Роковая ошибка Ивана-царевича

Если вы сейчас подумали, что зеленая я от холода, то сильно ошибаетесь. От мороза, который градусов под двадцать зарядил за неделю до Нового года, я бы сначала посинела, а потом отбросила лапки. Но тут мне Баба-Яга подсобила, дала волшебную подушечку с подогревом. Чувствую, приобрела её бабка на каком-нибудь маркетплейсе, а не наколдовала, как говорит. Чего там только не купишь, и на аккумуляторах, и на солнечных батарейках. Да я разбираться не буду. Греет и ладно.

Взгромоздившись на подушку… Ах да. Почему зеленая?

О, это замечательная чудес…

Как бы не выругаться вслух, потому что чудесным то, куда я вляпалась, точно не назовешь. Чудо – да, но остальное – жесть.

…ная история, где я стала лягушкой. Такой зелененькой с перепончатыми лапками и лупастыми глазками. Ещё с золотой короной между ними для обозначения статуса, что я царевна, Василиса Премудрая, девица двадцати пяти годков от роду, которой надо срочно замуж выйти. И сижу теперь посреди замерзшего болота подальше от камышей, всеми ветрами обдуваемая и поземкой заметаемая, пытаясь не окочуриться, пока Иван, третий царский сын, тут не появится.

Стрелу-то его я поймала, Кощей Бессмертный помог. Видели бы вы, как этот мужчина в возрасте бегал по занесенному снегом льду, стараясь не поскользнуться и не загреметь костями, путаясь в широких полах расшитой узорами шубы, и, судя по всему, матерился. Впрочем, наговаривать не буду, сама не всё расслышала. Но Баба-Яга, которая в это время меня на подушечку пристраивала, тоненько хихикала и осуждающе качала головой, мол, потише бормочи, нельзя же так.

Было что-то про – какого хре… зимой, на ё… болоте, на кой жмых мне это надо, брошу к чертям лысым, не сивый мерин, зараза и остальное типа того.

А потом, всучив мне стрелу и сказав «из лап не выпускай, а то не докажешь, что по праву твоя», парочка авантюристов, которым я поверила, что они смогут вернуть меня домой, смылась, реалистично растворившись в воздухе, оставив меня одну. И я подозреваю, превращусь вскоре в зеленую ледышку, если Иван не появится. Хотя нет, по закону жанра появиться должен, а вот заберет ли меня с собой и отогреет?

- Зависит от тебя, красавица, - напутствовал Кощей, исчезая.

«Глупо было так подставляться. Поставила бы им условие, что никаких условий выполнять не буду и беды б не знала», - думала я, проклиная Кощея с Ягой. А заодно и двоих моих подружек, которые уговорили меня сходить вечером в такую погоду к наряженной к новогоднему празднику ёлке на площади и там немного потусить.

Результат, как говорится, налицо – упала, очнулась, гипс. Точнее – шишка на затылке и новый сказочный мир.

Я зябко поежилась, прижимаясь сильнее к горячей подушке животиком, и задумчиво повертела холодной стрелой, от которой мерзли лапы. Воткнуть бы её изображающему Кощея мужику в правое полужопие и посмотреть, насколько быстрее он бегать станет…

- Эге-гей, моя коняшка, куда дро́венки везешь? – послышался вдалеке голос, явно принадлежавший царевичу.

А какой ещё придурок поедет в лес на болото зимой свою стрелу искать? Все нормальные по избушкам или по дворцам да царским хоромам прячутся и у печек греются, если центрального отопления нет. Ивану же вздумало жениться. Не мог лета дождаться? По крайней мере, так Кощей сказал, а Яга поддакнула.

- Где ты, где ты, невестушка моя названная? – вопрошал голос, приближаясь.

«Господи, он совсем идиот. На болоте невесту ищет. И наверняка считает, что найдет. Повезло мне. Круто», - подумала я нелицеприятно об умственных способностях парня. А чуть позже увидела его самого, ехавшего верхом на вороном коне. На Иване была надета шапка из хорошо выделанной овчины белым мехом внутрь, такая же дубленка (тулуп, наверное), темно-коричневые штаны и светлые валенки, считавшиеся вероятно царской привилегией. По моим представлениям валенки бывают черными.

Лошадка сделала несколько шагов по направлению ко мне и остановилась в паре метров, завязнув в снегу, доходившему ей выше колен. Недовольно заржала, отфыркиваясь, и затрясла мордой, пытаясь смахнуть налипший иней у ноздрей.

- Ну вот, убедился, Сивка, что нет тут никого? – Иван приложил ко лбу козырьком правую ладошку в меховой варежке и посмотрел вдаль, разглядывая дремучий лес за болотом и совершенно игнорируя меня. – Так и скажем батюшке, что стрела снова потерялась, не нашли, - как-то нехорошо усмехнулся, опуская руку вниз и протирая заслезившиеся от ветра глаза.

Меня насторожило… Что? Да всё! Во-первых, словосочетание «снова потерялась». Значит, не первый раз. Получается, ищет царевич невесту не впервой. А это очень подозрительно. Что он с ними делает? Солит? А-а, стоп! Потерялась же стрела. Значит, не нашел он невесту-то. Ещё интереснее. А по словам Кощея и Яги страсть как хочет жениться. Что-то тут явно не сходится. Это, во-вторых. И смех этот дурацкий.

Странный царевич. Ну его нафиг. Выйдешь за такого замуж и не обрадуешься. Одна беда – отказаться от него сейчас нельзя, замерзну, блин. А там за пазухой между овчинным тулупом и телом наверняка тепло и может даже жарко. Вон какой крепыш, косая сажень в плечах и щеки от мороза красные.

Я хорошенько проморгалась, приводя себя в порядок, сдвинула корону с затылка ближе ко лбу, чтобы видно было, и строго посмотрела на царевича. Ах ты, ёлы-палы, да он красавчик! Тогда точно не стоит упускать.

- Эй! Ты ослеп что ли?! – громко квакнула я и со злорадством заметила, как царевич вздрогнул вместе со своим Сивкой. Раз конь, следовательно, он. – Сюда смотри! Куда ты по верхам-то пялишься, болезный. У тебя дальнозоркость не иначе? – а потому как парень недоумевающее вертел головой по сторонам и не смотрел себе, вернее, коню под ноги, мне пришлось постучать стальным острием стрелы по льду. – Алё, гараж! Я туточки.

И широко улыбнулась. Во всю лягушачью мордашку. Любезно, как мне казалось. Затем почесала стрелой под короной, где засвербило от холода, и чуть приподняла с белой подушки животик, чтобы выглядеть более презентабельно. То есть классически – с выпрямленными передними лапками и на попе ровно.

Сначала меня узрел коняра, склонившись к земле и вытаращив огромные черные глаза в изумлении. Затем заржал (в данном случае по прямому назначению, а не захихикал) и стал бить левым копытом под собой, отбрасывая назад снег. Видимо, объяснял хозяину, куда смотреть. Наконец, и тот сообразил, пригнувшись к шее скакуна и приблизив своё лицо ко мне.

- Лягушка, лягушка, отдай мою стре… - начал Иван-царевич как положено в сказке, поперхнулся, а потом спросил. – Ты чё дура тут делаешь? Зимой-то?

- Тебя не спросила, - фыркнула я гордо и переложила стрелу из одной лапки в другую, чтобы ту согреть. – Чего непонятного? Замуж собираюсь. И очень похоже, что за тебя, такого распрекрасного, - слово «идиот» так и рвалось наружу, но я решила, что его лучше приберечь и для первого знакомства не использовать.

- Куда, куда собираешься? – переспросил царевич, решив, что ослышался.

- За те-бя за-муж, - спокойно повторила я по слогам и для наглядности реально квакнула. – Ква-ква.

- С ума сошла? – царевич не торопился брать меня на руки и, как там по классике, завернуть в платочек, чтобы принести в своё царство-государство под светлые очи отца-батюшки. Эк, меня понесло. – Меня ж люди засмеют.

- Бери, не пожалеешь, - насупилась я, чувствуя, что подушка уже мало согревает, а корона скоро вмерзнет в башку, и отдирать её придется вместе с кожей. – Я тебе пригожусь, - стала искать весомый аргумент, чтобы меня поскорее забрали, но ничего в голову не приходило, кроме как снова чесать между глаз острием стрелы.

- Чё ты мне перед носом стрелой вертишь? Вижу я, что моя. Отдай по-хорошему, - возмутился Иван, думая, что я его провоцирую.

- А если по-плохому, то чё? Отбрыкиваешься как маленький, - разозлилась я. – Хотел жениться? Хотел. Стрелу за невестой пустил? Пустил. А мог бы давно обычную девушку выбрать, купчиху там или дворянку, а ты оружием вместо этого разбрасываешься и думаешь, что на такую удочку нормальная попадется. У тебя мозги-то есть? Ква-ква.

- Да это всё батюшка-царь. Говорит, пора мне жениться, а то он старым стал, и я не молодею, - как-то сразу сник царевич. – Только я не могу сейчас. У меня сроки по строительству коттеджных изб горят, подрядчик неустойкой пугает, и Новый год скоро. Отчеты, сметы… - пригорюнился Иванушка. – Я ж специально на болото метил, где никакого жилья нету. Вот на кой жмых ты тут нарисовалась?

- Замуж хочу, - настырно повторила я, понимая, что ни черта этому остолопу не объяснишь, как сюда случайно попала и как сильно хочу выбраться. – Забирай. Гарантирую, жалеть не будешь, - в старой сказке под этими словами понималось нечто доброе, уютное, пироги-плюшки по выходным, теплый плед, а в моем представлении роились горячие сковородки без блинов, твердые скалки и… что-то ещё. Пока не придумала, но весело будем жить, не сомневайтесь.

- Да что ж я делать-то с тобой буду? – поджал губы царевич. – Тебя даже за попу не подержать, - удивил меня, отчего мои глаза сделались круглее.

А в сказку ли я попала? Может это просто глюки? Или подружки разыгрывают? Переодели в лягушку, пока я в отключке валялась, и потешаются. Мужика с бабой, артистов переодетых и этого красавчика наняли. Как называется такая фигня? Розыгрыш «Ты не поверишь»?

Я пристально присмотрелась к коню и Ивану. Не, на розыгрыш не похоже. Уж больно парочка для меня огромна. Да и лапки всё чувствуют, не силиконовые. А ещё царевич, похоже, бабником оказался…

И тут я разревелась.

Да, вот так тупо накатило отчаяние. Резко домой захотелось, даже на эту сраную ёлку, где подростки раскатали ледяные дорожки, на одну из которых я наступила и поскользнулась. А лучше сразу оказаться в квартире, где центральное отопление точно имеется, и пусть там подружки с выкрутасами и разными тараканами в башках, но свои. А не это чучело в тулупчике, который и варежку мне не предложил, чтобы погреться. Были бы у меня зубы, давно б выбивали барабанную дробь, мне кажется.

Жалость к себе любимой, погибающей на болоте в виде лягушки, выскочила как чёрт из табакерки в ту же секунду. А, как известно, слезы у женщин всегда рядом. К тому же по опыту знаю, мужики реагируют на них стандартно одинаково.

- Эй, ты чего? – испугался царевич, опешив. – Сама ж сюда приперлась, - попытался снять с себя ответственность, переложив её на мои плечи.

Но я продолжала обливаться горючими слезами, стекавшими крупными каплями по зеленым щекам на подушку, создавая там неприятную слякоть. Стало ещё холоднее. Однако остановиться не могла. Вы ж понимаете, когда себя жалко, это надолго. Особенно если зрители есть.

- Отвали, катись к своим сметам, - буркнула я в сторону Ивана, заморгав часто-часто. – И ты тоже, - со всего маху шлепнула холодной лапкой по языку коня, собиравшегося меня лизнуть. Ну, хоть кто-то понял, чего мне надо. Не преминула лапку задержать на горячей шершавой поверхности, чтобы погреться. – Умру молодой, - вздохнула, констатировав итог моего мрачного будущего.

- А ты меньше воду разводи… - начал царевич.

Не знаю, хотел ли он отвлечь меня от стенаний или отвязаться, наконец, собственно от меня, но тут конь поднял голову кверху и возмущенно произнес «иго-го». Затем подпрыгнул задними ногами и основательно встряхнул седока. Тот предсказуемо не удержался в седле, выпустил уздечку и перелетел через голову Сивки. Кувыркнулся через свою и приземлился прямо передо мной, растянувшись на спине во весь рост и потеряв откатившуюся в сторону шапку, обнажившую копну темно-русых волос.

Моя реакция была мгновенной.

Я квакнула, поблагодарив лошадку за сюрприз, и бодренько перепрыгнула с подушки на тулуп царевича, совершив умопомрачительный кульбит и умудрившись при этом не потерять корону и стрелу, а затем не менее бодро юркнула внутрь между первой и второй застежками на груди, воткнув острие моего оружия в петлю второй пуговицы. Блаженно распласталась на белом ровно стриженом меху, изобразив морскую звезду и грея отмерзшую напрочь спину о горячее тело Ивана.

Впервые в жизни мне было всё равно, какая у парня конституция – качается он или полудохлый ботаник, есть у него живот или настоящие кубики пресса, или просто пресс заплыл лишним жиром. Пофигу! Главное – мне было тепло! И выбираться наружу я не собиралась. Ни за пироги, ни за плюшки. Кстати, перекусить уже захотелось, несмотря на то, что перед походом к ёлке мы с подругами основательно заправились.

- Ну, и чё мне делать? – задал риторический вопрос царевич, поднимаясь, а может коня своего спрашивал, который в ответ заржал. Сдается мне, на этот раз не в прямом значении этого слова, потому что в лошадином голосе отчетливо слышались нотки «ха-ха-ха». – Придется забирать? А потом жениться?

Последний вопрос Иван произнес таким тоном, с таким отвращением, что я поняла – справиться с красавчиком будет трудно. И ещё мысленно плюнула змеиным ядом (а интересно, сама-то я не ядовитая?) на спины Кощея и Яги, уверявших, что женить царевича за неделю как два пальца об асфальт.

Тем более я такая пригожая, симпатичная, целеустремленная, никогда не отступающая перед проблемами и прочая белиберда о моей «богоизбранности», на которую я как любой человек, падкий до лести, повелась. Подлые нейролингвисты-программисты.

Впрочем, у меня и выхода другого не было, как женить Ивана на себе. Но что потом буду с ним делать – никто не прояснил.

- Ладно, поехали, Сивка, домой, - сдался царевич, вытащил из рыхлого снега свою шапку, отряхнул и нахлобучил на голову. Запрыгнул на коня и повернул назад. – Что-нибудь позже придумаю, - услышала я сквозь навалившийся сон обещание гаденыша и заснула окончательно с мыслью «а мы это ещё посмотрим».

***

- Ты хоть живая? – меня осторожно потрогали, шебурша чем-то мягким по спине. – Ну и как я её батюшке покажу? – следом этим же голосом вопросил царевич какого-то собеседника. Возможно, коня. – Как пить дать, братья засмеют. Ты это, давай просыпайся, знакомиться с родней будем, - снова потыкал меня, судя по ощущениям, второй рукавицей, так как на первой я уже лежала на животике, раскинувшей лапки в стороны и вытащенной из-за пазухи.

Это я разглядела, когда приоткрыла правый глаз. Слезший с коня Иван держал меня перед собой на ладони и пытался своим горячим дыханием, дуя мне в мордашку, оживить. Или реанимировать, если решил, что я уже того, окочурилась. Добрый малый. Сначала всячески от меня отнекивался, собираясь оставить на снегу в двадцатиградусный мороз, а теперь пожалел. Не, у него точно не всё нормально с головой. Теперь понимаю, почему до сих пор неженатый. Ни одна последняя дура за такого не выйдет.

Ага-ага. Поэтому Кощей с Ягой решили воспользоваться моим плачевным состоянием и пристроить Ваньку, женив на мне. Ох, горюшко моё! Ну, держитесь, паразиты! Я, конечно, царевича на себе женю. Иначе я – не я! Но и до вас доберусь. Вопрос – нафига этой сказочной парочке женатый царевич? Такое впечатление, что от этого зависит что-то такое… не знаю что. Но очень интересно узнать.

Открыв и левый глаз, я узрела прямо по курсу полные бледно-розовые губы, сложенные трубочкой будто для поцелуя, и не преминула этим воспользоваться, решив пошутить. Чмокнула в ответ, подобрав под себя лапы и приподнявшись. Хотела засмеяться, когда Иван ошарашено дернул головой назад и вытаращил от удивления свои гляделки, но внезапно ощутила прокатившуюся по всему телу приятную дрожь и сама удивилась. Какого чёрта?

- Ты меня снова морозить собираешься? – первой пришла в себя, когда по спине вслед за первой волной прокатилась вторая, менее приятная и холодная. – Тащи во дворец уже, - огляделась по сторонам, заметив, что стоим мы (я, царевич и Сивка) у входа в деревянный двухэтажный терем с широким крыльцом.

При дневном свете (по моим меркам сейчас должно быть утро, не раннее, а ближе к обеду), несмотря на спрятавшееся за низкими снежными тучами солнышко, видно было хорошо. И небольшие квадратные оконца с тремя стеклами, разделенными деревянными перегородками, и резные с завитушками наличники вокруг них, и тёмная в конце лестницы некрашеная дверь, обитая железом, и вертлявый петушок на коньке крыши, свидетельствовали, что царство не сильно богатое, но и не бедное.

По крайней мере, мне так показалось. Не факт, что на самом деле это правда. Разберемся позже. Но терем был реально сказочный, похожий на жилище одного персонажа из моего детства – Морозку. Кстати, богатого колдуна, одаривавшего золотом и каменьями девушек, зачем-то сидевших под ёлками вместо того, чтобы дать дёру и вернуться в деревню. Ну, сказка же. Насколько помню в «Царевне-лягушке» дворец государя попроще был и лето. Почему сейчас-то зима, если я туда попала?

Нестыковочка.

Ладно, подумаю об этом позже.

Окинула взглядом довольно обширный двор, огороженный частоколом из крупных бревен и расчищенный от снега, но странно пустой. По идее здесь должны топтаться кони и бегать слуги. Хотя… зимой… Какая у них тут работа, если всё сделано? Лучше у печки сидеть и нос на мороз не показывать, а скотину в теплой конюшне держать.

- Идем, - вздохнул Иван, погладил свободной от меня рукой по морде Сивки и стал подниматься по лестнице.

В этот момент дверь распахнулась, и на пороге показался здоровенный плечистый сорокалетний мужик с окладистой бородой, в серой рубахе, более темной жилетке, полосатых штанах и черных валенках. Увидев нас, охнул, ахнул, всплеснул руками и, развернувшись на пятках, понесся куда-то вглубь терема, громко крича:

- Батюшки, батюшки! Иван-царевич вернулся! Не один! Со стрелой!

Тотчас пространство вокруг заходило ходуном. Захлопали двери, забегали люди, зашуршали быстрые шаги, и пока я успевала вертеть по сторонам головой, чтобы хоть что-то разглядеть, царевич скоренько добрался до большого зала, где видимо и собралась моя будущая многочисленная родня.

- Вот, - остановившись у порога, Иван вытянул руку вперед, показывая меня. – Сами видите, не могу я жениться.

В ответ раздался разочарованный вздох присутствующих.

И несколько пар глаз уставились на меня, разглядывая.

У противоположной стены в центре на деревянном троне (вернее на стуле с подлокотниками и высокой резной спинкой), поставленном на постамент из двух ступенек, сидел седой пожилой мужчина со стриженной под горшок прической и седой же недлинной бородой. Видимо царь. Странно, что без короны.

Далее по обе стороны постамента расположились стоя два темноволосых парня. По возрасту – лет за тридцать или около того. В обычной славянской одежде (как и у царя) – разноцветных рубахах и коричневых штанах. Рядом с ними пристроилась тоже стоя пара каких-то девах в сарафанах до пола, полная в возрасте бабёнка в кофте и юбке, несколько слуг мужского/женского пола и наш встречающий.

Я тут же подобралась, усевшись на Ванькиной рукавице на попу, привычно поправила корону, которая всё время съезжала назад, но самое интересное с головы не падала, и, сузив глаза и растянув губы, улыбнулась присутствующим. Не знаю, как я им показалась со стороны, но я старалась произвести благоприятное впечатление. Насколько это возможно в образе зеленой лягушки. Вы ж наверняка знаете, что важно не только жениху понравиться, но и его родне.

В полной тишине (чё-то народ на меня как-то вяло реагировал) внезапно вспомнила, что стрела, мое доказательство невесты, осталась торчать в петле тулупа царевича. Может, царю-батюшке этого не хватало, чтобы меня признать? Кощей ведь говорил «не выпускай». Я оглянулась назад, прицелилась и прыгнула на Ивана, тут же поняв, что совершила глупость, соскальзывая вниз. Да, да, липучек на подушечках пальцев как у Человека-паука у меня не оказалось.

Хорошо, что успела ухватиться передними лапками за древко и на нём повисла, оказавшись на уровне некоего мужского места, потому что стрела острием застряла в петле. Раскачавшись и вытянув вниз задние лапки, я попробовала её выдернуть, но не получилось. Поняла, что выгляжу глупо, болтаясь у «той самой» выпуклости Ивана, и перестала трепыхаться.

Покрепче вцепилась левой лапкой в деревяшку и правой радостно помахала народу. Удовлетворенно подумала, что условие принятия меня в невесты выполнено – стрела в руке, а я со стрелой. Ну, что скажете?

- Фу-ух, - одновременно выдохнули зрители на моё приветствие и открыли рты, будто я только что удачно завершила смертельный трюк эквилибриста в цирке. А потом стали переглядываться и что-то друг другу шептать. – Шу-шу-шу…

- Вань, подними меня, - тихонько сказала я и дернула за тулуп парня, который за те несколько секунд, что я скакала, даже не шелохнулся, по-прежнему стоя с протянутой рукой. Он что, не заметил, что меня там уже нет? Идиот. – Вниз посмотри.

- А я надеялся, у тебя хватило ума сбежать и спрятаться за печку, – также тихо ответил царевич и наклонил голову. Увидел, что я вишу около… того самого и хихикнул, разозлив меня.

- Давай, поднимай, - скомандовала я. – И стрелу не забудь вытащить, - ни за какие коврижки не собиралась моё доказательство выпускать.

- Ладно, - вздохнул Иван и усадил меня обратно на рукавицу, где я устроилась как на картинке из известной сказки. Лягушка, корона, в лапе стрела. Всё в комплекте. И тут мой жених заявил на весь зал. – Я на этом жениться не могу!

- Что значит, не могу? – рявкнул в ответ царь и грозно поднялся с трона. – В нашем государстве никто установленных правил нарушать не смеет. Даже царский сын! – топнул ногой по постаменту. – Если девушка поймала стрелу… - перевел взгляд своих карих глаз на меня и спросил. – Ты ведь девушка? – и продолжил, когда я согласно кивнула, лупанув гляделками. – Жениться на ней обязан!

Если он спрашивал в таком плане, что я не мужик, то определенно девушка. И определенно не соврала. А вот в более узком, другом плане – в нашем мире смешно быть девушкой в двадцать пять лет. Скажем так, эту интимную подробность я утаила. С другой стороны, конкретику никто не уточнял.

Ещё я подумала, что дело с нашим знакомством повернулось совсем не так, как в сказке. Насколько помню, над Иваном сначала братья смеялись, что лягушку в дом притащил, а уж потом выбор сына одобрил отец. Сейчас же народ не смеялся, а подозрительно молчал и чего-то ждал.

И мне перестала нравиться идея моего замужества.

__________

Дорогие друзья! Рада приветствовать вас в этой истории. Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять её и узнать всё о приключениях Василисы и сказочных героев. Ваши комментарии и звезды – лучшая поддержка книге, мне и моему чуткому Музу! Подписаться на мою страничку можно здесь:

- Вот видишь, чего и следовало ожидать, - прошептал Иван в ответ на отцовы слова явно мне. – Вляпалась ты, голубушка, по собственной вине. А теперь ещё и мне расхлебывать, - по сложившейся уже традиции шумно вздохнул, показывая, что моё дело швах. Или жмых по-кощеевски. – Познакомилась, увидела родню?

- Угу, - хмыкнула я, но прятаться за печку, как советовал царевич, не торопилась.

Во-первых, я ужасно любопытная. Да, любопытство сгубило не одну кошку, но это не ко мне. Меня никогда ничего не останавливало. Во-вторых, я люблю детективы и вместе с автором пытаюсь строить логические цепочки – кто преступник, частенько оного угадывая. Если честно, то почти всегда. Поэтому, наверное, привыкла в каждой непонятной загогулине искать второе дно.

В данном случае мне страшно интересно, почему царь и родня не смеется над Иваном и совершенно не против, чтобы он женился на лягушке. Это ж ненормально вообще-то.

Первый вариант, который сложился у меня в голове такой. Царь и братья-царевичи – какие-то маньяки. Может, зоофилы. Это начала я с самого жуткого предположения. И все тут женятся на зверюшках. Пусть и сказочных. Пипец. А Иван продолжать традицию не хочет и делать меня своей женой не собирается. Значит, умный он, а родня… ну, вы поняли.

Второй вариант – наоборот. Женив на лягушке Ивана, ушлые братцы хотят признать его недееспособным и отжать строительный бизнес. Другого объяснения, что они рады (?) моему появлению, я не нашла.

Третий… Нет, ещё не придумала, но вполне вероятно, что сложится и третий, и четвертый варианты. Так что буду выяснять по мере расследования. Поэтому решила досмотреть цирк с моим появлением до конца.

- Бери квакушку, ничего не поделаешь, - распорядился царь, благословляя Ивана. – Всем разойтись, - махнул рукой, прогоняя свиту и старших сыновей. Спустился с постамента и подошел к младшему. – Не кручинься, сынок, на всё воля богов, - по-отечески обнял за плечо, затем отпустил, похлопал по спине и пошел вслед за расходившимся народом.

- Батюшка, - окликнул его Иван. - А как я внуков-то тебе строгать буду? Куда я ей «это самое» присуну? – покрутил меня, оглядев со всех сторон.

Так-то умный вопрос, актуальный, без учета абсурдности ситуации. Жена же буду ему. Я задрала глаза наверх, рассматривая царевича. Всерьёз он или нет? Не поняла. Парень не улыбался, но мог и шутить. Однако с расчетом того, что я не человек, вопрос все-таки странный. Ухмыльнулась про себя – а Ванька-то, похоже, знает, что с девицами в постели делают. А потом меня немного кольнула ревность. Вот ведь гад.

- Твоя невеста, ты и ищи. Разберешься, - отмахнулся царь, спрятав в бороду улыбку. Видимо вспомнил, как в детстве лягушек через соломинку надувал. Ох, не нравится мне это. – Гаврила! – позвал встречавшего нас мужика, стоявшего у правого выхода (в зале их было три – через который мы с женихом зашли, и по обеим сторонам от трона), и что-то зашептал тому на ухо, а я услышала обрывки фраз. – Пиши Кощею шифровку… Посылка получена…

Так и есть! Заговор! Не зря я подозревала, что дело с женитьбой Ивана не чисто.

***

Несколькими часами ранее, около полуночи, наверное.

Поскользнувшись под ёлкой, хряснулась я затылком знатно, что сознание потеряла. И видимо была в отключке некоторое время, потому что очнулась с закрытыми глазами лежа на спине, а надо мной охал чей-то женский голос. Не Ленкин и не Настин, а взрослой сердобольной женщины.

- Бедненькая, ой-ё-ёй. Как же ты так? – хлопотала дама, обмахивая меня какой-то тряпкой. Шарфом, предположительно.

Интересно, куда подевались мои подружки? В «скорую» звонят?

- На что только не идут девицы, чтобы к нам попасть и за царевича выйти, - произнес где-то вдалеке недовольный мужской голос сочного приятного тембра в полной тишине, что абсолютно не соответствовало праздничному предновогоднему шуму у ёлки. Даже музыка почему-то не играла. – А эта вовсе не из нашенских, судя по одежде. Иностранка какая-то. Из тех идиоток, кто в тканевых шубах зимой ходят. Откуда только про нас узнают, хотелось бы знать.

- Сам же говорил, чтоб раскрутиться, реклама нужна, - ответила ему женщина, перестав меня обмахивать. – Я и послала ворона, чтобы он весть о наших услугах разнёс. Все ж молодушки замуж хотят. Не обязательно за царевича, но гарантированно. А мы это предоставляем, - помолчала, меня разглядывая. – Чё делать-то с ней? Похоже, переход трудный был. Никак не опомнится. Схожу-ка за водой.

Если вы думаете, что я сразу смекнула, что попала куда-то не туда, опять ошибаетесь. Я решила, что тут больница, в которую меня после падения привезли. Во-первых, тишина, присущая данному виду заведений, а во-вторых, моих подружек рядом не было, следовательно, в коридор выгнали. Логично? Угу. А то, что разговаривают врач с медсестрой о чём-то своем – тоже понятно. Может, кабинет частный открыли и обсуждают. Ворон? Фамилия маркетолога, который продвижением у них занимается.

Но что-то меня останавливало открывать глаза.

- Не буду я сегодня работать, хоть убей, - мужчина засмеялся так, что от стен откликнулось эхо вслед за ним «хо-хо-хо». – Карачун сегодня, последний день праздника моего любимого. Профессионального, кстати, - снова хохотнул.

- Убьешь тебя, как же, - фыркнула дама. – Поди, найди твою иглу. А работать, Кощеюшка, придется. Надо бедной девочке помочь.

- Да почему сегодня-то её принесло?! – возмутился мужчина. – Ты, Яга, сама в журнале заявок посмотри, - зашуршал бумагой, что-то перелистывая. – Нет никого у нас. Я с девятнадцатого числа на всю неделю никого не записывал, к юбилею готовился и отмечать собирался, - хлопнул ладонью по столу. – Кто это вообще? – явно поинтересовался про меня.

- Дубина ты стоеросовая, - ругнулась на него дама, приближаясь ко мне. – Раз девочка здесь, значит, ей сильно надо. А Карачун ты и позже отметить можешь. Твой братец Чернобог чай не обидится, если ты после всех приедешь. Ты главное подарки заранее пошли. Он пока их разбирать станет, про тебя и не вспомнит, жучила жадная, - прыснула мне в лицо водой.

От неожиданности я, конечно, вздрогнула и стала быстренько вытираться, чтобы не размазались накрашенные ресницы. Потому как вскоре, вероятно, придется домой возвращаться. Не с черными же разводами на щеках по улице идти.

По разговору поняла, что не в больнице нахожусь, а в каком-то офисе, куда меня притащили, чтобы на снегу не замерзла, пока «скорая» едет. А подружки машину встречать побежали, оставив меня на попечение этой разговорчивой парочки. По предположению – директора и бухгалтера какой-то фирмы по организации праздников.

- Очухалась? – тотчас подскочив, надо мной склонился лысый мужик, на голове которого (в свете огромной люстры под потолком) сверкала темным блеском корона. Вроде стальная. Не думаю, что платиновая, уж больно громоздкая. А если из платины, то стоила бы как моя однокомнатная квартира. Так что вряд ли. – Уж замуж невтерпеж? – спросил заинтересованно и стал сверлить меня своими серыми глазами, разглядывая.

Я в ответ тоже.

Кроме короны – мужик как мужик. Обычный. Высокий, лет пятидесяти или чуть больше, стройный, с широкими плечами, возможно в спортзале качается, несмотря на возраст. Немного симпатичный, с чётко очерченными худыми скулами и прямым носом. Одет в кожаный плащ по колено, сшитый в виде древних доспехов с наплечниками, ниже кожаные обтягивающие штаны и высокие сапоги, всё черное.

Меня в облике мужчины ничего не удивило. Даже корона. Ясно же, что он в костюме для представления или переодеться после спектакля не успел. Перед Новым годом каких только сказочных героев на корпоративы не заказывают. Этот Кощея Бессмертного видимо изображает, как дама назвала, а я слушать умею.

- С чего вы взяли? – фыркнула ему в ответ, оглядывая помещение, где, как оказалось, лежала на полу. Диванчика пожалели, гады. Покрутила головой по сторонам и поняла, что кроме письменного стола, стоявшего неподалёку, в комнате без окон странно бесконечно большой ничего не было. Лишь пол из кафельной темно-серой плитки да более светлые обои с серебристыми прожилками, судя по неровностям жидкие. – Так плохо выгляжу? – попыталась пошутить и приподнялась, усаживаясь.

- Ты замуж хочешь? – не оценил мою шутку мужчина и задал следующий вопрос, по-прежнему нависая надо мной.

- В принципе да, - кивнула я.

Конечно, когда-нибудь замуж выйду, когда принца на белом коне встречу. А пока на моем жизненном пути попадались одни самовлюбленные козлы, красавчики, вокруг которых надо было скакать и ими восхищаться. А может, просто не везло? Или я парней выбирать не умею? Сдается мне, и то, и другое. Поэтому полгода назад поставила на паузу любые любовные отношения, расставшись более-менее мирно, без боя посуды и вышвыривания чемоданов, с последним «прынцем».

- Вот и ладушки. Договор заключен, - довольный мужчина протянул мне руку, чтобы помочь встать, я в неё вцепилась и…

Не-не-не, так не бывает!

Как только наши ладони соприкоснулись, нас охватило сине-голубое пламя, которое посверкало искрами фейерверка, ничего не сжигая (я больше за свою новую зимнюю куртку боялась), и вскоре потухло, исчезнув без следа и последствий.

Угу. Я так думала, встав с пола и ощупав куртку на груди, спине и попе, не обнаружив дыр. А последствия оказались очень плачевными, о чём узнала пяти минутами позже от Бабы-Яги, как представилась дама.

Дядечка к этому моменту уже улизнул, крикнув нам на прощанье:

- Всё остальное завтра утром. Братец не любит долго ждать.

- Зараза, тьфу, - дама смачно плюнула вслед мужчине, растворившемуся у меня прямо на глазах, я их даже потерла, подумав, что глюки, и напряглась, чувствуя какой-то подвох. – Вечно он так. Лишь бы не работать. А нам за эти хоромы скоро аренду Хозяйке Медной горы платить, - пожаловалась мне, поправляя шелковую красную косынку в крупный белый горох, затянув посильнее завязанные надо лбом концы.

Реально как у Бабы-Яги из сказки. Только остальное в её облике оказалось совсем не похожим на носатую сгорбленную старуху с седыми волосами.

Женщина, ровесница мужчине, яркая брюнетка (наверное, крашеная) носила удлиненное каре и челку. Имела пронзительные голубые глаза, не поблекшие от возраста, была в меру полной, с приличного размера грудью и попой, между которыми проглядывали остатки былой талии. Одета в строгое с длинным рукавом темно-синее офисное платье из тонкой шерсти, теплые колготки и короткие кожаные сапоги почти под цвет платья, но всё-таки немного светлее.

- Пришла в себя? Теперь соберись, - посоветовала мне Яга, стоявшая облокотившись левой рукой о стол. – И раздевайся, у нас тут тепло. Чудь белоглазая хорошо топит, - нырнула под стол и, пока я в пустой комнате искала глазами вешалку, вытащила деревянную изогнутую палку на четырех лапах и с двумя лосиными рогами наверху. Поставила рядом со мной. – На.

- Спасибо, - поморгала я своими зелеными глазами, убедившись, что тушь с ресниц не осыпается, и улыбнулась даме.

- Неужели в этом можно зимой ходить? – спросила та, наблюдая, как я снимаю с себя белую маленькую сумочку, перекинутую через плечо, и финскую зеленую куртку из какого-то синтетического суперутеплителя.

- Можно, поверьте. До минус пятидесяти выдерживает, так на этикетке написано, - подтвердила я, вешая куртку на один из выступов рога, а на другой закидывая вязаную белую шапку с пушистым помпоном.

Пригладила на висках взлохмаченные светло-каштановые волосы, заплетенные в косу до пояса, и заправила за уши выбившиеся прядки. Потрогала затылок, нащупала там здоровую шишку и тихонько ойкнула, сморщившись от боли.

- Тряпочная ведь, - хмыкнула Яга, удивив меня, потому что натуральные меховые шубы редко кто уже носит, давно перейдя на такие вот куртки-пальто. Моя к тому же была длинной и точно не продуваемой. Проверено. – Ой-ё-ёй. Пятьдесят. Выдерживает, - сокрушенно качнула головой. – Видать, совсем ты из захудалого роду, коли этим кичишься. Небось, последние деньги родня выскребла. К кому ж тебя пристроить-то? – поставила у стола деревянный стул с резной спинкой, неизвестно откуда взявшийся.

Секунду назад его нигде не было. Зуб даю. Но я, похоже, перестала удивляться, решив, что это сон или вариации сознания при сотрясении мозга. Поэтому на стул уселась, не раздумывая, закинув ногу на ногу, а потом поёрзала и сменила позу. Синие джинсы в обтяжку давили на живот и сползали со спины, оставляя голой поясницу между штанами и белым коротким свитером. Неудобно.

Так что теперь я сидела как примерная ученица, поставив на пол ноги в белых кожаных ботинках на натуральном меху ровно друг к другу, сдвинув вместе колени и положив на них ладони, сомкнутые в замок. Уставилась на даму, которая по-прежнему стоя с другой стороны стола напротив меня, что-то искала, склонившись к толстой амбарной книге, её перелистывая и кусая губы.

- Даже не знаю, кто тебе подойдет, - тихо сказала Яга себе под нос, остановившись на одной из страниц. Затем подняла на меня глаза, ну точно так, как наша классная в школе, когда уже выбрала жертву для вызова к доске. Прищурилась, оценивая, подготовилась я к уроку или нет, а потом вдруг ойкнула. – Ах да, чуть не забыла, - выпрямилась и торжественно произнесла. – Брачное агентство «Царевна-лягушка» приветствует вас!

Щелкнула пальцами, и позади неё за головой тотчас загорелась соответствующая надпись с названием агентства, причем появившаяся в воздухе. Не на стене, не на щите рекламном, а просто в воздухе светились завитушки с буквами.

- Что-о-о? – у меня вытянулось лицо и чуть не выпала челюсть, потому что в голове вообще всё перемешалось.

Это шутка такая? Вместо того чтобы приводить меня в чувство и прикладывать холодное на затылок, девчонки притащили меня сюда?

Я, конечно, понимаю, что они суперзаботливые и хотят выдать меня замуж… Вернее, как говорит Ленка, пристроить к крепкому плечу, на которое можно опереться. Один раз я воспользовалась их советом, оказавшимся, впрочем, самым безболезненным при расставании. Это когда моя посуда осталась целой. А в остальном… ну, не хочу я пока кого-то искать, а тем более бежать в брак сломя голову под присмотром какого-то сомнительного агентства.

Это ж надо название такое придумать?! «Царевна-лягушка»! Понимаю – царевна. Но лягушка? Вряд ли находится много желающих стать зеленым земноводным в болоте, пусть и богатого жаба. Ещё строят из себя офигенскую занятость – толстенный журнал для записей в очередь, огромный выбор – кто же мне подойдет, и… а, хватит. И плевать на спецэффекты со свечением букв за спиной дамы. Не возьмешь меня этой мишурой!

- Спасибо, что привели в чувство, - поблагодарила я Ягу (буду пока называть её так) и поднялась со стула. – Но мне ваши услуги не нужны, - направилась к вешалке за курткой, собираясь одеться и уйти. А потом навалять морально своим подружкам, чтобы больше не придумывали за меня, что делать мне с моей одинокой, но счастливой спокойной жизнью. – Где у вас выход? – так и не обнаружила ни одной двери. Наверное, в стенах замаскированы под обои.

Под растерянным взглядом дамы, которая молчаливо проследила за мной до вешалки, я вытащила из сумочки телефон и включила приложение «Уникс-такси». Оно сначала задумалось, долго висело, а потом все же открылось и начало искать мою геолокацию, показывая на экране сплошное серое поле с бегающей красной отметкой.

- А какой у вас адрес? – спросила я через некоторое время, решив, что произошел сбой то ли в программе, то ли в привязке к местности. – Лучше на такси уеду и не буду этих дур дожидаться, - прокомментировала свои действия даме, сильно рассердившись на подруг.

- Кощеево царство, Тритринадцатое государство, Медная гора, пещера номер один, - на автопилоте произнесла Яга, а потом уставилась на меня с ещё большей растерянностью. – А ты разве не знаешь?

- Перестаньте прикалываться, - попросила я и строго посмотрела на даму в ответ. Подумала, продолжая держать телефон в левой руке, что немного подожду, пока приложение само найдет меня на карте города, и тогда поскорее смоюсь из этого странного места. – Уже не до шуток. Вы их для корпоративов оставьте. Я ведь серьезно спрашиваю, куда такси вызывать. Какая здесь улица и номер дома?

- Такси? – переспросила меня Яга, подозрительно прищурившись. – Это кто такие? Контрабандисты? Которые в обход чуди решили невест к нам доставлять? Найду, заморышей, убью, - громко захлопнула свой журнал. – Нет, в лягушек превращу, - шлепнула сверху ладонью и недобро сверкнула огнем, блеснувшим в черных зрачках, отчего синие глаза стали ярко-зелеными. – Пусть на болоте популяцию расширяют.

А я почему-то подумала, что так и сделает. Очень уж Яга стала похожа на настоящую Бабу-Ягу со скрюченными длинными пальцами, с вытянувшимися острыми ногтями и крючковатым носом. Но буквально на секунду. Или мне вообще показалось? Однако дама была реально зла. Зла на такси? Я снова стала думать, что это сон, и чтобы успокоить брачную агентшу из какого-то прошлого века, где такси явно не существовало, начала объяснять, что это такое.

- Машина с водителем по вызову. Довольно удобно и очень быстро прилетает…

- Мужчина по вызову? Прилетает? – перебила меня Яга и рассмеялась. – И какой он? Симпатичный? – явно заинтересовалась услугой, думая о чём-то своем.

- Разные бывают, - пожала я плечами. – И высокие, и худые…

- Разные?

- Угу, выбирать не приходится. Кто свободный, тот и берет заказ.

- Так это эльфы Санта-Клауса! Стервецы! – не знаю, из чего Яга сделала такой вывод. – Никогда не любила этих иностранцев и всегда подозревала, что налево от деда подрабатывают. Устрою я им взбучку, когда поймаю. Ишь, вздумали нелегально на своих санях молодушек через границу переправлять. То-то Кощей по одежке иностранку в тебе признал, а я в предварительных записях ничего о тебе не нашла. Пролетела ты девица с замужеством, обманули эльфы, - развела руками.

- Вот и славно, - я облегченно выдохнула, обрадовавшись, что меня задерживать больше не станут, и потянулась к куртке.

- Ой! – Яга неожиданно вскрикнула и тотчас закрыла рот ладошкой. – Ты ж с Кощеем теперь связана… - пробормотала тихо.

Моя рука замерла, зависнув над курткой, и я повернулась к даме. После её слов мне подозрительно стало тревожно, потому что в интонации, приглушенном шёпоте, придавленной кулаком губе, сложенных на груди руках, правая подпирала левую, и ошарашенный взгляд подразумевали что-то нехорошее.

- Что значит, связана? – спросила я первое, что пришло в голову. – Я никаких документов не подписывала, - уж это чётко знала. Да и не согласилась бы, если б мне что-то про замужество подсунули. – А если девчонки о чём-то с вами договаривались, так это их проблемы. С ними и решайте, - сказала менее уверенно, увидев, как встрепенулась дама и начала что-то быстро-быстро писать прямо в воздухе золотым гусиным пером, от которого появлялись золотые светящиеся буквы.

- Сейчас у Кощея уточню, - сказала Яга и стала закручивать кончиком пера написанное, которое вскоре свернулось в маленький блестящий шарик, а потом и вовсе исчезло как дым на ветру. – Подождешь немного? – вопросительно посмотрела на меня и, вытащив из-под стола стул, устало на него плюхнулась.

Надо ли говорить, что и этого стула там ранее не было? Ну, вы поняли. Такое впечатление, что детали интерьера хранились в одном из ящиков в сильно уменьшенном виде, вплоть до игрушечного, а когда вытаскивались, приобретали свой настоящий размер. Как в сказке. Или во сне, когда многое противоречит обычным физическим законам, да и логике в том числе. Так что я лишний раз утвердилась в своем предположении, что это сон. Наверное, в больнице сплю.

Надеюсь, мне не сделали трепанацию черепа?

- А чего ждать? – фыркнула я недовольно. – Ваши непонятки разруливайте сами. Без меня. А мне домой пора, - стала одеваться, начав с куртки, которую не застегнула, засунув руки в рукава, и стала натягивать шапку. Подумала, что вечно криво получается без зеркала, поискала его глазами и наткнулась на Ягу, читавшую прилетевшую ей записку, лежавшую на столе. – Ну, что там? – спросила без интереса, из вежливости, мне действительно было всё равно, что ответил директор агентства.

- Кхм, - кашлянула дама и перевела взгляд с послания на меня, пытавшуюся определить, на какой бок глубже надеть шапку, чтобы стало ровнее. – Хочешь, не хочешь, а придется тебе, красавица, замуж выходить. Потому что пока не исполнится твой договор с Кощеем, скрепленный рукопожатием, ты в своё царство не попадешь. Вот так.

- На кой чёрт мне ваше царство? – возмутилась я, оставив шапку в покое, сдвинутой на правое ухо. – Мне в Красногородск надо. Нет у нас никаких царств, а государство Российское. Это я для тех кто в танке поясняю, - меня всё же кольнула мысль, что что-то не так в моём сне.

Сказанному сильно удивилась Яга, а затем у нас случился длинный разговор, в процессе которого мы выяснили, что…

Вообще-то, если честно, не только разговор. Сначала я решила проверить, сон это или нет, для чего стащила с вешалки сумочку, аккуратно положила её на пол, схватила вешалку за кривую ость и, размахнувшись, со всей силы обрушила лосиные рога на даму. Со словами «врёшь, не уйдёшь», понеслась за ней с палкой наперевес, увидев, как Яга мгновенно исчезла перед моим нападением и появилась в нескольких метрах от разбитого стола.

Следующий мой замах тоже упал в пустоту, а запыхавшаяся дамочка с растрепанными волосами и сдвинутой на затылок косынкой оказалась ещё дальше от меня, покрутила указательным пальцем у виска и заорала:

- Сбрендила? Ты знаешь, сколько этот стол стоит? Его сам папа Карло строгал!

- Не ври! Ты ж иностранцев не любишь! Небось, из Берендеева царства через Оззон доставили, – крикнула я в ответ и побежала в её сторону, держа вешалку рогами вперед, надеясь ими пригвоздить ведьму к стене и заставить её отправить меня в мой мир вне всяких договоров. К этому моменту мы уже успели выяснить, что я не отсюда. – Счас покажу тебе, где раки зимуют!

- Ага, как же! Держи карман шире, - Яга видимо тоже вошла в азарт, ловко увернулась от вешалки, подскочив вверх как молодая лань, и запрыгнула внутрь деревянной ступы, летевшей в этот момент у меня над головой.

Я успела шарахнуть рогами в днище, крепко (а со злости я сильнее в несколько раз) вонзила их в дерево, тут реально вышло случайно, и, вцепившись в ость, полетела куда-то вместе с транспортом и его пассажиркой, чувствуя, что под ногами воздух, а до пола прилично далеко. Нет бы мне взмолиться и попросить прощения за дурость, так ведь нет. Куда там! Я полезла по палке вверх, как учили взбираться по канату на уроке физкультуры, упираясь ногами и переставляя руки.

Вот доберусь до Яги и…

Я – худышка среднего роста и очень гибкая, в детстве легкой атлетикой занималась, так что забралась по вешалке довольно быстро, упершись головой в днище ступы. Хорошо, что та летела ровно и туда-сюда не скакала, хоть и забралась под самый потолок пещеры (как назвала Яга свой офис) и там кружила. Похоже, дама искала меня, потому что сначала мы сделали круг, облетев стол, затем круг пошире, а потом Яга свесила голову вниз.

Подтянув ноги под себя, я скрючилась и оказалась полностью под днищем, так что она меня не увидела.

- Эй, ты где?! – крикнула Яга, и мы пошли на следующий круг.

Забраться в саму ступу я не могла (чем только думала, когда в вешалку вцепилась?), видела же, что в летательный аппарат сверху запрыгивать надо. Выглядел он как обычная цилиндрическая бочка-кадушка, выдолбленная целиком из ствола какого-то дерева, с бортами примерно до пояса. И моего, и Яги. Поэтому дотянуться до верхнего края я не могла даже при самом большом желании – длины руки не хватило бы. Вот и решила дождаться, когда Яга свесится пониже, чтобы до неё достать.

Мне до сих пор хотелось сжать ей горло и прошипеть прямо в глаза «А ну отправляй меня домой, а то шею сломаю». Сделать, конечно, этого бы не сделала, и даму жалко, и не вышло бы, но припугнуть собиралась. И может от души стукнула бы мягким местом кулака ей по лбу. Мысль, что я реально провалилась из своего мира в какой-то другой, вызывала во мне ужас, и думать рационально я не могла.

Сильнее сжав ость палки коленями и перекрестив ступни, я освободила правую руку, приготовившись к появлению Яги. По идее она должна была наклониться ниже, чтобы увидеть меня, и я собиралась схватить её за волосы. Пришлось бы ей, чтоб не лишиться оной части красоты, затаскивать меня в ступу. А там я… в общем, по плану.

Но вместо дамы ко мне спустилась метла, за часть которой (чуть выше веника из прутьев) я, совершенно не думая о последствиях, ухватилась обеими руками, как обезьянка повиснув на ногах. Лихорадочно стараясь удержаться на вешалке, предсказуемо (могла бы догадаться) всем весом навалилась на метлу и начала падать головой вниз. Потому что не ожидая, что метла в мгновение ока потяжелеет на полсотни с гаком кило, Яга с громким криком «ёть твою» выпала из ступы, повиснув на другом конце.

Хрясь!

Теперь уже Яга дернула меня вниз своим весом, отрывая от вешалки.

Вот так вдвоём, держась за разные концы черенка, мы стали падать.

- Стоять, Зорька, - скомандовала Яга, и метла замерла в паре метров от пола. Я сначала поболтала ногами, пытаясь дотянуться до него, думая, что пол ближе, а потом скосила глаза и измерила расстояние. Высоко. Случайно пнула Ягу. – Ой, - взвизгнула та и пнула меня в ответ, а я её…

Когда обе устали и снова повисли как дохлые курицы в убойном цехе, с той лишь разницей, что головами вверх, Яга сказала, шумно дыша:

- А я всё не верила, что ты другая. Думала, врешь. Теперь вижу. Не наша ты. Наша бы побоялась за мной гоняться. Я ведь и в лягушку превратить могу. Может, мир? И разберемся, что с тобой не так.

- Давай, - я давно перешла с ней на «ты». Как-то неудобно было кричать «сами вы ведьма» вместо «сама гадина».

Метла спустила нас на пол, и мы уселись за стол, который за время, пока я его не видела, восстановил свой облик. Начинаю верить, что это волшебство. Кстати, ступа так и зависла под потолком с воткнутой в неё вешалкой. Пришлось пристраивать куртку и шапку на спинку стула.

Яга от ступы отмахнулась, сказав «потом починю», и накрыла стол, вытащив из ящика скатерть-самобранку. Та живенько материализовала на цветастой поверхности тарелку с ароматно пахнувшими плюшками, несколько вазочек с вареньем и две голубенькие чашки с чаем, мятой и чабрецом.

В ходе обсуждения моего странного появления в агентстве «Царевна-лягушка», я поняла, что:

- никак оказаться здесь не могла;

- из моего мира никто и никогда сюда не попадал;

- как вернуть меня обратно – пока задачка с множеством неизвестных;

- Яга точно вернуть не может, надо спросить Кощея;

- но если бы они вернуть могли, без исполнения брачного договора, не получится;

- выйти замуж придется, чтобы развеялась магическая печать.

Это вкратце. А так-то просидели мы с Ягой до полуночи, перейдя после чая, от которого начало булькать в животе, на сладкий двадцатиградусный напиток из красной бузины. Ага, ягода вроде ядовитая, но вку-у-усна-ая… и по голове даёт.

- А полетели-ка мы к Кощею прямо сейчас, чё утра-то ждать, - заявила Яга после не знаю какой по счету рюмки, расхрабрившись. – И плевать, что его придурошный братец меня не приглашал. Видишь ли, у них там мужской междусобойчик, переходящий в который раз в планы захватывания мира. А нам ведь нужнее, да, Василисушка? – мы успели познакомиться, и Василиса моё настоящее имя.

- Да! – еле ворочавшимся языком подтвердила я. – Мне нужнее, а мир и его захват подождут, - лихо замахнула налитой добавки.

- Да! – поддакнула Яга, перегнулась через стол и схватила меня за запястье.

А через секунду мы оказались в совершенно другом месте – коридоре какого-то абсолютно черного каменного замка, судя по всему. Но разглядывать мне было некогда.

- Блин, мы так быстро, я в туалет не успела, - шепнула я. – Тут есть куда сходить?

- Вон туда, - показала рукой Яга вправо, - а потом туда свернешь. Не заблудишься, иди, а я тебя тут подожду. Только побыстрее.

Однако вернувшись, я Ягу не нашла. На её месте стоял высокий широкоплечий парень, на вид годков тридцати, и с интересом меня разглядывал.

Довольно симпатичный. С красно-рыжей растрепанной шевелюрой волос длиной до плеч, желто-карими глазами, прямым носом (чем-то похожим на Кощея, хищным видом, наверное), полными изящными губами и мощной шеей. Одет в черную кожаную куртку-косуху с серебряными заклепками по рукавам и плечам, кожаные же штаны и высокие сапоги. Мне он показался рокером, возможно приглашенным играть на юбилее Чернобога. Хотя с таким же результатом мог быть и самим хозяином.

- Здравствуйте, - остановившись в метре от него, поздоровалась я, изображая культурную девушку. Хотя по этикету первым должен здороваться мужчина. А с другой стороны, если это владелец замка, то первой приветствовать его должна я. Не став дальше углубляться в особенности этикета, сразу спросила. – Вы Ягу здесь не видели? Даму в красной косынке, - пояснила на всякий случай, если мужчина не знает, кто такая Яга.

- Не-а, не видел, - тот мотнул отрицательно головой и странно моргнул. Вернее, моргнул обычно, а вот его зрачки из круглых на мгновение стали узкими продолговатыми и вертикальными. – Ты-то здесь откуда, девица в штанах? – спросил в свою очередь и втянул ноздрями воздух, будто принюхивался ко мне.

- Так я с ней прилетела… - растерянно пояснила я, подумав «чем ему мои джинсы не понравились», и стала осматривать место, туда ли после туалета свернула.

Не поняла. Потому что и впереди, и сзади был высоченный (потолка не увидела, он уходил куда-то ввысь) коридор из черных стен, ровных и блестящих как отполированный гранит. И без каких-либо дверей. Даже если бы я прошла лишнего, всё равно на Ягу наткнулась. Может, не дошла?

- А-а, - понимающе кивнул парень и уперся левым плечом в стену, приняв непринужденную позу, сложив руки на груди в замок и скрестив ноги. – Это она, значит, защиту чертога нарушила. А я-то думаю, кого нелегкая принесла, - уставился на меня с ещё большим интересом. – Ты из их дурацкого агентства? Замуж что ли хочешь? – нехорошо так усмехнулся.

- Как раз наоборот, не хочу, - немного разозлилась я, почувствовав в интонации собеседника долю презрения. – А вообще, какое вам дело? – фыркнула, прищурившись, и откинула назад косу, до этого болтавшуюся впереди.

- Да просто удивился, зачем такой красотке царевича иль боярина искать, когда она и за высшего мага выйти может, составить ему пару и жить припеваючи. Без всякого агентства. Ты в себе так не уверена?

- Вы глухой? Я ж сказала, не хочу я замуж. И не обращалась я ни в какое агентство. И здесь чисто случайно. В ваш мир провалилась. Как-то.

- Хм-м… - задумался парень, проведя глазами по мне с ног до головы, задержав взгляд на груди. – Случайно ничего не случается. У каждого случая есть свои предпосылки и свои последствия, - с философским видом умника изрек довольно запутанную фразу.

- Может быть, мне пофигу. Пойду лучше Ягу искать, - решила я обойти собеседника и двигать дальше, а не болтать на отвлеченные темы.

- Хочешь, верну тебя? – неожиданно спросил тот, когда я с ним почти поравнялась, и, оторвавшись от стены, преградил мне путь. – Я могу, - схватил меня за плечи и наклонился, заглядывая в глаза. – Вижу, хочешь. Да? – его черные зрачки полыхнули огнём, завораживая.

- Конечно, хочу… - успела произнести только это, как почувствовала на своих губах чужие мягкие губы, горячие и властные, принесшие обжигающий поцелуй, от которого я задохнулась, ошеломленно замерла, не пытаясь вырваться, и глупо таращила глаза на волосы парня, вмиг ставшие из лохматых ворсинок твердыми наростами. – М-м… - промычала испуганно.

- Василиса! – услышала где-то далеко за спиной голос Яги. – Ау! Ты где?!

- Ты Василиса? – отпрянул от меня парень, отпуская из объятий. Похоже, теперь пришла его очередь пугаться. – Не-не-не, - замотал головой. – Этого не может быть, - отступил ещё на шаг назад, вернув волосам прежний облик.

- Я здесь! – крикнула я, обернувшись, а когда повернула голову обратно, увидела лишь голые блестящие стены и коридор, куда-то уходящий. Мой собеседник пропал, будто и не было. А я в любом случае застала бы его убегающую спину. – Ничёсе, - удивилась скорости, с какой тот смылся, и пошла навстречу Яге.

- Жду, жду тебя, - произнесла та, запыхавшаяся, когда я оказалась в поле её зрения. – А ты всё не идешь. Думала, не провалилась ли, - хихикнула, представив, видимо, меня по шею в дерьме. – Я уж и с Кощеем встретиться успела, и с Чернобогом поругаться. А тебя нет и нет.

- Я, похоже, заблудилась, - пробормотала я и ещё раз огляделась.

Только сейчас поняла, что коридор идет по кругу, разделяя… Да фиг знает, что он разделял. Но возможно в центре был тронный зал или зал торжеств, где праздновали днюху Чернобога, а с другой стороны находились жилые комнаты, пекарня, кухня и хозпостройки. Странно, что дверей никуда не было. Хотя… если замок, или как парень сказал «чертог», волшебный, то тут можно проходить сквозь стены? И может я как-то протиснулась сквозь одну из них?

- Не переживай, миру пока ничего не грозит, - довольная Яга протянула ко мне руку, подхватывая под локоток. – Братцы-колдуны уже до меня успели наклюкаться, а как распробовали мою наливочку из бузины, которую я с собой прихватила в качестве подарка юбиляру, чтоб сильно не орал, то и совсем того, - хихикнула явно в хорошем расположении духа. – Так что до утра толку от них не будет. Летим ко мне.

- А как же я? – спросила я в пустоту, когда мы оказались…

Где бы вы думали? Конечно, в избушке на курьих ножках! Но!

Почему-то изба выглядела как современный коттедж из цельного бруса, стоявший на высоких сваях на берегу замерзшего озера. Я это разглядела в огромное панорамное окно в свете фонарей, светивших вокруг. А позади вероятно был лес. Но это не точно, так как в ту сторону окон не было. Как не было огромной русской печки, а стояла отлично выложенная из огнеупорного желто-красного кирпича аккуратная печь с плитой и топкой, в которой трещал на поленьях огонь. Как в камине, только за стеклом.

Я видела похожую на даче у родителей Ленки, когда ездили к ним отмечать новоселье. Они так назвали праздник в честь окончания «грандиозного» ремонта, затеянного мамой моей подруги. Надоело ей, видите ли, жить по-старинке, когда дача – это садовый домик для хранения инвентаря. Правда, ремонт ограничился заменой печи, на постройку которой ушли немалые деньги, и переклейкой обоев. Зато теперь можно было наблюдать, как горит огонь, и расслабленно болтать о всякой ерунде.

Сидя рядом в кресле с кружкой чего-нибудь горячего. Как сейчас.

- Пей, не бойся, это чай, - черный пушистый кот, всучивший мне в руки кружку, уселся рядом и заинтересованно меня разглядывал. – Сразу легче станет, - потом обернулся на шаги Яги и возмущенно прошипел. – Ты зачем девочку напоила?

- Она крепкая, чё ей будет? – отмахнулась от него Яга, плюхаясь в соседнее кресло. – Я и Чернобога напоила, и Кощея, - захихикала, вытянув вперед ноги ближе к огню. – Я всё могу! – ну, точь-в-точь вторая моя подруга Настя, когда малость переберет, и тогда ей море по колено.

- Наша новая проблема? – кот кивнул на меня, не став акцентировать внимание на бахвальстве Яги. Видимо, не первый раз наблюдал подобное. – Уж замуж невтерпёж? – повторил слова Кощея с той же язвительной интонацией.

- Да не хочу я замуж, сколько можно повторять-то, - пробормотала я, засыпая.

***

Проснулась в том же кресле, только расправленном, в своих джинсах и пуловере, накрытая меховым пледом, коричневым с белыми цветами. Мех явно искусственный. Интересно, откуда он в сказке? По идее, это должна быть шкура медвежья или волчья, времена ведь ранние. Современное синтетическое производство отсутствует, всё натуральное. А с другой стороны – коттеджа тоже быть не должно.

Мне опять показалось, что я просто брежу, путая вымыслы с реальностью.

Потянулась, выпрямляя руки и ноги, сладко зевнула.

- Голова не болит? – тут же заботливо спросил кот, запрыгнув мне на живот. Уставился в глаза, что-то там высматривая.

- Вроде нет, - помотала я головой, проверяя ощущения.

- Я ж говорила, что она крепкая, - голос Яги возник вместе с ней рядом с креслом по левую от меня руку, а по правую… Кощей с мокрым полотенцем вместо короны. – Не то что некоторые, - фыркнула на него, а тот болезненно вздохнул.

- Может не сегодня, а? – жалобно спросил Ягу.

- Сам накосячил, сам и исправляй. Василисе домой надобно, а ты, старый дурак, в договоре форс-мажор не предусмотрел. Как теперь его отменишь?

- Ну, хотя бы вечером, а? Я маленько оклемаюсь, – продолжал канючить Кощей.

- Да кто ж её в чистом поле ночью-то найдет? Утку тебе в зайца! Она ж лягушкой будет! – Яга не собиралась отступать, подбоченившись и сверкая очами.

Теперь вы понимаете, почему её напарник матерился, бегая за стрелой царевича? Тяжко ему было, бедняге.

- Хорошо, хорошо. Давай сейчас. Быстрей отделаюсь, быстрее отдохну, - согласился Кощей, перестав сопротивляться. – Вставай, красавица, - обратился ко мне, - будем из тебя царевну делать, дочь мою названную, - стащил с головы полотенце и кинул его Яге. – Корону подай, - это уже коту, который тут же поскакал куда-то за печь.

В процессе чаепития за большим круглым столом выяснилось, что брачное агентство колдовской парочки занимается свадьбами, а до этого сводничеством (это я сама такой вывод сделала), царевичей, бояр и купцов богатых, которые хотят не абы кого в жены, а родню великого мага Кощея, ну и Чернобога заодно. Реально тот бог или нет, я не выяснила, но то что он колдун какого поискать, видимо так и есть.

Однако незадача – у Чернобога три сына. А у Кощея и Яги, которая его жена, между прочим, настоящая, всего одна дочь Василиса Премудрая. Умная девушка давным-давно вышла замуж и живет в одном из государств, коих в этом мире несчетное множество, и приезжает с внуками раз в год. В остальное время в Кощеевом царстве скука смертная. Оставались в качестве развлечения лишь планы старшего братца по завоеванию мира, да и те со временем надоели.

То богатыри «властителей» оприходуют, то царевичи одолеют.

А это вообще неинтересно.

Вот и придумала Яга, что на примере Василисиной свадьбы… помните, Кощей на дочь обиделся и в лягушку превратил, а Иванушка вызволял… можно женить и остальных родовитых холостяков. С тех пор и повелось – у колдуна появляется приемная дочь, которую выдают замуж, парни в ходе женитьбы преодолевают определенные трудности и начинают жену ценить ещё больше, а брачное агентство процветает. Всем хорошо.

- Они так Хозяйку Медной горы за Данилу-мастера выдали, - заявил сидевший на печке кот. – Пришлось, правда, тогда попотеть с испытаниями. Там лягушка не прокатила, как и ящерка. А вот каменный цветок…

- Да ладно тебе, - зарделась Яга и смущенно отмахнулась от него ладошкой. – Мы всё мож… - прикусила язык, поняв, что уже вчера с бахвальством переборщила. Со мной-то они лоханулись, получается. – Ты поаккуратнее с этим, - увидела, как Кощей пьет клюквенный морс и запивает его огуречным рассолом.

- Зато та-аку-ущу-ую скидку на аренду пещеры с нашим офисом от Хозяйки получили, - продолжил кот, показывая размер скидки передними лапами, разведя их в стороны на всю ширину. – А у неё самая престижная гора с бизнес-центром.

Странно, но меня нисколько не удивило переплетение историй сказочных персонажей с современными реалиями в виде офиса и бизнес-центра. Наверняка развитие каждого мира движется по какой-то своей модели, забирая из других миров лучшее. Ого! Вот это я выдала идейку, по-умному, философски. Может, я тоже Премудрая?

- И тебя замуж сбаг… кхм… выдадим, не переживай, - Кощей поставил глиняный жбан с морсом на стол и вытер рукавом куртки-доспеха губы. – Мы и кандидатуру подходящую подобрали. Иван-царевич из Трипятого давно жениться хочет. Так что тотчас свадебку сыграем, а ты освободишься от договора.

- Хорошо б поскорее, - кивнула я, соглашаясь на авантюру с превращением меня в лягушку. Это зимой-то. Но выбора особо не было. Или ждать лета, или… Я выбрала зелёное. – И лучше сегодня.

- А потом домой отправим, - не слушая моё бормотание, выкладывал Кощей свои планы. – Братец обещал помочь разобраться, как ты к нам угодила. Ой, - ойкнул, получив под столом пинок от Яги. – Ты извини, что я вчера сразу не разобрался. Сама понимаешь, торопился, - покосился на банку с огурцами, тяжело вздохнул, увидев кулак жены, почесал под короной и закончил. – Всё исправим.

***

Ага, исправим! Как же! Когда неожиданно выясняется, что Иван-царевич вообще жениться не торопится. У него сметы, сроки, избы недостроенные. Капец короче. Даже рукавицу не снимает, неся меня в светелку. Гад брезгливый.

Попадись мне сейчас эта колдовская парочка под горячую руку, я бы их и лягушачьими лапками пришибла. Запрыгнула бы на кощеевскую лысину, зацепилась бы за корону, свесилась на лоб и давай задними ластами колошматить по глазам, пока б их не выдавила… Ух, какая я кровожадная! Просто жуть!

- Твоя комната, - царевич зашел в небольшое на втором этаже помещение, похожее на спальню, с одним окошечком, кроватью под бледно-розовым балдахином, белым столиком-комодом с большущим зеркалом на нём и всего одним стулом. Не очень похоже на царские хоромы, на которые я рассчитывала. Хм. – Как раз тебе подойдёт, - посмотрел на меня, сравнивая, видимо, мои размеры и размеры мебели, дополнил. – И я близко. В соседях с тобой буду, - кивнул влево.

- Наверное, подойдет, - я оглядела кровать, явно односпалку, решая, умещусь ли на ней в длину, когда вновь стану девушкой.

По условиям договора с Кощеем становлюсь лягухой только в дневное время суток, а ночью возвращаюсь к исходному состоянию. Кстати, это было одним из весомых аргументов, которые привел колдун, уговаривая меня на фиктивное замужество: «Зеленой только на рассвете станешь. В остальное время обычной. Тебе даже повезло, ночь зимняя длиннее, следовательно, девицей дольше будешь».

- Располагайся, - поднеся руку к комоду, Иван бесцеремонно спихнул меня со своей рукавицы. – Можешь жить здесь до весны, никто не выгонит, так что не замерзнешь. Потом, как всё растает, к себе на болото вернешься.

- В смысле «вернешься»? – выпучила я глаза как настоящая жаба и удивленно заморгала. – С какого это перепугу? Ты жениться на мне обязан. Я ж твою стрелу поймала, - подбоченившись левой лапой, поправила наконечником съехавшую вновь на затылок корону.

- А-а, стрелу, - Иван задумался, оглядывая комнату. – Да брось ты её уже. Хоть на стол, хоть под кровать закинь. Это папочкина прихоть, никакого значения не имеющая. Выискал он в старых берестяных грамотах, что в нашем государстве так царевичи женились, вот и удумал нас с братьями одновременно осчастливить. Чтобы свадьбы в один день сыграть. Не слишком мы богатые, чтоб каждый год пиры устраивать, - подтвердил моё подозрение про захудалость Трипятого царства и местного рода.

- И чем же я тебя не устраиваю? – надавив на «Я», вырвалось у меня, как у каждой девушки, с которой парень до этого тусил, разные добрые слова про любовь говорил, а потом прокатил. Типа, чего тебе просто не живется, а на замужество вдруг потянуло? Нам же хорошо вместе, кисонька. Ага, было у меня такое. Пару раз. – Мордой али фигурой не вышла? – бросила стрелу на стол и подбоченилась второй лапой, пытаясь найти у себя талию. Не нашла, но втянула живот. Долго не удержала и квакнула, выдыхая. – Ква.

Не, не испугалась, что царевич про меня всякую ерунду подумает. И смущаться не стала. Представила себя глазами Ивана и вместо того чтобы слезы горючие лить развеселилась. Он же меня настоящую ещё не видел. А я симпатичная, с правильными чертами лица, глазки зелененькие, волосы светло-каштановые длиннющие почти до попы достают, сама худая как спица, но грудь имею. Чего этим мужикам вечно не хватает? Ну, язык у меня острый, характер буйный… иногда… и спуску не даю.

Вот и сейчас меня понесло.

- Я, между прочим, на нашем болоте самая красивая. Вот видишь тут, - отпустила «талию» и протянула вперед левую лапку, а правой показывая на предплечье, - пятно зелёненькое. Видишь, какое яркое? Ни у кого такого нет. А перепонки, смотри какие, - растопырила ладошку, - ровные. Редко у кого такие. А глаза, - посмотрела на себя в зеркало, пытаясь определить цвет гляделок, - самые желтые, как весенние тюльпаны.

Конечно, я не знала, чем могут отличаться лягушки друг о друга, и что считается у них эталоном. Это к ученым надо, которые их изучают. Но фантазия у меня та изобретательница, вмиг всё придумала. Тут главное что? Говорить уверенно и со знанием дела, будто всю жизнь только тем и занималась, что сидела на болоте и с подружками-квакушками спорила, у кого пятно зеленее.

- Ну-у, - замычал царевич, не ожидая моего напора. – Ну-у, мо-ожет быть, - потер рукавицей левую щеку, озадаченно на меня пялясь. – Но ты ж не человек. Не могу я на тебе жениться. Да и по любви хочу.

Опять двадцать пять. Вот баран упертый!