Развод с драконом. (Не)настоящая семья

– Элизабет? Ты тут что, работаешь?

Услышав незнакомый голос, полный удивления и злости, я поставила поднос на стол и недоуменно подняла глаза на говорившего.

Высокий широкоплечий мужчина с суровым, словно у воина лицом, и пронзительным взглядом янтарных глаз,  стоял, облокотившись о барную стойку, и глядел на меня с неприкрытым презрением, словно я испортила ему день одним своим видом.

Сердце испуганно дернулось в груди, и от страха перехватило дыхание, когда я узнала того, кого видела лишь однажды. В день, когда решила хоть одним глазком взглянуть на бывшего мужа.

Дарий? Вот черт, как он здесь оказался? Ведь этот постоялый двор совсем ему не по статусу.

Могущественный герцог и потомственный  дракон, он когда-то был женат на той  несчастной, в теле которой я оказалась. А когда дракон вдруг обрел истинную пару, он решил, что жена ему больше не нужна, и выкинул ту из дома и из своей жизни. Мерзавец!

– Да, работаю, сударь, - невозмутимо ответила я, хотя внутри все кипело от ненависти. - Уж извините, что не выбрала монастырь, куда вы хотели меня сплавить.

– Пожалуй, в следующий раз я объеду это заведение стороной! – выплюнул он брезгливо и, прищурившись, процедил сквозь зубы с угрозой. - И обязательно разберусь, почему ты здесь, а не в монастыре!

От его слов я похолодела, но не от страха за себя. Потому что теперь мне было, за кого бояться. Ярость застила глаза, и я сгоряча бросила, желая поскорей избавиться от общества этого высокомерного ублюдка:

– Вас жена не заждалась дома, герцог? Ваша истинная в курсе, что вы шастаете по столь сомнительным заведениям? Не боитесь ее гнева?

Взгляд Дария полыхнул пламенем, и его ноздри затрепетали от гнева. Зрачки дракона вытянулись, и из груди герцога вырвался глухой рык, будто он сейчас обернется. Когти на руках удлинились, кожа покрылась пятнами черной, как смоль, чешуи – еще немного, и он разнесет тут все.

Ой, мамочки! Язык мой – враг мой...

Попятившись назад, я с ужасом уставилась на грозно двинувшегося в мою сторону мужчину. И замерла в панике, когда подола платья вдруг коснулась крохотная ручка моей дочки.

– Мама… – пропищала Эмми, хватая меня за юбку.

– Мама?! – изумленно округлил глаза бывший, возвращая себе человеческий облик.

Подхватив ребенка на руки, я с обреченным стоном бросила взгляд на подругу, которая должна была за ним приглядывать.

- Прости, она по тебе скучала... - одними губами прошептала Олла, с испугом косясь на дракона.

Как же это все не вовремя! Что, если он узнает?.. Она ведь так похожа на него!

Словно прочитав мои мысли, Дарий в два шага оказался рядом, и здешний вышибала Вилли дернулся в нашу сторону, на ходу доставая дубинку.

– Откуда эта девочка, Элизабет?! Кто отец твоего ребенка?

– Господин, вам лучше уйти, - обратился к герцогу Вилли. - Не видите, девушка не желает с вами общаться.

– Не лезь! - рявкнул Дарий, и одним взмахом руки отбросил здоровяка в сторону.

Снеся по дороге столик, Вилли отлетел к стене и затих. Внутри все сжалось от мысли, что герцог мог его убить, а когда сидящая на руках Эмми скуксилась и заревела, страх отступил, уступая место решимости.

– Я жду ответа, Элизабет, - с нажимом повторил мужчина, нависая над нами.

– Не твое дело, Дарий. Иди к черту! - демонстративно развернувшись к нему спиной, я медленно, лавируя между столами, направилась к Олле.

Скорей отсюда! Не станет же он нападать на меня с ребенком на руках? Каким бы бывший муж Элизабет не был подонком, но все же не настолько отбитым.

– Эмми, идем, моя хорошая, сейчас мама тебя покормит, - проворковала я с напускным спокойствием, чувствуя, как между лопаток упирается злобный взгляд герцога.

Ну где же эта чертова стража, когда она так нужна? Хотя, о чем я? Разве могут они сделать что-то против такого, как Дарий?

– А ну стой! - донеслось мне вслед.

Поморщившись, я быстро сунула Эмми в руки опешившей Олле и с дрожью развернулась к герцогу, намеренная до последнего стоять грудью за дочь. У него нет никаких доказательств, и он не имеет никакого права лезть ко мне! Потерял его тогда, когда выгнал меня из дома, променяв на другую!

 – Это не твоя дочь! Отстань от нас, Дарий!

– Врешь! - выплюнул мужчина и схватил меня за руку, желая то ли удержать, то ли наказать.

Но как только он коснулся меня, мир вокруг будто перевернулся  и закружилась голова. Пошатнувшись, я ухватилась за стену, ощутив вдруг странное жжение на руке, и стало откровенно не по себе, когда глаза Дария вдруг снова полыхнули желтым пламенем. Словно на миг изнутри на меня выглянул его дракон.

– Что происходит? - голос мужчины оказался совершенно растерянным, и он вдруг схватил меня за руку, выворачивая так, чтобы увидеть мое запястье. - Что это? Почему на тебе моя метка истинности?!

Всхлипнув, я удивленно посмотрела на черную вязь узора на собственной коже. Откуда это?

Отпустив меня, Дарий задрал рукав рубашки, и с изумлением уставился на точно такой же узор у себя на руке.

Ранее

«Если б мишки были пчелами, то они бы нипочем, никогда бы не подумали так высоко строить дом!» — бубнила я себе под нос, залезая на пошатывающуюся стремянку, и так себя успокаивая.

У меня была жуткая боязнь высоты, и я даже жила на втором этаже, потому что это был мой максимум, где я чувствовала себя относительно комфортно и могла без страха выходить на балкон.

Ладно, сейчас аккуратно протру пыль с абажуров, висящих под потолком, и все будет отлично: чистота и порядок, как люблю. Только вот почему я, администратор ресторана, должна делать эту работу, ведь она входит в обязанности уборщицы и, на худой конец, можно было бы девочек-официанток попросить… Наверное, мама права: я слишком слабохарактерная, добрая и сердобольная.

Ну и ладно, пусть так, зато я верю, что если делать добро, то оно непременно вернется. В нашем жестоком недружелюбном мире нужно в первую очередь оставаться человеком. С этой мыслью я потянулась вперед, балансируя на верхней ступеньке.

Внезапно мне показалось, что под самым потолком блеснули загадочным светом чьи-то огромные янтарные глаза с узкими зрачками-черточками. «Ой, мамочки!» — прошептала, невольно отшатываясь, а затем словно в замедленной съемке старенькая лестница издала тревожный короткий звук, и я полетела вниз. Угол стола мчался мне навстречу, и я зажмурилась, раскрывая рот в беззвучном крике.

— А-а-а-а-а-а-а! — наконец вырвалась упругая высокая нота из моего рта, только вот голос принадлежал точно не мне.

— Леди Элизабет? Вы в порядке? Хвала богам, я уж думала, что вы умерли! — раздались где-то рядом излишне громкие причитания.

Я невольно поморщилась и, наконец, нашла в себе силы открыть глаза. И  заорала опять…

Где я? Я же была в ресторане, а теперь лежу в густой траве, где-то рядом с тихим методичным стрекотом крутится колесо перевернутой кареты, а надо мной лицо неизвестной мне дородной женщины в странном чепце с зареванными глазами.

— Ой, голубушка моя, что вы кричите, ударились? Болит что? Карета врезалась, а вы из нее выпали, да прямо височком и булыжничек! — не унималась незнакомка.

— Вы… — начала слабо и вновь чуть не впала в истерику: голос ну совсем не мой, — не тихий и мягкий, а высокий, звонкий. — Вы кто?

— Ох, леди Элизабет, миленькая, неужели  вы забыли свою верную служанку Оллу?

— Почему вы  меня так называете? Меня зовут не Элизабет! И у меня точно никогда не было служанки! — всхлипнула я, сжимая виски.

Боже, что со мной происходит? Может,  ударилась головой и теперь лишилась ума? А, возможно, я в коме и у меня видения? Был еще один вариант, вызвавший на моих губах нервную ухмылку… А что, если  умерла и перенеслась в другой мир, как в книгах о попаданках? Да ну, бред какой-то!

— Вы головой ударились и память поди отшибло? — не унималась женщина. — Ну ничего, в монастыре вам помогут, да заодно и грехи замолить сможете?

Час от часу не легче! Какой монастырь? И когда только я успела согрешить? Я скользнула взглядом по телу, которое точно принадлежало не мне… Если и грешила, то это явно было не чревоугодие, — новое телосложение было весьма хрупким и субтильным, хотя бюст, полагавшийся к осиной талии, был крайне неплох. Ну хоть в чем-то мне повезло.

Странно, но несмотря на абсурдность и нереальность происходящего, я не чувствовала ужаса или паники. Возможно, в крови пока зашкаливал адреналин, и меня накроет позже.

— А зачем нам в монастырь? — поинтересовалась я настороженно.

— Так ваш досточтимый супруг, драконий герцог Дарий вас туда отправил после развода. Вы ж ему не истинная, так он выгнал вас, в монастырь сослал, а сам женился на этой плутовке, чтоб ее черти в аду на сковороде подрумянивали! — произнесла Олла и сложила пальцы в странную конструкцию, будто  жестом хотела откреститься от поминания черта.

— Выгнал? — повторила я эхом, пытаясь осознать услышанное. — Сослал?

Удивительно, но во мне вдруг проснулось негодование — эмоция, которую раньше никогда не испытывала. Горячая жгучая волна прокатилась по всему телу, убыстряя пульс и застилая глаза красным. Руки сами собой сжались в кулаки, а зубы скрипнули.

Не знаю я этого супруга, но высокородный наглец еще пожалеет, и плевать, что он лорд и какой-то там дракон! Со всем разберусь!

— Так, Олла, монастырь отменяется! — сообщила с неожиданной для себя решимостью.

Служанка посмотрела на меня с подозрительностью, явно посчитав, что я не в себе. В принципе, она была права. Я точно была не в себе, а в какой-то незнакомой несчастной женщине, которую ее изменщик-муж выгнал из дома и отправил практически в заточение.
_______________________________________________________________________________________
Дорогие читатели, добро пожаловать в нашу яркую эмоциональную историю. Не забывайте подписаться на авторов ,
Будем рады вашим комментариям и лайкам, ведь они вдохновляют творить!
История пишется в рамках

- Госпожа, но как же это... Разве ж так можно?

Олла твердила это все то время, пока мы тащились с ней к постройкам, которые виднелись вдали на обочине тракта. И ее нытье вызывало раздражение.

- А кто нам что скажет-то? Карета сломана, так чего, торчать теперь до вечера посреди дороги, пока ее починят?

Служанка, разумеется, имела в виду другое, ведь когда я категорически заявила, что в монастырь не собираюсь, она охала и причитала наверное с час, твердя, что господин Беннингем обязательно узнает обо всем, найдет нас и накажет. Но судя по рассказам самой Оллы, которая была уверена, что я потеряла память при падении, бывшему муженьку Элизабет было глубоко наплевать, что станет с его женушкой. У него теперь новая жена, его истинная пара, что бы это ни значило. Так что я сильно сомневалась, что он хоть когда-то озаботится моей судьбой. А уж я была намерена сделать все, чтобы эту самую судьбу исправить.

Дорожное платье, в котором я была, нисколько не оправдывало свое название, будучи жутко неудобным и непрактичным. Юбки путались в ногах, мешая нормально идти, и весь подол был испачкан в дорожной пыли. А еще в нем было ужасно жарко, и я бы с удовольствием променяла его на топ и шорты. Но здесь за такой наряд меня бы точно сожгли на костре, как ведьму.

Тяжелая поклажа оттягивала руки, и я с тоской вспомнила удобные чемоданы на колесиках из своего мира. Странно, но я почти сразу смирилась с тем, что оказалась в другом мире, да еще и в таком незавидном положении. Словно организм в критической ситуации решил отключить все ненужные эмоции, чтобы они не мешали выживанию. Впрочем, я была этому только рада – биться в истерике будем потом, сейчас же главное понять, где я, кто я, и что делать дальше.

Из сбивчивых объяснений Оллы я узнала, что вообще-то Элизабет – дочь какого-то там герцога, вот только нагулянная на стороне и потому отец просто мечтал ее сплавить хоть куда-нибудь, чтобы та не мешала ему жить с настоящей семьей. Очередной мудак, коих, как я поняла, в этом мире полно. Но самым шокирующим открытием было то, что в этом мире существовала не только магия, но и настоящие драконы! Правда, не совсем такие, какими я их представляла: не древними ящерами, живущими в пещерах и чахнущими над златом, а вполне себе цивилизованной расой, кем-то вроде оборотней, могущих превращаться как в человека, так и в зверя.

Так и вышло, что герцог выдал дочь замуж за дракона, герцога Дария Беннингема, что считалось весьма престижно, приплатив тому кучу денег и предоставив множество преференций. Но к несчастью для Элизабет, спустя месяц брака Беннингем обрел свою истинную, и по драконьим законам имел полное право развестись с женой, чтобы жениться на суженой. А его старая жена оказалась на улице. Верней даже хуже – этот ублюдок решил запереть ее в стенах монастыря, чтобы никто больше о ней не вспоминал.

О, как я была зла на эту гребаную рептилию, когда узнала правду! Да чтобы у него хвост отвалился! Попользовался, значит, и бросил?

Но в этом мире подобное было обыденностью, и прав у женщин было почти столько же, как у табуреток. Что ж, тогда мне стоит держаться подальше от всех этих оборзевших аристократов, считающих себя центром вселенной. А в особенности – от драконов. Знать бы еще, как...

Когда мы добрались до построек, я прокляла все на свете. Может, и правда, лучше было дождаться, пока карету починят? Голова раскалывалась от жары и, наверное, от удара о камень. Неудобные туфли натерли ноги, и у меня началась одышка, как у старой и дряхлой леди. Впрочем, неудивительно, в таком тесном корсете то – это ж просто орудие пыток какое-то! И ко всему прочему  меня почему-то жутко тошнило, а в глазах то и дело темнело. Неужели сотрясение?

Мы с Оллой прошли через распахнутые ворота на территорию, огражденную высоким бревенчатым забором, и я остановилась, с интересом уставившись на здание перед собой.

Длинное и двухэтажное, выстроенное из крепкого дерева и камня, с крышей, покрытой красной черепицей, оно казалось таким основательным, и странно было видеть подобный дом посреди дороги. Впрочем, стоило прочесть надпись, вырезанную на деревянной табличке над входом, как сразу стало все понятно.

«Постоялый двор Гарольда».

Символы, из которых складывались слова, были точно незнакомы мне, но как ни странно, я смогла это прочесть. Магия попадания?

Фасад здания был украшен узорами, на окнах красовались резные ставни, а перед входом стояли распряженные экипажи. Из трубы на крыше валил дым, и до носа донеслись такие ароматные запахи еды, что я чуть слюнями не захлебнулась. Интересно, когда хозяйка этого тела в последний раз питалась?

Сбоку от здания виднелись еще какие-то постройки, но мне уже это было неинтересно. Тепло и уют постоялого двора, и вкусные запахи манили к себе, так что я прямиком направилась к крыльцу, ведущему к входной двери. Надеюсь, у меня достаточно денег, чтобы позволить себе хотя бы одну тарелку супа?

Я распахнула массивную дверь, которая повиновалась удивительно легко и даже без скрипа, — хотя была уверена, что худощавой женской руке не справиться со столь мощной преградой — и нерешительно вошла внутрь помещения. Насколько помню из книг, постоялый двор при дороге может оказаться не самым безопасным местом, но здесь вдруг сразу почувствовала себя как дома. 

Пол в просторном чистом зале был выложен гладкими камнями, а стены украшали яркие гобелены, рассказывающие о подвигах героев, и судя по всему, драконов, — вон с каждого на меня смотрят янтарные глаза и угрожающе топорщатся широкие крылья. В глубине находился огромный камин, где горел весело потрескивающий огонь, создавая уют и тепло, а вокруг него стояли деревянные столы и скамьи, готовые принять гостей.

Сейчас в помещении было немноголюдно, разговоры велись тихие, деловые, что, несомненно, тоже добавило впечатления. За барной стойкой стоял добродушный кряжистый хозяин с аккуратно подстриженной бородой и удивительно теплыми глазами. А я-то была уверена, что подобным заведением должен руководить хитрый хваткий делец. Но то, как мужчина ловко натирал бокал, бросая вокруг небрежные, но цепкие взгляды, говорило о том, что он весьма не прост, а образ добродушного здоровяка может оказаться лишь удобной маской.

— Приветствую, странницы! — произнес он басовито, когда мы с Оллой подошли ближе. — Чего изволите? Горячий обед, комната для отдыха?

«Всего, сразу и побольше!» — подумалось мне, но судя по тому, как тоскливо позвякивали одинокие монеты в потертом мешочке, заменяющем здесь кошельки, рассчитывать придется на самый минимум.

— Что мы можем получить на это? — спросила тихо, выкладывая на стойку несколько медяков и печально взвешивая почти невесомый мешочек с деньгами.

Кажется, мой муж-дракон, оказался не только непостоянным, но и весьма жадным. Хозяин только хмыкнул и почесал в затылке.

— Тут хватит разве что на пару мисок овощного супа и крошечную комнату под крышей на ночь!

Ну что же, не густо, но лучше, чем ничего! По крайней мере, кров над головой и пища, а к овощам я привыкла, ведь в своем мире находилась на постоянной диете из-за склонности к полноте. Да и место мне нравилось все больше, будто я здесь оказалась не впервые, а прожила много лет.

— Возможно, у вас найдется работа для двух ответственных порядочных женщин? — вдруг спросила я, сама не понимая, что делаю.

— Но леди Элизабет… — начала Олла, но я наступила слишком говорливой служанке на ногу и та тут же замолчала.

— Видите ли, мы с подругой жили в городе, но наш дом сгорел и теперь нам негде жить, вот и мотаемся неприкаянные! — продолжила жалостливо, глядя в глаза хозяину таверны. — Мы можем работать за кров и еду!

Ох, не знаю, что со мной творится, — раньше совершенно не умела говорить неправду, даже тогда, когда это было во благо, а сейчас вру и не краснею. Но, с другой стороны, от этого зависит мое выживание в этом непонятном мире.

Мужчина вновь хмыкнул и глянул на нас оценивающе.

— Лишние руки лишними не бывают! — басовито пошутил он. — Моя последняя служанка умчалась с бродячим цирком, который приезжал в деревню, так что от помощи точно не откажусь, да и на кухне точно нужна женская рука! Если будете хорошо справляться с обязанностями, то и жалованье буду платить. Но только учтите, никаких шашней с клиентами! У меня приличное заведение, а не публичный дом.

Олла опять хотела что-то сказать, но я легонько толкнула ее локтем в бок, предостерегая от болтовни. Интересно, мы что, похожи на жриц любви или любительниц приключений? Хотя я же еще не видела своего отражения в зеркале.

— Не волнуйтесь, мы с подругой придерживаемся весьма строгих взглядов в отношении мужчин. Кстати, меня зовут Лиза, то есть Элизабет, а это молчунья — Олла! — вежливо представилась я и исполнила некое подобие книксена.

— Гарольд… — прогудел мужчина, протягивая широкую мозолистую ладонь. — Ну вы, наверное, на вывеске прочли. Ладно, девушки, сперва я вас покормлю – как раз свежий хлеб в печи подошел. Вы же, наверное, голодные?

Громкое урчание в животе красноречивее любых слов ответило на этот вопрос. Кажется, жизнь начинала налаживаться. Теперь хотя бы появились условия, чтобы разобраться в происходящим, ибо размышления под открытым вечерним небом на голодный желудок были бы явно непродуктивны.

Надо понять, что происходит, почему здесь оказалась, а главное, как теперь вернуться домой, если, конечно, это возможно. В этот момент меня впервые захлестнула волна липкой паники и ощущения беспомощности, но я изо всех сил гнала их прочь, ведь страх — худший советчик!

Мне приснился странный сон. Можно сказать, видение из прошлого – вот только не моего, а той несчастной, в тело которой я попала. Но в этот момент мне казалось, будто она это я, и все ее мысли и чувства были моими. Как и переживания.

Словно от первого лица, я видела, как Элизабет сидит в гостиной, уставившись в окно с грустным видом, и тоскует, что уже полгода, как они поженились с Дарием, а муж все так же холоден к ней, и им даже наследника не удается зачать. Впрочем, супружеский долг герцог исполнял так редко, что это было неудивительно, и в постели муж оставался таким же безразличным, занимаясь с ней любовью так, словно выполнял какую-то повинность. Они с ним даже спали в разных спальнях, и она не чувствовала себя полноправной хозяйкой, ведь те же слуги не желали ее слушаться. Лишь только верная Олла всегда была рядом – ее личная служанка, которая приехала с ней сюда из родительского дома.

Элизабет помнила, как обрадовалась, когда отец сообщил ей о скором замужестве с драконьим герцогом. О, это была мечта любой девушки – выскочить замуж за молодого и красивого дракона, представители которых были не только богаты и знатны, но и как поговаривали, весьма горячи в постели. Особенно, если посчастливилось стать дракону истинной парой.

Кто ж знал, что Элизабет так не повезет? И что сердце мужа окажется к ней равнодушным, тогда как сама она всей душой полюбит его?

Вздохнув тяжко, девушка поднялась с дивана. Может, прогулка по саду поможет развеять тоску?

Но едва она шагнула к двери, как та вдруг распахнулась, и внутрь вошел муж. Сердце Элизабет встрепенулось, и она невольно залюбовалась Дарием, с жадностью разглядывая каждую черточку его прекрасного лица. Не далее как неделю он приходил к ней в спальню, и в душе женщины зрела надежда, что в этот раз она сумела пробудить в нем хоть какие-то чувства к себе.

- Элизабет! - хмуро поприветствовал ее муж. - Нам надо поговорить!

Внутри Элизабет что-то екнуло, и в душу от нехорошего предчувствия забрался холодок. Усевшись обратно на диван, она сложила руки на коленях и взволнованно посмотрела на мужа.

- Что-то случилось?

- Да, - коротко отозвался мужчина, оставшись стоять, глядя на нее так, будто с большим желанием избежал бы этого разговора. - Я развожусь с тобой.

- Что?

Треск рушащегося вокруг мира был почти осязаем, и женщина с недоверием уставилась на Дария, желая, чтобы ей это только послышалось.

- Что слышала! Я нашел свою истинную, Элизабет. И намерен на ней жениться. Так что ты мне больше не нужна...

Последние слова мужчины эхом отозвались в моей голове, и шквал эмоций захлестнул меня, заставив пробудиться. А, подорвавшись в постели, я ощутила, что по щекам бегут слезы, словно это был мой собственный муж, и это мне сообщили о том, что бросают меня. Это сновидение оказалось до боли реальным, и я ощутила вживую горечь потери и обиду на предателя, который разбил мое девичье сердце.

Вот же козел драконий! Да как он посмел так поступить с этой бедной девочкой?!

Кажется, попадись он сейчас мне, и я бы точно морду ему расцарапала, так зла была на него. Надо бы узнать у Оллы, как на самом деле все было, хотя я почти уверена, что сон недалек от правды. Пока же...

Я посмотрела за окно, где горизонт окрасился в красный, и тяжко вздохнула.

Пока же пора вставать и приниматься за работу. Негоже подводить того, кто приютил нас, да и выпрашивать у него приют с едой за бесплатно просто не позволяла гордость. Впрочем, к работе мне было не привыкать – ведь я-то не аристократка, и на Земле привыкла сама себя обеспечивать. Так что, пусть Олла ворчит сколько угодно, но беречь свои ручки и помирать от голодной смерти я не собираюсь.

Элизабет

Стать истинной для дракона… Не об этом ли мечтает каждая девушка? Когда отец сообщил мне, что организовал мое замужество с герцогом Дарием, я не поверила ушам. Дракон, да еще и столь высокого положения решил взять в жены меня, незаконнорожденную дочь торговки специями? Да, пусть папа был сказочно богат, но я не имела никакого права на его имущество и деньги, будучи бастардом, бельмом на глазу, результатом его порочной связи.

В доме отца я жила как прислуга, а не дочь хозяина. Хотя мне дали безукоризненное образование, здесь уже родителя нельзя было упрекнуть. Но хотелось найти наконец то место, где буду счастлива и любима, то, которое станет моим семейным гнездышком.

Именно поэтому ждала свадьбы с нетерпением, отсчитывая дни, которые, как назло, тянулись нестерпимо медленно. И когда, наконец, пришел заветный час, едва могла унять сердце, бившееся от смеси восторга и страха. Стоя у алтаря, я смотрела на будущего мужа и не верила глазам: да, драконы красивы, но даже не ожидала, что настолько. Волевое лицо с яркими глазами, которые словно светились изнутри, высокий лоб мыслителя, губы, изогнутые в легкой полуусмешке, которые так и хотелось поцеловать. Я с трудом верила, что свяжу свою жизнь с этим мужчиной.

Священник что-то говорил, но от волнения я почти ничего не слышала, лишь бросала украдкой взгляды на жениха, который выглядел абсолютно невозмутимым и даже отстраненным. Но когда церемония была почти окончена, и оставалось взяться за руки, чтобы обрести печать истинности, взгляд жениха скользнул по мне с интересом и…надеждой? Я зажмурилась и молилась про себя, прося высшие силы послать на наши тела знак истинной пары, метку, которая свяжет сильнее любых клятв.

Но этого не произошло. Я открыла глаза и почувствовала, что мой муж смотрит на меня, словно на пустое место, разом утратив интерес. Но неужели эта метка настолько важна для него? Ведь и без этого мы стали семьей. Ничего, все у нас будет замечательно и без этой дурацкой метки. Я окружу мужа теплом и заботой, и он полюбит меня в ответ. Да, я влюбилась в своего мужа с первого взгляда, и понимала это.

С тех пор прошло полгода, но в глазах Дария так и не зажегся огонь. Муж был безукоризненно вежлив, но холоден, словно ледяная вершина самой неприступной горы. Если в доме отца я чувствовала себя прислугой, то рядом с драконом вдруг ощутила и вовсе каким-то неодухотворенным предметом, деталью интерьера. Ни красивые туалеты, ни изысканные яства не могли заменить простую потребность быть любимой.

Но я не теряла надежды, что со временем все изменится, потому что любила мужа всем сердцем. Возможно, когда подарю Дарию наследника, он почувствует то же самое ко мне. Но, к сожалению, пока у меня не получалось забеременеть. Муж приходил в мою спальню словно на службу, являясь в один и тот же час раз в неделю. Возможно, у него даже в календаре было отмечено это время для выполнения супружеского долга.

Но то, что происходило между нами, не было похоже на то, что я ожидала и о чем читала в книгах. Я думала, что связь между мужчиной и женщиной, это страсть, искра, которая разгорается в настоящий пожар от первого же поцелуя. Но скупые ласки дракона были холодны, как и он сам. Исполнив долг, супруг касался губами моего лба, желал мне доброй ночи и отправлялся в свою комнату, хотя сперва я просила остаться рядом. Но мы ни разу не уснули вместе, в одной постели.

— Элизабет, нам нужно поговорить! — раздался над ухом голос мужа, выводя меня из глубокой задумчивости, в которой не заметила появления Дария.

Я поднялась с места и робко улыбнулась супругу, который выглядел раздраженным и напряженным, но тут же опустилась обратно, чувствуя, что у меня подкашиваются ноги, а сердце готово вот-вот выпрыгнуть из груди от дурного предчувствия.

— Что-то случилось? — спросила я, с трудом ворочая языком, который отказывался мне повиноваться.

Муж взглянул на меня насуплено, и почти зло, словно я раздражала его одним своим видом. Но в чем я провинилась, ведь я действительно старалась быть образцовой женой?

— Да, случилось! Я развожусь с тобой.

— Что?

Я надеялась, что это какая-то жестокая, но все же шутка. Не может же это быть правдой? Но мужчина остался абсолютно серьезен.

- Что слышала! Я нашел свою истинную, Элизабет. И намерен на ней жениться. Так что ты мне больше не нужна… Завтра же карета отвезет тебя в монастырь в северных землях.

От боли, которая резала меня внутри, словно свора обезумевших псов, разрывающих жертву, я едва могла дышать, а перед глазами все потемнело, и мир разом лишился красок.

— Кто она? — спросила  слабо, сама удивляясь этому вопросу, потому что был ряд других, которые были сейчас важнее.

— Это не твое дело! Бумаги на развод подписаны, поэтому собирай вещи, чтобы завтра с утра отправиться в путь! — продолжил муж отстраненно, не глядя на меня. — Я дам тебе денег, хотя зачем они тебе в монастыре?

— Но я не давала согласия на развод!

— А мне оно и не нужно – по закону я имею права расторгнуть брак для заключения союза с истинной парой.

Судя по металлическим ноткам в голосе, дракон начинал злиться. Но мне уже не было страшно, ведь я умерла. В тот момент, когда Дарий сказал, что я ему не нужна, внутри меня что-то оборвалось. И теперь я была лишь телесной оболочкой, внутри которой кипела всепоглощающая боль, но не было жизни. То прекрасное светлое чувство, которое сияло, переливалось и освещало темноту, вдруг оказалось растерзано грубой безжалостной рукой того, кого считала самым близким человеком. И осталась лишь тьма, поглотившая меня полностью.

Когда утром прибыла карета, я едва смогла к ней сойти. Если бы не помощь верной Оллы, поддерживающей меня под локоть, то точно бы упала от слабости и головокружения. Ночью я не сомкнула глаз ни на секунду, проплакав до рассвета, и теперь чувствовала себя ужасно.

Но я старалась взять себя в руки и гордо задрала подбородок, словно мой муж не вышвырнул меня из дома, как собачонку, а я ушла сама. Я не стала собирать вещи, решив оставить все супругу, который стал бывшим. Пусть новая хозяйка наряжается в яркие платья, потому что для меня все уже стало беспросветно-серым, и эти тряпки мне были без надобности.

Наверное, нужно было напомнить дракону, что он обещал дать денег, но гордость не позволила этого сделать, поэтому отбывала я, имея на выходе лишь горсть медяков и разбитое сердце. До последнего надеялась, что герцог выйдет ко мне, чтобы проститься, но его не было. Я подняла глаза туда, где были окна комнаты мужа, и на секунду почудилось, что сквозь полупрозрачную штору вижу его могучий силуэт, но, скорее всего, это был лишь обман зрения.

Карета уносила нас с Оллой все дальше от места, которое я мечтала назвать своим домом. Колеса выстукивали по мостовой, а затем мы выехали за город, и ухабистая дорога повела меня все ближе к монастырю, где мне предстояло провести остаток жизни, старясь за каменными стенами под бдительным контролем служительниц. Стало вдруг так нестерпимо больно, обидно и тяжело, что я была готова умереть здесь и сейчас. И небеса меня услышали.

Карета буквально взлетела на очередном ухабе, а затем опрокинулась на полной скорости. Даже не успела что-либо понять, как на меня обрушилась темнота.

Постепенно мы с Оллой обжились на новом месте, свыкнувшись с мыслью, что назад пути нет и здесь теперь наш дом. Служанка поначалу много охала и сетовала, что дракон непременно отыщет нас и накажет. Но шли дни, и минула целая неделя с момента нашего отъезда, а никто так и не хватился нас. Видимо, моему бывшему было откровенно плевать, что будет с его прошлой благоверной, а монастырь и вовсе счел нас пропавшими без вести. Вот и славно...

Первое время Олла то и дело норовила назвать меня то миледи, то госпожа, вызывая недоумение у Гарольда, когда он это слышал. Пришлось сказать ему, что Олла хоть и моя подруга, но дочь старого слуги отца, и поэтому никак не отвыкнет так меня называть.

Потихоньку мы с Оллой действительно стали подругами, ведь общий труд сближал. И когда вчерашняя госпожа наравне с тобой начищает котлы или драит пол, трудно продолжать считать ее своей хозяйкой. А работы для нас было полно, хоть и не такой уж и сложной: мыть посуду, чистить овощи, помогать с готовкой местному повару, убираться.

Кроме нас здесь еще были подавальщица в таверне, горничная, следящая за комнатами, прачка и конюх. Хозяин же принимал гостей, вел бухгалтерию, занимался размещением клиентов, поставками, договорами и прочими нудными вещами. Постоялый двор хоть и был не слишком большим, и находился не на самом популярном тракте, но посетителей здесь хватало, как и постояльцев, которые ценили это место за комфорт, чистоту и вкусную еду.

Я и моя новая подруга быстро влились в коллектив, хотя скорей то была моя заслуга: Олла оказалась весьма стеснительной, и мне приходилось отдуваться за двоих. Что же касается оплаты за нашу работу – Гарольд платил нам щедро, иногда даже слишком, и я почти все откладывала в надежде, что позже мы с Оллой сможем открыть лавку в каком-нибудь городке, перебравшись туда. Впрочем, кажется, Гарольд просто так меня вряд ли отпустит.

Я видела взгляды, которые он бросал на меня, когда думал, что не замечаю этого, и не раз ловила его на том, что он заботится обо мне сверх меры, будто... я ему очень нравлюсь. А эти его случайные прикосновения, намеки...

Да, как мужчина он, может, и не был так же красив и богат, как мой бывший, но в нем чувствовалась надежность и стабильность. За ним бы я была, как за каменной стеной. И я все чаще задумывалась о том, чтобы ответить ему взаимностью, пусть сама к нему ничего не чувствовала. Но разве ж любовь в отношениях это самое главное? Как я убедилась на примере самой Элизабет – нет.

Возможно, вскоре я действительно бы сменила статус со служанки на хозяйку двора, если бы не узнала то, что перевернуло всю мою жизнь с ног на голову.

Этим утром я, как обычно, не выспавшаяся и уставшая, доползла до умывальни, надеясь, что прохладная вода взбодрит меня. На протяжении всей недели мне то и дело снились обрывки воспоминаний Элизабет. Будто душа погибшей пыталась таким образом достучаться до меня, не дать мне забыть о ней и о причинах, по которым она умерла. Хотела ли она мести, или просто боялась забвения, я не знала, но эти сны выматывали, и я не мечтала нормально выспаться.

Склонившись над бадьей с водой, я плеснула в лицо, с сожалением вспомнив об удобствах родного мира. Здесь даже просто помыться было проблемой – попробуй сначала натаскай воды, а потом согрей ее, и все это надо проделать быстро, потому что очередь в помоечную большая. А что будет зимой, я не представляла, и жутко мечтала, чтобы к нам на постоялый двор устроился работать какой-нибудь маг, пусть и самый захудалый. Тогда бы проблем ни с водой, ни с ее нагревом точно не было.

Разогнувшись слишком резко, я скривилась, снова почувствовав тошноту. Последние несколько дней она не отступала, и по утрам я не могла на еду смотреть. Странно, конечно, вроде бы Гарольд тщательно следит за чистотой на кухне, и не позволяет использовать пропавшие продукты. Может, аллергия какая-нибудь?

Собравшись с силами, я переоделась, натянув вместо сорочки невзрачное, но удобное платье, и отправилась на кухню. Сегодня ожидался наплыв посетителей, ведь в городке, что находился неподалеку, проходила какая-то ежегодная ярмарка. И работы предстояло немало.

Олла вовсю хозяйничала на кухне, разбирая продукты и расставляя посуду, а наш повар Рональд – высокий и удивительно худощавый для своей профессии мужчина средних лет неторопливо помешивал что-то в кастрюле и украдкой наблюдал за помощницей. Кажется, Олла нравилась ему, только вот оба они были ужасно стеснительны, и ни один из них ни за что не сделает первый шаг. Надо бы помочь им в этом.

- Доброе утро! - поприветствовала я этих двоих с улыбкой.

Повар вздрогнул, отводя взгляд, и начал мешать похлебку с каким-то ожесточением. Олла же, оторвав глаза от стола, улыбнулась мне в ответ.

- Гос... Элизабет, - тут же поправилась она сама, без подсказки. - Там продукты привезли, на заднем дворе телега. Гарольд просил проверить по списку, не забыли ли чего.

- Я займусь, - кивнула я. - А где он сам?

- Да гостей встречает, - пожала плечами женщина. - Сама же знаешь, сколько их сегодня.

Подхватив список, накорябанный на клочке желтоватой бумаги, я поспешила к заднему выходу. Вот и хорошо, хоть свежим воздухом подышу, а то совсем что-то дурно, еще и голова чего-то кружится. Эх, жалко, что целители нынче дороги. Вроде бы и есть в этом мире магия, а не воспользоваться, если сам не маг.

Груженая продуктами телега, с впряженной в нее гнедой лошадкой, стояла возле самого крыльца. Дородный крестьянин, сидящий на облучке, вяло махнул мне, даже не поздоровавшись, и снова уставился вдаль, на чернеющую полоску леса.

Вздохнув, я подошла к телеге, поняв, что от него помощи не дождешься. Приподняла накидку из мешковины, которой были накрыты продукты, и уставилась на огромные бутыли из потемневшего стекла, оплетенные виноградной лозой.

Вино? Разве оно есть в списке?

Удивленная, я потянулась к одной из бутылей, собираясь ее как следует рассмотреть. Но едва приподняла ее, как низ живота пронзило болью, а перед глазами резко потемнело. Руки разжались, и бутыль с громким стуком встала обратно. А я упала на землю, теряя сознание. Кажется, извозчик что-то крикнул, но мне уже было все равно, ведь я отключилась.

— Элизабет, как ты себя чувствуешь? — раздался словно сквозь вату взволнованный голос Гарольда.

С трудом открыла глаза и увидела прямо над собой обеспокоенное и несколько растерянное лицо хозяина таверны. Судя по знакомым стенам и потолку, я лежала в своей комнате на кровати, хотя совершенно не помнила, как здесь оказалась. Кажется, потеряла сознание. Как не вовремя, сегодня же ожидаются гости, а я тут развалилась!

— Все в порядке! — бодро соврала я, хотя меня сильно мутило. — Пару минут и встану!

— Лежи! — приказал мужчина, вдруг суровея. — Знахарка сказала, что малышу ничего не угрожает, но тебе нельзя перенапрягаться и необходимо больше отдыхать. Но почему ты не сказала мне сразу, Элизабет?

В голосе Гарольда послышалась боль. Хотя возможно, мне просто показалось. Я с трудом пыталась понять, о чем идет речь. Какой малыш?

— О чем не сказала? — переспросила хрипло, едва ворочая языком.

— О том, что беременна!

Вот тут я забыла и про тошноту, и про недомогание, и рывком поднялась на кровати. Какая беременность? Что он такое говорит? Этого просто не может быть! Да я не помню, когда у меня был последний интимный контакт с мужчиной!

Вспышка озарения, настигшая меня, напоминала разряд молнии. Конечно, может, у меня близости и не было в районе полугода, а вот обладательница этого тела была замужем. Судя по обрывкам ее воспоминаний, девушка очень хотела ребенка и надеялась, что малыш позволит принести в их с драконом брак обоюдную любовь, пусть и не станет законным наследником без этой чертовой истинности. Бедняжка…

Гарольд же интерпретировал мое молчание по-своему.

— Ты сбежала от отца малыша, поэтому и оказалась здесь без денег и помощи? Он был чудовищем? — вдруг спросил хозяин, сжимая крепкие кулаки. — Не волнуйся, здесь тебе ничего не угрожает!

Вот человек, который точно мог бы стать отличным отцом для ребенка: заботливый, надежный, верный. Этот точно не предаст в отличие от красавчика Дария, который просто выгнал меня на улицу, наплевав на мою судьбу.

Я улыбнулась мужчине и тихонько кивнула, стараясь, чтобы голова не закружилась сильнее.

— Извини, что не сказала сразу. Боялась, что не возьмешь на работу! — произнесла я, понимая, что не хочу пока рассказывать о собственных проблемах и впутывать в них этого замечательного человека.

— Так, с сегодняшнего дня никаких тяжестей! Будешь помогать иногда с заготовками на кухне, но ты должна как можно больше отдыхать!

Я пообещала, что непременно так и поступлю, хотя осознавала, что совесть не позволит мне праздно предаваться безделью. Но все же, похоже, придется пересмотреть свое отношение к работе раде малыша.

Положив руку на живот, прислушалась к ощущениям. Надо же, внутри меня ребенок… Это было так неожиданно и странно, но вместе с тем удивительное счастье небывалых размеров наполнило мое сердце. Пусть я и не ожидала подобного, но знала, что приложу все усилия, чтобы стать хорошей мамой, и подарю крохе всю любовь, которая у меня есть.

Гарольд еще раз взглянул на меня и приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого лишь резко развернулся и вышел из комнаты. Кажется, он в меня влюблен и даже известие о моей беременности не изменило его чувств. На глазах невольно выступили слезы благодарности. Пусть я не испытывала пылких чувств и страсти, но симпатия, перерастающая в настоящую дружбу, была важнее и сильнее любых страстей. Однако, как ни крути, просто не могла себе позволить этого, будучи беременной от другого. Нечестно это и неправильно.

Я хотела было подняться и отправиться помогать зашивавшимся слугам, но сон сам собой сморил меня, незаметно и коварно.

— Пожалуйста, позаботься о моем малыше! — послышался сквозь тяжелую пелену дремоты голос, который теперь принадлежал мне. — И защити его ото всех опасностей. Сделай так, чтобы Дарий никогда не узнал о ребенке!

При мысли о самодовольном бесчувственном драконе на меня вновь накатила волна гнева, хотя раньше была не способна столь сильные чувства и не позволяла себе испытывать злость. Но этот мужчина, сломавший жизнь жене, которая любила его до беспамятства, не заслуживал доброты.

Клянусь, он никогда не узнает о ребенке, которого унесла под сердцем Элизабет и которому теперь я стану матерью! Я инстинктивно прикрыла живот, словно защищая маленького человека, который был внутри меня. Спи спокойно, малыш, все будет хорошо!

Четыре года спустя

Оторвав взгляд от грядки, я устало вздохнула и вытерла пот со лба. Ну и жарища сегодня!

Услышав довольный смех, я скосила глаза на дочь, которая с восторгом носилась между грядок вместе с новым другом – щенком дворняжки, который прибился к нам, когда мы ездили в город за покупками. Он оказался на редкость чистым и ухоженным, словно сбежал из чего-то дома, и я, так и не найдя хозяев, решила оставить его себе. Собака на постоялом дворе, где всякие люди бывают, уж точно не будет лишней.

Заметив, как Эмми сорвала поспевший помидор, чуть не выдрав при этом весь куст, я бросилась к ней, чтобы вымыть овощ. Вечно она хватает в рот что ни попадя, а потом животом мучается. Но несмотря на ее неугомонность и то, что я с ней дико уставала, я все равно любила ее без ума. Любила так, будто она действительно была моей дочерью. Впрочем, я ведь вынашивала ее девять месяцев, а это чего-то да стоило.

Лето было в самом разгаре, и я копалась на огороде с утра до ночи, помогала с делами в таверне, общалась с дочерью и лишь иногда отдыхала. За последним строго следил Гарольд, который заботился обо мне, как о собственной жене, хотя в наших отношениях с ним все осталось по-прежнему. То есть – никак.

Я до сих пор не могла переломить себя и свои принципы. Считала нечестным просить влюбленного мужчину растить чужого ребенка, как своего, даже не испытывая к самому избраннику никаких чувств. Ну не екало у меня ничего в груди, хоть убейся! И Гарольд для меня был лишь другом, которому я была безмерно благодарна, и отрабатывала свой долг ему, как могла.

Вот и огород этот придумала я посадить, чтобы порадовать хозяина двора. Свежая зелень, овощи, ягода – все свое. Опять же, экономия.

Подобная идея отчего-то не приходила в голову Гарольду, и задний двор, весьма просторный, практически пустовал. Всего один сарай, куда мужчина складывал всякий хлам, да хлев, где он содержал свиней. А вот зеленью он не озаботился, да и некому было этим заниматься, рук и так не хватало. Пока не появились мы с Оллой.

Не знаю, что бы я делала без своей служанки, которая стала мне подругой. Особенно тогда, когда узнала про беременность. Эта новость выбила меня из колеи надолго, и пусть я действительно была рада ребенку несмотря на то, кем был его отец, однако сомнения и страхи никуда не делись. Что если я буду плохой матерью? Вдруг не смогу справиться? А если роды пройдут плохо? Это все-таки не современный мир.

В то время меня жутко штормило, и эмоции менялись по несколько раз на дню. В один прекрасный день мне вдруг захотелось посмотреть на того, кто испортил жизнь Элизабет, и я не стала отказывать себе в этом удовольствии.

Герцог жил не так уж и далеко от нас, всего в дне пути, и хорошо, что тракт, на котором располагался постоялый двор, вел в северные земли на границу с варварами, с которыми драконы дел иметь не любили. Да и не могла я представить причину, по которой бы драконий герцог стал бы останавливаться в таком низкопробном месте, как наш двор. Не по статусу ему – тем для нас с дочерью и лучше.

Я придумала какую-то причину, по которой мне просто жизненно необходимо было съездить в город рядом с поместьем Беннингема, и отпросилась у Гарольда, который не слишком то желал отпускать меня одну куда-то в моем то положении. Едва уговорила.

Взяв с собой верную Оллу, я с рассветом отправилась в дорогу в лучшем и единственном экипаже Гарольда, и к ночи мы остановились в одной из гостиниц Леграда, от которого до поместья Дария было подать рукой. А утром я смогла посмотреть в глаза бывшему муженьку, правда для этого пришлось изрядно замаскироваться, укутавшись в платок по самые глаза.

Мы въехали в усадьбу вместе с крестьянином, что доставлял герцогу продукты, который за небольшую денежку взял нас с собой. Пришлось наврать ему, что мы решили устроиться к герцогу в слуги, и что нас ждут. А потом, как по заказу Дарий вышел в сад, пройдя мимо меня всего в нескольких шагах, мазнув по мне мимоходом надменным взглядом. Он не узнал меня, но страшно было жутко. И я не могла не отметить, что дракон очень красив и мужественен. Жаль, что как человек он оказался тем еще мерзавцем.

Все это время Олла была рядом, и именно она помогла мне справиться со стрессом и успокоиться. И после родов, первые месяцы, когда я сходила с ума от недосыпа и усталости, девушка тоже буквально спасла меня, позволяя нормально поесть и хоть немного поспать спокойно.

Сами же роды прошли на удивление легко, с помощью все той же знахарки, которая диагностировала мою беременность. Не знаю, каким ветром ее занесло в эти края, и говорить она отказывалась, да только как-то так вышло, что женщина осталась с нами. Так у Гарольда появился собственный аналог целителя, пусть и не такой эффективный, но зелья, настои и мази у знахарки по имени Файна были отменными. И помимо того, что Гарольд обеспечил ее жильем, едой и какой-то копеечкой, она еще и на приезжих зарабатывала, предлагая им свои услуги. В общем, никто внакладе не остался, и я была рада, что за мной и ребенком будет кому наблюдать.

Закончив с прополкой и поливкой, я сгребла упирающуюся Эмми в охапку и поспешила к себе в комнату. Дай ей волю, она круглые сутки с улицы вылезать не будет. Мне же было пора в таверну, пришла моя очередь помогать Розалии, нашей подавальщице, которая в обеденное время просто не справлялась с потоком гостей.

Я переоделась сама, умыла чумазую дочку и всучила ее Олле, которая как раз отдыхала. А потом поспешила спуститься, чтобы подсобить Розали. Составив на поднос грязную посуду с одного из столиков, я поспешила с ним на кухню, по пути приняв несколько заказов. Но у барной стойки меня ждал сюрприз.

– Элизабет? Ты тут что, работаешь?

Услышав незнакомый голос, полный удивления и злости, я поставила поднос на стол и недоуменно подняла глаза на говорившего.

Высокий широкоплечий мужчина с суровым, словно у воина лицом, и пронзительным взглядом янтарных глаз,  стоял, облокотившись о барную стойку, и глядел на меня с неприкрытым презрением, словно я испортила ему день одним своим видом.

Сердце испуганно дернулось в груди, и от страха перехватило дыхание, когда я узнала того, кого видела лишь однажды. В день, когда решила хоть одним глазком взглянуть на бывшего мужа.

Дарий? Вот черт, как он здесь оказался?

– Да, работаю, сударь, - невозмутимо ответила я, хотя внутри все кипело от ненависти. - Уж извините, что не выбрала монастырь, куда вы хотели меня сплавить.

– Пожалуй, в следующий раз я объеду это заведение стороной! – выплюнул он брезгливо и, прищурившись, процедил сквозь зубы с угрозой. - И обязательно разберусь, почему ты здесь, а не в монастыре!

Мужчина грозно двинулся ко мне, а я застыла, не в силах двинуться с места. 

– Мама… – пропищала Эмми, хватая меня за юбку.

– Мама?! – изумленно округлил глаза бывший.

Как же это все не вовремя! Что, если он узнает?.. Она ведь так похожа на него!

Словно прочитав мои мысли, Дарий в два шага оказался рядом, и здешний вышибала Вилли дернулся в нашу сторону, на ходу доставая дубинку.

– Откуда эта девочка, Элизабет?! Кто отец твоего ребенка?

 – Это не твоя дочь! Отстань от нас, Дарий!

– Врешь! - выплюнул мужчина и схватил меня за руку, желая то ли удержать, то ли наказать.

В этот момент мир словно содрогнулся, а на моей руке вспыхнул странный знак. Отпустив меня, Дарий задрал рукав рубашки, и с изумлением уставился на точно такой же узор у себя на руке.

Дарий сжимал мою руку так, что точно синяки останутся.

— Какого черта, Элизабет? — рявкнул бывший муж так, словно я была виновата во всех смертных грехах. — Откуда взялась метка истинности?

Я постаралась выдернуть руку, но хватка у дракона была стальной.

— Отпусти! Я ничего не знаю! — потребовала зло.

Близость этого мужчины была мне одновременно неприятна, — помнила ведь, как он поступил с бедняжкой Элизабет, — но при этом ощущала странный жар, расходившийся по коже от прикосновений Дария.

— Я никуда тебя не отпущу, пока не объяснишь мне все!

Дарий притянул меня к себе так решительно и сильно, что дыхание перехватило. Нет, ну это уже слишком. Он что, решил, что ему все дозволено? Да плевать я хотела на его титул!

— Не смей меня хватать! — прошипела я, готовая лицо ему расцарапать, если он не отпустит. — Ты не имеешь права!

Глаза мужчины полыхнули пламенем, и сейчас они казались наполненными искристым янтарём. Это было одновременно прекрасно и пугающе. Кажется, я и впрямь разбудила в бывшем муже дракона.

— Ты моя жена, Элизабет! И я буду делать с тобой все, что захочу! — с недоброй улыбкой, больше похожей на оскал хищника, произнёс Дарий.

А вот это он сказал зря. Пусть я и была слабее этого рослого сильного мужчины, но во мне вспыхнуло настоящее пламя.

— Ты сам развелся со мной, не забыл? – с ледяной яростью напомнила ему. - У тебя нет никаких прав на меня, так что убирайся отсюда!

Каким-то чудом я выдернула руку из пальцев Дария и занесла ее, чтобы отвесить пощечину. Не знаю, чтобы последовало бы за этим, но сейчас мне было все равно. Осталось лишь желание заставить этого наглеца, решившего, что может распоряжаться мною, пожалеть о своих словах.

— Что здесь происходит? — раздался громкий голос Гарольда, замершего у двери. — Элизабет, этот мужчина тебе угрожает?

Хозяин таверны проигрывал в росте и стати моему бывшему мужу, но чувствовалось, что его это не волнует. Он был готов вступить в бой с превосходящим по силе противником, чтобы меня защитить, и это разом остудило мой пыл.

— Все в порядке! — произнесла я, отступая от Дария на несколько шагов. — Мы уже закончили разговор.

Дракон перевел раздраженный взгляд с меня на Гарольда и полыхнул глазами так, что я испугалась. Не хватало еще вмешивать в наши разборки того, кто помог и дал мне кров в трудную минуту.

— Дарий, не смей! — вскрикнула я так, словно могла голосом остановить разъяренного дракона.

Бывший муж вдруг холодно и надменно ухмыльнулся.

— Что, защищаешь этого деревенщину? — поинтересовался Дарий, с презрением оглядывая Гарольда с ног до головы. — Я так понимаю, это и есть  папаша твоей дочери?

Я хотела было возразить, но поняла, что будет лучше солгать, ведь это единственный шанс избавиться от внимания бывшего мужа.

— Да! — произнесла я гордо. — А тебе пора по своим важным драконьим делам. А меня и мою дочь оставь в покое! Ты для нас никто!

По красивому лицу экс супруга пробежала тень.

— Учти, Элизабет! Мы не закончили! — с угрозой прорычал бывший муж, поглаживая метку истинности. — Этого просто не могло произойти! И я обязательно разберусь, что случилось! И не мечтай, что оставлю все так, как есть!

Казалось, дракон был готов отпилить себе руку, на которой появился знак, такое у него сейчас было лицо. Еще раз смерив меня тяжелым пылающим взглядом Дарий вышел из помещения, громко хлопнув дверью на прощанье.

Слабость обрушилась на меня сразу, от былых сил и решимости не осталось и следа. Я покачнулась, но Гарольд поддержал меня.

— Спасибо, что вмешался… — прошептала слабо. — Боюсь, нам с Эмми лучше уехать. Дарий не оставит меня в покое, я чувствую.

— Даже не думай! Здесь ваш дом!

Мне захотелось прижаться к мужчине, ощутить его надежное плечо, но я лишь слабо улыбнулась и произнесла: «Спасибо!»

С тех пор, как в таверну заявился Дарий, и случилось самое страшное, что можно было представить, мне все время стало казаться, что за мной следят. Не знаю, почему я так решила, но мне то и дело чудились чьи-то тени, когда я выходила на улицу, и я кожей чувствовала посторонний взгляд. А еще эти странные постояльцы, что косились на меня подозрительно.

Оставленная в «подарок» драконом метка чесалась и жглась, будто под кожу засунули маленький уголек. И это жутко раздражало и пугало.

Я часами разглядывала черный узор в виде дракона на запястье и мечтала выжечь его, выдрать зубами, лишь бы избавиться от свидетельства того, что я теперь принадлежу этому мерзавцу.

Я не питала иллюзий и успела узнать, что истинные пары для драконов священны, и что они при всем желании не смогут выбросить свою пару из головы и на улицу, как это Дарий сделал со мной. И что по закону, их драконьему закону, он мог забрать меня в любой момент, и никто даже слова бы не сказал. Особенно с учетом того, что я была простой смертной. Человечкой, как драконы презрительно называли нас.

Пожалуй, спасало меня лишь то, что у него уже была истинная, и Дарий наверняка сейчас был в полном замешательстве. Но это ненадолго. Скоро он решит вернуться, я была в этом уверена. И вряд ли забудет про меня.

Что ж, значит надо подыскивать себе другое место. Там, где он нас с дочерью ни за что не найдет. Вот только я таких мест не знала, разве что действительно к варварам податься. Но у тех порядки такие, что мы с Эмми будем там скорей на правах рабов.

Прошла неделя с того момента, когда дракон нашел меня, и я устала бояться. Ждать, что он придет за мной и шарахаться от каждой тени. Сколько можно? Ну не потащит же он, действительно, силком нас с Эмми к себе в поместье? Уверена, его новая женушка будет против.

Сегодняшним утром я окончательно успокоилась, решив, что Дарий если не забыл про нас, то ему просто сейчас не до того. Впрочем, пути отхода я все равно готовила, и это тоже добавляло мне спокойствия.

- Гарольд! - влетела я в таверну, подбежав к стойке. - Я возьму экипаж в город съездить? Надо закупить кое-что для огорода, а еще я платье для Эмми присмотрела в одной из лавок.

Мужчина отставил в сторону жестяную кружку, которую до этого ожесточенно натирал, и посмотрел на меня с сомнением и тревогой.

- Элизабет... Думаю, тебе лучше остаться здесь. Что если?..

- Если Беннингем найдет меня там? Скорей я рискую, оставаясь здесь. Думаешь, он тебя испугался и поэтому ушел?

Гарольд невесело усмехнулся.

- Это вряд ли. Кто я и кто он?

Он нахмурился и неохотно кивнул.

- Ладно, забирай. Но я отправлю с тобой Вилли. И будь осторожна.

Закивав, я поспешила к себе. И снова ощутила на себе взгляд. Тяжелый, задумчивый и печальный. Гарольд.

С появлением Дария отношения между нами с хозяином двора стали слегка натянутыми. Напряженными. Если до этого он на что-то надеялся, искал ко мне подходы и был уверен, что рано или поздно я отвечу ему взаимностью, то появление драконьего герцога окончательно убило в нем всякую надежду.

И мне было безумно жаль его, но и обманывать мужчину не хотелось. Особенно сейчас, когда отношения со мной грозили ему неприятностями. Нет, я не стану прятаться за его спиной и подставлять под удар!

Накормив дочку и перепоручив заботу о ней Олле, я быстро собралась и поспешила на улицу. Карета с кучером и сопровождением в виде недавно нанятого Гарольдом вышибалы Вилли ожидали меня возле крыльца.

Я залезла в экипаж и скромно приткнулась в уголке, потому что этот громила, что сегодня служил моим охранником, занимал собой чуть ли не все свободное место. Да уж, поездка явно будет не слишком комфортной. Но лучше уж так, чем пешком.

Карета тронулась с места, и я прикрыла глаза, собираясь немного вздремнуть. Но тут же снова открыла их, заметив, как от входа в таверну к стоящим на привязи лошадям метнулись сразу двое постояльцев. Быстрые, словно тени, одетые в простую одежду, но выглядящие так, будто в них течет благородная кровь. Словно... Они тут не случайно.

Вот черт, за мной что, и вправду следят?

Я мысленно улыбалась, как обрадуется Эмми новому платью. Мне нравилось наряжать ее, словно маленькую принцессу, хотя вещи тут же пачкались соком спелых ягод с огорода или шоколадом, который тайком от меня давала ей сердобольная Олла. Но моя малышка всякий раз так искренне расстраивалась и извинялась, что невозможно было ругаться на эту кроху. Один раз я даже застала дочку за тем, как она застирывала свою блузку в ледяной воде, не желая расстроить меня.

Эта девочка, маленький озорной солнечный лучик освещала мою жизнь и придавала ей смысл. Я пообещала себе, что сделаю все, чтобы у нее было счастливое будущее. Именно поэтому то жалование, которое выплачивал мне Гарольд, я тщательно откладывала, узнав, что в королевстве есть учебное заведение для девочек, в которое надеялась отдать Эмми.

На себя я почти не тратила денег, приобретая по необходимости удобные немаркие платья и мягкую обувь без каблука, в которой можно работать день напролет. Да, отражение в зеркале намекало, что если это тело приодеть, сотворить нарядную прическу и накраситься, то оно будет весьма привлекательным. Только у меня совершенно не было времени на эти женские штучки. Да и ради кого мне наводить красоту? Нового мужа я не искала, тут со старым бы разобраться.

Зря я вспомнила Дария… Стоило выйти из кареты и отправиться к магазинчику, как на мое плечо легла тяжелая мужская рука, стискивая до хруста. Можно было даже не оборачиваться, чтобы понять, кто стоит за спиной — тяжелая давящая энергетика дракона, обжигающая диким пламенем, была узнаваема «с трех нот».

Надеяться на помощь Вилли было бесполезно: здоровяк побледнел, да еще и с легкой прозеленью, и теперь пятился, испугано хлопая глазами. В принципе, я не могла его судить, — у самой сердце ушло в пятки и там еле-еле постукивало.

Ну почему так? Стоило мне чуть расслабиться и поверить, что все будет хорошо, этот невыносимый дракон опять встал на моем пути. И что-то подсказывало – Дарий здесь появился не просто так.

— Ты за мной следишь? — прошипела, не поворачиваясь и стараясь стряхнуть руку мужчины с плеча.

Он резко развернул меня к себе так, что едва не потеряла равновесие. Какой же он огромный и сильный. Почему-то не вовремя в голове вспыхнули воспоминания старой Элизабет о том, как выглядит этот красавец без одежды. Ох, ну и зачем мне эти картинки?! Краска тут же прилила к моим щекам, а сердце, еще недавно еле бьющееся, принялось отплясывать чечетку.

— Я не слежу, а лишь контролирую, чтобы с моей женой все было в порядке! — холодно произнес Дарий.

И тут же поморщился, почесав запястье, где у него появилась печать истинности. Кажется, эта метка тоже доставляла ему неудобство.

— Хочу напомнить, что твоя жена сейчас в твоем родовом имении, а вот мы с тобой уже чужие друг другу. С тех пор как ты выгнал меня!

Дракон лишь недовольно скривился и склонился ко мне, прожигая угрожающим взглядом. Снова схватил за плечи и прорычал тихо:

— Это не тебе решать. Лучше ответь честно, Элизабет, как тебе удалось получить метку истинности? Ты же знаешь, что за подобное колдовство в отношении дракона предусмотрена смертная казнь?

От возмущения  чуть было не задохнулась. Что этот напыщенный ящер о себе возомнил? Что я решила его приворожить? Да я доплатить готова, лишь бы больше его не видеть никогда. Ну разве что в эротических снах…

— Дарий, я ничего не делала! — твердо произнесла я, глядя прямо в глаза мужчины. — Мне не нужен ты и вся эта истинность, я лишь хочу жить спокойно!

Кажется, в глазах бывшего мужа вдруг зажегся интерес.

— А ты изменилась, Элизабет!

Странно, но это прозвучало почти как комплимент. Хотя в устах такого хама подобное точно было высшей формой одобрения, вряд ли он вообще умеет говорить что-то приятное.

— Мне пора идти!

Я попыталась отстраниться, но бывший муж продолжил меня удерживать.

— Если тебе есть что сказать, то лучше говори сейчас, пока спрашиваю по-хорошему! Я не потерплю игр, Элизабет! Или ты забыла кто я?

Мне показалось, что тень за спиной Дария увеличилась, и у нее появились широкие крылья. Выглядело это угрожающе и пугающе, но я не позволила панике взять верх.

— Ты — чужой для меня человек, решивший вмешаться в мою жизнь со своими проблемами. А теперь проваливай к ненаглядной настоящей жене Дарий, ты же сам знаешь, что у тебя может быть лишь одна истинная!

Мужчина втянул воздух ноздрями, словно пытаясь почувствовать мой запах, и в этот момент проклятая метка нестерпимо запылала, но я не подала и виду, продолжая с вызовом смотреть в глаза дракона.

— Да, ты права, всего одна истинная… — задумчиво произнес бывший муж, словно разговаривая уже с самим собой.

Не прощаясь, он резко развернулся и широким шагом отправился к своей шикарной карете, что-то бормоча под нос.

И что это сейчас было?