Рождество Фей. Пламенное возмездие

— Миранда! Миранда, открой дверь! — раздался голос, который разбудил нас.

Я открыла глаза и посмотрела на озадаченного Калеба, который крепко прижимал меня к себе. Его сонный вид заставил меня улыбнуться: взъерошенные иссиня-чёрные волосы, заспанные зелёные глаза и нахмуренные брови. Он с нежностью посмотрел на меня, расслабил лицо и отправился узнать, кто пришёл в его дом.

Однако я уже знала ответ. Это был голос Джеймса, такой же холодный и пугающий, как и его внешность. Однако в этот раз я почувствовала волнение в его голосе, что заставило меня подняться вслед за Калебом и подойти к двери. Его сильная рука отодвинула меня чуть назад, так, чтобы я стояла у него за спиной. Калеб переживал за меня и посмотрел умоляющим взглядом, каким часто смотрел на меня, когда хотел защитить, а я с головой ныряла в очередную авантюру. В глубине души он знал, что и сейчас я поступлю так же.

Ловко обойдя препятствие, я открыла дверь, в которую зашёл незваный гость. Небольшой домик наполнился свежим морозным воздухом, отчего я вздрогнула и решила накинуть на плечи бабушкину шаль.

— Кто это? — с подозрением спросил Калеб, оглядывая гостя, а затем меня.

— Это Джеймс, он мой дедушка, — ответила я и перевела взгляд на гостя. — Почему ты здесь?

— Почему я здесь?! — возмутился Джеймс и подошёл ближе ко мне. — Миранда, я хотел задать тебе тот же вопрос. Королеве нельзя покидать долину Фэйрис, особенно в разгар такого важного праздника. Это было безрассудно с твоей стороны!

Долина Фэйрис? Адриан не рассказывал мне, как она называется, да и вообще всё, что я знаю о том волшебном крае, – лишь сказки, которые мне читала бабушка перед сном.

— Адриан никогда не называл так долину фей, — произнесла я, пытаясь сменить тему разговора.

Я только сейчас почувствовала, как опрометчиво поступила, прилетев сюда. Мне стало стыдно, отчего хотелось спрятаться где-нибудь в тёмном углу и сказать: «Я не достойна этой силы, я испортила феям праздник. Какая вообще из меня королева фей?» На сердце камнем легло чувство вины, и я опустила глаза в пол, лишь бы не встречаться с пронзительными серыми глазами Джеймса.

Калеб подошёл ближе ко мне и обнял со спины, отчего тревога стала отступать, и я с облегчением выдохнула.

— Он вообще не должен был хоть что-то говорить о феях! — сердито произнёс Джеймс и выдохнул, закрыв глаза. — Тем не менее, благодаря этому ты оказалась около священного дерева в ночь Рождества, и оно наделило тебя силой и властью. С той минуты ты стала нашей королевой, которая обязана защищать свой народ и заботиться о его благополучии.

Я обрела силу, о которой даже и мечтать не могла, к тому же теперь я королева фей. Эта мысль пугала меня так сильно, что я начала дрожать. «А если я не справлюсь? А если я буду плохой королевой, которую будут презирать феи? А может, по моей вине с ним произойдёт что-то плохое?» На мои плечи легла не только великая сила, но и огромная ответственность за жизни сотен фей. Всё это давило на меня тяжёлым грузом, а дурные мысли одна за одной лезли в голову, вызывая очередной приступ паники.

Калеб развернул меня к себе лицом, и я уткнулась в его тёплую грудь, крепко прижимая его к себе. Из глаз потекли горячие слёзы, которые я тщетно пыталась остановить. Мою голову с нежностью начал гладить Калеб.

— Мне не важно, кто ты и что должна делать Мира, сейчас ты довёл её до слёз! — крикнул Калеб. — Зачем ты на неё давишь? Посмотри только, в каком она состоянии!

Джеймс явно не ожидал услышать такие слова и на минуту задумался, повернув голову в сторону окна, из которого виднелась заснеженная гора.

— Прости, Миранда, что был так резок с тобой, — мягко произнёс Джеймс. — Рождество для фей – священный праздник, и никогда прежде с него не сбегал ни один наречённый правитель.

— Джеймс, это мне нужно извиняться за своё поведение, — захлёбываясь от слёз, с трудом произнесла я и подбежала к дедушке. — Ты совершенно прав, что на мне теперь лежит огромная ответственность, а мой поступок был опрометчив! Я всё исправлю, обещаю!

Я взглянула на Калеба, сидящего на кровати, и добавила: «Я обидела того, кто мне дорог, и хотела как можно скорее исправить свою ошибку».

Он всё понял и улыбнулся, обнимая меня, а затем произнёс: «Миранда, в таком случае нам нужно как можно скорее возвращаться, вот только…»

— Что?

— Где моя дочь? — с волнением произнёс Джеймс.

Мама… Я так давно не навещала её, что мне стало не по себе, когда Джеймс спросил про неё. Волнение накрыло меня, и стало страшно от того, что её ждёт. Сможет ли он помочь ей или скажет, что её дни сочтены? Я всё ещё храню в своей памяти образ счастливой и полной жизни мамы. Воспоминания с ней всегда приносили радость: как мы гуляли по лесу и рассматривали удивительные растения, делая из них венки, как купались в озере, и она учила меня плавать, и, конечно, как она пела мне перед сном. Её лёгкий голос разлетался по комнате, заставляя меня закрывать глаза от удовольствия. Иногда я старалась не уснуть, чтобы подольше послушать её пение. Мама всякий раз, когда замечала моё сонное лицо, которое пытается принять бодрствующий вид, не могла сдерживать смех и мягко целовала в лоб, желая сладких снов.

Мне было всего восемь лет, когда её сразила болезнь, и стать опорой для меня пришлось бабушке, которой было нелегко потерять свою дочь. Как жаль, что она не дожила до того момента, когда я могла бы показать ей, кем стала и что её дочь жива и здорова. Хотя для начала нужно выслушать Джеймса.

Мы вышли из дома и отправились в сторону отдалённого домика. Местные жители смотрели на нас с опаской и старались отойти подальше. Их лица я с трудом могла рассмотреть из-за солнечных лучей, которые упрямо слепили глаза. Я прикрыла лицо шалью, чтобы хоть немного спрятаться от яркого света. Под нашими ногами раздавался хруст переливающихся снежинок. Голубое небо виднелось сквозь немногочисленные пушистые облака, медленно плывущие в сторону горы, за которой нас уже ждали феи.

Тёмная дверь скрипнула, и перед глазами предстала мама, лежащая в своей кровати. Мертвенно-бледный цвет кожи казался ещё светлее на фоне чёрных волос, которые с годами заметно поредели. Каждый день из мамы утекала жизнь, и я с ужасом ожидала тот день, когда утечёт последняя капля. Когда Джеймс сказал, что есть шанс её спасти, тогда в моём сердце загорелось пламя надежды, которое, кажется, вот-вот потухнет.

Лицо Джеймса стало сильно обеспокоенным, а глаза метались по телу мамы. Он незамедлительно подошёл и начал осматривать её, а нам оставалось лишь ждать. Калеб подошёл ближе и взял меня за руку, прошептав мне на ухо: «Всё будет хорошо, колокольчик».

«Всё будет хорошо? Серьёзно? Да откуда тебе вообще знать!» — мысленно злилась я на Калеба, стараясь сдерживаться и не показывать эмоции.

«Он переживает за меня и хотел мне помочь. Калеб просто хотел вселить в меня надежду, чтобы я не переживала. Хотя как я могу вообще быть спокойна, стоя рядом с больной мамой?!» — спорила я в своей голове.

Нервы были на пределе, и я постаралась успокоиться. Вдох и выдох. Это заметил Калеб, крепче взяв мою руку в ладонь, и посмотрел мне в глаза. От его тёплого взгляда мне, на удивление, стало легче. Никогда не понимала, как он это делает, но всякий раз была благодарна за его способность влиять на мои чувства.

— Джеймс, что с ней? — не выдержав, спросила я и подошла ближе к кровати.

— Ей потребуется много времени на восстановление, но жить она будет, — с улыбкой ответил Джеймс, взяв дочь за холодную руку.

— Правда? Я так рада, что с ней всё будет в порядке, — рыдая от счастья, произнесла я и наклонилась над мамой, поправив ей прядь волос. — Мамочка, я так рада…

— Что произошло с мамой Миры? — спросил Калеб. — Это не похоже ни на одну болезнь, которую мы знаем.

— Неудивительно, — констатировал Джеймс. — Такая кома бывает только у тех, в чьих жилах течёт волшебная кровь.

— Волшебная кома? — уточнила я, взглянув на дедушку с непониманием.

— Да, такое случается, если продолжительное время не пользоваться своими силами. Обычно у фей они проявляются в раннем возрасте, и мы учим их ими пользоваться, а также принимать другую форму и летать. Однако у полукровок силы могут не проявляться до совершеннолетия, но тем не менее им так же нужно учиться пользоваться силами, как тебе, Миранда.

— Маме было двадцать восемь, когда её сразила болезнь.

— Девочка моя, как же долго ты страдала, — с болью в голосе произнёс Джеймс, погладив её по голове. — Волшебная кровь, которая жаждала магии королевы, сгубила её. Ребекка, конечно, не знала, что ждёт её дочь, но я не понимаю, почему она не пришла ко мне, когда Джослин впала в кому.

— Возможно, она думала, что это не связано с её волшебной кровью, — подметила я.

Он вздохнул, продолжая гладить волосы дочери, и сказал: «Есть только один способ, который поможет ей восстановить силы и наполнить магией».

— Какой?! — с любопытством произнесли мы с Калебом одновременно.

— Пыльца с крыльев королевы фей способна исцелять. В ночь Рождества ты не просто так летала над другими феями. Королевское благословение наполняет фей магией и делает их сильнее. Только ты сможешь спасти её, Миранда.

Я закрыла глаза и выдохнула, стараясь сконцентрироваться на потоке магии, протекающем по всему телу. Внутреннее тепло наполняло меня, и я ощутила, как ноги перестали касаться земли. Пролететь над мамой в этом тесном домике было невозможно, и я надеялась, что взмахов крыльев над ней будет достаточно.

Комната наполнилась синей дымкой, в которой сияла крошечная золотистая пыльца. Я вернула свой прежний вид и с надеждой смотрела на маму, держа её за руки. Её ладони стали теплее, а внешний вид изменился: нежная кожа приобрела здоровый оттенок, чёрные волосы стали такими же густыми, как прежде.

От счастья из глаз хлынули слёзы, и я не могла дождаться, когда же она откроет глаза. Что же мне ей сказать и как объяснить, что произошло? Она же помнит меня восьмилетней малышкой, а мне уже восемнадцать… Тем не менее мои синие глаза, которые достались от бабушки, она должна узнать сразу.

В тот момент, когда мама открыла глаза, моё сердце замерло, и хотелось танцевать от счастья, но я лишь неподвижно смотрела прямо в её серые глаза, не веря, что это правда. Она была в полной растерянности, осматривая домик и всех присутствующих, пока не остановилась на мне. Её глаза округлились, а рука протянулась к моему лицу, на котором застыла улыбка.

— Миранда, моя милая Миранда, это правда ты? — нежно произнесла мама и начала плакать.

Я начала кивать головой и принялась обнимать её, помогая подняться. Я уткнулась в её густые волосы и обнимала её так крепко, как только могла, прошептав: «Я так скучала по тебе».

— Я тоже, моя девочка.

— Миранда, Джослин ещё не восстановилась, будь аккуратнее, — произнёс Джеймс.

— Кто ты и откуда знаешь моё имя? — грозно спросила мама, нахмурив брови.

Я встала рядом с её кроватью и представила Джеймса, рассказав, кем он ей является на самом деле, а также что с ней произошло. Такие новости стали для неё настоящим потрясением, и она с пустым взглядом смотрела куда-то в окно, пока не спросила: «А мама?» В её глазах читалась надежда на то, что бабушка ещё придёт, но я лишь покачала головой из стороны в сторону, опустив взгляд вниз. Она сжала губы в тонкую полоску и зажмурила глаза, сдерживая слёзы, но не выдержала, закрыв лицо руками. Я вспоминала, что почувствовала, когда узнала о смерти бабушки, и как больно мне было в тот момент, поэтому поспешила утешить горюющую маму.

Её лицо изменилось, и она посмотрела в сторону Джеймса.

— Отец, значит, — с раздражением произнесла мама, утирая слёзы. — Тот, кто бросил мою маму и оставил нас одних?!

— Джойс, я не прошу тебя понять меня и прощать, потому что сам не могу себя простить за это, но умоляю, дай мне шанс всё исправить, — с волнением произнёс Джеймс и присел на край кровати. — Мы ещё можем стать крепкой и дружной семьёй, если пойдём друг другу навстречу. Ради Ребекки…

— Ах, ради Ребекки, значит! — возмутилась мама. — Мама защищала тебя всё это время, а я ненавидела за то, как ты с нами поступил!

Мама была в не себя от ярости, но взглянув на мой расстроенный вид, добавила: «Я выслушаю тебя, Джеймс, но не надейся на то, что мы станем настоящей семьёй после стольких лет твоего отсутствия».

Я прошептала: «Спасибо», на что она мне кивнула и улыбнулась. Я понимала, что она это делает только ради меня. Мне обязательно нужно рассказать ей обо всём, но сейчас на это не было времени, нужно было как можно скорее вернуться в долину Фэйрис. К тому же, как сказал Джеймс, ей предстоит долгое восстановление, а поскольку мы феи впереди нас ждёт не одно столетие. Возможно, со временем мы найдём общий язык, тем более что я и сама узнала только этой ночью о том, что у меня есть дедушка.

Я в растерянных чувствах посмотрела на Калеба, который находился в затемнённой части домика, не мешая семейным разборкам. Он непринуждённо сидел в кресле и, как обычно, широко улыбался.

— Я пойду с вами, — твёрдо произнёс Калеб и подошёл ко мне.

— Исключено, — холодно произнёс Джеймс. — Таким, как ты, там не место.

Испепеляющий взгляд серых глаз устремился на Калеба, который выглядел раздражённым. Я ощущала ярость, исходившую от него, и понимала, что вот-вот он не выдержит. Калеб всегда отличался спокойствием, но в те моменты, когда его сильно задевали, он менялся до неузнаваемости. Он с силой сжал челюсти, а ладони сомкнулись в кулаки.

— И что это значит «таким, как я»? — грубо спросил Калеб, подавшись вперёд в сторону Джеймса.

— В долине Фэйрис могут жить только феи, — он сделал акцент на последнем слове.

— Значит, и нам с мамой там не место, раз мы наполовину люди?! — воскликнула я, подойдя к дедушке вплотную.

— Миранда, вы всё же феи, хоть и не имеете чистой крови, а вот он… — Джеймс с презрением посмотрел на Калеба, отчего меня охватила злость.

— Ты думаешь, что только родство с тобой даёт нам право там появляться? — упрекнула я Джеймса, ткнув пальцем в его грудь. — Как бы не так! Этот мир принадлежит не только феям, и люди имеют полное право находиться там, где пожелают!

Я подошла к Калебу и встала рядом с ним, приобняв его за талию.

— К тому же долине нужна королева, а она без своего возлюбленного никуда не пойдёт, — произнесла я и наблюдала за растерянностью Джеймса, который понимал, что я была права.

Это было некрасиво с моей стороны так поступать, но другого выхода у меня не было. Было заметно, что Джеймса оскорбили мои слова, но он решил тактично промолчать, понимая безвыходность своего положения. Когда я стала королевой, то обрела абсолютную власть над феями, и теперь они обязаны беспрекословно слушаться меня. Мне бы не хотелось приказывать Джеймсу или кому-то из фей, но если потребуется, то я пойду на этот шаг. Тем более мне очень хотелось, чтобы Калеб отправился вместе с нами. Хоть мы и не обсуждали это раньше, но по его решительности я поняла, что он так или иначе пошёл с нами.

— Ладно, раз ты так настаиваешь, — произнёс Джеймс ровным тоном и подошёл к окну. — Сейчас идти опасно из-за ависов, которые будут поджидать нас у подножия. Мы пойдём ночью, а пока что можете подготовить вещи.

Он посмотрел на нас, а затем на маму, сказав: «Я останусь с Джослин, у меня с собой особые лекарства, которые…»

— Нет! — оборвала его мама. — Я не хочу оставаться с тобой наедине.

Она скрестила руки на груди и нахмурилась, повернув голову в нашу сторону. Мне бы хотелось исполнить её желание, но Джеймс, как никто другой, способен вылечить маму. Ни она, ни я не знаем о волшебном мире достаточно, чтобы позаботиться о себе, поэтому знания Джеймса о феях и методах их лечения сейчас крайне нужны.

Я подошла к ней ближе и обхватила её ладони своими.

— Мам, тебе нужна его помощь, чтобы восстановить силы, — умоляюще произнесла я, глядя в её растерянные глаза, — без его помощи и лекарств нам не обойтись.

Кажется, она всё поняла и перевела взгляд на своего отца, который смиренно стоял у окна. Он неподвижно смотрел в заледеневшее окно, сквозь которое виднелась величественная гора. Солнце спряталось за облаками, а на землю мягко падал снег. Время близилось к полудню, и я решила, что необходимо приготовить что-нибудь поесть.

— Мамочка, пожалуйста, дай ему о тебе позаботиться, а мы с Калебом пока что пойдём собирать вещи и приготовим поесть, — прошептала я ей на ухо так, чтобы никто кроме неё не услышал.

Она мягко улыбнулась и кивнула, крепко прижав меня к себе. Я ответила на её объятия и помогла ей лечь в кровать, заботливо укрывая её тёплым пуховым одеялом. Мне не хотелось оставлять маму наедине с Джеймсом, потому что сама не до конца была уверена, что стоит дать ему шанс. Тем не менее, я буду надеяться на то, что он поможет маме как можно быстрее восстановиться. Лечебные микстуры у фей поистине чудесные. Уже не один раз они помогали, когда мне становилось плохо. Я вспомнила про Адриана, и на душе стало неспокойно. Это заметил Калеб и взял меня за руку, крепко сжимая ладонь.

Мы вернулись обратно вдвоём, медленно шагая по заснеженной тропе. У крыльца я заметила следы, ведущие в дом, и указала на них Калебу. Кто-то явно заходил внутрь и, возможно, находился там до сих пор. Калеб насторожился и ускорил шаг, приближаясь всё ближе к двери. Он медленно открыл её и заглянул внутрь, увидев там то, что заставило его встать в дверях и застыть как статуя. Несколько моих попыток посмотреть через его широкую спину не увенчались успехом, и я приподнялась на носочки, чтобы дотянуться до его уха и прошептать: «Калеб, кто там?»

Мой голос быстро привёл его в чувства, и он, резко развернувшись, с силой закрыл дверь со словами: «Нам лучше уйти отсюда».

— Что? Калеб, я не понимаю, что происходит, — растерянно произнесла я, поддаваясь напору, с которым он уводил меня от дома, взяв за руку.

— Калеб! — окликнул его мужской голос, доносящийся из дверного проёма. — Ты не должен этого делать! Я тебя умоляю, останься!

— Отец, я тебе уже всё сказал! — крикнул Калеб, возвращаясь обратно к домику. — Хватит уже!

Я стояла и смотрела на то, как два родных друг другу человека ссорятся, и боялась влезть в их разговор. Отец Калеба - суровый человек, старых порядков, который, кажется, ненавидел фей больше остальных. Неудивительно, что его разозлило решение сына уйти в долину Фэйрис и жить среди тех, кого он считает врагами.

«Видимо Калеб сразу понял, что мне нужно будет вернуться к феям, и принял решение пойти со мной. Вот только когда он сообщил об этом отцу?» — задумалась я, вспоминая, уходил ли Калеб ночью.

— Ты! Это всё из-за тебя! — крикнул отец Калеба, указывая на меня пальцем. — Ты виновата в том, что я потеряю сына!

Я опешила и не знала, что сказать. Сердце стало биться сильнее от страха перед суровым взглядом его отца, который с ненавистью смотрел на меня.

— Отец, прекрати! — со злостью крикнул Калеб и пошёл в сторону озера, зная, что отец непременно пойдёт за ним. Он был из тех людей, кто всегда доводил начатое дела до конца. Ответственный, рассудительный мужчина стал практически главой нашего поселения, чьё мнение высоко ценилось среди жителей. К тому же он был отменным охотником и обучил своего единственного сына всему, что знал сам. Отец Калеба возлагал надежды на то, что сын станет достойной сменой ему и сможет взять на себя обязанности главного охотника.

Однако Калеб желал большего. Он с жаром говорил мне, как станет сильным и мудрым главой поселения, когда вырастет. Это стало его мечтой, которая окрыляла его и помогала не сдаваться, когда он сталкивался со сложностями в обучении. Он не был самым ловким или метким, как другие ученики его отца, но всегда отличался упорством и бесконечным оптимизмом, превозмогая все трудности с улыбкой.

Я смотрела им в спины и ловила удивлённые взгляды людей, которые наблюдали за нами. Когда два силуэта растворились в тёмном лесу, всё внимание было сосредоточено на мне. Удивление сменилось презрением и гневом, отчего мне стало не по себе, и я побежала в дом Калеба, прячась за дверью, которую с трудом смогла закрыть из-за ветра.

«Может они уже всё знают про меня?» — подумала я, смотря в окно так, чтобы меня никто не заметил.

Я любила своё поселение и людей, с которыми выросла, но никогда не понимала их ненависть к волшебным существам. С детства нас учили не уходить далеко от дома, иначе нас ждёт самая страшная смерть, какую мы только могли представить. Мы с Калебом, как и остальные дети, верили в это и страшно пугались всякий раз, когда нам рассказывали про жутких тварей, живущих в ближайших лесах и за горой.

Я была впечатлительным ребёнком и могла расплакаться в такие моменты. Каждый раз меня утешал мой лучший и единственный друг. Я видела, что Калебу было страшно, но он старался выглядеть храбрым в моих глазах. Он вселял в меня веру в то, что пока он рядом, мне не грозит никакая опасность, и я безоговорочно верила в это, всякий раз придумывая для нас опасные приключения. Мы никогда не знали, к чему на этот раз приведёт моё любопытство: к веселью или страшной опасности, но каждый раз он безоговорочно шёл за мной, за что не раз получал от отца. Возможно, поэтому он всегда меня недолюбливал, и я была нечастым гостем в их доме, только когда отец Калеба уходил в поход или на охоту.

Дверь с напором открылась, отчего я пошатнулась и едва не упала. В дом зашёл встревоженный Калеб, который принялся собирать вещи, со злостью кидая их в сумку.

— Мира, прости за то, что тебе пришлось всё это выслушать, — произнёс Калеб, подняв голову вверх, и закрыл глаза. — Он всегда так поступает! Всегда считает, что только он прав!

Калеб тяжело выдохнул, ударив кулаком по шкафу. Я подошла к нему, встала сзади и крепко обхватила его за талию. Я прислонилась к его телу и услышала, как быстро бьётся его сердце, однако спустя пару минут ритм стал ровнее. Он обернулся и прижал меня к себе, зарываясь лицом в мои волосы, и прошептал: «Спасибо».

— Калеб, меня не задели слова твоего отца. Я понимаю, почему он так считает. Ты всегда попадал в неприятности из-за меня, а теперь ещё и уходишь жить в долину к тем, кого здесь считают врагами. Да и я теперь одна из них… К тому же ты мечтал стать главой нашего поселения, а теперь покидаешь его неизвестно насколько…

Калеб мягко улыбнулся и, посмотрев в мои глаза, взял за руки.

— Я обещал тебя защищать, помнишь? Ещё с тех пор, когда мы были детьми. Я не жалею ни о чём, что было связано с тобой, несмотря на все последствия. Это моя жизнь, и я выбрал её прожить с той, кого многие годы сильно люблю. Быть с тобой рядом, стать твоей опорой и защитой, чтобы ты любила меня так же, как я тебя, – вот то, о чём я по-настоящему мечтал все эти годы.

Меня тронули его слова, и сердце готово было выпрыгнуть из груди. Я была счастлива, что Калеб простил меня, и теперь мы сможем быть вместе. Вот только я сильно изменилась с нашей последней встречи в том лесу.

— А ведь знаешь, когда я стала королевой фей, то стала гораздо сильнее, чем раньше. Во мне течёт могущественная магия, способная на удивительные вещи, — шутливо произнесла я с горящими глазами.

— Пусть так, я всё равно хочу быть твоим защитником, — с улыбкой произнёс Калеб, потрепав меня по голове, спутывая русые волосы.

— Эй! Перестань! — умоляюще произнесла я, пытаясь вырваться из его объятий.

— Колокольчик, ты же у меня теперь такая сильная, давай попробуй выбраться.

«Не думаю, что это хорошая идея. Калеб, видимо, не понимает, кем я стала, или не хочет признать. Пусть я ещё и не умею обращаться со своей магией, однако я с лёгкостью оттолкнула Адриана так что он потерял сознание. А что будет с обычным человеком?» — мысленно подумала я и решила не проверять свои догадки, признав поражение.

— Ладно, ладно, ты победил. Нам пора заниматься делами.

Время близилось к вечеру, и мы решили немного отдохнуть, закончив все приготовления. Калеб лёг на кровать и рукой показал на место рядом с собой. Я без колебаний последовала к нему и легла на спину, разглядывая потолок.

— Я немного устала, — тяжело произнесла я и вздохнула, повернув голову немного вправо.

Лицо Калеба было так близко, что я могла почувствовать его дыхание на своей коже. Он влюблёнными глазами смотрел на меня, как и я на него. Столько раз я смотрела в его глаза, но не замечала, насколько они красивые. Они были похожи на раннюю осень, когда зелёную листву начинали сменять золотые листья, мягко кружась по прохладному воздуху.

Он заметил, как я пристально на него смотрю, и загадочно улыбнулся.

— Закрой глаза, — произнёс он, взяв мои ладони в свои.

Я подчинилась ему и ждала, что будет дальше. Калеб приложил мои ладони к своей груди, и я почувствовала его учащённое сердцебиение. Неужели он так сильно волнуется?

— Открывай.

Передо мной было то, чего я никак не ожидала увидеть. В руках Калеба была небольшая коробочка, внутри которой было кольцо с полупрозрачным камнем, переливающимся даже от тусклого освещения в домике. Я посмотрела на кольцо, а затем на его лицо, которое светилось от счастья даже ярче, чем камень. В его влюблённых глазах застыл вопрос, который обычно задают, когда дарят такой подарок. Я, конечно, уже представляла себя в белом платье, идущей под алтарь с Калебом, только не сейчас…

— Моя дорогая Миранда, я прошу тебя выйти за меня замуж, — с волнением произнёс Калеб, доставая кольцо из коробки. — Я понимаю, что тороплю события, но я так долго ждал этого и мечтал о том, чтобы ты стала моей женой.

Мои чувства перемешались, и даже не знаю, что было сильнее: радость, страх или волнение. Мне стало тяжело подобрать слова, которые встали комом в горле всякий раз, когда я хотела их сказать. Выйти замуж за любимого человека – то, о чём я мечтала ещё с детства, однако сейчас, когда всё это происходит не в моём воображении, то стало как-то не по себе.

— Калеб, я очень рада предложению, но… — растерянно произнесла я, опустив глаза вниз, — это действительно быстро, и я думаю, нам стоит повременить с этим.

Он понимающе кивнул, взяв мою правую руку в свою.

— Понимаю, колокольчик, — с грустью произнёс он, — я был готов к такому ответу, только прошу, надень кольцо.

— Калеб, я даже не знаю…

— Мира, прошу тебя, — умоляюще сказал Калеб, продолжая держать мою ладонь в своих руках.

Я улыбнулась и кивнула ему в знак согласия. Он незамедлительно надел кольцо на мой безымянный палец и принялся меня целовать так, будто я приняла его предложение. Вся тревога ушла, как будто её и не было. Я посмотрела на свою руку, вытянув её перед собой, и прошептала: «Кольцо такое красивое, я буду смотреть на него и думать о тебе».

— На то и был расчёт, колокольчик, — с ухмылкой произнёс он, заправив прядь волос мне за ухо, немного смутившись от вида острых ушей, — Его красота меркнет по сравнению с тобой.

— Калеб, — томно произнесла я.

В дверь раздался напористый стук, а после незваный гость сообщил, что нам уже пора выдвигаться. Это был голос Джеймса, который терпеливо ждал нашего ответа.

— Уже идём! — крикнула я, вставая с кровати.

Я без колебаний выбрала долететь до горы, несмотря на то, что меня отговаривал от этого Джеймс. На мой удивлённый взгляд он лишь бросил: «Королева должна беречь свою магию». И что это вообще значит?

Мне удалось настоять на своём, и мой аргумент о том, что так мы быстрее прибудем в долину Фэйрис, был неоспорим, и дедушка сдался. На нашу перепалку с удивлением смотрели Калеб и мама. Как только мы закончили, Джеймс с недовольным лицом подхватил на руки ослабленную маму.

— Я понесу её на руках, — твёрдо заявил Джеймс и повернул голову в мою сторону. — Пролети над нами, чтобы мы тоже смогли взлететь.

— Мы полетим?! — с удивлением спросила мама.

Её глаза расширились, а лицо стало обеспокоенным. Она с ужасом переводила взгляд с меня на Джеймса.

— Я… я не смогу.

— Мамочка, не волнуйся, мы полетим совсем не высоко – в паре метров над землёй, — мягким тоном произнесла я, вспоминая, как сильно она боялась высоты.

Мои слова её явно успокоили, и она выдохнула, продолжая спокойно лежать на руках своего отца. Видимо, за этот день они смогли найти общий язык, по крайней мере, мне так кажется.

— Я тоже смогу полететь? — спросил Калеб.

Я кивнула ему, улыбаясь, и приняла свою истинную форму, заметив на лице мамы удивление и восторг, когда я пролетала над ними. Она подняла руку и с осторожностью дотрагивалась до синего шлейфа, наблюдая, как золотистые частицы мягко ложатся на неё. Пыльца с моих крыльев была похожа на звездопад, наполняющий светом непроглядную тьму.

Я не могла сдерживать свою радость, наблюдая за реакцией мамы и Калеба, особенно когда они поднялись вверх. И если маму крепко держал Джеймс, сохраняя спокойствие и невозмутимость, то вот Калеб отчаянно пытался ухватиться за воздух и делал безуспешные попытки оставаться в одном положении.

Я подлетела к нему и взяла за руку, помогая сохранять равновесие. Полёт выдался весьма увлекательным, и я заметила, что Калеб делал попытки летать так, будто у него тоже есть крылья, но всякий раз переворачивался несколько раз, зависая в воздухе вниз головой. Он смеялся над собой и пытался развеселить всех, заряжая хорошим настроением, отчего путь мы преодолели быстрее, управившись за несколько часов.

Мы подошли к ущелью, которое сможет перенести нас в сказочный мир фей и станет порталом между сказкой и реальностью.

— Я думаю, вам нужно попрощаться с этим краем, потому что отныне Фэйрис станет вашим домом, — произнёс Джеймс и подошёл к Джослин, — а тебе стоит быть аккуратнее и не идти за ними.

Я обернулась и увидела, как он указывает в нашу с Калебом сторону, а затем кивнула в знак согласия. Он однозначно прав: всё-таки мы стояли у обрыва, с которого открывался вид на наше поселение, но вниз лучше было не смотреть из-за большой высоты. Вид на родной край захватывал дух, а ночное небо стало потихоньку затягиваться облаками, сквозь которые упрямо светил белый полумесяц. Отсюда наш дом казался таким крошечным, но и оттого таким родным. Из глаз полились солёные слёзы и бурными потоками стекали по моему лицу, на котором застыла печаль.

Калеб подошёл ко мне и аккуратно приобнял, наклонившись ближе к моему лицу.

— Колокольчик, мы же не навсегда покидаем наш дом, верно? — с нежностью спросил он, и я кивнула. — Значит, мы сюда обязательно вернёмся.

Он вытер мои слёзы и провёл тыльной стороной ладони по моей щеке. Я заглянула в его глаза, которые выражали спокойствие и умиротворённость. Казалось, будто он совсем не переживал о том, что покидает свой дом, но я понимала, что это совсем не так. Он всегда держал боль где-то в глубине души, даруя облегчение всем, кроме себя. Мне захотелось поддержать его, и я крепко прижалась к его торсу и с улыбкой сказала: «Ты прав, мы обязательно вернёмся».

Пока мы прощались с домом, Джеймс открыл ущелье, которое мы преодолели так же быстро, как и лес у подножия горы. Вдалеке виднелись многочисленные силуэты, которые покорно ожидали нас у входа. Неужели это феи пришли нас встречать? Мне стало неспокойно от этой мысли, ведь я совсем не знала, как оправдать свой побег с празднования Рождества.

Однако когда мы подлетели ближе, я поняла, что это стража. Несколько десятков фей в серебряной броне смирно стояли и ожидали нас. В их руках были копья, наконечники которых сияли разными цветами. Они выстроились в два ровных ряда с обеих сторон и, с гордо поднятыми головами, стояли готовые защитить нас от любой опасности. Моё внимание привлекли фигуры, стоявшие вдалеке, которые не были похожи на солдат.

— Это твои советники, Миранда, — заметив мой любопытствующий взгляд, произнёс Джеймс. — Они, как и правитель, заботятся о благополучии фей, и им будет любопытно, почему такая важная персона покинула праздник.

Внутри всё сжалось от его слов. Я чувствовала себя загнанной в угол и понимала, что собственными руками обрекла себя на звание худшей королевы фей за свой поступок. Я нервно сглотнула и посмотрела на Джеймса, не в силах скрыть своё волнение.

— Всё будет хорошо, мы отложим твои объяснения на потом, — решительно заявил Джеймс, приподняв уголки губ вверх.

Мне сразу полегчало от его слов, вот только объяснение всё же придётся придумать. Вряд ли кто-то из фей сможет понять мой поступок, так что правду я лучше оставлю при себе.

— Королева, мы так рады видеть вас невредимой! — раздался звонкий голос юноши, приближающегося к нам. — Вся долина Фэйрис переживала о вашем внезапном исчезновении. Всё ли с вами в порядке?

Советник, вышедший к нам, был сильно взволнован, ровно как и те, что остались стоять позади, рассматривая нас как нечто диковинное.

— Артур, приветствую тебя, дорогой друг, — с широкой улыбкой вышел Джеймс из тени и встал передо мной. — У королевы были весьма весомые обстоятельства покинуть долину, нет нужды волноваться. Сейчас нам необходимо как можно скорее отвести её в замок и представить феям, которые заждались свою королеву.

— Джеймс, рад тебя видеть, — произнёс он, протягивая руку. — Какое счастье, что тебе удалось вернуть королеву так быстро. Народ действительно обеспокоен, и уже начинают ходить нелестные слухи, так что нужно поспешить в Кельсаар.

Я начинала понимать, что мои познания о феях и о волшебном мире, в котором я живу, непростительно малы. Мне, как хорошей королеве, следует лучше знать своих подданных, а также историю волшебного мира.

Странное ощущение не покидало меня, пока я раздумывала о том, с чего бы начать свой путь по изучению истории. Я подняла глаза и увидела среди советников знакомое лицо. Фиолетовые глаза прожигали во мне дыру, отчего становилось не по себе. Я с ненавистью посмотрела в них и отвернулась в сторону Калеба, который стоял позади всех, о чём-то болтая с мамой. Для них двоих этот мир покрыт ещё большей тайной, чем для меня.

Я услышала шаги, стремительно приближающиеся ко мне по свежему снегу, и голос, который с волнением произнёс: «Миранда, прошу тебя, нам надо поговорить!» Лицо Калеба резко изменилось, и привычное спокойствие сменилось на злость. Он моментально среагировал, глядя мне за спину с яростью, которая бушевала в его зелёных глазах. Я обернулась и увидела, как Адриан почти дошёл до меня, однако Калеб своей рукой оттолкнул меня за спину.

— Вам не о чем говорить, — сердито произнёс Калеб, сжимая ладони в кулаки.

— Отойди! Тебя это не касается! — крикнул Адриан.

Они оба были на грани, и каждый готов был пересечь черту, чего мне бы совсем не хотелось.

— Довольно! — выпалил Джеймс так громко, что все присутствующие испугались его устрашающего голоса. — У нас нет времени на ваши глупые ребячества. Нужно как можно скорее привести королеву к феям. Ты понял меня, Адриан?

— Да, наставник, — с досадой произнёс Адриан и в последний раз взглянул на меня.

Джеймс уже второй раз спасает положение, избавляя от лишних хлопот. Мысленно я была благодарна ему за это, и он прочитал это в моих глазах. Вместе с Адрианом они прошли вперёд к советникам, оставляя нас наедине.

— Что он здесь делает? — выпалил Калеб и посмотрел на меня.

— Я бы тоже хотела это знать, — грубо ответила я.

— Прости, конечно, ты не знала, что он будет здесь, — виновато произнёс он и смягчился. — Нам стоит держаться от него подальше.

Калеб крепко взял меня за руку, и мы быстрыми шагами догнали остальных. Вместе с нами пришлось пробежаться стражникам, которые остались охранять свою королеву. Хвойный лес, который стал мне таким родным, принял нас в свои объятия, погружая в темноту. Сквозь заснеженные лапы деревьев пробивался лунный свет, слабо освещая наш путь. Ночью здесь всегда было спокойно, и даже ветер не нарушал этот покой, лишь изредка сдувая с елей сверкающие снежинки, которые кружились в танце рядом с нами, мягко падая на одежду.

Чем ближе мы были к городу фей, тем сильнее нарастала тревога. Мысли путались, когда я пыталась придумать убедительное оправдание. Может, Джеймс и в этот раз сумеет мне помочь? Я прошла немного вперёд и увидела впереди идущих Адриана и Джеймса, которые о чём-то бурно спорили.

— Джеймс, — робко отозвалась я и ощутила на себе взгляды всех, кто шёл рядом. — Ты не мог бы отойти? Мне нужно поговорить с тобой.

Он без колебаний оставил Адриана, который с грустью наблюдал, как мы удалялись от толпы. Когда мы отошли достаточно далеко, чтобы нас никто не слышал, за исключением нескольких охранников, он спросил: «Миранда, о чём ты хотела поговорить?»

Не самое подходящее место, но, возможно, лучшего случая не представится.

— Я хотела у тебя спросить совет насчёт, — не договорив, я посмотрела в разные стороны, чтобы убедиться, что вокруг никого нет, и продолжила шёпотом, — я хотела узнать твоё мнение, как лучше преподнести феям моё отсутствие.

— Стража, будьте добры вернуться к остальным, — произнёс Джеймс, глядя на идущих рядом с нами фей, и, когда они ушли достаточно далеко, то продолжил, — такой случай у нас действительно впервые, и раньше никто из избранных не покидал празднование, но, думаю, феи с пониманием отнесутся к этому. В конечном счёте они больше переживают не за праздник, а за жизнь своей королевы. Вот только правду знать им совсем необязательно, достаточно убедить их в том, что причина действительно была веская, и ты в полной мере готова принять свои обязанности по управлению королевством Кельсаар и долиной Фэйрис.

— Спасибо за совет, Джеймс, так и поступим, — с улыбкой произнесла я и поспешила вернуться к Калебу, который всё это время поглядывал на нас.

— О чём вы говорили? — поинтересовался Калеб, едва я успела подойти к нему.

— Мне нужен был совет.

— Почему ты не спросила его у меня?

— Калеб, в делах, которые касаются фей, ты вряд ли сможешь мне помочь, — шутливо ответила я. — Мне стоит больше узнать о волшебном мире и феях. Впрочем, как и тебе, раз уж ты собрался жить в Фэйрис.

Его лицо помрачнело, и он едва пытался сохранять прежнюю невозмутимость, приподняв уголки губ вверх и кивая в знак согласия. Кажется, мои слова его совсем не обрадовали. Может, на самом деле он не хотел идти сюда? И всё же он сам мне сказал, что сделал этот выбор, а значит, понимал, на что идёт.

— Я чувствую, что должен тебе кое-что рассказать, — после минутной паузы задумчиво произнёс Калеб и посмотрел на меня. — Когда ты спала, пришёл отец, чтобы поговорить о тебе. Он заметил у тебя за спиной крылья и подумал, что ему это показалось, но я подтвердил его слова.

 — Его это разозлило?

Он хмыкнул и произнёс: «Ещё как!».

— Мира, ты знаешь, какой он человек и как относится ко всем волшебным существам, но таким я его ещё никогда не видел. Он был похож на свирепого дикого зверя с безумными глазами. Отец кричал, что феям нельзя доверять, потому что они умеют играть с нашим разумом, заставляя идти на ужасные вещи.

— Наверное, он имел в виду способность фей привораживать, — подтвердила я.

— Да, и он думает, что ты сделала это со мной, — со смехом произнёс Калеб. — Я пытался ему объяснить, что испытываю чувства к тебе давно, только его это не смогло переубедить. Знаешь, всякий раз, когда я на него смотрел, то видел сильного и бесстрашного человека, но не в этот раз.

Он повернул голову в мою сторону и посмотрел растерянным взглядом.

— Что ты имеешь в виду?

— Знаешь, он хоть и кричал на меня, к чему я уже привык, но когда увидел, что я не собираюсь менять решение, то изменился. Я видел животный страх в его глазах. Он буквально умолял меня остаться и говорил, что боится потерять меня. Отец сказал, что не сможет пережить это ещё раз, но когда я хотел узнать, о чём он, то в ответ было лишь молчание.

— Калеб, твой отец любит тебя и переживает за твою жизнь. Мы обязательно навестим родной край, и ты сможешь показать отцу, что он зря переживал.

Кажется мои слова успокоили Калеба, и его лицо приняло расслабленный вид.

Мы шли всё глубже в тёмный лес, которому, казалось, не было конца. Однако впереди виднелось небольшое заснеженное поле. Советники остановились в центре и взглянули на нас. Один из них, тот, что тепло приветствовал, подошёл ко мне и взял за руку.

— Добро пожаловать домой, королева, — учтиво произнёс он, широко улыбаясь.

Лёгким движением руки он будто разрезал саму реальность, открыв перед нами портал в город фей. Сквозь полупрозрачную пелену я едва могла увидеть сам город, однако его очертания говорили о том, что Кельсаар поистине удивительный. Я подошла ближе и коснулась рукой портала, который переливался разными цветами, и отдёрнула руку от холода.

— Ощущения будут необычными, моя королева, но больше вам не придётся проходить через портал, — поспешил успокоить меня Артур, прищурив свои лисьи глаза. — Прошу вас, пройдёмте скорее, жители Кельсаара уже заждались дорогих гостей.

Его громкий, звонкий голос эхом раздавался в лесу. Он излучал счастье и радость, однако чувствовалось в этом нечто неискреннее. Я чувствовала себя неловко, когда советники с придыханием наблюдали за нами, и обернулась назад. Мама стояла рядом с Джеймсом, широко раскрыв глаза от удивления, в то время как сам Джеймс выражал полное спокойствие. А вот Калеб, стоявший позади всех, был сильно взволнован, переминаясь с одной ноги на другую. Его потерянный взгляд метался по всем, пока не застыл на мне. Его лицо изменилось, и он слегка улыбнулся, что меня сразу же успокоило.

Набрав полную грудь воздуха, я высоко подняла голову и громко выдохнула, уверенно сделав шаг вперёд. Ощущение было, будто меня окатили ледяной водой, отчего я поёжилась.

— Здесь так красиво, — раздался голос мамы, которая подошла ко мне.

Она светилась от счастья и, кажется, была рада тому, что стала частью мира фей. Джеймс подошёл к нам и повёл вперёд, указывая на возвышенность вдалеке, на которой гордо стоял замок.

— Джослин, Миранда, теперь вы будете жить там, — радостно произнёс Джеймс, наблюдая за нашим восторгом. — Осматривайтесь, а мне нужно поговорить с Артуром наедине.

Мы послушно кивнули и принялись осматривать оживлённые улицы Кельсаара. Я осмотрелась по сторонам, не веря своим глазам. Здесь были даже дома в несколько этажей, каких прежде я никогда не видела. Многочисленные лавки с едой, волшебными товарами и зельями попадались нам по пути, погружая в магическую атмосферу мира фей. Жизнь кипела в городе, однако я заметила, что пустующих домов было довольно много, а значит, Адриан не врал, когда говорил, что многие феи были похищены ависами. От этой мысли стало тяжело на душе, но впасть в уныние мне не давали жители Кельсаара.

Улочки шумного города были нарядно украшены, прямо как на той площади, где проходило празднование Рождества. Нарядные венки из еловых ветвей с красными цветами украшали почти каждую дверь, из которой доносился запах корицы и свежеиспечённого печенья, вскруживший мою голову своей сладостью. Несмотря на то что была глубокая ночь, город сиял разноцветными огнями, висящими на домиках. Всё это придавало Кельсаару уюта и теплоты, которую я боялась, что не смогу отыскать в чужом месте.

Однако все мои опасения оказались напрасны: феи с встречали меня, как будто ничего не было. Я видела искреннее счастье в их глазах и радость от того, что теперь они под моим крылом. Меня пугала ответственность, и я всегда избегала её, боясь, что не справлюсь, но теперь я вижу, как они искренне любят меня. Их вера в меня придаёт сил и уверенности, и сейчас я понимаю, что готова стать той, кто будет защищать свой народ. Я стану королевой, которая избавит долину от снежного проклятья.

Чувство радости переполняло меня, и хотелось поделиться этим с самым дорогим человеком. Я обернулась и увидела Калеба, который шёл позади всех, о чём-то крепко задумавшись. Мне стало любопытно, и я быстрыми шагами подбежала к нему, однако он меня не заметил.

— О чём задумался? — игриво спросила я, всматриваясь в его лицо.

— Да так, ни о чём, — тихо произнёс Калеб. — Как тебе город?

— Он просто потрясающий! — воскликнула я, не скрывая восторг. — Он значительно больше нашего поселения, вот только…

— Что?

— Фей здесь значительно меньше, чем домов, — с грустью сообщила я своё наблюдение, — их могло бы быть сейчас гораздо больше…

— О чём ты говоришь?

— Я позже тебе всё расскажу, — проговорила я, стараясь скрыть своё волнение и страх. — Я вспомнила одну сказку, которую нам рассказывали в детстве про удивительный город за океаном.

— Ещё бы! — радостно отозвался Калеб. — Только это не сказка, отец видел его своими глазами. Вспомни, как он любил рассказывать об этом впечатлительным детям вроде нас.

— Думаешь, в юности он действительно был отважным моряком, бороздящим бескрайний океан? — с улыбкой спросила я.

— Конечно! Он рассказывал много историй о своих путешествиях и очень гордился этим, разве что только избегал подробностей.

— Как думаешь, тот город похож на Кельсаар?

— Возможно, отец видел остров лишь издалека. Люди, которые там жили, сумели построить нечто невероятное вдали от нас: диковинные изобретения, поражающие воображение, и здания, которые он никогда прежде не видел. Звучит действительно невероятно, и я понимаю, почему ты, как и остальные, считала это сказкой. Вот только и город фей казался нам недавно чем-то нереальным.

— Калеб, я не понимаю, почему твой отец не отправился в тот город, — с досадой сказала я. — Он самый храбрый человек из всех, кого я знаю, и уверена, что ему было любопытно узнать, что там скрывается.

— Ты права, вот только океан не так дружелюбен к людям, точнее, его обитатели. Помнишь, отец рассказывал про жутких тварей, которые живут в океане, чтобы мы не ходили туда купаться?

Я молча кивнула и продолжила смотреть на Калеба, с любопытством слушая его рассказ.

— Так вот, это правда. Морские феи, живущие там, крайне недружелюбны, особенно к людям. Отец называл их мерроу и описывал как самых прекрасных существ, но только лишь с виду. За чарующей внешностью скрывается сила, способная подчинять разум людей и играть с их чувствами. Полулюди с длинными рыбьими хвостами манят к себе пленительной песней и красотой, а затем топят несчастных, утаскивая на дно. У моряков ходило поверье, что если ты встретишь мерроу, то твоё сердце отныне принадлежит океану. Поэтому немногие были готовы отправляться в столь опасное путешествие.

— Невероятно! — воскликнула я. — И почему нам об этом не рассказывали… Океан действительно может быть опасным местом, но я всегда думала, что это скорее из-за глубины и неумения плавать. И если мерроу существуют и твой отец видел их у того острова, может быть, они его охраняют?

— По какой-то причине их действительно было больше у того острова, но он говорил, что их можно встретить в любой части океана, даже у берега с нашей стороны. Похоже, что тот удивительный город хранит свои тайны, которые не желает раскрывать.

Он улыбнулся, а затем взглянул на меня, прикусив губу, и отвёл взгляд в сторону. Он выглядел взволнованным. Я подошла ближе и взяла его за руку. Его ладонь была гораздо холоднее моей, как будто я дотронулась до льда.

— Калеб, что с тобой?

— Есть ещё кое-что, о чём мне нужно рассказать. Я думал, сказать это или нет, но решил, что между нами не должно быть секретов.

— Что ты хотел мне рассказать?

— Ночью, когда отец пытался отговорить меня, он сказал, что не переживёт это снова, но после этого он не промолчал. Отец сказал, что одна из морских фей околдовала его брата, с которым он путешествовал, и утопила. После этого он никогда не ходил в океан и возненавидел всех волшебных существ.

— Калеб, это так ужасно, — с дрожью в голосе произнесла я, — сочувствую твоей утрате.

— Спасибо, Мира, вот только это произошло ещё до моего рождения, и дядю Бернарда я знал только со слов отца. Он тяжело пережил утрату единственного члена семьи, и мне кажется, до сих пор не может смириться с его утратой. Я понимаю, почему он не хотел отпускать меня, но я не он и не дядя, моя судьба будет совершенно другой. Конечно, я совершил ошибку, когда рассказал ему свою догадку о том, что тебя околдовал тот фей, и это оказалось действительно так, но я не хочу верить в то, что все феи - истинное зло. Тем более что моя будущая жена - королева фей.

Он произнёс это с улыбкой и приобнял меня за плечи, поцеловав в макушку. Те немногие, кто услышал наш разговор, смотрели удивлёнными глазами и шептались друг с другом. Хоть бы эта новость не разлетелась по всему Кельсаару.

— Калеб, давай пока не будем об этом, — прошептала я ему на ухо, — феи любят сплетничать, и я не хочу, чтобы эта новость потрясла всех раньше времени, тем более что наш союз будет крайне необычным для этих мест.

— Прости, я тебя понял, — с досадой произнёс Калеб и виновато опустил глаза вниз.

У него такой вид, что мне стало неловко от своих слов. Напряжение повисло в воздухе. Может, я задела его чувства? Думаю, стоит перевести тему на что-то другое.

— Калеб, как тебе здесь?

— Непривычно, — задумчиво произнёс он, осматриваясь по сторонам. — Здесь, безусловно, красиво, но я чувствую себя здесь чужим.

Он сомкнул губы в тонкую линию и на несколько секунд закрыл глаза, сжав ладони в кулаки, а затем принял расслабленный вид.

— Ради тебя, любимая, я готов пойти на всё, и если для этого необходимо жить в городе фей, что ж, отныне это и мой дом тоже, — с нежностью произнёс он и крепко прижал меня к себе. — Где бы мы с тобой ни были, пока ты рядом, я дома.

— Калеб… — почти шёпотом сказала я и заглянула в его сияющие зелёные глаза, в которых бушевало пламя любви. Без слов было понятно, насколько сильны были его чувства ко мне.

— Миранда, не отставайте! — крикнул Джеймс, который шёл далеко впереди нас.

Я кивнула ему и взяла за руку Калеба, ускоряя шаг. Мимо пролетали бесчисленные домики, похожие друг на друга. Город ожил с приходом своей королевы, и улицы наполнились феями, сонными глазами рассматривающими меня и моих спутников со всех сторон. Некоторые дети не могли сдерживать своих эмоций и тянули ко мне свои маленькие ручки, широко распахнув глаза. Я слышала, как они с восхищением отзываются обо мне и хотят познакомиться.

Теплые слова согревали моё сердце, и я встречала свой народ с широкой улыбкой и дружелюбием, показывая, что они для меня тоже важны. Читая любовные романы, я представляла себя принцессой, у которой есть свой замок и возлюбленный принц. Кто бы мог знать, что детская фантазия станет реальностью, и я стану не просто принцессой, а королевой. Получается, моим прекрасным принцем стал Калеб.

Я взглянула на него. Он был растерян, находясь в обществе фей, и я это чувствовала. Однако он всячески пытался сделать вид, что всё под контролем, но меня-то не обманешь.

Мы дружим с ранних лет, и я всегда знала, когда Калеба что-то тревожит, прямо как сейчас. Он не любил показывать свою слабость и редко делился тем, что терзало его изнутри, даже когда я искренне хотела помочь и готова была выслушать. Возможно, дело в его строгом отце, который не позволял Калебу проявлять слабость. Он старался быть сильным, и я стала той, кого он смог защищать и оберегать, несмотря на то, что я была старше. Мой дорогой друг стал стеной, которая принимала на себя все удары судьбы за меня.

После всего, что произошло со мной в долине Фэйрис, я начала понимать, что этот мир может быть жестоким, несправедливым и бить в самые больные места. Но я к этому была совсем не готова… Мне чудом удалось пережить путешествие, предательство Адриана и найти в себе силы пойти дальше и вернуться сюда. Проходя мимо фей, которые с восхищением смотрят на меня, я понимаю, какая ответственность легла на мои плечи, и теперь пора выйти из тени и показать всему миру свою смелость и решительность.

Пока я размышляла о том, как быть королевой, мы почти дошли до замка из тёмного камня, который вблизи оказался ещё больше, чем я могла представить. Я посмотрела вверх, рассматривая острые башни, которые украшали развевающиеся по ветру флаги. Они были так далеко, что в темноте рассмотреть их было практически невозможно. Перед нами начали медленно открываться массивные ворота. Я с замиранием сердца ждала того момента, когда смогу узнать, какая жизнь ждёт меня в стенах этого замка.