Ромовая Бабочка

Алиса

Лето. Жара. Головная боль. Шумная Оля. Все эти компоненты можно перемешать, взбить или просто добавить в шейкер, это на цвет и вкус каждого, но суть от перестановки слагаемых не меняется. Единственное, что держало меня в рамках приличия, это прохладный ночной ветер, влетающий в окно моей любимой машинки.

Так что безудержно мечтала, щуря глаза от фар встречных машин, о солнечном пляже с белым песком и прохладным океанским бризом, а вокруг райская тишина и удивительная экзотическая птица. Вот только в моих планах птица должна петь сладкие песни, а не трещать тонким голоском подруги Оленьки. 

Мечтать рядом с этой девушкой не то, что невозможно, это просто за гранью реальности. Моей так точно!

- Олька! Хорош ныть! Ты мне своим «черствым Лапуликом» уже весь мозг выела. Ну, сколько можно пускать сопли?! А?! Бросил, да и замечательно! Пусть катится эротическим туром по лесистой местности. Я тебе миллион раз говорила, что твой женатый «папик» стопроцентное животное козлиного происхождения.

- Теперь миллион и один! – убитым голосом подсчитала Ольга.

- Да хоть два! Особой разницы нет. Ты никогда меня не слушаешь. И прекрати ему названивать! Где вообще твоя гордость? Ты позоришь весь женский род.

- Тебе хорошо говорить! Ты у нас богатая, красивая блондинка, мужиков хоть отбавляй! А я …

- А что ты?! Ты просто богатая и красивая дебилка,  у которой свет клином сошёлся на этом старом лохотроне. – прервала её стенания.

Моё терпение лопнуло. Мало того, что  моими проблемами никто не поинтересовался, так ещё отдых в клубе превратился в психологическую встречу брошенных дур, одна из которых теперь ехала со мной. Да ладно если бы действительно любила, то я, быть может, и пожалела эту несчастную. Так ведь сейчас неделю будет всем выносить мозг, а потом утешится в объятиях нового «Лапулика». В этом была вся Оля – трагикомедия до конца. И почему я не послушалась умную Сельку и не осталась дома. Она ведь предупреждала о сгущающихся тучах женской истерики.

Мы въехали в центр города, где движение в ночь с пятницы на субботу было таким же оживлённым, как и в любой рабочий день с десяти до двенадцати. Город жил, дышал, и обычно мне это нравилось, но только не сегодня.

- Ой! Лапулик мне звонит! – как ненормальная заорала Ольга и от радости, всплеснув руками, уронила свою мобилку на пол между своих ног.

У меня просто нет слов!

- Чёрт! Алиска помоги найти!

- Вообще-то, если ты забыла, я за рулём.

Меня никто не слушал, уже снова громко вопя от счастья найденного аппарата. Отвлеклась я ровно на пару секунд, но этого хватило, чтобы пропустить красный сигнал светофора. Нажатый резко тормоз на скорости под семьдесят километров в час результат принёс, но я продолжала лететь в задницу красного Феррари. 

В момент столкновения прикрыла глаза от неизбежности происходящего. Я даже руль в сторону вывернуть не могла, так как с обеих сторон были высокие ограждения моста, с которого мы съезжали по односторонней дороге. Ремень больно впился в плечо и грудь, выбивая воздух из лёгких, а в шее что-то  щелкнуло от резкого торможения. Мотор заглох, а в ушах стоял звон то ли от наступившей долгожданной тишины, то ли от повреждения позвоночника в шее. Надо срочно ехать к Селине, чтоб спасала.

- А где эти чёртовы подушки безопасности? – раздался нервный крик подруги, который эхом разнесся по моей гудящей голове.

- У меня они отключены, – созналась я, жалея, что подушка пассажирского сиденья вырублена. 

Ей бы сейчас фингал и сломанный нос не помешали бы. Но вот только я люблю скорость, так что мелкие встречи переднего бампера с заборами и высокими парапетами случаются регулярно. Открыла глаза, сразу захотев закрыть их обратно. 

Дорогостоящая задница элитного авто была смачно поцелована мною, это был самый глубокий французский поцелуй, который был в моей жизни. Когда дверь с водительской стороны открылась, я мысленно скукожилась до размера изюминки, призывая на помощь тараканчиков моей любимой подруги, но, то ли они у меня в принципе не жили, то ли были умнее меня и тихо зарылись в мозговых окопах. Я тоже туда хочу!

Я уже не слышала воплей Оли, ожидая кары многотысячного ремонта или сразу расстрела на месте. 

Сначала я увидела идеальный черный костюм, белая рубашка и явно шелковый галстук, что в общей стоимости приравнивалось к месячной зарплате хорошо зарабатывающего горожанина. Ну, в принципе, это неудивительно при наличии у этого мужика такой машины. Я знала почти всю элитную верхушку нашего города, но наличие красного Феррари не помнила. 

В руках у него ничего не видела, значит, убивать на месте не будут. Просто потом прикопают в тёмном углу, не поставив даже крестика. Хотя чего это я раскисла?! Собралась и открыла с лёгким скрипом свою дверь. Эх, стойки- то повело немного. Моя машинка тоже в хлам.

Вышла, опираясь для подстраховки одной рукой на машину. И вот наши глаза встретились. Ох, этот убийственно – холодный, практически пустой взгляд голубых глаз прошёлся по мне сверху вниз, будто снимая ту немногую одежду, что на мне сегодня была. Клубное платье в такую жару предполагало мало ткани, много открытой кожи и плюс миллион блёсток. Чем дольше он смотрел, тем больше я ощущала его желание, как минимум, придушить меня.

Высокий, статный, с прекрасным телом без этой модной нынче у мужиков прокаченности всех мышц, красивое и смутно знакомое лицо. В принципе, неважно, кто он, важно, что сейчас меня смешают с дерьмом и выкинут в сточную яму. А такого я с собой позволить сделать просто не могла. Лучшая защита – это нападение!

Роман

Моя мать, наверное, ещё внутриутробно читала мне книгу «Основы этики», а потом через пару часов после рождения начала воспитывать, как красиво и эстетично сосать молоко из бутылки. Грудное вскармливание в нашем роде приравнивалось к смертной казне, особенно мальчиков. Если уж начистоту, то я до сих пор сомневался, что меня зачали обычным путём, если судить по брезгливости моей матери и её глубокой приверженности к определённым нормам поведения.

Вот только сегодня моё благородное воспитание трещало по швам, а привычная холодная рассудительность грозилась вежливо уйти в сторонку, уступая место дневной усталости и тихому бешенству. Кроме того, что на работе отдел кадров не может справиться со своими прямыми обязанностями, что жутко раздражало, попасть в середине ночи в аварию на купленной три дня назад машине, стоя на светофоре – это уже перебор. 

Когда спустя минуту меня хоть немного отпустило желание, придушить водителя, то я вышел поглядеть на этого беспредельщика. В салоне протаранившего меня авто сидели две девушки, блондинки. Да кто бы сомневался?! Пассажирка с перекошенным от страха и явного недовольства лицом, выражение мордашки второй я не видел, но не думаю, что там будет что-то иное. Сейчас будет показываться картина: «Ой, простите! Я такая глупая и несчастная, я просто не заметила вас, светофор и вообще жизнь в целом».

Пытаясь контролировать эмоции, стараясь не сорваться с первого женского писка, я сделал пару шагов по направлению к ним. Пассажирская дверь не спеша открылась с лязгающим звуком поврежденного металла, сначала появились красивые длинные ноги на высоченных шпильках, а потом она. 

Мне редко нравились женщины с первого взгляда, но эта понравилась. Красивые, высокие блондинки были в моём вкусе, но именно в этой что-то цепляло моё мужское внимание. Я окинул взглядом практически голое по моим меркам красивое тело и остановился на лице. Немного нестандартные асимметричные черты лица с копной волос и уверенный взгляд голубых глаз. Довольно милое создание, которое не хотелось прибить на месте, а всё- таки потянуть этот момент. Вот только стоило открыть ей рот, как моё мнение резко изменилось.

- Нет, ты нарочно подставил мне свой дорогой зад?! Что, появилась пара царапин на бампере, и ты решил отремонтировать их за мой счёт? Вот борзота развелась на дороге!

Голос высокий, красивый и хорошо поставленный, но вот манера разговора резала по моим аристократическим ушам.

- Девушка, если вдруг не заметили, это вы врезались в мою машину, когда я спокойно остановился на мигающий зелёный сигнал светофора.

- Конечно, ты остановился! А как иначе подставить свою машину под удар?! Когда вполне можно было проехать вперёд, ты тут на Феррари решил соблюсти правила ПДД. Офигеть можно! Давай ты мне ещё расскажешь, что единороги существуют и один у тебя в салоне сидит и этим рогом в потолок упирается.

В интонации её голоса, позе и мимике было столько убедительности, что я на секунду засомневался в правоте собственных слов. Я генеральный директор автоконцерна, так что люди – это моя работа, а считывать человеческие эмоции – это мои хобби. 

- Девушка, - начал я, собираясь всё-таки разобраться: это она так хорошо играет или на самом деле верит в то, о чём говорит. – Успокойтесь для начала! Давайте проясним ситуацию.

- Вот не надо на мне сейчас отрабатывать свои психологические приёмы! Я ещё сама могу подучить тебя этому ремеслу. Так что могу точно сказать, что этот спокойный и рассудительный тон не подходит для разборки на тему расфигаченного зада Феррари за пять миллионов, как минимум.

Она открыла свою дверь пошире и уже продолжила беседу с девушкой с пассажирского сиденья.

- Ольга, хорош изображать восковое чучело на выставке знаменитостей! Давай вызывай такси и заодно эвакуатор для моей девочки.

-Эва…что? Ну, вызвать? – подало голос это заплаканное создание, начиная поиски в своем мобильнике.

Я заметил, как на миг моя виновница ДТП закатила глаза, прошептав что-то с обращением к Господу, и только после снова обратилась к подруге.

- Оля, вызови такси и езжай домой, с остальным я разберусь сама. Поняла?

- Да. Лиска, я одна что ли поеду? И вообще, может, мне надо в больничку сначала?! Вдруг я что-то себе повредила.

Я точно знал, что именно она хочет сказать в ответ. Раздражение, злость и желание, придушить свою попутчицу, буквально струились из неё.

-Да, скатайся! Тебе давно пора провериться, – сквозь зубы посоветовала подруге, а потом громко и с выплеском всего негативного захлопнула свою водительскую дверь.

Сложив руки на груди, тем самым подчеркнув её красоту, она повернулась ко мне.

- Стойку повело, плохо закрывается, – пояснила она мне свой маленький бунт.

Мы стояли на расстоянии пары метров друг от друга, глядя в глаза, и молчали. Та самая Оля выскочила из машины с виноватым выражением лица и подошла к нам, но обращалась только к подруге.

- Лис, ты это… извини. Я поеду. Лапулик написал СМС, что ждёт меня в нашем ресторане.

- Замечательно! Только, когда этот  гад – Лапулик пошлет тебя во второй раз, не смей мне звонить, писать и тем более показываться на глаза. Я чувствую, что ещё буду разгребать проблему с этого вашего расставания. Счастливого пути! – не отрывая взгляда от меня, высказалась она.

Оля, шмыгнув носом и окинув меня заинтересованным взглядом, стала спускаться с моста к основной дороге, видимо, собираясь поймать такси так. 

- Лапулик? – не знаю, почему, вырвалось у меня.

Никогда не понимал прозвищ, которыми одаривают друг друга влюбленные.

- Ты, правда, хочешь обсудить личную жизнь моей подруги?! – вопросительно изогнув бровь, поинтересовалась девушка.

- Нет, но ловить такси в этом месте она будет долго. Быстрее вызвать, иначе опоздает на встречу.

Вот даже интересно, чего это меня потянуло на бессмысленные разговоры?!

Прерывая наш поединок взглядов, девушка громко хмыкнула и отвернулась. Демонстрируя свой вид сзади, процокала каблучками к багажнику своего автомобиля. Я сделал пару шагов за ней в целях узнать о её дальнейших планах, а орать на расстоянии – это дурной тон.

Она, опираясь одной рукой о машину, что-то искала в недрах багажника, при этом красиво прогнувшись в спине и слегка отставив попу в мини платье. Я лицезрел вид сбоку, боясь даже думать о виде сзади, хотя та пара машин, что уже остановились позади и немного на расстоянии от нас, вполне могла любоваться этим зрелищем.

Ну, я всё- таки мужчина, а не как утверждают многие в прессе, что  я – его сиятельство Холодность, так что ничто мужское мне не чуждо. В частности этой незнакомой девицы, меня вообще немного заносило в стороны от привычного мыслительного процесса. Так что решил проявить благородство, хотя некоторые его не заслужили из-за своего хамского поведения.

Сделав ещё пару шагов, встал за девушкой, перекрывая обзор собой. В принципе, было почти всё прилично, только очень коротко. Кажется, нагнись она чуть ниже, и можно будет с точностью узнать, какого цвета трусики. Этот кошмар надо прекратить.

- Может, оденетесь, а то уже прохладно?! 

Она, выпрямившись, посмотрела на меня взглядом просто кричащим о её мнении на мой счёт.

- Мистер, сэр или как там вас… вы совсем ку-ку что ли? На улице, так сказать, плюс двадцать пять в тени вон той луны, хотя, может, это она тебя так и перегрела.

Раздался пронзительный сигнал одной из стоящих позади нас машины. Девушка, выглянув из-за меня, злорадно улыбнулась и достала из багажника то, что, видимо, искала. Аварийный знак. 

Видя ее решимость, пойти и установить, выхватил знак из ее рук. Не годится девушке самой такими делами заниматься. 

- Я сам, – ответил на немой вопрос голубых глаз.

У неё, в принципе, очень богатая мимика, можно даже не слушать, что говорит. Пока устанавливал знак, эта звезда быстрого вождения вернулась к водительской двери. Открыв её и продемонстрировав в очередной раз достоинства своего наряда, достала сотовый телефон. Активно потыкала пальцем и, опираясь бедром на машину, приложила телефон к уху в ожидании ответа кого-то.

Подошёл к ней, чтобы сказать, что сам разберусь с обеими машинами, всё-таки это моя стихия. Только собрался открыть рот, как её ладошка оказалась перед моим лицом, едва не касаясь губ.

- Тсс… - это она мне только что заткнула рот.

- Я… - попытался снова, но получил гневный взгляд, как на муху, мешающую спать.

- Темка, прости, что так поздно! – без приветствия перешла она сразу к делу. – Я тут в анус попала.

Я чуть не поперхнулся слюной. Так меня ещё не называли!

- Ага. В большой, железный, а самое главное жутко дорогой, – она снова слушала говорящего и отвечала. – Да, на этом чёртовом мосту в центре. Красный Феррари. Да ты что?! Ммм… Вот повезло-то?! Нет, можешь не приезжать, сама разберусь. Пришли мне своих знакомых с эвакуатором, а то моя девочка на полмордашки ранена.

Я, устав слушать обрывки фраз, отвернулся, рассматривая дорогу за этим проклятым светофором. Ведь и, правда, если бы проехал на мигающий зелёный, уже бы дома был. Её подруга Ольга всё ещё не могла поймать машину. Я же говорил!

- Что вы так рвались сказать? – услышал вопрос сзади.

Обернулся назад. Девушка, прокручивая телефон в пальцах, смотрела на меня. Что-то в ней изменилось. Словно выключателем щелкнули, и вот другой человек.

- Хотел уточнить ваше имя. Лиска в устах вашей подруги звучало как-то неправдоподобно.

- Алиса. Волконская Алиса. Могу и паспортные данные дать, – представилась девушка.

В голове промелькнула мысль спросить, не родственница ли она Волконского Виктора, представителя дворянского рода и основного владельца ювелирной сети нашего города. Хотя девушку дворянского происхождения она даже отдаленно не напоминала. Да и ее простая и уже повидавшая ни один ремонт машина отрицала наличие богатых родственников. В любом случае спросить не дали, сменив тему.

- Ну, что, Роман Николаевич, полицию вызывать будем? Пора решить наши проблемы, а то время баиньки пора.

Теперь я удивлённо на неё посмотрел.

- Ну, извиняюсь, что сразу в лицо-то не признала. Так уже просветили меня, чей аристократический и единственный в городе красный зад Феррари я сегодня уделала. Вызываем господ охраны государственной или ваших личных? Можно, как вариант, разойтись мирным путём.

Естественно в обычном случае я бы вызвал представителей порядка и так далее по продуманным государством и социумом правилам. Вот только сегодня мне всего этого не хотелось. Я устал и хотел домой.

- Алиса, предлагаю сделать следующим образом, – снова сложив руки на груди, девушка якобы внимательно меня слушала. – Вину с вас я не снимаю, так как вы явно превысили скорость и по длине вашего тормозного пути…

- Господи, Роман Николаевич, давайте вы сократите вашу речь, скажите основное, и мы наконец-то сможем поехать и лечь спать.

После своего двусмысленного предложения она резко отвела глаза в сторону, но ничего поправлять не стала. Я же, выждав паузу, продолжил.

- Хорошо. Ремонт моего автомобиля вам явно не по карману, так что вы останетесь моей должницей. Как вы сможете рассчитаться за свою провинность, я сообщу позже, когда на свежую голову придумаю, в какой области могут пригодиться ваши...– я демонстративно окинул взглядом её тело, - … способности и умения.

Девушка Алиса, недобро прищурив глаза, изучала моё лицо. Наверное, решила, что я шучу, но мне захотелось побыть сегодня ангелом милосердия! Мать постоянно меня пилит тем, что я мало занимаюсь благотворительностью, что должен чаще помогать больным и нуждающимся. В её понимании – эта регулярно высылать чеки с круглыми суммами в различные инстанции.

- Наверное, мне лучше не спрашивать, о какой именно области шла речь?! 

- Ну, почему же?! Можно и спросить. Вы этакий мотылёк! Судя по опасному стилю вождения, хамскому поведению с незнакомым человеком и безразличием к проблеме подруги, ничего серьезного… актриса, певица, танцы или просто стриптиз? – решил развести нарушительницу на откровения, которые по законам психологии должны последовать после такой унизительной речи в знак своей защиты.

- Ага! Угадали почти во всём! Я такая разносторонняя личность. Мастерица на все руки и не только руки, – подмигивая мне, спокойно согласилась она, начиная разворачиваться от меня.

- И в чём я ошибся? – закинул удочку снова, хотя рыбка благополучно сорвалась и сейчас помашет хвостиком в ответ.

- Я небезразлична к проблеме подруги, меня прямо тошнит от её дурости, и уж поверьте мне, что чем дольше она там стоит и не может поймать машину, тем больше шансов на хороший исход этого периода её жизни. Жаль, что нет гарантий на то, что это дерьмо не повторится больше. И ещё, я не мотылёк! Эти глупые создания сгорают от любви к свету. Я же тогда больше похожа на бабочку, порхаю, где хочу и как хочу!

Отчитав меня как глупого мальчишку, она снова наполовину исчезла в своей машине, собирая свои вещи в салоне. Я облокотился о крышу её машины, наблюдая за этой эротической картиной. Определённо моё мужское начало сегодня во мне преобладало, оно-таки рвалось на волю. Это неприятное чувство, когда какая-то бабочка управляет тобой и твоим «внутренним» лучше тебя самого. Это слабость! А слабости я не любил и жестоко искоренял.

Когда девушка резко выпрямилась, я едва сдерживал стон облегчения, но, споткнувшись об её нахальный со смешинкой взгляд, проглотил свои эмоции беззвучно. Алиса же, видимо, поймала отголоски моих мыслей, так что, пройдясь откровенным взглядом по мне, громко ухмыльнулась, дойдя до уровня брюк. Мне не надо было туда смотреть, чтобы понять, что вызвало у неё такую реакцию. 

- Знаете, Роман Николаевич, у вас тоже выдающиеся… - она театрально постучала указательным пальцем по губе, создавая видимость раздумий. – Даже не знаю, как сказать, чтобы не оскорбить вашу тонкую аристократическую душонку.

Эта несносная бабочка наконец-то перевела свой взгляд на мое лицо.

- Иногда в обществе принято благовоспитанно промолчать. Может, рискнете попробовать? – предложил я, тоже спокойно складывая руки на груди, как это сегодня делала она.

- Иногда?! – удивлённо воскликнула Алиса. – Да ваше благовоспитанное общество молчит постоянно, засунув языки в свои задницы.

От очередного речевого перла этого невоспитанного создания я даже непроизвольно поморщился, что естественно тут же прокомментировали. Интересно, она вообще способна молчать?! И не выражать свое яркое и индивидуальное мнение по любому поводу?!

- Ой, ой! Снова ненормативная лексика! Простите меня! – вот только раскаяния в её голосе было нуль и даже в минус степени. – Вот одного не могу понять? Почему вас так воротит от отсутствия такта у обычного народа, но при этом вы спокойненько переносите всё то дерьмо, что творится в вашем узком кружке снобов? Это врождённый иммунитет или наращённая годами толстая кожа безразличия?! Как такое происходит?

Она, снова изогнув вопросительно бровь, ждала моего ответа. Вот только я тоже иногда хотел получить ответ на этот вопрос: «Как?».

Не дождавшись, она выразительно закатила глаза и возмущённо покачала головой.

- Ну, да! Благовоспитанное молчание! – ухмыльнулась Алиса, закидывая телефон в сумочку, которую до этого достала из машины.

- И ещё! – она шагнула ко мне, останавливаясь чуть с боку, но так близко, что я почувствовал тонкий и освежающий запах женских духов. – Передайте своему нижнему невоспитанному «я», что его выдающиеся трахательные способности на меня не распространяются. У меня жуткая аллергия на снобов. Так что если ваша отработка будет в этой области, то пришлите сразу прайс-смету на ремонт вашего автомобиля. Я продам почку и отдам вам долг незамедлительно.

И сочувственно успокаивающе похлопав по моему ремню, она пошла выше по спуску с моста. Я обернулся вслед, собираясь что- то сказать, но чуть ли не впервые не смог быстро подобрать слова. Пока думал, Алиса, прихватив аварийный знак, отошла на расстояние к подъезжающему в нашу сторону эвакуатору.

С пассажирской стороны выпрыгнул молодой парень, которому, радостно улыбаясь, девушка передала, как знамя победы, свой знак и ключи от машины. Поболтав пару минут с ним, она, не повернув даже головы в мою сторону в знак прощания, процокала каблучками до черного лексуса, стоящего за эвакуатором. Машина почти сразу, пересекая сплошные, уехала, а парень с эвакуатора направился ко мне. Знак он со смехом передал водителю, что уже осматривался, как лучше подцепить машину девушки.

- Доброй ночи, Роман Николаевич! Я Павел. Наша принцесса – разбойница укатила, меня же, холопа, оставила в роли посыльного. Вот…. секунду, - вежливо улыбаясь, он принялся что- то писать в перекидном блокноте.

Я же,  удивляясь в какой раз за последние полчаса, рассматривал хороший костюм, блестящие туфли и даже наличие галстука на импровизированном посыльном. В такой одежде на эвакуаторах точно не работают.

- Алиса ваша девушка? – выдал наиболее подходящую модель в сложившейся ситуации.

За просто знакомыми профурсетками, как зовёт таких моя мамочка, не поедут посередине ночи после звонка, да ещё так оперативно.

Павел почти рассмеялся, но продолжал писать.

- Что вы? Наша принцесса крайне разборчива в мужчинах. Я бы даже добавил, очень придирчива.

- Почему принцесса?! Мне она представилась девушкой- бабочкой, – поинтересовался я, решая узнать побольше о своей новой знакомой.

- Значит, вам повезло даже больше, чем мне и ещё половине желающих представителей мужского пола нашего города – весело подмигнул он. –  Вам попросили передать, чтобы вы не утруждались, попросили процитировать, – добавил Павел в конце, слегка усмехаясь.

Взял протянутый блокнотный лист, где было написано имя с фамилией девушки, гос номер её автомобиля и номер сотового.

- Роман Николаевич, ваша машина на ходу? Или тоже надо помочь? – продолжил парень, снова становясь серьезным.

- Нет, Павел. Спасибо. Я своим ходом доберусь.

Он ещё раз вежливо улыбнулся, и дальше вместе с водителем погрузчика они освободили от железного захвата моего Феррари. Вскоре попрощавшись и извинившись за доставленные неудобства, Павел вместе с разбитой машиной ночной бабочки уехал, а меня всё не покидало странное чувство беспокойства. Я аккуратно ехал домой, проклиная позднюю деловую встречу, проблемы с кадрами и даже свою педантичность в соблюдении правил дорожного движения. Бумажку с данными девушки бросил в бардачок, решив, что вполне могу себе позволить простить неразумной отнюдь не дешевый ремонт своей машины. Я всем нутром чувствовал, что от неё будет больше проблем, чем пользы. Принятое решение немного успокоило. Правда, нервничая больше, чем обычно, я приехал в огромный и пустой дом, где снова впервые не нашёл покоя в этой звенящей тишине. Решив, что это от усталости, записал в ежедневник – запланировать в ближайшее время отпуск на солнечных островах.

Алиса

Нет, я в принципе ненавидела воскресные увеселительные вечера моей дорогой матушки. Вот только сегодня особенно, так как увидела в списке гостей человека, с которым снова встречаться пока не очень- то и хотелось. 

Наше ночное пятничне-субботнее знакомство до сих пор напоминало о себе, начиная с проблем ремонта моей девочки и заканчивая воспоминаниями о мужчине. Чёрт, а на самом деле я хотела его увидеть, вот только за последствия этой встречи ручаться не могу. Я вообще не знаю, куда словесный понос занесёт меня в этот раз.

Наверное, в случае с этим снобом срабатывает принцип – нельзя, но так хочется попробовать.… Ну, хоть маленький кусочек! Но я была бы не я, если бы начала таскаться за мужчиной! Мне вон примера Ольги хватает перед глазами: чем больше она угождает своему Лапулику, тем чаще он ее посылает. Мужчины в своём большинстве примитивный народ. Им нужна охота, победы, а потом уровень адреналина падает и требуется новая дичь, а предыдущие сваливаются кучкой с разбитыми сердцами.

Вот и Савельев Роман Николаевич у нас любитель старой дворянской традиции – охоты на лис. Единственное его выдающиеся способности больше связаны с бизнесом, а не вереницей брошенных и несчастных дур. Вернулся он в родной город относительно недавно, а так после заграничного обучения налаживал связи с европейскими и корейскими автодилерами, дабы поднять угасающий семейный бизнес на новый уровень. Потому я, знающая всю верхушку элитного общества и сама рождённая в нём, не признала в лицо его яркого представителя, пока мой хороший друг не просветил. И почему в ту ночь фортуна отвернулась от меня?! Я по жизни везучая, а тут вторую неделю одни неприятности. Согрешила что ли где?

Вот и сегодняшний вечер был результатом этой полосы невезения. Моя мечта – создать с нуля ночной клуб, начала рушиться, так как личные финансовые сбережения таили, а о завершении работ ещё и не было речи. Пришлось обратиться за помощью к родителям, точнее, к маман. Помощь обещали оказать, а взамен месячное посещение всех мероприятий по списку родительницы. Вера Павловна никак не могла принять тот факт, что ее дочь не сторонница жизни светской девицы, поэтому любыми способами пыталась втянуть меня в свой круг общения. Меня же искренне тошнило от их чванства, пренебрежения простыми людьми и глубокой убежденностью, что их задницы самые особенные, которые даже в туалет ходят по - иному.

Конечно, и среди этого высокородия попадались нормальные люди. Моя подруга Селина, которая с восемнадцати лет, наплевав на все прелести роскошной жизни, живёт отдельно, встречаясь с семьёй по мере острой необходимости. Наш общий друг Артём, который постоянно воевал с родными, пока тоже не сбежал от них, подавшись в охрану криминальных авторитетов. Есть ещё пара-тройка знакомых, решивших, что этот мир не для них, но вот я никак не могла вырваться из этого плена окончательно. Я любила и уважала родителей, и пусть наши мнения чаще не совпадали, но и совсем расстаться с ними я не могла.

Так как копить долги не любила, то сегодня пришла честно отрабатывать родительскую помощь. И что-то мне подсказывает, что этим вечером всплывёт ещё один должок.

- Алиса, – нервный шепот мамы, отвлекающий меня от созерцания пирамиды из фужеров с шампанским и моих нелёгких мыслей, прозвучал почти на ухо.

- Да, Вера Павловна, – смиренно ответила ей, наклоняя голову набок, чтобы моя невысокая родительница прекратила тянуть шею, пытаясь изобразить жирафа.

- Ох, не нравится мне твой тон. Я тебя прошу, не забывай, что ты обещала быть леди, а не клубной хабалкой.

- Фи, маман! Какие ужасные слова! Не боитесь себе карму испортить?!

- Алиса, я тебя предупредила! Мне сегодня нужна хорошая и воспитанная дочь, – она похлопала меня по руке, лежавшей на перилах небольшого балкончика, где я старательно пряталась от постоянно пополняющегося общества в большом зале для приемов. – И, пожалуйста, не пей много, дорогая.

- О! А обычно- то я в сопли упиваюсь! – дух бунтарства снова горел во мне, хотя пять минут назад обещала самой себе быть самой сдержанной и воспитанной.

- Алиса! 

- Мама! – выдохнула, успокаиваясь. – Я буду стараться держать себя в руках, но если попытаешься сосватать очередного безбашенного женишка, то пеняй на себя. В этот раз шампанским в штаны претендент на мою руку и сердце не отделается.

- Ой! Тебе не угодить! Я хотела как лучше! Специально подготовила повесу Эдика. Его мама утверждала, что он пользуется популярностью среди девушек, – озабоченно поправляя короткий рукав моего платья, оправдывалась женщина.

- Я это заметила, когда он половину танца хватал мою за… попу, а потом вообще предложил уединиться, за что и получил порцию прохладительного и искрящегося напитка. И если твой взгляд, не поднимающийся от пола, говорит об очередной выдумке, то рекомендую заранее выпить корвалола и успокоительного.

- Алиса! Не забудь, ты обещала! – поднимая таки на меня свои голубые глаза.

- Да, я обещала, но предупредила вас, Вера Павловна!

Мама, недовольно качнув головой, подцепила мой локоток и потянула в сторону основного зала. А мне так нравилось моё маленькое убежище. Конечно, среди около ста приглашенных можно затеряться, но алый цвет моего вечернего платья делал меня заметной на фоне пудровых оттенков одежды остальных женщин. 

Уже спустя минут тридцать я понимаю, что мама сегодня в ударе. Она таскала меня за собой почти как живую, выдавая мою молчаливость за скромность, а потупленный взор за смущение. От необходимости, постоянно улыбаться, уже болели мимические мышцы, так что желание, послать всё и всех, возрастало с огромной скоростью. Оптимизма не добавляла мысль, что впереди ещё целый месяц этой каторги.

Внимательно слушать я перестала практически сразу, иначе идея, вступить в полемику, грозила меня поглотить. Хотя немного радовало, что людям хватало кивка головы, пары реплик и улыбки. Очередной марш- бросок по залу и снова мамины пальцы, уже кажется вросшие в мой локоть, усилили свой нажим.

- Вот наши хорошие знакомые, важны для папы, не подведи! – краткий экскурс матери мне на ухо очень взбодрил.

Хотелось сразу послать и даже не пытаться разговаривать. Такое дополнительное наставление могло быть только в одном случае: мне сейчас что- то очень сильно не понравится, и мама в курсе этого.

- О, Виктория Викторовна! Добрый вечер! Как приятно, что вы смогли посетить нас сегодня. 

Моя мама практически пела. Я знала этот светский тон, приглаженный и припудренный, будто собака на выставке. Подтянула улыбку, закрыла рот на замок и отключила мозг. 

Передо мной стояла достаточно высокая темноволосая женщина, от которой за версту веяло глубоким многовековым аристократизмом. Она была им пропитана от кончиков уложенных волос до кончиков классических туфель лодочек на невысокой шпильке. Я собралась открыть рот в приветствии, но стоящий за женским плечом  мужчина спутал все мысли. Я же знала, что могу его встретить, но всё равно на секунду растерялась. 

Мужское лицо моего ночного приключения было холодным и вежливым, но в глазах стояло удивление вперемешку с чем-то нехорошим. Рот я захлопнула, не проронив ни слова.

- Вера Павловна, добрый вечер! Спасибо за приглашение. Мой супруг сейчас в отъезде, так что я и не планировала вас посетить, но тут мой любимый сын нашёл немного свободного времени.  Кстати, познакомьтесь, дорогая, мой сын Роман, – женщина завершила свою бедную на эмоции речь, поворачиваясь в полкорпуса к мужчине.

Савельев бросил сухое «здравствуйте» моей матери и легонько пожал её протянутую ладонь, поворачиваясь в мою сторону. Вот тут-то у меня внутри что- то ёкнуло, хрустнуло и совсем сломалось под холодным и пронизывающим взглядом голубых глаз. 

- А это моя дочь Алиса. Ей редко удаётся посетить нас, она так много занимается благотворительностью. Всё время в разъездах, – краем уха я слышала голос родительницы, но безотрывно следила за мужчиной.

- Да вы что?! Алиса, это такая редкость в наши дни. Проще участвовать в организации акций местного уровня, чем мотаться по свету. У меня даже есть парочка на примете, – пропело это гадкое создание мужского пола, а само протянуло мне руку для приветствия.

Тем самым он негласно предлагал разыграть фарс нашего знакомства. Я не хотела играть в эти игры, не хотела прикасаться к нему, но всем телом чувствовала тяжёлый взгляд матери слева и упрямый голубой перед собой. Так что, подправив улыбку на лице до приторно-вежливой, подала свою руку этому любителю закулисных игр.

- Добрый вечер, Роман. Приятно познакомиться, – выдавила из себя, но тут же споткнулась.

Мужчина в одну секунду обхватывает мою руку и переворачивает тыльной стороной вверх, начиная склоняться для поцелуя. Моя попытка, выдернуть руку, тут же терпит фиаско, так как пальцы держат максимально крепко, ещё чуть-чуть и будет больно. Его горячие и сухие губы задержались на моей руке на долю секунды дольше требуемого правилами, обжигая кожу и замедляя дыхание. Но и этого ему показалось мало, так что Роман и мою напряженную руку отпустил не сразу, а ещё успел загладить большим пальцем след от поцелуя.

Девственницей я не была уже давно, прилюдные знаки внимания переносила с лёгкостью, да и проблем с прикосновениями, например, как у моей Сели, у меня никогда не было. Только вот от манипуляций этого аристократического гада с моей несчастной лапкой сбилось дыхание, и низ живота немного стянуло судорогой. Ох, Алиска! Это был плохой знак! Совсем, совсем не тот, на который я изначально рассчитывала.

Освобожденную конечность спрятала подальше за спину и вообще сделала шаг назад ближе к матери. Что-то любвеобильный настрой мужчины, которому ты разбила дорогую тачку, очень настораживает. Тут даже к гадалке ходить не надо, чтобы понять, что дело пахнет, нет, просто воняет керосином.

- Правда, Роман. Может, дадите координаты этих мероприятий. Я уверена, Алисочка с удовольствием поучаствует, – радостно подхватила игру моя драгоценная матушка.

Наш обмен любезностями пропустить она не могла, так что допрос у стены дознания мне обеспечен.

- Конечно, Вера Павловна. Буду счастлив вам помочь, вернуть дочь из дальних путешествий в родной дом,– последовал незамедлительный ответ мужчины, взгляд которого практически неотрывно гулял по моего лицу, считывая все тайные эмоции.

Хотя тайного там было мало! Я закипала, начиная понимать, куда именно клонит этот снобик. Мало того, что я подписалась на «увеселительную» программу матери, так сейчас мне ещё парочку экзекуций припаяют. Ну, нет! В этом шоу, пожалуйста, без меня! Пора валить с этого вечера поля- чудес, где мне сегодня в который раз выпадает говняный сектор- приз.

Стараясь незаметно осмотреться вокруг, продумывала гениальный план спасения. Рассказ Виктории Викторовны, как вчера её дорогой сын по вине безалаберной девицы попал в аварию и чудом остался жив, подстегнул моё желание - поскорее отсюда слинять, пока обсуждения не дошли до подробностей. Так что если между ахами и вздохами моей матушки несчастный пострадавший успеет вставить слово о моей прямой причастности к этому кошмарному случаю, я попала.

И о да! Фортуна меня снова полюбила! Официант, поднос, шампанское и моя туфелька, едва видимая из-под платья в пол, абсолютно «случайно» выдвинутая назад. Та- дам!!! Платью, конечно, пришёл полный писец…такой пушистый и мохнатый лесной зверёк. Зато игристый напиток, стекающий темными ручейками по красному атласу, даёт стопроцентную гарантию моей «вольной» на сегодня.

Всех успокаивая грациозными взмахами руки, утверждая, что это сущий пустяк, я, старательно скрывая радость, ни на кого не глядя, собралась уходить. Вот только незапланированная мужская ладонь, подхватившая мой локоть, и фраза Романа: «Я помогу!» разбили вдребезги мой идеальный план побега. 

Хотелось стукнуть мужчину и громко спросить, чем именно он собирается мне помочь?! Задушить, чтобы не мучилась!? Или снять платье? Если насчёт первого варианта я была категорически против, то насчёт второго – часть меня была «за», но я её быстренько заткнула, приказав сидеть тихо и без позволения даже голос не подавать.

Так что одарив любезного из-под ресниц взглядом: «А не пошёл бы ты нахрен?!», попыталась выдернуть руку. В ответ мужские пальцы крепко сжали мой локоть. Да что ж такое?! Посмотрела на выражение лиц наших матерей. Моя родительница стояла с удивлённо восторженным, а мать Романа с презренно недовольной моськой. Сомневаюсь, что это неодобрение я заслужила только из-за своей мнимой неуклюжести. Скорее всего, слухи о моём непослушании и даже распущенности достигли маленьких аристократических ушек госпожи Савельевой, а интерес сыночка к моей персоне стал полным шоком. Хочу заметить, что не только для неё. Я тоже терялась в догадках неожиданного внимания сладкого принца.

Устраивать препирательства посередине зала с многочисленными зрителями я тоже не стала. Мозги у меня снова включились, и последствия рисовались совсем не радужные, так что ушли мы с Романом вместе. Этот снобик по-прежнему меня держал и даже пытался мокрый подол платья помочь нести, пока не огреб в виде маленького хлопка по руке, незаметного для окружающих, но ощутимого для него.

Молча вышли из зала, молча прошли по небольшому коридору и, соблюдая гнетущее молчание, оказались в большой библиотеке. Это было одно из моих любимых мест в родительском доме, здесь была замечательная звукоизоляция. Вырвала свою руку из ослабевшей хватки мужских пальцев, делая пару шагов от Романа для подстраховки. Я начинала закипать! Медленно, как чайник… вот уже и пузырьки пошли.

- Савельев, это что сейчас было? А? Что за рыцарский выпендрёж при всём честном народе!? Ты лицо своей матери видел хоть? Она там, наверное, несчастная в обмороке валяется!

- Ей не повредит, – само спокойствие и невозмутимость, засунув руки в карманы брюк, рассматривало меня, как редкое насекомое. – Тебе бы платье сменить.

Пузырьков стало больше, и водная гладь пошла волнами. 

- Да что ты такое говоришь?! Может, мне ещё прямо здесь и сейчас его снять?

- Хороший вариант.

- Нет, Роман Николаевич, это самый дерьмовый вариант из всех дерьмовых. Это относится и к решению использовать меня в качестве инструмента мести своей матери. Я в ваших семейных разборках участвовать отказываюсь! Так что найди в себе хоть каплю смелости и прекрати быть малахольным маменькиным сынком, если тебя вдруг не устраивает такая распрекрасная жизнь. Меня же лучше не трогать, чтобы потом не жаловаться.

Всё, мозг вскипел, и меня понесло. Одно его непрошибаемое спокойствие, если не считать интереса в глазах, заводило меня с полпинка. Хотелось кричать, топать ногами или уже стукнуть малость этого гения самоконтроля, но стереть с лица эту зарождающуюся самодовольную ухмылочку.

- А ты изменилась. Ты и раньше была едва сносной, но с возрастом совсем ушла в разнос. Я вчера даже не сразу тебя вспомнил. Ещё подумал, что ты просто однофамилица семейства Волконских.

- Роман, я не улавливаю ход твоих мыслей. Ты уж будь добр, поясни для неодаренных способностью читать мысли.

Я нервно отдернула прилипшую к ногам и заодно попе мокрую ткань. Мне не нравилась смена темы, и чувство приближающейся расплаты за мои счастливые дни становилось всё ощутимее.

- Да, я бы удивился, если бы ты меня помнила, – делая шаг ко мне, признался мужчина.

- Конечно, таких снобов помнить - это как заразу внутри себя хранить, – сделала снова шаг назад и почувствовала, как упёрлась в мебель.

Сзади меня стоял большой и тяжёлый деревянный стул для чтения с изогнутыми ручками и невысокой спинкой. Мягкий и очень удобный, я любила в детстве посидеть и помечтать, что я королева, а это мой трон.

 - Я бы рекомендовал подбирать слова, а то желание, промыть рот с мылом, всё крепчает. 

В его тоне слышались едва уловимые нотки недовольства, что совсем не вязалось с озвученной угрозой.

- Не про вашу честь. Я бы тебе вообще не советовала прикасаться ко мне, даже ради высоких благих намерений, – предупредила делающего ещё шаг в мою сторону аристократа.

- А иначе что? Тоже обольешь шампанским? Ещё раз разобьёшь мою машину? Или снова испортишь седло для верховой езды? – иронично изогнув бровь, закончил мужчина, вставая рядом со мной.

Это было слишком близко, чтобы не чувствовать себя в ловушке. Собралась послать его к матери родной, а то женщина, наверное, уже думает, что я её сыночка тут до семяизвержения довела. Вот только упоминание верховой езды неприятно кольнуло в области печени. Явный признак, что буду битая.

Я финт с седлом делала только раз! Мне было пятнадцать, и чувство справедливости внутри меня горело, сжигая всех по периметру. Уж больно сильно бесил один пацан,  который обзывал меня курицей на собаке из большого цирка. Я люблю смотреть на лошадей, это очень красивые и гордые животные, но езда на них – это было не моё. Этот чванливый отпрыск богатых родителей донимал меня ежедневно своими изречениями, так ещё и руки распускал.

И всё было бы хорошо, но в день моей мести на показных выступлениях это противное создание, перепив накануне, дружило с белым фаянсовым другом. Его заменили опытным человеком, который благополучно грохнулся с лошади. Я была зла, что не только не смогла отомстить этому говнецу, но и навредила постороннему человеку. Многие знали, как издевается надо мной это уродство, так что насчёт расправы и её организатора было легко догадаться. Я ждала наказания, но резонанс не последовал. Пацан тот ко мне больше не лез, видимо, оценив степень моей мести. Где-то подрался, ходил с фингалом под глазом и разбитой губой, а потом вообще ушёл из нашего конного клуба.

- Вижу, все-таки вспомнила? – прокомментировал Савельев, подметив мою задумчивость.

Я ещё раз окинула взглядом его лицо и рост, понимая, что не могло то мелкое и упитанное чванство вырасти в такого шикарного мужчину. 

- Допустим, что я припоминаю такую историю, но ты не можешь быть тем ублюдком! – и, чувствуя сарказм, готовый сорваться с мужских губ, добавила. – Скажем так, что у вас весовые категории не совпадают.

- Ну, что ты, Алиса, бери выше. И правда, сравнение с тем мелким невоспитанным гадёнышем мне как-то не льстит.

Озарение пришло одновременно с чувством прошлого стыда за ошибку.

- Ты упал?! – как-то вопросительно- утвердительно произнесла я.

Я тогда не особо интересовалась, кто занял место того придурка. После происшествия я вообще в клубе неделю не появлялась и даже вопросы задавать боялась. Знание, что, кроме ушибленной задницы и подпорченной самооценки, у того седока ничего не пострадало, успокаивало. 

- Представляешь, как я был зол, когда узнал, что причиной моего феерического падения является блондинистая негодница. 

- Но я не помню ни тебя, ни твоего ответного слова!

- Правильно, Алиса! Ты тогда была такая ветреная, чтобы помнить. Сегодня с одним, завтра с другим.

- Господи, зачем такие сложные речевые обороты! Ты ещё с аварии все кругом ходишь и ягодичное место мнешь. Назови меня уже шлюхой, и мы разойдёмся по своим делам. Я менять платье, а ты … да мне, в принципе, пофиг, с какой целью ты решил слинять с этого чудесного банкета.

Я сделала шаг в сторону, чтобы обойти мужчину, но его руки перехватили меня за талию, возвращая на прежнее место.

- Не так быстро! Я ещё не закончил! – тихо и предостерегающе произнёс Савельев.

Я сощурила глаза, чувствуя, как меня переполняют эмоции. С одной стороны, я терпеть не могу, когда меня хватают, а особенно если я на взводе, а с другой – я была на взводе и его руки чувствовала слишком остро, слишком горячо. Он весь был чересчур близко, непозволительно и опасно для моей нервной системы. Пытаясь выровнять дыхание, которое в идеальной тишине комнаты звучало тоже слишком громко, медленно выдохнула. Голубые глаза метнулись вниз в область моего глубокого декольте. Под его неспешным осмотром дышать медленнее уже не получалось ,и это тоже бесило. Да что ж такое с этим мужчиной?!

Роман все также неспешно поднял взгляд на меня, и если его лицо ничего не выражало, то кристальная голубизна радужки сменилась на цвет пасмурного неба. Не знаю, какие именно мысли бродили в голове этого аристократа, вот только когда он переключился на разглядывание моих губ, основной мотив поняла бы даже идиотка. Я ей не была!

- Даже не думай! – так же, как он ранее, тихо и угрожающе предупредила я.

Ироничный изгиб мужской красиво очерченной брови, и меня сильнее сжали, впечатывая в спинку стула мокрой попой. Уперлась руками в его грудь, пытаясь отодвинуть. Насчёт «малахольного сыночка» это я просчиталась. При всей внешней статности я сейчас на себе чувствовала силу его тренированного тела. Стальной капкан на моей талии, кажется, даже дышать мешал. 

- Я же сказал, что ещё не закончил, – повторил он. – Так что удовлетвори, пожалуйста, моё любопытство. 

Я была чуть ниже его, так что Роман лишь слегка наклонился к моим губам. В последнюю секунду отвернулась, и его поцелуй пришёлся в щёку. Мужчина, хмыкнув, скользнул губами вдоль скулы до мочки уха, цепляя зубами серёжку с большим каплевидным бриллиантом в конце длинной золотой цепочки. Дёрнул за него, вызвав водопад мурашек по моей спине. Опаляя дыханием кожу шеи, прошептал на ухо.

- Это ты зря! Я очень целеустремлённый.

Перехватив меня одной рукой, вжимая в своё тело, Савельев свободной рукой поймал мой подбородок, прочно фиксируя. Не давая мне времени опомниться, он тут же впился в мои губы требовательным и жёстким поцелуем. Словно наказывал. Но, чёрт меня побери, мне нравилось! Это полный маразм! Меня практически насильно целовали, лишая малейшей возможности вырваться, а мне хотелось продолжения. Это полный трендец, пора лечиться! 

Я немного расслабилась, получая удовольствие и заодно рассеивая внимание борзого снобика.

- Правильно, расслабься, бабочка! Я уверен, тебе понравится. Я лучше многих других, – похвалили меня и снова впились в губы.

Вот же! Ну, подожди!

Также пылко ответила на поцелуй, скользнув одной рукой ему на затылок, притягивая ещё ближе. ООО, этому чёрту из тихого омута очень понравилась моя инициатива. Губы Романа стали менее жёсткими, но такими же требовательными. Прочувствовав миг, когда мужчина сосредоточился только на нашем поцелуе, я резко вскинула колено в его возбуждённый пах. 

Вот она я! Настоящая и непокорная!

Мучительный стон и расширенные глаза просто кричали о нечеловеческой боли, но именно он первым перешёл границы. Мой несостоявшийся любовник согнулся пополам, падая на колени, а с его губ срывались совсем нецензурные слова. 

О, как! Мы, оказывается, тоже знаем русский матерный, хотя кажемся такими благовоспитанными на первый взгляд! С лёгкостью оттолкнула от себя скрученное тело, понимая, что пора смываться. Пока эффект обездвиживающей боли ещё не прошёл.

- Мне не понравилось! И я тоже очень целеустремлённая, предупредила же, что против. Так что запомни на будущее, если ты кого-то считаешь шлюхой – это только твоё мнение, и оно не всегда верное. 

- Волконская, мать твою, ты попала! Заметь, я сейчас тоже тебя предупредил, – прошипел сквозь стиснутые челюсти представитель аристократии.

- Ага! Рот с мылом помыть не забудь, пожалуйста! А то ваша маман сразу унюхает! – выплеснула на него свою злость прежде, чем хлопнуть дверью.