Развод и новая жизнь

— Там твой приехал! Выйдешь к нему? — подружка невесты и одновременно моя лучшая подруга Полина возбужденно шепчет мне прямо в ухо.

Вскакиваю. Поля говорит, конечно же не о моем женихе, то есть муже, который только что ушел на балкон покурить. Мы сегодня расписались в огромном ЗАГСе, стилизованном под греческий Парфенон. А теперь отмечаем свадьбу в одном из самых престижных ресторанов Москвы.

Приехал, конечно, Руслан! А я… Меня в жар бросает. И тут же в холод. Сердце молотит так, что в висках больно.

— Ты пойдешь в этом?! — делает круглые глаза подруга.

— Да!

А как по-другому? Я в свадебном платье со шлейфом, сшитом на заказ. Последние стежки накладывали сегодня прямо на мне, — у Незнанских все обязано быть идеальным — так что быстро снять наверняка не получится. Поднимаю и кладу конец шлейфа на сгиб локтя, как учили, и бормочу в сторону новых родственников:

— Я в дамскую комнату.

Что будет?! Выхожу из-за стола, стараясь не показывать спешки. Моя мама подозрительно смотрит на нас с Полей, так что приходится действительно направиться сначала в сторону туалетов и только потом, пригнувшись за растениями в кадках — ко входу, где меня ждет ОН.

Хорошо, хоть двери здесь не полностью стеклянные, а только фрагментами. Мне нужна еще минуточка, чтобы прийти в себя. Седой швейцар в красивом мундире под старину смотрит на меня добрыми глазами.

— Не говорите никому, где я, пожалуйста! — прошу его.

Он молча, великодушно кивает.

— Сними с меня фату, скорей! — прошу подругу, наклонив голову.

Пусть на мне не будет хоть этого намека на несдержанное обещание. Полина высвобождает заколки, с помощью которых на моих волосах, уложенных в высокую и сложную прическу, намертво приделан веночек из белых цветов с пышными сборками фатина — символ невинности. Как же больно! Не от пары вырванных волосков, а от ситуации.

— Что же ты будешь делать? — причитает подруга.

Не объясниться с Русланом просто не могу. А балкон, на котором курит Матвей — я поняла это только сейчас — находится как раз над входом — нависает над ним в виде козырька! Надо будет говорить тихо и держаться ближе к стене, — стараюсь запомнить.

— А если они подерутся?

Чтобы Матвей Незнанский опустился до драки — не знаю, что должно произойти. Если мордобоя никак не избежать, то скорее он поручит это грязное дело своему водителю, начальнику охраны своей фирмы или наймет телохранителей — в зависимости от масштаба проблемы.

А Руслан Бойцов — точно может. Но он кто?

— Никто. Мальчишка, пацан, — так повторяла моя мама. — Даже института закончить не сумел. Редкая удача, что на тебя обратил внимание такой человек, как уважаемый Матвей Филиппович!

Теперь генеральный директор моей фирмы — мой муж, а Руслан — точно никто. Неужели год уже прошел, и он вернулся из армии? Фату Полина с меня сняла, скрутила и засунула в свою сумочку, но я все еще стою перед дверью, собираясь с духом. Ноги дрожат, в голове туман.

— Ну, так что, Настя? Ты выйдешь к нему или нет? — теребит меня подруга.

— Чего ты о нем так беспокоишься?! — начинаю я психовать. — Сама, что ли, глаз на него положила? Если нужен — забирай!

— Ага, такого заберешь, — Поля сникает и идет в сторону. — Его никто, кроме тебя, не интересует.

Но я в этом не полностью уверена. Мы с ней учились вместе, в одном классе. Бойцов — в параллельном. И живем почти все в одном районе Москвы. Он задира безбашенный, всегда таким был. Придется выйти к нему, а то и правда не натворил бы чего.

—  Теперь, я думаю, тебе уже можно сказать, — неожиданно говорит подруга. — Руслан всех парней на районе запугал, чтобы не смели к тебе подходить.
____________________
Дорогие читатели!
Моя новинка присоединяется к масштабному литературному флешмобу от 40+ авторов с тегом "За поворотом - счастье!" и слоганом "Счастье с несчастьем смешалось, кому что досталось". (Спойлер: моим героям точно достанется хеппи-энд)).
Новые истории моба выходят ежедневно, прочитать их можно здесь:
Читайте на здоровье!
ПРОДОЛЖЕНИЕ МОЕЙ КНИГИ   --->>>

Вот оно что, — думаю. — А я-то решила, что вообще никому не нравлюсь. Только на место моей работы его влияние не распространяется.

Руслан — моя первая школьная любовь, нечаянная, чистая. Кому скажи — не поверит: мы еще не целовались. Даже в ту нашу особенную ночь, которую провели в одной постели.

Когда я пыталась прийти в себя от горя, согреться и уснуть, а он лежал рядом, осторожно приобнимая и пыша жаром, как раскаленная печь. Он рассматривал меня. Словно я для него — произведение искусства типа китайской вазы какой-то древней эпохи или кто-то вроде богини, к которой можно прикасаться только кончиками пальцев, чтобы случайно не оскорбить. Я тоже иногда тайком поглядывала на него.

Многие девочки сами за ним бегали — красавец, спортсмен. Харизма у него ого-го какая... Все это задевало не только других парней, но и меня. Но у нас с ним все было по-другому. Глубоко вздыхаю, словно перед прыжком в воду, и прошу швейцара раскрыть дверь.

— Здравствуй, Руслан, — выхожу на крыльцо.

И тут же мысленно стону. Какой же он необыкновенный! Каждый раз, как я его вижу, он как будто становится еще мужественнее и красивее. Жаль, в последнее время вижу редко.

Глаза яркие, сине-серые, сияющие на фоне темного загара. Короткие черные волосы торчком, брови вразлет, высокие скулы с легкой небритостью. Крепкие нос и челюсти. Он весь статный, сильный, складный и точно горячий. Матвей тоже красив, но совсем по-другому.

На Руслане камуфляж, полувоенная форма с неброскими нашивками. Внизу лестницы стоят несколько других широкоплечих парней в похожей форме, как его свита.

Я всегда испытывала трепет в присутствии Бойцова, который всеми силами старалась не показывать. А сейчас чувствую, что буквально вся дрожу, этого не скроешь. Перед моими глазами проносятся огненные всполохи, в ушах странный шум. Сейчас я уже не уверена в правильности своего выбора.

— Замерзла? — первым делом спрашивает он низким хрипловато-бархатным голосом и раскрывает объятья, как ТОГДА.

Качаю головой.

— Вот ты какая стала, — говорит он без улыбки, в то время как я все еще пытаюсь прийти в себя.

— Что, не нравлюсь? — шепчу.

— Ты мне в любом виде очень нравишься, очень.

—  Руслан, я замуж вышла. Прости, так получилось. Ты полгода не отвечал, не звонил! Что я должна была подумать?! — пытаюсь говорить твердо, чтобы установить границы между нами или оправдаться, хотя он не обвиняет.

Он молчит, не сводя с меня сияющих глаз, словно не знал, что именно здесь отмечают или же не верил, что такое может быть. Вижу, как играют желваки на его скулах.

И мне почему-то кажется, что если он меня сейчас схватит, сожмет вот этими крепкими ручищами и поцелует этими обветренными губами, то я мигом забуду и про Матвея, и про кольцо с крупным бриллиантом на пальце, и вообще про все на свете, кроме Руслана. И побегу за ним.

— Я не мог, не имел права обнаружить себя и подвести других, — наконец отвечает он.

Точно! Он был в командировке, как говорят. Где еще в армии можно в конце апреля заиметь такой загар? Он был в Сирии. Значит, подписал контракт. А я решила…

— Но теперь я здесь, успел. Мне плевать на то, что где-то написано, что ты чужая жена. Это только бумажка. О чувствах в ней ничего не сказано, — хрипит.

— Мы уже не дети, Руслан, — говорю банальность, наверное только для того, чтобы произнести его имя — как же приятно оно звучит!

— Я точно давно не ребенок. И берег тебя не для чужого дяди. Только скажи, и я увезу мою девочку прямо сейчас туда, где мы будем очень счастливы вместе. Если какие проблемы, ребята помогут.

— Нет, Руслан, — кажется, теперь я плачу, — я тоже взрослая. Мы с Матвеем... уже, — и мучительно смотрю в пол.

А когда, наконец, поднимаю глаза, вижу, что парень передо мной побелел лицом, несмотря на загар. Молчит, зубы стиснуты, кулаки — тоже. Глаза бешеные.

— Прости меня, ну, пожалуйста, прости! Ты же всегда был мне другом! — скулю, бросаясь ему на шею.

Он не шелохнулся.

— Ты выбираешь его или меня? — глухим от волнения голосом уточняет Руслан.

Я рыдаю, не заботясь о том, что размажу тушь. Губы трясутся. Не знаю, что ему ответить. Как будто в моей жизни все уже решено, но почему же тогда мне так больно?

В этот момент приоткрывается дверь. Я напрягаюсь, представив себе, что здесь сейчас появится мой муж, обеспокоенный тем, что меня долго нет. Но это всего лишь выглядывает моя мама, а потом и выходит.

— Руслан приехал! — говорю ей, как будто это не очевидно.

— Здравствуйте, Анна Степановна, — басит мужчина, на котором я вишу, как на дереве.

— Доченька, пойдем, — игнорирует Бойцова моя мать. — Тебя все ждут за столом, сейчас начнут искать.

Руслан медленно проводит ладонью по моей шевелюре, а второй рукой внезапно обнимает за талию.

— Я все это время заснуть не мог, пока не представлял себе, что глажу твои золотистые волосы, — говорит он поразительно нежным тоном, и я замираю от звуков его голоса и от его скупой ласки.

— Настенька, пойдем! — строго говорит мама. — Это срочно.

— Но даже если бы ты внезапно стала лысой, я бы все равно тебя любил, — неожиданно говорит он, не отпуская меня.

Он обнимает и поглаживает меня по спине, по плечам. Время замирает, и мне начинает казаться, что сбываются мои самые сокровенные мечты. Замечаю, как Бойцов склоняется ко мне, его губы тянутся к моим и накрывают их.

Наверное, это похоже на небольшое землетрясение, на цунами — все это происходит во мне, когда Руслан впервые целует меня. Я словно улетаю и восторженно парю где-то над землей. Я — птица, я — бабочка, пушинка, ветер. Но и одновременно я страдаю и бьюсь, как пойманная птица, потому что сзади мама зовет меня все более сердитым голосом:

— Дочь, можно тебя на пару слов, прямо сейчас!!!