— Что ты делала ночью в спальне моего мужа, Оливия? — хриплю я, сталкиваясь с ней в дверях.

Маркиза даже не вздрагивает. Пламя свечи колеблется и на белоснежной шее мерзавки я замечаю алое пятно. 

В ее глазах мелькает какой-то странный, издевательский блеск, а медовые, обычно волосок к волоску уложенные, локоны сейчас больше напоминают горгульино гнездо. 

— Тише, тише, Элара. Не надо вот этого всего. И на мужа не ругайся, он был сегодня… Удивительно послушным!  

Раньше, чем я успеваю опомниться и схватить ее за патлы, маркиза подхватывает подол платья и скрывается за поворотом. 

Послушным? 

Он был сегодня удивительно послушный? 

Не раздумывая, распахиваю тяжелую дверь в спальню мужа и влетаю туда. 

— Рагнар! 

Окна распахнуты настежь, тяжелые портьеры бьются на ветру, впуская в спальню ночную сырость. Муж сидит в глубоком кресле, одетый лишь в тонкую рубашку, и, кажется, совсем не замечает холода.

Он даже не поворачивает голову на мой вскрик. Зато спальня говорит о происходящем без всяких слов. 

Каждый вздох дается с трудом, кажется, сердце вот-вот разорвется, но глаза еще выхватывают какие-то мелочи. 

Простыни скомканы. Подушки валяются на полу. На резной спинке, прямо напротив застывшего изваянием дракона, висит кусок ткани. 

Что? 

Моя любимая сорочка. 

Он… Она… Маркиза была в ней?  

В нос, несмотря на сквозняк, который они устроили, бросается отчетливый, густой запах лилий. Резкий, дурманящий, он окутывает спальню, перебивая даже свежесть ливня.

Под туфлей что-то хрустит. 

Я опускаю взгляд. Жемчуг. 

Мелкие белые горошины раскатились от самой двери до кровати. Видимо, Рагнар сорвал ожерелье с маркизы в порыве страсти. Или она сама рвала его на себе, чтобы казаться доступнее? 

Наступаю сильнее и давлю каблуком. 

Я ждала этой встречи месяц. Везла ему подарок, я грела в мыслях каждое его слово из старых писем…

— Рагнар, — я хватаю его за плечо. — Посмотри на меня!

Муж поднимает голову, и я вскрикиваю, отпрянув.

В его глазах нет ни капли стыда. 

Какого стыда! Там вообще ничего нет! 

Муж всегда был воплощением ярости и власти: широкий лоб, острые скулы, вечно поджатые губы, морщинка между бровей. Лицо генерала, суровое грубое, как и положено дракону. Сейчас же его кожа кажется серой в свете молний. 

Вглядываюсь в глаза. Черная бездна зрачков смотрит сквозь, словно перед ним назойливая тень. 

На шее, где пульсирует жила, алеет свежий, рваный след от ногтей. 

— Ты обещал, что эту сорочку снимешь только ты, — мой голос срывается, превращаясь в сиплый хрип. — С кого ты ее снимал? С маркизы, катись она в бездну, Оливии? 

Я сдергиваю шелк, и пальцы обжигает брезгливостью. Эта ткань хранила тепло моего тела, а теперь она липкая от чужого пота. 

Как будто маркиза пометила здесь все, до чего смогла дотянуться.

— Ты называл меня своей жизнью, Рагнар! — повышаю голос, пытаясь докричаться.


Хоть и стою в двух шагах от него, из-за этого молчания чувствую себя пустым местом. Швыряю скомканную сорочку ему в лицо, но он даже не вздрагивает. Ткань лениво сползает по груди.

Ну же, Рагнар, хоть что-то скажи!

— Уходи, Элара. 

Голос чужой, безжизненный. 

В нем нет той хрипотцы, от которой у меня раньше подгибались колени. В нем нет даже ненависти ко мне. Только равнодушие.

Самое страшное оружие дракона.

Все? Это все, что он скажет?!

Чувствую, как в теле начинает разливаться ярость. 

Делаю шаг и снова наступаю на жемчужину. 

Меня накрывает острое желание раздавить каждую горошину, втереть этот перламутр в ковер, лишь бы не видеть, как он издевательски блестит.

— Что? Уже нужно освободить место? Кому? Оливии? Ты притащил эту дрянь в нашу постель, разорвал мою одежду и теперь просишь меня подвинуться? Серьезно, Рагнар? — я хриплю, размазывая по щекам злые, обжигающие слезы.
❤️  Уважаемые читатели, это мой дебютный роман на этой платформе. Буду очень благодарна вам за поддержку! 
Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять, ставьте ❤️,
пишите комментарии! 

Также, прошу подписаться. 
Спасибо! Приятного чтения! ❤️  

Загрузка...