Рецепт капучино для долго и счастливо

— Вот же хам! — шипит себе под нос Злата, надеясь, что ее не услышат по ту сторону стойки.

Еще не хватало жалобы под конец года, чтобы остаться без долгожданной премии. Она правда старалась весь последний месяц и почти весь месяц до.

Да чтобы у этого старого мага все потом слиплось! Все ему сахара мало! Да там, наверное, должно скрипеть на зубах уже. Злата бы эту гадость сама ни за что пить не стала, хотя сладкое любит.

Но не до такой же степени, в самом деле!

Она смотрит на следующий заказ — снова их особенный капучино, в этот раз с ванилью и корицей. Хорошо, как обычно, даже нет никаких специфических требований, например, о температуре.

— Пожалуйста, скажи, что это не для еще одного мага, — шепчет Злата своей напарнице и коллеге Вике, чуть-чуть толкнув ее локтем в бок, чтобы точно привлечь внимание.

Вика тяжело вздыхает, ставит бутылку клубничного сиропа на место и отвечает:

— Твой — нет. А вот у меня — да.

И возвращается к приготовлению кофе, потому что под праздники в их кофейне не протолкнуться, особенно с любовью их начальника — которого Злата никогда не видела — ко всяким необычным акциям. Взять хотя бы последнюю с капучино.

Возможно, расположение их кофейни «Долго и счастливо» просто обязывало. Через три дома отсюда, если двигаться в сторону главной площади, есть здание, где открыт официальный портал в другой мир. Место чудес, волшебных замков, драконов и тысячелетних королевств.

Мир магии, которая постепенно просочилась и их самый обычный, полный технологий и ручного труда.

Потому время от времени, хотя бы раза три за одну смену, в кафе заглядывали то маги, то зверолюди, то эльфы, а то и вовсе крошечные феи. Один раз за все время работы Златы здесь — почти полгода — зашел самый настоящий дракон.

Виталик первый об этом сказал: в самой Злате магии ни капли, так что эльфа от дракона и мага от обычного человека она не отличит никак, кроме как по одежде. Или пока кто-то из них не начнет колдовать… Да и то магия эльфов и магия драконов для нее выглядит одинаково прекрасно.

Впрочем, Злата бы больше радовалась их приходу, потому что магия ей всегда была интересна, если бы не одно большое и жирное «но».

— Вот почему в основном такие… — она взмахивает рукой, пытаясь описать в одном слове всю напыщенность, наглость и самоуверенность магов и других волшебных существ, — обладают настолько прекрасной штукой, как магия, а?

Вика закрывает крышкой очередной заказ и усмехается:

— Может, магия как-то влияет на их мозг.

И отходит, чтобы поставить капучино на стойку выдачи.

Гости из другого мира действительно редко бывали по-настоящему вежливы и скорее обращались с ними всеми как со слугами, которым своего мнения иметь не положено. Злата, конечно, знает: чаще всего путешествуют туда-сюда или богачи, или дипломаты, и у них уж точно есть слуги в их замках.

Проблема менталитетов, как говорится, но легче не становится.

Мало того что и самые обычные люди могут нагрубить, так еще и волшебные существа добавляют проблем, требуя ускориться и словно не понимая: здесь никто магию для приготовления кофе не применяет.

А еще здесь нельзя расплатиться деньгами другого мира, вообще нельзя, даже если очень-очень попросить или потребовать их хозяина. Хотя бы потому что хозяев у них нет, только менеджер смены. Или босс, которого они здесь не видели никогда, только получали сверху приказы.

И, конечно, никаких волшебных ингредиентов у них нет, хотя бы потому что магия для их мира оказалась чудовищно дорогой. Или магия, или возможность продавать напитки по приемлемым ценам. В конце концов, к ним ходят не одни богачи.

Очень давно, словно бы в другой жизни, когда все было проще и Злату волновала тройка за последнюю контрольную работу по математике, а не счета за электричество и ожидание зарплаты, родители подарили ей чудо на Новый год.

Игрушку с самой настоящей волшебной иллюзией, которая записывала, а потом показывала все сны, если поставить ее рядом с кроватью, когда идешь спать.

Мечта любого ребенка.

Магическая игрушка проработала месяц, пока не закончился заряд — в ее семье не было магов никогда, чтобы подзаряжать такие вещи, а платить за каждую подзарядку… разориться можно. Даже в свои одиннадцать Злата это понимала.

С тех пор ничего магического в ее доме не было. Ни в родительской квартире, ни в той, которую она снимает сейчас.

Вся магия здесь — на работе. В случайных фокусах, которые могут показать эльфы, если окажутся достаточно милыми, чтобы развлекать всю очередь. Или вот как дракон сам поджарил верхушки маршмеллоу на своем кофе одним дыханием…

До этого едва не сведя с ума всю кофейню придирками насчет температуры латте, из-за чего Злате пришлось подогревать его четырежды.

Так что в работе именно в этой кофейне было много несомненных плюсов, конечно, не таких весомых, как зарплата, но все же. Мало куда Злата могла бы устроиться, чтобы постоянно наблюдать за магией. Не с отсутствием магии в ней самой и безо всяких связей.

Кофейня неподалеку от портала — прекрасный вариант.

Даже если ей сейчас приходится готовить кофе в костюме Снегурочки, который не то чтобы удобный из-за своей длинной юбки. Потому что у их начальства определенно есть идеи и концепции. Слишком много идей и концепций, но на что не пойдешь ради премии и магии.

Да и коллектив неплохой.

— Златушка, — тянет Виталик, когда Злата заканчивает готовить очередной капучино по акции.

Костюм Деда Мороза ему невероятно идет. Виталик высокий, крепкий, с ухоженной бородой, правда, рыжей, а не седой, поэтому он больше походил на Мистера Мороза, чем Деда. Или даже на какого-нибудь канадского Санта-Клауса, которому не хватает только топора и клетчатой рубашки. Клаус-Дровосек, в самом деле.

Вот только по характеру он был вовсе не канадским Сантой-дровосеком, а именно что Виталиком.

— Чего тебе?

Она уже много раз просила не звать ее Златушкой, но в итоге Златушкой так и осталась, потому что с Виталиком спорить себе дороже… И как только Вика с ним управляется?

— Подмени, а? Мне отлучиться надо.

Злата вздыхает и кивает. Работать за кассой ей нравится куда меньше, чем с кофе. Нет, широко улыбаться, немного шутить и терпеть грубые комментарии у нее получается, но кофемашина порой намного приятнее, чем несговорчивый гость.

— Здравствуйте, что нам для вас сделать? — говорит она, оказавшись перед кассой, и улыбается.

И так первые три гостя проходят без особых проблем, потому что они оказываются совершенно точно людьми. Видимо, магический рабочий день близится к концу — да и день в целом, так что все гости с другой стороны портала уже давно в своих прекрасных волшебных замках.

В конце концов, у портала тоже есть график работы, чему Злата совершенно не удивлена. Все обязано погрязнуть в бессмысленной бюрократии, стоит там появиться деньгам и деловым отношениям.

На мгновение она позволяет себе погрязнуть в фантазии о здании с порталом. Будто внутри похоже на почту, и периодически двери-порталы — Злата читала о том, как это работает — закрываются, потому что у них внезапный перерыв на обед в четыре дня или вообще в шесть вечера.

А потом появляется ОН.

Злата прямо представляет себе эти две большие буквы над его головой, потому что особенность гостя видно за версту. Она искренне надеется, что не пялится настолько откровенно, но никак иначе не может. На самом деле все оставшиеся посетители кофейни — трое подростков в углу и семья с парой детишек — пялятся.

У мужчины длинные белые — действительно настоящие белые, едва ли не отливающие серебром в свете ламп — волосы, осанка настоящего принца, шикарное расшитое снежными узорами пальто и трость с драконом на конце. А с его лица, наверное, лепили бы статуи античные скульпторы. Или художники эпохи Возрождения запечатлели на холсте, чтобы все приходили и любовались. Чтобы сохранить для потомков, в вечность.

Нет, Злата правда не пялится, но это второй дракон на ее памяти, потому что никем иным с тростью, у которой набалдашник в виде дракона, он быть не может.

— Добро пожаловать, — как можно вежливее говорит Злата и улыбается. — Что вы хотите заказать?

Дракон вздыхает так, будто он уже устал или раздражен, хотя она ничего не сделала. И Злата уже готовится к очередному ужасающему гостю, который превратит оставшийся рабочий день в головную боль, как дракон медленно достает из кармана пальто купон и кладет перед ней на стойку.

Прошлогодний купон.

Злата, конечно, здесь не работала год назад, но знает, что акция с новогодним капучино с особыми случайными добавками за половину цены — вещь здесь постоянная. В смысле, ежегодная. И каждый год вид купона немного изменяют, чтобы нельзя было пользоваться прошлогодними.

Правила любой постоянной акции, ага.

Вот только перед Златой сейчас дракон, с которым совсем не хочется спорить. Но и выдавать капучино по просроченному год назад купону она не имеет права… Была не была.

— Простите, этот купон прошлогодний и просрочен, — говорит она дракону, надеясь, что он не устроит им скандал.

С огоньком, ага.

Дракон вздыхает. Снова. От его дыхания идет пар и сыпятся вниз крошечные снежинки. Ладно, не огненный, а ледяной. Впрочем, Злате стоило догадаться. Ну, хрен редьки не слаще, но ничего не подожжет хотя бы.

— Прошу прощения. — Голос дракона низкий и очень приятный, и звучит он очень устало.

Ладно, Злате теперь его жалко. Она бросает взгляд на тонкую стопку купонов в стороне, готовых к тому, чтобы их раздали завтра промоутеры снова.

Пожалуй, она может дать новогоднее чудо бедному уставшему дракону, в конце концов, Снегурочка она или нет. Пусть и не настоящая.

— Мне нужно будет забрать купон, но я могу дать вам новый, — она улыбается еще шире. — И пробить по нему новогодний капучино.

Дракон моргает на нее несколько секунд, пока Злата тянется к стопке, чтобы показать новый купон, который отличается от старого.

— Хорошо, — он кивает, не улыбается в ответ, но все в порядке. — Спасибо. Еще раз прошу прощения за мою ошибку.

Какой вежливый… Злата почти чувствует, как Вика сверлит ее взглядом, похоже, такая же удивленная. Она замечает и замершего Виталика, который что-то слишком долго провозился, но ладно. Зато ей удалось обслужить настоящего дракона, выкуси!

— Все в порядке, — говорит дракону Злата. — Могу я узнать ваше имя, чтобы позвать, когда все будет готово?

— Сирил.

Звучит… мило. И странно подходяще.

— Сладкий, горький или пряный? — спрашивает она, потому что ей нужно знать, какой готовить.

Сюрприз сюрпризом, конечно, но он должен быть приятным, а не чем-то из ряда вон, что гость даже не станет пить. Праздник же.

— Сладкий.

Дракон — Сирил — расплачивается обыкновенной кредиткой, и Злата отходит к кофейному аппарату, потому что Виталик вернулся. А еще ей отчаянно хочется сделать уставшему дракону приятное.

Особенно уставшему вежливому дракону. 

И за то, что она добавляет больше сиропа, чем положено, ее нельзя винить. В конце концов, приятным гостям и хочется сделать приятно в ответ. Возможно, ее стандарты со временем снизились, но и милых гостей, с другой стороны, у них было ужасающе мало.

— Ваш капучино, Сирил, — говорит Злата, протягивая дракону стаканчик. — С наступающим.

— Спасибо, — негромко отвечает он. — Вас тоже… с наступающим.

Он делает глоток, и Злата чувствует себя победительницей, когда замечает крошечную улыбку. И пусть она исчезает так же быстро, но… все равно. Дракон определенно уходит более довольным, чем был.

Злата не перестает улыбаться до конца смены.

_______________________________

— А дракон-то ничего так оказался, — задумчиво тянет Вика с другого конца кофейни, пока Злата приводит себя в порядок.

В любимом зеленом Рождественском — и, несомненно, уродливом — свитере куда удобнее, чем в платье Снегурочки, хотя она готова отдать начальству должное: заказали не совсем уж дешевые тряпки, лишь бы создать видимость. Гости редко вглядываются, насколько хорош костюм.

Но не им же его носить, если будет колоться или окажется не по размеру. Плохая, дешевая ткань неприятно прилипает к коже, особенно если стоять столько у аппарата и греться.

— Ага, — соглашается Злата, заплетая волосы обратно в две косы. — Вежливый такой. Я уже мысленно готовилась к буре! А он даже извинился!

Вот уж чего она точно не ожидала, так это действительно уважительного отношения к обычным сотрудникам, как к людям, а не как к прислуге. Но это определенно скрасило не самый легкий день. Перед праздниками всегда в кофейнях — и любом общепите — нелегко. Наверное, еще больше сходят с ума только службы доставки. Бедные курьеры: не все могут позволить себе магию.

Доставка порталом стоит таких денег, какие Злата никогда в руках не держала, а только воображала в детстве, смотря на Скруджа МакДака, купающегося в своем бесконечном золоте. Наверное, вот ему как раз на магию бы и хватило.

Интересно, купаются ли так же в золоте драконы? Есть ли у них вообще свои пещеры с золотом или все это глупые стереотипы? Если подумать, то купание в кусочках металла не должно быть... приятным.

— И красивый, верно? — спрашивает Вика тем самым тоном, какой она приберегает для попыток познакомить Злату с кем-нибудь.

Обычно она не возвращает и не возмущается: все-таки ей предлагают взять номерок во-о-он у того самого обычного, но весьма симпатичного, парня или чуть-чуть больше улыбаться одному из их постоянных клиентов — солидному мужчине, который работает в здании напротив. 

Но чтобы с драконом…

— Викусь, ты с ума сошла? Он же дракон! — Злата взмахивает рукой резко вверх, чтобы доказать свою точку зрения. — Где он, а где я!

Да и навязываться дракону как-то… странно. Если быть честной хотя бы с самой собой, Злата готова признать его красивым — ладно, ужасающе красивым, — но у него своя жизнь, а у нее — своя. Совсем другая. Буквально другая, в другом мире, в которой просто так не попасть.

В любовь с первого взгляда Злата не верит, а второй раз дракон сюда вряд ли придет. Или не в ближайшее время, раз уж даже купон был прошлогодний. В конце концов драконья жизнь определенно настолько долгая, насколько она себе и представить не может.

Вика лишь хихикает, проходя между столами в поисках любых случайно оставленных на стульях или полу стаканчиков. Сегодня кофейню закрывает она, а Злата может отправляться домой. Виталик уже убежал, самым первым, ссылаясь на какие-то дела. А Злату как раз ждет оставленный в холодильнике кусочек шоколадного тортика и новая пена для ванны с запахом ванили.

Отличное завершение дня.

— Портал здесь близко, а вдруг зайдет, — говорит Вика, выкидывая два стаканчика в урну. — Но твое право.

И пожимает плечами, как будто Злата здесь что-то решает и вообще собирается пытаться. Магия магией, конечно, но не бросаться же на первое волшебное существо, которое ей не хамит.

Интересно, есть ли у дракона в его замке — или поместье, но, наверное, все-таки замке, как-то больше подходит, — свои слуги? Злата знает: феи порой могут быть своего рода прислугой даже в их мире, потому что у них это хорошо получается. Крошечные крылатые создания, привязанные к одному человеку или к одной семье, чтобы служить им веками.

Злату немного возмущает их почти что рабская жизнь, но она ничего не может сделать. Она даже никогда не видела фей, кроме как по телевизору и в интернете. Они не выглядели несчастными… может, они как домовики у Роулинг.

А Злата не Грейнджер, чтобы бороться с тем, чего не особо понимает.

— Он пришел с прошлогодним купоном, — отмечает она, натягивая куртку. — Наверное, забудет о кофейне еще на год, может себе позволить. Дракон же, они долго живут.

А она не уверена, что будет здесь работать через год… Злата желает, чтобы следующая бариста, которая будет его обслуживать через год, продала ему капучино по старому купону без проблем.

Особый гость, ага.

— Жаль, — говорит Вика и машет ей рукой. — Давай, удачного отдыха.

После чего исчезает в комнате для сотрудников.

— Удачно закрыться, — кричит Злата и замечает оставленный у кассы тот самый прошлогодний купон.

Она берет его и даже почти думает сохранить, но… зачем? Он все равно быстро потеряется или помнется, потому что Злата забудет положить его в хорошее место, а в кармане ничего не хранится целым. Да и смысла никакого нет, только если шутки ради, впрочем, никто не гарантирует ей, что дракон точно вернется на следующий год, и Злата не забудет об этом. О купоне тоже. Так что она берет его и аккуратно разрывает тонкий картон на две части.

В тот же миг цвета взрываются ей в лицо.

Злату резко качает вперед, и она с трудом удерживается на ногах, будто земля под ней стала мягкой и вязкой, как каша или желе, в которое она проваливается с каждым мгновением. А потом все пропадает, и она понимает, что падает далеко вниз. Желудок подскакивает куда-то к горлу, как на американских горках.

Кругом свет. Сначала белый, слепящий, как самая яркая неоновая лампа прямо у лица, но его тут же сменяют тревожные алые росчерки, переплетающиеся линии, чудные узоры, которые Злата даже не успевает толком разглядеть, потому что они слишком быстро проносятся мимо. Она продолжает падать в эту яркость до тех пор, пока не оказывается в полной темноте.

Темнота тревожно тихая и пустая, ее уши словно набиты ватой, Злата попытается вдохнуть — и не может. Она узнает это ощущение.

Когда ей было тринадцать, ее класс отправился на экскурсию в настоящий музей с настоящей магией, случайная удача, потому что им показали едва ли половину экспонатов — слишком дорого.

И там был портал, совсем другой, не тот, что между мирами, а просто между двумя точками в пространстве. Злате позволили зайти, она помнит, как чуть не упала, когда оказалась по ту сторону волшебной завесы.

Это было прекрасно и ужасно одновременно, лучшее и худшее мгновение в ее жизни.

Сейчас Злате двадцать два, та экскурсия давно позади, но ей снова кажется, что ее разделило на миллион частей, скрутило, разбросало, чтобы собрать снова, но уже где-то в совершенно ином месте. Мир перед глазами расплывается и качается, напоминая калейдоскоп, приходится спешно закрыть глаза, медленно дыша, чтобы успокоиться. Глубокий вдох и выдох. Пахнет свежестью, хвоей и совсем слабо чем-то сладко-цветочным.

Злата не знает, где она, но уверена: купон был порталом. Точнее… артефактом-порталом, который дракон случайно или намеренно отдал ей.

Знал ли он, что сделал? Или ему было все равно? Она сомневается в этом, магия слишком дорогая, и… слишком много документов и проблем приносит перенос кого-то из одного мира в другой.

Дракон не был похож на кого-нибудь случайного маньяка, который ищет жертв очень странным способом. Но настоящие маньяки выглядят как обычные люди. В конце концов… такие артефакты легко отследить, верно?

И не может же этот дракон просто собирать себе девиц, как драконы копят золото? Ага… золото… Злата… Ей почти хочется засмеяться от нелепости этой мысли, и еще чуточку расплакаться.

Стоп-стоп-стоп… 

Злата приказывает себе прекратить паниковать: это могла быть просто нелепая и досадная случайность. Может, дракон забыл, что сотворил артефакт из этого купона, может, кто-то другой — его друг, брат или жена, — сделал это и забыл ему сказать.

У этого может быть прекрасное и крайне невинное объяснение, и Злата очень быстро вернется домой. Вика обязательно посмеется, Виталик добавит еще больше нелепых шуток, и они втроем будут это вспоминать как что-то невероятно смешное на следующий год.

Просто маленькая нелепая ситуация с магией.

Злата медленно — и очень контролируемо — вдыхает, после чего также медленно и выдыхает, и только тогда открывает глаза. Она стоит посреди огромной круглой комнаты, которая настолько… клишировано волшебно-фэнтезийная, что ей даже не верится.

Зала — наверное, все-таки зала — почти идеальное круглая, с каменными стенами и окнами в пол. На улице уже темно, поэтому весь свет идет от множества свечей. Они повсюду: стоят на полу, прикреплены к канделябрам на стенах, медленно парят под потолком, как будто Злата действительно оказалась в мире Мальчика, который выжил слишком много раз.

Но на каменных плитах нет ни капли воска.

Их сияние — это мягкое, приятное золото, делающее легкий сумрак комнаты куда более дружелюбным. Тени, спрятавшиеся по углам и ползущие по стенам, слегка дрожат, в такт дыханию пламени.

У каждой стены небольшие, но весьма уютные диванчики на резных ножках и обитые темно-синей тканью. Злата даже не может представить, сколько они могут стоить в ее мире, про этот даже не заикается, потому что совсем не понимает курса местной валюты. 

Это все совсем не похоже на темницу, скорее на… прихожую? Если у подобных мест они вообще есть. Как будто сюда по приглашению или без него телепортируются люди — маги, Злата, а не люди, — чтобы потом пройти дальше.

Перед Златой зеркало в серебряной раме. В отражении стеклянной поверхности она выглядит чем-то чужеродным, совсем не вписывающимся в волшебство этой комнаты своим рождественским свитером и джинсами.

За спиной — массивная темная дверь.

Вдруг на мгновение огонь свечей перестает дрожать, как будто сам дом — или замок, Злата не уверена, где она, — затаил дыхание, чтобы выдохнуть со странным звенящим звуком. Он наполняет голову и уши до самого края,  ужасающе раздражающий и внезапный. 

— Господин! Господин!

Злата моргает — перед ней появляется крошечное существо, меньше куклы Барби. Девушка, тонкая, босая и светящаяся золотом —  от кончиков светлых волос до трепещущих за ее спиной крыльев. Прямо как у стрекозы. 

Фея.

Настоящая фея.

— Господин! — кричит фея, и ее голос эхом отражается от стен, звуча одновременно снаружи и внутри головы.

Злата тут же резко поворачивается к двери за ее спиной, потому что… откуда еще кто-то может прийти, верно? Ей почти хочется сбежать, но бежать попросту некуда. И никуда не спрятаться.

Дверь распахивается совершенно беззвучно.

На пороге стоит дракон, без пальто, но все с той же тростью. Яркий свет из коридора резко очерчивает его фигуру. Его тень такая длинная, почти скрывающая Злату.

Это определенно Сирил — она вспомнила имя —  и он совсем не выглядит довольным.

— Господин, — лепечет фея, теперь ее голос стал мягким перезвоном колокольчиков. — Чужие.

Она подлетает к дракону, замерев где-то на уровне его лица. В переливающемся свете крошечных крыльев он выглядит еще бледнее и еще более уставшим, как будто ему бы просто лечь и выспаться хорошенько. Пару десятков лет, чтобы наверняка.

Злата теперь почти — всегда остается вероятность чего-то плохого — уверена: все это действительно случайность, просто нелепая ошибка, которая быстро разрешится. И она сможет спокойно вернуться домой к тортику и расслабляющей ванне с пеной.

Дракон — Сирил, у него есть имя, — вздыхает, опирается одной рукой на трость и говорит:

— Вас зовут Злата, верно?

Она вздрагивает: значит, запомнил ее имя? Оно, конечно, обязательно написано на бейджиках (сейчас там написано «Снегурочка Злата»), но их имена помнят только постоянные клиенты, да и то не все, она в этом уверена. Наверное, дракону легко запоминать подобные вещи. Иначе бы их долгие жизни стали по-настоящему ужасны — важные моменты бы слишком быстро забывались.

— Верно, — отвечает Злата, даже слегка кивает. — Почему я здесь? Или скорее… как я здесь?

Она не хочет показаться совсем уж невежливой, но ее не спрашивали и не приглашали, а просто… перенесли сюда. Нет, она полагает, что все дело в купоне, вот только вопрос не в этом. А в том, почему Сирил — имя, Злата, можешь использовать его имя, — оставил подобный купон в кафе. Забыл? С чем-то перепутал?

Сирил снова вздыхает, фея нарезает быстрые круги вокруг его головы, определенно ужасно взволнованная. Как только у него голова от ее мельтешения не кружится, перед его лицом-то.

— Господин?

— Все в порядке, Исса. Это не вторжение, — говорит он, и фея осторожно опускается ему на плечо, немного спрятавшись за волосами.

Злата почти завороженно наблюдает за тем, как пальцы Сирила — без перчаток — поглаживают фею по голове, как будто утешают маленького ребенка. В этом так много внезапной мягкой заботы, что Злата слегка кусает губы, чтобы не улыбаться.

Не сейчас, она хочет разобраться со всем и вернуться домой. И, может, потом сделать Сирилу еще капучино с безумным количеством сахара и кофеина. Если он вообще зайдет к ним снова.

Сирил позволяет фее обхватить свои пальцы руками и снова смотрит на Злату.

— Вы порвали купон? — спрашивает он и, дождавшись ответного кивка, продолжает: — Я перепутал их. Не буду вдаваться в подробности, но из-за особенностей работы Третьего Двора пришлось использовать купон вашей кофейни как артефакт.

Он медленно поклонился ей, придерживая фею одной рукой. Злата чувствует, как теплеют щеки.

— Прошу прощения за мою ошибку. Я могу отправиться с вами в Третий Двор немедленно, чтобы помочь вернуться.

— Эм… спасибо? — Злата переминается с ноги на ногу, ощущая ужасающую неловкость от происходящего. — И все в порядке, наверное. Я не злюсь, просто немного испугалась.

— Вы сможете телепортироваться со мной снова или предпочтете отправиться на карете? Это займет больше времени, но будет меньше нагрузки на тело.

Хоть взгляд Сирила совершенно нечитаемый, Злата чувствует его усталость на своих плечах. Конечно, телепортироваться будет намного проще, все закончится быстрее… Но — нет. И дело не только в том, что ей хочется посмотреть, как выглядят местные кареты, но и в усталости самого Сирила.

Магия должна забирать силы.

— Карета сойдет, — говорит она.

Сирил кивает ей и обращается к фее:

— Исса, распорядись, пожалуйста. И сообщи остальным, что я отправляюсь в Третий Двор.

— Конечно, господин.

Значит, фей здесь несколько… Не удивительно, при таком-то замке. Он даже по этой комнате кажется огромным. И если это своего рода прихожая, то Злата не хочет представлять, насколько много иных комнат… и насколько они огромные.

Уборка в таком месте представляется сущим наказанием. Но… феи, конечно, все делают феи и их магия.

Фея — Исса, милое имя, — взлетает прямо с плеча Сирила и взмывает вверх, исчезнув раньше, чем касается потолка, оставив после себя только крошечные искорки, кружащиеся в воздухе.

— Пойдемте.

Сирил протягивает ей ладонь, вероятно, как настоящий джентльмен этого мира и этой эпохи, потому Злата с осторожностью принимает ее. Чтобы не оскорблять. Она уже здесь, хуже точно не будет. И даже если ее ведут в какую-нибудь темницу, то Злата ничего поделать с этим не сможет. Убежать? Догонят быстрее, чем она добежит до первого поворота, да и место ей совершенно незнакомое. Девушка без магии против дракона? Очевидно, что здесь все не на ее стороне.

Рука Сирила прохладная. 

Он ведет ее по ярко освещенным каменным коридорам, которые выглядят совершенно одинаково. Только камень, парящие свечи, факелы, окна в пол и двери. Портреты незнакомых людей или не-людей, сложно сказать, не вглядываясь. Темные двери без обозначений, мимо которых они проходят, пока не входят в одну из них.

Точнее, дверь сама распахивается перед ними, выпуская на улицу.

Это место напоминает сад, по крайней мере, Злате так кажется. Небольшие аккуратные деревья, посаженные идеально ровными линиями, расчищенные дорожки, фонари и даже огромный замерзший фонтан, его струи превращены в лед. И повсюду ледяные скульптуры.

Огромная фея, танцующая парочка в бальных одеждах, пегас… 

Это похоже на сад ледяных скульптур Эдварда Руки-Ножницы, фильм про которого она смотрела в детстве и отчаянно плакала в конце, потому что главный герой рано или поздно останется один — нестареющий Эдвард среди стареющего мира.

Прямо как дракон…

— Вот и карета, — говорит Сирил, подняв голову.

Злата задирает голову тоже, чтобы заметить, как откуда-то сверху опускается прямо к ним белоснежная крытая карета, почти как у настоящей сказочной Золушки, но немного проще, без лент и прочих украшений. А еще запряженная буквально… никем.

Она просто парит сама по себе как будто, так и должно быть. Злате едва удается сдержать восхищенный вздох, когда карета оказывается перед ними.

Настоящая магия. И прямо здесь, можно даже коснуться.

Внутри оказывается удивительно тепло, словно Злата залезла вовсе не в карету, продуваемую всеми ветрами, а в машину с хорошей такой печкой. Возможно, сказывается усталость, но она мгновенно расслабляется и откидывается назад на спинку.

Удобно, так удобно.

Сирил же сидит рядом, все еще напряженный и со спиной прямой настолько, что это не может не утомлять кого угодно. Злата кусает губу и сдерживает слова: не ее дело. Как только они окажутся в Третьем Дворе и со всем разберутся, он явно сможет спокойно отдохнуть.

Это будет быстро.

***

Она берет свои слова обратно: это не будет быстро. Вот вообще не быстро.

Злата, конечно, ожидала столкновения с бюрократией и мысленно шутила про Почту России и МФЦ, но… она не ожидала, что шутки окажутся совсем не шутками.

Третий Двор — огромное нелепое здание, немного похожее на каменное дерево снаружи — еще хуже, чем почта.

Смехотворно узкие коридоры, где вдвоем едва можно разминуться, чтобы не столкнуться с кем-то еще плечами. Странный запах, наполняющий ее легкие — даже не пыль, она совсем не может его описать, но вдыхать неприятно. Люди и не совсем люди, заполняющие небольшие залы ожидания непрекращающимся гомоном и руганью — они шипят, рычат и кричат, перекрывая этим шумом даже собственные мысли Златы.

Но самое ужасное не это.

Самое ужасное…

— Пожалуйста, пройдите к окну номер три, — медленно тянет тучная дама с кислотно-зелеными глазами и голубыми волосами, выдыхая прямо ей в лицо дым.

В одной руке дама держит тонкую трубку для курения, а другой записывает что-то на бумаге пером. Даже не печатает. Она напоминает Злате Гусеницу и Червонную Королеву из «Алисы в Стране Чудес» сразу, не хватает только попытки предложить поиграть в крокет, чтобы скоротать ожидание.

Сирил вздыхает за ее спиной.

— Это в другом зале ожидания, — говорит он.

Теперь она понимает, как произошла эта ошибка с купоном. Наверное, он сунул им купон просто от усталости, лишь бы сделали то, что он хочет, и оставили в покое, а не отправили к следующему окну. Злата сейчас готова кого-нибудь ударить или написать жалобу, но не уверена, что поможет.

Может, ей просто хочется сесть и закричать. Или немного поплакать. Вдруг станет легче.

— Ага, идем… те…

Она едва не назвала его на «ты», но Сирил, кажется, этого не заметил, просто повел ее куда нужно.

— Пожалуйста, заполните форму номер семьдесят три…

— Пожалуйста, подождите у окна номер двенадцать…

— Пожалуйста, пройдите к окну номер шесть…

— Пожалуйста…

— Пожалуйста…

Злата действительно готова кричать к моменту, как в ее руки попадает именно эта бумажка — самая последняя, с помощью которой решат, когда, наконец, ее отправят домой.

Она не знает, сколько времени они провели здесь, бродя по коридорам туда-обратно, но кажется, что целую вечность. Возможно, даже две вечности, и когда Злата вернется домой, то окажется, что прошла пара столетий и в ее мире уже будущее. С летающими автомобилями, работающими на магии, потому что... почему бы и нет.

— Обработка заявления на открытие портала займет неделю, мэм, — говорит ей тощий мужчина с длинной темной бородой, которой позавидует даже Виталик. — И только первого января по вашему календарю мы сможем открыть для вас портал.

Злата моргает, не веря в то, что слышит.

— Так как вы не являетесь гражданкой Энфирии, то ваше прошение имеет нижайший приоритет, — продолжает мужчина. — И так как произошедшее было несчастным случаем, а не злым умыслом, то мы не можем экстренно подключить специальные службы Второго Двора.

На секунду она мечтает о том, чтобы Сирил ее действительно похитил, и тогда службы Второго Двора быстро разобрались бы с проблемой, но… Злата оборачивается к нему, выглядящему еще более уставшим. Наверное, она сама сейчас не сильно лучше.

— И куда мне теперь?

— Так как вы здесь по моей вине, то можете остаться в моем замке, — говорит Сирил. — У меня много комнат. Или я заплачу за проживание в любой гостинице, которую вам предложит Третий Двор.

Злата моргает снова и тяжело вздыхает. У нее не то, чтобы много выбора: или неизвестная гостиница с риском попасть в новые проблемы, или не менее неизвестный замок Сирила, но по крайней мере она знает, что он вежлив.

И ему тоже не нравится бюрократия. И нравится кофе. А еще у него есть феи…

Она просто хочет закончить все это и лечь в постель, может, перед этим принять ванну. Так же будет быстрее, да?

— Думаю, я приму ваше приглашение, — говорит она Сирилу, а потом поворачивается к мужчине по ту сторону стойки. — Где мне нужно подписать?

На стойку приземляется целая кипа листов и перо.

— Нужные места помечены, мэм.

Ладно, она берет свои слова обратно. 

Снова.

Злата не знает, сколько времени у нее — на самом деле у них, потому что Сирилу тоже нужно было оставить свои подписи — ушло, чтобы закончить с бумагами. Она даже не может представить, как долго они вместе торчат в Третьем Доме, но все больше кажется, что целую вечность. Может, даже две вечности.

Ее телефон продолжает показывать одно и то же время, похоже, запутавшийся окончательно. Есть специальная программа, чтобы перестраивать устройства на магический лад, но у Златы ее нет. Она покупается, и дело даже не в цене, а в том, что активируется по специальным кодам, которые выдаются по согласованию с министерством.

Еще есть особый чехол с рунами: надеваешь и вжух — у тебя телефон работает нормально, без сбоев, когда оказываешься по ту сторону портала.

Но Злата понимает одну вещь: ей нужно как-то связаться с родителями, лучше, конечно, с мамой, чтобы сообщить, где она. Разу уж ей придется провести здесь целую неделю, Новый год в том числе, то надо как-то сообщить. Все будут волноваться… И если она скажет маме, то она передаст на работу. 

С последствиями ее невольных прогулов она как-нибудь разберется потом и понадеется, что ее не уволят. Она же не виновата, у нее есть куча бумажек от Третьего Дома в качестве неопровержимого доказательства.

Злата смотрит на Сирила, стоящего у стены. Его глаза закрыты, и ей почти кажется, что он все-таки уснул стоя. Неплохой талант, если это так. Но ей нужно обратиться к нему с еще одной просьбой.

— Эм… Сирил? — говорит она негромко.

Он даже не вздрагивает — наверное, все-таки не спал —  и открывает глаза.

— Вы закончили?

— Да, — она кивает. — Но мне нужно как-то связаться с семьей, сообщить, где я. И сообщить на работу, что я не выйду на смену завтра.

Только бы ее не уволили, ей нравится ее работа, несмотря на все проблемы и особенно грубых клиентов.

— Здесь есть телефоны-автоматы, по которым можно позвонить в ваш мир, — говорит Сирил. — Но я могу дать воспользоваться своим телефоном, так проще. Если им нужно будет связаться в ответ, у них будет номер.

Злата даже не знает, как реагировать на подобное великодушие. Конечно, он и заварил частично эту кашу со случайным попаданством — ха, кто бы мог подумать, она и попаданка, — но если Злате пришлось иметь дело с Третьим Домом постоянно, она бы и не такое натворила, наверное.

Какой же бардак.

— Спасибо. Правда, спасибо. Я… думаю, будет проще, если я возьму ваш телефон.

Обычно ей несложно немного поболтать с кем угодно, если, конечно, человек — или не-человек — настроен достаточно дружелюбно, но сейчас то ли сказывается усталость и нестандартная ситуация, то ли все дело в самом Сириле.

Есть в нем что-то особенное, может, характерное для драконов, что чувствуют даже те, кто не являются магами вовсе. Виталик же как-то отличает мага от не мага по одному только взгляду или какому-то внутреннему ощущению.

Сирил взмахивает рукой и достает буквально из воздуха… телефон, кнопочный. Самая обычная темно-синяя раскладушка, какие Злата в последний раз видела в сериалах, потому что кто еще такими пользуется в наше время, кроме, пожалуй, бабушек с дедушками.

У телефона есть крошечная подвеска на темном ремешке — блестящий шарик с какими-то символами внутри, возможно, то, что заменяет волшебный чехол. 

Он протягивает ей телефон, и она просто не может не спросить:

— Почему не смартфон?

Она не ожидает, что Сирил внезапно усмехнется, как-то по-доброму, с оттенком веселья.

— С когтями неудобно, царапают.

Злата тут же переводит взгляд на его руки, но ничего такого не замечает, вроде обычные с виду ногти, аккуратные и ухоженные, какие не у каждого мужчины увидишь.

— Не в этом облике.

Она надеется, что не сильно краснеет. И Сирил не умеет случайно читать мысли, потому что она пытается представить его с рогами и чешуей на лице. В интернете есть фотографии драконов в их… почти человеческих обликах, одна из таких — очень эффектной драконихи с огненно-рыжими волосами до самых колен и золотыми глазами — попала даже на обложку журнала в ее мире.

Злата задается вопросом, знает ли ее Сирил, драконов вроде бы не так чтобы очень много, они вполне могут быть знакомы.

— Спасибо, — говорит она еще раз.

Пользоваться телефоном с кнопками немного странно. У нее был такой в школе много-много лет назад, она будто вернулась в детство. 

У Сирила там ничего особенного нет, даже в качестве заставки стандартная картинка с закатом, как будто он недостаточно заинтересован в использовании технологий, чтобы позаботиться об украшении или просто индивидуализации этой штуки.

Она набирает номер мамы по памяти — хорошо, что действительно запомнила хоть несколько, а не оставила все на откуп своему телефону, впрочем… она всегда может заглянуть в него. По крайней мере сейчас, пока рано или поздно не закончится заряд.

Да, придется экономить на всякий случай. Наверное, стоит включить «режим полета», все равно здесь нет интернета и нельзя позвонить.

Мама берет трубку через несколько гудков. Хорошо, что она вообще принимает звонки с незнакомых номеров, сама Злата старается так не делать, ей даже интересно, насколько дикий номер высвечивается на экране, код у магических номеров должен быть… особенный.

— Алло? Кто это?

— Мам, это я, — говорит она, и ее тут же перебивают:

— Злата? Где ты? Что это за номер? Я звонила тебе, а ты вне доступа! Уже два часа ночи, Злата!

О… Точно, если она не может позвонить, то и до нее не могут дозвониться в ответ.  Мама, наверное, там с ума сошла, Злата же всегда ей пишет, когда приходит домой с работы.

— Я в полном порядке, мама. — Злата надеется, что звучит нормально, хотя чувствует себя немного выжатой от всей этой бумажной волокиты. — Я просто… в другом мире.

— ЧТО?

— Я случайно  активировала портал, и вот я здесь. Я цела, у меня есть где ночевать, я в безопасности, мам.

В последнем она не уверена на все сто процентов, но у нее просто нет выбора. Или Сирил, или неизвестный отель, но она точно цела сейчас. И у нее есть много-много документов.

Мама вздыхает.

— Вот уж нашла себе приключений… Когда ты будешь дома?

Злата кусает губы. Хорошо, следующие новости уже не такие обнадеживающие.

— Через неделю, мам. Они не могут отправить меня сейчас, потому что… ты знаешь, бюрократия. 

Худшая бюрократия, с какой она сталкивалась.

— Неделю? Но как же Новый год?

— Все в порядке, отпразднуем, как я вернусь. Все будет хорошо, — Злата улыбается и надеется, что мама слышит эту улыбку. — Передай папе, что я цела, что буду дома… ну, вот через неделю. 

Родители развелись много лет назад, но остались друзьями. То, что когда-то казалось Злате трагедией — как это, родители расходятся,  — стало лучшим решением, какое они могли принять. Все стало куда проще, пусть и пришлось привыкать к новой жизни, когда родители не в одном доме, а в разных. Их ссоры прекратились.

А у Златы теперь два — даже три, если считать ее собственную квартиру — дома.

— Хорошо, — вздыхает мама. — Как мне с тобой связаться? Чей это номер?

Злата смотрит на Сирила, не зная как сказать. Он ей не друг, не коллега, просто… случайный знакомый, просто тоже оказался в этой передряге. А теперь и временный сосед по дому, с которым она может даже толком не видеться: замок огромный, там можно жить, наверное, в разных частях так, чтобы не столкнуться друг с другом даже случайно.

Сирил вдруг протягивает ей руку, словно прося трубку. О… он сам хочет объяснить?

Злата решает позволить, хуже уже не станет.

— Здравствуйте, — говорит Сирил, его голос звучит уверенно и спокойно. — Как я могу к вам обращаться? … Да, приятно познакомиться. Зовите меня Сирил. Ваша дочь будет жить временно в моем замке. Гарантию ее полную безопасность. … Да, вы можете писать и звонить на этот номер. … Все в порядке, для вас звонки ничего не будут стоить. … Конечно, с ней ничего не случится. … Спасибо. … С наступающим.

Злата слушала, чуть ли не раскрыв рот. Сирил звучал так… успокаивающе и профессионально, что ей самой хочется поверить: она в безопасности. Может, у него просто куда больше опыта в странных вещах, в конце концов, он дракон.

Он возвращает ей трубку.

— Какой приятный молодой человек, — говорит мама, снова вздыхает. — Я сообщу отцу. А ты… будь осторожна, хорошо? Я знаю, что тебе нравится вся эта магия-шмагия, но оно того не стоит.

— Конечно, мам, — улыбается Злата. — Пожалуйста, позвони Вике и скажи, что я на работу не выйду. И спокойной ночи.

— Да, я позвоню. Спокойной ночи. Обязательно позвони утром или хотя бы завтра вечером.

— Конечно, мам, — повторяет она.

Только положив трубку, Злата позволяет себе выдохнуть. Все хорошо, ей удалось успокоить маму, а дальше уже она ничего сделать не в силах. Что там будет с работой, узнает только в следующем году.

— Спасибо, — говорит Злата Сирилу и возвращает телефону.

Он устало улыбается.

— Не за что. Возвращаемся в замок?

Злата кивает. Она просто хочет упасть на любую постель, какую только увидит, и ни о чем не думать до самого утра.

***

Их встречает все та же фея — Исса — с еще одной, такой же крошечной и юной на вид, но вот только волосы у нее с голубоватым отливом, и светится она немного иначе, серебром, а не золотом.

— Лили, пожалуйста, подготовь комнату для гостьи, — говорит второй фее Сирил.

Фея кланяется в воздухе:

— Слушаюсь, господин.

И тут же исчезает, растворившись в серебряной вспышке света, немного иначе, быстрее, чем Исса раньше, которая здесь осталась.

Сирил поворачивается к Злате:

— Присоединитесь ко мне на поздний ужин?

Она на мгновение ощущает себя принцессой, несмотря на то, что совсем-совсем непохожа, особенно одеждой. Но эти формулировки словно окунают ее в фильм про эпоху регентства. Или фильм-сказку, вроде Принцессы-Невесты.

— Конечно.

Сирил протягивает ей руку, снова, как раньше. И они втроем — чужачка, дракон и фея — отправляются дальше по длинным каменным коридорам замка к столовой.

Злата не уверена, что она вообще ожидала от столовой в целом замке, может, чего-то вроде столовой из «Красавицы и Чудовища», со всеми ее украшениями и светом, потому также не уверена, стоит ли ей разочаровываться. 

В конце концов это не ее замок. У всех свои вкусы, и это не мультфильм. Не всем хочется постоянно смотреть на что-то яркое, все-таки Сирил здесь ест каждый день.

Но столовая… мрачная. И дело совсем не в темноте, совсем наоборот — потому что свечи повсюду, все хорошо видно, никаких теней, паутины или еще чего-то такого, только колонны и безликие статуи. А еще стол до того длинный, что если Злата сейчас сядет в одном конце, а Сирил в другом, то это будет самым неловким и самым неудобным ужином в ее жизни. Она не уверена, что сможет разглядеть его лицо. Или даже быть услышанной, не повышая голоса.

Витиеватые темные, похоже, дубовые стулья с ножками-лапами — два ровных ряда по обе стороны стола — совершенно одинаковые, словно бы новые, по крайней мере, ей пока так кажется.

— Можете выбрать любое место, — говорит ей Сирил, проходя мимо и, похоже, направляясь к привычному для него месту.

Исса парит у его плеча, совершенно молчаливая, словно наблюдающая за всем.

— Спасибо, — тихо отзывается Злата.

Она медленно следует за ними, чтобы не сидеть уж слишком далеко в стороне, хотя ей сейчас не особо хочется поболтать. Она мечтает о ванне и теплой постели, а лучше о доме, но что есть, то есть.

Еда здесь, наверное, вкусная.

Когда Сирил садится — что удивительно, не во главе стола, а за первый стул по правому ряду, если считать с противоположного от выхода конца комнаты, — Злата замечает одну вещь. Именно его стул немного отличается: легкие потертости то там, то здесь, особенно на подлокотниках, куда часто кладут руки. Царапины на полу, потому что его отодвигали чаще других.

Нет, словно только этот стул вообще отодвигали в последние… много лет: подо всеми остальными ничего подобного, лишь гладкий паркет. До того отполированный, что Злата может видеть отражение стола.

Это рисует очень-очень печальную картину. Злата представляет, как Сирил завтракает, обедает и ужинает здесь один снова и снова, может, в компании пары фей, вроде Иссы и Лили… Больше ли здесь фей? Вполне возможно, замок большой, кто-то должен присматривать за ним. И убирать всю пыль, потому что Злата не видит ни пылинки. 

Не впервые она задается вопросом, сколько же Сирилу на самом деле лет. Дести? Пятьсот? Больше тысячи?

Злата сдерживает вздох, потому что сейчас не время думать о том, насколько долго живут драконы и насколько лет всех переживают. Или уж скорее насколько сотен лет, потому что маги живут дольше людей, но… не тысячелетиями.

Она садится через один стул от Сирила — достаточно близко, чтобы можно было спокойно говорить, и достаточно далеко, чтобы это было… вежливым. Уж для двух фактически незнакомцев, которые просто вынуждены прожить вместе неделю. И отпраздновать Новый год, если, конечно, здесь его празднуют.

В этом году у нее не будет курантов.

— Еда скоро появится, — сообщает Сирил, Исса сидит у него на плече.

Он медленно, похоже, чтобы не сбросить ненароком фею, откидывается на спинку стула, смотря куда-то вверх, и Злата следует за его взглядом.

На потолке сложные фрески: цветы, переплетения завихрений, словно имитирующие магию, длинные, вытянутые драконы, парящие среди облаков. Может, они рассказывают какую-то историю — Злата замечает мечи, нечто, похожее то ли на солнце, то ли на луну, каменный замок. Сцену битвы, то ли вместе с драконом, то ли против него.

Фрески старые. Старые настолько, что почти полностью выцвели. Остатки цвета есть то тут, то там, в маленьких вещах: бутонах цветов, во вспышках волшебства.

Тарелки с едой появляются из воздуха. Вспышка золотого — и все перед ними. Совсем чуточку, но Злата ожидала, что дверь распахнется, и, подобно метлам и грязной посуде из «Меча в камне», в комнату медленно влетят блюда, например, с индейкой, после чего приземлятся на стол. И что чашки станцуют вальс. 

Так было бы определенно веселее, пусть только для нее, каждый день наблюдать такое шоу, наверное, нет смысла. Злату уж точно не ждет веселая песенка про ужин. Кто бы здесь еще стал петь.

На мгновение она представляет себе, как Сирил вдруг встает и начинает внезапную арию о своем одиночестве, которое скрашивает неожиданная гостья. Потом к нему присоединяется Исса с песенными нелепыми ремарками, потому что у них здесь анимированный мюзикл. Они вдвоем танцуют в столовой, потому что какая же песня без танцев и внезапных спецэффектов. Впрочем, здесь магия справится — никаких зеленых экранов, нелепых датчиков на лицах и одежде, а также носящихся повсюду людей в таком же… волшебном киношном зеленом.

Злата правда надеется, что Сирил не может читать ее мыслей, это было бы крайне неловко. Или, если читает, не станет комментировать.

Но… еда.

Перед ней две тарелки: одна совсем небольшая и глубокая с каким-то супом, и другая побольше — с аккуратно нарезанным мясом и овощами в качестве гарнира. Это насколько обычно, настолько и волшебно, потому что разложено до того аккуратно, что… кажется немного ненастоящим. Как с картинки в меню какого-нибудь ресторана.

Также стоит чашка, похоже, для чая, и совсем маленькая тарелочка с очаровательным пирожным: что-то песочное с кремом и маленькой клубничкой сверху. Чайник — белый фарфор с цветочными узорами — стоит между ними обоими.

Очаровательно.

Возможно, для ужина немного… плотно, но Злате это нравится. Она все-таки даже не пообедала толком. И можно возместить то, что ей так и не удалось отведать торт дома.

Исса взлетает с плеча Сирила, чтобы приземлиться на стол. Она проходит между тарелками, чтобы остановиться у чайника и одним движением руки заставить его воспарить и разлить чай по чашкам.

— Все устраивает? — спрашивает Сирил.

— Да. — Злата неуверенно смотрит на лежащие по обе стороны от тарелки ножи, вилки и ложки. — Разве что я не знаю, какие приборы нужно брать… Их порядок.

Сирил усмехается, совсем незлобно, будто просто находит незнание Златы забавным.

— Ничего страшного, берите, что удобно, — он смотрит на нее в ответ, взяв первую вилку. — Или можете повторять за мной.

Исса глядит на Злату тоже, уже совсем не испуганная как раньше, а словно переполненная любопытством. Злата ей слегка улыбается и решает повторять за Сирилом. Или хотя бы попытаться побыть настоящей леди совсем немного.

Они едят в приятной тишине, втроем, потому что Исса достает из сахарницы один кубик и кусает его прямо так, как будто в этом нет ничего не правильного. Как будто она какая-то… мышка? Или вроде того. Это почти забавно и совсем чуточку странно.

Возможно, она смотрит на Иссу слишком уж долго, потому что вдруг Сирил говорит:

— Сахар можно использовать в качестве магической энергии. Если нет возможности восполнить запас из окружающей среды или артефакта, то подойдет сахар.

Это немного похоже на голос лектора, но весьма увлеченного. Кажется, Сирилу самому захотелось этим поделиться, по крайней мере Злате так хочется думать, а дело вовсе не в том, что ее взгляд был чересчур неприличным и раздражающим.

И это объясняет так много вещей.

— Погодите. — Она кладет аккуратно вилку на тарелку. — То есть, маги заказывают у нас кофе с таким количеством сахара, чтобы восполнить… ну, магию в себе?

Сирил кивает.

— Верно. В вашем мире нет естественных источников магии, только те, что мы можем принести с собой, — он вздыхает. — А это чудовищное количество разрешений и бумаг. Сахар получить куда проще.

Что же, Злата и правда не может вспомнить магов, которые бы не заказывали у них сладости. Или кофе с ужасающим количеством сахара, или пирожные… иногда даже сразу несколько. Особенно те жирные кремовые колечки, посыпанные сахаром. Злата не может съесть больше одного за раз: слишком сладко. Аж на зубах скрипит.

— А если кому-то не нравится сладкое? — спрашивает она.

Потому что звучит немного забавно, но и по-своему печально. Если это единственный способ получить быстро магию в их мире, то тем, кто не любит сладкое, придется несладко… Ха… Несладко. Неважно.

Но объясняет, почему маги не то чтобы много колдуют повсюду.

— Тогда или получить разрешение на артефакт, или смиряться со вкусом. 

Злата прикусывает губу на секунду, но решается:

— А вы? Вам нравится сладкое?

Все-таки он тоже заказал сладкий капучино. Пусть и улыбнулся в конце, но кто знает, было ли дело в магии? Она не уверена, что ей нужно это знать, но хочется.

Сирил словно демонстративно аккуратно ложкой отламывает кусочек пирожного, съедает его и только тогда отвечает:

— Да.

Внезапное хихиканье Иссы, похожее на перезвон крошечных колокольчиков, говорит Злате куда больше: похоже, Сирил опустил в своем ответе одно слово.

Очень.