Развод под Новый год, или Драконам здесь не рады!

— Идиотка! — услышала я крик разъяренного мужчины, словно через одеяло, так было глухо.

Я ничего не видела, темнота застилала глаза, хотела сделать вдох, но меня окружала вода. Дикая паника захватила меня.

Последнее, что помнила: как ехала по мосту, шел мокрый снег, было очень скользко, а потом та собака — выскочила из ниоткуда. Я резко крутанула руль, одновременно нажав на тормоз, машину понесло, потом удар, ощущение полета и еще раз сильный удар. Салон быстро заполняла ледяная вода, я попыталась выбраться, но все тщетно. Дверь заклинило, а окно никак не разбивалось…

Кто-то крепко схватил меня за плечи и вытянул из-под воды. Я сделала шумный вдох, захлебываясь, ощущая, что в легкие попала жидкость. Долго-долго кашляла, во рту даже появился привкус крови, но я могла дышать! Темнота в глазах постепенно рассеивалась.

Вдруг тот, кто все еще держал меня за плечи, несколько раз тряхнул меня так, что я клацнула челюстями.

— Камила! — закричал незнакомец. — Чего ты этим добивалась?!

— Мила, — механически его поправила.

Меня так и зовут, но почти все при знакомстве спрашивают, какое полное имя. Кто-то называет Людмилой, кто-то — Камилой, но я просто Мила. Мужчину, который кричал на меня, я не знала.

Он словно и не заметил этого поправления, продолжая сверлить взглядом совершенно черных глаз. Кажется, у него контактные линзы, не бывает настолько черных радужек, что даже зрачка не видно, а еще как будто внутри глаз пламя пышет. Экстравагантные у нас, однако, спасатели теперь служат. В том, что это был представитель МЧС, я не сомневалась. Кто еще мог вытащить меня из реки после аварии?

Я не могла сфокусировать ни на чем взгляд, только его глаза, как две дыры, притягивали внимание. Пришлось даже вяло потрясти головой.

— На что ты надеялась, я спрашиваю? — продолжал незнакомец орать мне в лицо. — Неужели хотела вызвать жалость? Ты знала, на что шла, когда выходила за меня замуж, я тебя не обманывал!

— Замуж?.. — растерянно переспросила.

Я никогда не была замужем. Как-то не сложилось, не встретила того самого, наверное. Не знаю. У меня несколько раз случались довольно серьезные отношения, но до свадьбы не дошло.

— Не прикидывайся недалекой! — уже рычал от ярости черноглазый. — Ты хотела, чтобы во всем королевстве судачили о том, что советник короля довел жену до утопления? Какого черта ты делала в фонтане?!

Королевство? Советник? О чем этот тип вещает?

— Я… — испуганно посмотрела на него и наконец смогла отвести взгляд от страшных глаз. Осмотрелась и обомлела. Кажется, я все же в этот самый момент умираю, и голодающий без кислорода мозг подбрасывает галлюцинации. Я читала, что такое бывает. Но всяко лучше, чем осознавать, что я одна в медленно погружающейся на дно глубокой реки машине, и понимать, что это конец.

Во-первых, стоял яркий день, хотя я ехала домой вечером после работы, и уже совсем стемнело. Во-вторых, я находилась во дворе какого-то средневекового замка. Он был столь огромен, что мне пришлось задрать голову, чтобы увидеть его шпили. В-третьих, одежда незнакомца… Он как будто только что пришел со съемок исторического фильма.

— Ты не из МЧС, — сказала неуверенно и снова закашлялась. В горле сильно саднило. Меня бил озноб. Единственное, что соответствовало действительности, так это снег вокруг. Большие сугробы укрывали землю. Я медленно повернула голову к фонтану. Вода в нем пульсировала, как живая, и переливалась всеми цветами радуги. Почему зимой работает фонтан? Это ведь неправильно. В моем городе выключают фонтаны на зиму. Мозг зацепился за эту деталь и никак не хотел ее отпускать.

— МЧС? Что? О чем бы болбочешь?

— Фонтан… Почему фонтан работает? — спросила я, будто это самое важное в сложившейся ситуации.

— Ты головой ударилась, Камила?! — мужчина еще раз тряхнул меня. — Только не говори, что упала туда случайно!

Меня так колотило, что челюсти стучали друг об друга.

— Как же ты мне опостылела! — со злобой в голосе проговорил со сжатыми зубами мужчина и подхватил меня на руки, быстро направившись в замок. — Еще раз утворишь нечто подобное, я помещу тебя в лечебницу для душевнобольных. Поняла меня?!

В его руках стало теплее. Я все еще была мокрая, но от тела этого человека веяло жаром. Почти не осознавала смысл того, что он говорит.

— Камила! — все не мог успокоиться мой спаситель. — Ты. Меня. Поняла? Скажи это вслух!

— Поняла, — произнесла то, что он хотел, только чтобы он не орал на ухо.

Если это мои последние мгновения жизни, даже хорошо, что мне стало так тепло в его объятиях. Показалось, что мы шли долго, я даже начала засыпать. А он так легко меня нес, как будто я вообще ничего не весила.

Но наше уединение вдруг нарушили крики нескольких женщин.

— Мистер Рейндбер! — завопила одна.

— Миссис Рейндбер! — вторила ей другая. — Что случилось?!

— Миссис Рейдбер поскользнулась и случайно упала в фонтан желаний, — совершенно невозмутимым тоном объяснил черноглазый и бесцеремонно кинул меня на что-то мягкое. Я ойкнула и открыла глаза. Вот нахал! Кидает, словно я мешок картошки какой-то.

— Позаботьтесь о ней! — кинул он, удаляясь.

Я проводила его взглядом. Он быстро уходил из просторного зала, в который меня принес. Здесь было все такое… старинное. Вернее, как будто новое, но в стиле века восемнадцатого или девятнадцатого. Если честно, я плохо разбиралась в истории, хотя не раз бывала на экскурсиях, я как-то больше по юриспруденции. Одно могла сказать точно: дух этого замка был настоящим.

Вокруг меня бегали две женщины: одна молодая, моего возраста, с каштановыми волосами, стройная, даже немного костлявая, с огромными испуганными светло-карими глазами; вторая уже за пятьдесят, блондинка с проседью, слегка полноватая, но эта пухлость ей даже шла, она как будто убирала часть возраста.

— Миссис Рейндбер! — запричитала женщина постарше. — Ну как же так? Так же простудиться недолго! Льона, скорее неси полотенце, а потом предупреди кухарку, чтобы нагрела молока с маслом!

Молоко с маслом? Эта она для меня? Бр-р-р! Гадость какая! Я это пить точно не буду.

Молодая кинулась исполнять поручение, а у меня так все колотилось, что я была не в состоянии сказать ни одного слова. Только до скрипа сжимала зубы, потому что в противном случае даже в другом конце замка все услышали бы чечетку, отбиваемую моими челюстями.

— Ну что ты так долго?! — накинулась на помощницу женщина, когда та снова появилась.

Я предположила, что они обе могут быть служанками, потому что были одеты в одинаковые блузки и юбки светло-кремового цвета.

На меня накинули полотенце и принялись растирать.

— Нужно снять с вас мокрую одежду, — высказала дельную мысль все та же служанка. — Можете идти?

Я лишь кивнула. Если сейчас смогу стащить с себя эту безумно тяжелую и холодную тряпку, которая, очевидно, в лучшие времена называлась платьем, все равно кто и куда меня поведет.

Меня взяли под руки потащили на лестницу, мы поднялись на второй этаж. При этом я чувствовала себя очень странно. Тело было… непривычно грузным. Подъем показался очень сложным и долгим, несмотря на то, что обычно я могу спокойно и без одышки пройти и пять этажей. Наверное, всему виной это дурацкое платье из бархата, которое, намокнув, стало весить целую тонну.

Наконец мы поднялись, и меня подвели к одной из дверей, которых по коридору я увидела несколько. Я не сопротивлялась, пусть тащат, все равно это все не по-настоящему. Хотя холод я ощущала очень даже реально. Предположила, что тело на самом деле медленно погибает в ледяной реке, именно поэтому я настолько замерзла.

А мои галлюцинации продолжались. Пока одна служанка стаскивала с меня мокрую ткань, вторая подкинула в очаг дров и принялась раздувать огонь с помощью мехов, а потом начала расплетать мне прическу. Я подошла ближе к очагу и протянула к нему ледяные руки, тут же дернувшись.

Это не мои руки! Другая форма пальцев, кожа очень бледная, почти с синеватым оттенком, будто я никогда в жизни не бывала на солнце, да и предплечья были гораздо полнее, чем мои! Я всегда старалась придерживаться правильного питания, поэтому с фигурой все было в порядке. С сильно бьющимся сердцем оглядела свои ноги, которые служанка уже тоже освободила от платья. Ощупала себя, не веря глазам и тактильным ощущениям. Широкие бедра, живот… Если это галлюцинации, то почему я как будто не в своем теле? Как это понимать?..

— З-зеркало, — сквозь зубы процедила.

— Вот же, миссис Рейндбер, — услужливо указала мне та, которую назвали Льоной, на огромное зеркало в позолоченной раме от пола до потолка.

Уже не ощущая холода, я медленно подошла к нему, оставаясь в одном полотенце на плечах.

Стояла и пялилась на себя. Просто смотрела и не могла понять, почему в отражении другая девушка. Я сошла с ума? Мокрые волосы были светлые, такие же, как и у меня, только намного длиннее, они доходили до бедер, касаясь кожи ледяными кончиками. С волос еще капало, но я уже почти ничего не замечала. Только девушку, которая смотрела на меня по ту сторону зеркала.

Кто ты? Кто же я? И где я оказалась? Как оказалась?

В отражении стояла девушка лет на десять моложе меня. Я видела, что ей не больше двадцати. Провела рукой по телу, пытаясь осознать, что чувствую кожей руки то же, что вижу. Глаза меня не обманывали. Она и есть я… Подошла ближе, рассматривая лицо. Внушительные щеки, немного проступивший второй подбородок… Зато у нее были очень милые пухлые губы, ярко-малиновым пятном застывшие на бледном лице. А вот цвет глаз один в один мой — светло-голубой.

Пока я, пораженная, рассматривала отражение, служанка принесла платье. Оно совсем не походило на то, которое только что с меня стянули. Новая одежда была мягкая и легкая. Меня вытерли и, завернув волосы в другое полотенце, натянули сухое платье прямо на голое тело.

— Миссис Рейндбер, залезайте в кровать, скорее! — поторопила молодая служанка.

Я молча выполнила команду, слишком потрясенная, чтобы что-то говорить.

— Льона! Ну-ка, принеси миссис Рейндбер ужин да не мешкай! Уж сытный ужин точно вас порадует, — улыбнулась женщина.

Я чувствовала, что нравлюсь ей, она опекала меня, будто родная мать. Я давно не была близка со своими родственниками, предпочитая жить отдельно, встречаясь с ними только пару раз в год на дни рождения и Новый год, чтобы подарить подарки и забыть о существовании этих людей еще на несколько месяцев. Не знаю, почему так повелось, но члены моей семьи никогда не были особо близки.

Я всегда гордилась независимостью. Но что в итоге имела к тридцати с небольшим хвостиком? Однокомнатную квартиру на окраине города, автомобиль, за который только недавно выплатила кредит, и работу. Хорошо оплачиваемую и любимую, но все же только работу. Мужа у меня никогда не было, отношения не складывались, детей тоже не родила, да даже кота не удосужилась завести. Думала, что еще много времени впереди, а в итоге ничего и не успела.

Я все время прокручивала в голове тот момент перед падением. Собака… откуда она взялась? И ее шерсть в свете фар как будто переливалась радугой. Иногда на асфальте остаются радужные разводы от бензина. Вот точно так же выглядело животное. Разве такие бывают? Может, мои галлюцинации начались гораздо раньше, чем я упала с моста? Может быть, все и произошло именно потому, что эта чертова собака мне привиделась? Я читала, что так бывает при опухолях в голове.

Замотала ею, а потом обхватила ее руками. Она раскалывалась. Хотелось спрятать ее куда-то от неяркого света камина и нескольких светильников. Замок… Слуги… Чужое тело… Что, черт возьми, происходит?!

— Вот, миссис Рейндбер, — в комнату снова вошла молодая служанка, таща огромный поднос. Она аккуратно водрузила его поверх одеяла, под которое я залезла, начиная согреваться. — Ужин обязательно вернет вас в хорошее расположение духа. А вот ваше любимое горячее молоко с маслом.

Меня передернуло от одного вида этого напитка.

— А можно мне чая? — робко спросила, глянув на старшую служанку. Мне показалось, она главнее Льоны.

На миг та опешила, но быстро взяла себя в руки и посмотрела на девушку:

— Ну? Что встала? Слышала? Миссис Рейндбер желает чаю.

— Да-да, сейчас, конечно же, — юркнула обратно за дверь Льона. Мне было несколько совестно, что из-за меня ей приходится, словно горной козе, скакать туда-сюда по лестнице.

Вопреки потрясениям, я ощущала дикий голод. На подносе стояла тарелка с толстыми ноздреватыми блинами, обильно политыми топленым маслом и медом, белый хлеб, какая-то каша или что-то близкое к тому, тоже на молоке, несколько отварных яиц, порезанных на половинки, виноград, твердый сыр и какие-то сухофрукты.

— Зачем так много еды? — посмотрела я на оставшуюся со мной женщину.

— Разве ж это много? — по-доброму хохотнула она. — Вот увидите, вы сейчас съедите и добавки попросите!

Тут еды было как минимум на два дня, а она предлагает мне это съесть все за раз?

Вздохнув, я съела два яйца, пару кусочков сыра и несколько ягод винограда.

— Уносите, — наевшись, отдала поднос служанке, имени которой я до сих не знала.

— Миссис Рейндбер, вы заболели? — встревожилась моя собеседница. — Может, вызвать лекаря?

— С чего бы это? — не поняла я. Хотя, может быть, врачу показаться и не мешало бы. Но разве здесь, во всем этом непонятном средневековье или вроде того, могут быть современные приборы типа КТ или МРТ? Как мне голову проверят-то?

Нет, нужно во всем разобраться самой. Может быть, когда я усну, то все это пропадет?

И вдруг я испугалась. А что, если это конец? Вдруг когда я засну, уже не проснусь? Так не лучше ли быть здесь? Дышать, говорить, чувствовать телом мягкую постель? Пусть даже в таком странном месте, но я жива!

— Вы ничего не съели.

А яйца, сыр и виноград для нее считается ничем? Странная она.

— Завтра поем, — отмахнулась я, не желая больше об этом говорить. — Лучше скажите, что это за колодец такой, в который я упала?

Служанка недоверчиво на меня посмотрела, потом подошла и потрогала мне лоб.

— Лихорадки нет, хвала небесам, — пробормотала она.

— Так все же?

— Не колодец, а фонтан, — все еще настороженно на меня посматривая, исправила собеседница. — Стоит тут испокон веков, им многие поколения владеет семья вашего почтенного супруга.

Если только предположить, что все это — по-настоящему, а не деятельность умирающего мозга, я оказалась именно в том странном фонтане, а значит, с него и нужно начинать расследование.

— А давно я замужем?

— Миссис Рейндбер! — всплеснула руками женщина.

— Я… мне кажется, я ударилась головой. Некоторые моменты как будто стерлись из памяти, — вздохнула, соврав, чтобы выудить у служанки информацию. — Уверена, что все восстановится, как только я отдохну.

— Хоть бы все обошлось! — расстроенно вздохнула та. — Три года, — все же ответила она. — Вы замужем почти три года. Считай, на новогодье ровно три будет.

— Угу, — я закусила губу. — Хорошо. А что за фонтан? Почему его называют фонтаном желаний?

— Так… — женщина даже растерялась, почесав затылок, на котором был строгий пучок волос, из которого не выбивалось ни единой прядки. — Так потому что желания исполняет.

— Что, правда? — я расширила глаза. — Любые?

— Почти, — вздохнула сбитая с толку собеседница.

— Это как понимать?

В этот момент в комнату тихо вошла Льона, неся в руках большую кружку, от которой поднимался густой пар.

— Вот, миссис Рейндбер, ваш чай.

Я взяла его, грея о горячие стенки чашки замерзшие пальцы. Тело уже почти согрелось, но руки все еще оставались холодными. Напиток был ароматным, от него пахло травами и медом. Отхлебнула. Чай оказался очень сладким, я обычно пила без подсластителей, но мед еще можно было потерпеть.

— В следующий раз мне несладкий, пожалуйста, — предупредила на всякий случай. А вдруг я все же не исчезну, и мне предстоит тут жить? Лучше пускай знают о моих предпочтениях.

После этих слов обе переглянулись.

— Х-хорошо, — неуверенно сказала Льона. — Как скажете.

— Так что там с колодцем? — напомнила я о самом интересовавшим в тот момент меня вопросе.

Под недоуменный взгляд Льоны старшая служанка продолжила рассказывать:

— Фонтан исполняет любое желание, но загадывать нужно очень осторожно, потому что магия фонтана работает…

— Магия? — переспросила я.

Видя немой вопрос в глазах напарницы, старшая объяснила ей:

— Миссис Рейндбер ударилась головой и частично потеряла память, она пожелала узнать о фонтане желаний.

— Так что, фонтан обладает магией? — перебила ее я.

— Ну, разумеется! — воскликнула Льона. — Иначе как бы он смог исполнять желания?

— Все знают, что с этим фонтаном нужно быть осторожнее, — покачала головой старшая.

— Так что страшного может случиться? — не поняла я.

— Ну, к примеру, пожелаете вы много денег, а у вас возьми да и умри любимый родственник, которые эти деньги оставит в наследство. Я, конечно, не о вашем глубокоуважаемом отце говорю, — испуганно сказала женщина. — Просто пример.

— Просто пример… — задумчиво пробормотала я. — А желаний можно загадывать сколько угодно?

Не знаю, почему меня заинтересовал этот вопрос. Возможно, пыталась понять, как выбраться из той передряги, в которую меня втянула радужная собака, будь она неладна. Сейчас пойду к фонтану, загадаю очнуться от этого бреда и проснусь где-то в своей кровати под звонок будильника, пойду на работу, и все наладится. Я уже сомневалась в том, что падение в реку было настоящим. Скорее всего, я сплю. Мне всего лишь это снится. Нужно только найти способ поскорее покинуть столь реалистичный сон, а то не по себе от этого.

— Только три желания, — продолжила старшая служанка. — Но нельзя загадывать больше одного за раз.

— Почему? — удивилась я, отхлебывая чай. Все-таки не привыкла пить сладкий. Напиток казался слишком приторным, но просить положить туда ломтик лимона я уже не стала, тем более не знала, есть ли в моем сне лимоны. Да и какая разница?! О чем я вообще думаю?

— Магия слишком сильно влияет на жизнь, фонтан может погубить того, кто загадал сразу два или все три желания.

— Невероятно, — тихо сказала я.

Я согрелась, поела, выпила чая. Голова перестала раскалываться, и меня клонило в сон. Вот он — способ проснуться! Я засну здесь, а очнусь уже дома.

С этими мыслями отпустила служанок, попросив их погасить светильники, а сама принялась погружаться в сон под мерное потрескивание дров в очаге.

Стоит ли говорить о том, что проснулась я совсем не в своей кровати, а все в той же незнакомой комнате, в которую привели меня накануне вечером? Да еще и пробуждение оказалось совсем не приятным.

Словно почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, я с трудом разлепила веки и тотчас подскочила, как будто меня ужалили. Рядом сидел тот самый черноглазый мужчина, который, как все считали, являлся моим мужем.

— Что вы здесь делаете?! — возмутилась я, непроизвольно натянув одеяло по самый подбородок.

Он только хмыкнул, окинув меня изучающим и каким-то снисходительным взглядом.

— Что вам нужно? — повторила более настойчиво.

— Ты и вправду ведешь себя странно, Арая и Льона не соврали.

Стало неприятно оттого, что женщины обсуждали меня с этим грубияном за моей спиной.

— Не понимаю, о чем вы говорите, — старалась разговаривать спокойно, хотя и чувствовала исходившую от этого человека опасность. Одни его черные глаза чего стоили! И я уже сомневалась, что это контактные линзы. Вряд ли такие предметы можно найти там, где даже водопровода нет.

Может, это вообще чей-то дурацкий розыгрыш? Но чей? Все коллеги у меня люди серьезные, в уважаемой адвокатской конторе работаем. А друзей как таковых и нет, было несколько подруг еще во время учебы в универе, да как-то разбежались мы с ними постепенно. Те завели семьи, интересы разошлись. Мы не ссорились, просто время развело в разные стороны.

Внезапно поняла, что если я и вправду упала в реку, кроме начальника, меня даже никто не хватится еще долгое время. С матерью хорошо если раз в пару месяцев созваниваемся. Вдруг стало жаль себя, хотя до этого я считала свою жизнь очень хорошей. Я делала то, что мне нравится: на работе бралась за интересные дела, после работы читала книги, смотрела сериалы, ходила в кафе, кино и театры (одна!) и даже изредка на свидания, два раза в год могла себе позволить слетать на отдых. Тяготило ли меня одиночество? Наверное, нет, ведь я даже кошку не завела. Но теперь как будто посмотрела на жизнь со стороны и почувствовала, что в ней не хватало искры. Я все делала на автомате, как будто должна была.

— Камила, я к тебе обращаюсь, — вдруг дошло до меня, что черноглазый что-то уже неоднократно повторил.

— А? — посмотрела на него, растерянно моргая. — Мила, я Мила! — поправила, не успев ни о чем подумать.

Незнакомец-муж только покачал головой.

— Я вызову тебе лекаря из города, — сказал он и поднялся с кровати.

Только пожала плечами. Лекаря так лекаря.

— Почему я здесь оказалась? — тихо спросила его, когда он уже подошел к двери. Я была уверена, что мужчина не услышит, но он внезапно обернулся.

— Потому что твой драгоценный папочка настоял на нашей женитьбе, — скривился черноглазый и вышел вон.

Я застыла. Не похоже, что этот человек любит свою жену.

Дождавшись, когда он уйдет, поднялась с постели, ощущая, насколько тяжело мне двигаться, и подошла к зеркалу. Начала снова разглядывать себя: лицо, руки, живот, бедра. Обтянула платье, оно было из какой-то мягкой ткани типа шерсти, но она совсем не кололась. Материя обтянула мою фигуру. И если вчера я смотрела на себя, просто пребывая в шоке, то теперь оглядела более внимательно.

Волосы мягко завивались после кос, водопадом огибая силуэт, очень густые и тяжелые, мечта современной девушки. Я даже не пробовала никогда отрастить такие. Они смотрелись бы как крысиные хвостики. А эти, несмотря на длину, все равно имели объем. Но, пожалуй, на волосах плюсы заканчивались. Но, может, здесь в почете такие габаритные женщины? Или Камила просто несчастна и пытается заесть одиночество в браке? Я видела этого мужчину всего два раза, но уже успела понять, что он совсем не любит супругу. Интересно, что заставило его жениться на ней? Деньгами он явно не обделен, имея такое поместье. Или, может быть, именно в этом все и дело? Может, он кто-то вроде разорившегося аристократа, который был вынужден вступить в брак, чтобы сохранить замок? Интересно, а где его родители или другие родственники?

Ступая босиком по холодному деревянному полу, я пошла исследовать покои, в которых ночевала. Вчера успела разглядеть только зеркало и камин, потому что было темно. Теперь же увидела стол со склянками, лекарствами а, возможно, косметикой или парфюмом, пуф перед столом, стеллаж с фарфоровыми статуэтками, несколько ковров, которые напоминали искусно выделанные шкуры животных, пару больших сундуков. Заглянула ради интереса в один из них, там лежала одежда. Возле большой кровати, на которой я спала, стоял еще один столик, а на нем — металлический тазик и кувшин с водой. Вздохнула. Неужели здесь все настолько плохо с удобствами? Заглянула под кровать в поисках ночной вазы, потому что организм настойчиво намекал на то, что нам нужно избавиться от вчерашнего чая, и сразу же обнаружила ее там.

Потом я вымыла руки и умылась, вода была холодная, но мне стало гораздо лучше.

Я снова окинула комнату взглядом. На каменных стенах висели гобелены, они делали помещение довольно уютным. В очаге все еще пылал огонь, наверное, кто-то из слуг приходил недавно и подбрасывал дрова, потому что всю ночь огонь гореть явно не мог. Я подошла ближе к узким окнам, сквозь которые в комнату проникали скупые утренние лучи. Выглянула через стекло, обрамленное коваными решетками, и даже зажмурилась — столько снега лежало вокруг замка. Я как будто смотрела на бескрайнюю белую пустыню.

— Где же я? — тихо спросила вслух, прижавшись лбом к холодному стеклу. На нем осталась запотевшее пятнышко. Я мазнула по нему пальцем, написав М — первую букву своего имени. — Где я?

— Вы в Аркитании, миссис Рейндбер, в фамильном поместье Рейндберов, — услышала я мягкий голос старшей служанки. — Все хорошо? Позвать мистера Рейндбера?

— Я с ним уже разговаривала, — вздохнула.

Если всем буду рассказывать о том, что попала сюда неведомо как, меня запрут как умалишенную. Значит, нужно сделать вид, что я немного в недомогании.

— Разумеется, я знаю, что в Аркитании, — сказала уверенно, понятия не имея, что это такое, — и знаю, что я в доме своего мужа. Просто некоторые моменты выпадают из памяти из-за вчерашнего происшествия. Скоро все наладится.

Я хорошо умела блефовать. Иногда это пригождалось в суде. И сейчас Арая как будто облегченно вздохнула. Видно, бедняга подумала, что ее хозяйка совсем свихнулась. Моя же задача состояла в том, чтобы убедить ее в обратном.

— Тогда, может, я помогу вам одеться? — неловко улыбнулась женщина. — И спуститься к завтраку?

— Было бы очень кстати, спасибо, — милостиво согласилась я, тем более что желудок, вопреки обыкновению, требовал еды. Обычно с самого утра я не ела. Максимум что могла — выпить чашку чая.

Никогда не думала, что лишний вес, это настолько утомительно. Я потела от каждого движения, а когда нагнулась, чтобы обуться, и вовсе начала задыхаться. Поняла, что помощь служанки вовсе не лишняя. Она помогла мне и с туфлями, и с платьем. Оно было длинным, с корсетом, который пришлось затягивать. Дышать оказалось трудно. Я только пару раз в жизни надевала платья со шнуровкой: на выпускной в школе и свадьбу коллеги. А ходить так каждый день адски трудно. Но служанки же ходили в корсетах поверх светлых блузок, значит, здесь так принято. И если я хочу соответствовать здешнему обществу, придется немного потерпеть. Ничего, как только я узнаю, как здесь очутилась, так сразу и смогу вернуться обратно.

Я хотела домой, в свою серую, ничем не примечательную жизнь, и мне было очень страшно, но я взяла себя в руки, натянула улыбку и, пустив вперед Араю, пошла за ней на завтрак.

Спуск по лестнице оказался не таким тяжелым, как вчерашний подъем, и на том спасибо.

Уже подходя к столовой (а я не сомневалась, что в таком шикарном замке есть отдельная комната для приема пищи), услышала звонкий девичий смех и голос черноглазого. Он что-то негромко говорил, чем непомерно веселил какую-то молодую особу.

Служанка хотела войти в столовую, но я жестом ее остановила и прислушалась.

— Родлин, какой же вы затейник! — продолжала смеяться девушка. — Род! Не здесь! А вдруг ваша жена…

Он что-то тихо ей ответил, явно находясь очень близко, потому что таким интимным тоном только пошлости говорить и можно. А она снова рассмеялась.

Служанка стояла бледная и испуганная, а я, не снимая с лица лучезарную улыбку, вошла в столовую. Мне-то этот человек никто. Подумаешь, флиртует с какой-то незнакомкой.

Однако реальность превзошла все самые смелые предположения. Девица сидела прямо на коленях моего супруга. Завидев меня, она ойкнула и попыталась встать, но он не отпустил ее.

— Зд-здарствуйте, — еле выговорила она, исковеркав слово.

— Доброе утро, — спокойно сказала я и села на один из свободных стульев.

Интересно, а муж чего ожидал, что я кинусь наутек? Не дождется! Явно же знал, что я спущусь к завтраку. Интересно, он с этой наглой особой ночь провел или она только сейчас приехала? Столько вопросов и ни одного ответа.

Муж нехотя отпустил девушку, та быстро слезла с него и юркнула на соседний стул, чувствуя себя явно не в своей тарелке. Она была какая-то странная. В первую секунду я вообще подумала, что это ребенок. Но нет, фигура как у сформировавшейся женщины… которую на треть уменьшили! Она вся выглядела миниатюрно, как фарфоровая статуэтка, а темные волосы отливали вишневым оттенком.

Что-то здесь не так.

Вопреки моим представлениям, столовая оказалась небольшой. Мы сидели за овальным столом. Я выбрала место, самое отдаленное от черноглазого. Не глядя ни на него, ни на нахальную гостью, начала искать взглядом то, чем можно позавтракать.

А выбрать было из чего! На утреннем столе, в отличие от вчерашнего ужина, стояли и свежие овощи, и несколько мясных блюд, и омлет, и свежие фрукты, и несколько видов напитков. Лежали здесь оладьи, булочки, и какие-то пирожные. Что интересно, все мучное — на моей стороне стола. Отодвинув все это, я добралась до овощей.

— Миссис Рейндбер, — воскликнула служанка, о присутствии которой я уже успела забыть, — повариха приготовила ваши любимые оладушки! Отведайте, пожалуйста.

— Да-да, спасибо, — отмахнулась я. — Попробую. Потом.

— Камила, это Сирена Кондур, — как ни в чем не бывало представил гостью мой муж.

Если бы я действительно была его женой, то что сейчас сделала бы? Как вообще должны вести себя жены, когда мужья не просто приводят в дом любовниц, а ведут себя так, словно так и нужно? Может, здесь так принято? Я страдала от недостатка информации. Мне срочно нужно было понять, где я нахожусь, как сюда попала и, главное, как вернуться обратно.

Пока решила тоже делать вид, что не заметила, как эта мини-дамочка сидела на коленях черноглазого. Мне-то что? Подумаешь!

— Доброе утро, Сирена, — улыбнулась я и принялась накладывать себе на тарелку завтрак.

При этом муж странно посмотрел на меня. Такое поведение его явно озадачило. Мне казалось, он сейчас почешет затылок. Стало смешно, я еле сдержалась, чтобы не захихикать.

Итак, что мы имеем? Я каким-то чертом лысым оказалась неведомо где, неведомо как, в чужом теле, в чужой жизни, в… чужом мире?.. Рядом со мной обалдевший мужчина. Обалдевший во всех смыслах. Судя по его реакции, все же здесь не принято зажиматься с любовниками на глазах у супругов. Да и девушка выглядела так, словно на стул ей подложили аппликатор Кузнецова. Ну и парочка, ну и умора!

Взяла себе на тарелку омлет и овощи, а еще свежую зелень. Мой самый обычный прием пищи. Я невозмутимо ела, пока моим собеседникам (если это слово применимо к людям, с которыми мы перемолвились всего парой слов) кусок в рот не лез. Они молчали. А я вдруг поняла комичность ситуации и снова чуть не рассмеялась.

— Пока я не вошла, вы обсуждали что-то очень смешное. Не поделитесь? — заговорила я для поддержания беседы.

Девушка вспыхнула, а мой благоверный побледнел.

— Я пригласил мисс Кондур, чтобы обсудить с ней возможность коснуться моего второго яйца, — серьезно сказал он, а я от этих слов поперхнулась чаем. На глаза выступили слезы.

Ну и нравы здесь, однако! Но почему именно второго? А что с первым? Господи, сколько вопросов-то!

— А-а-а, — беспомощно протянула я, когда откашлялась. — И как ваши переговоры? Удачные?

— Мы еще не успели все обговорить, — совершенно серьезно ответил муж.

Он меня разыгрывает! Нет, точно разыгрывает! Говорить такое при жене! Но и я не лыком шита.

— А что стало с первым? — невинно посмотрела на черноглазого.

— Ты издеваешься? — спросил он с неприязнью.

— Прошу прощения, — поднялась гостья и направилась к выходу. — Я, пожалуй, пойду. Вам нужно сначала обсудить этот вопрос внутри семьи.

Какой вопрос? О чем она говорит?

— Сирена, постой! — подхватился следом за ней мистер Рейндбер.

Но она не обращала на его слова внимания и удалилась из столовой. Муж исчез следом за ней. Я в гордом одиночестве продолжала трапезу. Но только отложила приборы, как он снова ворвался в столовую.

— Ты хоть знаешь, какого труда мне стоило уговорить эльфийку приехать сюда?!

Я медленно поднялась, почувствовав тяжесть нового тела и не сразу осознав, что именно он сказал.

— Эльфийку? — застыла с недоуменным выражением лица.

— Ах, прости! — сделал издевательский поклон муж. — Я и забыл, что твои умственные способности не самые выдающиеся. А после удара, видимо, ты даже не способна отличить эльфийку от человеческой женщины.

Я молча моргала. Он сейчас издевается надо мной?

— Да что ты хлопаешь своими глазищами? — глянул он на меня брезгливо.

Как он обращается со своей супругой? И она терпела это почти три года?! За слова об умственных способностях я бы на ее месте его убила. Но он ведет себя так, словно это в порядке вещей.

— Еще раз такое скажешь… — начала я, прищурившись, но черноглазый с насмешкой перебил:

— И ты что? Утопишься?

— Разведусь с тобой.

— Ты — что? — подошел муж. Он нависал надо мной. Не знаю, чего он ожидал. Что я съежусь под его взглядом? Убегу? Извинюсь? Но я только вздернула подбородок, смело встретив взгляд этих черных дыр. Только сейчас поняла, насколько он выше меня. Он около двух метров, не меньше. Камила же была примерно моего роста, то есть никак не выше метра шестидесяти пяти.

— Разведусь. И отсужу у тебя замок, — сказала уверенно, хотя не знала, знакомо ли ему вообще понятие развода и судебной системы. Глаза черноглазого хищно блеснули, на миг мне показалось, что из бесконечной черноты проступил зрачок… Огненного цвета!

Я отпрянула, наверное, тем самым смазав эффект от угрозы, но мне ведь не показалось! Его глаза полыхнули пламенем! И зрачок, как у кошки, продолговатый!

— Не зли меня, Камила, — прорычал мужчина. — Иначе тебе не понравится то, с какой стороны ты можешь меня узнать.

— Знаешь, — я собрала всю волю в кулак и снова смело посмотрела на него. — Мне уже не нравится то, с какой стороны я тебя знаю.

Сказав это, развернулась и ушла. Сердце беспомощно трепыхалось, но мне казалось, что я выиграла эту битву. Вот только война еще не окончена.

Несмотря на тяжесть в ногах, я стремительно поднималась по лестнице, чтобы скорее оказаться в относительной безопасности комнаты, где провела ночь. Когда уже подходила к двери, дальше по коридору заметила молодую служанку, она мыла пол с помощью чего-то похожего на швабру.

— Льона! — пришлось напрячь мозг, чтобы вспомнить, как ее зовут. — Иди сюда!

Я уже поняла, что, где бы я ни оказалась, в этом доме я хозяйка. Значит, нужно пользоваться ситуацией и выпытать все. А потом собиралась пойти к фонтану, чтобы попытаться найти ответы там. Надежда на то, что это все еще сон или моя фантазия, таяла с каждой минутой. Все было слишком реальным, особенно ощущения в новом теле. Я как будто даже уже немного свыклась с ним.

— Да, миссис Рейндбер? — подбежала она, немного запыхавшись.

— Пойдем, — я открыла свою дверь, сделав приглашающий жест.

Служанка недоверчиво на меня покосилась, но вошла. Я закрыла дверь и, подперев ее, будто боялась, что девушка сбежит, начала допрос. Мне было уже все равно, что она обо мне подумает. Нужно срочно понять, что здесь происходит.

— Что такое Аркитания? — спросила прямо.

Глаза Льоны расширились так, что стали отчетливо видны белки.

— Ну? — я скрестила руки. Этот жест вышел совсем не так, как я делала всегда, пришлось учитывать пышную грудь и опустить руки под нее.

— С-страна такая, — начала заикаться девушка. — В к-которой мы живем.

Я нечто такое и предполагала.

— Почему сегодня мой муж назвал гостью эльфийкой? — спрашивала дальше.

— П-потому ч-что она эльфийка, — служанка сглотнула. Кажется, она думала, что я совершенно спятила.

— У нее обычные уши, — вспомнила я.

— Миссис Рейндбер, — девушка чуть не плакала. — При чем тут уши?!

— У эльфов длинные уши.

— Как у зайцев? — с жалостью посмотрела на меня собеседница.

Представила эту картину и прыснула со смеху.

— Нет же! Как… Ну, как у эльфов!

— Да нет, у них самые обычные уши. Просто эльфы меньше, чем люди или драконы в человеческой ипостаси, и обладают магией.

— Драконы?.. — во рту пересохло. Почему-то я сразу же вспомнила, как зрачки черноглазого на миг стали огненными и вертикальными.

— Аркитания — край драконов, так ее еще называют, — сжалилась надо мной Льона, очевидно, поняв, что я вообще не ориентируюсь в здешних реалиях.

Боже, куда же меня угораздило попасть?..

— А мой муж?.. — я не смогла озвучить ужасное предположение, которое закралось в голову.

— А ваш муж ледяной дракон, — подтвердила догадку служанка. — Но не обычный дракон, а…

— Погоди, — я сделала глубокий вдох. Я еще предыдущую информацию не переварила.

Дракон? В смысле дракон? Этот Родлин, конечно, тот еще великан. Но выглядел вполне по-человечески, кроме глаз, разумеется.

— Кто еще живет в Аркитании? — обреченно спросила я, понимая, что меня могут ждать и другие сюрпризы, а значит, о них желательно знать заранее.

— Люди, как мы с вами, — неловко улыбнулась горничная, теребя складки юбки. — И ведьмы.

После драконов и эльфов упоминание о ведьмах уже так не будоражило воображение.

— И все?

— Гномы, но они живут далеко в горах, на самой границе, и их почти невозможно встретить в городах.

— Еще?

— Наги, но они очень редки.

— Это люди-змеи? — вспомнила мифологию, я уже поняла, в каком направлении нужно мыслить, чтобы адаптироваться здесь.

— Совершенно верно, миссис Реиндбер, — улыбнулась служанка, и я увидела в ее глазах надежду, что со мной не все потеряно.

— Еще кто-то? — сощурилась я, не сходя с места.

— Если и есть, то эти существа слишком редки, — как бы извиняясь, она пожала плечами.

Из нашего разговора я вычленила главное: я человек, а не какое-то там чудище непонятное. Это уже радует.

— Ладно, так что с моим мужем? Почему он ледяной дракон?

— Вы сами помогли ему открыть яйцо, тем самым высвободили его первую стихию.

Я представила себе эту картину, и меня передернуло. Почему-то мозг подкидывал странные образы. Совсем неприличные.

— Что за яйцо? — не удержалась от вопроса.

Нет, я не стану краснеть, словно пятиклассница!

— То самое, которое появляется рядом с каждым драконом в момент его рождения.

Ох, это совсем не то, о чем я подумала! Фух, не все так плохо! Поразмыслив еще пару минут, снова вздохнула.

— Значит, это обычное яйцо? Ну, как куриное?

От этого вопроса у служанки кровь от лица отлила, она побледнела, словно мертвец.

— Вы только это при драконе не скажите, — прошептала она. — Яйцо для каждого из них почти священно. Без него невозможно раскрыть магию стихии, как и без истинной.

— Без истинной? — нахмурилась я, снова потеряв нить разговора.

— Истинная, коснувшись яйца, высвобождает магию, которая как бы спит в драконе до этого времени.

— Значит, я — истинная Родлина? — уточнила то, о чем уже и сама догадалась.

Девушка вздохнула и кивнула.

— Когда мистер Рейндбер по некоторым признакам предположил, что именно вы — его истинная, ваш отец заключил с ним магический контракт, который обязывал вашего супруга на вас жениться в том случае, если вы откроете яйцо.

— И я открыла… — скорее себе, чем ей, сказала я.

— Да, — подтвердила служанка.

Вот, значит, почему он так относится к этой несчастной молодой женщине! Его заставили жениться! И все же это не оправдание. Мне показалось, что этот противный черноглазый гораздо лучше с прислугой обращается, чем с собственной женой. От несправедливости сводило челюсти. Даже не знаю, почему я так сильно прониклась всей этой ситуацией.

— Но ваш муж не простой ледяной дракон, — снова предприняла попытку донести до меня какую-то информацию Льона.

Я потерла виски. Голова снова начинала раскалываться.

— А какой?

Пусть уж говорит. Сейчас выяснится, что у него вырастает вторая голова или что-то в этом роде…

— При рождении рядом с ним появилось не одно, а два яйца.

Ого, да я почти угадала!

— И что это значит?

— В теории то, что ему подвластна вторая стихия.

— А на практике? — не поняла я.

— А на практике яйцо так пока и не открыто.

— Но, погоди, я не совсем поняла мысль. Я ведь его истинная. И раз я открыла одно яйцо, должна была открыть и второе?

— Оказалось, что это не сработало. Случай настолько редкий, что такое бывало всего несколько раз за время существование расы драконов, а она, сами понимаете, существует сотни тысяч лет.

Голова болела все сильнее. Я отошла от двери. Никуда эта Льона не денется. Я устала стоять, а потому села на кровать.

— Так что это получается?

— То, что у вашего мужа две истинные, — вздохнула служанка. — И он ищет вторую, чтобы открыть второе яйцо.

— И что, он тоже должен будет на ней жениться? — не поняла я, массируя виски пальцами.

— Нет, он ведь женат на вас.

Как все сложно-то, а!.. Яйца, драконы, истинные… Каким образом я оказалась в этом чертовом колесе, которое катится в тартарары? Нет, здесь что-то нечисто. Из головы не выходил фонтан, откуда меня вчера вытащил Родлин.

— Фонтан, — простонала я.

— Что?.. — не поняла Льона.

— Вчера Арая сказала, что загадать можно три желания, но не сразу. Я уже загадывала желания? — перестала трогать виски и внимательно посмотрела на девушку.

Она снова испуганно на меня уставилась.

— Не знаю, миссис Рейндбер, я, правда…

Она оглянулась, будто в поисках чего-то.

— Что? — тоже оглянулась я.

— Я не знаю, но вы же ведете дневник. Только я не имею понятия, где он.

Дневник! Я должна найти его! Вот где ответы на все вопросы!

В дверь постучали.

— Миссис Рейндбер? — услышала я мужской голос. — Это лекарь, могу я войти?

— Хвала небесам! — воскликнула служанка, не таясь.

Я хмыкнула, похоже, испугалась Льона знатно.

— Входите, — милостиво разрешила я.

С лекарем нужно вести себя осторожнее. Не знаю, есть ли здесь психиатрические лечебницы или что-то в этом роде, но говорить, что я на самом деле из другого мира и понятия не имею, как сюда попала, явно не стоит. Я должна понять, как здесь оказалась, а потому нужно притворяться, чтобы меня не упекли куда-нибудь.

— Что случилось, миссис Рейндбер? — вошел мужчина лет пятидесяти на вид. Он был очень высок, почти так же, как мой муж. Может, лекарь тоже дракон? Как вообще отличить обычного человека от дракона? Гость был с довольно темными волосами, которые уже поседели на висках. Одежду он носил приблизительно такую же, как и мой противный супруг: бархатные темно-серые брюки, белую рубашку, жилет и нечто похожее на пиджак, хотя немного длиннее, чем носят современные мужчины — все элегантное и явно сшитое на заказ, в руках же он нес большую кожаную сумку.

Войдя, мужчина сразу же направился ко мне и взял за руку, прислушиваясь к пульсу. Потом потрогал мой лоб и заглянул в рот. Я позволила проделать с собой все эти манипуляции беспрекословно.

Вел он себя так, будто давно знал меня. Возможно, так и есть. Может, это какой-то семейный врач или что-то в этом роде.

— Ну, дорогая, расскажите, что произошло, — мягко попросил гость.

— Вчера муж вытащил меня из фонтана, — я решила говорить правду настолько, насколько это возможно, чтобы не звучало не бредом. — Думаю, я поскользнулась и ударилась головой, потому что почти ничего не помню.

Служанка, тихо стоя в углу, многозначительно вздохнула.

— А что вы делали возле фонтана желаний, дорогая? Вы же знаете, что без лишней необходимости к нему лучше даже не подходить. Уж слишком у него сильная магия.

Я тоже вздохнула и покачала головой.

— Не знаю, я этого не помню.

— Возможно ли, чтобы вы решили загадать желание? — уточнил лекарь, склонившись над своей сумкой и что-то там выискивая.

Женщина, в чье тело я угодила, уже три года живет в постоянном стрессе от того, что ее муж ищет свою вторую истинную. И бог весть как ищет, приводя в дом разных вертихвосток и оскорбляя законную супругу направо и налево! Хм, дайте-ка подумать, могла ли она загадать какое-то желание?

— Возможно, — осторожно ответила я.

— Давайте-ка проверим, — лекарь извлек из сумки небольшую деревянную палочку. На вид она была ничем не примечательна, напоминая китайские палочки для еды. Почему-то сразу подумала про волшебную палочку и почти не ошиблась. Мужчина медленно провел ею вдоль моего тела от ног до самой макушки, при этом я почувствовала покалывание на коже, а предмет в его руках стал переливаться радужным светом. Именно так светилась та странная собака, из-за которой я угодила в аварию!

— Так и есть, вы сейчас под действием магии фонтана, — вздохнул и покачал головой лекарь. — Ваша потеря памяти может быть связана не с ударом, а с загаданным желанием.

— Но я не помню этого.

Врач вздохнул и посветил мне каким-то ярким камнем в глаза. Я попыталась зажмуриться и отвернуться, но он не дал мне этого сделать, закончив осмотр.

— Если честно, на удар головой не похоже, миссис Рейндбер, — заключил он. — Я думаю, все дело в волшебном фонтане. Когда ваше желание исполнится, память, возможно, вернется, — предположил он.

— Если только я не загадала ее потерять, — усмехнулась я.

— Ваша правда, — улыбнулся лекарь в ответ. — Успокоительные капли, что я прописал в прошлый раз, уже закончились? — он обращался к служанке. Я тоже посмотрела на Льону. Она кинулась к столику со склянками и быстро принесла мужчине одну из красивых бутылочек, та была пуста.

— Вот, мистер Хорк, — протянула она ее.

— Так-так, — гость достал из сумки бутылочку побольше и, пользуясь маленькой металлической воронкой, отлил из нее немного жидкости, отдав служанке уже наполненную склянку.

— Можете давать миссис Рейндбер по десять капель на ночь, если…

— Я поняла, мистер Хорк, — поспешно сказала служанка, покосившись на меня.

А я вот что-то не поняла. Успокоительная настойка?

— Для чего это? — решила все же уточнить. Если у меня амнезия, все должны меня простить за лишние вопросы.

— Иногда вы чересчур расстраиваетесь после разговоров с мистером Рейндбером, — потупила взгляд служанка. — И тогда вам помогает только настойка мистера Хорка. Ну, и плотный ужин, разумеется.

Неосознанно кинула взгляд в зеркало. Никаких больше плотных ужинов!

— Как ее женские дни? — снова посмотрел на Льону доктор, поняв, что у меня об этом спрашивать бесполезно.

— Все так же, — вздохнула служанка. — Приходят регулярно, беременности нет…

Беременности? От такого грубияна, как этот Родлин, еще и беременеть? Нет уж, увольте.

— И хорошо, — буркнула, не сдержавшись.

— Помилуйте, миссис Рейндбер! — посмотрел на меня лекарь. — Вы же так старались все эти годы обзавестись наследником! Ничего, когда-то получится. Продолжайте принимать ту настойку, которую я вам дал в прошлый раз, перед… — лекарь замялся. — Перед встречей с мужем.

Потом он, видно, понял, что я могла и про настойку забыть, поэтому повторил те же наставления служанке. Она кивнула. А я подумала, что не подпущу к себе благоверного и на пушечный выстрел. Пускай сначала научится вести себя с женщинами!