Развод. Нас обманули

Кажется, у меня сердце сейчас из груди выпрыгнет. Я не понимаю, о чем меня спрашивает мой семилетний сын. Я смотрю на экран, чтобы убедиться, точно ли это мне звонят и точно ли на связи мой сын. Но да… Витька, его улыбающаяся мордашка смотрит на меня, а слова, которые он говорит, кажется, убьют меня сейчас. Лифт открывается, и я, придерживаясь за стеночку, выхожу в квартирный холл.

— Мам, ты слышишь?

— Что? — хрипло переспрашиваю я.

— Ну я гулял и видел, как он ее целовал. И обнимал.

— Вить… может, тебе показалось? Может, ей было нехорошо, и он ей помогал?

Где-то еще теплится надежда, что сыну просто это все показалось, что он что-то недопонял. Что это был не его папа, и что он не целовал никакую другую тетю. Он, конечно, сознательный уже парень, семь лет с хвостом как-никак, но… всякое же могло быть, верно?

— Может, ты что-то не так понял? — с надеждой спрашиваю я, закусываю губу и прикрываю глаза в ожидании вердикта. Я не могу не поверить своему сыну, этот маленький человек еще не может так врать.

— Нет. Он так тебя целовал. Я же видел. Они стояли там, за углом, и целовались. Но я испугался и убежал.

Голова кругом, сердце набатом. И кажется, моему ребенку тоже непросто сейчас, он растерян и напуган, не понимает, что происходит. Не меньше меня самой. Никто из нас не предполагал… Я даже ни разу не подозревала Матвея в том, что он способен на измену.

— И вот тебе звоню… — как-то жалобно и испуганно договаривает мой ребенок.

Я делаю усилие над собой и медленно вдыхаю душный воздух.

— Витюш, а тебя… папа заметил? Он видел тебя?

— Нет. Я спрятался.

— Не нужно прятаться, сынок, иди к остальным деткам, а то он тебя потеряет.

— Хорошо. Мам?

— Спасибо, что позвонил, мы обязательно во всем разберемся, не переживай… — Я хрипло, с надрывом выдавливаю успокаивающие, как я надеюсь, для ребенка слова: — Иногда так бывает. Но мы обязательно поговорим с папой и все тебе объясним, ладно?

Только вот меня эти слова совсем не успокаивают, для меня они звучат смертным приговором. Потому что если это действительно так, то я не смогу простить Матвею измену.

— Ладно, — отвечает ребенок.

— Иди повеселись еще. И помни, что бы ни случилось, мы с папой любим тебя.

Витька отключает вызов. Надеюсь, что он послушает меня. На душе неспокойно. Внутри меня скручивается обжигающая боль. Я мотаю головой, лицо заливают слезы. Теперь можно не сдерживаться. Можно рыдать, сколько есть сил. А их, на удивление, почти нет. Я добредаю до квартиры, со второй попытки открываю дверь и вваливаюсь в прихожую. Дохожу до дивана, ложусь и молча реву.

Не верю, не хочу верить… Приедут — я обязательно поговорю с Матвеем. И он мне все объяснит, просто обязан объяснить, иначе… Иначе я просто не знаю, что делать…

Чтобы муж не заметил красных следов от слез, иду в душ. Нужно привести себя в порядок, выглядеть хорошо, а не дохлой тряпкой.

Кое-как принимаюсь готовить ужин, хотя мне и трудно на чем-то сосредоточиться. День такой богатый на события. Я не жду мужа с сыном раньше шести, но сейчас только три, а в двери поворачивается ключ. Вытираю руки полотенцем и выхожу в прихожую встречать, но там один сын.

— Мам, мам, а тетя Оля обещала купить мне огромного робота! С меня ростом, сказала, купит, — радуется Витька, увидев меня.

— Ничего себе! Где ж она такого возьмет? Нам и ставить-то его некуда.

А сама думаю о своей беременности и о том, что нужно будет куда-то детскую кроватку ставить, а не робота.

— Может, выберете поменьше?

— Ну ма-а-а-ам… Она обещала!

— Ой, раз обещала, может, тогда он будет у нее дома стоять, а ты будешь ходить к ней в него играть? Будете чаще видеться.

— А так можно?

Я пожимаю плечами.

— Может, ты к ней переедешь? – шучу я.

Но ребенок уже не слушает меня, все его мысли занимает какой-то огромный робот. И я даже отчасти рада тому, что Витька вернулся совсем не расстроенный, отвлекся. А может, и совсем уже успел забыть о случившемся. И я не хочу ему лишний раз об этом напоминать.

— Где папа-то? — спрашиваю я, когда Витька уже убегает в свою комнату, а Матвей так и не появился.

— Он сказал, в машину спустится и придет.

Я кусаю губу эти несколько минут, что стою в прихожей, прислонившись к стене, и жду Матвея. Всего несколько минут, а время, кажется, тянется и тянется целую вечность.

— Ты чего тут? — спрашивает муж, когда заходит в квартиру и видит меня.

— Соскучилась, — выдавливаю из себя улыбку и оглядываюсь на детскую комнату. Дверь не закрыта… Витька может услышать.

Матвей закрывает входную дверь, снимает обувь.

— А Ольга где? Чего с собой не взяли?

— Она на такси уехала, — говорит муж, не глядя на меня.

— Совсем ты не любишь мою сестру. Если не к нам, то мог бы просто подвезти. Недалеко ведь живет.

— Сама справится. Она не маленькая уже, как-никак старше тебя и моя ровесница, и она прекрасно умеет пользоваться приложением для вызова такси, — грубо отвечает он.

Матвей какой-то раздражительный, недовольный. Язвит и, как обычно, наговаривает на сестру. И кажется, совсем не настроен на разговор, а мои вопросы ему неприятны.

С одной стороны, это неплохо, что Ольги сейчас нет, ведь нам с Матвеем нужно серьезно поговорить. Я иду на кухню. Только вот Матвей не идет за мной, он уходит в кабинет, и я слышу, как громко хлопает дверь. Решительно направляюсь за ним следом. Какая разница, где выяснять отношения.

Захожу и сглатываю. Муж переодевается. На нем нет рубашки, его крепкий мускулистый торс идеален. Мышцы на спине перекатываются, на лопатке вьется татуировка, которую я так любила целовать… Смотрю, и снова слезы наворачиваются, что какая-то другая девушка тоже это делала.

Я прислоняюсь к стене и разглядываю мужа. Его движения порывистые, какие-то нервные. Он замечает меня и резко разворачивается, как будто не ожидал, что я могу зайти в кабинет.

— Что ты тут делаешь?

Он не смотрит на меня, не смотрит в глаза.

*********************

Рассказ

* фиктивный брак * властный герой * запретные чувства * бывшие * встреча через время *

* очень эмоционально * беременная героиня * случайная встреча *

— Кстати, — Марко придвинулся ближе, — целовалась ли ты за эти пять лет с кем-то еще?

— Это не твое дело, — я окатила его ледяным взглядом.

— Значит, нет, — ухмыльнулся он. — Я так и остался твоим единственным.

Его губы снова коснулись моей щеки, оставляя мягкий поцелуй. Для фотографий. Для родителей. Марко продолжал играть. А в моей груди снова полыхал пожар так и не забытых чувств. Все тело отзывалось и трепетало, как будто все это не было фикцией.

Мне нужен был фиктивный муж, чтобы улететь в Италию. Но я не знала, что улетая, увезу нечто большее, под сердцем.

— Я что, не могу зайти к любимому мужу в кабинет?

— Можешь, — как-то холодно отвечает он, будто совсем не рад возвращению домой. И снова отворачивается.

Подхватывает с кресла грязную рубашку, в которой только что пришел. Проходит мимо меня, даже не взглянув. А я вдруг чувствую запах табака. И он исходит как раз от той рубашки, которую муж относит в стирку. Оборачиваюсь и смотрю, как он кладет ее в стиральную машинку и включает режим быстрой стирки.

Но я уже успела почувствовать…

Сто лет он не курил. Как только мы познакомились, я поставила ему ультиматум, что буду встречаться с ним, если он бросит. И он бросил! И не брал в рот эту мерзость до… сегодняшнего дня…

Я смотрю на мужа молча и не понимаю, что вдруг между нами изменилось, что у него такого произошло, что он снова взял эту отраву в рот и закурил?

Муж возвращается и достает из шкафа новую чистую рубашку. Я закрываю дверь и подхожу к Матвею. Пальцы жжет, как мне хочется провести по его коже, обнять, почувствовать его крепкие объятия. Чтобы поцеловал, приласкал. Похоже, гормоны делают свое дело, делают меня чувствительной.

— Я не ждала вас так рано. Что-то случилось? — подкрадываюсь к теме разговора, от которой внутри все сжимается.

— Нет.

— Ты курил? Табаком пахнет.

Муж молчит, так и не повернувшись ко мне.

— Нет. Там много кто курил.

«На детском празднике?» — думаю я. Могли, конечно, но что тогда Матвей вдруг делал с курильщиками? Как затесался в такую компанию?

Муж наконец смотрит на меня, и я не понимаю его взгляда. Он будто борется с собой, чтобы подойти ко мне, но продолжает держать дистанцию. Он застегивает манжеты.

Как же я люблю своего мужа, я ведь без него не смогу жить.

Влюбилась с первого взгляда. Вчерашняя выпускница и уже успешный бизнесмен. Матвей старше меня на десять лет. Мы встречались совсем недолго, между нами все так быстро завертелось, что уже через три месяца после знакомства Матвей сделал мне предложение и мы подали заявление, а еще через месяц узнали, что станем родителями. А сейчас я смотрю на так когда-то горячо любимого мужа и не понимаю, что между нами происходит.

— Ты куда-то собираешься? Уходишь? — удивляюсь я.

Потому что сегодня выходной. Это наш день, который мы проводим обычно семьей. Я рассчитывала рассказать Матвею о долгожданной беременности… только вот теперь не знаю, расскажу ли вообще, потому что сперва нужно выяснить все подробности того, что произошло на празднике.

— Мне нужно на работу, — с запинкой отвечает муж.

— Как это? — искренне удивляюсь я.

— Дотошный клиент попался, нужно поработать сверхурочно.

— Но сегодня же воскресенье.

Матвей подходит и кладет ладони мне на плечи, вынуждая остановиться и не продолжать свои причитания.

— Форс-мажор.

— Как Витька на празднике? Хорошо себя вел?

— Нормально, как обычно. Под конец, правда, надулся что-то и захотел вернуться домой.

Я часто моргаю, чтобы не заплакать. Сыночек был шокирован и больше не хотел играть и веселиться. У меня до сих пор в ушах стоит его вопрос, который мгновенно вошел мне в грудь, как холодный нож. Резко и больно. До самого сердца. Но мой мальчик не виноват, он сам не знал, какую рану нанесет мне, когда говорил об этом. Дети чистые, искренние, они говорят правду и не могут врать.

— И никак не получилось его уговорить остаться?

— Никак, только твоя сестра смогла его отвлечь, пообещав ему какого-то робота.

— Удивительно, не замечала раньше за ней подобного, она редко с ним общается.

Матвей пожимает плечами и отходит.

— Даже удачно вышло, я побольше поработаю. Не хотел оставлять Витька с твоей сестрой.

Я закатываю глаза. Если его не остановить, опять начнет на нее наговаривать.

— Я хотела с тобой поговорить.

— Мне нужно ехать, — говорит муж и выходит из комнаты.

Я догоняю его в прихожей.

— Ты даже не поцелуешь меня? — спрашиваю я и надеюсь, что он не слышит, как дрожит мой голос.

Я очень нервничаю, мне нельзя, но я ничего не могу с собой поделать. Потому что мне кажется, что если он сейчас уйдет, то уже навсегда, то наша счастливая жизнь закончится.

Матвей оборачивается. Он высокий, выше меня почти на голову, я ему только до плеча достаю. Он наклоняется и целует меня в лоб.

— Пока.

Прежде чем он отвернется, я успеваю заметить, как он морщится.

Как будто от боли…

Он врет… он скрывает от меня что-то… и просто сбегает от разговора.

Возможно, он даже в курсе, что Витька застал его. Но я больше не успеваю ничего возразить, потому что входная дверь уже закрылась.

Мне нужно с кем-то поговорить, с кем-то обсудить, узнать подробности. Слышу из детской звук работающего телевизора: Витька включил мультики. Но не к нему же идти с расспросами.

Я медленно поглаживаю живот и кусаю губу, размышляя. И словно лампочка, в голове загорается ответ: Ольга, там же на празднике была еще моя старшая сестра.

Я набираю ее номер. Может, она что-то видела? Ведь если она в курсе, она обязательно мне расскажет! Должна! Как-никак моя сестра, пусть и сводная.

Ольга отвечает не с первого раза.

— Алло? — тоже как-то раздраженно спрашивает она.

— Ну наконец-то, до тебя не дозвониться.

— Извини, я занята. Что ты хотела?

— Я думала, может, если ты свободна, заедешь? Посоветоваться хочу с тобой… насчет Матвея.

— Давай завтра? — такое чувство, что Ольга хочет скорее закончить разговор. — Сейчас никак не могу, ко мне парень должен приехать.

— Оу, так бы сразу и сказала, — нервно улыбаюсь. — Напиши тогда завтра вечером, как сможешь.

— Я, может, отпрошусь с работы и днем заеду.

— А Матвей тебя отпустит?

— Слушай, он, конечно, у нас строгий босс, но если я очень хорошо попрошу, то он отпустит, — ухмыляется Ольга.

— Хорошо, буду ждать тебя.

*********************

* развод * босс * абьюз * очень эмоционально * властный герой *

* служебный роман * второй шанс * запретные чувства * настоящий мужчина *

* мелодрама * бесплатно*

— Это... мой начальник, — я пытаюсь сделать шаг назад, но за спиной была уже стена. — Он просто подвез.
Я говорю правду. Умалчивая о том, что он предлагал мне спасение, от которого я отказалась.
— Врешь! — Димина ладонь ударяет по моей щеке так неожиданно, что голова откидывается назад и ударяется о стену.
В глазах темнеет.
— Дима, пожалуйста... — я прикрываю лицо руками, но муж хватает меня за волосы, заставляя смотреть на него.
— Ты думаешь, я не вижу, как ты на меня смотришь? Как боишься? — его дыхание обжигает лицо. — Ты моя, поняла? Никто тебя не спасет.
Он толкает меня, и я падаю на пол, среди осколков. Они впиваются в ладони.
Но эта боль ничтожная по сравнению с тем, что творится внутри.

Отключаю вызов и без сил опускаюсь на диван. Вся надежда на Ольгу, что она что-то видела и расскажет. Иначе я просто с ума сойду. Сперва соберу все сведения, а потом буду предъявлять Матвею обвинение. Чтобы он не смог отвертеться.

Боль предательства окутывает меня, я уже чувствую ее в воздухе, как она давит, забирается в легкие и не дает дышать, не дает сделать вдох полной грудью. И так будет всегда, если мой сын оказался прав и ему ничего не показалось. Потому что если Матвей изменил мне, то нас больше не будет. От меня просто не останется ничего. Я не смогу дышать без него. Глаза снова печет.

Мы с Матвеем познакомились… можно сказать, через Ольгу. Когда я после вступительного экзамена ехала к ней на работу, она мне сказала, в каком ресторане ее ждать. Она должна была закончить какое-то важное поручение своего нового босса и подойти. И вот, пока я ждала ее, мы с Матвеем и познакомились. А когда пришла сестра, оказалось, что это и есть ее новый босс, из-за которого она чуть ли не ночевала на работе, чтобы угодить ему и получить повышение.

Ольга пыталась меня отговаривать от встреч с ним, говорила, какой он строгий на работе, как гоняет подчиненных, пугала, что таким же он будет и со мной. Говорила, что мне нужно сначала выучиться, а потом уже с мальчиками встречаться. Но Матвей и не был мальчиком. Он на десять лет старше меня, да и… не могла я с ним расстаться, я уже по уши была в него влюблена. С первого взгляда, с первой улыбки, с первой фразы. Как и он в меня.

А теперь я сижу в темной комнате и заливаюсь слезами, потому что мне кажется, что больше между нами не будет ни улыбок, ни фраз.

Утираю нос и сопли, споласкиваю лицо и иду в детскую. Рядом с моим мальчиком мне всегда спокойно.

Я очень рада за сестру, что у нее наконец-то отношения с кем-то. Хоть она и не показывала, но я замечала в наши редкие встречи, что ей непросто оттого, что ее младшая сестра уже в восемнадцать выскочила замуж и имеет ребенка, а она до сих пор нет. Мы даже отстранились, стали реже общаться и видеться. Она переводилась в филиал в другом городе, уезжала на несколько лет, но три года назад вернулась.

Когда укладываю Витьку спать, он спрашивает:

— Мам, а папа скоро вернется?

Я смотрю на часы и нервно покусываю губу. Весь вечер я не нахожу себе места. Уже десять, а Матвей так и не вернулся.

— У папы много работы, он поздно приедет.

А сама сдерживаюсь, чтобы не показать сыну, как я переживаю. И надеюсь, что он вообще вернется, а не уехал к любовнице, о которой я так неожиданно узнала.

— Вить… — хочу спросить у него о той тете, которую он видел с папой. — Помнишь, ты мне сегодня днем с праздника звонил?

— Да, — сынок увлеченно листает книжку, выбирая сказку.

— А ты… знаешь ту тетю? Я бы хотела ей позвонить.

— Нет, мне из-за кустов было плохо видно.

— Из-за кустов?

— Ну да… Ну и там же все были в одинаковых футболках.

Я часто моргаю… не понимаю. В груди вдруг начинает трепыхать надежда: а может, ничего и не было? Может, ребенку показалось? Может, это вообще был не Матвей и не его он видел?

— Ладно, спи, не думай об этом.

Я целую Витьку в щеку, выключаю свет, оставляя только ночник, и выхожу.

Я не дожидаюсь, когда вернется Матвей, на часах уже полночь, а его все нет. Звоню ему, но он отвечает не сразу, мне приходится выслушать несколько длинных гудков.

— Матвей, уже поздно, ты скоро?

— Не жди меня, ложись спать, — как-то отрешенно говорит он.

— Что значит «не жди»? — пугаюсь я.

— У меня еще вал работы. Когда разгребу и закончу с документами для клиента, приеду. Спи.

— Ладно… — я отключаю вызов.

Глубокой ночью, когда я уже сплю, я чувствую, как Матвей обнимает меня со спины. Узнаю его теплые ладони. Он прижимает меня к себе крепко-крепко и целует в макушку. Но выбраться из его объятий у меня нет ни сил, ни желания, и сон не отпускает. Только вот мне опять мерещится запах табака, и я просыпаюсь.

— Ты снова начал курить? — спрашиваю я.

— На работе напряженка.

Я выпутываюсь из его объятий, приподнимаюсь и смотрю на некогда любимое лицо мужа. Я и сейчас его люблю, но все слова сына никак не выходят у меня из головы, они разбивают мне сердце.

— Мне сегодня Витя звонил, с праздника, — говорю я.

Матвей отпускает меня, больше его руки не греют меня. Да и могут ли они теперь согреть, если муж трогал другую? Он ложится на спину. Его лицо напряжено, он хмурится. Он не смотрит на меня, берет телефон и начинает листать ленту новостей.

— Зачем? — спрашивает Матвей, как будто ему совсем неинтересно.

Набираю в грудь побольше воздуха и выдыхаю. Слова никак не хотят выходить, я сглатываю.

— Он сказал, что видел тебя с другой. Как ты целовался с другой, — быстро произношу я и замираю.

Сердце, кажется, останавливается и перестает биться в ожидании ответа. Во все глаза смотрю на мужа, взгляд бегает по его лицу, в поисках реакций и ответов.

— Что за бред? — хмыкает он.

Я пожимаю плечами, но не отвожу взгляда.

— Где ты был сегодня вечером?

— Юль, что за допрос? — Матвей сердится и наконец смотрит на меня. — Я был на работе.

— А почему от тебя сигаретами несет?

— Тебя это беспокоит? У меня важный клиент, которого я не хочу упустить.

— Нет, меня беспокоит то, что раньше я этого противного запаха не чувствовала от тебя. И еще меня больше всего беспокоит то, что было сегодня на детском празднике, что видел наш сын, — с холодной решимостью произношу я.

— Юль, честно, не придумывай, а? Мало ли кого он там видел, мы все были в одинаковой одежде, в одинаковых футболках.

— И ты хочешь сказать, что наш сын мог перепутать тебя и какого-то другого мужчину?

— Юля… — муж откладывает телефон и тянет ко мне руку, берет за запястье. Но я не даюсь. Ответы мне сейчас важнее. Иначе сойду с ума. И неожиданно муж злится. — Не придумывай глупостей! Я ни с кем, кроме тебя, не целуюсь.

Я часто дышу, пытаюсь нащупать ложь в его словах. Или правду. Я очень хочу ему верить, очень, но пока не могу.

******************

* запретные чувства * разница в возрасте * героиня старше *

* абьюз * настоящий мужчина * сопротивление чувствам * герой добивается героиню *

— Кристина, вот ты говоришь все «дочь, дочь, дочь…» и ни разу не упомянула о муже.

Я веду плечом, будто это ничего не значит.

— Ты каждый раз дергаешься, когда я к тебе прикасаюсь. И ты знаешь, я вспомнил! — продолжает он, а я хмурюсь. — Там, в бассейне. Там ведь был он? Мужчина с девочкой. Я понял это, только когда вчера увидел твою девочку и узнал ее.

— Что это меняет? Ты меня не слышишь? У меня семья.

— Я хочу тебя поцеловать — ты вся пугаешься. Я поднимаю руку — ты вздрагиваешь. — Адриан разглядывает мое лицо. — Он тебя настолько запугал? Чем он тебя держит, угрожает ребенка отнять? Или что?