и уложить их спать. Почитать сказку, дождаться, когда уснут. И находиться рядом, чтобы сразу зайти в детскую, если кто-то проснётся или заплачет.

- Всё правильно. Комната и условия устраивают?

- Д-да.

- Хорошо.  Если вы заметили, то из детской есть смежная дверь – она ведёт в спальню Стеллы Леонидовны. Туда вам выходить не следует, и детей не пускайте. Тёма может проснуться ночью  и проситься к маме. Надеюсь, вы умеете успокоить плачущего ребёнка?  Свои дети у вас есть?

- Нет.

- Младшие сёстры-братья были? Может быть, племянники?

- Н-нет.

- Работали в садике, яслях, школе?

- Нет.

- А детей-то любите?

- Конечно!

- Понятно. Значит, первые дни, пока не привыкните и не научитесь,  будете днём помогать Татьяне – это постоянная няня детей.  Вы завтракали?

- Не успели, проспали. Ой, - Алёна сама от себя не ожидала, что проговорившись, покраснеет.

Домоправительница  восприняла оговорку философски, не показав, что всё поняла правильно.

- Через пятнадцать минут приходите в столовую. Позавтракаете, и мы с вами поедем в город, забирать малышей.

За завтраком никто в душу к ней не лез, и ночная няня несколько успокоилась.  В город отправились на микроавтобусе, и всю дорогу Валентина Сергеевна продолжала инструктировать новенькую.  Она вывалила на Алёну столько информации о привычках Воротаевских наследников, что Алёна немного опешила – как всё запомнить-то?

Тёма любит мультфильм «Щенячий патруль», а Лиза – «Свинку Пеппу». Мальчик терпеть не может чистить зубы, а девочка – мыть голову. От молока у Лизы могут начаться колики, поэтому ей ни в коем случае нельзя разрешать пить из бокала брата, который   без  этого напитка спать не ляжет.   Лизе дают какое-то «Не молоко», няня должна следить, чтобы дети не перепутали стаканы.  Артём любит бегать в одних трусиках, но это запрещено. А Лиза так и норовит лечь спать в носках. А ещё сказки, которые им надо читать… Да она и половины не запомнила!

Голова идёт кругом, сколько, оказывается сложностей с детьми.  Мелькнула мысль – стоит ли возможность каждую ночь доказывать Александру, как ему с Алёной хорошо,  таких мучений с её стороны?  Идеальным вариантом было бы, если  бы Воротаев предложил Алёне приехать в его дом уже после того, как его экс-жена  увезёт этих капризуль. И войти в дом не в качестве няни, а сразу – как невеста и будущая госпожа Воротаева.

      Дети радостно повисли на домоправительнице, поулыбались водителю, а на Алёну вытаращились насторожённо – незнакомая тётя.

- Здравствуйте, дети! –  просияла няня и раскинула руки, собираясь обнять подопечных.

Мальчик сразу же шагнул к Татьяне и спрятался за неё, а девочка отвернулась, показывая, что обниматься не желает.

- Я – ваша новая няня, - продолжила Алёна, делая шаг им навстречу, и дети замерли. – Идите ко мне!

 Артём с рёвом вцепился в Татьяну, а Лиза фыркнула и заявила:

- У нас есть няня Таня, а ты уходи, ты мне не нравишься!

Вот и познакомились…

- Алёна Викторовна, помогите Константину перенести сумки в машину, а мы пока оденем  наших путешественников, - разрядила обстановку  домоправительница.

Новоиспечённая няня потопала к лифту, удивляясь про себя, сколько у мелких барахла! Ладно, одежда, но две огромные сумки игрушек! Куда столько?  А ещё, судя по первому впечатлению, дети привыкли вертеть взрослыми, и если она надеялась на необременительный месяц в доме любовника, то, кажется, просчиталась. Ей надо показать Воротаеву, какая она, в будущем, замечательная мать! Обидно, если на финишной прямой всё сорвётся из-за двух избалованных чудовищ, но она приложит все силы, чтобы этого не случилось.  И начать она попробует со старшей.

- Лизонька, сядешь мне на ручки? – предложила она девочке.

- Дети в машине не сидят на ручках! Дети  ездят в кресле! – заявило чадо и, возмущённо сопя, полезло в салон микроавтобуса.

- Я рядом сяду, можно? – не сдавала позиции Алёна. – Скажи, ты любишь котят?

- Котят? – замерла девочка. – А у тебя… у вас есть котёнок?

Мысленно выдохнув – ура! Тема найдена! – новая няня решила пока не акцентировать внимание на наличии кошки:

-  Тебе какие больше нравятся? Пушистые или не очень? А цвет – белые, пятнистые, полосатые?

- Пушистые. И рыжие, - Лиза зажмурилась от избытка эмоций. – Такие, как лисичка! 

- У меня как раз рыженький.  Нет, скорее, красный, -  продолжала сочинять.

- Правда? – выдохнула девочка и с надеждой добавила. - Покажете??

- Конечно! – легко пообещала Алёна, совершенно не задумываясь, сможет ли она выполнить обещание. Главное – ребёнок пошёл на контакт, перестал сторониться. А котёнок… Найдёт где-нибудь. Уж что-что, а кошки в Москве не дефицит, тем более, если есть деньги.

День прошёл суматошно и тяжело.

Алёна не привыкла  так долго заниматься кем-то другим, а дети, как оказалось, требуют всё внимание обеих нянь. Одни игры чего стоили!  Сто раз наклонись, сто раз присядь, сто раз возьми на руки, сто раз…  К вечеру женщина ног не чуяла и мечтала о постели, причём, одинокой постели. Об ублажении Воротаева даже думать не хотелось.  Но ведь придётся, если мужчина придёт к ней в комнату!

Господи, и как, интересно, справляются  те тётки, у кого и дети, и муж, и работа, но нет, ни нянь, ни повара с горничными?  Настоящая каторга, а не жизнь!

  Татьяна оказалась вполне нормальной. При виде новенькой она нос не кривила, просто нагрузила по горло, по пути поправляя и объясняя, что та делает неправильно.

Одеть или раздеть ребёнка – целая наука. Особенно, если он категорически против переодевания.  А  купание?  После мытья Тёмы на полу воды было не меньше, чем в самой ванне, а няня выглядела так, будто, не раздеваясь,  купалась вместе с мальчиком.

Чистка зубов… Отдельная тема, даже  вспоминать не хочется.

Алёна пошевелила пострадавшей рукой и поморщилась, когда палец прострелило болью. Не ребёнок, а волчонок! Еле сдержалась, чтобы не отвесить хорошего шлепка – сразу бы перестал выделываться! Да нельзя – сын хозяина! Приходится подбирать ключ, находить подход.

Ей повезло быстро найти  интересную для Лизы тему, и девочка  сменила гнев на милость. Теперь она старалась  всё время находиться рядом с няней, поминутно расспрашивая – как там котик?  Глядя на неё, и Тёма перестал дичиться, правда, выполнять просьбы няни по-прежнему не спешил. Ладно, это же первый день, завтра будет легче, а через неделю, когда она детей станет видеть только по вечерам – и того проще.

Уложив детей, Алёна  с трудом погасила разгоревшийся было спор, какую сказку  читать.  Брат и сестра хотели совершенно разные  книги. Пришлось искать компромисс – сначала прочитать немного из выбранной Артёмом сказки, потом то, что хотела Лиза. В результате, дети уснули только через час. 

Алёна подозревала, что после  бессонной ночи и суматошного дня она и выглядит так же, как себя чувствует – восставшим упокойником. Как зомби, женщина спустилась вниз, вялым голосом  ответив на вопрос  домоправительницы – мол, всё в порядке,  ребятишки спят. Быстро ополоснулась и вернулась на второй этаж, в хозяйские апартаменты. Вернее, в комнатку няни, что имела отдельный вход  прямо из коридора и примыкала к детской.

Постель – какое блаженство!

С тихим стоном женщина опустила голову на подушку и провалилась в сон.

- Пи-и-ить!  Мама-а-а! А-а-а!!

Кое-как выцарапав себя из сна, няня вползла в детскую, по пути спросонья ударившись босой ногой о косяк. Мизинец отозвался острой болью, которая никак не проходила, став дёргающейся. Неужели  она умудрилась сломать палец?

Но мальчик голосил, ей пришлось забыть о собственных неудобствах и броситься к ребёнку.  Со сна Тёма забыл новую няню, поэтому, увидев над собой незнакомое лицо, разразился  новыми воплями. Хорошо, что крики разбудили Лизу, которая успокоила истошно орущего брата.

- Это няня Алёна! У неё есть рыжий-рыжий котик! Тёма, не плачь! Завтра няня нам покажет котёнка!

Котёнок и тут подействовал, и, всхлипывая, Артём позволил себя напоить, сводить в туалет и заново уложить. Только вот взбудораженные дети никак не засыпали, чего не скажешь о няне. Промучившись ещё с час, перепев все песенки, более-менее подходящие к ситуации, и два раза  сходив на кухню за тёплым молоком, Алёна наконец-то подопечных усыпила.

И только-только добралась до вожделённой кровати, как…

- Аленький!

Чёрт… Нет, не так – какого хрена, Воротаев?! Только не секс!!!

- Аленький, ты спишь? – мужчина подошёл ближе и наклонился над женщиной. – Ты пять минут назад что-то пела, я слышал!

- М-м…

- Устала, да? – Александр огорчённо вздохнул – он рассчитывал на более тёплый приём, но понимал, что первый день всегда нелегко даётся.  – А я недавно вернулся, слышу – дети шумят. Не стал заходить, чтобы не разгулять их. Ждал, когда заснут. Что, ты совсем никак?

Алёна мысленно застонала и дала себе виртуального тумака – с ума сошла? Подумаешь, устала, ты здесь для чего? Для окончательного охмурения, вот и давай – отрабатывай будущую сладкую жизнь!

- Са-а-шик! – томным голосом произнесла любовница и потянула мужчину за рубашку на себя. – Я скучала!

- Заездили тебя мои дети, да? – озабоченно поинтересовался Воротаев.

- Ой, ну что ты такое говоришь? Они – прелесть!  Я всегда мечтала о большой семье.

- Я тоже, пока не получил двоих мальков, - рассмеялся Александр. – Знаешь, я рад, что ты так оптимистично настроена, но посмотрим,  насколько сократится твоё представление о желательном количестве детей через месяц!

«Гм… Она бы и этих уже «сократила», да приходится терпеть. Скорее бы мамаша возвращалась, да забирала своё орущее потомство!»

- А кто тут у нас такой нетерпеливый? – мурлыкая, любовница умело высвобождала из плена одежды главную мужскую гордость.

Разговоры разговаривать сил не было, лучше уж отсосать по-быстрому, и тогда есть надежда, что удовлетворённый работодатель свалит в свою спальню.

Собрав всю волю в кулак, она расстаралась на славу – Александр еле сдерживал рвущиеся  из горла стоны. И только он  с гортанным рыком излился ей в  рот, как из детской донеслось:

- А-а-а! Боли-ит! Мама-а!

Лиза!

Подорвавшись, радуясь про себя, что  осталась в ночнушке, Алёна бросилась к девочке. Воротаев задержался на минуту – чтобы предстать перед ребёнком в приличном виде, ему  достаточно  было заправить опавший орган в трусы и подтянуть брюки.

- Лиза, что случилось? – хотелось прибить капризулю. Они с братом решили её до нервного истощения довести, не иначе!

- Боли-ит! – девочка плакала, обнимая живот ручками и подтянув к нему ноги.

- Надо врача, - перепуганным голосом обратилась няня к отцу детей. –  Вдруг это аппендицит?

- Сейчас, - Александр бросился вниз, и через пять минут вернулся в сопровождении сонной Татьяны.

- Лизонька, - кинулась та к рыдающей девочке. – Животик болит?

- Да-а!

- Что вы им давали? – спросила няня у Алёны.

- Ничего!  Они искупались, потом легли в кровати, я им сказку читала, - ночная няня сама едва не плакала.

- Ай-яй-яй! А-а-а! Больно-о!

- Молоко пили. Тёплое, - вспомнила насмерть перепуганная Алёна.

- Оба – молоко? – сердито развернулась к ней Татьяна. – Разве я не предупреждала, что Лизе его нельзя? Для неё в холодильнике пакет «Не молока» стоит!

- Забыла, - охнула любовница. – Так устала, что из головы вылетело. Они просили молока, вот я и налила обоим. И подогрела…

- Ясно, - Татьяна отвернулась от новенькой и склонилась над Лизой. – Сейчас я принесу лекарство, и твой животик больше не будет болеть. Потерпи еще минутку, хорошо?

- Да. А-а-а!

- Ма-ма-а!  Хочу к маме! – к соло сестры  подключился проснувшийся Тёма…

Прошло не меньше двух  часов, прежде чем дети снова уснули.

Всё время, пока Татьяна возилась с рыдающей Лизой, Алёна не знала, куда глаза девать. Тёмка опять её забыл или это ревущая Лизка так подействовала, но он наотрез отказался идти к ней на руки, провисев не меньше часа на шее у отца, пока не освободилась Татьяна.

- Я не специально, - трагическим шёпотом оправдывалась любовница, пока няня бегала вниз за лекарством для Елизаветы.

- Ничего, я понимаю, - кивал ей Воротаев, придерживая рукой сына, который ревущей обезьянкой висел на отце. -  Просто, больше ничего им не давай, не спросив предварительно у Татьяны или Валентины Сергеевны. Хорошо?

- Да, конечно, - а что ей оставалось, как не соглашаться? И гадать – отправит наутро её Сашик восвояси или нет? Ей уже хотелось, чтобы отправил…  Оставшись одна, Алёна немного поплакала, жалея себя, но усталость взяла своё, и она быстро отключилась.

   Утро началось поздно – для детей, и рано – для привыкшей спать почти до обеда Алёны. Из-за беспокойной ночи дети не проснулись в обычное время, дав и Алёне поспать лишний час.  Собственно, её разбудила домоправительница, а так бы няня спала дальше.

- Алёна Викторовна, уже восемь часов! Вставайте, приводите себя в порядок и будите детей!

- Зачем? – сонно пробормотала няня. –  Сами проснутся.

- Затем, что у них режим, и его нельзя нарушать, - припечатала Валентина Сергеевна. - Вставайте,  сейчас уже Татьяна подойдёт, поможет вам их поднять и умыть. Покормите детей завтраком, и спускайтесь ко мне, нам надо поговорить.

Новенькая, с тихим стоном сползла с кровати и поплелась в уборную, а домоправительница решила, что переговорить с хозяином даже более срочно, чем с недотёпой-нянькой.  Домоправительница не сомневалась –  выбор ночной няни оказался крайне неудачным, и нужно быть совершенно слепым, чтобы не заметить, что эта  Алёна Викторовна понятия не имеет, с какой стороны подходить к детям.  К сожалению, она прекрасно сумела найти подход к их отцу, надо было ему сразу заявить, что эта ночная «няня» - для него, а не для малышей, всем было бы проще. 

    Александр уже встал и собирался спуститься вниз, когда на лестнице его перехватила Валентина Сергеевна. Пришлось вернуться в кабинет и слушать наблюдения и доводы домоправительницы. 

К сожалению, все аргументы домоправительницы  и Татьяны, которая  подошла чуть позже, и тоже была не в восторге от сменщицы,  хозяин во внимание не принял. Наоборот, отругал обеих, попеняв, что новенький работник имеет право на ошибку, а они – нет. Ибо просчёт Алёны Викторовны – это их вина и недоработка.

- Значит, не уделили должного внимания, не объяснили, как следует.  Она здесь первый день, и отработала наравне с вами, Татьяна, а потом вы пошли спать, а ей дети не дали отдохнуть. Не удивительно, что перепутала пакеты. Кстати, вы их разделите – Тёмино молоко и Лизин напиток. Поставьте в разные холодильники, что ли. Тогда никто уже ничего не перепутает.  Я сказал – няня остаётся!

Женщины только переглянулись, не решаясь настаивать на своём. Хозяин – барин, а Александр Александрович  довольно упрям и не терпит, если ему перечат. А уж про попытку надавить  и говорить нечего – как сухой порох за секунду взрывается, и  полетели клочки по закоулочкам…   Так что – их дело маленькое: приказали – выполнить.  Жалко, что от нерадивой няньки могут пострадать дети. И это значит, что им придётся спать вполглаза, присматривая  ещё и за ночной няней.

-  С кем сейчас дети? – вспомнил о наследниках Воротаев.

- С Алёной Викторовной, ответила Татьяна.

- Она же всю ночь не спала! – возмутился хозяин. – Оставьте женщину в покое, пусть днём отдыхает. Идите, занимайтесь своими делами.

- Видела? – шёпотом спросила Валентина. – Кот из дома – мыши в пляс. Стоило Стелле Леонидовне уехать, тут же притащил свою…  А нам отдувайся.

- Может быть, это не она? – с сомнением возразила Татьяна.

- Она! Её хорошо знает Слава, не раз отвозил и забирал хозяина. Видел, к кому тот ездит. Так что, можешь спросить у него, если интересно и мне не веришь.

- Разве Славик будет языком болтать? Тем более –  женщинам такое о хозяине рассказывать? – засомневалась Татьяна. – В миг работу потеряет.

-  Верно, ничего  Слава мне не рассказывал, но я уверена – если ты спросишь его наедине, то он, возможно,  поделится. Вряд ли станет подробности выдавать, но кивнуть в нужном месте кивнёт. Дескать – да, эта. А я их своими глазами видела. Выходной у меня был, решила съездить в одно место по своим делам, выхожу из метро, и вижу – шагает наш и под ручку вот эту самую «ночную няню» придерживает. Сели в машину и уехали. Вот. Она, конечно, пофасонистей одета была, да и личико намазюкано, но у меня память хорошая. Она это, точно тебе говорю! Ладно, заболтались мы, а ведь дела сами не переделаются! Забирай детей на завтрак, а мне нужно с Алёной Викторовной  побеседовать.