Вокруг острые темно-серые гребни скал и ледяные шапки далеких гор. 

Что я здесь делаю?

Смутное чувство, будто что-то ищу, и пальцы сводит не от холода, а от предвкушения. Вверх, все выше и выше карабкаюсь по пологому, но опасному склону, из-под ног выворачиваются мелкие камни. Пока не оказываюсь на каменистом плато.

Подхожу почти к самому краю, глубоко вдыхаю необъятность и холод. Суровый черно-белый вид, но до чего захватывающий… Жаль, я не умею летать.

Мощные крылья вдруг загораживают бледное небо, потоком воздуха отталкивают меня от обрыва. Величественное чудовище предстает ожившим осколком горы – сплошные шипы да заостренные чешуйки, что по прочности не уступают алмазу.

Я замираю, не в силах разорвать колдовского оцепенения…


-Просыпайся, моя сладкая, - врывается сквозь сон мягкий шепот, мгновенно стряхивая с меня сонливость.

Лениво приоткрываю глаза – надо мной низко навис привлекательный мужчина: смуглая кожа, обаятельная, многообещающая улыбка, в игривых глазах грозовое небо. На нем легкая серебристая рубашка с закатанными рукавами. Его руки так близко, кажется, еще мгновение – и я окажусь в крепких объятиях…

Поджав губы, отвернулась от него, еще и укрылась с головой.

-Ну что такое? Ты не рада меня видеть? – обидевшись, сдергивает он с моей головы край одеяла.

-Уйди, - хмуро ворчу я и отвоевываю назад свое одеяло.

-Какая ты неприветливая, - так знакомо вздыхает мужчина, что мне хочется еще и зажать уши руками. Увы, не поможет. – Сегодня такой день! Кстати, у меня для тебя подарок, - понижает он голос до томных, мурчащих ноток, - не хочешь взглянуть?

Двуединый, дай мне терпения… 

Пришлось выкарабкаться из кровати. Заглянула в лицо мужчине, открыто разглядывая малейшие проявления эмоций в его глазах. Нет, не могу этого видеть.

Мило ему улыбнулась.

-Еще одна такая шутка – и ты проснешься в озере, Клео. Доходчиво?

Легкий загар медленно стек вместе с мужскими чертами лица, блестящие смоляные волосы превратились в светлые косички, красивая рубашка сменилась пижамой в веселых красных дракончиках. И вот я смотрю не вверх, а прямо перед собой в совершенно бесстыжие карие глазищи. 

-Ладно тебе, Ветра, неужели не хочется, чтобы протторэ Таорхис тебя с днем рождения поздравил? – лукаво рассмеялась подруга.

В глазах – ни малейшего раскаяния. 

-Не когда за него говоришь ты, - я отвернулась, заправляя свою кровать.

-Ага, значит, если он это скажет сам за себя…

-За себя он скажет, что если я напою тебя в честь своего двадцатилетия – то мне крупно не поздоровится. 

Клео досадливо выдохнула. – Вот это он и правда может сказать. 

-Видишь, ты не прорабатываешь свои иллюзии. «Моя сладкая» - на этом моменте меня передернуло, – Таорхис в жизни так не выражается, не использует такие интонации. Хочешь уметь достоверно копировать людей – изучай их повадки, манеру речи.

-Как будто ты за секунду меня не раскусишь, - фыркнула Клео, падая спиной на свою кровать. – Даже если я несколько лет буду таскаться за ним хвостом и перейму каждую мелочь поведения, тебя все равно не провести.

-Конечно, - усмехнулась я, заходя за ширму, чтобы переодеться. – У вас ауры совершенно разные.

-Об этом я и говорю! Смысл мне стараться, если огненные по ауре вычислят, кто есть кто?

-Опять свою лень оправдываешь? – выглянула я из-за угла ширмы, чтобы кинуть в нее кофту от пижамы. 

-Нет, просто не вижу смысла напрасно тратить время! К тому же, не люблю иллюзии, неприятно становиться кем-то другим.

-Зато меня побесить – не просто приятно, а еще и бесценно, - проворчала я, выглядывая в окно. Мы жили в общежитии на третьем этаже, знаменующем третий курс обучения. От курса к курсу размер комнаты ненамного увеличивался, да и соседка у меня теперь одна, так что места для двоих было более чем достаточно, о тесноте первого осталась лишь ностальгия. 

На улице игривым котенком ластился конец марта – бледное солнце, сухие дорожки, черная влажная земля, готовая к грядущему буйству жизни и цвета.

-Это была часть твоего подарка, - загадочно пропела Клео. – Вторую получишь совместно от нас с Форестом.

-С Форестом? – скептично вскинула я бровь. – Это который мне на прошлый день рождения подарил планировщик распорядка дня и мухобойку? Если вы объедините усилия… Не заставляй меня опасаться этого дня.

Перекинув через плечо полотенце, вышла в тамбур, где находился рукомойник, чтобы освежиться и привести себя в порядок. Душевая на каждом этаже одна, и туда лучше приходить заранее. Если не хочется насобирать сплетен со всей Академии или стать поводом для новых.

Я взглянула на свое отражение. Когда только поступила сюда, меня можно было охарактеризовать как «ежик колючий со взглядом горящим». Какая я спустя два года? Скорее всего, почти такая же, в глубине карих глаз нет-нет, да и блеснет пламя – моя стихия – правда, сам взгляд стал более спокойным и открытым, ощетиниваюсь далеко не с полуслова. Короткие волосы превратились во вьющие шоколадные со стальным отливом пряди до лопаток. Фигура так и не стала значительно женственнее, постоянные нагрузки закаляют тело, а не придают ему соблазнительности. А может, все дело в том, что капусту не люблю?

Как бы то ни было, капуста тому виной, физиология или тренировки, но я по-прежнему считаю, что владение и телом, и магией для чарита, то есть, мага, важнее физической красоты и привлекательных округлостей. И доказываю себе это каждое утро. Даже в свой день рождения.

Собрав волосы в высокий хвост и завершив свой образ повязкой, закрывшей уши от мартовского ветра, спортивной обувью и выцветшей, но такой удобной тканевой курткой, вышла на улицу под несмелое весеннее солнышко.

Территория Академии огромна. Особенно прекрасно здесь поздней весной, когда наряду с привычными черешневыми, персиковыми деревьями и яблонями просыпаются экзотические хищные растения, вполне способные оторвать кусок рукава у зазевавшегося адепта. Но их пугаются разве что первокурсники, старшие курсы машинально выбирают безопасные маршруты как на улице, так и в центральном учебном корпусе, больше похожем на ларец с магическими ловушками. На самом деле, ко всем необычностям быстро привыкаешь. Мне ли не знать.

Сегодня первый день весенних каникул, которые продлятся целых две недели. Наверное, хороший повод примириться со своим днем рождения, хотя обычно он будит лишь болезненные воспоминания.

Чтобы попасть на стадион, мне нужно миновать парк. За два года я изучила его вдоль и поперек, даже бегала там в одно время, наслаждаясь потрясающими живописными дорожками и уединенностью.

Меня так и прозвали «парковая мышь», за то, что почти все свободное время проводила там, в укромных закутках парка, отрабатывая разные стихийные техники подальше от посторонних глаз. У магов довольно жесткая иерархия, и со своим неврожденным даром я ощущала себя едва ли не самой недоразвитой в Академии. А что может для чарита быть хуже неспособности совладать со стихией? Неспособность совладать с двумя!

Воздух и земля. Вот мои извечные стихийные «мозоли». Что о них известно? В общих чертах, земная артерия покоряется жесткому контролю, воздух же наоборот его не терпит. 

Билась я над ними, билась (чтоб не сказать головой о стену)… и неизвестно, сколько бы еще промучилась, пока на меня случайно не наткнулся протторэ Таорхис. 

За пять минут разговора он уложил абстрактные термины в понятную именно для меня плоскость. А зверь, которого понимаешь, быстрее перестает страшить.

Я глубоко вдохнула. Что бы я делала без протторэ? Ну, по крайне мере, подольше бы поспала сегодня утром.

На подходе к стадиону меня каждый раз охватывало легкое волнение, заставляющее одергивать одежду и проверять, не выбились ли волосы из хвоста. Но сегодня здесь совсем безлюдно, спасибо, Клео, за чудесное пробуждение ни свет ни заря в первый день каникул, когда нормальные адепты высыпаются после сдачи экзаменов.

От всей души надеюсь, ей там икается.

После короткой разминки и растягиваний, я сорвалась в своем темпе по ровному покрытию. Бежать легко, особенно первые два круга, потом четыре круга я обычно умираю, зато на последних двух открывается второе дыхание. Иногда, как сегодня, мне нравится закрыть глаза на прямых дистанциях, доверяя телу и подчиняясь ритму. 

И в какой-то момент я поняла, что бегу не одна.

Скосила глаза, ни капли не удивленная. Я знала только одного человека, способного подкрасться настолько незаметно. Впрочем, человека лишь наполовину.

-Утречка, Хрес. А тебе чего не спится? Тебя, вроде, Клео не кошмарила.

-Что, уже успела тебя поздравить раньше меня? – удивился он. – Не ты ли говорила, что она обычно храпит до последнего?

-У нее сегодня был повод проснуться раньше, - прерывисто выдохнула я.

-И что подарила?

-Потом как-нибудь расскажу, но это было… незабываемо.

-Слушай, может, прекратишь семенить и дашь обнять тебя?

Я весело фыркнула. На мои три шага он делал один, и причина тут не столько в росте, сколько в стихии. Хрес – чарит воздушного течения и при большом желании поверхности может вообще не касаться.

-Моя девочка стала совсем взрослой! – умильно прогудел он куда-то в макушку.

-Да я всего на полгода тебя младше! – возмутилась я, хлопая его по лопатке.

Несмотря на нашу смешную разницу в возрасте, между нами три курса, потому что Хрес – коренной оринфиец, и наличие магии у них выявляют еще в детстве. Меня же закинуло сюда с Земли, поэтому магические способности проклюнулись запоздало, неравномерно и вообще не пойми почему. Но, как говорится, лучше поздно, чем мимо.

Мы уселись на пустых трибунах.

-Держи свой подарок.

-Визитка? – я всмотрелась в золотое тиснение иероглифов на фиолетовом фоне.

-Сертификат, - уточнил Хрес. – Смотреть на твой артет больно, ты ведь до сих пор пользуешься убитым академическим? Там, где зазубрины толщиной с палец?

Вздохнув, достала из кармана тонкий кастет на четыре пальца. Артет – один из видов энергетических проводников-артефактов, наравне с палочкой или перстнем с минералом. С ними проще управлять стихийными элементами, да и безопаснее, из-за минимального риска магических ожогов. А то меня когда-то угораздило.

Мой артет сделан из нефрита. Судя по его состоянию, им активно и не особо бережно пользуются с самого основания Академии, но я вполне привыкла к обшарпанному виду, да и к «ворчливому» характеру приноровилась. Зато могу бесплатно пользоваться им до конца обучения… если окончательно не угрохаю раньше срока.

-Салон «Богемная реликвия»?? Хрескольд, ты с ума сошел! – я уставилась на него выпученными глазами. – Это же тот жутко роскошный и кошмарно богемный магазин артефактов в Чарвиле? Мне просто заходить туда не по себе…

Чарвиль – городок недалеко от Академии, где адепты пасутся чуть ли не каждые выходные, поэтому там хватает дорогих заведений. Правда, отпускают туда только с третьего курса. Я выбиралась всего пару раз, но уже достаточно впечатлилась.

-Да-а, - протянул Альдо в сторону. – Не думал, что все настолько печально. Вспомни, где ты учишься. Даже если ты к ним зайдешь сдать на лом свой раздолбанный артет, они примут его с огромной радостью. Если тебе так проще принять, то считай, что я переживаю за престиж Академии, - усмехнулся парень. – Выберешь себе что-нибудь по нраву, а не то, что досталось по наследству от предыдущих курсов.

Я помолчала. Действительно дорогой подарок, и даже не в стоимости дело. А в самом жесте. Наверное, ни от кого другого я бы не смогла принять подобное. Но Хрес… особый случай.  

Мы даже поссорились за два года всего один раз. Месяца на четыре. Я узнала, что в самом начале он со мной общался по указке Таорхиса, который, уезжая из Академии, попросил его присмотреть за мной. Конечно, не тянет на трагедию года, но чтоб я еще хоть раз на кого-то так обиделась! Хрес же вскипел после того, как я поняла, что он частично иол и не поленилась раскопать информацию о его семье. Не сказать, что он как-то особо тщательно скрывал это, тем более, надежнее всего прячут как раз на видном месте… но ладно, согласна, влезть в его семью, когда меня об этом не просили – не лучший мой поступок.

Вот так ходили и дулись друг на друга несколько месяцев, как два барана. Оба такие взрослые, гордые и упрямые, куда там делать первый шаг навстречу? Но недаром умные люди говорят: отпусти, если твое – вернется. Видно, Хрес Альдо все же очень мое, потому что мне без него было не просто скучно, а катастрофически не так. И в какой-то момент мы просто сели и поговорили откровенно. Сошлись на том, что лучший способ примириться – доверить друг другу свой самый большой секрет. Вот так я и стала посвященной в непростую историю семьи Хреса Альдо, которого на самом деле зовут не Хрес, и даже не Альдо. Его отец – один из высокородных иолитов, настолько не желал мириться с тем, что у его отпрыска пятый ранг силы (подумать только, какой позор для семьи!), что отправил его инкогнито в одну из сильнейших Академий в надежде, что он хотя бы разовьет дар до максимума.

В общем, иногда я думаю, Хресу гораздо лучше вдали от родительской разочарованности... 

А еще, как у настоящего иолита, у него оказались заостренные кончики ушей, и я до сих пор пищу от восторга, когда он снимает свой перстень иллюзий, скрывающий такой вопиющий признак принадлежности к Исконным расам Оринфа.

Ответное откровение далось мне с огромным трудом и сомнениями. Но держать все в себе и вовсе невыносимо. 

Нужно было видеть его глаза, когда я созналась, что тот мощнейший всплеск магии, который произошел два года назад в городке Таиль и о котором говорят до сих пор, устроила я. Та титаническая сила не принадлежала мне, я лишь крайне неудачно оказалась кем-то наподобие перевозчика. Каким образом сила попала ко мне – до сих пор не представляю. По стечению обстоятельств, «контейнер», если можно так выразиться, порвался, и сокрушительный силовой поток вырвался на волю в виде мифических энергетических тварей: Огнекрылого Симурга и гребенчатых келпи. Я была уверена, меня это убьет, но нет.

Скорее всего, об этом бы посудачили да со временем забыли, вот только, как ни смешно говорить, на Оринфе верят в пророчества. 

И конкретно то, в которое «вляпалась» я, знаменует ни много ни мало, возвращение уже пятьсот лет как канувшего в Лету мага исключительной силы, наивысшего Десятого ранга, или, как здесь его принято называть, вершеш. И реже Абсолют. В общем, у него хватает имен и титулов. Таорхис считает, что именно его силу я частично высвободила. Эх, если бы он еще смог объяснить, откуда она у меня взялась…

Нет. Я не вершеш… Хотя забавно бы вышло. 

В какой-то момент я стала догадываться, кто скрывается под безликой маской самого уникального чарита Оринфа, которому поклоняются и устраивают целые празднества. Но чем больше времени проходит, тем сильнее я сомневаюсь, что верно интерпретировала знаки. Во-первых, за два с лишним года не произошло ровным счетом ни-че-го, что можно было бы связать с проявлением его мощнейшей магии. И во-вторых, мне слишком дико, что жила с ним бок о бок больше года и воспринимала, как обычного человека. 

Свои догадки – единственное, что я не смогла доверить Хресу. Да и никому другому тоже.

-Ветра, ты еще здесь?

-Извини, задумалась немного. Все в порядке… Знаешь, Хрес? Твой подарок можно прикладывать вместо подорожника.

-Зачем? – не понял парень, глядя, как я прижимаю сертификат ко лбу.

Я усмехнулась. – На Земле верят, что это лучшее заживляющее, панацея от всех бед.

-Люблю, когда ты сумасшедшие вещи говоришь, - безнадежно покачав головой, широко улыбнулся он. – И не смотри на меня так, не утащу я тебя в рабство при помощи одного несчастного подарка! Тебе реально новый артет нужен. Отказ, кстати, не принимается.

А что я? Мужчина сказал «новый», значит, новый. Так тому и быть. Я ж не спорю. Спрятала подарок в карман, чмокнула его в щеку в знак благодарности.

-Ты останешься сегодня? – поинтересовалась как бы между прочим.

Хрес помрачнел. – Прости, Вет, домой нужно, отец просил без проволочек. После завтрака сразу выезжаю.

-Я заказала доставку из чайной «Мастер Ши», - бросая на него косые взгляды, вкрадчиво заговорила я, - позвала кое-кого из ребят. Погудим, почудим. Будет весело. Оставайся…

-Очень заманчиво, но не могу, - вздохнул Альдо. – Но хотел бы.

Я не из тех, кто легко сдается. Даже если приходится прибегать к запрещенным приемам.

-Это твой выпускной год. Твои тренировки, мои эксперименты, и так видимся нечасто, а через три месяца вообще домой вернешься, родственники тебя монополизируют с концами, и даже не вспомнишь о том, что в Академии было.

Друг помолчал какое-то время, глядя перед собой.

-Твое тотемное животное случаем не лискош?

Словно услышав, что о ней речь, на соседнем с Хресом сидении подняла голову Таниис, вопросительно чирикнув. Зверек из мыши с огромными ушами превратился в некрупную лисицу с широкой мордочкой и роскошным палевым мехом, по которому время от времени пробегали трепетные язычки белого пламени. Хрес спас ее совсем крохой, забрал из развороченного гнезда, с тех пор это его шустрое неотвязное сопровождение и грозный страж.

-Мое тотемное животное – эгоистичный дракон, - вздохнула я еще печальнее.

-Иди сюда, «дракон», - проворчал парень, отводя руку в сторону и дожидаясь, пока облокочусь ухом о его плечо. Его рука тяжело опустилась мне на левое плечо, приобнимая. – Ладно, завтра домой выдвинусь. Не дам тебе зажечь на всю Академию без меня.

Вдобавок потрепал меня костяшками по голове и отпустил.

-Ты жутко невыносимый, Альдо, знаешь это? – я негодующе провела рукой по недавно гладко зачесанным волосам, оценивая ущерб. Так и есть, наставил колтунов.

-Неотразимый? – переспросил он, пытаясь удержать серьезное выражение лица. – Об этом я и так знаю!

Краем глаза заметила, как на стадион резво вплыло серое пятно.

-Я за разрешением! – вскочила я тут же, одновременно переделывая прическу. – Рада, что ты остался, найду тебя в столовой. Пока, Танька, Хрес!

За пару мгновений спустилась по пологим ступенькам трибун и оказалась на дорожке как раз вовремя, чтобы поравняться с бегуном.

-Протторэ, не мешаю? – пристроилась рядом.

-Никогда не мешаете.

Я коротко кивнула, едва заметно улыбнувшись. Наше обычное приветствие.

-Вы что-то хотели, Ветра? – проницательно заметил он, как я пытаюсь подобрать слова.

-Да… Сегодня мой день рождения и… думаю, вечером будет шумно…

-Вам лучше обратиться к коменданту.

-Она все равно к вам направит…

-Тогда передайте, что у вас есть мое разрешение. Корпус не разнесите только.

-Даже сегодня нельзя? – огорчилась я.

-Разве что немного, - улыбка коротко ужалила его губы. – И никакого алкоголя для чарины Клео Римбет. 

-Я помню, - шумно выдохнула я, произносить длинные фразы становилось неудобно. Приложила два пальца ко лбу и резко отвела чуть в сторону, салютуя. – Чарина Ветра Мельн… На страже безопасности Академии.

Килиан Таорхис бежал в легком, стройном ритме, только раза в три медленнее из-за меня. Я знала, что в своем привычном темпе он пробегал не меньше двадцати кругов, становясь похожим на призрак, скользящий туманным утром по стадиону. Но мне было приятно, что из-за меня он снижал скорость. И я упрямо закусывала губу, следила за дыханием и просто бежала рядом.

Мне нравилось бегать одной. Но бегать с ним нравилось больше.

-Чарина… протторэ Агиро съехала из своих апартаментов месяц назад.

-Я ее не знала… она ничего не вела в моей группе.

-Она жила в нашем корпусе в одиннадцатой «соте». Ее комнаты пустуют. Можете сегодня собраться там. Если хотите.

Когда до меня дошел смысл, дыхание сбилось окончательно. Я перешла на шаг.

-Вы уверены? – только и смогла произнести я, недоверчиво сверля взглядом беговое покрытие перед собой. Протторэ Академии занимали верхний седьмой этаж каждого из четырех жилых корпусов, так называемых «ульев» из-за их необычного строения. Проще говоря, пентхаус: три просторные комнаты, шикарный вид на территорию. И вот это сокровище хотят доверить компании адептов-раздолбаев?

-Нет, - честно признал он. Я подняла на него глаза. Хвала Двуединому, в его прямом взгляде не было тех убийственно игривых смешинок, как в исполнении Клео. 

Я люблю смотреть в глаза, для меня это карты, тропы, лабиринты, оранжереи, склады, оркестры, кухня, в конце концов. Чужие эмоции для огненной стихии обрастают оттенками, запахами, звуками, иногда настолько неожиданными, что это сбивает с толку. Я только учусь этому сложному искусству, поэтому порой чувствую себя заплутавшей в непролазной лесной чаще… Но есть глаза, в которые смотреть невозможно. Например, в те, что напротив. Что в них особенного? Пасмурное небо, пронзительная глубина, расслабленно пульсирующая искра, делающая взгляд живым и проникновенным.

Взгляд Килиана Таорхиса словно укутывает вниманием, это тревожит, обездвиживает. Поэтому долго смотреть в его глаза я по-прежнему не могу. Но при первой встрече я пообещала себе, что когда-нибудь стану на одну с ним ступень и смогу потягаться в способностях. 

-Не уверен, - договаривает протторэ. – Но вы все равно можете взять ключи у коменданта. Я сам предупрежу.

***

-Ветра! Наконец-то, где тебя так долго носит?! Тут такая новость, такая новость! – едва не снесло меня обратно в тамбур звуковой волной, как только я переступила порог комнаты.

-Ты уже в душ сходила? – догадалась я об источнике сногсшибательных новостей.

-Только что оттуда, - небрежно махнула рукой Клео. – О, ты не представляешь… Давай, угадывай, кто к нам едет! 

-Леонардо ДиКаприо! – уверенно выпалила я.

-Кто? – сбилась с полумысли подруга. – Какой еще Леорди-капри? В общем, тут такой ажиотаж, пока ты стадион топчешь. Прикинь, у нас будет учиться принц драконитов!

-Как учиться? Он же старый для этого… - озадаченно нахмурилась я. Строго говоря, я не очень хорошо разбиралась в правящей ветви драконитов. Знала только, что сейчас правит Рейра Жемчужная, и правит довольно жестко. Ее старший брат, Ривархион, не горел желанием занять престол. Зато горела Рейра, она стала правительницей, сместив отца, и заставила брата подписать абдикацию, чтобы наверняка обезопасить себя от дальнейших посягательств.

-Да не Риварх! Их младший брат, Анлиш, - просвещала меня меж тем Клео.

-Его разве не убили в младенчестве? – совсем запуталась я.

-Оказывается, нет, сослали куда-то. Говорят, он совсем дикий из-за того, что воспитывался вдали от двора.

-Так он наследный? – чисто чтобы поддержать разговор, спросила я, закидывая на плечо душевое полотенце.

-Наверное, он тоже подписал отказ от своих прав на престолонаследование, потому и жив, - задумчиво пожала плечами Клео.

Мы помолчали, каждая думая о своем. Я вот, например, думала, что лучше никакой сестры, чем такая, как Рейра. Не сестрица, а зверская узурпаторша какая-то, ни перед чем не остановится, на внешность же – непорочный ангел с нехарактерным для драконитов перламутрово-розовым цветом волос.

-Что-то я сомневаюсь, что этот Анлиш в самом деле будет учиться с нами, - в конце концов, поделилась я своими мыслями. – Ты вспомни, сколько за два года к нам «приезжало» знаменитостей. Младшая дочь нашего императора Эклетиона Второго, потом один из принцев иолитов, принцесса из Эритании, и вот теперь еще и дракониты затесались. Заметь, ни один из тех, о ком болтали, у нас не остался. Так что это тоже пустые сплетни, скорее всего.

-Поживем – увидим, - пожала плечами подруга. – Ты лучше расскажи, как прошел разговор с Таорхисом. Дал добро?

Я растянула губы в безумно довольной, искушающей улыбке. – О, ты не поверишь, где мы сегодня гуляем…

И в лучших дружеских традициях, хлопнув дверью, направилась на полуслове прямиком в душевую.

Торжественный завтрак сегодня намечался на целый час позже обычного. В огромном двухуровневом здании столовой, способном одновременно вместить больше тысячи голодных учеников с преподавателями, царило приятное оживление.

Мы с Клео привычно протиснулись с подносами на второй этаж, где нас уже ждал Форест Ярт, мой ненаглядный партнер по чарам. Все дело в том, что магия на Оринфе половинчата. Светлые и темные – не силы добра и зла, как может показаться на первый взгляд. Все несколько сложнее… Светлые умеют преобразовывать энергию во что-то качественно новое, темные же выпускают отработанную энергию на волю. И только совместно сила обретает целостность. Вот такая взаимосвязь… Мы с Форестом единственные чариты с даром седьмого уровня на курсе, так что выбора партнера особо и не было. Наша сила неплохо уживается с самого первого дня, чего не скажешь о нас самих, особенно в начале ершистого столкновения непростых характеров. Спустя два года, с одной стороны, мало что изменилось, мы по-прежнему друг для друга главные соперники, «пинатели» и вдохновители на боевые подвиги. Но с другой, если я на него периодически ворчу, то это больше по привычке. 

- Фор, ты бы хоть улыбнулся при виде таких красивых девушек, - безнадежно цыкнула на него Клео, приземляя свой поднос на стол. – Смотри, мы ведь можем и мимо пройти.

- Идите, идите. Тогда я спокойно поем, - проворчало в ответ милейшее создание. Его внешностью легко очароваться: точеные черты лица, тронутые благородной высокомерностью, в обрамлении темных вихров, достойны кисти великих мастеров. Вот так взглянешь – и хочется проверить, сияет ли над ним нимб. Однако пару минут общения живо исцеляют от плена прекрасных светло-серых очей: этот честолюбивый ворчун умеет парой фраз качественно спустить с небес за землю.

Клео одна из немногих, кто с ним действительно ладит, ей нравится его поддразнивать. Люблю наблюдать за их ленивыми перепалками, иногда они мне здорово напоминают старую такую, закаленную бытом супружескую пару. 

Я взглянула на наши тарелки: Клео клевала, как птичка, выбрав фруктовое ассорти, у Фореста все было строго на своем месте: тыквенная каша по центру, слева мелко нарезанные фрукты, справа – в два ряда два вида орехов. У меня же после пробежки разыгрался такой зверский аппетит, что вместо утренней каши я от души плюхнула себе оранжевое пюре из корнеплодов, взяла целую запеченную рыбу и приличную горку салата.

- Доброе утро, Академия! – четкий голос ректора Боллема оборвал мои гастрономические поползновения и заставил поднять голову к большой иллюзии, висящей в воздухе между первым и вторым ярусами, так, чтобы каждый стол его видел. – Не буду долго отвлекать вас от самого важного приема пищи. Краткое наставление на каникулы: встряхнитесь от учебы, но так, чтобы через две недели вернуться сюда в том же количестве. Больше приветствуется… – как-то многозначительно добавил ректор. Но сверх того, он не стал ни подтверждать, ни опровергать слухи о новом ученике, тем самым разогрев любопытство еще сильнее. – И последнее. Будьте достойны силы, доверенной вам. Хороших всем каникул!

Иллюзия погасла, однако не успели адепты набрать воздуха, чтобы обсудить его слова, как погасло и освещение, погрузив все здание в полумрак. Я так и замерла с вилкой в руке, настороженно поводя глазами по сторонам. От нашего эксцентричного ректора можно ожидать чего угодно, в том числе внеурочной проверки защитных чар. Никто не шевелился.

И в это мгновение из потолка обрушился громадный кит, состоящий из миллионов мягких световых точек. Он плавно изогнулся в воздухе, всплеснув длинными плавниками. Протяжная песнь раздробилась гулом в пространстве, словно мы оказались под водой. Мне отчего-то вспомнился поход в планетарий лет в восемь, когда я сидела, точно так же завороженная движением звездного неба. 

За китом вереницей потянулись гигантские мерцающие скаты манты, грациозно плывущие под потолком. По стенам блуждали преломленные отблески и тени, и без того обостряя ощущение глубины. Следом выпорхнули разноцветные стайки рыбок, слаженно меняя направление и сверкая радужными боками.

Иллюзии преобразились. Потолок заволокло туманом, в котором темной молнией пронесся грозный росчерк. Черный дракон, точно слепленный из острого базальта, приземлился на входную дверь, ставшую скалой. По моим рукам иголками скатилась волна холода. Мне снился такой же зверь, только гораздо крупнее.

В его горле зародился глухой, перекатывавшийся рокот, но огнем не полыхнул, вопреки всеобщему предвкушению. Иллюзия вышла до того полновесной, что, взмыв вверх, ударила в лицо воздушным потоком, прежде чем исчезнуть в противоположной стене.

Столовая взорвалась хлопками и одобрительным шумом. Здорово видеть, как растет мастерство местного кружка иллюзионистов. 

Я опустила глаза в вожделенную тарелку, и гулко выронила вилку из ослабевших пальцев. Оттуда мне подмигнула запеченная в специях форель!

Обернулась вправо и, испепеляюще щурясь, нашла столик, который занимал Хрес с друзьями. Лучезарно усмехнувшись, он подмигнул мне точно в той же манере. Я с усилием подавила вспышку смеха. Вот зараза!

Какая жаль, что я не умею творить иллюзии! Зато каждый раз с удовольствием попадаюсь на эти уловки. Не то, чтобы они меня так уж шокировали, но главное ведь – внимание.

Мимолетно усмехнувшись своим мыслям, я, в конце концов, добралась до еды, зажмуриваясь от удовольствия и отдавая должное расстаравшимся поварам. И даже целый косяк говорящей камбалы не смог бы отвлечь меня от самого прекрасного занятия на свете.

- Эй, моргающая форель, можно тебя украсть на пару минут?

Фыркнув, Альдо накинул куртку и мужественно побрел за моим бодрым шагом прочь из столовой.

- Хрес, поможешь с вестором? – без предисловий попросила я, когда мы отошли от корпуса столовой чуть в сторону.

- Не вопрос, но ты ведь недавно слала, - парень старался не смотреть на меня откровенно сочувственно, хотя я неплохо знала, до чего бессмысленной ему кажется моя затея.

Тяжело видеть эти эмоции на его лице, поэтому мой взгляд малодушно скользнул в сторону. – Сейчас тоже хотелось бы. Вдруг хоть сегодня…

Хрес не дал договорить: понятливо сощурился – и с его раскрытой ладони поднялось белое облачко, отдаленно напоминающее очертаниями птицу. Вестор, магический вестник, который полноценно могут создать только светлые чариты. Я вложила в него написанное заранее письмо. Вестор поглотил его, вспыхнул и исчез.

Мы двинулись с Альдо бок о бок в сторону женских корпусов. Какая-то часть меня до сих пор надеялась получить ответ на отправленные письма, хотя я знала, что ждать не стоит. Прав Хрес: напрасно я этим маюсь, да только ржавый краник с капающей надеждой так просто не закрутишь.

Два года назад, перед тем, как с горем пополам попасть в Академию, я жила в кано – прибежище для «лучей», попадающих на Оринф с Земли. Унылое местечко, в котором ярче всего обнажается человеческая сущность. Оглядываясь назад, я вспоминаю, мы были как дикие волчата, сбившиеся в стаю против жестокости и неизвестности. И сами порой переступавшие границы жестокости, чтобы выжить. Для меня все изменилось в одно мгновение, как только пробился дар взаимодействия – благословение Оринфа (как здесь считают). Но за моей спиной остались те, кому повезло куда меньше. Тогда же я потеряла друга из кано, он однажды пропал. Просто пропал, словно его никогда и не существовало. Исчезнуть из кано – почти как взять билет в один конец; пропавших иномирцев, не имеющих даже документов, все равно не находят. Если бы ни одна маленькая деталь: о существовании Тэса по какой-то причине помню только я. Не будь у меня письма, написанного его рукой и камешка-оберега, подаренного им же, я бы крепко засомневалась, а не привиделось ли мне все это. Но нет, я заботливо храню доказательства того, что мои воспоминания – не подделка. 

Так почему больше никто из кано не помнит того же? Черноволосого мальчишку с немного раскосыми азиатскими глазами, буквально на дюйм выше меня, молчуна с вечно сбитыми костяшками… Это одна из самых больших загадок моей жизни.

Я ничего не могу сделать, чтобы найти Тэса, и злая беспомощность до сих пор наваливается в самые неподходящие моменты. Вот уже сколько времени дурацкий неисправный ржавый краник заставляет меня отправлять раз в месяц письма в пустоту. Понятия не имею, доходят ли они до адресата, но это единственная ниточка. Хрес говорит, если бы не доходили, то вестор возвращался бы назад. Возможно, друг просто пытается меня поддержать…

Так или иначе, надежда с привкусом ржавчины – все, что у меня есть.

- Эй, Вети, что это за печать «радости» у тебя на лице?

- Мм? – подняла я глаза на Альдо, тут же расцветая широкой, до рези в скулах, улыбкой. – Так лучше?

- Лучше не улыбайся, - поморщился Хрес, - тебе не идет.

- И как это понимать? – фальшиво возмутилась я. – Не улыбаюсь – тебе не нравится, улыбаюсь – вообще караул. Чем тебя моя улыбка не устраивает-то?

- Это которая больше похожа на острый приступ зубной боли?

Я усмехнулась. Этот поганец всегда улавливал мою малейшую фальшь. Именно поэтому рядом с ним я улыбалась либо искренне, либо никак. – Так чья это вина, что нет праздничного настроения? – поинтересовалась вкрадчиво.

Хрес хитро приподнял бровь. – Я так понимаю, ты мне сейчас вызов бросила?

- Вызов? Брось, я ж не царевна Несмеяна какая-то! К тому же, - вздохнула я философски, - ты прав, нести людям смех и радость сегодня действительно моя задача…

В ответ его длинная ручища уютной тяжестью прижала мое левое плечо.

- Главное, не слишком яростно их выдавливай, ладно? – негромко проговорил он, невзначай склонившись к моему уху. 

Я на миг прикрыла глаза. Ради Хреса стоило утрамбовать горькую, разъедающую мысль-занозу в самый дальний сундук. Друзья не должны увидеть, почему я боюсь этого дня, почему он отравлен. Пусть всем будет весело и комфортно…

Рахд, сколько раз я повторяла себе эти слова?

Мы остановились около входа в атриум моего жилого корпуса. Семиэтажная громада возвышалась над нами, даже в каком-то смысле наваливалась, потому что каждый следующий этаж был чуть шире предыдущего. Общагу пусть и называли «ульем», но мне она больше напоминала такую игрушку-антистресс, которую хорошенько сдавили – и она вылезла наружу своими сотами-окошками. 

- Какой кошмар, ты слишком хорошо меня знаешь, Хрескольд, – посетовала я, почти нежно ткнув его кулаком. Он снова поморщился. На этот раз досадливо.

- Зачем ты выбрал имя, от которого тебя коробит, а, Хрескольд-Хрескольд-Хрескольд? – незлобно поддела я под действием момента, зная о его зубодробительной нелюбви к полной форме своего ненастоящего имени.

- А кто сказал, что я сам себе его выбрал? – кисло пробухтел он, закатив глаза. – Проиграл спор старшему брату. 

- Надо же, какие у вас душевные отношения!

- Думаю, он на меня слегка в обиде…

- О, так это твоя вина, что был плохим братом? И что ты сделал? Увел у него девушку? Забрал все карманные деньги? Обскакал на соревнованиях?

- Почти, - нарочито беззаботно признал Хрес, потирая костяшки левой руки о правую ладонь. – Я украл у него хаймиурра.

У меня перехватило дыхание. – Ты ЧТО?

- О, не думал, что ты знаешь об этой традиции, - буднично подивился парень, провожая глазами идущих мимо адепток. Они на зависть бурно обсуждали планы на каникулы. Острова Дреарского архипелага с розовым океаническим побережьем и чистейшей лазурной водой. 

- Я много читаю, - тем же прозаичным тоном брякнула я, пережидая, пока адептки скроются в атриуме, забрав с собой мои мимолетные мечты об отдыхе на фантастических островах. За эти пару секунд, должна признать, ошеломление немного улеглось. Поэтому, убедившись, что нас опять никто не слышит, я заметила вполне спокойно: - Значит, у тебя есть личный небесный парус?

Ледяные фениксы хаймиурры – одни из самых необычайных и почитаемых созданий Оринфа. Невозможно придумать подарка роскошнее и статуснее, чем яйцо хаймиурра. По давней традиции наследники знатных домов получают их в дар на свое совершеннолетие. И когда я говорю «дар» - это ни капли не преувеличение. Ведь далеко не все богатые дома могут позволить себе столь ценного хранителя… 

Хрес пожал плечами. А я подивилась, с чего это на него вдруг напал приступ скромности.

- Ну да. Зверь вылупился при мне и признал своим хозяином.

- И что потом? – я прямо чувствовала, как клещами вытягиваю из него каждое слово.

- А потом… я его отпустил.

Я беспомощно моргнула. – Как отпустил?

- Ручками. Отвез к Вердинским холмам и выпустил. Да, насовсем.

Я с силой провела ладонью по лицу. Рахд, чему я удивляюсь? В этом весь Хрес. Ветер не приемлет оков и привязок.

- Ты ожидала, что я поступлю иначе? – спросил он, засунув руки в карманы куртки и глядя на меня чуть насмешливо.

Присмотрелась к нему. Его излюбленный образ – самовлюбленный легкомысленный повеса, неунывающий баловень судьбы и всеобщий любимец. Но это не совсем так. Непримиримые бутылочно-зеленые глаза с желтой, словно у кота, сердцевиной, выдавали другую сторону его натуры. И тогда я внезапно поняла, почему Хреса отправили сюда в Академию, так далеко от дома. Поняла, отчего он не любит упоминать семью и до сего дня и слова лишнего не проронил о своих братьях.

- Иногда я понятия не имею, чего от тебя ожидать, - честно признала я.

- Иногда я сам хотел бы это знать, - немного отстраненно ответил он. 

Мы попрощались до вечера, но когда он ушел, я еще долго не могла выкинуть его слова из головы.

-Думай что хочешь, но мне нравится! 

-Еще бы, - скептично усмехнулась я, крутанувшись на месте. – Сюда не хватает металлических шпилек, ошейника с шипами и кожаного хлыста. Для завершения образа.

-Слушай, ну ты и привередливая… - надулась Клео, лопая огромный шар салатовой жвачки. – «Таорхис» тебе не такой, костюм для бега тоже не годится… Раз так, можешь и дальше ходить в своем балахоне! И делать вид, что на своего светлого тебе наплевать.

Да ё-моё!

-Ты говоришь об учителе, Клео. С какой радости он «мой»?

-Ага, значит, не отрицаешь, что неравнодушна к нему, - констатировала подруга, покачиваясь в гамаке в углу комнаты. 

-Не отрицаю, - я сделала пару наклонов и выпадов, проверяя, не стесняет ли новая спортивная форма движения. – Но ты путаешь меня с табором неврастеничных адепток, которые вешаются на него гроздьями, как мох на деревьях в Бородатом лесу. Мои чувства из другой категории. Уважение. Порой,  восхищение … – поколебавшись секунду, я все же добавила. – Привязанность, в какой-то мере. Платонические, в общем.

Клео мягко фыркнула. 

-Платонические, да? От вас искры во все стороны летят!

-Конечно, кто еще ему столько нервов портит своими вопросами?

-Он всегда позволяет тебе больше, чем другим!

Я сделала вид, будто задумалась.

-Может, потому что у меня лучшая успеваемость на курсе? 

-Услышал бы тебя Форест, - хмыкнула подруга. Впрочем, тут же скисла. – Вот что мне с вами двумя делать, одна учеба в голове, - пробурчала она. – Помнишь тот день, когда Таорхис меня привез в Академию два года назад? Мы с ним были с дороги, в таком жалком состоянии, почти на грани выгорания, брр, как вспомню, аж вздрогну. А потом мы встретили тебя. Знаешь, что меня тогда больше всего поразило? Он ведь потратил последние частицы силы на какую-то адептку, всего лишь потому, что ей хотелось проверить свою защиту! Конечно, вряд ли ты знала, что он практически на нуле, когда просила атаковать тебя… Но это не меняет главного. Не «какую-то» адептку, Вет. Его попросила ты.

Я подавила жесткий ком в горле вместе со вспышкой раздражения. А когда заговорила, показалось, что и голос зазвучал тихо, сухо и ломко, как растертая между пальцев высушенная листва.

 -Послушай, Клео, я не могу тебе рассказать обо всем, что связывает нас с протторэ Таорхисом. Но это-не-то-о-чем-ты-думаешь. Я многим ему обязана. На этом точка. Не начинай больше эту тему… Я предупредила.

-Рахд, Ветра! Ты огненная! Будешь и дальше подавлять эмоции – они спалят тебя к чертям. 

Так вот оно что! Подруга решила, что я, страдая от трагичной любви, замкнулась на учебе. Я даже немного улыбнулась, успокаиваясь. Ох, уж эта наивная забота… Какая, к рахду, трагичная любовь?

-И ты дальше отрицаешь все то внимание, что он тебе уделяет?

Я рассмеялась.

-О да, Таорхис тайно влюблен в меня! И поэтому почти год встречается с протторэ Сеншией Вохт. Разве это не лучшее доказательство чувств ко мне? Как та история про лягушку, да? Которая сильно любила дождь и влажность, но из духа противоречия выползла на солнце и засохла.

Я подошла к хмуро зыркнувшей на меня Клео, с всклокоченными из-за валяния в гамаке волосами, похожими на частично ощипанный одуванчик, и потрепала ее по макушке. Она была диким зверенышем, гордым и заносчивым, но в тайне отчаянно верящим во что-то чистое, искреннее. Порой, глядя на нее, я будто собственное отражение видела… только на этот раз Акела промахнулся. Не в этой Вселенной, сестренка.

-Знаешь, что? Мне нравится их пара. Сеншия Вохт – крутой целитель, и по характеру крутая. Вспомни, сколько раз она латала меня. И не только физически… Таорхису повезло с ней, хотя, думаю, он и так знает это. Так что обещай больше не забивать себе голову нашим «любовным треугольником». Лады?

Я ушла к зеркалу и извернулась, оглядывая себя сзади. Стоило признать, вкус у Клео был. А то, что специфический, с уклоном, хмм… в чувственную раскрепощенность, так это меня обычно забавляло. Правда, до того момента, пока не касалось напрямую меня. Сегодня же, к сожалению, меня касалось слишком многое, включая заботу и фантазию друзей. И вот по этой причине я оказалась втиснутой в идеально облегающие леггинсы из плотной эластичной ткани и короткий спортивный топ с интригующей шнуровкой на груди.

Озадачило же меня по большей части то, что я как-то неадекватно оценивала свою фигуру. Оказывается, не настолько все и безнадежно, как я считала: изгибы у меня вполне женственные, вон, даже грудь откуда-то оформилась. 

-А по поводу подарка, - примиряюще улыбнулась я подруге, - ты же знаешь, как-то иначе выразить свою благодарность для меня сложно. Мне тоже все нравится, отличный костюм. Спасибо тебе. И Форесту тоже, как я понимаю, спонсировал он?

Откровенно говоря, непредвзято оглядывая свое отражение: стройные ноги, привычно несгибаемую осанку, тонкие запястья и красиво открытую ключицу, прямо-таки до болезненного зуда захотелось выбраться, как бабочке из кокона, из любимого бесформенного спортивного балахона, в котором бессменно наматываю круги на беговой дорожке. И выбросить его без сожалений. 

Весна, наверное.

Клео картинно зажмурилась в довольной улыбке. Вокруг нее роскошным ковром зацвели крошечные белые цветы – таким уж образом порой проявляются стихийные эмоции мага земной сферы высокого ранга. – Само собой, Фор платил. Я, как обычно, на нуле. Рада, что понравилось, - заверила она, хитро приоткрывая один глаз. – Спорю, через месяц четверть Академии будет бегать на стадионе.

-Ты оцениваешь силу своего чувства стиля всего лишь одной четвертой Академии? – удивилась я такой кротости, ведь Клео явно приписывала резкий гипотетический скачок влюбленных в спорт именно своим заслугам, как стилиста.

-Нет, - вздохнула она, одновременно с этим позволив магически сотворенным цветам опасть и исчезнуть, - четвертью Академии я оцениваю силу своего чувства стиля – И – твою особую способность разгонять людей, которые пытаются выразить тебе свою симпатию.

И как люди живут с младшими сестрами, ни разу их не придушив?

-Слушай, прикрути свою бухтелку. Вот увидишь, сегодня я буду исключительно обаяшкой, – легко заверила я, и тут же пробормотала в сторону. – Тем более, я уже пообещала это Хресу.

Клео коротко хихикнула. – Тогда точно сдержишь слово.

-И что это значит?

-Только то, что Хрес Альдо – один из трех людей, чье мнение ты действительно слышишь.

-А вот сейчас ты несправедлива, - я прицельно щелкнула ее по носу, проходя мимо. – Судя по твоим словам, есть еще каких-то два человека, к которым я прислушиваюсь!

Подруга только закатила глаза на это. Я же подмигнула ей и вышла на улицу, на этот раз переодевшись в повседневную одежду и накинув на плечи тонкое пальто. Не нужно быть гением, чтобы понять, кого она имела в виду помимо Хреса. Но лимит поучений меня на сегодня исчерпан, даже из лучших побуждений. 

После завтрака, когда ученики начинали жизнерадостно расползаться по домам на две долгожданные недели, у меня начиналась подработка. На которую я ползла не менее жизнерадостно. Все завертелось с чудесной новости, что со второго курса обучение в Академии оплачивают даже льготники, такие, как я, из кано, которым платить в принципе нечем. Для нас Академия предоставляет шестьдесят процентов скидки, остальные сорок мы наскребаем, как можем. Обучение здесь – удовольствие не из дешевых, поэтому даже оставшиеся сорок процентов – сумма для многих неподъемная. Однако лазейки найти можно. Лишняя пара рук всегда требуется и в целительской, и в зельеварне, и в ангарах механиков, на худой конец, в столовой. Меня же нелегкая дернула попытать удачу в теплицах, где властвует крайне принципиальный и уникальный в своем роде протторэ Ыеур Глорк. Наполовину человек, на вторую – альв, дитя воды.

С одной стороны, чистое сумасшествие толкнуло меня на этот шаг. А с другой… Любопытство? Любовь к сложным задачам? Вера в собственную неуязвимость? 

Надежда попасть к нему на курс с самого начала стремилась к нулю, но, как оказалось, не попробуешь – не узнаешь. Глорк умел быть непредсказуемым. 

Как ни шокировал некоторых такой поворот, но со второго курса я не только числюсь в его факультативной группе, но и полноценно работаю в теплицах. Сперва попала на испытательный срок вторым запасным помощником его младшего помощника. И вот, спустя полтора года «доросла» до его личного помощника по учебной части, иными словами, среди адептов крепче всех получаю по ушам, потому что тяжела и неказиста… то есть, увлекательна и многогранна жизнь у первого ученика Магистра темных искусств Академии. 

Заходя в оранжерею чудес - седьмую теплицу, стоящую наособицу, я давно чувствую себя как дома. Здесь нашли приют не столько жуткие, сколько невообразимые создания Оринфа, от возможности изучить которых голова идет кругом. Взять хотя бы духов тумана ирамий и духов цветения тошигами. Или животных, способных влиять на климат целых регионов! А мои любимые ночные россыпи – прозрачные насекомые с фосфоресцирующей пыльцой на крыльях? Кто бы мог подумать, что все это взаправду существует?!

В общем, я нашла подлинную пристань для огненной души, жаждущей прикоснуться к чудесам Оринфа.

-Протторэ, вы здесь? – заглянула в распахнутую дверь.

Мне никто не ответил. Тогда я шагнула вглубь здания по хрустящим каменным дорожкам мимо вольеров, в каждом из которых находился уникальный микромир. О, со многими созданиями мне уже довелось столкнуться, но еще больше оставались загадкой! На мое плечо упала цепкая лиана – я машинально протянула в том направлении личинку валгорского крошечника. Получив лакомство, от плеча почти любовно отлепились, пошлепав напоследок шершавым побегом. Меня запоздало покоробило. Не то, что имею привычку таскать эти мохнатые личинки в кармане… просто свято чту первое правило: не суйся в оранжерею без вкусняшек для местных обитателей, если дороги конечности и репутация. 

Глорка, кстати, я не нашла, зато наткнулась на его зама – темнокожую чарину с короткими курчавыми волосами огненного цвета. Напевая под нос, она увлеченно подстригала буйно разросшиеся ядострельные кактусы.

-Привет, Найле, Глорка не видела?

-И тебе высокого неба, Ветра, - поприветствовала она меня в манере драконитов мурчащим, гортанным голосом. Сдвинула на лоб защитные очки. – Протторэ сегодня не придет.

-Неужели? – удивилась я. Да я вероятнее завтра на Землю вернусь, чем это.

-Но он оставил тебе поручение. 

Звяк! Звяк! – Волшебница отвлеченно постучала секатором по ладони, прихватывая металл острыми коготками. - Кабинет сто шесть.

-Как интригующе… – загорелась я. – И что там? 

-Кто знает? Сказал, что сама разберешься. – Найле флегматично оглядывала покачивающиеся стволы кактусов, примеряясь отхватывать ядоносные наросты. – Спорю, без сюрприза не обойдется.

Ну да, ну да. Не знает она, как же! Я скорее поставлю на этого смутного принца драконитов и его приезд в наш «Хогвартс», чем на то, что Найле не в курсе. Но вот упрямая драконица, ничего лишнего из нее в жизни не вытрясешь.

Что ж, вариантов у меня немного. Пришлось шлепать в учебный корпус на третий этаж. Просторный каменный коридор, высокие своды окон, прочные колонны и красивые мраморные статуи… зачарованные на ненаносимость проявления творчества у учеников. Здесь сами стены привыкли к постоянному гомону, смеху и топоту. Однако я ступаю бесшумно, и эхо, словно заскучав, разносит в каменной прохладе жалобное поскрипывание далекой двери на сквозняке и невнятно-степенный разговор случайных протторэ. 

А вот и мое поручение. Массивная потертая дверь сто шестого кабинета. Никогда сюда не заглядывала. Интересно, что же там… А вдруг и правда защиту накинуть? 

Отметя заманчивую мыслишку здорового параноика, решительно выдохнула, постучала и вошла. 

И растерялась. Это же склад! Да не простой, а… неправильных заклинаний?

Оглядываясь по сторонам с приоткрытым ртом, протиснулась между высокими стеллажами и шкафами странного вида с большими прозрачными шарами, в которых клубилась разная субстанция, к стойке дежурного.

-День добрый. Протторэ Глорк направил меня к вам.

-А-а, чарина Мельн, я полагаю? Путями стихий, - добродушно сверкнул глазами невысокий взъерошенный чарит, непреодолимо напомнивший мне треснувший каштан в колючей скорлупе. Возможно, виной этому его зеленый твидовый жилет с торчащими нитками-колючками. Выкатился из-за стола, почесывая подбородок волшебной палочкой. - Какая-то ты мелковатая, чарина… Справишься ли? Что ж, вот и проверим.

-Что делать-то нужно? Если шкафы тягать, то вам действительно лучше поискать кого-то другого, – прищурилась я в ответ, кивая на чудные громадины. 

«Каштан» фыркнул на мое предположение. – Зачем тягать? Командовать, милая моя! Потянешь задание?

Я икнула. Не ожидала от Глорка такой «подставы». 

-Кем-чем командовать?

-Да вон, две бестолочи тебе в помощь… Эй, бездельники! Давайте-ка за работу, инспекция на месте. За два часа не управитесь – на все каникулы здесь замурую, паршивцы такие. Ишь, лапищи свои к запрещенным чарам потянули. Тоже мне, выпускнички, а ума, что тли личинка. – Волшебник проворно взмахнул палочкой, описав изящный зигзаг – передо мной приземлилось с десяток пустых коробов. – Значит так, чарину слушать, как родного ректора. Дышать в сторону и уважительно. Всем все ясно, молодежь?

Я аж поперхнулась. Если меня после этой речи не склюют – считай, попались вегетарианцы. Так, где там мои… подопечные по несчастью? Выглянула из-за шкафа, чтобы встретиться с неизбежным… 

-Вах! Какая встреча на нашем хуторе! – всплеснула я руками от восторга. Так вот у кого мозги, как личинки тли, оказывается… Хрес (и почему я не удивилась) со своим другом скорбно закатили глаза.

Задание наше на первый взгляд выглядело элементарным, как два пальца в мясорубку: снести сферы в ящиках во двор, загрузить их в тачку и доставить на полигон для утилизации.

Просто? И до безобразия скучно. Поэтому, дождавшись, пока останемся в кабинете втроем, ребята решили на свой лад немного разнообразить.

Они откопали в углу рулон какой-то плотной ткани и выкинули его в окно, предварительно привязав край к ножке тяжеленного стола. Получился этакий тканевой трамплин, по которому можно скатывать сферы до земли вместо того, чтобы таскать их в коробках по лестнице. 

Хрес, как чарит воздушной артерии, вызвался контролировать процесс снизу, и попросту шагнул в окно. Я даже не дернулась, небось, съехал по этой ленте, как сноубордист по заснеженному склону.

Когда процесс запустился и наладился, я решила побродить по помещению, слишком уж много необычных вещей тут хранилось. Когда еще такой шанс подвернется?

Как вдруг обратила внимание, что в помещении стало чересчур оживленно. Алекто скакал у окна и швырял сферы вниз магией с нездоровым азартом, словно футбольные мячи.

-Стоп машина! – гаркнула я, подскакивая к раскрытому окну, чтобы было слышно обоим. – Вы чего творите? Разобьете же. Хотите тут все каникулы торчать?

-Слушаемся, товарищ «ректор»! – слаженно отозвались эти два идиота, и заржали.

Я непроизвольно сцепила зубы. Нет, надо самой все контролировать… Вот почему так? По одиночке отличные ребята, но как соберутся в компанию – пиши пропало, могут только ржать, выпендриваться, развлекаться да влипать в неприятности.

-Давай ко мне! – махнул с улицы Хрес.

Выглянула во двор. До земли навскидку метров двенадцать. Широкая алая дорожка, трепеща на ветру, пологой лентой струилась до самой земли. Чем-то напомнило спасательный трап для эвакуации с самолета, только здесь единственная гарантия безопасности – умение мага воздуха, стоявшего внизу, пользоваться своими способностями.

Да ну, честно говоря, доверия эта конструкция не внушает. Лучше уж на своих двоих спуститься. По ступенькам. Без духа авантюризма, зато целее буду.

-Вети, ты мне не веришь? – донеслось с улицы удивленное и да, немного оскорбленное.

Выглянула еще раз. Лучше не стало. Наоборот, от качественного воображения позвоночник съежился от ужаса.

-Конечно, верю, - закусив губу, успокоила друга. 

-Тогда чего боишься?

А и в самом деле, чего? До целительской отсюда недалеко: поломаюсь – донесут.

Я свесила ноги с подоконника.

-Вниз не смотри, - посоветовал под боком Алекто.

Ага, щас. Я же так и послушалась. Высота звонко ударила по нервам, земля с отчаянным орлиным клекотом тут же удалилась в бесконечность, в пальцах закололо, все тело задеревенело, прошиб холодный пот.

-На меня смотри, - командовал снизу Хрес. – Не бойся.

Я долго выдохнула, не сводя взгляда с маячившей на улице фигуры. И как ему каждый раз удается подбить меня на всякую дурь? Загадка.

Ай, где наша не разбивалась… 

Р-рахд, на что я согласилась?!

-Только поймай меня-а-а-а!

Сама не заметила, как провалилась в объятия тканевого коридора, и все заметалось, завертелось. Голубое бескрайнее небо смешалось с алой простыней, ветер оглушительно трепал ее за края. Отчетливее всего я осознавала шальную скорость приближения земли, и это заставляло зажимать ладонями рот, чтобы не привлекать лишнего внимания визгом. Как вдруг лента изогнулась серпантином, и меня унесло в виток, а у самой земли ткань выстроилась бугорком, напоследок подбросив меня в воздух. Пролетев последний метр, я влипла в Хреса, шагнувшего вперед, чтобы поймать мое ошалевшее от впечатлений тельце.

-Ты ненормальный, - просипела я куда-то в шею друга, нервно за него цепляясь.

-Для чарита это комплимент, - усмехнулся он, отпуская меня на землю. – Понравилось?

-Еще бы! Это так круто! Давай повторим! – загорелась я тут же.

-О, вижу знакомую безуминку во взгляде, - Хрескольд мельком заглянул ко мне в глаза и легко поддел согнутым пальцем кончик моего носа. Несильно, но я недовольно поморщилась. Он всегда так делал, когда замечал отблеск огня в глазах. Как с ребенком. Я не знала, пугали его красные отголоски моего внутреннего пламени, выдававшие сильные эмоции, или же забавляли… Да и не хотелось мне знать ответ, если честно.

-Ладно, сперва закончим с заданием, - согласилась я, оглядывая длиннющее покрывало, соединившее нас с окном на третьем этаже. А ведь и в самом деле, скатывать шары вниз совершенно не солидно. В конце концов, маги мы или нет?! – Эй, Алекто, ну-ка швырни мне парочку сфер с неудачным чароплетством. Проведу для вас мастер-класс, как ловить их одной левой!

-Слушаемся, товарищ «ректор»! – безбожно скалясь, поддержали меня хором эти невыносимые «двое из Ларца».

Спустя два часа сферы благополучно перекочевали на полигон…

Хотелось бы мне сказать. Но нет, кое-что в целости мы не довезли. Одна все-таки крякнулась, и ее пришлось осторожно утилизировать где-то в парковой глуши. Она неприятно искрила, будто заклинание внутри закоротило, поэтому нести в руках, еще и незаметно, оказалось проблематичным. Но сами начудили, самим пришлось и разбираться. Зато после не отказали себе в удовольствии съехать с тканевой горки, которая с легкой подачи Алекто превратилась в эпичную ледяную спираль до самой земли. В общем, настоящее чудо, что после этого расслабленного наказания мы дружно не схлопотали нормальное. Очевидно, оставшиеся протторэ больше озабочены своими планами на каникулы, чем поддержанием видимости порядка в опустевшей Академии. 

Что сказать, иногда радуют и они.

Играть в «сферолова» было весело, зато я в очередной раз убедилась, что лидерствовать – совсем не мое. Решения принимаю только за себя, предпочитаю не чинить надтреснутое, а доломать. В коллективе же я командный игрок. И зачем Глорк нагружает заданиями, которые я выполняю не так?

Хрес рассказывать, что они забыли в запрещенных чарах, отказался наотрез, только пообещал закончить начатое, на этот раз действуя осторожнее, и с жутко загадочным лицом удалился, прихватив с собой Алекто. Второй раунд противостояния охранных чар со студенческой смекалкой? Сложно сказать, у кого больше шансов на победу, на мой взгляд, силы равны.

Я же на обратном пути заскочила в оранжерею чудес, помогла Найле разобраться с кактусами, полюбовалась, как дриады строят дома-коконы в папоротниках, покормила огненных пауков-шелкопрядов, отсадила в отдельный террариум молодняк мраморных ящериц. Расписала график отрабатывающих за прошлый семестр, вспомнив, как сама еще на первом курсе таким образом и познакомилась с теплицами Глорка – отбывая наказание за то, что едва не утопила адепта, закинув его в водяной плен. Это произошло непреднамеренно, тогда я разозлилась и не умела контролировать всплески силы. Эх, ностальгия.

Закончив со своими обязанностями, я выглянула в окно и поняла, что опаздываю на свой же праздник! Ничего удивительного, в теплицах можно провести целый день и даже этого не заметить, пока Глорк вечером не выгонит.

Но сегодня протторэ так и не появился навестить свое детище. Найле не переживала по этому поводу, она предположила, что он отправился домой по-тихому. Не только студенты должны отдыхать от Академии, в конце концов. 

Естественно, всякое могло быть, но не очень на него похоже. Он ведь никого не предупредил, даже Найле известил всего лишь приколотой к доске объявлений запиской. Странно все это…

В раздумьях, куда мог подеваться альвит, я сама не заметила, как добралась домой. А там Клео с Форестом живо закружили меня в приятной суете моего двадцатилетия. Мы дождались доставку к воротам Академии, встретили еще двоих ребят, Нею и Жона, брата и сестру, с которыми я подружилась в целительской у протторэ Вохт.

И вот настал момент, когда я застыла с ключом в руке на верхнем пентхаузном этаже протторэ перед одиннадцатыми апартаментами.

-Открывай уже, - буркнул в спину Форест. Он балансировал с посудой наперевес. Не стала его долго мучить. 

-Охх… - зачарованно выдохнула Клео. – Протторэ Агира, хоть я вас знать не знала, но спасибо, что съехали!

Я со смешком согласилась. Просторная гостиная-студия с огромным угловым диваном и низким столиком вмещала и обеденную зону. Комната слева – спальня с громадной кроватью, на которой штабелем улеглись бы мы все впятером. Направо – кабинет, оформленный в том же спокойном стиле. Мебели немного, но все добротное и на своих местах. Не сговариваясь, мы оставили еду с напитками и посудой в гостиной и дружно вышли на балкон.

Вот это ви-и-ид! Так и застыла соляным столбом, наслаждаясь простором и янтарным небом, которое ближе к горизонту переливалось серебристым свечением, точно сердцевина камня Кошачий глаз. Обменявшись восхищенными возгласами, каждый нашел себе уголок у кованого поручня, глядя на территорию, думая о своем.

Здесь даже дышалось иначе, с замиранием. Целый пентхауз в нашем распоряжении… Кто-нибудь, да ущипните меня!

-Что-то Хрес запаздывает, - отметила Клео. Ребята обернулись ко мне, ожидая разъяснений. А что я? Разве в ответе за то, где носит этого ветреного сорвиголову?

Впрочем, пропажа отыскалась почти сразу. Он притащил-таки запрещенные чары. Зачарованные фейерверки! Которые, в принципе, находились в закрытой зоне из-за непредсказуемых дефектов, но Альдо уверял, что они совершенно безопасны. Бегло осмотрев бедовые сувенирчики, я решила не спрашивать, откуда такая уверенность и чего ему все-таки стоило достать их.

-Таорхис меня убьет, - в ужасе прогудела я, когда с балкона сорвался ввысь огненный сгусток, на лету расправляясь в изумрудного дракона. Магический зверь сиял и опасно потрескивал, змеился в гибком небесном танце, и наконец громко взорвался, образовав в холодном воздухе мерцающее «АКАДЕМИЯ ОТСТОЙ! А УЧЕБА ГЕМАРОЙ!» 

-За что, за безграмотность? – кривенько хмыкнул друг, оценив порыв чьего-то вдохновения. - Нда, я бы тоже запер это творчество от глаз подальше.

Но настроение у меня почему-то не улучшалось.

-Да не переживай, пока Таорхис к нам дойдет, мы еще успеем что-нибудь бахнуть! - с энтузиазмом подбодрил Альдо, опершись локтями о балюстраду. – Уверен, он в тайне готов даже к сценарию, где мы разносим весь этаж.

-К сожалению, я пообещала быть паиньками.

-Вот как… - протянул Хрес. – А мне ты обещала другое. «Оставайся, почудим, будет весело», - говорила она. Где?

-Ты выпускаешься через три месяца, а мне еще здесь учиться три года.

-Так вот как выглядит подлизывание чистой воды… - покивал он с видом «продалась ты, подруга, со всей требухой».

-Попрошу! – я акцентирующе воздела указательный палец. – Не «подлизывание», а работа над кредитом доверия. Не всем ради этого достаточно сыграть в роар-данк, знаешь ли.

-Хорошо сыграть, - не преминул уточнить собеседник.

-Не спорю. Играешь ты отменно, не зря даже в высшую лигу после выпуска зовут. Увы, не все тут могут похвастать спортивными успехами… - пожала я плечами.

-И потому ты превратилась из неподражаемого стихийного бедствия с девизом «я все сломаю» в ревностного блюстителя законов и сводов Академии? 

Угу. Мягко обозвал «занудой».

-Не поняла, - почти оскорбилась я. – А кто сегодня играл в «сферолова» с Алекто и катался на ледяном аттракционе из старой ковровой дорожки? 

-Так я – единственная ниточка, которая пока не дает тебе превратиться в Фореста, - Хрес ненавязчиво обернулся к ярко освещенной комнате. Я повторила жест. Ребята как раз демонстрировали чудеса изворотливости, играя в пространственный твистер, каждый ход менявший расположение незанятых точек. В это время Форест собирал грязную посуду аккуратной стопкой.

-Мда. Не хочу превращаться в Фореста, он прекрасен в единственном экземпляре... И не хочу, чтобы ты уезжал, - неожиданно выпалила я под нос. 

-Эй, даже на разных континентах мы все равно останемся друзьями…

-Ага, - со знанием дела спрогнозировала я, - вестор раз в месяц, потом раз в полгода…

Конечно, все заканчивается рано или поздно, но Хреса отпускать было трудно. Мы могли не общаться несколько дней подряд из-за занятости, но я знала, что он здесь, рядом, до него всегда можно дотянуться. Да, чистой воды слабость, но я никак не готова лишиться друга, который с полуслова, полувзгляда, который так много и даже больше. Рахд, что мне сделать, чтобы оставить все как есть хотя бы еще на год? Два… 

Хрес, словно ощутив мое настроение, притянул к себе и положил острый подбородок на мою макушку. Покачал в уютном коконе сильных рук.

-Ты забыла обещание на зимний солнцеворот? – прогудел он неразборчиво.

-Нам всегда по пути, - улыбаясь куда-то ему в ключицу, так же невнятно пробубнила я. Наше импульсивное совместное обещание у костра несгорающих слов, которое грело мощнее пламени того костра.

Мне казалось, я отчаянно держусь не за Хреса, а за кусочек искренности, в который безумно сильно хотелось верить. Как хотелось верить и в то, что эта искра, чистая и выносливая, останется моим оберегом и не погаснет никогда из-за житейской бездны. 

-Так вот не кисни, - отстранившись на расстояние вытянутых рук, фыркнул друг. Бодряще похлопал меня по щеке. – Расслабься и веселись. У тебя еще впереди две недели, чтобы нареветься, когда я уеду на каникулы.

-Тоже мне повод, - губы сами собой изогнулись в скептично-озорную усмешку. – Ох, Хрескольд, это ведь ты не смог просто так оставить меня на целых две недели! Так что смирись, мой милый суховей, без меня тебе будет невыносимо тоскливо в твоем громадном и холодном родовом поместье.

Хрес дернулся вперед, чтобы ухватить меня за плечо, но я, беззаботно рассмеявшись, увернулась и скорее нырнула в безопасное нутро огромной гостиной. Хотя безопасность оказалась относительной, мимо моего уха тут же чиркнули какие-то мелкопакостные чары. Вроде ненамеренные. Похоже, твистер перешел на новый уровень. Встрепенувшись, я достала свой разваливающийся артет и пошла отвлекать Фореста, пока он не навел идеальный порядок, который придется еще не раз и не без удовольствия разрушить, пока мы здесь.

В разгар веселья, застав меня азартно сражающейся с Фором на деревянных хаши за последний кусок суши, в дверь постучали.

-Мне открыть? – поднял голову с дивана Хрес, лениво наблюдавший за нашими настольными баталиями.

-Хочешь отобрать у меня почетную обязанность «швейцара»? – я похлопала его по плечу, проходя мимо. – Не сегодня. Я разберусь. Можешь глянуть, чтобы Форест не уволок мой кусок суши, пока я…? ЭЙ!!

Нет, ну нормально?? Бухтя от справедливого негодования из-за уведенного прямо из-под носа последнего куска сашими с креветкой, я распахнула входную дверь. Килиан Таорхис. Едва рефлекторно не захлопнула ее обратно. 

На счастье, заходить он не стал.

-Мы можем поговорить?

-Конечно, - я оглянулась на беззаботно над чем-то хохотавших ребят и скорее вышла в коридор, притворив за собой дверь.

Отметила про себя не без удивления, что маг обеспокоен. 

-Вы надумали к нам присоединиться? - попыталась пошутить.

-Ветра, я могу на вас рассчитывать? – без предисловий потребовал протторэ.

-Всегда, - озадаченно нахмурилась я, жалея о двух бокалах вермута. Ох, не начинаются хорошие истории подобным вопросом…

-В Академию поступил вызов. К северо-востоку отсюда зараженные земли. По всем признакам, это гниль.

-Гниль? – с меня слетели остатки веселья. Я заглянула ему в глаза, все еще надеясь услышать, что это шутка. И вместо того поняла, что радикально трезвею.

-Но погодите, - я принялась размышлять, пытаясь совладать с полнейшим хаосом мыслей при этом известии. – Если вы здесь… Вы ведь всерьез не думаете, что я могу чем-то помочь? 

-Гниль видят только темные, - напомнил учитель.

-Да, но я всего лишь на третьем курсе. Какой от меня там толк? Из боевых условий – практика на полигоне.

-Все верно. Но вы учитесь у протторэ Глорка. Более того, вы единственная, кого он допустил в факультативную группу со второго курса.

Прозвучало, если честно, как приговор. И выглядел он так, будто уже принял какое-то решение. А теперь вел к нему и меня. Вот только для меня по-прежнему кое-что не сходилось. Мало информации…

-Почему сам протторэ не может…? 

-Боюсь, протторэ Глорка нет в Академии в настоящий момент, - негромко пояснил он, обегая глазами пустой коридор. – Его не будет достаточно долго… и с ним нет возможности связаться.

Я даже отшатнулась. А вот это катастрофа. Нет возможности связаться? Попахивает сменой ипостаси. На фоне того, что его с самого утра никто не видел, сразу полезли в голову худшие варианты, где с Глорком приключилось что-то крайне серьезное. Есть раны, которые может исцелить только абсолютная связь со стихией: альвиты уходят в море, принимая вторую ипостась. И вот тогда точно никакой связи… 

Рахд, как-то слишком шикарно звезды сошлись. 

-И вы хотите, чтобы я…?

-Поверьте, Ветра. Я бы предпочел не вовлекать вас, но обстоятельства складываются против. - Он невидяще обвел глазами стену над моей головой, так, словно перебрал все возможные варианты и я – крайний. – У нас не так много времени. Если вы согласитесь, нужно выдвигаться без промедления.

А в голове полный кавардак. Я никак не могла принять этого. Глорк – одна из трех точек опоры Академии. Он всегда на месте. Когда у нас происходит очередная задница, сразу приходит успокаивающая мысль: «Эй, да ерунда! У нас тут целый альвит восьмого ранга! Он точно все разрулит». По правде, кроме него в Академии еще двое чаритов такой же силы. Один из них прямо передо мной. И третий – ректор Боллем. Но Глорк – он как нерушимое древо-хранитель, Атлант, на котором держится вся Академия, главный оплот безопасности и здорового пофигизма.

Я отошла к окну и рассеянно скользнула взглядом по утопающей в гаснущем закате пустынной территории Академии. Сонно покачивались кроны деревьев, густо увитые зелеными почками. Истинная колыбель жизни. Издали они казались зачарованными сферами, оплетенными паутиной. Все это стало таким привычным… моим домом.

Гниль. Плесень. Увеченная, оскверненная жизненная энергия. Паразитическая форма жизни, с которой я познакомилась ближе, чем хотелось бы, причем, сразу в день инициации своей силы. И незабываемый урок от Глорка, когда он наглядно показал ключевое различие между светлыми и темными, заставив без единого умения сражаться с гниющей энергетической пиявкой. Чего не умеют светлые, поскольку элементарно ее не видят и не чувствуют. Не дай Двуединый разрастись этой заразе… 

Хотя причем тут он? Не его руки выпачкаются, чтобы очистить землю от паразитической чумы. 

-Кто еще едет? – только и спросила я.

-Шестеро темных. Двое целителей. Отряд курирую я.

-Клео? 

Ох и непростым ответным взглядом он меня одарил.

-Да, - произнес так, словно навесил мне на плечи рюкзак с камнями.

Я выругалась по-черному. Про себя. Клео, безусловно, сильнее меня, но эти ее скачки силы… Мы-то с Форестом сдерживаем их, если что. Вдвоем. Проблема в том, если я еду, придется справляться одной, без Фора.

А может, это единственная причина, почему меня зовут с собой?

Боги, ну, что за день рождения! Так, стоп. День. Рождения.  Почему я сразу не подумала?! Там же Хрес, Хрескольд.

О, нет…

У меня заныли десна. Сама попросила его остаться. А теперь, выходит, бросаю? Что ни говори, для него это будет выглядеть не лучше предательства. Если только…

-Протторэ, одна личная просьба. – Таорхис чуть кивнул, поощряя меня продолжать. - Можно, с нами поедет еще один светлый? Хрес Альдо. Он на последнем курсе, и у него полно полевого опыта. Он просто не поймет, если… Понимаете, Хрес должен был уехать домой, но остался до завтра по моей просьбе. Протторэ, я не хочу подвести его, оставив теперь здесь в одиночестве. 

-Альдо, - задумался он, проводя пальцем по напряженному лбу. –Адепт Альдо станет балластом, как подвергая себя ненужному риску, так и отвлекая в первую очередь вас. Боюсь, я не могу выполнить вашу просьбу. Хрес Альдо останется здесь. Мне жаль.

-Я не поеду без Хреса, - упрямо возразила я, стараясь, чтобы это выглядело, как взрослый аргумент, а не ребяческая прихоть. 

-Вы ведь понимаете, чем опасна гниль для светлых, чарина.

-Вы тоже светлый, - буркнула я, не сдержавшись.

-Вам в самом деле нужно объяснять, почему я еду? – удивился он.

-Не нужно, я все понимаю, учитель… - стало неловко за свою вспышку. Таорхис отвечает за каждого из нас. Но я не могла оставить здесь Хреса, он ведь остался по моей просьбе. – Под мою ответственность. Килиан, пожалуйста, - пересилив себя, от отчаяния беспомощно уставилась ему в глаза. 

Он чуть улыбнулся. Понятно. Без вариантов. Позволяет мне больше, чем другим? Неужели, Клео?!

-Два года назад эти слова бы вызвали у вас смех, не так ли? – с горечью заметила я. Какая ответственность у того, кто приносит одни неприятности.

-А теперь едва ли вызывают улыбку, - согласился он.

-Тогда можно считать, что это прогресс?

-Почему бы и нет…

Я скептически склонила голову набок.

-Думаете, за это время я настолько изменилась в лучшую сторону?

-Люди не меняются, Ветра. Но раскрываются.

Тихо хмыкнула.

-Как будто мы говорим о цветах.

-Тогда это палисадник, а не Академия, - пожал он плечами.

-Здесь есть и хищные растения… - осторожно ввернула я.

-Именно. А так же сливы и яблони. У каждого своя природа.

-Я – не яблоня, протторэ.

Между нами разлилось молчание. Пытаясь донести до него, что я сама для себя большой сюрприз, зачастую, не очень приятный, я поняла, что ляпнула какую-то глупость. Однако в пасмурном взгляде напротив промелькнула улыбка. В следующую секунду она оживила суровые черты лица, на миг смягчила колючие скулы. Я много раз видела, как он смеется и ухмыляется при общении с другими людьми, но такую улыбку - легкую, позабавленную, озаряющую и взгляд – крайне редко. Эту улыбку хотелось удержать. 

-Я знаю. Потому спрошу еще раз, Ветра. Возможно, вы полнее прочих осознаете реальность угрозы, с которой нам предстоит столкнуться. Так я могу положиться на вас?

Положиться… 

Я снова зависла. Перед моим внутренним взором чертовски некстати промаршировала картинка сегодняшнего пробуждения. Положиться на меня? Он ведь едва не положился. Буквально. Благодаря фантазиям Клео. 

Чересчур живое воображение, чтоб его.

Таорхис терпеливо ждал, хотя времени было в обрез. При работе с гнилью оперативность часто имеет первостепенное значение. Меня же глубоко кольнуло неприятное, неотвратимое ощущение, что правильного решения не существует. И сегодня что-то сломается.

Но я уже сделала выбор. Да и честно, был ли он у меня? Мне не хотелось смотреть на протторэ, не хотелось взваливать на него свой окончательный ответ.
***
А пока у Ветры что-то неотвратимо ломается, предлагаю Вашему вниманию потрясающе увлекательную историю:

Я ищу приключений или они сами находят меня? Сложный вопрос. Но одно знаю точно: спокойная размеренная жизнь – миф. Очередная попытка воплотить этот миф в реальность отправила меня в путешествие по другим удивительным мирам. Но, может быть, это и есть мой шанс вернуть свою любовь?

Ветра. Пишите в комментариях, какая версия ближе вам.



Килиан Таорхис




Хрес Альдо и его лискош)




Девятиместная легасса скользила по воздуху в полуметре от земли.

За нами сомкнулись ворота Академии, и почти сразу я внутренне сжалась: меня будто рывком выдернули из теплой воды и оставили нагишом на сыром и морозном, пробирающем до костей ветре. Невозможно подготовиться к этому ощущению, которое настигает всякий раз, когда покидаешь пределы Академии. Мы отдалялись от Источника силы, расположенного на территории, и его воздействие все ослабевало и ослабевало. Вместо ярких энергетических течений, щедро пронизывающих пространство, меня, словно матроса, ступившего с полуденной палубы в непроглядный трюм, поглотили холод и пустота. 

Обилие силы уходило. Сперва это оглушало, остро дезориентировало, как закончившийся в легких воздух, но потом ты учился дышать заново. Вдох за вдохом. Через боль и отторжение. 

С этого момента каждый из нас девятерых мог полагаться только на свой магический резерв, да на пару артефактов.

-Брр, никак не привыкну, - зябко передернула плечами сидящая напротив меня Клео. – Отвратно-то как! Кому-то еще кажется, что рядом бродит призрачная сущность?

-Ага, что проходит насквозь. Каждый раз, - мрачно отозвался с соседнего сидения Алекто, тот самый друг Хреса, с которым они лезли за запрещенными фейерверками. Парень выделялся исключительной внешностью: редко встречающиеся мертвецки угольные глаза и светлые, точно выгоревшие на солнце, волосы, заплетенные в подобие косы викингов, создавали удивительный контраст. Наклонившись наискось влево, он протянул Клео свою флягу. – На-ка, возьми, пару глотков - поможет скорее справиться.

-Что это?

-Тринам, легкое бодрященькое, - заговорщицки пояснил парень, приподнимая иссеченную бровь. Я перевела взгляд на затылок Килиана Таорхиса, чуть повернувшийся в знак внимания к этому разговору. Транспортом можно вовсе не управлять, лишь задать координаты, но протторэ все равно занял место у панели управления, оставив пассажирский салон в распоряжении учеников. Справа от него в кабине на двух передних сидениях расположились небезызвестные мне целители – близнецы Нея и Жон, чариты земной стихии. Они о чем-то тихо переговаривались. 

В общем, почти весь состав с моего дня рождения, поредевший на Хреса и Фореста, перекочевал в «увеселительную» ночную поездочку навстречу приключениям с гнилью. Как будто мы дружно проиграли Таорхису раунд в прятки.

-Я не пью бустеры, - Клео, заскучав, отвернулась к окну, царившей за ним темени и мелькавшим базальтовым теням-скелетам деревьев. - Они на меня непредсказуемо действуют.

-А что пьешь?

Тут мы с Таорхисом синхронно утратили интерес к беседе. Находиться рядом с заигрывающей парочкой – то еще удовольствие. Я коротко обежала глазами наш собранный «на коленке» отряд темных, отгородившись от нечего делать бессвязно воркующих голубков. В принципе, не могу не признать, Таорхису удалось выжать на скорую руку максимум из доступного. Жаль, в таких условиях невозможно учесть личных симпатий. Помимо нашей троицы, салон занимали двое ребят из кано, которым, как и мне некуда уехать на каникулы. И вишенка на торте... Хотя с моей стороны – вылитая аскарида в кишках. Ридо Боллем. Ректорский внук. Единственная причина, почему, находясь от меня на расстоянии вытянутой руки, он еще едет не с расцарапанной мордой – Алекто, усевшийся между нами. 

-Протторэ, помогите решить наш спор, - вдруг громко и немного жеманно позвала Джетти, обегая взглядом необычный облик сидящего напротив нее Алекто. О парне ходило много разных слухов, но Хрес однажды шепнул мне, что его родители принадлежат к разным полурасам. Подобные связи запрещены и крайне редки… но всякое случается. Сам же Алекто никак не реагировал на выпады (мне бы поучиться у него выдержке!), только всячески подчеркивал свою «нетаковость». То брови проколет, то все тело покроет узорами, которые сводятся через пару месяцев. – Мы тут обсуждаем, для чего чариты плетут косы. По-моему, это чисто эстетика…

-Я так не думаю, - в пылу бесконечного спора терпеливо возразил ее сосед Ронар, - у иолов, например, был обычай по косам и украшениям в волосах различать касты: воины, знать, рядовые маги… Так что косы имеют особое значение.

-Когда это было-то?! Лет семьсот назад? Тогда вполне верю… Но сейчас от скуки носят, самовыражение там, оригинальность...

-А вот и нет! В рангах дело, - ворчал Ронар, его рыжие кудряшки так и подпрыгивали, - и хватит со мной спорить уже.

-Эх вы, да идиота, не знаете такой элементарщины! - с ленивой бравадой отозвалась главная аскарида нашего отряда. От одного его сиплого голоса у меня стали неприятно зудеть мочки ушей и кончики пальцев. – Косы многим помогают разделять и упорядочивать потоки энергии. Нам еще на втором курсе об этом рассказывали…

Джетти фыркнула и скептично поджала губы.

-Протторэ, так кто из нас троих все-таки прав?

-Все не столь критично, - откликнулся Таорхис, обернувшись к ребятам. – Действительно, в свое время только один народ уделял много значения волосам – иолы – и косы использовались для различий между рангами и профессиями, указывали на происхождение, рабочим вовсе запрещалось носить длинные волосы. В наши дни это, скорее, относится к личным предпочтениям… если только вы на свою голову не забредете в городок Коррито, что в провинции Кривого сруба, на территориях Парящих земель. Там ваш статус будет зависеть не только от количества кос, но и от высоты прически! В других же ситуациях, если от плетения волос и зависит способность сконцентрироваться, то это единичные случаи, - дипломатично закончил он. Интересно, кто-то еще расслышал тщательно задушенную смешливую интонацию?

-А что означают ваши косы, протторэ? – непринужденно поинтересовалась Джетти.

В легассе стало так тихо, что я без труда расслышала негромкое чирикание двигателя, работающего от заряженных кристаллов. Да-а, сразу слышно, как этот вопрос никого не интересует… 

-Дань бессмысленным привычкам, - неопределенно приподнял брови протторэ. Черты его лица заломились в расслабленную, ничего не значащую полуулыбку.

Я чуть прищурилась, вновь рассматривая его затылок. Неужели, Килиан? Вы - человек, который умеет смеяться заразительно и от души, но ваши глаза при этом редко теплеют. Вы открыты для каждого, но ненавидите, когда лезут в ваше личное пространство. В некоторых вопросах вы – принципиальный зануда, если откровенно. До сих пор носите брачную серьгу из зеленого минерала, хотя с женой давным-давно расстались. У вас темные волосы, крепкие запястья, жесткая осанка, прямой, открытый и оттого жутковатый взгляд. Вы сильный маг и сильный человек… но, как у любого человека, есть свои слабости. Я знаю о вашей. Две тонкие косицы с черными косточками, что двумя короткими ручейками стекают по затылку вдоль шейных позвонков. Ваша память, боль и сожаление о разрушенной семье почти двадцать лет назад. Дочери, погибшей от редкой болезни и жене, рядом с которой не оказались, когда она нуждалась отчаяннее всего… Бессмысленная привычка, говорите? Конечно, протторэ.

В этот момент наши взгляды столкнулись в зеркале заднего вида, но я вопреки себе не отвернулась к окну, а спокойно выдержала холодную, металлическую бурю его глаз. Я злилась, что не разрешил Хресу поехать с нами, и тщетно, абсолютно бессмысленно было себе в который раз напоминать, что он поступил правильно, выбрав безопасность. Порой его правильность сидела в печенках.

-Протторэ, вы не думайте, мы тут не пытаемся выяснить, что у вас проблемы с концентрацией, - суховато улыбнулась я, глядя прямо в отражение его глаз. 

Сидящий рядом Алекто не сдержался и сдавленно прыснул в кулак.

Меня резануло остро блеснувшими, словно сталь, глазами. Там же я прочла примерный ответ, готовый сорваться с его губ. Но вместо того протторэ неспешно обернулся, обводя всех цепко и каким-то образом доверительно. – Каждый из вас знает свои сильные и слабые стороны. И знает о других достаточно, чтобы доверять даже в сложной ситуации. Потому вы здесь. Так или иначе, мы все зависим друг от друга, - с расстановкой подчеркнул он. – Повторю еще раз для особо внимательных. Все личные вопросы решите после возвращения в Академию. Это понятно?

Показалось или он действительно задержался на нас с Боллемом младшим чуть дольше, чем на остальных?

Мы покивали вразнобой, на том спор исчерпался.

Да поняла я, поняла! И нечего зыркать на меня в треклятое зеркало заднего вида. Не трону я аскариду… если Ридо не настолько идиот, чтобы нарываться на меня в подобной ситуации. И вообще, пообещала, что не подведу, так слово не нарушу. Или настолько сомневается во мне?

Впрочем, реально бы не доверял – не взял бы с собой. Логично ведь? 

-Будешь? – Клео вытащила из своего рюкзака чуть ли не половину живописно примятого торта, который мы так и не успели попробовать. При виде пышных слоев бисквита, аппетитно пропитанных ягодным сиропом, нежного заварного крема и орехового мусса, меня едва не стошнило.

Я лишь покачала головой.

-Ого. По какому поводу праздник? – влезла Джетти, плотоядно сопя над бисквитом. Тогда Клео, опасаясь, как бы торт не выгрызли у нее прямо из рук, щелкнула пальцами, разделив кус на восемь равных частей. Нея и Жон кинули на меня понимающе-сочувственные взгляды, забирая свою долю выпечки. А мне досталась добрая порция тяготящих пожеланий, на которые пришлось вымученно поулыбаться. В замкнутом пространстве легассы от них было некуда спрятаться. Промолчали только Боллем младший и Таорхис, даже к торту не притронулись.

Чему порадовались Клео и Алекто, с удовольствием уминая их порции.

Я привалилась к холодному стеклу лбом и закрыла глаза, в надежде хоть немного отдохнуть перед неизвестностью. 

Что, впрочем, не мешало мне еще долго отстраненно булькать на Таорхиса. И дело не только в испорченном вечере или в том, что я, вероятно, потеряла друга… А в том, что протторэ утаивал от нас какие-то детали задания. С ним всегда так: откроет необходимый минимум, часть информации оставит в тени. Насколько важно то, о чем он забыл упомянуть? Это мне и предстоит выяснить.

Белое марево. Лесная тропа путается в волокнах тумана, которые ниспадают каскадом, ярус за ярусом срастаясь плотнее у земли. Я различаю лишь узловатые силуэты покрытых мхом деревьев, привычно скользящие мимо. Это мир шорохов и образов. Забытых троп и загубленных душ. За какой из Граней он лежит? Узнаю ли я это когда-нибудь…

Нельзя сходить с тропы, здесь так легко затеряться. Из-за белой мглы я каждый раз ощущаю себя здесь незваным гостем, уязвимым призраком. 

Деревья. Деревья. Деревья. Они повсюду. Столько изогнутых стволов и бугристых ветвей, обрамляющих тропу и прячущихся в клочьях тумана. К моему ужасу и скорби, я не в силах помочь им… Потому что каждое из них, угрюмо тянущих ко мне свои ветви, чья-то оборванная жизнь. Лес поглотил их и души стали узниками, заколоченными в кору, принявшую очертания лиц. Когда-то я пыталась их рассматривать… Но сейчас меня что-то влечет дальше и требует остановиться возле одного из обитателей сумрачного леса. Темные побеги дикого винограда наглухо увили совсем молодое дерево.

«Раньше тебя здесь не было. Кто же ты?» - скользит в сознании мысль-призрак. 

Мне мучительно важно узнать того, кто заточен здесь. И я начинаю резко и быстро обрывать листья и лозы, стремясь дотянуться до ствола дерева, увидеть лицо, вылепленное из древесной кожи. Мне заранее жутко и тревожно, я подсознательно догадываюсь, кого найду. Пусть я ошибаюсь… Сердце заходится в невыносимо ноющем ритме. Ну же, еще немного. Остервенело прорываюсь сквозь плотные стебли треклятого винограда. Давай же…

-Ветра, вставай. Мы на месте.

Сон нехотя отпустил, но оставил моторошное послевкусие.

Еле вспомнила, где нахожусь. Я последней, полусонной выбралась из уютной утробы легассы, тут же ежась. Ночь. Стынь. Громадные черные деревья, гудящие в вышине тонкими ветвями на ветру. Злой мартовский воздух влажен и насквозь хвоен до головокружения, до немеющих легких. Куда там нашему упорядоченному парку тягаться с необузданной энергетикой старого леса?

Мокрый камень под ногами, в прогалинах забитый снегом и мхом. Кривая брусчатая дорога ведет к слабым огонькам в удалении, другая тропа уводит направо, в лесную чащу.

Таорхис не зря высадил нас именно здесь. На распутье. Взбодрившись ночной свежестью, до меня дошло, вряд ли он собирается кидать всех скопом в горнило разросшейся гнили прямо с дороги. Но если в округе что-то критично не так, то будет не до отдыха. Не в отпуск приехали.

Как ни настраивалась, ни вслушивалась, пока ничего отравленного в воздухе не улавливала. Выходит, время есть. И все же было здесь что-то неправильное, но я не могла разобрать, а, возможно, никогда и не сталкивалась. Ребята неосознанно сбились в кучу, оценивая незнакомые нити магических течений, беспрестанно вглядываясь в обступившую неприветливую тьму разлапистых деревьев, знобящую неизвестностью.

Все храбрились друг перед дружкой, хотя обстановка мало способствовала душевному спокойствию. Незнакомый лес откровенно будоражил, и манил, и отталкивал. Я коснулась кулона, в котором спал почти лишенный заряда всполох. Сотворить такой не может ни один темный, зато мы можем поддерживать и регулировать его свет.

-Иллима! – негромко велела я, побуждая всполох засветиться ярче.

-Дюссейма! – он вырвался на волю, освещая дорогу в метре от меня.

Вокруг меня другие проделывали те же действия.

Наконец появился Таорхис с дорожным рюкзаком. Получив коллективное «чисто» после сканирования территории, он кивнул и повел нас вперед. 

Мы зашли в поселение. 

Что ж так мрачно? Улицы почти не освещались, тусклый желтый свет пробивался кое-где сквозь закрытые занавеси на окнах одно- и двухэтажных домиков. Но кроме того было что-то еще. Что-то, делавшее ночь темнее. Я ненадолго задержалась. Обострившееся зрение выхватило справа очертания громадного скального кряжа. Из-за этого ветер свистел как-то совершенно по-особенному. Низко и утробно.

ТЕЛЕГРАМ

Канал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками

Книжный Вестник

Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)

Поиск книг

Свежие любовные романы в удобных форматах

Любовные романы

Детективы и триллеры, все новинки

Детективы

Фантастика и фэнтези, все новинки

Фантастика

Отборные классические книги

Классика
ВКОНТАКТЕ

Цитаты, афоризмы, стихи, книжные подборки, обсуждения и многое другое

Книжный Вестник
БИБЛИОТЕКИ

Библиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории

Любовные романы

Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров

Фантастика

Самые популярные книги в формате фб2

Топ фб2 книги